Постановление от 16 апреля 2025 г. по делу № А60-51132/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail:17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-4773/2021(5)-АК

Дело №А60-51132/2020
17 апреля 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 апреля 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего  Л.М. Зарифуллиной,

судей                               Т.В. Макарова, Т.Н. Устюговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.В. Черногузовой,

при участии в судебном заседании:

от Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю – ФИО1, служебное удостоверение, доверенность от 24.09.2024,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу третьего лица Крицкого Юрия Петровича

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 28 января 2025 года

об удовлетворении заявления уполномоченного органа Федеральной налоговой службы России в лице инспекции Федеральной налоговой службы России по Кировскому району г. Екатеринбурга о признании  недействительными сделок по перечислению должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройэлектромонтаж» денежных средств в общей сумме 5 100 000,00 рублей, применении последствий их недействительности,

вынесенное судьей Е.В. Капша

в рамках дела №А60-51132/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Уралэлектромонтаж» (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика: общество с ограниченной ответственностью «Стройэлектромонтаж»,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно  предмета спора, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6,

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 12.10.2020 поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице инспекции Федеральной налоговой службы России по Кировскому району г. Екатеринбурга (далее – уполномоченный орган) о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Уралэлектромонтаж» (далее – ООО «СК УЭМ», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 16.10.2020 принято к производству суда, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 (резолютивная часть от 02.12.2020) суд перешел к рассмотрению дела о признании ООО «СК УЭМ» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 (резолютивная часть от 02.12.2020) ООО «СК УЭМ» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – ФИО6),  член ассоциации арбитражных управляющих «Содружество».

Соответствующие сведения опубликованы конкурсным управляющим в газете «Коммерсант» 12.12.2020 № 229 (6950).

Определением суда от 09.03.2021 (резолютивная часть от 03.03.2021) прекращена упрощенная процедура банкротства в отношении ООО «СК УЭМ» как отсутствующего должника, произведен переход к процедуре конкурсного производства в общем порядке.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2021 определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.03.2021 отменено, в удовлетворении ходатайства и.о. конкурсного управляющего ФИО6 о прекращении упрощенной процедуры банкротства в отношении ООО «СК УЭМ» как отсутствующего должника и переходе к процедуре конкурсного производства в общем порядке отказано.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2022 (резолютивная часть от 29.07.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 о прекращении производства по делу о банкротстве ООО «СК УЭМ» отказано.

Определением арбитражного суда от 12.10.2022 (резолютивная часть от 05.10.2022) ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве ООО «СК УЭМ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.06.2023 (резолютивная часть от 31.05.2023) конкурсным управляющим должника  утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), являющийся членом ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние».

В Арбитражный суд Свердловской области 07.10.2022 поступило заявление уполномоченного органа о признании недействительными сделками перечислений, совершенных должником ООО СК «УЭМ» в пользу ответчика общества с ограниченной ответственностью «Стройэлектромонтаж» (далее – ООО «СЭМ»), а именно: 29.07.2019 в сумме 2 000 000,00 рублей с наименованием операции «Возврат займа по договору без НДС»; 05.09.2019 в сумме 1 400 000,00 рублей с наименованием операция «Возврат займа по договору без НДС»; 23.09.2019 в сумме 400 000,00 рублей с наименованием операция «Возврат займа по договору без НДС»; 30.09.2019 в сумме 1 300 000,00 рублей с наименованием операция «Возврат займа по договору без НДС»; применении последствий недействительности сделок в виде взыскания  с ответчика ООО «СЭМ» в конкурсную массу должника денежных средств в общей сумме 5 100 000,00 рублей.

Определением суда от 14.10.2022 указанное заявление принято судом к рассмотрению; к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечено ООО «СЭМ».

Определениями суда от 24.11.2022,09.02.2024 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6 (далее – ФИО6).

В дальнейшем при рассмотрении настоящего обособленного спора  уполномоченным органом подано заявление об уточнении требований в части оснований для оспаривания сделок.

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.01.2025 (резолютивная часть от 13.01.2025) заявление уполномоченного органа о признании недействительными сделками перечислений должником ООО СК «УЭМ» денежных средств в пользу ООО «СЭМ» в общем размере 5 100 000,00 рублей удовлетворено. Применены последствия недействительности сделок: взысканы с ООО «СЭМ» в пользу ООО СК «УЭМ» денежные средства в размере 5 100 000,00 рублей, восстановлено право требования ООО «СЭМ» к ООО СК «УЭМ» на сумму 5 100 000,00 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, третье лицо ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 28.01.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Заявитель жалобы указывает на то, что обжалуемое определение суда основано на неверном толковании норм гражданского права, специальных норм Закона о банкротстве, регламентирующих порядок оспаривания сделок должника. Стороны исполнили взаимные обязательства по договорам займа №1 от 10.04.2019, №2 от 23.04.2019, №3 от 14.08.2019, что, в свою очередь, не причинило вред должнику, либо кредиторам последнего, так как сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности. Полагает, что судом первой инстанции не были учтены фактические обстоятельства, на которые ссылался ФИО2 В частности, должнику стало известно о задолженности перед ООО «Спецстройпроект», образовавшейся в связи с закупкой материала и расторжением договоров с последним, после вынесения постановления Арбитражного суда Московского округа от 05.08.2020 по делу №А60-27023/2019 (после трех отложений). Судом первой инстанции не учтены  фактические действия должника по погашению задолженности в период судебного спора с ООО «Спецстройпроект». Задолженность перед уполномоченным органом на дату совершения спорных платежей и дату обращения последнего с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не была подтверждена каким-либо судебным актом, вступившим в законную силу. Более того, ранее ИФНС РФ по Кировскому району г. Екатеринбурга уже обращалась в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); определением арбитражного суда от 31.07.2019 по делу №А60-38902/2019 заявление возвращено уполномоченному органу. При этом, судом было установлено, что в материалы дела 24.07.2019 поступило уведомление инспекции Федеральной налоговой службы России по Кировскому району г. Екатеринбурга от 24.07.2019 №16-12/20989 о том, что по  состоянию на 23.07.2019 задолженность по основному долгу по обязательным  платежам погашена в полном объеме; данное обстоятельство свидетельствовало о намерении должника продолжить финансово-хозяйственную деятельность. Никто из иных кредиторов с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд не обращался; более того, кредиторы сохраняли финансово-хозяйственные отношения с должником. Задолженность перед ООО «Компания «Элторг» в размере 7 588 473,09 рубля подтверждена решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2019 по делу №А60-41022/2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019 по делу №А60-41022/2019, т.е. до даты совершения спорных платежей. При этом, между последним и ООО «СЭМ» заключались самостоятельные сделки, в частности, договор поставки №5/05 от 27.05.2019, в рамках которого ООО «СЭМ» оплатило ООО «Компания «Элторг» 15 598 500,00 рублей, при этом, оплата осуществлялась по май 2020 года. В период действия данного договора и стабильного получения денежных средств со стороны ООО «СЭМ», ООО «Компания «Элторг» не инициировало рассмотрение вопроса о признании должника несостоятельным (банкротом).

