Постановление от 19 декабря 2024 г. по делу № А53-23245/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-23245/2021
город Ростов-на-Дону
20 декабря 2024 года
15АП-9350/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 декабря 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью "Усть-Донецкий Агропромышленный комплекс": представитель ФИО2 по доверенности от 27.01.2022;

посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 12.11.2024;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Усть-Донецкий Агропромышленный комплекс" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 20.05.2024 по делу № А53-23245/2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом "Дон-Агро", ответчик: ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом "Дон-Агро" (далее - должник) конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи автомобиля между юридическим и физическим лицом б/н от 22.07.2021 года, заключенного между ООО ТД «Дон-Агро» и ФИО3.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 20.05.2024 по делу № А53-23245/2021 в удовлетворении заявления отказано.

Общество с ограниченной ответственностью "Усть-Донецкий Агропромышленный комплекс" обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило отменить судебный акт, принять новый.

Распоряжением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2024 № 30, ввиду болезни судьи Сурмаляна Г.А., с применением автоматизированной информационной системы апелляционная жалоба передана на рассмотрение судье Николаеву Д.В.

Определением от 13.11.2024 сформирован состав суда для рассмотрения апелляционной жалобы по делу № А53-23245/2021: председательствующий судья Николаев Д.В. судьи Демина Я.А., Долгова М.Ю.

Суд огласил, что от ФИО6 через канцелярию суда поступили письменные пояснения с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных документов: а именно: выписки, подтверждающая оплату 21.07.2021 по договору лизингового платежа в размере 2 925 012,92 руб.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить письменные пояснения к материалам дела, ходатайство о приобщении дополнительных доказательств удовлетворить. Суд приобщил дополнительные документы к материалам дела, как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Суд огласил, что от общества с ограниченной ответственностью «Усть-Донецкий агропромышленный комплекс» через канцелярию суда поступили возражения письменные пояснения с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных документов: а именно: копии возражений ФИО6 от 27.06.2023 с приложением, автоматизированная копии судебного акта по делу № А53-23245/21, публикация от 18.06.2021 сообщения № 08398672 в ЕФРСБ.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить возражения и дополнительные документы к материалам дела.

В судебном заседании представитель ФИО3 заявил ходатайство об отложении судебного заседания.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Усть-Донецкий агропромышленный комплекс» возражал против удовлетворения ходатайства.

Суд отложил рассмотрение ходатайства и определил рассмотреть его в совещательной комнате.

Представитель общества с ограниченной ответственностью "Усть-Донецкий агропромышленный комплекс" поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 указанной статьи).

В силу названных норм отложение разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

В удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства отказано судом апелляционной инстанции, поскольку предусмотренные частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для этого основания отсутствуют. При этом судебная коллегия не усматривает препятствий для рассмотрения жалобы по существу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, письменных пояснений, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.11.2021 (резолютивная часть оглашена 27.10.2021) требования общества с ограниченной ответственностью «Усть-Донецкий Агропромышленный комплекс» признаны обоснованными, в отношении общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Дон-Агро» введена процедура наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО5.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 206 (7168)  от 13.11.2021.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 04.03.2022 (резолютивная часть объявлена 28.02.2022) общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Дон-Агро» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура - конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КомерсантЪ» № 42(7243) от 12.03.2022.

В ходе анализа сделок должника конкурсный управляющий установил, что 22.07.2021 между ООО ТД «Дон-Агро» и ФИО3 заключен договор купли-продажи, согласно которому ООО ТД «Дон-Агро» продало ФИО3 транспортное средство BMW Х7 XDRIVE30D, 2019 года выпуска, серого цвета, VIN <***>, ПТС 78YX698261, ГРЗ Е604АН761, номер кузова WBACW81040LS192211 по цене 400 000 руб.

Полагая, что указанная сделка является недействительной, поскольку совершена без равноценного встречного предоставления, так как денежные средства от ответчика должнику не поступали, управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право финансового управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств (пункт 1).

