Приговор № 1-29/2018 1-580/2017 от 22 мая 2018 г. по делу № 1-29/2018

Дело № 1-29/2018(1-580/2017)


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Омск 23 мая 2018 года

Судья Первомайского районного суда г. Омска Хроменок В.В.,

с участием прокурора Огаря М.В., ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитников подсудимого – адвокатов Ткаченко В.В., представившего удостоверение и ордер № от ..., выданный филиалом № 17 ННО «ООКА» и ФИО3, представившего удостоверение и ордер № от ..., выданный филиалом № 17 ННО «ООКА»

представителя потерпевшего <данные изъяты> Т.Е.А.,

при секретаре Захаровой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, ... г.р., <данные изъяты> несудимого,

содержавшегося под стражей по настоящему уголовному делу с ... по ...,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 ч. 4 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах:

ФИО2, являясь на основании приказа <данные изъяты> от ... № в период с ... по ... <данные изъяты> от ... № в период с ... по ... <данные изъяты> ФИО2 от ... № и п. 1.1 трудового договора, заключенного между <данные изъяты>, осуществлял управление <данные изъяты> учебного заведения. В тот же период времени в соответствии с п.п. 2, 5 и 9 п. 5.25 Устава <данные изъяты>, утвержденного приказом <данные изъяты> № от ..., ФИО2 издавал приказы, обязательные для всех работников, руководил образовательной, научной, хозяйственной и финансовой деятельностью учебного заведения, распоряжался имуществом и средствами учебного заведения, в соответствии с п.п. 13 и 17 п. 4.21 и п. 4.23 Устава <данные изъяты>, утвержденного приказом <данные изъяты> № от ..., принимал решения о поощрении работников учебного заведения, распоряжался имуществом и средствами учебного заведения, издавал приказы. Используя свое служебное положение, которое обеспечивало возможность распоряжения вверенными ему денежными средствами, принадлежащими <данные изъяты>, ФИО2, в период с февраля 2013 года по август 2016 года совершил присвоение в особо крупном размере денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>.

Так, с целью присвоения вверенных ему денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>, ФИО2, находясь в помещении указанного <данные изъяты><адрес> в устной форме дал указание Л.И.П., занимавшей должность <данные изъяты>, о том, что ежемесячно он будет предупреждать ту о начислении конкретным сотрудникам учебного заведения определенных сумм денежных средств в виде премий и надбавок, которые эти сотрудники должны будут снимать со счетов своих банковских карт и передавать той, а последняя в свою очередь должна будет каждый раз возвращенные денежные средства в той же сумме передавать лично ему, на что Л.И.П. была вынуждена согласиться, поскольку находилась в служебной зависимости от него, и последовательно довела данное указание ФИО2 до определенных им сотрудников, а именно Ф.Е.Ф., занимавшей должность <данные изъяты>, М.Н.В., занимавшей должность <данные изъяты>, С.И.И., занимавшей должность <данные изъяты>, К.С.О., занимавшей должность <данные изъяты>, О.Л.П., занимавшей должность <данные изъяты> и Т.Ю.А., занимавшей должность <данные изъяты>, которые так же были вынуждены согласиться с требованиями руководителя <данные изъяты>, поскольку как и Л.И.П. находились в служебной зависимости от последнего.

Указанные сотрудники <данные изъяты> в период времени с февраля 2013 года по август 2016 года получили путем перечисления на их расчетные счета на основании приказов ФИО2 денежные средства в виде дополнительных премий и надбавок в составе своей заработной платы, которые через Л.И.П. вернули ФИО2 в следующих суммах: Ф.Е.Ф. – в общей сумме 1 120 000 рублей; М.Н.В. – в общей сумме 675 000 рублей; С.И.И. – в общей сумме 860 000 рублей; К.С.О. – в общей сумме 665 000 рублей; О.Л.П. – в общей сумме 310 000 рублей и Т.Ю.А. в общей сумме 300 000 рублей.

Кроме этого, в указанный промежуток времени, ФИО2, имея умысел на присвоение вверенных ему денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>, находясь в помещении указанного <данные изъяты><адрес> в устной форме дал указание Б.В.В., занимавшему должность <данные изъяты>, о том, что он периодически будет сообщать тому о начислении определенных сумм денежных средств в виде дополнительных премий и надбавок, которые последний должен будет снимать со счета своей банковской карты и передавать ему лично. Б.В.В. был вынужден согласиться с требованиями руководителя, ввиду того, что находился в служебной зависимости от последнего.

Впоследствии, в период времени с декабря 2014 года по август 2016 года Б.В.В. получил путем перечисления на свой расчетный счет на основании приказов ФИО2 денежные средства в виде дополнительных премий и надбавок в составе своей заработной платы в общей сумме 650 000 рублей, которые передал лично ФИО2

Таким образом, указанным выше способом ФИО2, используя свое служебное положение, присвоил вверенные ему денежные средства в общей сумме 4 580 000 рублей, которыми распорядился по своему усмотрению, причинив своими действиями <данные изъяты> материальный ущерб в особо крупном размере на указанную сумму.