Как указывает апеллянт, действительно, должник и ООО «СЭМ» являются аффилированными юридическими лицами. Вместе с тем, ООО «СЭМ» создано бывшими работниками должника в связи с несостоятельностью (банкротством) должника, а не по каким-либо иным причинам, которые носят недобросовестный характер, в том числе направлены на причинение вреда должнику и (или) кредиторам последнего, обратного уполномоченным органом не доказано. Должник и ООО «СЭМ» не являются организациями, подконтрольными одним и тем же лицам. Выводы суда первой инстанции относительно компенсационного финансирования являются необоснованными. Вопреки утверждению уполномоченного органа, перечисления денежных средств осуществлялись не только в пользу должника, но и в пользу независимых кредиторов. При этом, перечисления в пользу независимых кредиторов значительно превышают перечисления в пользу должника. Приведенные факты свидетельствуют о том, что ООО «СЭМ» вело активную хозяйственно-финансовую деятельность с различными контрагентами. Практика взаимоотношений и единого цикла хозяйственной деятельности с заинтересованными кредиторами является обычной хозяйственной деятельностью юридического лица. Учитывая объем перечислений, оспариваемых в рамках настоящего, совершенных в пользу должника не одномоментно, на протяжении определенного периода, с одновременным фактом перечисления значительного объема средств в пользу независимых кредиторов, оснований для квалификации сделки, как совершенной с целью причинения вреда кредиторам, не имеется. Кроме того, полагает, что уполномоченным органом пропущен срок исковой давности. При этом, судом первой инстанции неверно определен момент начала течения срока исковой давности. Возможность обращения с соответствующей жалобой либо предложением об оспаривании рассматриваемых платежей возникла у уполномоченного органа, равно как у и иного конкурсного кредитора, еще 02.04.2021, а именно с даты предоставления заключения конкурсного управляющего о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника ООО СК «УЭМ», содержащего сведения о спорных платежах в адрес  ООО «СЭМ» и наличия оснований для их оспаривания на основании статьи 61.2  Закона о банкротстве.

При подаче апелляционной жалобы заявителем уплачена государственная пошлина в размере 10 000,00 рублей по чеку по операции от 25.02.2025, приобщенному к материалам дела.

До начала судебного заседания от третьего лица ФИО2 поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы по вопросу: подтверждают или нет переданные должником конкурсному управляющему ФИО7 первичные документы реальность правоотношений между должником и ООО «СЭМ» по следующим правоотношениям: акт зачета встречных однородных требований №1 от 31.01.2020 на сумму 136 857,14 рубля; акт зачета встречных однородных требований №2 от 31.01.2020 на сумму 150 994,99 рубля; акт зачета встречных однородных требований №3 от 29.02.2020 на сумму 85 600,00 рублей; акт зачета встречных однородных требований №4 от 31.03.2020 на сумму 4 131 012,00 рублей; акт зачета встречных однородных требований №5 от 31.03.2020 на сумму 6 077 056,57 рубля; акт зачета встречных однородных требований №6 от 30.04.2020 на сумму 1 575 925,66 рубля; акт зачета встречных однородных требований №7 от 15.05.2020 на сумму 3 025,77 рубля; акт зачета встречных однородных требований №8 от 18.05.2020 на сумму 10 036,24 рубля; акт зачета встречных однородных требований №9 от 30.06.2020 на сумму 9 518 825,00 рублей; акт зачета встречных однородных требований №10 от 31.07.2020 на сумму 1 553 424,52 рубля; акт зачета встречных однородных требований №11 от 31.07.2020 на сумму 1 093 870,42 рубля; акт зачета встречных однородных требований №12 от 31.08.2020 на сумму 1 315.211,70 рубля; акт зачета встречных однородных требований №13 от 30.09.2020 на сумму 2 084 432,80 рубля; акт зачета встречных однородных требований №14 от 31.10.2020 на сумму 4 446 738,08 рубля; акт зачета встречных однородных требований №16 от 30.11.2020 на сумму 232 588,24 рубля; акт зачета встречных однородных требований №17 от 10.12.2020 на сумму 799 085,29 рубля.

Кроме того, от третьего лица ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного заседания по рассмотрению ходатайства ФИО2 о назначении судебной экспертизы, а также по рассмотрению апелляционной жалобы с указанием на то, что до настоящего времени от лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, каких-либо процессуальных документов не поступило.