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (абзац третий пункта 9 постановления № 63).

Как разъяснено в пунктах 5, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5).

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6).

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена через один день после принятия заявления о признании должника банкротом к производству арбитражного суда (21.07.2021), то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полу

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий должника указал, что оспариваемый договор купли-продажи заключен по заниженной цене, не соответствующей рыночной стоимости имущества.

В обоснование неравноценного встречного представления по договору купли-продажи конкурсный управляющий должника указал, что согласно информации из открытых источников, а именно сайта объявлений, стоимость аналогичного транспортного средства составляет от 6 000 000 рублей до 9 400 000 рублей (прилагается), соответственно, средняя рыночная стоимость автомобиля составляет 7 319 600 рублей, что в 18 раз ниже цены, указанной в договоре.

Одним из обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения.

Для того чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления.

Принимая во внимание наличие спора о стоимости имущества, являющегося предметом оспариваемой сделки, и разногласия относительно собранных по делу доказательств, определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.11.2023 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Первая независимая экспертная компания» ФИО7

На разрешение эксперта поставлен вопрос: Определить рыночную стоимость транспортного средства BMW Х7 XDRIVE30D, 2019 года выпуска, серого цвета, VIN <***>, ПТС 78YX698261, ГРЗ Е604АН761, номер кузова <***> по состоянию на 23.07.2021 г.?

В материалы дела представлено заключение эксперта № 2119011-23 от 30.11.2023, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства BMW Х7 XDRIVE30D, 2019 года выпуска, серого цвета, VIN<***>, ПТС 78YX698261, ГРЗ Е604АН761, номер кузова <***> по состоянию на 23.07.2021 г. составляет 7 215 000 руб.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из представленного экспертного заключения следует, что при исследовании предмета оценки экспертом применялись те подходы и методы оценки, использование которых было целесообразным для ответа на поставленный судом вопрос, для целей выявления факторов, непосредственно влияющих на стоимость объекта исследования.

При применении сравнительного подхода, которым руководствовался эксперт, в качестве объектов-аналогов использованы объекты недвижимости, которые относятся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка и сопоставимы с ним по ценообразующим факторам.

Из экспертного заключения следует, что эксперт принял во внимание сведения о местоположении, общей площади нежилых помещений, вид права на объект оценки, доступ к объекту, расположение в здании, состояние отделки помещения, тип объекта, расположение относительно красной линии.

Содержащиеся в заключении сведения дают надлежащее представление о местоположении, категории, размере, стоимости и иных характеристиках объектов, учтенных экспертом при расчете итоговой величины стоимости спорного объекта недвижимости.

Данная информация подтверждена и проверяема, в экспертном заключении имеются ссылки на используемые источники информации, к заключению приложены скриншоты использованных объявлений, позволяющих делать выводы об авторстве соответствующей информации и дате ее подготовки.

Проведенная судебная оценочная экспертиза является полной, заключение эксперта аргументировано, содержит подробное описание принятых им при проведении оценки методик, является внутренне логичным и непротиворечивым, не содержит неясностей и неточностей, в том числе при ссылке на источники сведений, которые были использованы судебным экспертом при исследовании.

Рассмотрев заключение эксперта № 2119011-23 от 30.11.2023, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заключение является достоверным и допустимым доказательством рыночной стоимости объекта недвижимости на момент совершения оспариваемой сделки.

Оценив экспертное заключение, представленное по результатам проведения судебной экспертизы, данные о примененных стандартах, методиках оценки, судебная коллегия пришла к выводу, что заключение эксперта является ясным, полным, обоснованным и без каких-либо противоречий отвечает на поставленный судом вопрос, не содержит каких-либо противоречивых выводов и не вызывает сомнений в его обоснованности. Доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательства, подтверждающие наличие в заключении противоречивых или неясных выводов, в материалах дела отсутствуют. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертиза проведена экспертом, соответствующим предъявляемым к нему требованиям.