Причиненный <данные изъяты> в результате хищения ущерб возмещен не был, в связи с чем, представителем потерпевшего в рамках уголовного дела был заявлен гражданский иск, о взыскании с ФИО2 в счет возмещения ущерба причиненного в результате преступления 4790 000 рублей (т. 9 л.д. 138), который представителем потерпевшего Т.Е.А. по результатам судебного следствия был поддержан в размере 4 680 000 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал. Из показаний ФИО2 данных в судебном заседании следует, что в период его работы в должности <данные изъяты> с ... по ..., он непосредственно отвечал и осуществлял общее руководство образовательной, воспитательной, административно-хозяйственной, финансово-экономической и научной деятельностями <данные изъяты>, а так же приемной компанией и содействием в трудоустройстве обучающихся. Напрямую ему подчинялись <данные изъяты> осуществлял свою деятельность за счет бюджетных и внебюджетных (от приносящей доход деятельности) средств, распорядителем которых был он. За формирование фондов оплаты труда и премирования в период его работы <данные изъяты> отвечала <данные изъяты> Л.И.П. Касаемо вопроса премирования, - служебные записки и в последующем приказы на премирование сотрудников <данные изъяты> утверждал и подписывал он, при этом суммы начисляемых работникам <данные изъяты> премий не контролировал, полностью полагаясь в этом вопросе на Л.И.П., которая заверяла его в том, что все начисляется в пределах установленных фондов. Приказы о премировании в электронном виде и в последующем эти же приказы на бумажном носителе он, доверяя Л.И.П., никогда не сверял. Изменений в служебные записки на премирование и в приказы о премировании сам никогда не вносил. Непосредственно от его имени служебные записки на премирование составлялись только в отношении сотрудников которые подчинялись ему напрямую, при этом их подготовкой занимались сотрудники <данные изъяты> по указанию Л.И.П., он их только подписывал. На остальных сотрудников служебные записки на премирование составляли руководители структурных подразделений, он их только утверждал. <данные изъяты> под его руководством хорошо справлялся с поставленными задачами, были хорошие показатели в деятельности <данные изъяты>, поэтому сотрудники получали достойные заработные платы и большие премии, при этом каждый сотрудник исходя из его вклада в деятельность <данные изъяты>. Выплачивать большие дополнительные премии сотрудникам <данные изъяты> была инициатива исключительно Л.И.П., с учетом большого объема выполняемой дополнительной работы сотрудниками этих подразделений. При этом о возврате ему как лично, так и через Л.И.П. части премий сотрудниками <данные изъяты> он указаний не давал и никаких средств от последних не получал. Предъявленное ему обвинение считает необоснованным и ничем не подтвержденным. Полагает, что Л.И.П., Б.В.В. и Ч.Е.О., которые прямо указывают на то, что передавали ему дополнительно начисляемые премии, при этом Л.И.П. собирая их со своих подчиненных, оговаривают его. Б.В.В. по той причине, что он ликвидировал возглавляемый последним <данные изъяты>, в результате чего Б.В.В. сильно потерял в заработной плате, далее отказал Б.В.В. в трудоустройстве на должность <данные изъяты>. К тому же Б.В.В. имел определенные траты, которые тому необходимо было скрывать от <данные изъяты>. С учетом всего указанного он полагает, что Б.В.В. решился оговорить его. У Ч.Е.О. в ... году заканчивался контракт, последняя должна была быть уволена ввиду отсутствия иной подходящей для той должности. Однако, новое руководство <данные изъяты> нашло для Ч.Е.О. должность <данные изъяты>. Полагает, что это было сделано в обмен на показания Ч.Е.О. Л.И.П. указывает на него с целью избежать самой ответственности за содеянное, поскольку все допрошенные сотрудники <данные изъяты>, которые говорят, что возвращали дополнительные премии, указывают на Л.И.П. Если в служебных записках на премирование указанных лиц за 2013-2015 г.г. и были какие-то приписки, то их исчезновение, с учетом того, что он их не делал, было выгодно только Л.И.П. Указания отобрать и занести ему в кабинет служебные записки на премирование за 2013-2015 г.г. в 2016 году он никому не давал. Т.Ю.А. и Т.И.В. которые заявляют об этом, путают их с приказами на премирование, которые те заносили ему в подшитом в папки виде с целью поставить недостающие подписи перед проверкой финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>. После этого эти приказы им были возвращены, находились в <данные изъяты> и приобщены к материалам уголовного дела. Тот факт, что он никаких служебных записок из здания <данные изъяты> не выносил, подтверждается актом, поскольку все свои вещи после назначения <данные изъяты> Ж.А.П., по распоряжению последнего, из кабинета в который он переехал он забирал в присутствии членов комиссии.

Несмотря на позицию подсудимого, его виновность в совершении преступления, указанного в описательной части настоящего приговора полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

Показаниями представителя потерпевшего Т.Е.А., данными в ходе судебного следствия по делу, из которых следует, что она работает в <данные изъяты> в должности <данные изъяты>. Об обстоятельствах совершения инкриминируемого ФИО2 преступления ей известно исключительно из материалов уголовного дела и обвинительного заключения. Причастность ФИО2 к хищению денежных средств <данные изъяты> в период работы последнего в должности <данные изъяты> при указанных в деле обстоятельствах находит установленной, в связи с чем, поддерживает заявленные действующим <данные изъяты> Ж.А.П. в интересах <данные изъяты> исковые требования в рамках поддержанного гособвинителем обвинения в отношении ФИО2, и просила взыскать с ФИО2 в пользу <данные изъяты> 4 680 000 рублей.

Показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Л.И.П., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты> (т. 9 л.д. 110-129), а так же показаниями последней данными в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ (т. 3 л.д. 59-62, т. 4 л.д. 244-247), из которых следует, что в период ее работы в должности <данные изъяты> в ее должностные обязанности входило руководство <данные изъяты> контроль за отделом <данные изъяты>. Сама она находилась в подчинении непосредственно <данные изъяты>, которым на тот момент был ФИО2 В начале 2013 года ФИО2 пригласил ее к себе в кабинет для решения производственных вопросов, в ходе чего сообщил, что тот часто ездит в командировки в <адрес> и что тому нужны деньги на представительские расходы для решения производственных вопросов, которые официально для <данные изъяты> не предусмотрены. ФИО2 указал, что необходимо будет начислять дополнительные премии (надбавки) ее <данные изъяты> и отдельным сотрудникам находящимся в ее подчинении, которые после их получения будут через нее тому возвращать. Она согласилась, поскольку из разговора с ФИО2 следовало, что если она не выполнит данное распоряжение, то потеряет работу, чего она боялась. После этого, у нее по данному поводу в разные периоды времени, индивидуально, состоялся разговор с ее <данные изъяты> М.Н.В., К.С.О., Т.Ю.А. и С.И.И., на которых ей указал сам ФИО2, говоря, что доверяет им, которым она сообщила о распоряжении ФИО2 Все из указанных лиц согласились на это предложение ФИО2, поскольку, как и она, несмотря на то, что понимали, что данные действия незаконные, боялись потерять работу. Далее, указанным лицам в разные периоды времени по представлениям <данные изъяты> ФИО2 и на основании приказов последнего стали начисляться дополнительные премии (надбавки) за счет средств от приносящей доход деятельности <данные изъяты> в размерах указанных ФИО2 После перечисления данных премий (надбавок) на счета банковских карт указанных лиц, они их снимали и в завернутом в лист бумаги виде передавали ей, а она в свою очередь передавала эти денежные средства ФИО2, который их забирал. Кроме М.Н.В., К.С.О., Т.Ю.А. и С.И.И., через нее ФИО2 передавали денежные средства сотрудники <данные изъяты> О.Л.П. (в настоящее время ...) и Ф.Е.Ф., которым аналогичным образом начислялись дополнительные премии (надбавки). Кто с последними изначально вел разговор о такой схеме получения ФИО2 денежных средств на представительские расходы, ей не известно. Передаваемые ФИО2 денежные средства она никогда не пересчитывала, их учет не вела. Все это происходило ежемесячно и на протяжении длительного времени, а именно с 2013 г. по 2016 г. включительно. На что ФИО2 тратились передаваемые ею тому денежные средства, ей так же неизвестно.

В октябре 2016 года ей позвонила О.Л.П. и попросила о встречи. Придя к ней в служебный кабинет, О.Л.П. сообщала, что ту вызывают в УФСБ по Омской области по вопросу заработной платы. Она пригласила для этой беседы к себе в кабинет ФИО2, поскольку вопрос касался действий последнего относительно дополнительно начисляемых сотрудникам стимулирующих выплат. Перед разговором ФИО2 проверил телефон О.Л.П. на предмет их прослушивания, проинструктировал О.Л.П., что говорить сотрудникам УФСБ, а по результатам посещения УФСБ позвонить ей.