В судебном заседании судом на разрешение поставлены вышеуказанные ходатайства третьего лица ФИО2

Представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения ходатайств ФИО2 о назначении судебной экспертизы и об отложении судебного заседания.

Заявленные ходатайства рассмотрены судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ и в их удовлетворении отказано на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В соответствии с частью 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления  Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции до объявления председательствующим в судебном заседании исследования доказательств законченным (часть 1 статьи 164 АПК РФ), а при возобновлении их исследования - до объявления законченным дополнительного исследования доказательств (статья 165 Кодекса).

Ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

Таким образом, судом апелляционной инстанции может быть назначена экспертиза в случае необоснованного отклонения судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы и невозможности рассмотрения дела без экспертного заключения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» предусмотрено, что к числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

В рассматриваемом случае третьим лицом ФИО2 при рассмотрении дела в суде первой инстанции ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявлялось, уважительных причин, не позволивших ему заявить такое ходатайство в суде первой инстанции, ФИО2 суду апелляционной инстанции не привел.

При этом, судебная коллегия отмечает, что поставленные на разрешение эксперта вопросы, не требуют специальных познаний. Указанные вопросы относятся к правовым, данным обстоятельствам может быть оценка при разрешении спора по существу.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание предмет спора, имеющиеся в материалах дела доказательства, непредставление в материалы дела доказательств, подтверждающих подачу суду первой инстанции ходатайства о назначении судебной экспертизы и отказа суда в удовлетворении заявленного ходатайства, а также отсутствие необходимости в назначении такой экспертизы, учитывая, что заявленное ФИО2 ходатайство не соответствует требованиям АПК РФ (в материалы дела не представлены сведения о кандидатуре эксперта либо экспертного учреждения, которому ответчик просит поручить проведение судебной экспертизы, документ о внесении денежных средств на депозитный счет арбитражного суда), суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначения судебной экспертизы.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Исходя из положений статьи 158 АПК РФ суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по существу либо отложении судебного разбирательства, то есть отложение судебного разбирательства является правом суда, а не обязанностью. При рассмотрении соответствующего ходатайства суд учитывает конкретные обстоятельства дела.

В рассматриваемом случае, исходя из предмета и конкретных обстоятельств настоящего спора, с учетом того, что ФИО2 не был лишен возможности заблаговременно оформить ходатайство о назначении судебной экспертизы в соответствии с требованиями АПК РФ, принимая во внимание, что отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства, иных причин для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства ФИО2 об отложении судебного разбирательства.

Представитель уполномоченного органа с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Кроме того, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела письменных пояснений.

Судом апелляционной инстанции удовлетворено ходатайство представителя уполномоченного органа о приобщении к материалам дела письменных пояснений.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно выпискам по движению денежных средств по расчетным счетам должника, в период с 29.07.2019 по 30.09.2019 должник совершил в пользу ответчика ООО «СЭМ» перечисления денежных средств на общую сумму 5 100 000,00 рублей, оформленные следующими платежными поручениями: платежное поручение №116 от 29.07.2019 на сумму 2 000 000,00 рублей с указанием в назначении платежа «Возврат займа по договору, без НДС»; платежное поручение №149 от 05.09.2019 на сумму 1 400 000,00 рублей с указанием в назначении платежа «Возврат займа по договору, без НДС»; платежное поручение №163 от 23.09.2019 на сумму 400 000,00 рублей с указанием в назначении платежа «Возврат займа по договору, без НДС»; платежное поручение №167 от 30.09.2019 на сумму 1 300 000,00 рублей с указанием в назначении платежа «Возврат займа по договору, без НДС».

В рамках настоящего дела о банкротстве должника, ссылаясь на то, что на момент совершения спорных сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности, перечисления денежных средств в пользу ООО «СЭМ» были произведены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, со злоупотреблением права, в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника, уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок по перечислению денежных средств в пользу заинтересованного лица ООО «СЭМ» в общем размере 5 100 000,00 рублей недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ООО «СЭМ» денежных средств.

Конкурсный управляющий должника ФИО7 поддержал заявленные уполномоченным органом требования о признании вышеуказанных сделок недействительными применительно к приведенным основаниям.

При рассмотрении настоящего обособленного спора заинтересованным лицом с правами ответчика ООО «СЭМ», а также ФИО2 представлены возражения с указанием на то, что основанием для совершения спорных перечислений являлись конкретные правоотношения сторон в рамках договоров займа. Уполномоченным органом не доказано наличие совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделок недействительными; отсутствуют признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделок, а также цель причинения вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, ООО «СЭМ», а также ФИО2 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности для оспаривания сделок.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что на момент совершения оспариваемых платежей должник обладал признаками неплатежеспособности, оспариваемые сделки совершены между аффилированными лицами, осведомленными о цели совершения сделок, предоставляемые аффилированным лицом займы были направлены на поддержание хозяйственной деятельности должника в период имущественного кризиса, т.е. заключение таких сделок с ответчиком представляло собой вид компенсационного финансирования, в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, при рассмотрении настоящего заявления судом установлена совокупность обстоятельств, необходимая для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10, 168 ГК РФ.