Заключение эксперта от 30.11.2023 № 2119011-23 принято судом в качестве доказательства, соответствующего требованиям статей 64, 67, 68, 71, 75, 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно признал заключение судебной экспертизы относимым, допустимым и достоверным доказательством.

Возражая против доводов конкурсного управляющего, ответчик указал, что он произвел оплату приобретаемого им имущества в размере 6 000 000 руб.

Исследовав фактические обстоятельства, связанные с оплатой за спорное движимого имущество, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В своих возражениях ответчик и третье лицо указывали, что между ООО ТД «Дон-Агро» в лице ФИО6 и ФИО3 достигнута договоренность о том, что ФИО3 передает обществу 1 200 000 руб. в качестве предоплаты по договору купли-продажи BMW X7, который стороны заключат не позднее 6 месяцев с даты получения должником предоплаты.

Денежные средства переданы ФИО3 директору ООО ТД «Дон-Агро» ФИО6 10.02.2021, что подтверждается распиской ФИО6

Принимая во внимание выше изложенное, суд первой инстанции верно признал, что данная расписка фактически является офертой, которая в силу п. 2 ст. 435 ГК РФ связывает направившее ее лицо обязательством заключить договор купли-продажи с ФИО3 в течение 6 месяцев с даты составления документа. При этом, расписка как оферта содержит все существенные условия договора купли-продажи, т.е. условие о предмете (конкретное спорное авто с указание VIN).

Судом установлено, что транспортное средство являлось предметом лизинга по договору лизинга № 2189702- ФЛ/РНД-19 от 27.09.2019, заключенному между ООО «ЛК «Европлан» (ИНН <***>, Лизингодатель) и ООО ТД «Дон-Агро» (Лизингополучатель).

Соответственно, до внесения всех платежей лизингодателю автомобиль не мог быть продан ФИО3

22.07.2021 между ООО «ЛК «Европлан» (продавец) и ООО ТД «Дон-Агро» (покупатель) заключен договор купли-продажи № 2189702-ПР/РНД-21. Согласно данному договору, в собственность покупателя переходит автомобиль BMW X7 XDRIVE30D (тип ТС: легковой), год изготовления ТС: 2019, цвет кузова: серый, VIN: <***>. Выкупная стоимость имущества составила 2 655 254,92 руб. В соответствии с п. 2.2 договора, на момент его подписания выкупная стоимость имущества оплачена ООО ТД «Дон-Агро» полностью.

В связи с этим стороны пришли к соглашению о продаже автомобиля за 6 000 000 руб. (с учетом ранее переданных ответчиком денежных средств в размере 1 200 000 руб.).

В своих пояснениях ответчик указывал, что 21.07.2021 между должником и ответчиком подписано два документа: договор купли-продажи автомобиля между юридическим и физическим лицами, который оформлен для регистрации транспортного средства в ГИБДД, при этом в данном договоре по просьбе руководителя ООО ТД «Дон-Агро» ФИО6 для того, чтобы избежать уплаты существенной суммы налога, указана заниженная стоимость автомобиля; дополнительное соглашении к указанному договору, которое оформлено для фиксирования уже реальной стоимости продажи транспортного средства (6 000 000 руб., с учетом ранее переданных 1 200 000 руб.).

Таким образом, указание в договоре купли-продажи автомобиля между должником и ответчиком и в дополнительном соглашении к указанному договору даты - 22 июля 2021 года обусловлено именно тем, что BMW X7 являлось предметом лизинга и собственностью лизинговой компании (стороны не могли датировать документы более ранним числом).

Согласно пункту 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с положениями части 2 статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации расчеты между юридическими лицами, а также расчеты с участием граждан, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, производятся в безналичном порядке. Расчеты между этими лицами могут производиться также наличными деньгами с учетом ограничений, установленных законом и принимаемыми в соответствии с ним банковскими правилами.

Способами произвести оплату юридическому лицу являются: перечисление на расчетный счет или внесение денежных средств в кассу должника, что подтверждается платежным поручением или квитанцией к приходному кассовому ордеру.