После этого, так же в октябре 2016 года, во время проведения <данные изъяты> проверки финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты> ФИО2 дал ей указание о том, что бы она распорядилась принести к тому в кабинет ежемесячные представления о премировании сотрудников структурных подразделений <данные изъяты> за 3 года. О том, что с ними произошло после передачи их ФИО2, ей не известно, но представления пропали. В конце ... года, в связи с окончанием срока действия ее трудового договора, она уволилась из <данные изъяты>

После ее увольнения, ФИО2 стал искать возможность с ней встретиться, с целью обсудить вопрос относительно получения тем средств посредством начисления дополнительных премий (надбавок) вышеуказанным сотрудникам <данные изъяты> Однако от встреч с ФИО2 она отказывалась. ... она была вызвана в УФСБ по Омской области, где встретила ФИО2 Выйдя из здания на улицу, ФИО2 стал расспрашивать ее относительно задаваемых ей вопросов, говорить, что она должна воспользоваться ст. 51 Конституции РФ и не давать никаких пояснений, угрожал расправой если она этого не сделает.

Показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля Б.В.В., в ... г.г. работавшего в <данные изъяты> в должности <данные изъяты> (т. 9 л.д. 30-91), а так же показаниями последнего данными в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ (т. 3 л.д. 229-231), из которых следует, что в ноябре 2014 года, в период его работы в <данные изъяты> к нему в кабинет зашел <данные изъяты> ФИО2, который сообщил, что имеются проблемы с решением финансовых вопросов <данные изъяты> и для их разрешения ему будут начисляться дополнительные премии, которые он должен снимать со счета своей банковской карты и возвращать тому. Он согласился, полагая, что это в интересах <данные изъяты>, кроме этого ФИО2 указал, что если он не согласится, у него могут возникнуть проблемы по работе, а потерять работу он не хотел. После этого ФИО2 периодически стал называть ему суммы денежных средств, которые ему будут дополнительно начислены к заработной плате и которые он должен тому вернуть. Данные суммы он обналичивал со счета своей банковской карты, на которую перечислялась заработная плата, и в конвертах в кабинете ФИО2 передавал последнему. При этом никто не присутствовал. Все это продолжалось до июля 2016 года. Таким образом, он передал ФИО2: с заработной платы за декабрь 2014 года 30 декабря 2014 года либо в начале января 2015 года сумму не менее 190 000 рублей; с заработной платы за сентябрь 2015 года в начале октября 2015 года – 30 000 рублей; с заработной платы за декабрь 2015 года в январе 2016 года сумму не менее 160 000 рублей; с заработных плат за январь, февраль, март, май, июнь и июль 2016 года по 45 000 рублей, всего им было передано ФИО2 денежных средств на общую сумму не менее 650 000 рублей. С ФИО2 за весь период совместной работы в <данные изъяты> у него были чисто деловые отношения, почему последний обратился именно к нему с данной просьбой, ему не известно.

Показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей О.Л.П. (т. 4 л.д. 251), в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должностях <данные изъяты> (т. 9 л.д. 15-26), С.И.И., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты> (т. 9 л.д. 104-109), Т.Ю.А., с ... и по настоящее время работающей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты> (т. 9 л.д. 92-103), М.Н.В., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты> (т. 9 л.д. 27-29), Ф.Е.Ф., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должностях <данные изъяты> (т. 9 л.д. 5-14), К.С.О., с ... года занимающей должность <данные изъяты> (т. 9 л.д. 1-4), а так же показаниями С.И.И., Т.Ю.А., М.Н.В. и Ф.Е.Ф., данными в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ (т. 3 л.д. 226-228, т. 4 л.д. 4-6, т. 3 л.д. 248-250, 232-234), из которых следует, что во время их трудовой деятельности в <данные изъяты>, между ними и <данные изъяты> Л.И.П., индивидуально с каждой из них, в рабочем кабинете Л.И.П., с О.Л.П. в январе 2015 года, с С.И.И. в декабре 2013 года, с Т.Ю.А. в феврале 2015 года, с М.Н.В. в августе 2013 года, с Ф.Е.Ф. в феврале 2013 года, с К.С.О. в мае 2014 года, состоялся разговор, в ходе которого Л.И.П. сообщала, что им по указанию <данные изъяты> ФИО2 будут начисляться дополнительные премии (надбавки), которые необходимо будет возвращать той для последующей передачи ФИО2 на представительские расходы в командировках в <адрес>. Все они согласились на данную схему получения ФИО2 денежных средств из бюджета <данные изъяты>, поскольку из разговора с Л.И.П. поняли, что выбора у них нет, в случае отказа, будут уволены. После состоявшихся разговоров с Л.И.П., последняя, фактически ежемесячно, каждой индивидуально сообщала сумму дополнительной премии (надбавки), которая им будет начислена и которую необходимо будет той вернуть для передачи ФИО2 Они выполняли требования Л.И.П., после получения заработной платы, включающей эти дополнительные премии (надбавки), снимали со своих счетов указанные им суммы денежных средств и каждая индивидуально передавали их Л.Л.П. в рабочем кабинете последней. Иногда отдавали указанные им суммы полностью либо частично из имеющихся у них в наличии денежных средств, но только после зачисления дополнительных премий (надбавок) на их счета. Как Л.Л.П. передавала эти денежные средства ФИО2, никто из них не видел. На что в действительности тратились передаваемые ими Л.И.П. денежные средства для ФИО2, им не известно. Каждая из них понимала, что изъятие указанным способом денежных средств из бюджета <данные изъяты>, незаконно, однако делали это боясь потерять работу.

Так же, О.Л.П. было указано, что по вышеуказанной схеме ею Л.И.П. для передачи ФИО2 были переданы следующие суммы денежных средств из дополнительно начисленных премий (надбавок): с заработных плат за январь, февраль, март, май, июнь и июль 2015 года по 35 000 рублей, с заработных плат за август и сентябрь 2015 года по 50 000 рублей, что в общей сложности составляет 310 000 рублей. Увеличение суммы в августе и сентябре 2015 года произошло ввиду ухода Ф.Е.Ф. на <данные изъяты>. Ей так же известно, что аналогичным образом получали дополнительные премии (надбавки) и возвращали их ФИО2 через Л.И.П. работники <данные изъяты> К.С.О., С.И.И., Т.Ю.А., М.Н.В. и Ф.Е.Ф. В период ее работы данные дополнительные премии (надбавки) ей и остальным указанным лицам начислялись по отдельному представлению <данные изъяты> ФИО2 в суммах которые подлежали возврату. Она в силу своих должностных обязанностей по этому представлению <данные изъяты>, как и по остальным поступающим от руководителей структурных подразделений, подготавливала от имени <данные изъяты> приказы о премировании сотрудников <данные изъяты>. В представлении <данные изъяты> на премирование так же фигурировали <данные изъяты>, которые получали довольно значительные суммы премий (надбавок), однако отдавали ли те эти премии либо их часть ФИО2, ей не известно. В начале октября 2016 года она была вызвана в УФСБ по Омской области для дачи пояснений относительно получаемых премий за период работы в <данные изъяты>. О вызове в УФСБ она сообщила Л.Л.П., которая пригласила ее на встречу к себе в кабинет. После ее прихода, Л.И.П., на ее вопросы, что делать и что говорить в УФСБ, указала, что эти вопросы не той и пригласила к себе ФИО2, который стал ее инструктировать как себя вести при допросе в УФСБ, учил говорить, что все получаемые премии она никому не передавала, тратила на свои нужды. Несмотря на это в УФСБ она сообщила все, как было на самом деле, боясь ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

С.И.И. было указано, что по вышеуказанной схеме ею Л.И.П. для передачи ФИО2 были переданы следующие суммы денежных средств из дополнительно начисленных премий (надбавок): с заработной платы за декабрь 2013 года – 110 000 рублей, с заработных плат за июнь, июль, август, сентябрь, октябрь и ноябрь 2014 года по 35 000 рублей, с заработной платы за декабрь 2014 года - 100 000 рублей, с заработных плат за январь, февраль, март, май, июнь, июль, август и сентябрь 2015 года по 35 000 рублей, с заработных плат за октябрь и ноябрь 2015 года по 60 000 рублей, и с заработной платы за декабрь 2015 года – 40000 рублей, что в общей сложности составляет 860 000 рублей. Она так же предполагает, что по такой же схеме ФИО2 через Л.И.П. передавали денежные средства <данные изъяты> Л.И.П. М.Н.В., К.С.О. и Т.Ю.А., поскольку видела по документам, что последним так же начислялись дополнительные премии (надбавки).

