Постановление от 2 июля 2021 г. по делу № А63-9480/2018

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-9480/2018
г. Ессентуки
02 июля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 июля 2021 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Днепровским А.О., при участии в судебном заседании конкурсного управляющего ФИО1 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании, в режиме веб-клнференции, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.04.2021 (резолютивная часть от 20.04.2021) по делу № А63-9480/2018, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью агропромышленная компания «Союз», (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

30 мая 2018 года АО «Россельхозбанк» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью агропромышленная компания «Союз» (далее - ООО АПК «Союз», должник).

Определением от 06.06.2018 суд возбудил производство по делу №А63-9480/2018.

Решением от 18.11.2019 (резолютивная часть решения объявлена 11.11.2019) ООО АПК «Союз» признано несостоятельным (банкротом) в отношении общества открыта процедура конкурсного производства, на должность конкурсного управляющего ООО АПК «Союз» утвержден ФИО3.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 23.11.2019 №216.

07 июля 2020 года в суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительным договора купли–продажи автомобиля от 05.08.2016, Nissan Qashqai 2017 года выпуска VIN <***>, заключенного межу ООО АПК «Союз» и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата автомобиля в конкурсную массу ООО АПК «Союз».

Определением от 17.02.2021 суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Гевиннер».

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 27.04.2021 заявленные требования удовлетворены. Суд признал недействительным договор автомобиля от 05.08.2016, Nissan Qashqai 2007 года выпуска VIN <***>, заключенный межу ООО АПК «Союз» и ФИО2, применил последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО2 возвратить спорное транспортное средство в конкурсную массу должника. Распределены судебные расходы. Судебный акт мотивирован наличием оснований для признания сделки должника недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. Жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта нарушены нормы материального и процессуально права, что повлекло к принятию неверного судебного акта. Судом не доказана совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО1 возражала против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, поддержала доводы отзыва на апелляционную жалобу, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 21.05.2021 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав конкурсного управляющего и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.04.2021 по делу № А63-9480/2018 подлежит изменению, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО АПК «Союз» (продавцом) и ФИО2 (покупателем) 05.08.2016 заключен договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата). По условиям договора ООО АПК «Союз» продаёт, а ФИО2 покупает автомобиль: Nissan Qashqai 2017 года выпуска, VIN <***>. Указанный автомобиль оценен сторонами на сумму 60 000 рублей.

Платежным поручением от 02.09.2016 № 4 ФИО2 перечислил ООО АПК «Союз» денежные средства в сумме 60 000 руб.

Конкурсный управляющий, посчитав, что договор купли-продажи от 05.08.2016 является подозрительной сделкой, причинившей вред имущественным правам кредиторов, совершенной при отсутствии доказательств встречного исполнения обязательств, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно абзацу 4 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, и совершать иные действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 06.06.2018, оспариваемая сделка совершена 05.08.2016, то есть в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелась кредиторская задолженность перед АО «Россельхозбанк», требования которого включены в реестр требований кредитов в сумме 1 255 445 282,98 руб., из которых задолженность по основному долгу и процентам составляет 1 214 223 026,96 руб., пени за просроченный основной долг и пени за проценты – 41 222 256,02 руб., как обеспеченных залогом имущества должника по договорам залога №130604/0027-4 от 31.10.2013, №140604/0021-4/2 от 28.11.2014, №140604/0021-4/5 от 30.12.2014, №150604/004-4/1 от 18.08.2015, №160600/0015-3 от 29.04.2016.

Требования акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» в размере 823 612 786,87 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в составе обязательств, обеспеченных залогом имущества должника, определением суда от 19.07.2018.

Указанное, свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения договора.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Исходя из пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Как видно из справки о составе группы контролирующих должника лиц, и аффилированных с ним лиц, должник входит в группу компаний «Союз», конечным бенефициаром которой является ФИО4.

Кроме ФИО4 в группу лиц, контролирующих должника, входили: ФИО5, ФИО6, ФИО7 (доверенное лицо ФИО4, учредитель созданных им компаний, представитель в судебных процессах).

Согласно сведениям, представленным в суд Управлением записи актов гражданского состояния Ставропольского края 17.03.2021, ФИО2 является отцом ФИО7.

Следовательно, в рассматриваемом случае ФИО2 не может быть признан добросовестным приобретателем, поскольку при заключении сделки являлся аффилированным по отношению к должнику лицом.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об осведомленности ответчика относительно финансового положения должника, который очевидно не мог не знать о направленности сделки на причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что должник не руководствовался интересами своих кредиторов и преследовал цель вывода ликвидного имущества. В силу чего, в действиях ответчика в рассматриваемом случае отсутствуют признаки добросовестности и усматриваются цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

При таких обстоятельствах, в результате совершения указанной сделки, имущественным правам кредиторов причинен вред, поскольку из владения должника, обладающего признаками неплатежеспособности, выбыл ликвидный актив, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет реализации отчужденного имущества по рыночной стоимости.