При этом, суд первой инстанции признал, что срок для оспаривания сделок уполномоченным органом не является пропущенным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав представителя уполномоченного органа, участвующего в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступлений последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением от 16.10.2020, оспариваемые сделки совершены в период с 29.07.2019 по 30.09.2019, то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предъявляя требования об оспаривании сделок, уполномоченный орган ссылался на то, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелась задолженность, подтвержденная следующими судебными актами:

- постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 26.12.2019 по делу №А40-147114/2019 о взыскании с ООО СК «УЭМ» задолженности в пользу ООО «Спецстройпроект» (ОГРН <***>) в размере 13 197 574,80 рубля, а также неустойки в размере 1 000 000,00 рублей;

- решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2019 по делу №А60-41022/2019 о взыскании с ООО СК «УЭМ» задолженности в пользу ООО «Компания «Элторг» в размере 5 336 288,05 рубля, в том числе 4 259 038,83 рубля долга, 1 087 249,22 рубля неустойки;

- судебным приказом от 22.07.2019 по делу №А60-40793/2019 взыскана задолженность ООО СК «УЭМ» в доход бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации финансовые за декабрь 2018 года в размере 500,00 рублей;

- решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.11.2019 по делу №А60-50381/2019 о взыскании с ООО СК «УЭМ» задолженности в пользу ООО «УЭМ-Инжиниринг» (ИНН <***>) 462 171,12 рубля долга за выполненные работы по договору подряда №7/17-9 от 01.08.2017, 48 154,29 рубля процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.12.2017 по 23.08.2019.

Контрагентами ООО СК «УЭМ» предоставлены акты сверок, подтверждающие задолженность:

- по состоянию на 31.12.2018 согласно акту сверки ООО «УЭМ-Инжиниринг» (ИНН <***>) и ООО «СК «УЭМ» (ИНН <***>) задолженность по договорам: №3/16-9 от 01.06.2016 составила 5 456 973,08 рубля; №37 от 19.06.2018 - 1 908 495,89 рубля; №7/17-9 от 01.08.2017 – 462 171,12 рубля. Акт сверки подписан директором ООО «СК «УЭМ» ФИО2 и главным бухгалтером ФИО3

- по состоянию на 10.01.2019 согласно акту сверки ООО «СК «УЭМ» (ИНН <***>) и ООО Компания «Элторг» (ИНН <***>) задолженность составила 4 259 038,83 рубля. Акт сверки подписан директором ООО «СК «УЭМ» ФИО2 и главным бухгалтером ФИО3

Контрагентом ООО «УЭМ-Инжиниринг» предоставлен ответ №111 от 22.05.2019 на №97 от 19.03.2019 ООО «СК «УЭМ» на досудебную претензию и ответ на №132 от 28.06.2019 о погашении задолженности (оба ответа подписаны директором ООО «СК «УЭМ» ФИО2).

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «СК «УЭМ» в установленный договорами срок не выполнило свои обязательства по оплате перед своими контрагентами, в связи с чем, контрагенты, исчерпав все способы досудебного урегулирования спора, были вынуждены обращаться за судебной защитой в Арбитражный суд Свердловской области.

Более того, указанная выше задолженность перед контрагентами не погашена и включена в реестр требований кредиторов, что подтверждается определениями суда от 22.03.2021 и от 26.03.2021 по настоящему делу.

Требование ООО «Спецстройпроект» в размере 13 197 574,80 рубля основного долга, 1 000 000,00 рублей неустойки признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника (определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2021).

Вопреки доводам апеллянта, моментом возникновения обязательств перед контрагентами является не дата вынесения судебного акта о взыскании задолженности, который является подтверждением обоснованности заявленного требования, не исполненного должником в установленные договором или законом сроки.

Следовательно, доводы уполномоченного органа, поддержанные судом первой инстанции, о том, что ООО «СК «УЭМ» в период с 29.07.2019 по 30.09.2019 (то есть на момент осуществления вышеуказанных платежей) отвечало признакам неплатежеспособности, являются обоснованными.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов:

1. ИФНС России по Кировскому району г. Екатеринбурга в размере 10 271 371,36 рубля (определения от 10.02.2021, от 20.02.2021 от 25.05.2021 по делу №А60-51132/2020, решение от 02.12.2021).

2. ООО «Компания «Элторг» в размере 7 588 473,09 рубля (решение от 17.09.2019 по делу №А60-41022/2019, определение от 22.03.2021о включении в реестр).

3. ООО «УЭМ-Инжиниринг» в размере 2 371 490,49 рубля (решение Арбитражного суда Свердловской области от 13.11.2019 по делу №А60-50381/2019, определение от 26.03.2021 о включении в реестр).

4. ООО «Айди-Инжиниринг» в размере 705 648,66 рубля основного долга, 20 829,34 рубля процентов (определение от 01.04.2021 о включении в реестр).

Ответчик и третьи лица, возражая против приведенных уполномоченным органом доводов, и утверждая, что в период совершения оспариваемых сделок (29.07.2019 по 30.09.2019) у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, ссылались на то, что первое дело о банкротстве в отношении должника было инициировано уполномоченным органом еще 03.07.2019 в рамках дела №А60-38902/19, предъявлены требования к оплате в общей сумме 686 130,50 рубля, из которых 489 856,67 рубля налоги. Однако, дело о банкротстве не было возбуждено, в связи с оплатой по состоянию на 23.07.2019 задолженности по основному долгу по обязательным платежам, в связи с чем, определением от 31.07.2019 заявление налогового органа было возвращено судом в связи с отсутствием долга.

Указанное, по мнению третьего лица ФИО2, свидетельствовало о намерении должника продолжить финансово-хозяйственную деятельность. При этом, ФИО2 ссылался на то, что никто из иных кредиторов с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в суд не обращался, более того, кредиторы сохраняли финансово-хозяйственные отношения с должником.

Вместе с тем, данные доводы третьего лица ФИО2 судом первой инстанции проанализированы и обоснованно отклонены.

Так, судом установлено, что по состоянию на даты совершения спорных платежей оставались и иные независимые кредиторы, задолженность должника перед которыми сформировалась еще в 2017-2019гг.