Т.Ю.А. было указано, что по вышеуказанной схеме ею Л.И.П. для передачи ФИО2 были переданы следующие суммы денежных средств из дополнительно начисленных премий (надбавок): с заработных плат за февраль, март, май, июнь, июль, август, сентябрь, октябрь, ноябрь и декабрь 2015 года по 30 000 рублей, что в общей сложности составляет 300 000 рублей.

М.Н.В. было указано, что по вышеуказанной схеме ею Л.И.П. для передачи ФИО2 были переданы следующие суммы денежных средств из дополнительно начисленных премий (надбавок): с заработных плат за август, сентябрь, октябрь, ноябрь 2013 года, январь, февраль, апрель, май, июнь, июль, сентябрь и октябрь 2014 года по 40 000 рублей, с заработных плат за декабрь 2013 года и декабрь 2014 года по 80 000 рублей, и с заработной платы за август 2014 года – 35 000 рублей, что в общей сложности составляет 675 000 рублей. Ей так же известно, что аналогичным образом получали дополнительные премии (надбавки) и возвращали их ФИО2 через Л.И.П. работники <данные изъяты> О.Л.П. и Ф.Е.Ф.

Ф.Е.Ф. было указано, что по вышеуказанной схеме ею Л.И.П. для передачи ФИО2 были переданы следующие суммы денежных средств из дополнительно начисленных премий (надбавок): с заработных плат за февраль, март, июль, август, сентябрь, октябрь 2013 года, январь, февраль и март 2014 года по 30 000 рублей, с заработных плат за май, июнь, ноябрь 2013 года, апрель, май, июнь, июль, август, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2014 года, январь, февраль, март, май и июнь 2015 года по 50 000 рублей, что в общей сложности составляет 1 120 000 рублей. Работая в <данные изъяты>, до ... года она обрабатывала ежемесячные служебные записки руководителей структурных подразделений <данные изъяты> на премирование сотрудников и подготавливала приказы от имени <данные изъяты> на премирование, в частности она проверяла, что бы не был превышен лимит премиального фонда каждого структурного подразделения и далее передавала эти служебные записки, а затем и приказы на подпись <данные изъяты> Л.И.П. и <данные изъяты> ФИО2 Фактически ежемесячно после возвращения служебных записок с подписи <данные изъяты>, она наблюдала в них исправления суммы премирования на себя, О.Л.П., с которой работала в одном подразделении и еще на ряд сотрудников иных подразделений, в том числе <данные изъяты>. Все исправления были заверены подписью ФИО2 Изменения по размеру ее премии вносились на сумму которую она должна была вернуть Л.И.П. для передачи ФИО2 Так же знала, что аналогичным образом дополнительную часть премии возвращала О.Л.П. Исходя из исправлений в служебных записках подозревала, что часть премий так же возвращают <данные изъяты> Л.И.П. – С.И.И., К.С.О., Т.Ю.А. и М.Н.В. Помимо указанных служебных записок от руководителей структурных подразделений ей для оформления приказов ежемесячно поступили служебные записки о премировании ряда сотрудников за подписью непосредственно <данные изъяты> ФИО2 Все дополнительные премии начислялись сверх фондов премирования структурных подразделений, за счет средств <данные изъяты> от приносящей доход деятельности.

К.С.О. было указано, что по вышеуказанной схеме ею Л.И.П. для передачи ФИО2 были переданы следующие суммы денежных средств из дополнительно начисленных премий (надбавок): с заработных плат за май, июнь, июль, август, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2014 года, январь, февраль, март, май, июнь, июль, август, сентябрь, октябрь, ноябрь и декабрь 2015 года по 35 000 рублей, что в общей сложности составляет 665 000 рублей.

Показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Ч.Е.О., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты> (т. 8 л.д. 197-248), а так же показаниями последней данными в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ (т. 4 л.д. 173-175), из которых следует, что в сентябре 2015 года между ею и <данные изъяты> ФИО2 состоялся разговор, в ходе которого последний предложил ей передать тому 20 000 рублей с ее заработной платы на представительские расходы. Не задавая каких-либо вопросов, с учетом того, что данная сумма для нее являлась незначительной относительно получаемого в <данные изъяты> дохода, она согласилась и после получения заработной платы за сентябрь, сняв со счета своей банковской карты денежные средства, 20 000 рублей из них в конверте занесла и передала ФИО2 в кабинете последнего. После этого ФИО2 еще трижды обращался к ней с аналогичными предложениями, в которых она последнему не отказала, передав ФИО2 при аналогичных обстоятельствах с заработных плат за октябрь 2015 года и март 2016 года по 20 000 рублей, а с заработной платы за апрель 2016 года – 25 000 рублей. В общей сложности она передала ФИО2 85 000 рублей. Данные денежные средства считает лично своими, полученными в качестве заработной платы. Никакого разговора о том, что ей будут начисляться дополнительные премии, которые она должна будет возвращать ФИО2, с последним не было. Каких-либо претензий к ФИО2 по данному поводу она не имеет. На что фактически ФИО2 были потрачены переданные последнему денежные средства, ей не известно.

Показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Т.А.А., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты>, а так же показаниями последней данными в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными в судебном заседании по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ (т. 4 л.д. 39-41), из которых следует, что наряду с иным в ее должностные обязанности входило обработка ежемесячных служебных записок руководителей структурных подразделений <данные изъяты> на премирование сотрудников и подготовка приказов от имени <данные изъяты> в частности она проверяла, что бы не был превышен лимит премиального фонда каждого структурного подразделения и далее передавала эти служебные записки, а затем и приказы на подпись <данные изъяты>. Помимо этих служебных записок ей для оформления приказов ежемесячно поступили служебные записки о премировании ряда сотрудников за подписью непосредственно <данные изъяты> ФИО2 Фамилии сотрудников в этих служебных записках, как правило, были одни и те же, получалось так, что они премировались дважды, руководителем структурного подразделения и <данные изъяты>. В связи с чем это было связано, ей не известно. Периодически после согласования служебных записок на премирование составленных руководителями структурных подразделений с <данные изъяты>, они возвращались с исправлениями сумм премирования в большую сторону в 2-3 раза, при этом рядом с исправлениями стояла подпись <данные изъяты>. Так же замечала, что в ряде случаев имелась большая разница в размерах премий сотрудников одного уровня. Все служебные записки о премировании за все периоды хранились в <данные изъяты>, она за них отвечала до момента ее увольнения .... В начале сентября 2016 года <данные изъяты> Л.И.П. ей сообщила, что от <данные изъяты> ФИО2 поступило указание занести к последнему в кабинет все служебные записки на премирование за 2013-2015 г.г. После этого, она вместе со своим коллегой Т.И.В. отобрали необходимые служебные записки и занесли их напрямую в кабинет ФИО2, где передали их лично последнему. Куда они в последующем делись, ей не известно, но в <данные изъяты> они возвращены не были и до настоящего времени не обнаружены.

Показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля Т.И.В., работающего в <данные изъяты> в должности <данные изъяты>, который относительно передачи служебных записок на премирование сотрудников <данные изъяты> ФИО2 в начале сентября 2016 года, дал показания, аналогичные показаниям свидетеля Т.А.А.

Показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Г.Т.В., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты>, а так же показаниями последней данными в ходе предварительного следствия по делу, оглашенными по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 3 УПК РФ (т. 4 л.д. 51-53), из которых следует, что в начале сентября 2016 года ей от <данные изъяты> Л.И.П., либо от сотрудника ее отдела Т.И.В. стало известно, что от <данные изъяты> ФИО2 поступило указание отобрать и занести последнему в кабинет служебные записки на премирование сотрудников <данные изъяты> за 2013-2015 г.г. Этим заданием занимались Т.И.В. и Т.А.А., которые, как потом ей сообщили, занесли и передали вышеуказанные служебные записки непосредственно ФИО2 Зачем служебные записки были нужны ФИО2 и что с ними произошло в дальнейшем, ей не известно, в ее отдел ФИО2 их не вернул. В октябре 2016 года в <данные изъяты><данные изъяты> проводилась проверка, данные служебные записки необходимо было предоставить проверяющим, однако их не смогли найти.

Показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля В.Г.И., в ... г.г. работавшей в <данные изъяты> в должности <данные изъяты>, с ... года по настоящее время занимающей должность <данные изъяты>, из которых следует, что в период нахождения ФИО2 в должности <данные изъяты>, при их совместной работе, последний самостоятельно контролировал все сферы деятельности <данные изъяты>, включая и финансовую. Последнее слово всегда было за ФИО2, документы которые тот подписывал всегда были обязательны к исполнению. До возбуждения органом предварительного следствия рассматриваемого уголовного дела о фактах возврата ФИО2, в том числе и через Л.И.П., отдельными сотрудниками <данные изъяты> дополнительно начисляемых премий (надбавок), ей ничего известно не было. Для приобщения к материалам уголовного дела при ней <данные изъяты> выдавала истребуемые УФСБ документы, в том числе расчетные листы по заработной плате на отдельных сотрудников, в которых она видела, что части из них премии (надбавки) начислялись в больших размерах. В период ее работы в должности <данные изъяты>, ее отдел обрабатывал ежемесячные служебные записки от руководителей структурных подразделений <данные изъяты> на премирование сотрудников и подготавливал приказы о поощрении от имени <данные изъяты>. По своему подразделению служебную записку о премировании сотрудников готовила она. Премиальный фонд отдела распределяла с участием всех сотрудников отдела. После этого ее служебная записка передавалась вместе с остальными на подпись <данные изъяты> ФИО2 через <данные изъяты> Л.И.П. После возвращения ее служебной записки в ее отдел для подготовки приказа о премировании, она видела, что в частности по ее <данные изъяты> Ф.Е.Ф. сумма премии изменялась в большую сторону. Рядом с исправлениями суммы всегда стояла подпись ФИО2. С чем это было связано, она не интересовалась. После выхода ее на работу в <данные изъяты> в ... года на должность <данные изъяты>, со слов сотрудников <данные изъяты> ей стало известно, что служебные записки по премиям (надбавкам) за 2013-2015 г.г. были истребованы ФИО2, после чего в отдел возвращены не были, судьба их не известна. После ознакомления по ходатайству сторон с расчетными листами на имя Ч.Е.О., указала, что не видит, что последняя в какой-то период получала завышенную заработную плату.

Показаниями допрошенной в судебном заседании по ходатайству гособвинителя в качестве свидетеля М.О.Н., являющейся <данные изъяты>, из которых следует, что правилами банка предусмотрено, что в выписке по счету клиента время списания и зачисления денежных средств может отличаться от фактического осуществления действий, максимальная разница по времени – сутки. Адрес банкомата через который проводилась операция может отличаться от реального, если имел место перенос банкомата с одного места на другое и при этом в программу не были внесены соответствующие изменения.

Кроме того, следующими исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела:

- рапортом оперуполномоченного УФСБ России по Омской области Б.П.А. (т. 1 л.д. 4-11) о выявлении по результатам проведения оперативно-розыскных мероприятий (т. 1 л.д. 12-19, 20-25) признаков состава преступления, предусмотренного ст. 160 ч. 4 УК РФ по факту хищения <данные изъяты> ФИО2 денежных средств возглавляемого им учреждения при указанных в приговоре обстоятельствах;

- рассекреченными, исследованными и приобщенными к материалам уголовного дела в установленном законом порядке результатами ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», отраженными в протоколе от ... и «Наведение справок», в ходе чего сотрудниками УФСБ России по Омской области в <данные изъяты>, расположенном <адрес>, наряду с изъятыми документами подтверждающими трудовую деятельность Б.В.В., Ч.Е.О., О.Л.П., С.И.И., Т.Ю.А., М.Н.В., Ф.Е.Ф. и К.С.О. в указанном учебном заведении, положениями об оплате труда работников <данные изъяты>, были изъяты копии расчетных листов за 2013-2016 г.г. на указанных лиц и приказы <данные изъяты> ФИО2 по административно-финансовой деятельности, кроме того, на основании судебных решений в ЗАО <данные изъяты>, а так же лично от свидетелей О.Л.П. и Ф.Е.Ф. были получены сведения о движении денежных средств по расчетным счетам зарплатных банковских карт Б.В.В., О.Л.П., С.И.И., Т.Ю.А., М.Н.В., Ф.Е.Ф. и К.С.О. подтверждающие факт начисления данным лицам дополнительных премий (надбавок) и снятие ими наличных денежных средств с расчетных счетов банковских карт в указанные ими периоды в размерах в целом соответствующих заявленным указанными лицами которые они передавали ФИО2, - Б.В.В. напрямую, а остальные через <данные изъяты> Л.И.П. (т. 1 л.д. 12-19, 20-25, 26-41, т. 2 л.д. 214, 215, 216, т. 1 л.д. 42-55, 149, 168-182, т. 5 л.д. 144-189, 3-17, т. 4 л.д. 248, 252-259, т. 5 л.д. 117-143, т. 1 л.д. 142, т. 2 л.д. 99-158, т. 1 л.д. 141, т. 5 л.д. 51-78, т. 2 л.д. 82-92, т. 1 л.д. 135, 223-236, т. 5 л.д. 18-30, т. 1 л.д. 140, т. 3 л.д. 237-239, 240-247, т. 5 л.д. 190-240, т. 1 л.д. 136, 237-252, т. 5 л.д. 31-50, т. 5 л.д. 241-249, т. 6 л.д. 1-199). Приказы <данные изъяты> ФИО2 за 2013-2016 г.г. о премировании (установлении стимулирующих надбавок) в отношении сотрудников <данные изъяты>, в том числе Б.В.В., О.Л.П., С.И.И., Т.Ю.А., М.Н.В., Ф.Е.Ф. и К.С.О., из которых следует, что в заявленные последними периоды начисляемые им премии (надбавки) фактически в разы в большую сторону отличались от премий (надбавок) иных сотрудников <данные изъяты>, что подтверждает показания указанных лиц, что дополнительно начисленные суммы этих выплат ими возвращались для ФИО2, следствием были осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 4 л.д. 226-233, 234);

