Приговор № 1-23/2024 1-236/2023 от 18 ноября 2024 г. по делу № 1-23/2024

Дело №1-23/2024 (1-236/2023)

УД №12202320018000106

УИД 42RS0001-01-2023-000514-88


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Анжеро-Судженск 19 ноября 2024 года

Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Южиковой И.В.,

при секретаре Гайдабура Е.С.,

с участием государственного обвинителя Толстовой О.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Дмитриева Ю.Ю., представившего удостоверение № от <дата>, ордер № от <дата>,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовного судопроизводства материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, <...> зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, судимого:

-<дата> Беловским городским судом Кемеровской области по <...>, на основании <...> к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима (на <дата> неотбытый срок 3 года 4 месяца 2 дня),

по настоящему делу по стражей не содержащегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.321 УК РФ,

установил:

ФИО1 применил насилие, не опасное для жизни или здоровья, в отношении сотрудника места содержания под стражей, в связи с осуществлением им служебной деятельности, в <адрес> при следующих обстоятельствах.

ФИО1, являющийся на основании приговора Беловского городского суда Кемеровской области от <дата>, вступившего в законную силу <дата>, осужденным по <...> к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, содержащийся на основании постановления об этапировании Яйского районного суда Кемеровской области от <дата> в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Кемеровской области–Кузбассу (далее – СИЗО-4), расположенном по адресу: <адрес>, <дата> в период времени с 22-20 часов до 22-40 часов в коридоре режимного корпуса №, напротив камеры №, то есть на режимной территории СИЗО-4, с целью дезорганизации деятельности СИЗО-4, действуя умышленно, применил насилие, не опасное для жизни или здоровья, в отношении сотрудника места содержания под стражей – дежурного помощника начальника следственного изолятора (далее по тексту ДПНСИ) капитана внутренней службы Потерпевший, назначенного на указанную должность приказом начальника ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу №-лс от <дата>, в связи с осуществлением им служебной деятельности, связанной с принятием мер по выявлению, предупреждению и пресечению нарушений установленного порядка содержания под стражей и иных правонарушений, согласно должностной инструкции ДПНСИ СИЗО-4, утвержденной <дата> начальником СИЗО-4, в том числе п.45 инструкции.

<дата> ФИО1 в период времени с 22-00 часов до 22-40 часов, находясь в камере № режимного корпуса № СИЗО-4, потребовал от младшего инспектора дежурной службы СИЗО-4 Свидетель №20 пригласить к нему ДПНСИ, в противном случае, высказался о намерении совершить поджог своей камеры. О требовании ФИО1 Свидетель №20 доложила ДПНСИ Потерпевший, который незамедлительно прибыл в указанный режимный корпус, приняв решение открыть камеру №, где обнаружил задымление, связанное с умышленными действиями ФИО1, совершившего поджог листа бумаги при входе в камеру. ФИО1 после открытия входных дверей камеры, игнорируя законные требования Потерпевший не выходить из камеры, применяя физическую силу, оттолкнул Потерпевший руками и туловищем, повредив при этом карман на форменном обмундировании – бушлате, вышел в коридор режимного корпуса, находясь в котором, с целью унижения Потерпевший и умаления его авторитета, как сотрудника места содержания под стражей, плюнул на форменное обмундирование потерпевшего, высказавшись грубой нецензурной бранью. Далее ФИО1 в продолжение своего преступного умысла, направленного на применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении сотрудника места содержания под стражей, в связи с осуществлением им служебной деятельности, не желая подчиняться законным требованиям Потерпевший успокоиться и соблюдать установленные правила порядка содержания под стражей, с целью применения насилия, не опасного для жизни или здоровья в отношении сотрудника места содержания под стражей, нанес один удар рукой по правому предплечью Потерпевший, то есть применил в отношении него насилие, не опасное для жизни или здоровья, причинив Потерпевший своими умышленными преступными действиями физическую боль.

Подсудимый ФИО1 в ходе судебного следствия однозначно свое отношение к инкриминируемому преступлению не высказал. Пояснил, что с весны 2021 года содержался в СИЗО-4. <дата> содержался в камере № корпуса №. Вечером он лежал на кровати, почувствовал запах проводки либо что-то плавилось. У двери тряпка половая начала дымиться. Бумаги на полу не было. Потоптался по ней, начал стучать в дверь, звать инспектора Свидетель №20 Она подошла, открыла окошко, сказала про запах, что уже позвонила. Тряпка была уже потушена, тлело наверху либо от розетки, был дым, он шел в коридор. Было небольшое задымление, был запах пластмассы. Он открывал окно 2-3 раза, закрывал, потому что при открывании форточки дым в камеру шел. Прошло 20-30 минут. Пришли сотрудники Свидетель №3 либо А., кто-то из них открыл окошко, увидел задымление и сказал, что открывать надо дверь и его выводить. Это было с 21-30 часов до 22-20 часов. Открыли дверь. А. стоял в проёме двери, инспектор Свидетель №20 стояла возле двери в коридоре. Ему пришлось сквозь А. и с правой стороны проёма протиснуться, правой рукой держался за отсекающую решётку, левая была вдоль тела. А. не давал ему выйти, своим телом прижимал его к стене, между стеной и А. он пытался протиснуться. Он протиснулся и вышел, плюнул в сторону А., потому что он его провоцировал. В коридоре с А. был разговор уже на повышенных тонах. Видеорегистратор был на кармане на груди А., в руке его уже видел в коридоре. А. держал регистратор. Стоял с ним в споре и отмахнулся рукой, ни по каким частям тела целенаправленно ему удары не наносил. Умысла, чтобы его бить, оскорблять у него не было. Не исключает, что соприкоснулся с видеорегистратором. Потерпевший не бил, физический вред, не опасный для жизни и здоровья, не причинял, карманов не отрывал. Не исключает, что когда пытался выйти, мог А. за что-то зацепиться. На робе были только пуговицы, цепляться нечему. Нецензурная брань не в адрес потерпевшего была. Свое состояние обусловливает тем, что его игнорировали, он находился в камере, где было задымление, стучался, кричал, потерпевший мог его выпустить спокойно, не удерживать. Обратился к сотруднику, чтобы выпустили, сотрудник препятствовал, поэтому из-за его незаконных действий, счел необходимым выйти в коридор, что и сделал. Считает, что его провоцировали. Говорил, что в камере № издеваются над девочкой. Не считает потерпевшего как сотрудника, потому что он на службе обязан соблюдать правила внутреннего распорядка, федеральные законы и в первую очередь обеспечивает безопасность осужденным, обвиняемым и подозреваемым. Ранее А. выводил его к медработникам, с ним неоднократно также были разговоры, касающиеся его жалоб. Находясь в коридоре, увидел, что медицинский работник Свидетель №1 стояла за отсекателем либо за дверью. Еще был главный энергетик А. Никто медицинскую помощь в тот день не предоставил, Свидетель №1 куда-то отправили или она ушла, больше её не видел. Около 23-00 часов приходили оперативный работник Свидетель №5, иные сотрудники, стояли за отсекающей перегородкой. Был Ч., разговаривали с ним в коридоре. Его завели в кабинет, где состоялся разговор с сотрудниками, потом его увели в камеру. Лично с Свидетель №5 конфликтов не было, помимо того, что он писал жалобы, что нужна медицинская помощь, на условия содержания. Свидетель №4 начальник оперативного отдела, который курирует незаконные действия в СИЗО-4. Они его ненавидят за то, что он борется за справедливость. Любая жалоба выходила в конфликтную ситуацию либо провокацию, создание дальше хуже условий. Дезорганизации в учреждении он никогда никакой не делал, на таком профучете не состоял и не состоит, к дисциплинарной ответственности не привлекался. Никаких жалоб никого не подбивал писать, никого не привлекал к противоправным действиям. За все время содержания сотрудники ГУФСИН постоянно недовольны тем, что он пишет жалобы, если кого-то бьют, он просит своих родственников сообщить правозащитникам, за это они его ненавидят. На следующий день у него были жалобы сотрудникам, что вчера надышался гарью, но все нормально.

В судебных прениях подсудимый ФИО1 свою вину в инкриминируемом преступлении фактически не признал, просил его оправдать, пояснил, что он не совершал преступления, предъявленный ему состав преступления отсутствует. Он никого не бил, карманы не отрывал, физического насилия, не опасного для жизни и здоровья, не применял. Никаких действий с его стороны, чтобы они отвечали тому исчерпывающему перечню, в который входит слово дезорганизация, не было. Потерпевший своими противоправными действиями удерживал его в камере, видя, что он задыхается.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины в инкриминируемом преступлении, его вина с очевидностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Показаниями потерпевшего Потерпевший, который суду пояснил, что в должности ДПНСИ в СИЗО-4 по <адрес>, служит с октября 2021 года. В своей деятельности руководствуется приказом № «Об организации службы», Федеральными законами «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовное наказание». В его должностные обязанности входит контроль выполнения инспекторами, сотрудниками своих должностных обязанностей, выполнение лицами, содержащимися в следственном изоляторе, правил внутреннего распорядка, также реализация прав и законных интересов содержащихся лиц. Подсудимый в учреждении содержится с июля 2021 года. Он характеризуется отрицательно, пытался установить межкамерную связь, сокамерников или иных граждан подталкивал на написание необоснованных жалоб, пытался выразить себя на фоне других содержащихся в следственном изоляторе, повысить свой авторитет, об этом сообщалось начальнику учреждения. Селиванов состоит на учете как склонный к суициду и членовредительству, нападению и систематическому нарушению правил внутреннего распорядка. На учете за дезорганизацию учреждения не состоит. С <дата> по <дата> находился на дежурстве согласно суточному приказу. Примерно в 22-10 часов поступил звонок с режимного корпуса №, сотрудник Свидетель №20 сообщила о том, что в камере № ФИО1 вызывает ДПНСИ для решения важного вопроса, высказывал намерения, если он не придет, то совершит поджег в камере. Он вызвал сотрудника оперативной группы Свидетель №3, медицинского работника Свидетель №1, выдвинулись в данный корпус. Изначально попросил младшего инспектора Свидетель №20 открыть окно для раздачи пищи. Она открыла. Посмотрел в камеру, на полу лежал тлеющий фрагмент бумаги, чувствовался легкий запах дыма, задымления не увидел. Поэтому попросил открыть ее дверь камеры, она открыла. Зашел в камеру, чтобы данный фрагмент притоптать ногой. Форточка была открыта в камере, задымление отсутствовало, риска для здоровья не видел, источников возгорания не было. Не было повода, чтобы ФИО1 выйти в коридор. ФИО1 начал высказываться, ругаться нецензурной бранью, говорил, что его умертвляют, начал выдвигаться в его сторону. Он стоял в дверном проеме, тот начал пытаться покинуть камеру, выталкивая его из камеры, вытиснуть пытался. Он находился в форменном обмундировании сотрудника, подсудимый схватился за портативный регистратор, который находился у него на нагрудном левом кармане, он перехватил видеорегистратор, в этот момент подсудимый надорвал нагрудный карман форменного обмундирования. Какой точно рукой не помнит по поводу кармана, скорее всего, левой рукой, правой держался за решетку отсекающую. Потом он ослабил, дал ему возможность выйти. Применяя усилие, вышел, продолжал нецензурно ругаться, плевал в его сторону, попал на форменное обмундирование, на лицо. Высказывал, чтобы вызвали прокурора, так как в камере № незаконно содержится Г. что не соответствует камерному размещению. Стояли в коридоре, перед ним были Свидетель №20, ФИО1, сзади медработник и Свидетель №3 Он продолжал съемку, в правой руке находился регистратор, держал его на уровне плеча, говорил подсудимому, чтобы прекратил противоправные действия, снимал его в лицо, он не реагировал. ФИО2 в его адрес угроз не высказывал. Дальше подсудимый рукой, какой не помнит, нанес удар ему по предплечью правой руки, где находился регистратор. От удара он испытал физическую боль. ФИО2 продолжал выкрикивать в коридоре, нецензурной бранью ругаться. Он передал регистратор другим сотрудникам, чтобы пойти сообщить начальнику учреждения о происшествии. Физическая сила и спецсредства к подсудимому не применялись. Сотрудники прибыли, с ним разговаривали, он зашел в камеру после беседы с кем-то из сотрудников. ФИО2 не говорил, чтобы проверили проводку, никаких нарушений не было. Через час-два в дежурной части говорил Ч. и Свидетель №3, что ФИО2 по руке ударил. Боль в руке ощущалась в течение двух-трех дней, в медучреждение или к медицинским работникам не обращался, использовал мазь «<...>». Ранее конфликтов между ним и ФИО2 не было.