Поскольку оспариваемые перечисления денежных средств совершены в условиях наличия значительной кредиторской задолженности должника перед независимыми кредиторами, такими как ООО «Компания «Элторг» (7 588 473,09 рубля) и ООО «УЭМ-Инжиниринг» (2 371 490,49 рубля), суд первой инстанции указал на необходимость проведения анализа оснований возникновения задолженности перед данными кредиторами, а также определения начала прекращения исполнения обязательств должника перед указанными обществами. 

Задолженность перед ООО «Компания «Элторг» в размере 7 588 473,09 рубля подтверждена решением от 17.09.2019 по делу №А60-41022/2019, то есть даже судебный акт принят до даты совершения оспариваемых платежей.

Вместе с тем, как верно отмечено судом, имеет значение не факт вынесения судебного акта, которым подтверждается наличие спорной задолженности, а момент ее образования.

Из текста решения Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2019 по делу №А60-41022/2019 следует, что между истцом ООО «Компания «Элторг» (поставщик) и ответчиком ООО «СК УЭМ» (покупатель) заключен договор поставки №10 от 26.08.2016, по условиям которого поставщик принял на себя обязательство передать в собственность покупателя товар в порядке и на условиях, определенных договором, а покупатель обязался принять и оплатить товар. Из материалов дела усматривается, что обязательство по оплате поставленного истцом товара исполнено ответчиком частично. Неоплаченная часть товара составила 4 259 038,83 рубля. В результате с должника взыскано 259 038,83 рубля долга по оплате товара по договору от 26.09.2016 №10 и 1 087 249,22 рубля неустойки за просрочку уплаты в период с 10.06.2017 по 05.07.2019 с продолжением начисления по день фактического исполнения обязательства.

Таким образом, из материалов указанного дела следует, что с 10.06.2017 должник прекратил исполнение обязательств перед внешним независимым кредитором. Более того, подписав акт сверки от 10.01.2019, должник подтвердил задолженность перед ООО Компания «Элторг» в размере 4 259 038,83 рубля.

Задолженность должника перед независимым кредитором ООО «УЭМ-Инжиниринг» подтверждена решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.11.2019 по делу №А60-50381/2019, согласно которому с должника в пользу ООО «УЭМ-Инжиниринг» взыскано 462 171,12 рубя долга за выполненные работы по договору подряда №7/17-9 от 01.08.2017, 48 154,29 рубля процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.12.2017 по 23.08.2019; 1 721 725,97 рубля долга за выполненные работы по договору №37 от 19.06.2018, 106 912,11 рубля процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.10.2018 по 23.08.2019; 32 827,00 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска.

Наличие данной задолженности основано на договоре подряда №7/17-9 от 01.08.2017, субподряда №37 от 19.06.2018, дополнительных соглашениях №4 от 18.10.2017, №5 от 14.11.2017, №7 от 30.05.2018. С учетом положений пункта 2.3 договора №7/17-9 от 01.08.2017, в соответствии с которым оплата выполненных работ производится заказчиком в течение 30-ти дней после подписания акта и справки, обязанность по оплате  произведенных работ возникла у заказчика не позднее 01.07.2018 (через 30 дней после подписания последних акта приемки и справки о стоимости работ). Оплата выполненных работ получена ООО «УЭМ-Инжиниринг» не в полном объеме, сумма задолженности ООО «СК УЭМ» перед ООО «УЭМ-Инжиниринг» по договору №37 составила 1 908 495,89 рубля. Данная сумма задолженности подтверждена актом сверки взаимных расчетов на 31.12.2018.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, анализ образовавшейся задолженности должника перед ООО «УЭМ-Инжиниринг» и ООО «Компания «Элторг», позволяет прийти к выводу о том, что наличие просроченных обязательств перед указанными кредиторами свидетельствует о неблагоприятном имущественном состоянии должника на момент совершения им спорных перечислений в адрес ответчика в период с 29.07.2019 по 30.09.2019.

Вопреки доводам третьего лица ФИО2, погашение задолженности перед налоговым органом в июле 2019 года в размере 686 130,50 рубля, что явилось основанием для возвращения налоговому органу заявления о банкротстве, не свидетельствует об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку имелись иные независимые кредиторы, долг перед которыми начал образовываться еще в 2017 году. При этом, неисполнение обязательств перед этими кредиторами и наращивание новых налоговых обязательств (требование налогового органа включено в реестр за 4 квартал 2019) привело к тому, что уже через 1 год и 3 месяца после прекращения первого дела (31.07.2019) было возбуждено второе дело о банкротстве (16.10.2020).

Помимо этого, требование о признании в рамках дела о банкротстве сделок недействительными направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника.

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись имущество и денежные средства, в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены, что свидетельствует о правильности выводов суда первой инстанции о том, что должник на дату совершения оспариваемых сделок с 29.07.2019 по 30.09.2019 обладал признаками неплатежеспособности, поскольку имелись требования кредиторов, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника в рамках настоящего дела о банкротстве.

С учетом указанного, суд первой инстанции правомерно отклонил доводы ФИО2 об отсутствии у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности.

При этом, судебная коллегия считает необходимым отметить, что само по себе отсутствие признаков неплатежеспособности должника на дату совершения сделки не препятствует возможности квалификации такой сделки в качестве недействительной.

Так, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4) по делу №А40-177466/2013 сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом  (пункт 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В соответствии со сформированными правовыми подходами, наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не является основанием для признания сделки недействительной и не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки, однако, повышает стандарт доказывания в обособленных спорах с аффилированным лицом и путем иного распределения бремени доказывания возлагает обязанность опровержения возражений либо требований относительно реальности обязательств (заявленных внешними кредиторами и конкурсным управляющим) - на аффилированное лицо.

Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу оспариваемых сделок хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по таким сделкам экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

Как следствие, лицам, участвующим в деле (заинтересованным лицам) следует представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства в обоснование правовой позиции по спору.

В подтверждение доводов о наличии аффилированности и подконтрольности ООО «СЭМ» и ООО СК «УЭМ» уполномоченный орган ссылается на то, что из 55 работников ООО СК «УЭМ» 38 работников перешло в ООО «СЭМ»; налоговая и бухгалтерская отчетность ООО «СЭМ» и ООО СК «УЭМ» отправлялась с одних IP-адресов; согласно книгам покупок организации СК УЭМ и СЭМ имеют 42 общих контрагента; территориально находятся в одном помещении (юридический адрес должника: <...>, юридический адрес ООО «СЭМ»: <...>; контактные номера телефонов организаций совпадают.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ООО «СК «УЭМ» создано 21.10.2015, учредителем (100% доли) является ФИО2, который также являлся и руководителем ООО «СК «УЭМ» до 02.12.2020 (дата ведения конкурсного производства).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ООО «СЭМ» создано 11.03.2019. В период с 11.03.2019 по 18.05.2021 директором указанного юридического лица являлась ФИО4, с 11.03.2019 до 29.04.2021 ФИО4 являлась учредителем с 50% долей. В период с 11.03.2019 по 29.04.2021 ФИО3 являлась учредителем указанного юридического лица с долей 50%. С 19.05.2021 по настоящее время директором ООО «СЭМ» является ФИО5, с 30.04.2021 по настоящее время учредителями являются ФИО5 с долей 50% и ФИО8 с долей 50%.

Судом установлено, что указанные лица помимо участия в управлении ответчика ООО «СЭМ», одновременно выполняли трудовые функции у должника: ФИО3– главный бухгалтер, ФИО4 – начальник отдела, ФИО5 – руководитель ГПП.

ФИО2 в обществе «СЭМ» является заместителем директора.

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, материалами дела подтверждено, что должник и ООО «СЭМ» являются заинтересованными лицами применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве, следовательно, ООО «СЭМ» было осведомлено о наличии у должника признаков неплатежеспособности и совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Не установлено таких обстоятельств и судом апелляционной инстанции.

В связи с чем, доводы апеллянта подлежат отклонению, как необоснованные.

Из материалов дела следует, что в назначении оспариваемых платежей было указано «возврат займа по договору».

В подтверждение наличия заемных обязательств заинтересованным лицом с правами ответчика в материалы дела представлены три договора займа №1 от 10.04.2019, №2 от 23.04.2019, №3 от 14.08.2019, подписанные  между ООО «СЭМ» (далее – займодавец) и ООО «СК УЭМ» (далее – заемщик).

Согласно пункту 1.1 условий договора №1 от 10.04.2019 займодавец передает в безналичной форме путем перечисления денежных средств на его банковский счет в собственность заемщика денежные средства в размере 2 000 000,00 рублей, а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в срок до 31.07.2019 (пункт 2.1, 2.4 договора №1 от 10.04.2019).

В соответствии с условиями договора №2 от 23.04.2019 займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 3 000 000,00 рублей, а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег, в срок до 30.09.2019.

По условиям договора займа №3 от 14.08.2019 займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 7 260 200,00 рублей, а заемщик обязуется вернуть равную сумму денег в срок до 31.12.2019.

Пунктами 2.3 вышеуказанных договоров займа предусмотрено, что  сумма займа предоставляется заемщику в целях завершения работ по договору подряда с ООО ГК «А 1» №36 от 02.07.2018 и доп. соглашений к нему.

Согласно условиям договоров займа проценты на суммы займа не уплачиваются.

Возражая против заявленных требований, ответчик сослался на то, что распорядительными письмами (№1 от 10.04.19, №2 от 23.04.2019, №3 от 14.08.2019) должник просил общество «СЭМ» осуществить погашение платежей перед третьими лицами.

В частности, распорядительным письмом №1 от 10.04.2019 должник просил в счет займа по договору №1 от 10.04.2019 на сумму 2 000 000,00 рублей осуществить платежи по мере предоставления реестров на выплату заработной платы работникам должника, а также счетов на материалы и услуги организаций: АО «Тесли», ООО «ТД «Электротехмонтаж», ООО «Региональная оптовая сеть электрооборудования», Банку ВТБ (зарплата), ФИО9 (зарплата).

В подтверждение указанных обстоятельств материалы дела представлены платежные поручения за период с 10.04.2019 по 29.04.2019 на общую сумму 2 154 861,59 рубля, подтверждающие факт совершения обществом «СЭМ» платежей за должника. 

Далее, распорядительными письмами №2 от 23.04.2019 и №3 от 14.08.2019 должник просил ответчика в счет займов по договорам №2 от 23.04.2019 и №3 от 14.08.2019, на суммы 3 000 000,00 рублей и 7 260 200,00 рублей осуществить платежи по мере предоставления реестров на выплату заработной платы работникам должника, а также счетов на материалы и услуги указанных организаций.

Факт перечисления ответчиком денежных средств третьим лицам подтверждается платежными поручениями за период с 07.05.2019 по 14.08.2019 на общую сумму  3 525 771,77 рубля (договор займа №2 от 23.04.2019), за период с 15.08.2019 по 26.12.2019  на общую сумму 6 353 850,21 рубля.