- полученными в установленном законом порядке рассекреченными результатами ОРМ «Наблюдение» от ... проводимого с использованием технических средств, в ходе проведения которого был зафиксирован разговор О.Л.П., Л.И.П., ФИО2 и К.С.О. в кабинете <данные изъяты> Л.И.П., из содержания которого следует, что после вызова О.Л.П. в УФСБ по Омской области для дачи пояснений относительно событий рассматриваемого уголовного дела, последняя сообщила об этом Л.И.П., которая пригласила ее к себе в кабинет, где указала, что данный вопрос касается непосредственно ФИО2, который так же придя в кабинет Л.И.П., совместно с последней, понимая, что перед О.Л.П. сотрудниками УФСБ будут поставлены вопросы относительно начисления дополнительных премий (надбавок) которые ему в последующем передавались, стали проводить инструктаж О.Л.П. относительно ее поведения в органах УФСБ и тех показаний которые последняя должна дать с целью избежать ответственности за содеянное. После ухода ФИО2, в кабинет к Л.И.П. зашла К.С.О., с которой О.Л.П. и Л.И.П. продолжился разговор относительно начисления дополнительных премий (надбавок) отдельным сотрудникам <данные изъяты>, которые в последующем передавались ФИО2 (т. 1 л.д. 12-19, 20-25, 96-121). Представленные на оптическом диске результаты ОРМ «Наблюдение» следствием были осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 4 л.д. 154-165, 166, 167);

- полученными в установленном законом порядке рассекреченными результатами ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи» проводимых в отношении ФИО2 и Л.И.П. на основании судебных решений, в ходе чего были зафиксированы телефонные переговоры: между Л.И.П. и О.Л.П. состоявшиеся ... в ... часов, в ходе которых Л.И.П. договаривается с О.Л.П., что последняя подъедет к Л.Л.П. на работу для разговора; между Л.И.П. и ФИО2 состоявшиеся ... в ... часов, в ходе которых Л.И.П. просит зайти последнего к себе в кабинет; между Л.И.П. и О.Л.П. состоявшиеся ... в ... часов, в ходе которых Л.И.П. интересуется итогом посещения О.Л.П. УФСБ; между ФИО2 и его бывшим <данные изъяты> Д.А.Ф. состоявшиеся ..., в ходе которых Д.А.Ф. сообщает ФИО2 о том, что того вызывают в УФСБ по поводу получения заработной платы и ее частичного возвращения, после чего ФИО2 просит того о встрече до посещения УФСБ; между ФИО2 и Л.И.П. состоявшиеся ..., в ходе которых последние обсуждают вопрос о ранее начисленных завышенных дополнительных премиях (надбавках) отдельным сотрудникам <данные изъяты> и проводимую по этому поводу проверку сотрудниками УФСБ; между ФИО2 и Л.И.П. состоявшиеся ..., в ходе которых Л.И.П. сообщает ФИО2, что ту вызвали в УФСБ для дачи объяснений, высказывает предположения, что сотрудники <данные изъяты> могли рассказать в УФСБ, что часть заработной платы передавали ему, на что ФИО2, не отрицая данного факта, отказался от продолжения данного разговора, предлагая занять позицию, что начисления дополнительных премий (надбавок) было законно, а показания относительно того, что ему возвращались эти доплаты, клевета (т. 1 л.д. 12-19, 20-25, 122-130, т. 4 л.д. 10, 11, 12-17, 18, 19-22). Результаты данных ОРМ следствием были осмотрены, оптические диски с фонограммами телефонных переговоров, а так же данные СМС переписки ФИО2 приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 4 л.д. 66-71, 72, 73, 82-87, 88, 89, 90-91, 92-96, 97, 98-100, 181-188, 189, 190, 191-195);

- Уставами <данные изъяты> действующими в период инкриминируемого ФИО2 деяния (т. 6 л.д. 204-251, т. 7 л.д. 4-39) утвержденными приказами <данные изъяты> от ... № (т. 6 л.д. 201-203) (с изменениями утвержденными приказом <данные изъяты> от ... № (т. 6 л.д. 252-253, 254-256) и от ... № (т. 7 л.д. 1-3), согласно которым <данные изъяты>, наряду с иным определяет структуру <данные изъяты> и утверждает штатное расписание; издает приказы, распоряжения обязательные для всех работников и обучающихся; заключает, изменяет и прекращает трудовые договоры с работниками <данные изъяты>, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; без доверенности действует от имени <данные изъяты>; руководит образовательной, научной, хозяйственной и финансовой деятельностью <данные изъяты>; решает вопросы финансовой деятельности <данные изъяты>; распоряжается имуществом и средствами <данные изъяты> в пределах своей компетенции и в соответствии с законодательством РФ; утверждает план финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты> (п. 5.25 Устава от ... г. и п. 4.21 Устава от ... г.);

- результатами выездной проверки <данные изъяты> за период с 2015 года и по истекший период на момент проведения проверки 2016 года, проведенной должностными лицами <данные изъяты>, отраженными в акте №, согласно которым в ходе выборочного анализа затрат на оплату труда (премирования) было установлено, что согласно реестрам заработной платы различных категорий работников, представленным <данные изъяты>, образован многократный разрыв между уровнем премирования за счет средств субсидии на финансовое обеспечение выполнения государственного задания на 1 работника в некоторых подразделениях <данные изъяты> и <данные изъяты>, в том числе в <данные изъяты>.

Согласно расчету планируемого фонда оплаты труда за счет средств субсидии на финансовое обеспечение выполнения государственного задания по <данные изъяты> ... на ... год от ... и на ... год от ..., согласованному с <данные изъяты>, ежемесячное премирование <данные изъяты> (т. 8 л.д. 51-(66)-128);

- Приказами <данные изъяты> от ... №, от ... №, от ... №, от ... и трудовыми договорами между <данные изъяты> и ФИО2 от ... № и от ... №, согласно которым в период с ... по ... ФИО2 состоял в должности <данные изъяты> а с ... по ..., в должности <данные изъяты> (т. 8 л.д. 132, 133-148, 149-151, 163, 165, 167).

Таким образом, оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о виновности и причастности ФИО2 к хищению денежных средств <данные изъяты> в сумме 4 580 000 рублей при указанных в обвинении обстоятельствах.