Конкурсный управляющий должника заявил довод о том, что денежные средства от ответчика на расчетный счет должника или в кассу должника не поступали.

Возражая против удовлетворения заявленного конкурсным управляющим должника требования, ответчик указал, что денежные средства ответчик передал ФИО6, как руководитель должника.

Согласно выпискам, на счет должника 10.02.2021 и 21.07.2021 (фактическая дата подписания договора купли-продажи) ФИО6 вносила через банкомат денежные средства в сумме 1 000 000 руб. и 4 800 000 руб. соответственно.

В своих пояснениях третье лицо указывало, что оставшиеся 200 000 руб., также переданные ФИО3 10.02.2021 (всего в эту дату 1 200 000 руб.) ФИО6 внесла в кассу должника в наличной форме в целях выплаты заработной платы, осуществления расчеты с лизинговой компанией.

При этом конкурсным управляющим и конкурсным кредитором не доказано какое-либо иное основание возникновения соответствующих денежных средств на счетах должника (наличие иного обязательства какого-либо контрагента перед ООО «ТД «Дон-Агро»). Более того, директор должника опровергает выдачу (возврат) каких-либо личных займов обществу и подтверждает получение денежных средств от ФИО3

При проверке факта оплаты покупателем имущества должника наличными денежными средствами судами применяются подходы, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 35), направленные на проверку фактического предоставления должнику денежных средств, наличия у стороны договора, передавшей наличные денежные средства, реальной финансовой возможности предоставить должнику - стороне договора наличные денежные средства.

Поскольку ответчик ссылается на передачу должнику наличных денежных средств в размере 6 000 000 руб., суду помимо прочего необходимо установить обстоятельства, связанные с тем, имелись ли у ответчика наличные денежные средства для осуществления оплаты за спорное недвижимое имущество в размере не меньшем, чем произведенная оплата.

В своих возражениях ответчик указывал, что денежные средства для совершения спорной сделки были получены ФИО3 у ФИО8, с которым фактически сложились агентские отношения. Ответчик как агент за вознаграждение по поручению ФИО8, как принципала от своего имени и за счет принципала осуществил подбор автомобиля, организацию сделки и заключение договора купли-продажи.

Денежные средства ФИО8 передавал ФИО3 в наличной форме. Финансовая возможность ФИО8 передать соответствующую сумму денежных средств подтверждается представленными в материалы дела к судебному заседанию 20.02.2024 пояснениями третьего лица ФИО8 и выписками по его счетам.

В пояснениях, представленных в суд первой инстанции, ФИО8 подтвердил, что с ФИО3 он знаком с 2019 года, поэтому в 2021 году он предложил ФИО3 заняться перевозками автомобилей из регионов и продажей их в автосалоны в Москве.

В целях подтверждение финансовой возможности ФИО8 передать ФИО3 денежные средства для оплаты спорной сделки ответчик дополнительно представил в суд апелляционной инстанции в материалы дела налоговую декларацию ФИО8 по УСН за 2019 год; налоговую декларацию ФИО8 по УСН за 2020 год; налоговую декларацию ФИО8 по УСН за 2021 год; выписку по счету ФИО8 № 40802810700110000770; патент ФИО8 на право применения патентной системы налогообложения № 7725210001792 от 09.04.2021 в отношении осуществляемого (осуществляемых) им вида (видов) предпринимательской деятельности Парикмахерские и косметические услуги; Патент ФИО8 на право применения патентной системы налогообложения № 7729210002598 от 13.04.2021 в отношении осуществляемого (осуществляемых) им вида (видов) предпринимательской деятельности Парикмахерские и косметические услуги; патент ФИО8 на право применения патентной системы налогообложения № 7751210003222 от 25.05.2021 в отношении осуществляемого (осуществляемых) им вида (видов) предпринимательской деятельности Сдача в аренду (наем) нежилых помещений, принадлежащих индивидуальному предпринимателю на праве собственности.