В порядке ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания потерпевшего, данные в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.55-59). Так из показаний потерпевшего следует, что он состоит в должности ДПНСИ СИЗО-4 с октября 2021 года. В его должностные обязанности входит организация службы на постах следственного изолятора, надзор за выполнением обязанностей младших инспекторов дежурной службы, контроль за выполнением соблюдения правил внутреннего распорядка и режима содержания лицами, содержащимися в следственном изоляторе, реализации их прав и обязанностей. С июля 2021 года в СИЗО-4 содержится ФИО1 по решению суда. ФИО1 характеризуется отрицательно, постоянно пытается дезорганизовать работу следственного изолятора, отрицательно влияет на других лиц, содержащихся в их учреждении, состоит на профилактическом учёте, как лицо, склонное к нападению на представителя администрации и сотрудников правоохранительных органов, и как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительства, систематически нарушает правила внутреннего распорядка и режим содержания, подталкивает других подозреваемых, обвиняемых и осужденных к написанию необоснованных жалоб, все его действия направлены на дезорганизацию работы следственного изолятора, воспрепятствование исполнения сотрудниками следственного изолятора своих должностных обязанностей. <дата>, находясь на суточном дежурстве, около 22-10 часов ему от младшего инспектора дежурной службы следственного изолятора Свидетель №20 стало известно, что ФИО1, содержавшийся в камере № режимного корпуса №, требует визита ДПНСИ, чтобы решить какой-то важный вопрос, и высказывает намерения в поджоге камеры в случае неявки. Он совместно с начальником отдела по воспитательной работе Свидетель №3 выдвинулся к корпусу №. Вызвал дежурного медицинского работника Свидетель №1, чтобы она пошла с ними. На дежурстве он находился в форменном обмундировании сотрудника ФСИН. Прибыв в корпус №, их встретила Свидетель №20, пояснила, что Селиванов совершил поджог в своей камере. Они открыли форточку для раздачи пищи во входной двери камеры, где содержался ФИО1, и увидели, что на полу лежит тлеющий фрагмент листа бумаги. Было решено открыть камеру, потушить тлеющий лист бумаги. Свидетель №20 открыла входную, затем решетчатую дверь камеры, он зашел в камеру, стал притаптывать ногой лист бумаги. Все действия фиксировались на находившиеся у него и Свидетель №20 портативные видеорегистраторы. ФИО1 стал спрашивать, где медицинский сотрудник. Стал пытаться протиснуться между проемом входной двери, но он стоял в дверном проеме, препятствовал ему это сделать. Позади него стоял Свидетель №3, рядом находились Свидетель №20 и Свидетель №1 Селиванов стал отталкивать его от себя всем телом, схватился правой рукой за решетчатую дверь камеры, после ее отпустил, далее схватил его также правой рукой за портативный видеорегистратор, стал его сильнее выпихивать к выходу из камеры. ФИО1 во время указанных действий выражался нецензурной бранью в его адрес, говорил, что задыхается. ФИО1 смог насильно выпихнуть его с дверного проема камеры в коридор, выйти из камеры. После этого увидел, что у него надорвался левый нагрудный карман, где находился видеорегистратор, который он после взял в правую руку, чтобы продолжить фиксацию происходящего. До этого форменное обмундирование было без повреждений. Повреждения обмундирования он получил в результате того, что ФИО2 его вытолкнул из камеры, держа за карман, на котором находился видеорегистратор. В коридоре он и ФИО1 встали напротив друг друга, последний стал возмущаться, что якобы он его хватал за одежду и причинил ему телесные повреждения и физическую боль. Он в это время стал демонстрировать ФИО1 свой порванный карман на форменном обмундировании, говорить, что тот совершил на него нападение. ФИО1 говорил, что ничего не понимает, ни на кого не нападал, что он задыхается в камере, и якобы они на него напали. После этих выражений ФИО1 плюнул в его сторону, попал на его лицо и форменное обмундирование. ФИО1 стал высказывать, что они на него напали. ФИО1 обошел его спереди, встал напротив него с правой стороны. Он держал портативный видеорегистратор в правой руке на уровне своего правого плеча, направил его в сторону ФИО1, говорил успокоиться, прекратить противоправные действия. ФИО1 на требования не реагировал, после нанес ему один удар по правой руке в область предплечья, от чего он испытал сильную физическую боль. Считает, что ФИО1 хотел, чтобы он прекратил его снимать на видеокамеру. Далее ФИО1 стал высказывать требования по поводу содержания Свидетель №21 в камере № режимного корпуса №, вызвать ему прокурора. Никаких телесных повреждений ни он, ни другие сотрудники следственного изолятора ФИО2 не причиняли. Никаких возгораний, кроме листа бумаги, в камере ФИО1 не было, как и каких-либо замыканий розеток, светильников. Также он не почувствовал сильное задымление в камере ФИО1, была открыта форточка. Ранее каких-либо конфликтов между ним и ФИО1 не было, он к нему неприязненных отношений не имеет. Считает, что действия ФИО1 были направлены именно на дезорганизацию работы следственного изолятора, а именно умышленного причинения насилия ему, как сотруднику следственного изолятора, находящегося при исполнении своих должностных обязанностей. Также думает, что Селиванов своими действиями пытался поднять свой авторитет в глазах других обвиняемых, противопоставляя себя установленному законом режиму содержания в следственном изоляторе. В результате его действий он испытал физическую боль в области правого предплечья, боль протекала на протяжении двух дней, он её снимал противовоспалительной мазью в домашних условиях. О том, что испытал физическую боль в результате действий ФИО1, он рассказал Свидетель №3,Ч.

После оглашения данных показаний потерпевший Потерпевший пояснил, что противоречий не имеется, забыл отдельные обстоятельства по прошествии времени. Дополнил, что не помнит, левая или правая рука была, когда был оборван карман, пытался ФИО2 выхватить регистратор. При ударе изначально ощутил удар, сразу физической боли не было, через некоторое время почувствовал физическую боль, потом рука болела в течение 2-3 дней. В коридоре ФИО2 выражался в его адрес нецензурной бранью, в камере выражался безадресно. ФИО2 нарушал правила внутреннего распорядка, самовольно ходил по коридору, кричал. Несколько камер реагировало, тоже выкрикивало. ФИО2 очень активно себя вел, агрессивно. Не было видимых признаков, что он нуждается в медицинской помощи.

Показаниями свидетеля Свидетель №3, согласно которым до 2023 года он проходил службу в должности начальника отдела по воспитательной работе с подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными СИЗО-4. <дата> он находился в составе оперативной группы совместно с ДПНСИ Ч., заместителем ДПНСИ Потерпевший После отбоя, после 22-00 часов, поступил приказ от ДПНСИ выдвинуться в режимный корпус №. Он выдвинулся в корпус № с Потерпевший На месте младший инспектор ФИО79 пояснила, что ФИО2 поджег камеру. Открыли форточку для приема пищи, увидели, что тлел лист бумаги, был небольшой дым. С А. приняли решение открыть дверь. Открыли дверь, А. стоял в проеме двери, начал притаптывать лист бумаги ногой. Ни электропроводка, ничего подобного не было, был просто лист бумаги. Форточка была открыта в камере. ФИО1 хотел выйти из камеры, но в проеме двери стоял А.. ФИО2 вытеснил А., вышел из камеры. Когда ФИО2 выталкивал А., порвал ему карман, как и чем, не видел. До этого карман был целый. Это снимали на портативный видеорегистратор. ФИО2 обращался, что в какой-то камере находилась подозреваемая, которая не должна находиться. А. начал объяснять ФИО2, что у него карман порван. ФИО2 агрессивно себя вел, плевал в сторону Потерпевший, говорил нецензурные слова в адрес А.. Потом обошел, у А. был регистратор, который он держал в руке, далее ФИО1 ударил по предплечью А.. Тот пояснил, что ФИО2 нападает на сотрудника уголовно-исполнительной системы. В коридоре, по состоянию ФИО2 не было видно, что он задыхался, потому что он стал вести себя неадекватно, кричать на А.. На месте произошедшего также был дежурный медицинский работник, фамилию не помнит. Ранее между А. и ФИО2 конфликтов не было. Позже приходили иные сотрудники, сотрудники оперотдела. А. пожаловался утром, когда домой собирались, что у него рука болит, что карман порванный. На тот момент ничего не говорил. Поскольку прошел большой период времени подробности не помнит.

На основании ч.3 ст.281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания свидетеля Свидетель №3 (т.1 л.д.90-94), согласно которым он состоит в должности начальника отдела по воспитательной работе СИЗО-4. <дата> он состоял в оперативной группе. Около 22-20 часов ему от ДПНСИ Потерпевший поступил приказ о выдвижении в режимный корпус № к камере №, что содержавшийся в ней ФИО1 совершил поджог. Он выдвинулся совместно с Потерпевший в указанный режимный корпус. В режимном корпусе находилась младший инспектор дежурной службы Свидетель №20 и дежурный медицинский работник Свидетель №1 Было решено открыть форточку для приема пищи во входной двери камеры №. При открытии форточки было установлено, что на полу камеры тлел фрагмент листа бумаги. В камере находился ФИО1, никаких жалоб не высказывал. Было решено открыть камеру, потушить тлеющий лист бумаги. Свидетель №20 открыла входную дверь камеры, затем открыла решетчатую дверь камеры. Потерпевший зашел в камеру, стал притаптывать ногой лист бумаги. Он в тот момент стоял позади Потерпевший, рядом с ним находились Свидетель №20 и Свидетель №1 Все их действия фиксировались на портативные видеорегистраторы, находившиеся у него, Потерпевший и Свидетель №20 Когда А. стал тушить лист бумаги, Селиванов стал спрашивать, где медицинский сотрудник. После Селиванов стал пытаться протиснуться между проемом входной двери, в котором стоял на его пути Потерпевший ФИО1 делал это агрессивно, настойчиво, в результате чего Потерпевший пришлось его отталкивать от себя, удерживаясь правой рукой за решетчатую дверь камеры. ФИО1 схватил правой рукой за портативный видеорегистратор Потерпевший и левой рукой схватился за решетчатую дверь, сильнее стал двигаться в сторону Потерпевший, то есть к выходу из камеры. ФИО1 во время указанных действий стал выражаться нецензурной бранью, которая была адресована в их адрес, стал говорить, что задыхается. В результате настойчивых и усиленных действий со стороны ФИО1, получилось то, что он смог насильно выпихнуть Потерпевший с дверного проема камеры в коридор, выйти из камеры. Далее заметил, что Потерпевший держит в правой руке видеорегистратор, который ранее находился на верхнем кармане форменного обмундирования, и что у него одна сторона кармана частично порвана. Данные повреждения Потерпевший получил в результате того, что ФИО1 его вытолкнул из камеры, держа за карман, на котором находился видеорегистратор. Находясь в коридоре, Потерпевший и ФИО1 встали напротив друг друга, последний стал возмущаться тем, что якобы Потерпевший его хватал за одежду и причинил ему телесные повреждения и физическую боль. Потерпевший стал демонстрировать ФИО1 свой порванный карман на форменном обмундировании, говорить, что он совершил нападение на него. ФИО1 стал говорить, что ничего не понимает, что ни на кого не нападал, что он задыхается в камере, и что якобы они на него напали. После этих выражений ФИО1 плюнул на форменное обмундирование А., снова стал высказывать, что они на него напали. Далее ФИО1 обошел Потерпевший, встал напротив него с правой стороны. Потерпевший в этот момент держал портативный видеорегистратор в правой руке на уровне своего правого плеча, направлял его в сторону ФИО1 Потерпевший говорил ФИО1 успокоиться. ФИО1 на требования Потерпевший не реагировал, нанес один удар по правому предплечью Потерпевший Думает, что ФИО1 нанес один удар по руке Потерпевший по причине того, что Потерпевший фиксировал все действия ФИО1 Далее ФИО1 стал высказывать требования, на каком основании Свидетель №21 содержится в камере № режимного корпуса №, стал требовать устранить это, вызвать прокурора. После этого, при разговоре с Потерпевший узнал, что после удара ФИО1 рукой по правому предплечью он испытал физическую боль. Ранее каких-либо конфликтов между Потерпевший и ФИО1, неприязненных отношений не было. Полагает, что действия ФИО2 были направлены именно на дезорганизацию работы следственного изолятора, а именно умышленного причинения насилия Потерпевший, как сотруднику следственного изолятора, который находился при исполнении своих должностных обязанностей, и тем самым своими действиями ФИО1 пытался поднять свой авторитет в глазах других обвиняемых, противопоставляя себя установленному законом режиму содержания в следственном изоляторе. ФИО1 содержался в указанной камере один. Никаких телесных повреждений ему не причинялось, как и физическая сила и специальные средства. Никаких возгораний кроме листа бумаги в камере ФИО1 не было, как и каких-либо замыканий розеток, светильников. После было установлено, что в камере была открыта форточка, имелись в камере спички. Как ему известно, ФИО1 за время содержания в исправительных учреждениях, в том числе следственном изоляторе состоял на учетах: дезорганизация нормальной деятельности исправительных учреждений и массовых беспорядков, как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительства, как лицо склонное к систематическому нарушения правил внутреннего распорядка следственного изолятора, лицо, склонное к нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов. ФИО1 является лицом, отрицательно влияющим на других обвиняемых, он отрицательно настроен по отношению к администрации учреждения, систематически нарушает правила внутреннего распорядка и режим содержания, подталкивает других обвиняемых к написанию необоснованных жалоб, все его действия направлены на дезорганизацию работы следственного изолятора, воспрепятствование исполнения сотрудниками следственного изолятора своих должностных обязанностей. После общения с Потерпевший после смены, <дата> ему стало известно от него, что у него боли после нанесенного удара по руке ФИО1 не проходят, он ему посоветовал намазать руку противовоспалительной и обезболивающей мазью.