В судебном заседании было установлено, что ФИО2, в период с 07.07.2011 по 06.07.2016 являясь <данные изъяты> и в период с 07.07.2016 по 19.10.2016 <данные изъяты>, обладая в силу занимаемой должности административно-хозяйственными функциями, в частности возможностью самостоятельно распоряжаться денежными средствами <данные изъяты>, используя свое служебное положение, умышленно, с целью хищения денежных средств <данные изъяты> в период с февраля 2013 года по август 2016 года совершил присвоение вверенных ему 4 580 000 рублей, то есть денежных средств в особо крупном размере, путем начисления указанным в приговоре сотрудникам <данные изъяты> дополнительных премий (надбавок), которые ему в последующем были возвращены, что позволило ФИО2 распорядится ими по своему усмотрению.

При этом, с учетом позиции государственного обвинителя и установленного в судебном заседании, суд исключает из обвинения ФИО2 хищение последнем денежных средств <данные изъяты> в размере превышающем 4 580 000 рублей, в том числе и переданных ему Ч.Е.О., с учетом того, что Ф.Е.Ф. в судебном заседании указала, что включенные в обвинение 50 000 рублей в качестве премии (надбавки) с зарплаты за июль 2015 года она Л.И.П. для передачи ФИО2 не предавала, данное обстоятельство в деле указано ошибочно, Б.В.В. в судебном заседании указал, что в декабре 2014 года и в декабре 2015 года он фактически с дополнительно начисленных премий (надбавок) передавал ФИО2 суммы меньшие чем указаны в деле, а именно в декабре 2014 года сумму, которая составляет не менее 190 000 рублей, а в декабре 2015 года сумму, которая составляет не менее 160 000 рублей, М.Н.В. в судебном заседании указала, что с заработной платы за август 2014 года она Л.И.П. для передачи ФИО2 передала не 40 000 рублей из дополнительно начисленной премии (надбавки), а 35 000 рублей, Ч.Е.О. указала, что деньги ФИО2 в общей сумме 85 000 рублей по просьбе последнего передавала тому непосредственно из своих заработных плат, никаких дополнительных премий (надбавок) ей для этого не начислялось, что так же подтверждено материалами уголовного дела и показаниями действующего <данные изъяты> В.Г.И., а так же с учетом того, что Ч.Е.О. передавала ФИО2 денежные средства без какого либо принуждения к этому и претензий по данному поводу к ФИО2 не имеет.

Денежные средства в сумме 40 000 рублей, указанные в деле как переданные М.Н.В. ФИО2 через Л.И.П. с заработной платы за март 2014 года, суд не исключает из обвинения ФИО2, поскольку М.Н.В. было указано, что данная сумма денежных средств была передана ею ФИО2 через Л.И.П. не в марте 2014 года, а в сентябре 2013 года из суммы дополнительно начисленной премии (надбавки).

В остальной части предъявленного ФИО2 обвинения, суд находит вину подсудимого доказанной совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которые суд считает допустимыми, относимыми и достаточными для постановления в отношении ФИО2 обвинительного приговора. Оснований не доверять показаниям свидетелям представленных стороной обвинения суд не находит, поскольку они полностью согласуются как между собой, так и с иными исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, в целом совокупность этих доказательств всесторонне и полно отражает все обстоятельства совершения ФИО2 рассматриваемого преступления.

Позицию подсудимого и его защитников об имеющем, по их мнению, место оговоре подсудимого со стороны свидетелей обвинения Л.И.П., Б.В.В. и Ч.Е.О. в связи с их личной заинтересованностью в этом, указание на причастность к присвоению денежных средств самой Л.И.П., которые той были переданы ее подчиненными, а не подсудимым, суд расценивает как способ защиты с целью избежать ответственности за содеянное.

Показания допрошенных в ходе предварительного следствия по делу сотрудников <данные изъяты> С.А.Ю., К.И.В., К.И.Э., С.Ю.С., К.А.В., А.А.Ф., М.Д,И., С.Н.Г., К.И.М., У.И.А., Ч.И.Л., Л.Л.В. и Р.Е.В. (т. 4 л.д. 36-38, 45-47, 48-50, 54-56, 101-103, 104-106, 119-148, 149-151, 152-153, 168-170, 171-172, 176-178, 179-180), оглашенные в судебном заседании по ходатайству стороны защиты в порядке ст. 281 ч. 1 УПК РФ, так же показания допрошенного в судебном заседании по ходатайству стороны защиты Щ.В.С., которые указывают на то, что все они свою заработную плату в <данные изъяты> получали в полном объеме, ни от кого из руководства <данные изъяты>, в том числе и от <данные изъяты>, им предложений либо указаний о возврате части получаемой заработной платы либо начисляемых им премий (надбавок) входящих в ее состав не поступало, всеми своими доходами они распоряжались сами и по своему усмотрению, не могут свидетельствовать о том, что ФИО2 не было совершено указанного в приговоре преступления.

Не выявление факта хищения денежных средств <данные изъяты> должностными лицами <данные изъяты> по результатам выездной проверки финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты> и не установление следствием местонахождение похищенных денежных средств и на что конкретно они были потрачены ФИО2, так же не могут свидетельствовать о непричастности ФИО2 к инкриминируемому ему преступлению, поскольку при совершении хищения последним было использовано то обстоятельство, что Положениями об оплате труда работников <данные изъяты> не предусмотрен максимально возможный размер премирования, а денежные средства, которые являлись предметом хищения ФИО2 получал в наличном виде, на протяжении длительного периода и мог ими распоряжаться по своему усмотрению без зачисления на свои банковские счета. При этом, результатами выездной проверки <данные изъяты> за период с 2015 года и по истекший период на момент проведения проверки 2016 года, проведенной должностными лицами <данные изъяты>, был установлен многократный разрыв между уровнем премирования в некоторых подразделениях <данные изъяты>, в том числе в <данные изъяты>.

Передача в ряде случаев О.Л.П., С.И.И., Т.Ю.А., М.Н.В., Ф.Е.Ф. и К.С.О. полностью либо частично обозначенных ими сумм денежных средств ФИО2 через Л.И.П. из имеющихся у них в наличии наличных денежных средств, без снятия дополнительно начисленных и поступивших на их банковские счета премий (надбавок), а так же не установление по некоторым из указанных лиц точных мест и времени снятия ими со счетов денежных средств, которые ими были возвращены для ФИО2, принципиального значения в рассматриваемом случае не имеют, основанием для уменьшения объема обвинения данные факты быть не могут, поскольку, исходя из расчетных листов по заработной плате, показаний указанных лиц, а так же выписок по движению денежных средств по их расчетным счетам, с достоверностью установлено, что им в обозначенные ими периоды были начислены дополнительные премии (надбавки) в указанных им Л.И.П. суммах, все они в итоге были возвращены Л.И.П. для передачи ФИО2, происходило это только после зачисления этих премий (набавок) на их расчетные счета, возможность возвратить требуемые суммы либо недостающие их части без снятия вновь поступивших денежных средств у свидетелей была, чем они и пользовались.