Также ответчик представил договор аренды нежилого помещения № 3 от 01.01.2021, согласно которому арендодатели ФИО8, ФИО9, ФИО10 предоставили во временное владение и пользование ИП А.Бойконежилое помещение общей площадью 100 кв. м. (далее - «Помещение»), кадастровый номер: 77:17:0110504:4995, расположенное в здании по адресу: 115432, г. Москва, Внуковское п., б-р Андрея Тарковского, д.1. Размер арендной платы по данному договору составляет 350 000 руб. в месяц; договор аренды нежилого помещения № 5 от 01.04.2021, согласно которому арендодатели ФИО8 и ФИО9 предоставили во временное владение и пользование ИП Зиме И.П. нежилое помещение общей площадью 100 кв. м. (далее - «Помещение»), кадастровый номер: 77:17:0110504:4995, расположенное в здании по адресу: 115432, г. Москва, Внуковское п., б-р Андрея Тарковского, д.1. Размер арендной платы по данному договору составляет 350 000 руб. в месяц.

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие финансовой возможности ответчика для совершения спорной сделки по цене 6 000 000 руб.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что целью совершения ответчиком оспариваемой сделки являлась дальнейшая перепродажа автомобиля.

Так из материалов дела следует, что 23.07.2021 между ФИО3 (Продавец) и ООО «РОЛЬФ», филиал «Юг» (Покупатель) заключен договор купли-продажи с собственником бывшего в эксплуатации автомобиля № ФРЮ/ВК-030359, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить бывший в эксплуатации автомобиль BMW X7 (VIN: <***>) по цене 6 783 000 руб.

23.07.2021 автомобиль передан ответчиком автосалону по соответствующему акту приемки - передачи бывшего в эксплуатации автомобиля. Денежные средства по договору с ООО «РОЛЬФ» получены ФИО3 в тот же день, что подтверждается заявлением ФИО3 о выплате ему 6 783 000 руб. и расходным кассовым ордером № 00290 с назначением платежа «перевод денежных средств для выплаты за а/м по договору № ФРЮ/ВК-030359 от 23.07.2021».

Основным видом деятельности ООО «РОЛЬФ» и АО «РОЛЬФ» является код 45.12.2 «Торговля розничная легковыми автомобилями и легковыми транспортными средствами в специализированных магазинах», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ № ЮЭ9965-24-126491474 от 17 сентября 2024 года. ООО «РОЛЬФ» осуществляло деятельность по покупке и продаже новых и бывших в эксплуатации автомобилей, а также их сервисному обслуживанию.

Порядок государственной регистрации транспортных средств регламентируется Федеральным законом от 03.08.2018 № 283-Ф3 «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Согласно ч. 1 ст. 6 данного Закона государственному учету подлежат транспортные средства, в том числе базовые транспортные средства и шасси транспортных средств, перегоняемые к конечным производителям или в связи с вывозом за пределы территории Российской Федерации, транспортные средства, являющиеся опытными (испытательными) образцами, а в случаях и порядке, которые устанавливаются Правительством Российской Федерации, иные транспортные средства.

Согласно ч. 2 ст. 6 Закона требования части 1 настоящей статьи не распространяются на транспортные средства, являющиеся товаром, реализуемым юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, осуществляющими торговую деятельность.

Таким образом, ООО «РОЛЬФ» не обязано было регистрировать автомобиль, предназначенный для продажи, в органах ГИБДД.

В материалы дела ответчиком также представлены договоры, в соответствии с которыми ФИО3 реализовывал в пользу АО «РОЛЬФ» иные транспортные средства (приобретаемые в целях перепродажи аналогично спорному автомобилю) (представлены посредством сервиса подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» 11.11.2024 в 08.33 МСК).

Так, 11.11.2021 между ФИО11 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства Ауди А3 2013 года изготовления. При этом принципиально, что по указанному договору, стоимость транспортного средства определена в размере 650 000 руб., а фактическая стоимость транспортного средства составила 880 000 руб., что следует из расписки.