После оглашения данных показаний свидетель их подтвердил, пояснив, что на момент допроса лучше помнил обстоятельства произошедших событий. Дополнил, что не видел, как карман был порван. До прихода в корпус карман был целый, на нем был видеорегистратор, после повреждения карман висел в области груди. При открытии камеры был запах, от бумаги шел дымок, он не препятствовал обзору. Со стороны спецконтингента, находящего в режимном корпусе №, были жалобы и обращения, от кого точно назвать не может по прошествии времени, которые поясняли, подсказал или натолкнул к этому ФИО2. Своим поведением, оскорблениями в адрес сотрудников уголовно-исполнительной системы ФИО2 поднимал свой авторитет.

Из показаний свидетеля Свидетель №20 следует, что <дата>, неся службу в режимном корпусе №, в 22-15 часов после отбоя поступило требование ФИО1 вызвать ДПНСИ и медработника, была угроза, что будет поджог. Началось из-за осужденной Свидетель №21, что она содержалась не в той камере. Она вызвала, через 5 минут медработник Свидетель №1 и ДПНСИ А. прибыли в корпус. Позже подошел Свидетель №3 из отдела по воспитательной работе. Было принято решение отрыть окно для раздачи пищи, чтобы удостовериться в очаге возгорания. Была дымка, предметы, ФИО2 было видно. Позже поступил приказ открыть дверь железную, потом отсечную, она открыла. Очаг задымления был возле двери. Был запах гари, глаза не резало. А. зашел, чтобы потушить, листок или тряпка там были, она не видела. Она дымила, тлела, А. затушил ногой. ФИО2 хотел выйти, А. зайти, встретились на выходе из двери, состоялась перепалка между подсудимым и ДПНСИ. В процессе был оторван нагрудный карман у А., она слышала, что карман был оторван, после этого он уже держал видеорегистратор в руке. Видела оторванный карман ДПНСИ А.. Момент отрывания не видела. После ФИО2 вышел в коридор, подробности не помнит. Нецензурную брань слышала от ФИО2 в коридоре в адрес сотрудников, она была обращена не в адрес кого-то, было требование вызвать прокурора, в камеру он отказывался заходить. Было достаточно шумно, потому что конфликт был между ФИО2 и А.. Из камер крики кое-где доносились. У неё был видеорегистратор, но он был выключен, включила его, когда все сотрудники явились. Позже прибыли еще сотрудники, оперработники, они все занимались с ФИО2, он находился вне камеры, сначала в коридоре, потом ушли в оперкабинет. Он добровольно зашел в камеру, к нему физическую силу не применяли, до утра её больше не вызывал. Когда потерпевший покинул корпус, не помнит. Медицинский работник ФИО2 не осматривала. На следующий день оперативные работники брали у неё объяснения. Её допрашивали в следственном комитете. Про противоправные действия со стороны ФИО2 не знает. Ранее межу А. и ФИО2 при ней конфликтов не было, в других сменах не знает.

В порядке ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Свидетель №20, данные в ходе предварительного следствия (т.1 л.д.103-107), из которых следует, что она состоит в должности младшего инспектора дежурной службы в СИЗО-4. <дата> во время суточного дежурства в режимном корпусе № около 22-15 часов ФИО1, содержащийся в камере №, стал требовать вызвать ему ДПНСИ и медицинского работника. Кроме этого, стал высказывать угрозу, если ДПНСИ не придёт, он подожжёт свою камеру. ФИО1 был агрессивный, возбужденный, периодически наносил удары по двери камеры. Она позвонила ДПНСИ Потерпевший Минут через 5 Потерпевший пришел в корпус совместно с начальником отдела по воспитательной работе Свидетель №3 и дежурным медицинским работником Свидетель №1 А. и Свидетель №3 находились в форменном обмундировании сотрудника ФСИН, на левом нагрудном кармане имелись портативные видеорегистраторы. Было решено открыть форточку для приема пищи во входной двери камеры №. При открытии форточки было установлено, что на полу камеры тлел фрагмент листа бумаги, в камере находился ФИО1, никаких жалоб не высказывал. Далее было решено открыть камеру, потушить лист бумаги. Она открыла входную дверь камеры, затем решетчатую дверь камеры, Потерпевший зашел в камеру, стал притаптывать ногой тлеющий лист бумаги. Свидетель №3, она и Свидетель №1 стояли позади Потерпевший Когда Потерпевший стал тушить лист бумаги, то ФИО1 стал спрашивать, где медицинский сотрудник. После ФИО1 стал пытаться протиснуться между проемом входной двери, на его пути стоял Потерпевший ФИО1 делал это всем корпусом тела, проявлял при этом агрессию и настойчивость. Потерпевший пришлось правой рукой держаться за решетчатую дверь, оказывать активные действия, чтобы ФИО1 не покинул камеру. Потерпевший пришлось отталкивать от себя ФИО1, который в это время схватил правой рукой за портативный видеорегистратор Потерпевший ФИО1 стал выражаться нецензурной браньюв их адрес, стал говорить, что задыхается. ФИО1 смог насильно выпихнуть Потерпевший из дверного проема камеры в коридор, выйти из камеры. Она увидела, что у Потерпевший надорвался левый нагрудный карман, где находился его видеорегистратор, Потерпевший после взял его в правую руку, чтобы продолжить фиксацию происходящего. До того, как Потерпевший зашел в камеру ФИО1, форменное обмундирование было без повреждений. Считает, что повреждения форменного обмундирования Потерпевший получил в результате того, что ФИО1 вытолкнул его из камеры, держа за карман, на котором находился видеорегистратор. Находясь в коридоре, Потерпевший и ФИО1 встали напротив друг друга, последний стал возмущаться, что якобы Потерпевший его хватал за одежду и причинил ему телесные повреждения и физическую боль. Потерпевший стал демонстрировать ФИО1 свой порванный карман на форменном обмундировании, говорить, что ФИО1 совершил на него нападение. Селиванов стал говорить, что ничего не понимает, что ни на кого не нападал, что он задыхается в камере, что они на него напали, и после этого плюнул в сторону Потерпевший, попав на его лицо и форменное обмундирование. ФИО1 стал высказывать, что они на него напали. Затем обошел Потерпевший спереди, встал напротив него с правой стороны. Потерпевший, держа видеорегистратор в правой руке, направил его в сторону ФИО1, стал требовать от него успокоиться, прекратить свои противоправные действия. Видеорегистратор держал на уровне своего правого плеча. ФИО1 на его требования не реагировал, нанес Потерпевший один удар по правой руке в область предплечья. Далее ФИО1 стал высказывать требования, на каком основании Свидетель №21 содержится в камере № режимного корпуса №, как лицо первый раз содержащееся в местах лишения свободы с лицами, которые уже ранее находились в местах лишения свободы, стал требовать устранить это, вызвать прокурора. После этого, при разговоре с Потерпевший узнала, что после удара ФИО1 он испытал физическую боль. Ранее каких-либо конфликтов между Потерпевший и ФИО1, личных неприязненных отношений не было. Полагает, что действия ФИО1 были направлены именно на дезорганизацию работы следственного изолятора, а именно умышленного причинения насилия Потерпевший, как сотруднику следственного изолятора, который находился при исполнении своих должностных обязанностей. Своими действиями ФИО1 пытался поднять свой авторитет в глазах других обвиняемых, противопоставляя себя установленному законом режиму содержания в следственном изоляторе. ФИО1 телесных повреждений не причинялось, как и физическая сила и специальные средства. Никаких возгораний кроме листа бумаги в камере ФИО1 не было, как и каких-либо замыканий розеток, светильников. В его камере была открыта форточка, имелись в камере спички. ФИО1 характеризуется отрицательно, он постоянно пытается каким-либо образом дезорганизовать работу следственного изолятора, отрицательно влияет на других лиц, содержащихся в их учреждении, состоит на профилактическом учёте в следственном изоляторе, как лицо, склонное к нападению на представителя администрации и сотрудников правоохранительных органов, и как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительства, систематически нарушает правила внутреннего распорядка и режим содержания, подталкивает других подозреваемых, обвиняемых и осужденных к написанию необоснованных жалоб, все его действия направлены на дезорганизацию работы следственного изолятора, воспрепятствование исполнения сотрудниками следственного изолятора своих должностных обязанностей.

После оглашения данных показаний свидетель пояснила, что не в полной мере их подтверждает. Она не видела момент, когда ФИО2 порвал карман, удары не видела. Все это она слышала. Знает, что так оно и было. ДПНСИ говорил, что он его ударил. Когда ФИО2 плюнул в сторону А., видела, попало на форму, на лицо. Спички она не видела. В протоколе кое-что есть лишнее, суть, она может и верна, этого конфликта, но какие-то моменты не достоверны. Она не давала такую характеристику сама лично, может быть она и верная, может и нет, она не может так охарактеризовать человека, потому что у неё нет опыта в этой сфере. Её опрашивал в следственном комитете следователь ФИО4, дал почитать показания, она поставила подпись, не ознакомившись с показаниями, торопилась на работу.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №4, он работает начальником оперативного отдела ФКУ СИЗО-4. ФИО1 содержится в учреждении давно, последний раз прибыл в апреле 2022 года, охарактеризовать его может отрицательно, влияет на положительно настроенных лиц, содержащихся в учреждении, данные лица после общения с ФИО2 начинают отрицательно относиться к сотрудникам правоохранительных органов, подбивает к написанию жалоб необоснованных, все его действия настроены на дезорганизацию, на дестабилизацию исправительного учреждения, не только ФКУ СИЗО-4, но также и других исправительных учреждений области. С <дата> по <дата> Селиванов содержался в режимном корпусе № камера № один. В момент совершения им преступления находился в отпуске. Примерно <дата> посмотрел видео со стационарной камеры за <дата>, ФИО2 нанес удар ДПНСИ А.. Потом просмотрел видеозаписи с носимых видеорегистраторов сотрудников за тот вечер. Усмотрел состав преступления в действиях ФИО2, собрал материалы, снял имеющиеся видеозаписи с регистраторов и стационарной камеры, предоставил в следственный комитет на основании ст.144, 145 УПК РФ. В ФКУ СИЗО-4 <дата> после 22-00 часов ФИО2 нанес удар рукой, какой не помнит, по правой руке ДПНСИ А.. Тот производил видеосъемку, находясь в коридоре режимного корпуса №. Селиванов спровоцировал поджог листа бумаги, якобы задымление. Прибыла оперативная группа во главе с дежурным помощником А.. Открыли камеру, Селиванов стал из нее выходить, А. стоял в проходе между камерами, он его толкал сначала, плевался в него, оторвал ему карман, выйдя в коридор, ходил по коридору, А. направил регистратор в сторону ФИО2, тот его ударил по руке, в которой он держал видеорегистратор. Известно об этом из просмотра видеозаписей с камеры и видеорегистраторов, устного опроса сотрудников Потерпевший, Свидетель №3, Свидетель №20, которые пояснили, что зашли, был тлеющий листок, задымления не было, ДПНСИ его притоптал ногой. Селиванов состоял на профучете как склонный к дезорганизации, к суициду и членовредительству. Поставлен на профучет как склонен к нападению на сотрудников администрации после <дата>. К административной, уголовной, дисциплинарной ответственности не привлекался. ФИО2 изолировался от спецконтингента, содержался изолировано от лиц положительно настроенных. Была сложность с размещением спецконтингента, периодически выявляются факты нарушения размещения, <дата> был такой факт.