Указание ФИО2 на то, что он к пропаже представлений о премировании сотрудников <данные изъяты> за 2013-2015 г.г. причастным быть не может, поскольку их нему в кабинет не заносили и все свои личные вещи после прекращения своей деятельности в должности <данные изъяты> из здания <данные изъяты> он забирал в присутствии комиссии, суд так же не принимает во внимание, поскольку у подсудимого было достаточно времени распорядиться данными служебными записками в период своего руководства <данные изъяты>, а тот факт, что именно служебные записки на премирование за интересующий период были переданы ФИО2, по его же указанию, полностью подтверждается показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей из числа работников <данные изъяты>

Квалифицируя действия ФИО2 суд исходит из того, что подсудимый при совершении хищения действовал с корыстными мотивами и целью, с прямым умыслом, используя свое служебное положение, при этом осознавал противоправность изъятия вверенного ему чужого имущества путем его присвоения, предвидел неизбежность причинения в результате своих действий реального имущественного вреда <данные изъяты> в результате хищения причинил ущерб, который согласно п. 4 примечания к ст. 158 УК РФ отнесен к особо крупному, что образует состав преступления, предусмотренный ст. 160 ч. 4 УК РФ – присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

При назначении наказания подсудимому суд, в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, отнесенного к категории тяжких, обстоятельства его совершения, а именно то, что преступление имело продолжаемый характер, предметом хищения являлись денежные средства <данные изъяты>, данные о личности ФИО2, который впервые привлекается к уголовной ответственности (т. 9 л.д. 156, 157), на учетах в ОНД и ОПНД не состоит (т. 9 л.д. 158, 159), социально обустроен, в быту, в том числе исходя из показаний супруги подсудимого – К.Ю.С., показания которой были оглашены в судебном заседании по ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 ч. 1 УПК РФ (т. 4 л.д. 239-241), характеризуется положительно, по месту работы в <данные изъяты> (т. 4 л.д. 8), а так же сотрудниками из числа допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей по делу, показания которых оглашались в судебном заседании – так же положительно, имеет достижения в научной и преподавательской деятельности, отмечен за вклад в формировании кадрового потенциала региона, за что имеет поощрения; позицию представителя потерпевшего не настаивавшего на применении к подсудимому сурового наказания; наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств; влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи (со слов подсудимого, имеющихся в деле и представленных стороной защиты материалов, следует, что подсудимый трудоустроен, состоит в браке (т. 9 л.д. 160), <данные изъяты>

К обстоятельствам смягчающим наказание ФИО2 в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд учитывает наличие у подсудимого малолетних детей (т. 9 л.д. 161, 162, 163), неудовлетворительное состояние здоровья как самого подсудимого, <данные изъяты> (т. 3 л.д. 54-55).

Учитывая совокупность всех изложенных обстоятельств, суд считает справедливым назначить ФИО2 по ст. 160 ч. 4 УК РФ наказание в виде реального лишения свободы с дополнительным наказанием в виде штрафа в размере 1 000 000 (Один миллион) рублей.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступления, в частности способа совершения преступления, характера и размера наступивших последствий, а так же степени общественной опасности совершенного преступления, суд не усматривает оснований для изменения категории совершенного ФИО2 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, то есть для применения к подсудимому условного осуждения, а так же для применения положений ст. 64 УК РФ, - для назначения подсудимому более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией ч. 4 ст. 160 УК РФ, не применения дополнительного наказания в виде штрафа, суд не находит, поскольку применение указанных норм уголовного закона, а так же назначение иного наказания, в рассматриваемом случае не сможет обеспечить достижения цели наказания - восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений (ст. 43 УК РФ).

Отбывание наказание подсудимому, в соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «б» УК РФ подлежит в исправительной колонии общего режима.

В связи с принятием судом решения о назначении ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы, в целях исполнения приговора и с учетом обстоятельств совершения преступления и личности ФИО2, суд считает необходимым изменить последнему избранную меру пресечения виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Вещественные доказательства по делу: оптический диск с результатами ОРМ «Наблюдение» в отношении Л.И.П., ФИО2, О.Л.П. и К.С.О.; оптические диски содержащие результаты ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО2 и Л.И.П.; результаты ОРМ «Снятие информации с технических каналов связи» в виде стенограмм СМС переписки ФИО2, а так же приказы за подписью <данные изъяты> ФИО2 по административно-финансовой деятельности (выплате премий (стимулирующих надбавок) сотрудникам <данные изъяты>), на основании ст. 81 ч. 3 п. 5 УПК РФ, подлежат хранению при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего (т. 4 л.д. 166, 167, 72, 73, 88, 89, 97, 98-100, 189, 190, 191-194, 234, т. 5 л.д. 241-249, т. 6 л.д. 1-199).

Исковые требования <данные изъяты> о взыскании с ФИО2 в счет возмещения ущерба причиненного в результате преступления, поддержанные представителем потерпевшего в размере 4 680 000 рублей, в соответствии со ст. 1064 ГК РФ подлежат частичному удовлетворению, в рамках установленного судом ущерба на общую сумму 4 580 000 рублей.

В связи с принятием судом решения о частичном удовлетворении исковых требований <данные изъяты> в размере 4 580 000 рублей, назначением ФИО2 дополнительного наказания в виде штрафа, отсутствием оснований для отмены наложенного ареста на имущество К.В.В., ввиду наличия у последнего иного недвижимого имущества предназначенного для проживания (т. 2 л.д. 218-220), суд считает необходимым сохранить арест на имущество ФИО2, а именно на квартиру <адрес> (кадастровый №) наложенный на основании постановления <данные изъяты> от ... (т. 4 л.д. 3) и на квартиру <адрес> (кадастровый №), наложенный на основании постановления <данные изъяты> от ... (т. 9 л.д. 150), для обеспечения исполнения приговора в данной части.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 ч. 4 УК РФ и назначить ему наказание по ст. 160 ч. 4 УК РФ в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 1 000 000 (Один миллион) рублей, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу. Взять ФИО2 под стражу в зале суда. До вступления приговора в законную силу содержать в СИЗО г. Омска. Срок наказания исчислять с ....

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО2 время его содержания под стражей в период с ... по ... включительно.

Вещественные доказательства по делу: оптический диск с результатами ОРМ «Наблюдение» в отношении Л.И.П., ФИО2, О.Л.П. и К.С.О.; оптические диски содержащие результаты ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО2 и Л.И.П.; результаты ОРМ «Снятие информации с технических каналов связи» в виде стенограмм СМС переписки ФИО2, а так же приказы за подписью <данные изъяты> ФИО2 по административно-финансовой деятельности (выплате премий (стимулирующих надбавок) сотрудникам <данные изъяты>), - хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Поддержанные представителем потерпевшего исковые требования <данные изъяты> о взыскании с подсудимого в счет возмещения ущерба причиненного преступлением 4 680 000 рублей, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу <данные изъяты> 4 580 000 (Четыре миллиона пятьсот восемьдесят тысяч) рублей в счет возмещения ущерба причиненного в результате преступления.

В остальной части исковых требований <данные изъяты>, отказать.

Принятые по делу меры по обеспечению иска и взысканию штрафа в виде наложения ареста на имущество К.В.В., а именно на квартиру <адрес> (кадастровый №) наложенный на основании постановления <данные изъяты> от ... и на квартиру <адрес> (кадастровый №), сохранить в целях исполнения приговора в данной части.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Омского областного суда через Первомайский районный суд г. Омска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы либо представления прокурором осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Приговор вступил в законную силу 05.06.2018 года.