Таким образом, установлена совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно, сделка была совершена с целью причинить вред, в результате совершения сделки был причинен вред, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника, в связи с чем, суд пришел к верному выводу о признании договора купли-продажи недействительным.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не доказана совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом апелляционной инстанции отклоняется как противоречащий материалам дела, поскольку в данном случае сделка совершена в период когда у должника имелись не исполненные обязательства перед кредиторами, а также совершена между заинтересованными лицами, в результате оспариваемой сделки кредиторам причинен вред в виде вывода ликвидного имущества из конкурсной массы. С учетом изложенного, управляющим доказана совокупность оснований установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд также исходит из того, что стоимость отчуждаемого имущества существенно отличается от рыночной стоимости аналогичного имущества.

Согласно условиям договора стоимость спорного имущества установлена в размере 60 000 руб.

Указанная стоимость, по мнению конкурсного управляющего, не соответствует рыночной стоимости на дату заключения договоров.

В целях установления действительной стоимости транспортных средств по состоянию на 05.08.2016 судом первой инстанции назначена по делу судебная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Южная Оценочная компания «Эксперт» в лице эксперта ФИО8. На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: - какова рыночная стоимость транспортного средства Nissan Qashqai 2017 года выпуска VIN <***> по состоянию на 05.08.2016 на территории Ставропольского края?

По результатам проведения экспертного исследования представлено экспертное заключение от 01.12.2020 № ЮСЭ-20/046. Эксперт пришел к выводу о том, что стоимость автотранспортного средства Nissan Qashqai 2017 года выпуска VIN <***> по состоянию на 05.08.2016 составляет 515 000 руб.

Оценив представленное в материалы дела заключение экспертизы, суд обоснованно пришел к выводу, что данное экспертное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, оно основано на материалах дела, является ясным и полным. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем имеется соответствующие подписки в заключении.

Судом не установлено нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом официальных разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в выводах эксперта.

Ходатайств о проведении по делу повторной экспертизы не заявлено.

Таким образом, материалами дела установлено, что стоимость спорного имущества составляет 515 000 руб., в то время как ответчиком стоимость имущества оплачена в размере 60 000 руб.

При этом ответчик в качестве обоснования уменьшения стоимости транспортного средства ссылается на неудовлетворительное его состояние, в обосновании чего представлены оригиналы ремонтных заказ-нарядов от 04.08.2016 №ИГ0003851, от 26.09.2016 № ИГ0004661, счета на оплату от 04.08.2016 № 0000003981, копия листа из журнала поступления товаров № 4680 от 21.09.2016, копия листа из журнала перемещения товаров в производство № 0000058645 от 22.09.2016.

Судом первой инстанции указанные документы не приняты в качестве доказательства, подтверждающего нахождение транспортного средства в неисправном состоянии на дату заключения сделки, поскольку с учетом имеющихся в деле расписки директора ООО «Гевиннер» ФИО9 и копии его паспорта, из которых следует, что подписи ФИО9, проставленные в пояснениях и счете на оплату от 04.08.2016 № 0000003981, визуально отличаются от подписей, проставленных в расписке на ознакомление с делом 17.03.2021 и копии его паспорта. Названные документы не могут быть признаны доказательством, безусловно подтверждающими фактическое нахождение автомобиля в неисправном состоянии.

Кроме того, суд также исходит из того, что в договоре купли-продажи информация о передачи транспортного средства в неудовлетворительном состоянии отсутствует.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о доказанности управляющим неравноценности встречного предоставления по сделке. В результате заключения оспариваемого договора произошло уменьшение ликвидного имущества должника, без соразмерного встречного предоставления, соответственно, был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно удовлетворены заявленные требования о признании сделки недействительной.

При этом применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции не учел следующее.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

К данной сделке в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве суд применяет последствия недействительной сделки в виде возврата сторонами всего полученного по договору.

Правовые последствия недействительной сделки направлены на возврат в конкурсную массу полученного лицом имущества по такой сделке.

С учетом изложенного, в качестве последствий недействительности следует обязать ответчика возвратить в конкурсную массу должника спорное транспортное средство.

Вместе с тем, суд первой инстанции ошибочно не указал в судебном акте на восстановление прав ответчика на сумму уплаченную в счет договора купли-продажи от 05.08.2016 в размере 60 000 руб., поскольку, согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, двухсторонняя реституция при недействительной сделке предполагает последствия ее недействительности в виде восстановления взаимных прав требования сторон сделки.

Так из материалов дела следует, что ответчиком во исполнение принятых на себя обязательств перечислены на счет должника 60 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 4 от 02.09.2016 (том 1, л.д. 77) и сторонами не оспаривается.

В связи с чем, апелляционный суд приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.04.2021 по делу № А63-9480/2018 следует изменить, дополнив абзац четвертый резолютивной части текстом следующего содержания: «Восстановить задолженность общества с ограниченной ответственностью агропромышленная компания «Союз» перед ФИО2 в размере 60 000 рублей».

При этом, доводы апелляционной жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на апеллянта, но взысканию не подлежит, поскольку уплачена при подачи жалобы в суд.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.04.2021 по делу № А63-9480/2018 изменить, дополнить абзац четвертый резолютивной части текстом следующего содержания:

«Восстановить задолженность общества с ограниченной ответственностью агропромышленная компания «Союз» перед ФИО2 в размере 60 000 рублей».

В остальной части определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

С.И. Джамбулатов

Н.Н. Годило