Из показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что она работает оперуполномоченным в ФКУ СИЗО-4 в <адрес>, курирует режимный корпус №, в котором содержится спецконтингент женского пола, содержался ФИО2 в первой камере. ФИО2 охарактеризовать может отрицательно, агрессивно настроен к сотрудникам администрации, был склонен к дезорганизации, стоял на профилактических учетах как склонный к суициду, нарушению правил внутреннего распорядка, это при изучении личного дела. На <дата> не состоял на учете. Сейчас состоит на профучетах как склонен к суициду, к систематическому нарушению правил внутреннего распорядка, к нападению на сотрудников администрации. В корпусе вел себя отрицательно, агрессивно настроен по отношению ко всем сотрудникам администрации, особенно к сотрудникам оперативного отдела, с ними общаться отказывался категорически. <дата> она приехала в корпус,в 23-30 часов -23-40 часов, пробыла там около часа, её вызвал ДПНСИ, так как ФИО2 оказался в коридоре, отказывается пройти в свою камеру, требует перевод осужденной Свидетель №21 в другую камеру. А. сказал, что ФИО2 поджег в камере лист бумаги, чем спровоцировал вызов оперативной группы в корпус, поэтому нужно приехать. Прибыв, зашла в режимный корпус, там Селиванов стоял в коридоре, Свидетель №3, Ч., А.. ФИО2 ходил по коридору режимного корпуса, кричал, выражался нецензурной бранью, пинал двери в камеру №, отказывался заходить. Пыталась с ним разговор составить, чтобы он зашел в свою камеру. Он говорил, что ему не нравится содержаться в режимном корпусе, что она нарушает права подследственных, спецконтингента, требовал осуществить перевод Свидетель №21 в другую камеру. Она ему разъясняла, что ничьи права не нарушает, только он после 22-00 часов нарушает тишину в корпусе, просила в камеру зайти. ФИО2 нарушал режим содержания. Потом он прошел в камеру, физическая сила к нему не применялась. С Свидетель №21 беседовала на следующий день. Та поясняла, что ФИО2 испугал всю камеру, долбил с силой дверь, она к нему, ни к кому другому за помощью не обращалась, никто её не пугал, не угрожал, физическую силу не применял. Проводилась проверка, она и начальник отдела получили дисциплинарное взыскание по поводу нарушения ст.33 Федерального закона №103 «О размещении подозреваемых», за то, что впервые осужденную перевали в камеру, где содержался спецконтингент, ранее отбывавший наказание. Причинение телесных повреждений ФИО3 не видела. В корпусе были Свидетель №20, Свидетель №1.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1, она работает фельдшером в филиале МЧ-15 ФКУЗ МСЧ-42. В должностные обязанности входит оказание неотложной медицинской помощи, прием пациентов. <дата> она находилась на круглосуточном дежурстве в СИЗО-4 по <адрес>, в 22-30 часов поступил вызов по рации от ДПНСИ А., что в режимном корпусе № в камере № ФИО2 вызывает на помощь, что задымление. Она через 2-3 минуты прибыла, А. следом прибыл. Была Свидетель №20 дежурная. Они стояли возле камеры. Свидетель №20 или А. открыли форточку дверную, чтобы посмотреть, чувствовался запах задымления. Попросила открыть камеру, чтобы убедиться в состоянии здоровья пациента. Стояла рядом с А., они открывали дверь, она стояла за дверью. А. открыл камеру, заходил, тушил. Из камеры вышел ФИО2 в коридор. А. зашел, они вместе вышли из камеры тут же. А. не хотел его выпускать из камеры, запрещал выйти, препятствовал. Как выходили А. и ФИО2 из камеры, не видела. В камере было несильное задымление, тлело у порога. Когда дверь открыли, она отошла, стояла за дверью. Она хотела его осмотреть в медицинском кабинете, он предъявлял жалобы, что удушье, задымление в камере, но ей его не вывели. О чем разговаривали, не помнит, она побыла 5-7 минут, у неё вызов был, её А. отпустил. Она оценила, что скорую помощь не нужно вызывать, состояние удовлетворительное. Она сама чувствовала запах дыма. На пороге что-то горело, тлело, было задымление, то ли фрагмент бумаги, то ли тряпка. ФИО2 разговаривал на повышенных тонах, что А. говорил, не слышала, она стояла, молчала. ФИО2 говорил про камеру №. Свидетель №3 там был.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1 (т.1 л.д.138-142) следует, что она состоит в должности фельдшера ФКУЗ МСЧ-42 филиала МЧ-15 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу. <дата> она заступила на суточное дежурство. В 22-23 часа ей от ДПНСИ Потерпевший поступил звонок, что необходимо проследовать с ним в режимный корпус № камеру № к ФИО1, который требует медицинской помощи. К корпусу подошла одновременно с Потерпевший, начальником отдела по воспитательной работе Свидетель №3 По прибытию в корпус № горелого запаха не чувствовала, в корпусе находился младший инспектор дежурной службы Свидетель №20 Потерпевший открыл форточку для приема пищи во входной двери камеры №. Им было установлено, что на полу камеры тлел фрагмент листа бумаги. В камере находился ФИО1, жалоб не высказывал. Как она поняла, ФИО2 поджег данный лист бумаги специально. ФИО1 в камере находился один. Потерпевший было решено, открыть камеру, потушить тлеющий лист бумаги. Свидетель №20 открыла входную дверь камеры, затем открыла решетчатую дверь камеры. Потерпевший зашел в камеру, стал притаптывать ногой тлеющий лист бумаги. Она находилась позади Потерпевший Селиванов стал спрашивать, где медицинский сотрудник. После он стал пытаться протиснуться между проемом входной двери, на его пути стоял Потерпевший ФИО1 делал это агрессивно и настойчиво, в результате Потерпевший пришлось его отталкивать от себя, удерживаясь правой рукой за решетчатую дверь камеры. ФИО1 в это время схватил правой рукой за портативный видеорегистратор Потерпевший и левой рукой схватился за решетчатую дверь, тем самым уже сильнее стал двигаться в сторону Потерпевший, то есть к выходу из камеры. ФИО1 стал выражаться нецензурной бранью в их адрес, говорить, что задыхается. В результате настойчивых и усиленных действий со стороны ФИО1 получилось, что он смог насильно выпихнуть Потерпевший с дверного проема камеры в коридор, выйти из камеры. Все это время она стояла позади Потерпевший, видела, как все происходит. Она заметила, что Потерпевший держит видеорегистратор в правой руке, который ранее находился на верхнем кармане форменного обмундирования, и что у него одна сторона кармана частично порвана. Данные повреждения на форменной куртке Потерпевший получил в результате того, что ФИО2 его вытолкнул из камеры, держа за карман, на котором находился видеорегистратор. Находясь в коридоре, Потерпевший и ФИО1 стали напротив друг друга, последний стал возмущаться, что Потерпевший его хватал за одежду и причинил ему телесные повреждения и физическую боль. Потерпевший стал демонстрировать ФИО1 свой порванный карман на форменном обмундировании, говорить, что он совершил нападение на него. Селиванов стал говорить, что ничего не понимает, ни на кого не нападал, что он задыхается в камере, и они на него напали. ФИО2 плюнул на форменное обмундирование А., снова высказывал, что они на него напали. Далее ФИО1 обошел Потерпевший, встал напротив него с правой стороны. Потерпевший держал видеорегистратор в правой руке, направлял его в сторону ФИО2. Потерпевший держал видеорегистратор на уровне своего правого плеча, говорил ФИО1 успокоиться. ФИО1 на требования Потерпевший не реагировал, и после нанес один удар по правому предплечью Потерпевший В этот момент в правой руке Потерпевший находился видеорегистратор. Думает, что ФИО1 нанес один удар по правой руке Потерпевший по причине того, что он фиксировал все обстоятельства, действия ФИО1 Далее тот стал высказывать требования, на каком основании Свидетель №21 содержится в камере № режимного корпуса №, стал требовать устранить это, вызвать ему прокурора. Никаких телесных повреждений на видимых участках тела у ФИО1 она не видела, он за медицинской помощью не обращался, не просил зафиксировать какие-либо телесные повреждения. После этого, при разговоре с Потерпевший она узнала, что после удара, нанесенного ФИО1 по правому предплечью, он испытал физическую боль. Она полагает, что действия ФИО1 были направлены на дезорганизацию работы следственного изолятора, а именно, умышленного причинения насилия Потерпевший, как сотруднику следственного изолятора, который находился при исполнении своих должностных обязанностей, и тем самым своими действиями ФИО1 пытался поднять свой авторитет в глазах других обвиняемых, противопоставляя себя установленному законом режиму содержания в следственном изоляторе. Никаких возгораний кроме листа бумаги в камере ФИО1 не было, как и замыканий розеток, светильников. В его камере была открыта форточка. ФИО1 ей знаком лишь по роду деятельности с 2017 года. Как ей известно, ФИО1 за время содержания в исправительных учреждениях, следственном изоляторе состоял на учетах: дезорганизация нормальной деятельности исправительных учреждений и массовых беспорядков, как лицо, склонное к совершению <...>, как лицо склонное к систематическому нарушения правил внутреннего распорядка следственного изолятора, лицо, склонное к нападения на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов. ФИО1 является лицом, отрицательно влияющим на других обвиняемых, он отрицательно настроен по отношению к администрации учреждения, систематически нарушает правила внутреннего распорядка и режим содержания, подталкивает других обвиняемых к написанию необоснованных жалоб, все его действия направлены на дезорганизацию работы следственного изолятора, воспрепятствования исполнения сотрудниками следственного изолятора своих должностных обязанностей. После общения с Потерпевший <дата> ей стало известно от него, что боли в его правом предплечье не проходят после нанесенного удара ФИО1, она ему посоветовала выпить обезболивающие. Потерпевший вел себя с ФИО1 корректно, на противоправные действия не провоцировал.

После оглашения показаний свидетель Свидетель №1 их не подтвердила. Уточнила, что ФИО2 выражался нецензурной бранью не в адрес кого-то. В её присутствии ни на кого-то не нападал, физическое воздействие на сотрудников не оказывал. Она не видела, как он конкретно наносит удар рукой. Она видела, что он машет на эмоциях руками. В СИЗО-4 оперативным сотрудникам она давала объяснения. Они ей показывали видеозаписи с регистраторов. Они сидели с А. рядом, писали вместе объяснение, что А. писал, то и она писала под диктовку. Также её допрашивал следователь Свидетель №14 в следственном комитете, печатал. Перед началом допроса права ей не разъяснялись, ответственность. По показаниям было немного слов у неё, написано много. Когда распечатал, сказал, ознакомьтесь, что с её слов записано, чтобы проверила свои данные. Данные она проверила, расписалась. Она поверила ему, прочитала начало показаний, что все правильно, дальше не читала. Следователь давление на нее не оказывал. 21-го числа к ней обращался А., сказал, что у него рука болела. Она не знает, что означает слово дезорганизация, про профучеты ей ничего неизвестно. Она видела ФИО2 только по состоянию здоровья. Она поддерживает показания в части даты, места, участников событий, как открывали камеру, что что-то тлело в пороге, А. притаптывал ногой. Поддерживает, как ФИО2 вышел из камеры в проем. Что А. пришлось его отталкивать, ФИО2 хватался за видеорегистратор, насильно выпихнул А. из дверного проема, про удар по предплечью А., про дезорганизацию, профучеты не поддерживает. Она только видела, когда у А. уже был оторван нагрудный карман. Как, кто оторвал карман, не видела. Видеорегистратор А. держал в руке. До допроса у следователя давление со стороны следователя, иных участников, Свидетель №4, А. на неё не оказывалось.

Вина подсудимого подтверждается следующими доказательствами, материалами дела.

Выпиской из приказа ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу №-лс от <дата> о назначении Потерпевший на должность ДПНСИ, должностной инструкцией ДПНСИ, утвержденной начальником СИЗО-4 <дата>, согласно п.45 которой ДПНСИ обязан принимать меры по выявлению, предупреждению и пресечению нарушений установленного порядка содержания под стражей и иных правонарушений, приказом СИЗО-4 № от <дата> Об обеспечении надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, в соответствии с которым назначен на дежурство с 08-00 часов 17 ноября до 08-00 часов 18 ноября ДПНСИ Потерпевший (т.1 л.д.64,65-75,77-80).

Постановлением Яйского районного суда Кемеровской области от <дата> об этапировании ФИО1 в СИЗО-4 (т.2 л.д.168).

Камерной карточкой ФИО1, справкой от <дата>, в которых указано, что он <дата> содержался в корпусе №, камере № (т.2 л.д.140-143,169).

Протоколом выемки от <дата> с фототаблицей, в соответствии с которым у Свидетель №4 изъят оптический диск, на котором находятся записи с видеорегистратора, стационарной камеры коридора корпуса № по событию с ФИО1 и Потерпевший (т.1 л.д.114-116,117).

Протоколами осмотра предметов и просмотра видеозаписи от <дата>, <дата> с фототаблицей (т.1 л.д.33-35, 36-38, 118-124, 125-129), согласно которым произведен просмотр видеозаписей, находящихся на дисках № и № на посадочных кольцах, в папках «<...>» и «<...>». На видеофайле «№» запечатлены моменты, как ФИО1 стал пытаться протиснуться между проемом входной двери. В этот момент Потерпевший стоял в дверном проеме, препятствовал ему это сделать. ФИО1 стал отталкивать его от себя всем телом, схватился правой рукой за решетчатую дверь камеры, стал сильнее выпихивать Потерпевший к выходу из камеры. Далее ФИО1 плюнул в сторону Потерпевший, попав на него.

На видеофайле «№» ФИО1 ведет диалог.

При просмотре видеофайла с наименованием «№» из папки «<...>» звуковая дорожка отсутствует. Время 22:30:29 ФИО1 подходит к Потерпевший, пытается протиснуться между проемом входной двери, но в этот момент Потерпевший стоял в дверном проеме, препятствовал ему это сделать. В 22:31:10 ФИО1 нанес ему один удар левой рукой по его правой руке, в которой находился регистратор.

Осмотр в судебном заседании вышеуказанных дисков, путем воспроизведения имеющихся на них файлов, показал, что они содержат видеозаписи, соответствующие по содержанию описанным в протоколах осмотра.