Помимо этого, в материалы дела представлены счета, квитанции на оплату в пользу контрагентов должника, списки перечисляемой в банк зарплаты.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что выдача займов должнику осуществлялась в виде перечисления ответчиком (займодавцем) денежных средств в счет погашения задолженности перед третьими лицами; доказательства, свидетельствующие о том, что третьи лица являлись зависимыми, что повлекло бы квалификацию платежей в качестве транзитных, отсутствуют.

Соответственно, оспариваемые платежи на общую сумму 5 100 000,00 рублей, совершенные должником в адрес ответчика, представляют собой исполнение своих обязательств по возврату полученных от ответчика денежных средств по договорам займа. Представленные ответчиком доказательства кредиторами и конкурсным управляющим прямо не оспорены и не опровергнуты.

Согласно пояснениям ФИО2 стороны исполнили взаимные обязательства по договорам займа, что, в свою очередь, не причинило вред должнику либо кредиторам последнего, указанные сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности общества.

Вместе с тем, судебной практикой выработан подход, согласно которому контролирующее лицо, предоставляя должнику, находящему в условиях имущественного кризиса компенсационное финансирование, берет соответствующий риск непреодоления кризиса на себя и не вправе перекладывать его на других кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения такого требования (пункты 3.1 и 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее – Обзор судебной практики от 29.01.2020).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ основным видом хозяйственной деятельности должника ООО «СК УЭМ» является производство электромонтажных работ (ОКВЭД ОК 029-2014), основным видом деятельности ответчика ООО «СЭМ» также является производство электромонтажных работ (ОКВЭД ОК 029-2014).

В связи с чем, суд первой инстанции сделал верный вывод, что в данном случае заключение договоров займа является выходом за пределы обычной хозяйственной деятельности общества.

Из обстоятельств настоящего обособленного спора следует, что договоры займа заключены между ответчиком и должником не исходя из коммерческих интересов ответчика, а с иной целью - финансирования текущей деятельности должника.

Предоставление ответчиком беспроцентного займа не является типичным для природы заемных правоотношений. Фактически денежные средства предоставлены ответчиком в качестве компенсационного финансирования деятельности должника, что явно следует из причины предоставления этих средств (выплата заработной платы и совершение платежей в пользу третьих лиц контрагентов должника).

Приведенные обстоятельства указывают на недостаточность собственных денежных средств должника для расчетов с кредиторами, сотрудниками, что подпадает под признаки недостаточности имущества должника, сформулированные в статьи 2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае предоставляемые аффилированным лицом займы были направлены на поддержание хозяйственной деятельности должника в период имущественного кризиса, т.е. заключение таких сделок с ответчиком представляло собой вид компенсационного финансирования.

При этом не имеет значения способ предоставления компенсационного финансирования и его оформление.

Как верно отмечено судом первой инстанции, компенсационное финансирование может быть предоставлено не только контролирующим должника лицом, но и аффилированным лицом под влиянием контролирующего лица, при этом в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа (пункт 3.3 Обзора судебной практики от 04.07.2018).

В свою очередь, введение в отношении должника процедуры банкротства призвано исключить возможность нарушения имущественных интересов внешних кредиторов в результате определяющего влияния на процедуру внутренних (заинтересованных) кредиторов. Для реализации данной цели судебной практикой, в частности, выработаны правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица. Такие примеры обобщены и сформулированы в Обзоре судебной практики от 29.01.2020.

Так, по смыслу пункта 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020, сокрытие аффилированным лицом информации о нахождении должника в трудном экономическом положении (имущественном кризисе) и попытка преодолеть кризис посредством внутреннего публично нераскрываемого компенсационного финансирования ведет к тому, что данное лицо принимает риск неосуществления плана выхода из кризиса на себя и впоследствии не вправе перекладывать его на других кредиторов.

Как указывалось ранее, в период совершения спорных платежей должник перестал исполнять денежные обязательства перед независимыми кредиторами, образовалась задолженность перед независимыми кредиторами ООО «Компания «Элторг» в размере 7 588 473,09 рубля, ООО «УЭМ-Инжиниринг» в размере 2 371 490,49 рубля, требования которых не были погашены и в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника.

В свою очередь ответчик, будучи аффилированным к должнику лицом, посредством предоставления займов в условиях наличия признаков имущественного кризиса, предоставил должнику компенсационное финансирование, что само по себе не является вредоносной сделкой, а напротив, направлено на преодоление кризисной ситуации. Однако, действия по изъятию предоставленного финансирования в период имущественного кризиса с целью минимизации своих экономических рисков в ущерб интересам независимых кредиторов, в том числе путем преимущественного удовлетворения требований аффилированного кредитора подпадает под признаки вредоносной сделки, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве.

При этом требования внешних кредиторов, возникшие в спорный период, включены в реестр требований кредиторов должника, в то время как требования ООО «СЭМ» в деле о банкротстве должника не предъявлялись ввиду их погашения в сумме 5 100 000,00 рублей, что свидетельствует о нарушении прав внешних (независимых) кредиторов, требования перед которыми исполнены не были должником.

В отличие от обычных правоотношений, вытекающих из договора займа, при предоставлении финансирования деятельности должника, осуществленного в обход публичной корпоративной процедуры по увеличению размера уставного капитала, возврат денежных средств перед проведением расчетов с независимыми кредиторами не предполагается и совершение действий по обратному перечислению денежных средств указывает на отступление сторонами сделки от первоначального намерения финансового поддержания должника.

В такой ситуации ответчиком и должником созданы условия для погашения обязательств, возникших из отношений по компенсационному финансированию (для изъятия этого финансирования) в ущерб интересам независимых кредиторов, то есть для переложения на последних риска утраты компенсационного финансирования, что очевидно свидетельствует о нарушении их имущественных интересов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Учитывая, что в результате возвращения компенсационного финансирования путем совершения в период с 29.07.2019 по 30.09.2019 оспариваемых платежей в общем размере 5 100 000,00 рублей произошло уменьшение имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, совершением оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Принимая во внимание, что ООО «СЭМ» является заинтересованным лицом по отношению к должнику, предполагается, что на момент совершения оспариваемых сделок ему было известно о признаках неплатежеспособности должника, а также о причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок.

Доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, заявителем апелляционной жалобы не представлено и судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные денежные обязательства, должник отвечал признакам неплатежеспособности, сделки совершены между аффилированными лицами, в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника, о чем стороны сделки были осведомлены, суд первой инстанции правомерно признал недействительными сделки по перечислению должником ООО СК «УЭМ» денежных средств в пользу ООО «СЭМ» в общем размере 5 100 000,00 рублей.

Выводы суда первой инстанции, сделанные по результатам рассмотрения обособленного спора, основаны на правильном определении юридически значимых обстоятельств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции у судебной коллегии отсутствуют.

С учетом вышеуказанного, доводы ФИО2, изложенные в апелляционной жалобе, отклоняются, как необоснованные.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора проанализировал и оценил все имеющиеся доказательства в совокупности и взаимосвязи с иными доказательствами.

Вопреки доводам апеллянта, приведенные в апелляционной жалобе обстоятельства, аналогичны возражениям, представленным в материалы дела при разрешении спора по существу, которые судом первой инстанции проанализированы, все представленные в материалы дела доказательства оценены в порядке статьи 71 АПК РФ, им дана надлежащая правовая оценка.

Признав сделки недействительными, суд применил последствия их недействительности.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом установленных обстоятельств спора, поскольку в данном случае реальность предоставления денежных средств должнику подтверждена материалами дела, суд первой инстанции в порядке применения последствий недействительности сделки правомерно взыскал с ООО «СЭМ» в пользу ООО СК «УЭМ» денежные средства в размере 5 100 000,00 рублей, восстановил ООО «СЭМ» право требования к ООО СК «УЭМ» на сумму 5 100 000,00 рублей.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения настоящего спора  ответчиком ООО «СЭМ» и третьим лицом ФИО2 было заявлено о пропуске уполномоченным органом срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки должника на основании следующего.

Оспариваемые сделки совершены в период с 29.07.2019 по 30.09.2019. С заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) ИФНС России по Кировскому району города Екатеринбурга обратилась 12.10.2022.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 (резолютивная часть объявлена 02.12.2020) конкурсным управляющим должником назначен ФИО6, следовательно, по мнению третьего лица, срок исковой давности в настоящем случае должен исчисляться с 02.12.2020.

Поскольку с настоящим заявлением уполномоченный орган обратился 12.10.2022, то с момента назначения первоначального конкурсного управляющего ФИО6 до момента подачи настоящего заявления прошло более одного года, в связи с чем,  уполномоченным органом пропущен срок исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Обращение лица с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов должника является одним из ряда действий действием по защите субъективных гражданских прав.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пункта 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Общий срок исковой давности согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Как установлено в статье 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается со дня исполнения основного обязательства.

По правилам пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более 10 процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В судебной практике выработан подход, согласно которому срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда о нарушении права узнал или должен был узнать кредитор, обладающий правом на оспаривание сделки, вместе с тем, указанный срок не может исчисляться ранее включения требования конкурсного кредитора в реестр требований кредиторов должника, поскольку только с этого момента кредитор имеет возможность реализовать соответствующее право, то есть в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления об оспаривании сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В рассматриваемом случае, уполномоченный орган, ознакомившись с выпиской по расчетному счету должника, выявил платежи должника в пользу ответчика в размере 5 100 000,00 рублей, совершенные за период с 29.07.2019 по 30.09.2019. В целях проверки и обоснованности данных платежей кредитор обратился к конкурсному управляющему для предоставления соответствующих документов.

В арбитражный суд 29.11.2021 поступила жалоба ООО «Компания «Элторг» на действия конкурсного управляющего ФИО6, которая частично была удовлетворена.

 В процессе рассмотрения указанной жалобы уполномоченный орган указывал на непредставление конкурсным управляющим документов, обосновывающих перечисления ответчику денежных средств в размере 5 100 000,00 рублей.

Определением от 02.08.2022 признаны незаконными действия конкурсного управляющего ООО «СК УЭМ» ФИО6, выразившееся в нарушении правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего; не предоставлении информации, документов, сведений в отношении финансово-хозяйственной деятельности должника; неоспаривания сделок между должником ООО «СК УЭМ» и ООО «СЭМ».

Проанализировав карточку дела, суд первой инстанции установил, что документы в обоснование совершения оспариваемых платежей (договоры займа, платежные поручения) представлены в материалы дела конкурсным управляющим через систему «Мой арбитр» 12.04.2022.

С ходатайством об ознакомлении с материалами дела уполномоченный  орган обратился 27.04.2022.

В данном случае суд первой инстанции верно исходил из того, что именно с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделок.

При этом, из материалов дела не следует, что уполномоченный орган узнал об обстоятельствах совершенных платежей и наличии оснований для их оспаривания ранее даты ознакомления с документами, представленными конкурсным управляющим – 27.04.2022, и соответственно, располагал возможностью предъявить требования об оспаривании совершенных должником платежей, являющихся предметом настоящего спора в срок с момента утверждения первоначального конкурсного управляющего 02.12.2020.

 С учетом указанного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае обращение уполномоченного органа в суд состоялось в пределах установленного законом срока исковой давности. Оснований переоценивать выводы суда первой инстанции не имеется.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 января 2025 года по делу №А60-51132/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина


Судьи


Т.В. Макаров


Т.Н. Устюгова