Приобретенный автомобиль 13.11.2021 продан АО «Рольф» по договору купли-продажи с собственником бывшего в эксплуатации транспортного средства № ФАС/ВК013569.

Аналогичным образом ФИО3 приобрел у ФИО12 автомобиль PORSCHE CAYENNE 2019 года выпуска, который 22.09.2021 продал автосалону АО «Автодом» (ИНН) по договору № 02015050.

27.07.2021 ФИО3 по Договору купли-продажи с собственником бывшего в эксплуатации автомобиля № ОСЗ/ВК-010500 продал АО «Рольф» автомобиль Volkswagen Touareg 2019 года выпуска.

23.07.2021 между ФИО3 (продавец) и ООО «Рольф» (покупатель) заключен договор купли-продажи № ФРЮ/ВК-030355 в отношении автомобиля Kia Sorento VIN <***>.

Таким образом, изложенное дополнительно подтверждает, что в спорный период ФИО3 занимался деятельностью по перепродаже автомобилей и, что сделка с ООО «ТД «Дон-Агро» являлась одной из ряда сделок соответствующего характера.

Также судом апелляционной инстанции учитывается, в 2020 и 2021 гг. должник неоднократно совершал сделки по реализации принадлежащих ему легковых автомобилей (с ФИО13, ФИО14 ФИО15, ФИО16) на условиях, аналогичных оспариваемой сделке:

- цена автомобиля, указанная в первоначальном договоре купли-продажи, была существенно ниже рыночной (по просьбе директора Должника в целях уменьшения налоговой нагрузки);

- во втором договоре/дополнительном соглашении, составленном сторонами той же датой, что и основной договор, указывалась реальная цена продажи, соответствующая рыночной;

- расчеты по сделке осуществлялись в наличной форме;

- полученные от покупателя денежные средства ФИО6 в момент сделки внесла на счет ООО «ТД «Дон-Агро», в банке Открытие.

В деле о банкротстве ООО «ТД «Дон-Агро» судами не признана недействительной ни одна из данных сделок (суды отказывали в удовлетворении соответствующих заявлений конкурсного управляющего).

Следует также отметить, что вопреки доводам апеллянта, в гражданском обороте допускается заключение договора купли-продажи спустя в т.ч. год (а в настоящем деле стороны заключили договор не позднее полугода) с момента передачи продавцу аванса/задатка. В частности, данный вывод следует из содержания определения Верховного Суда РФ от 15 января 2019 г. № 18-КГ18-232.

Таким образом, доводы конкурсного кредитора о том, что транспортное средство реализовывалось не по цене 6 000 000 руб., а спорная сделка нетипична для гражданского оборота, являются необоснованным.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, цена оспариваемого договора составила 6 000 000 руб., при этом отклонение цены сделки относительно результатов экспертизы (7 215 000 руб.) составляет 20,3 %.

При оценке доказательств, представленных в материалы дела, судебная коллегия учитывает, что действующее законодательство не раскрывает понятие неравноценности встречного исполнения и, соответственно, не содержит критериев ее оценки. Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применены заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется в каждом конкретном случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества.

Согласно сложившейся судебной практике критерием осведомленности контрагента должника о противоправной цели сделки является кратное превышение рыночной стоимости имущества по сравнению с фактическими затратами покупателя на его приобретение. Необъяснимое двукратное или более отличие цены договора купли-продажи от рыночной стоимости реализуемого имущества должно вызывать подозрение у любого участника хозяйственного оборота.

Соответствующая правовая позиция применена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707.

Судебная коллегия, сопоставив стоимость имущества, согласованную сторонами в договора купли-продажи автомобиля от 21.07.2021 и дополнительного соглашения к указанному договору в размере 6 000 000 руб., со стоимостью имущества согласно экспертному заключению № 2119011-23 от 30.11.2023 в размере 7 215 000 руб., пришла к выводу о том, что кратное превышение цены сделки над рыночной стоимостью транспортного средства не доказано.