На видеофайле «№» видно, что в 22:29:24 Свидетель №1 ключом открывает решетчатую дверь. В 22:29:42 Свидетель №20 с помощью ключа открывает запирающие устройства камеры №, открывает дверь, затем ключом открывает решетчатую дверь камеры. В коридоре находятся Потерпевший, Свидетель №3, Свидетель №1 и Свидетель №20 В 22:30:08 Потерпевший зашел в камеру №, у входа в камеру стал притаптывать ногой. ФИО1 находился недалеко от двери, затем отошел в противоположный конец камеры к окну. ФИО1 шагом направляется в сторону двери, говорит «мне нужен медицинский работник и прокурор». Потерпевший отвечает: «сейчас не надо, не надо кидаться». ФИО1: «в смысле, я не кидаюсь. Мне плохо дышать, я задыхаюсь». Потерпевший: «вы что делаете? Зачем нападаете на сотрудника?». ФИО1: неразборчивая речь. В 22:30:27 ФИО1 стал протискиваться между проемом входной двери. В дверном проеме Потерпевший стоял. Потерпевший сказал: «зачем вы хватаетесь?». ФИО1 в ответ: «это вы хватаетесь». ФИО1 стал толкать Потерпевший всем телом к выходу из камеры. В 22:30:31 Потерпевший держит видеорегистратор в правой руке. Потерпевший сказал: «зачем вы хватаете за регистратор. Смотрите, карман порвали, видите?». ФИО1: «вы что врете?». Потерпевший: «это в чистом виде нападение на сотрудника при исполнении, вы понимаете это?». ФИО1: «нет, не понимаю. Я ни на кого не нападал. Я там задыхаюсь». Потерпевший: «не надо орать». ФИО1: «я там задыхаюсь, какие тушить, а зачем вы на меня напали?». Потерпевший: «я здесь стоял, вы пытались выйти». В 22:30:52 ФИО1 плюнул в сторону Потерпевший, попал на его лицо и форменное обмундирование. ФИО1: «зачем вы на меня напали». Потерпевший: «вставайте сюда». В 22:30:58 видеозапись прерывается.

При просмотре видеофайла «№» в 22:36:22 ФИО1: «что вы отключили? Там девушка, Свидетель №21 звать, первоходка в ? сидит, на каких основаниях посадили?». Потерпевший: « все, все, все хорошо». ФИО1: «на каких основаниях посадили? Вы видите, там издеваются над ней». Потерпевший: «разберемся без вас, какие меры принять надо». ФИО1: «да не должны были допустить этого». Потерпевший: «так там ничего и не допущено». ФИО1: «там допущено, там сидит девушка звать Свидетель №21». Потерпевший: «это не вам разбираться». ФИО1: «а никто не разбирается, озвучиваю на регистратор для прокурора». Потерпевший: «там без вас, занимаются». Далее ФИО1 продолжал диалог в коридоре корпуса.

При просмотре видеофайла «№» звуковая дорожка отсутствует. В 22:28:56 Свидетель №3 и Потерпевший открыли форточку для раздачи пищи во входной двери камеры №, смотрят в нее. В 22:29:40 заходит медицинский работник Свидетель №1 В 22:29:48 Свидетель №20 с помощью ключа открывает дверь камеры, затем решетчатую дверь. В 22:30:14 Потерпевший заходит в камеру, у входа притаптывает ногой. В 22:30:29 ФИО1 подходит к Потерпевший, пытается выйти, протиснуться между проемом входной двери и Потерпевший, который стоял в дверном проеме. Потерпевший препятствует ему это сделать. ФИО1 стал отталкивать Потерпевший всем телом, схватился правой рукой за решетчатую дверь камеры, позже ее отпустил. Стал сильнее выпихивать Потерпевший к выходу из камеры, вытолкнул. В это время Свидетель №20 стоит за решетчатой дверью, Свидетель №1 смотрит из-за основной двери. Свидетель №3 стоит возле проема. В 22:31:00 ФИО1 плюнул в сторону Потерпевший, попал на его лицо и форменное обмундирование. В 22:31:10 ФИО1 нанес левой рукой один удар по правой руке Потерпевший В 22:31:47 ФИО1 разворачивается к камере №, поворачивается к ней спиной и наносит один удар правой ногой по двери камеры. Далее ФИО1 ходит из стороны в сторону по коридору.

При просмотре видеозаписей ни в коридоре, ни в камере задымления не видно.

Диски с видеозаписями признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств постановлением от <дата> (т.1 л.д.39,130,131-132).

Заключением эксперта ГБУЗ ОТ ККБСМЭ № от <дата>, согласно которому телесных повреждений у Потерпевший не обнаружено (т.1 л.д.87).

Протоколом осмотра места происшествия от <дата> с фототаблицей (т.1 л.д.40-45,46-50), согласно которому осмотрены коридор режимного корпуса № и камера № в этом корпусе ФКУ СИЗО-4 с участием потерпевшего Потерпевший Зафиксирована обстановка на месте происшествия, произведена фотофиксация коридора, камеры, следа термического воздействия на деревянном полу в виде пятна черного цвета. В камере осмотрены розетка, светильник над входной дверью, повреждений, следов копчения и возгорания не установлено.

Из характеристики СИЗО-4 от <дата> следует, что ФИО1 характеризуется отрицательно, состоял на профилактическом учете как лицо, отбывающее наказание за дезорганизацию нормальной деятельности исправительных учреждений, массовые беспорядки, склонный к совершению <...>, к систематическому нарушению правил внутреннего распорядка. Порядок содержания под стражей, правила внутреннего распорядка следственного изолятора не соблюдает. Законные требования сотрудников СИЗО-4 не выполняет. Требования гигиены и санитарии, правила пожарной безопасности не соблюдает. Поддерживает осужденных отрицательной направленности. С представителями власти не всегда вежлив и корректен, ведет себя вызывающе и нагло. За период отбывания наказания в исправительных учреждениях характеризовался отрицательно. В настоящее время имеет <...>. <дата> признан <...> (т.2 л.д.171-172).

Также исследованы доказательства стороны защиты.

Так, согласно показаниям свидетеля Свидетель №6, <дата> она содержалась в ФКУ СИЗО-4 корпусе №, камере №, она слышала, произошло замыкание. ФИО1, содержащийся в камере №, позвал дежурного, он долго не подходил. Потом пришли сотрудники, по разговору было понятно, что их много. Он говорил, что у него произошло замыкание в камере и там дым, чтобы открыли камеру. Долго камеру не открывали, потом открыли, не выпускали его оттуда. Она слышала, как он говорил «Что Вы меня не выпускаете? Я не могу здесь дышать». Она запах чувствовала как провода, розетка горели. Селиванов сотрудников не оскорблял. На неё он не оказывал какое-либо воздействие. Что ФИО1 оказывает негативное воздействие, не слышала.

Из показаний свидетеля Свидетель №16 следует, что <дата> вечером, в одиннадцатом часу, в камере ФИО2 произошло замыкание, он стучался, чтобы позвали сотрудников, камеру открыли, но никого не было. Потом пришли сотрудники, открыли камеру, он начал просить, чтобы выпустили, его затолкнули обратно в камеру и не стали выпускать. Она содержалась в камере № в конце коридора, сама не видела, только слышала. Запах дыма не чувствовала. Не слышала, чтобы ФИО1 применял в отношении кого-либо насилие. Он попросил, чтобы его выпустили из камеры, потому что ему было плохо, там было задымление, его сотрудники не выпускали, просто затолкнули обратно в камеру. Кто был инспектором в ту смену, не помнит. Её допрашивал прокурор, права, обязанности, ответственность не разъясняли, составляли письменный протокол дважды, первый раз она не читала, второй раз читала. Она в одном листочке ознакамливалась, права ей разъясняли, об уголовной ответственности не предупреждали. Её, иных осужденных, подследственных ФИО2 не подбивал к написанию каких-либо жалоб на администрацию, не склонял к дезорганизации либо массовым беспорядкам. Конфликтных ситуаций не было. Он вежливо разговаривал с администрацией.

Свидетель Свидетель №7 показала суду, что <дата> в первой камере корпусе № содержался ФИО2. В его камере произошло замыкание, он звал администрацию, что ему тяжело дышать. Администрация не выпускала его из камеры, ему преградили путь, он не мог выйти. Он говорил «Почему Вы меня не выпускаете? Почему преградили мне путь? Мне тяжело дышать». Она содержалась в камере №, чувствовала едкий запах плавленого пластика, он шел из коридора. Она ничего не видела, только слышала. Это все происходило в коридоре. Было слышно, что не из камеры ведется разговор, что камера открыта. Был ФИО1, по голосу два сотрудника и кто-то еще из администрации, один голос женский был. Инспектор по корпусу была женщина. О применении ФИО1 либо сотрудниками изолятора физического насилия, физического вреда либо боли, не слышала. За время содержания ФИО2 её или других осужденных, обвиняемых не подбивал писать какие-либо жалобы.

Свидетель №17, допрошенная в качестве свидетеля, показала, что <дата> она содержалась в СИЗО-4, корпус №, камера №. После отбоя, после 10-00 часов вечера, слышала, что ФИО2, содержащийся в камере №, звал врача, что ему плохо, он начал задыхаться, врача ему не приводили. Пришел ДПНСИ, ФИО2 кричал, что ему плохо, он задыхается, его не выпускают из камеры, тычут регистратором в лицо. В её камере задымления не было, был запах дыма, на дыхание не влияло. Еще было слышно, что была применена физическая сила со стороны А. к ФИО2. Наверное, ударил, она слышала, как ФИО2 кричал: «Ты что поднимаешь руки на меня?». А. был, больше никого не слышала. Ей не известно о том, чтобы ФИО2 применял какое-либо насилие либо физическое воздействие к сотруднику СИЗО. ФИО2 не принуждал её к написанию каких-то необоснованных жалоб, заявлений на администрацию.

Свидетель Свидетель №8 показала, что <дата> она находилась в режимном корпусе № в камере №. До или после отбоя услышала, что ФИО2 кричал, что у него что-то горит, произошло какое-то замыкание, что ему нечем дышать, звал врача, звал дежурную, никто не подходил. Они тоже почувствовали запах гари, как проводка горит, у них стоял дым, тоже начали звать дежурную. Через 15-20 минут услышала шум, что все кричат, пришел ДПНСИ А., его голос узнала. ФИО2 просил, чтобы его вывели, что у него идет задымление в камере. Она не видела, не слышала, но его заталкивали, он кричал, что они не давали ему выйти оттуда. ФИО2 кричал, что его заталкивали в камеру, он говорил «Уберите руки. Вы что хватаете меня». Больше в части причинения кому-то телесных повреждений не слышала. Потом было много сотрудников, он звал прокурора, непонятно, что происходило. Они с девочками тоже кричали из камеры. После этого случая к ней приходили оперативные работники, говорили, что надо говорить, что не слышали, не видели, не было гари и ничего. Она отказалась давать такие показания. Потом её на допрос вызвал следователь ФИО4, прав не разъяснял, опрашивал, он зачитал показания, какие она должна была дать, она отказалась. Он говорил, что плохо будет сидеть, пугал, что переведут в другую камеру, где туббольные. Она всё сказала, он записывал, она подписала «с моих слов записано верно». Потом были проблемы, посадили в карцер, Свидетель №4, К., Свидетель №5 оказывали давление, у неё забирали всё, потому что не давала показания, те которые ей говорили. ФИО2 за период его содержания в следственном изоляторе на неё воздействие не оказывал, они не общались. Не слышала, чтобы ФИО2 на кого-либо воздействие оказал. После этого происшествия к ней приходил А., говорил, чтобы давала показания, что ничего не слышала. О противоправных действиях ФИО2 в отношении сотрудников не слышала. Он не подбивал к написанию жалоб на сотрудников либо на иных лиц.

На основании ч.3 ст.281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Свидетель №8 (т.1 л.д.188-190), согласно которым она содержится в ФКУ СИЗО-4 в камере № режимного корпуса №. В корпусе № содержится ФИО2. Влияния он на нее никакого никогда не оказывал и не оказывает. <дата> после отбоя, после 22-00 часов, она услышала, что ФИО1, содержавшийся в камере №, стучится в дверь, просит прийти к нему руководство следственного изолятора. К ФИО2 подошла младший инспектор Свидетель №20, Селиванов сказал, что у него в камере задымление и чувствуется запах гари. После услышала, как в корпус пришли другие сотрудники учреждения, в том числе А. ДПНСИ, открыли камеру, где содержится ФИО2. Слышала, что сотрудники препятствуют его выходу из задымленной камеры, что ему нужна медицинская помощь. ФИО2 неоднократно говорил, что его хватают за руки, пытаются насильно запихнуть в камеру. ФИО2 говорил, что со стороны сотрудников имеются нарушения, заключавшиеся в помещении в камеру № Свидетель №21, которая первый раз находится в местах лишения свободы, с лицами, которые уже ранее отбывали наказание. С Свидетель №21 она не содержалась. От неё узнала, что Р. говорила Свидетель №21 не подходить к двери, когда ФИО2 говорил про нее. Ей не известно о том, что ФИО2 применил насилие к сотруднику следственного изолятора Потерпевший <дата> в коридоре режимного корпуса № после 22-00 часов.

После оглашения показаний свидетель их подтвердила в части того, что о причинении ФИО3 телесных повреждений <дата> ей не известно. Она чувствовала запах гари и задымления, слышала, как ФИО2 просил открыть камеру и выпустить его, поскольку он задыхается, оказать ему медицинскую помощь. ФИО2 никогда не оказывал и не оказывает на нее никакого воздействия. В остальной части не поддержала, пояснив, что протокол не подписывала, не читала. Надпись с моих слов записано верно, мною прочитано, сделана ею. Давления в момент допроса не было, уже после она писала жалобу. Считает, давление оказывают из-за её жалоб и дела ФИО2.

Свидетель Свидетель №21 показала, что <дата> её перевели в камеру №, она боялась, испугалась лиц в этой камере. ФИО2 попросил инспектора объяснить, почему она оказалась в камере с ранее отбывавшими наказание, попросил её перевести, потому что ранее не судима. Далее услышала разговор, что в камере у ФИО2 произошло задымление, последовал запах пластика, он просил сотрудника его вывести из камеры, чтобы не затруднялось дыхание, пригласить медицинского работника. Позже его вывели, но он произнес фразу «зачем Вы хватаете меня за руку?». Она голос ФИО2 узнала. Это происходило в 9-10 часов вечера. Она не видела, только слышала. Относительно того, что ФИО2 заставлял, принуждал, подговаривал писать какие-либо жалобы на администрацию либо на иных лиц, не может сказать, ни с кем об этом не говорила. В её камере был едкий запах жженого пластика, ощущался.

Свидетель Свидетель №9 в судебном заседании показаний по существу дела не дала, при этом не отказывалась дать показания в полном объеме, ответить на вопросы участников.

Свидетель Свидетель №10 показала, что <дата> она содержалась ФКУ СИЗО-4, в режимном корпусе №, в камере №. После отбоя почувствовали запах гари, запах проводки, как плавится пластик. Услышали, что ФИО1, который содержался в камере №, просит дежурного вызвать сотрудников, чтобы вывести его в коридор, освободить из задымленного помещения. Пришли двое, по разговору было ясно, что ему мешали выйти из камеры. Его вывели из камеры, но препятствовали. ФИО2 кричал, что не дают выйти, нечем дышать, просил вызвать сотрудника медицинской части, освободить путь, чтобы выйти из камеры. Физическая сила была применена к нему в тот момент, когда ему препятствовали выйти из камеры. Дальше состоялся диалог в коридоре корпуса. Ей не известно, чтобы ФИО2 на кого-то оказывал давление либо подбивал для написания жалоб. О конфликтах с администрацией не слышала. Со стороны ФИО2 исключительно уважительное отношение к администрации, с их стороны не всегда. Ей не известно о том, что ФИО2 в тот день применял насилие в отношении работников следственного изолятора. Её допрашивал следователь, записывались не все показания, их распечатку не увидела. Её предупреждали о том, что в случае, если будет давать показания против сотрудников СИЗО-4, к ней будут применены всевозможные санкции. Приходил начальник оперчасти Свидетель №4, Свидетель №5 иные сотрудники, говорили не давать показания. Следователь оказывал давление, права не разъяснялись, об уголовной ответственности предупреждал, не дал ей подписать документы.

В порядке ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Свидетель №11 (т.1 л.д.176-178), данные в ходе предварительного следствия, согласно которым она с <дата> содержится в ФКУ СИЗО-4, в режимном корпусе №, в камере №, а после с <дата> в камере №. <дата> после 22-00 часов услышала в своей камере, как ФИО1 из своей камеры № позвал к себе младшего инспектора Свидетель №20, сообщил ей, что у него в камере произошло замыкание, камера задымлена. После услышала, как в режимный корпус пришли сотрудники учреждения, открыли камеру, где содержится ФИО1, стали препятствовать его выходу в коридор. ФИО2 просил убрать руку и не преграждать ему выход из камеры. Далее она слышала разговоры в коридоре корпуса между ФИО2 и сотрудниками учреждения о замыкании, задымлении. Слышала от ФИО2, что условия в следственном изоляторе ненадлежащие, имеются нарушения, заключавшиеся в помещении в камеру № женщины, которая первый раз находится в местах лишения свободы, с лицами, которые ранее отбывали наказание. Ей ничего не известно о применении ФИО2 насилия к сотруднику следственного изолятора Потерпевший <дата> в коридоре режимного корпуса № после 22 часов 00 минут. Ей знакома Свидетель №21, к ней насилие не оказывалось со стороны сокамерников, сотрудников следственного изолятора. Задымления в их режимном корпусе <дата> не было, был небольшой запах, после проветривания камеры сразу исчез.

После оглашения показания свидетель их не подтвердила, пояснила, что про инспектора она упоминала, которая работала в корпусе, просто не вспомнила её фамилии. ФИО2 её звал. Также упоминала о том, что ФИО2 преграждали дорогу в тот момент, когда он пытался выйти из камеры. Относительно Свидетель №21 был разговор со следователем. Физическое насилие к ней (свидетелю) не применялось, беседы были с Свидетель №5, Свидетель №4. В корпусе запах был весьма ощутимый. Большая часть того, что написано, не её показания. При допросе ей права, обязанности не разъясняли. При допросе давала такие же показания, как в суде, возможно, с какими-то более мелкими подробностями, с учётом того, что на тот период времени был более короткий промежуток времени с момента происшествия. Следователь записывал, печатал, но она не расписывалась ни в каких документах.

На основании ч.1 ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетелей Свидетель №19, Свидетель №18, данные в ходе следствия (т.1 л.д.179-181, 185-187).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №18, она с <дата> содержится в ФКУ СИЗО-4. <дата> после 22-00 часов она услышала, что ФИО1, содержавшийся в камере № их корпуса, стучится в дверь, просит прийти к нему руководство следственного изолятора. К нему подошла младший инспектор дежурной службы Свидетель №20, спросила что случилось, ФИО1 сказал, что у него в камере задымление и чувствуется запах гари. После в режимный корпус пришли другие сотрудники учреждения, открыли камеру, где содержатся ФИО2, стали препятствовать его выходу в коридор. Это она поняла по голосу ФИО2, который просил убрать руку и не преграждать ему выход из камеры. Она слышала разговоры в коридоре корпуса между ФИО2 и сотрудниками о том, что в его камере произошло замыкание и задымление. После слышала от ФИО2, что условия в следственном изоляторе ненадлежащие, со стороны сотрудников учреждения имеются нарушения в помещении в камеру № Свидетель №21, которая первый раз находится в местах лишения свободы, с лицами, которые уже ранее отбывали наказание. О том, что ФИО2 применил насилие к сотруднику следственного изолятора Потерпевший <дата> в коридоре режимного корпуса № после 22-00 часов ей ничего не известно. Свидетель №21 ей знакома, она содержалась с ней в одной камере № с <дата> по <дата>. К Свидетель №21 насилие не оказывалось со стороны сокамерников, сотрудников следственного изолятора. Жалоб от Свидетель №21 она никогда не слышала.

Из показаний Свидетель №19 следует, что она с <дата> содержится в СИЗО-4, в камере № режимного корпуса №. <дата> после отбоя, после 22-00 часов, она услышала, что ФИО2, содержавшийся в камере № их корпуса, стучится в дверь, просит прийти к нему руководство изолятора. К нему подошла младший инспектор Свидетель №20, он сказал, что у него в камере задымление и запах гари. В режимный корпус пришли другие сотрудники учреждения, в том числе А. ДПНСИ, открыли камеру, где содержался ФИО2. Слышала, что Селиванову сотрудники препятствуют выходу из камеры, что ему нужна медицинская помощь. ФИО2 неоднократно говорил, что его хватают за руки, пытаются насильно запихнуть обратно в камеру. Далее ФИО2 говорил, что условия в следственном изоляторе ненадлежащие, со стороны сотрудников учреждения имеются нарушения, заключившиеся в помещении в камеру № Свидетель №21, которая первый раз находится в местах лишения свободы, с лицами, которые уже ранее отбывали наказание. Ей не известно, о том, что ФИО2 применил насилие к сотруднику следственного изолятора Потерпевший <дата> в коридоре режимного корпуса № после 22-00 часов. Свидетель №21 ей малознакома.

Свидетель Свидетель №12 в суде показала, что <дата> содержалась в СИЗО-4 <адрес> в режимном корпусе №, камере №. Целый день ФИО2 просил, чтобы к нему подошел медицинский работник, ему говорили, что скоро придет, либо игнорировали. Вечером после отбоя было слышно, что ФИО2 громко говорил, что у него в камере произошло задымление, просил подойти, что ему нечем дышать. Кто-то пришел, был мужской голос, сотрудницы Свидетель №20, дежурившей в корпусе. До того, как ФИО2 говорил, что ему нечем дышать, они почувствовали запах гари, запах проводки, в горле от этого першит, открыли окно проветрить. Дыма она не видела, дыма в их камере не было. Сотрудница с сотрудником подошли к нему, открылась камера, ФИО2 говорил «Выпустите меня, дайте мне выйти, мне нечем дышать!». Было слышно, что открылась дверь в его камеру, его вывели в коридор, его голос стал громче. Шумов не было, понимает, что он вышел сам, говоря при этом «мне нечем дышать». Когда открыли дверь в камеру, запах распространился на весь коридор. Сотрудник сказал: «Что Вы себе позволяете?». Голоса наперебой, не совсем понятно кто, о чем говорит. По данному инциденту администрация СИЗО её не опрашивала. Из соседних камер кого-то вызывали, с Свидетель №2 из камеры № об этом говорили, что Свидетель №4 подойдет к ней. За время содержания ФИО2 в корпусе он обращался с жалобами о том, что не соответствует содержание, нарушаются права. ФИО2 не оказывал физическое воздействие, угрозы, нецензурно не оскорблял сотрудников, осужденных, обвиняемых. Заключенные не могут добровольно выйти в коридор, им открывают дверь, они выходят. Если несколько человек в камере, называют фамилию. Если сотрудник сказал, что нужно подождать, останавливаются и ждут. По пожарной безопасности с ней мероприятия не проводились.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Свидетель №13 показала, что на нее оказывалось моральное давление со стороны сотрудников СИЗО-4, оперативных работников, в том числе начальника оперативного отдела Свидетель №4, если не даст показания против ФИО2, что ФИО2 напал на А., о чем неоднократно направлялись жалобы. <дата> она содержалась в камере № в СИЗО-4. Селиванов содержался в камере №. После отбоя, после 10 часов вечера, слышали, что было задымление в камере. ФИО2 пригласил сотрудника Свидетель №20 дежурившую в ту смену, сообщил ей о том, что у него задымление в камере, что он задыхается, сотрудник вызвала дежурного помощника. Находясь в своей камере, она чувствовала задымление, запах как плавятся провода, были неприятные ощущения, жжение. Открыли дверь, приоткрыли рассекающую решетку, но не выпускали, это сопровождалось словами. Он просил, чтобы его выпустили, так как он не может там находиться, что он задыхается. А. провоцировал ФИО2, они вышли за пределы камеры. А. его провоцировал на действия, на грубость, на маты, ехидничал и пытался вывести на конфликт. ФИО2 просил помощь медицинского сотрудника, ему отказали. Второй сотрудник сначала говорил А., чтобы он открыл дверь и выпустил его из камеры, что там дым, пускай постоит в коридоре пока проветривается камера. А. отвечал «Не задохнется!». Это было, когда дверь была открыта. Селиванов сопровождал свои слова к кому он обращается, кто ему как ответил. Это было в коридоре, там было много сотрудников, оперативник О.. Это продолжалось до 2-3 часов ночи. Ей не известно, чтобы ФИО2 применял насилие в отношении кого-либо из сотрудников СИЗО. ФИО2 озвучил, что сотрудник А. применил к нему физическую силу в коридоре, что его пытаются затолкнуть обратно в задымленную камеру. Когда необходимо выйти из камеры или зайти в камеру, открывают обе двери. Самовольно выйти нельзя, только в чрезвычайных ситуациях. ФИО2 не просил её или кого-то другого оговаривать, писать на сотрудников ФКУ СИЗО-4 какие-либо необоснованные жалобы. Её допрашивал следователь, права не разъяснялись. Она ставила подпись в конце под показаниями.

На основании ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Свидетель №13 (т.1 л.д.182-184), согласно которым, она с <дата> содержится в ФКУ СИЗО-4, с октября 2022 года в камере № режимного корпуса №. <дата> после отбоя, после 22-00 часов, она услышала, что ФИО1, содержавшийся в камере № их корпуса, стучится в дверь, просит прийти к нему руководство следственного изолятора. К ФИО2 подошла младший инспектор дежурной службы Свидетель №20, спросила у него, что случилось, на что Селиванов сказал, что у него в камере задымление и чувствуется запах гари. После она услышала, как в режимный корпус пришли другие сотрудники учреждения, открыли камеру, где содержатся ФИО2. Она слышала разговоры в коридоре режимного корпуса между ФИО2 и сотрудниками учреждения о том, что в его камере произошло замыкание и задымление. После слышала, как ФИО2 говорил, что условия в следственном изоляторе ненадлежащие, со стороны сотрудников учреждения имеются нарушения, заключившиеся в помещении в камеру № Свидетель №21, которая первый раз находится в местах лишения свободы, с лицами, которые уже ранее отбывали наказание. О том, что ФИО2 применил насилие к сотруднику следственного изолятора Потерпевший <дата> в коридоре режимного корпуса № после 22-00 часов ей ничего не известно. Свидетель №21 ей не знакома.

После оглашения данных показаний свидетель пояснила, что подтверждает показания, они более детальны. На последнем лист стоит её подпись. Написано «С моих слов напечатано верно, мною прочитано», это её рукой написано и стоит подпись.

Согласно сведениям СИЗО-4 от <дата>, представленным по ходатайству стороны защиты, по состоянию на 2018 год ФИО1 состоял на профилактическом учете как склонный к суициду и членовредительству, в 2022 году поставлен на профилактический учет также как склонный систематическому нарушению правил внутреннего распорядка, нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов. При этом из представленных рапортов видно, что ФИО1 на профилактический учет как склонный к систематическому нарушению правил внутреннего распорядка, нападению на представителей администрации и иных сотрудников правоохранительных органов поставлен <дата>, то есть после инкриминируемого деяния (т.5 л.д.6,7,8,9-11).