Конкурсный управляющий, конкурсный кредитор не представили доказательства заинтересованности покупателя по отношению к должнику, его осведомленности о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также о противоправной цели сделки, в том числе об ущемлении сделкой интересов кредиторов должника.

Вместе с тем, судебная коллегия учитывает, что предъявление повышенного стандарта доказывания возможно при наличии аффилированности между ответчиком и должником.

Довод об отсутствии у конкурсного управляющего документов, подтверждающих факт внесения ответчиком в кассу должника денежных средств, не может служить самостоятельным основанием для вывода об отсутствии оплаты, поскольку отсутствие у конкурсного управляющего документов, подтверждающих фактическое внесение денег в кассу общества по причине не передачи конкурсному управляющему первичных бухгалтерских документов (в том числе касса предприятия) бывшим руководителем должника, не может являться основанием для вывода о том, что ответчик фактически не произвел оплату за приобретаемый распорного средства.

Таким образом, с учетом выводов судебной экспертизы о том, что рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 23.07.2021 составляла 7 215 000 руб., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии существенного занижения стоимости реализованного должником автомобиля.

Конкурсный управляющий должника не представил надлежащие и достоверные доказательства в обоснование довода о неравноценности встречного исполнения по оспариваемому договору купли-продажи. Более того, суд установил, что ответчик согласно договору купли-продажи от 23.07.2021 продал транспортное средство третьему лицу по цене 6 783 000 руб.

Применительно к рассматриваемому спору, учитывая, что цена оспариваемой сделки кратно не отличается от цены, определенной экспертом, продавец и покупатель не являются аффилированными лицами, конкурсный управляющий не доказал существенное занижение стоимости реализуемого имущества, цель заключения сделки - причинение вреда кредиторам и осведомленность покупателя об этой цели сделки.

Необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.

Из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В данной ситуации само по себе отклонение стоимости нежилого помещения на 20,3 % от цены, определенной в результате экспертной оценки, не может рассматриваться как неравноценное и для ответчика не было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных объектов, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные критерии.

Таким образом, квалификация встречного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае, исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.).

Применительно к рассматриваемому спору заявитель не доказал совокупность обстоятельств, наличие которых является основанием для признания сделки недействительной в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Представленные доказательства не подтверждают наличие у сторон сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Более того, наличие на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, при отсутствии других условий, само по себе не может являться основанием для признания ее недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Отсутствие в материалах дела подлинников документов не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов, так как представленные копии документов заверены надлежащим образом. Доказательств того, что представленные копии документов не соответствуют оригиналам документов либо имеется копия документа, содержание которой не соответствует копии, представленной истцом, ответчик не представил

Суд первой инстанции также верно учтено, что отсутствие у ответчика оригинала расписки на момент возникновения судебного спора само по себе не свидетельствует о невозможности принять данный документ в качестве доказательства по делу, а также не является основанием для удовлетворения заявления о фальсификации.

Последствия непредставления в суд подлинного документа определены в ч. 6 ст. 71 АПК РФ, согласно которой арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

По смыслу приведенной нормы невозможность установления факта на основании копии документа связана с наличием совокупности следующих условий: утрата подлинника документа либо непредставление подлинника в суд; расхождение содержания копий этого документа, представленных участвующими в деле лицами; невозможность установления подлинного содержания первоисточника с помощью других доказательств. При этом для признания недостоверным факта, подтверждаемого копией документа, обязательна совокупность перечисленных условий. Отсутствие хотя бы одного из названных условий устраняет действие данной нормы.

Соответственно, судом сделан верный вывод о принятии в качестве надлежащих доказательств по делу копий документов (в т.ч. расписки от 10.02.2021), представленных Ответчиком, в отсутствие оригинала.

Фактически доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 20.05.2024 по делу № А53-23245/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                    Д.В. Николаев


Судьи                                                                                                                   Я.А. Демина


М.Ю. Долгова