Из представленной подсудимым справки СИЗО-4 видно, что по состоянию на <дата> все его взыскания погашены, последнее от <дата> в виде устного выговора погашено <дата> (т.4 л.д.208-212).

Исследовав в судебном заседании все представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд считает, что все доказательства обвинения достоверны, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, не опровергаются доказательствами стороны защиты.

Решая вопрос о виновности подсудимого, суд исходит из показаний потерпевшего и свидетелей стороны обвинения, допрошенных в судебном заседании. В частности, из показаний потерпевшего А. установлено, что <дата> при выполнении им служебных обязанностей, связанных с принятием мер по выявлению, предупреждению и пресечению нарушений установленного порядка содержания под стражей и иных правонарушений, в режимном корпусе № ФИО1, применяя физическую силу, оттолкнул Потерпевший руками и туловищем, повредив при этом карман на форменном обмундировании – бушлате потерпевшего, вышел из камеры № в коридор режимного корпуса, находясь в котором плюнул на форменное обмундирование потерпевшего, высказавшись грубой нецензурной бранью. Далее, ФИО1 в продолжение своего преступного умысла нанес один удар рукой по правому предплечью потерпевшего.

Данные показания подтверждаются показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №20, Свидетель №1, очевидцев преступления, о том, что <дата> ФИО1, пытаясь покинуть камеру, выталкивал стоящего в проеме двери камеры Потерпевший, в результате чего надорвал ему нагрудный карман обмундирования. Также плюнул в сторону Потерпевший, попав ему на лицо и форменное обмундирование. Затем нанес Потерпевший один удар по правой руке в область предплечья.

Суд принимает в качестве доказательства показания свидетеля Свидетель №20, данные как в ходе предварительного расследования, так в ходе судебного следствия в части, не противоречащей её показаниям, данным в ходе предварительного расследования. Давая показания в суде, свидетель пояснила, что подробности произошедшего не помнит. После оглашения её показаний, данных в ходе предварительного следствия, подтвердила, что суть конфликта между подсудимым и потерпевшим изложена верна. ДПНСИ говорил, что ФИО2 его ударил. Когда ФИО2 порвал карман, удар она не видела, все это она слышала.

Суд принимает в качестве доказательства показания свидетеля Свидетель №1, данные в ходе предварительного следствия, поскольку данные показания получены через непродолжительное время после произошедшего события. Более того, свидетель подтвердила показания об обстоятельствах, как ФИО2 вышел из камеры в проем, что у А. был оторван нагрудный карман.

Согласно материалам дела свидетели Свидетель №20, Свидетель №1 в ходе предварительного следствия были допрошены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, перед началом допроса им были разъяснены процессуальные права, предупреждены об ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ, при этом протокол допроса подписан свидетелями без каких-либо замечаний и заявлений. При таких обстоятельствах показания указанных свидетелей на стадии предварительного следствия являются допустимыми доказательствами.

Проанализировав показания указанных свидетелей в ходе предварительного следствия и судебного заседания, сопоставив их с совокупностью других доказательств по делу, доводы свидетелей о том, что они не в полной мере видели происходившее, суд считает несоответствующими действительности, поскольку они противоречат видеозаписи с видеорегистратора и стационарной камеры.

Так, действия ФИО1, применение к потерпевшему Потерпевший насилия объективно подтверждается воспроизведенными в судебном заседании видеозаписями. На данных видеозаписях видны все участники произошедшего – подсудимый, потерпевший, свидетели Свидетель №3, Свидетель №20, Свидетель №1 На видеозаписи видно, что происходящее было в их поле зрения, поскольку Свидетель №3 стоял непосредственно возле Потерпевший, Свидетель №20 стояла за решетчатой дверью возле дверного проема, лицом в подсудимому и потерпевшему, свидетель Свидетель №1 находилась возле железной двери, наблюдала за происходящим.

Ссылки свидетелей на то, что они не читали протокол допроса, подписали, не ознакомившись, в связи с чем не подтверждают эти показания, судом проверены, признаются несостоятельными.

Судом допрошен следователь Свидетель №14, который пояснил, что в ходе расследования данного уголовного дела им допрошены свидетели Свидетель №20, Свидетель №1, им разъяснялись права, обязанности, предупреждались об ответственности, они давали пояснения в форме свободного рассказа, самостоятельно, добровольно. О каких-либо препятствиях для допроса, ограничениях по времени не сообщали. После составления протоколов были ознакомлены с ними полностью, замечаний не вносили, подписали. Никакого давления на свидетелей не оказывалось.

В связи с чем не нашел своего подтверждения довод о том, что следователем в ходе проведения предварительного расследования были допущены существенные нарушения норм закона. Оснований для признания показаний данных свидетелей недопустимыми не установлено.

Суд критически относится к показаниям свидетеля Свидетель №1, данным в ходе судебного следствия в части противоречий с показаниями, полученными в ходе предварительного расследования, с учетом вышеприведенных обстоятельств, а также показаний следователя, в связи с чем кладет в основу приговора показания свидетеля, данные в ходе следствия.

Кроме того, неточности в показаниях свидетелей не исключают виновность ФИО1 в совершении преступлений.

Суд также принимает в качестве доказательств вины подсудимого показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, которым об обстоятельствах совершенного преступления стало известно от потерпевшего, из видеозаписей. Их показания сомнений не вызывают, так как стабильны, последовательны и не противоречивы, согласуются с другими доказательствами по делу.

Причин для оговора у потерпевшего и свидетелей обвинения нет, каких-либо данных, свидетельствующих об их заинтересованности в исходе дела, в судебном заседании не установлено. Профессиональная деятельность потерпевшего, свидетелей, сама по себе, не свидетельствует об их личной заинтересованности в исходе дела и не является основанием сомневаться в правдивости и объективности показаний данных свидетелей, поскольку личного знакомства, родства, заинтересованности сотрудников СИЗО-4 в незаконном привлечении подсудимого к уголовной ответственности не установлено. В силу изложенного, суд находит показания потерпевшего, свидетелей обвинения достоверными и как доказательство вины ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления, допустимыми.

Показания свидетелей защиты не опровергают установленные судом обстоятельства. Свидетели защиты непосредственными очевидцами происходившего не являлись, только слышали шум и разговоры в коридоре, по своему интерпретировали услышанное. Так, свидетели Свидетель №15, Свидетель №7, Свидетель №17, Свидетель №10, Свидетель №18, Свидетель №19 показали, что ФИО1 не выпускали из камеры, препятствовали выйти. Свидетель Свидетель №8 пояснила, что ему не просто препятствовали выйти из камеры, его пытались затолкнуть обратно в камеру. Свидетели Свидетель №16, Свидетель №21, Свидетель №12, Свидетель №13 поясняли, что его вывели из камеры. При этом данные свидетели показали, что им ничего не известно по факту применения насилия ФИО1

Признаки горения, задымления также воспринимались свидетелями по-разному. Свидетели Свидетель №15, Свидетель №8, Свидетель №21., Свидетель №10, Свидетель №12, Свидетель №13 ощущали запах гари, проводки. Свидетель №16 пояснила, что не чувствовала запаха гари, Свидетель №17, что не видела задымления, на дыхание ничего не влияло.

Указание стороной защиты на недостоверность показаний свидетелей как обвинения, так и защиты в ходе следствия, поскольку на них оказывалось давление является голословным. Свидетель Свидетель №13 подтвердила данные ею на следствии показания, как более детальные. Свидетель Свидетель №10 после оглашения показания пояснила, что в суде давала такие же показания. Свидетель №8 поясняла, что при допросе давления на неё никто не оказывал. Более того, свидетели в соответствии со ст.240 УПК РФ допрошены в ходе судебного следствия, в условиях исключающих какое-либо давление со стороны иных лиц, большинство их них на момент допроса находились в иных учреждениях исполнения наказания.

Вопреки доводу подсудимого суд не находит оснований для исключения из описания преступного деяния, совершенного подсудимым, указания на то, что им надорван карман форменного обмундирования потерпевшего. Подсудимый изначально держался правой рукой за решетчатую дверь, однако впоследствии он отпустил её и применяя большую физическую силу начал выталкивать потерпевшего из проема двери камеры. После указанных действий потерпевший продемонстрировал, в том числе подсудимому надорванный карман.

Указание подсудимым и защитником на то, что подлежала назначению видеотехническая экспертиза, поскольку имеются неразрешимые противоречия, суд признает несостоятельным.

В судебном заседании осматривались вещественные доказательства CД-диски с видеозаписями, с учетом вышеприведенных обстоятельств оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением процессуального законодательства, не имеется.

Согласно чч.1, 3 ст.283 УПК РФ по ходатайству сторон или по собственной инициативе суд может назначить судебную экспертизу. Судебная экспертиза проводится в порядке, установленном главой 27 УПК РФ, в целях установления и исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Основания, при которых назначение и производство судебной экспертизы является обязательным, перечислены в ст. 196 УПК РФ. Проведение видеотехнической экспертизы в силу закона не является обязательным. Исследование содержания видеофайлов не требует специальных познаний. Никаких сомнений в том, что видеозаписи имеют признаки монтажа, не возникло, в связи с чем отсутствовала необходимость в назначении и проведении экспертизы.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает, что проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство; все доказательства подлежат проверке и оценке с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в их совокупности - достаточности для разрешения дела (статьи 87 и 88).

Таким образом, содержащиеся на дисках видеозаписи подлежат оценке наряду с иными доказательствами. Зафиксированные на видеозаписях события хронологически последовательные, позволяют с достоверностью установить каждого участника произошедшего, а также последовательность их действий. На видеозаписях, полученных с портативных регистраторов, имеется звук, что позволяет установить не только поведение подсудимого, потерпевшего, но и их отношение к происходящему.

Совокупность исследованных судом доказательств, представленных стороной обвинения, отвечает требованиям достоверности, относимости с другими доказательствами, допустимости и достаточности.

Несмотря на доводы стороны защиты о недопустимыми доказательств: протоколов осмотра предметов и просмотра видеозаписей от <дата> и <дата> с фототаблицами, протокола выемки от <дата> с фототаблицей, а также дисков с видеозаписями, о чем было заявлено в ходе судебного следствия, таких оснований суд не находит.

В силу ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В качестве доказательств допускаются, в том числе вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы.

Согласно ст.83 УПК РФ протоколы следственных действий допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным УПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В случаях, указанных в ст.75 УПК РФ, суд признает доказательство недопустимым (ч.2 ст.88 УПК РФ).

В силу ст.75 УПК РФ недопустимыми являются доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» указано о том, что решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в п.3 ч.2 ст.75 УПК РФ, суд должен в каждом случае выяснять, в чем конкретно выразилось допущенное нарушение.

Согласно ч.1 ст.180 УПК РФ протоколы осмотра и освидетельствования составляются с соблюдением требований ст.166,167 и 180 УПК РФ.

В соответствии с ч.2 ст.180 УПК РФ, в протоколах описываются все действия следователя, а также все обнаруженное при осмотре и (или) освидетельствовании в той последовательности, в какой производились осмотр и освидетельствование, и в том виде, в каком обнаруженное наблюдалось в момент осмотра и освидетельствования. В протоколах перечисляются и описываются все предметы, изъятые при осмотре и (или) освидетельствовании.

Согласно чч.1,3-5 ст.166 УПК РФ протокол следственного действия составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания. В протоколе указываются: 1) место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты; 2) должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол; 3) фамилия, имя и отчество каждого лица, участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях его адрес и другие данные о его личности. В протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии. В протоколе должны быть указаны также технические средства, примененные при производстве следственного действия, условия и порядок их использования, объекты, к которым эти средства были применены, и полученные результаты. В протоколе должно быть отмечено, что лица, участвующие в следственном действии, были заранее предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств.

В силу чч.1,2 ст.183 УПК РФ при необходимости изъятия определенных предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, и если точно известно, где и у кого они находятся, производится их выемка. Выемка производится в порядке, установленном ст.182 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными настоящей статьей.

Изъятые предметы, документы и ценности предъявляются понятым и другим лицам, присутствующим при обыске, и в случае необходимости упаковываются и опечатываются на месте обыска, что удостоверяется подписями указанных лиц. При производстве обыска составляется протокол в соответствии со ст.ст. 166 и 167 УПК РФ. Все изымаемые предметы, документы и ценности должны быть перечислены с точным указанием их количества, меры, веса, индивидуальных признаков и по возможности стоимости (чч.10,12,13 ст.182 УПК РФ).

Согласно ч.1.1. ст.170 УПК РФ в случаях, предусмотренных ст.ст. 177, 183 УПК РФ, регламентирующей порядок проведения осмотра предметов, понятые принимают участие по усмотрению следователя; если в указанных случаях по решению следователя понятые в следственных действиях не участвуют, то применение технических средств фиксации хода и результатов следственных действий является обязательным.

Из протокола осмотра предметов и просмотра видеозаписей от <дата> видно, что следователем по ОВД следственного отдела по г.Анжеро-Судженск следственного управления Следственного комитета России по Кемеровской области-Кузбассу проводилось данное следственное действие, понятые при проведении осмотра оптического диска и просмотра содержащихся на нем видеозаписей участия не принимали, применялись технические средства: служебный ноутбук, принтер, камера мобильного телефона марки и модели «<...>». В протоколе отражены место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания, ход и результаты проведенного следственного действия, которые в том числе фиксировались при помощи технического средства фиксации, что подтверждено фототаблицей. В протоколе указаны должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол. Также отражено, что данный диск по окончании следственного действия упакован в конверт и опечатан.

В протоколе осмотра предметов и просмотра видеозаписей от <дата> отражено, что старшим следователем следственного отдела по г.Анжеро-Судженск следственного управления Следственного комитета России по Кемеровской области-Кузбассу проводилось данное следственное действие. В протоколе указаны место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания. При его проведении применялись технические средства: служебный ноутбук, принтер, камера мобильного телефона марки и модели «<...>» в соответствии с ч.1.1 ст.170 УПК РФ, понятые участия не принимали. При осмотре диска и просмотре видеозаписей участвовал потерпевший Потерпевший Участвующее в следственном действии лицо было предупреждено о применении при производстве следственного действия технических средств. Ход и результаты проведенного следственного действия описаны в протоколе осмотра предметов и просмотра видеозаписей. Приложением к данному протоколу является фототаблица с указанием к какому моменту следственного действия относится каждое фотоизображение. Осмотренный диск по окончании следственного действия упакован в конверт и опечатан, о чем имеется отметка в протоколе. В протоколе имеются подписи участвующих лиц.

Выемка у свидетеля Свидетель №4 оптического диска производилась следователем по ОВД следственного отдела по г.Анжеро-Судженск следственного управления Следственного комитета России по Кемеровской области-Кузбассу, что зафиксировано в протоколе обыска (выемки) от <дата>. Ход производства данного следственного действия и его результаты фиксировались при помощи технических средств фиксации – фотоаппарата «<...>», с указанием примененных технических средств в протоколе. Изъятый у свидетеля оптический диск упакован в конверт, о чем имеется соответствующая отметка. Составленный в ходе производства следственного действия протокол выемки от <дата> содержит предусмотренную процессуальным законодательством информацию, подписан участвующими лицами. Приложением к данному протоколу является фототаблица.

При проведении названных следственных действий следователями были использованы технические средства, которые указаны в протоколах, содержание протоколов согласуется с приложенными фототаблицами. Доводы стороны защиты о проведении этих следственных действий без применения технических средств фиксации опровергаются указанными в протоколах сведениями. Применение в ходе производства следственных действий фотосъемки в силу ч.1.1 ст.170 УПК РФ участия понятых не требовало. Ход следственных действий, последовательность действий, и в том виде, в каком обнаруженное наблюдалось, отражены в протоколах, указано об упаковывании и опечатывании дисков при проведении следственных действий, что не свидетельствует о получении этих доказательств с нарушением требований уголовно-процессуального закона.

То, что осмотр диска и просмотр видеозаписей <дата> произведен до возбуждения уголовного дела, не свидетельствует о порочности протокола осмотра, поскольку в силу ч.1 ст.144 УПК РФ следователь при проверке сообщения о преступлении вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном УПК РФ, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов.

Данные следственные действия проводились уполномоченными должностными лицами, в установленном законом порядке. Нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении осмотра предметов и просмотра видеозаписей, выемки не усматривается. Выемка диска с видеозаписями, последующее приобщение к материалам уголовного дела дисков произведены в установленном законом порядке. Отдельные технические неточности не свидетельствуют об их недопустимости.

Таким образом, судом не установлено нарушение требований процессуального законодательства при проведении вышеперечисленных следственных действий и их процессуальном закреплении, основания для признания данных протоколов осмотра предметов и просмотра видеозаписей, выемки, а также дисков с видеозаписями недопустимыми доказательствами отсутствуют.

Исследованные судом доказательства, представленные стороной обвинения, собраны в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством, согласуются между собой и являются достаточными для вынесения обвинительного приговора в отношении ФИО1

В ходе производства следствия не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, обвинительное заключение соответствует требованиям закона, в представленных материалах дела отсутствуют данные свидетельствующие о фальсификации материалов, оснований для возвращения уголовного дела в порядке ст.237 УПК РФ не установлено.

Показания свидетелей защиты, которым об обстоятельствах дела ничего не известно, они только слышали шум, присутствие сотрудников СИЗО-4, не опровергают совокупности представленной стороной обвинения доказательств и не свидетельствуют о непричастности подсудимого к инкриминируемому преступлению.

Суд считает, что квалифицирующий признак «применение насилия, не опасного для жизни или здоровья», нашел свое подтверждение, поскольку материалами дела и судебным следствием подтверждено, что подсудимый при выполнении служебных обязанностей сотрудником СИЗО-4 Потерпевший - применил к нему насилие, не опасное для жизни или здоровья, с применением физической силы вытолкнул из камеры, нанес ему удар рукой по правому предплечью.

Доводы подсудимого и защитника, оспаривающих факт нанесения удара, опровергаются совокупность доказательств, в том числе видеозаписью, которым судом дана оценка выше.

Доводы подсудимого о том, что не нашел своего подтверждения мотив совершения преступления, указанный в обвинении, поскольку никакой цели дезорганизации нормальной деятельности СИЗО-4 он не преследовал, суд находит несостоятельными, связанными с его попыткой уйти от ответственности. У суда не вызывает сомнение, что преступление совершено в связи с осуществлением потерпевшим служебной деятельности, поскольку подсудимый, заведомо зная, что перед ним находится сотрудник следственного изолятора, в форменной одежде, при исполнении своих служебных обязанностей, который вошел в камеру для принятия мер по выявлению, предупреждению и пресечению нарушений установленного порядка содержания под стражей и иных правонарушений, пытаясь выйти сам, применяя физическую силу, выталкивал потерпевшего, впоследствии нанес один удар по руке, причинив физическую боль. Из характеристики подсудимого со стороны сотрудников СИЗО-4 следует, что ФИО1 своими действиями пытается поднять свой авторитет в глазах других обвиняемых, противопоставляет себя установленному законом режиму содержания в следственном изоляторе, является дезорганизатором. Таким образом, с учетом обстоятельств дела, поведения подсудимого в условиях изоляции от общества, суд приходит к выводу, что мотив совершения преступления - в связи с осуществлением потерпевшим служебной деятельности, нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия.

Кроме того суд также отвергает доводы подсудимого о том, что его поведение было спровоцировано противоправным поведением со стороны потерпевшего Потерпевший, как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании. Суд исходит из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей Свидетель №3, Свидетель №20, Свидетель №1, которые свидетелями какого-либо противоправного поведения потерпевшего по отношению к подсудимому, предшествовавшего совершению преступления, не были.

Указание стороной защиты на наличие задымления в камере, в связи с чем подсудимого должны были вывести из камеры, а не препятствовать ему, не влияет на виновность подсудимого и квалификацию его действий, поскольку удар по правой руке потерпевшего подсудимый нанес уже находясь в коридоре, когда его жизни и здоровью ничего не угрожало. Более того, из представленных доказательств следует, что нарушения работы розетки, светильника не установлено, что опровергает версию подсудимого о неисправности проводки.

Представленные стороной защиты судебные акты по административным делам о признании незаконными действий, бездействия сотрудников уголовно-исполнительной системы, в том числе СИЗО-4 не опровергают вышеизложенное.

Суд считает, что ФИО1 при совершении преступления не находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, поскольку судом установлено, что он понимал суть происходящего, после содеянного совершал целенаправленные действия. У суда также не вызывает сомнение психическая полноценность ФИО1, исходя из его поведения в период следственной и судебной ситуации, что также подтверждается заключением комиссии экспертов № от <дата>, согласно которому тот в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не был лишен способности осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, а также не находился в состоянии временного психического расстройства. Имеющееся у него психическое расстройство в форме смешанного расстройства личности не влияло на данную способность. В настоящее время он также может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, понимать характер и значение уголовного судопроизводства, самостоятельно совершать действия, направленные на реализацию прав и обязанностей. Его психическое расстройство не связано с возможностью причинения им существенного вреда либо опасностью для себя или других лиц. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. У ФИО1 определены индивидуально-психологические особенности: повышенная возбудимость, преобладающая внешнеобвинительная позиция в поведении, неустойчивость эмоционально-волевой сферы, склонность к аутоагрессии, проявление враждебности, обостренное чувство справедливости, демонстративность, в сочетании с деликвентностью, сниженным чувством вины и социальной ответственности, криминальным стереотипом поведения, склонностью к протестным реакциям. Данные особенности не оказали существенного (дезорганизующего) влияния на его поведение, так как не приводили к нарушению целенаправленной деятельности, не лишали возможности осуществлять выбор своих решений, не приводили к лишению способности изменять стратегию своего поведения. У ФИО1 не выявлено таких особенностей, которые лишали бы его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания (т.6 л.д.233-240).

Оценивая данное экспертное заключение, суд считает доводы экспертов убедительными, выводы обоснованными, и поскольку экспертиза проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а компетентность членов экспертной комиссии сомнений у суда не вызывает, суд соглашается с вышеприведенным экспертным заключением.

В этой связи суд оснований сомневаться во вменяемости ФИО1 в период совершения общественно опасного деяния не имеется.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд исходит из установленных выше обстоятельств, квалифицирует действия ФИО1 по ч.2 ст.321 УК РФ - применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении сотрудника места содержания под стражей, в связи с осуществлением им служебной деятельности.

Назначая подсудимому наказание, суд учитывает обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного деяния, данные, характеризующие личность подсудимого, который не состоит на учете у психиатра и нарколога (т.2 л.д.138), по месту содержания под стражей характеризуется неудовлетворительно (т.1 л.д.171-172), до отбывания наказания был официально трудоустроен, в браке не состоит, суд также учитывает влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд учитывает неудовлетворительное состояние его здоровья, оказание посильной помощи пожилым родителям, мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства, суд в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК учитывает наличие в действиях ФИО1 рецидива преступления (ч.1 ст.18 УК РФ), поскольку ФИО1 совершено умышленное преступление средней тяжести в период непогашенной судимости за совершение умышленных преступлений по приговору от <дата>.

Назначая подсудимому наказание, суд принимает во внимание требования ч.2 ст.43 УК РФ, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

С учетом требований ч.1 ст.68 УК РФ при назначении наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершенных им преступлений, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенного преступления и приходит к мнению о назначении наказания в виде лишения свободы. Ограничений для назначения данного вида наказания, установленных ч.1 ст.56 УК РФ, не имеется. Суд не усматривает оснований для замены лишения свободы принудительными работами в соответствии со ст.53.1 УК РФ, так как в действиях ФИО1 установлен рецидив преступлений.

В судебном заседании не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом преступления, поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ в отношении подсудимого суд не усматривает, и назначает наказание в виде лишения свободы в пределах санкции, предусмотренной ч.2 ст.321 УК РФ.

Учитывая наличие в действиях ФИО1 рецидива преступлений, суд назначает ему наказание с учетом требований ч.2 ст. 68 УК РФ, не усматривая оснований для применения положений ч.3 ст. 68 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, отсутствие обстоятельств, смягчающих наказание, суд не находит оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку установлено отягчающее наказание обстоятельство.

Принимая во внимание данные о личности подсудимого ФИО1, обстоятельства совершения преступления, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимого возможно лишь в условиях его изоляции от общества, при этом суд учитывает, что он совершил преступление против порядка управления и здоровья человека. Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении суд не имеется.

ФИО1 совершил преступление в период отбывания наказания по приговору Беловского городского суда Кемеровской области от <дата>, в связи с чем окончательное наказание ему должно быть назначено по совокупности приговоров, то есть по правилам ст.70 УК РФ, при этом суд считает возможным применить принцип частичного присоединения неотбытой части наказания.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания ФИО1 суд назначает в колонии строгого режима.

В ходе предварительного следствия в отношении ФИО1 мера пресечения не избиралась. С учетом вида назначаемого подсудимому наказания, в совокупности с данными о его личности, суд считает необходимым избрать ему меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, в целях его надлежащего исполнения с учетом требований ч.2 ст. 97 УПК РФ.

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, время содержания ФИО1 под стражей с <дата> до вступления приговора в законную силу следует зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по уголовному делу заявлен не был.

На основании ч.3 ст.81 УПК РФ вопрос о вещественных доказательствах должен быть решен следующим образом: СД-диски с видеозаписями, хранящиеся в материалах уголовного дела, следует хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.321 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев.

На основании ч.1 ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору Беловского городского суда Кемеровской области от <дата> и окончательно назначитьФИО2 Станиславу Викторовичу наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресеченияФИО2 Станиславу Викторовичу избрать в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, взять его под стражу в зале суда, содержать в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу.

Срок наказания ФИО1 со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 срок лишения свободы время его содержания под стражей с <дата> дня вступления данного приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима с учетом требований п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: дваСД-диска с видеозаписями, хранящиеся в материалах уголовного дела, - хранить в материалах дела в течение срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в Кемеровский областной суд через Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае обжалования приговора осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе.

Кроме того, осужденный вправе пригласить защитника для участия в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо о рассмотрении дела без защитника, о чем он должен в письменном виде сообщить в суд, постановивший приговор.

Председательствующий И.В. Южикова