Приговор № 1-23/2021 1-431/2020 от 18 июля 2021 г. по делу № 1-191/2019

56RS0023-01-2019-001656-29 Дело № 1-23/2021 (1-431/2020)


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

19 июля 2021 года г. Новотроицк

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Даутовой Ю.З.,

при секретарях судебного заседания Кривенко Ю.З., Соболевой Я.Ю.,

с участием государственных обвинителей Батуриной Е.В., Розенберга Е.Л., Рекуса В.В., Куляевой Г.А.,

защитников-адвокатов Константиновой Т.В., Пастернак Е.С.,

подсудимых ФИО1, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее общее образование, не работающего, не состоящего в зарегистрированном браке, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, судимого:

- 19 февраля 2018 года приговором Новотроицкого городского суда Оренбургской области по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69, ч. 2 ст. 72 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 2 года 2 месяца, с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ. Постановлением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 18 февраля 2019 года неотбытое наказание в виде 1 года 2 месяцев 23 дней ограничения свободы заменено наказанием в виде лишения свободы на срок 7 месяцев 11 дней с отбыванием наказания в колонии-поселении. Освобождённого 28 сентября 2019 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228, п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее общее образование, работающего без официального оформления трудовых отношений, состоящего в зарегистрированном браке, имеющего малолетнего ребёнка, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, судимого:

- 10 июня 2015 года приговором Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. Постановлением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 17 февраля 2017 года неотбытая часть наказания в виде 1 года 3 месяцев 22 дней заменена наказанием в виде ограничения свободы на срок 1 год 3 месяца 22 дня. Постановлением Октябрьского районного суда г. Орска Оренбургской области от 16 марта 2018 года (с учётом апелляционного постановления Оренбургского областного суда от 20 апреля 2018 года) неотбытая часть наказания в виде ограничения свободы сроком 3 месяца 8 дней заменена наказанием в виде лишения свободы на срок 1 месяц 8 дней. Освобождённого 23 апреля 2018 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «а» ч. 3 ст. 230, ч. 1 ст. 232 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил пособничество в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства, в крупном размере;

ФИО1 и ФИО2 совершили хищение наркотического средства, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, в отношении несовершеннолетнего, в крупном размере;

ФИО1 совершил покушение на незаконный сбыт наркотического средства, в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам;

ФИО2 совершил незаконный сбыт наркотического средства, в значительном размере; покушение на незаконный сбыт наркотического средства, в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам; склонение к потреблению наркотических средств в отношении несовершеннолетнего; систематическое предоставление помещения для потребления наркотических средств.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

ФИО1 6 февраля 2019 года на поступившую от Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, просьбу оказать помощь (пособничество) в приобретении наркотического средства, ответил согласием и около 17 часов 8 февраля 2019 года, действуя умышленно, незаконно, нарушая положения Федерального закона от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», выполняя роль пособника в незаконном приобретении Ш.Д.В., осуждённым приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, наркотического средства, не имея с ним (Ш.Д.В.) единого преступного умысла на незаконный сбыт указанного наркотического средства, находясь на участке автодороги «Орск-Оренбург» в 37 метрах от дорожного знака «Новоникольск 1» в сторону п. Новоникольск Оренбургской области, из оборудованного в указанном месте тайника («закладки») изъял – тем самым незаконно приобрёл по просьбе Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, вещество, содержащее в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой не менее 147,19 гр., что является крупным размером, упакованное в 1 полимерный пакет, обмотанный липкой лентой, которое, действуя умышленно, выполняя роль пособника в приобретении наркотического средства Ш.Д.В., осуждённым приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, по указанию последнего и для него поместил в помещение подвала <...> в г.Новотроицке Оренбургской области.

ФИО1 и ФИО2 в период с 6 по 8 февраля 2019 года совершили хищение наркотического средства группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Так, 6 февраля 2019 года на поступившую от Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, просьбу оказать помощь (пособничество) в приобретении им оптовой партии наркотического средства, ФИО1 ответил согласием, в указанный же день у него (ФИО1) возник умысел на хищение части принадлежащего Ш.Д.В., осуждённому приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, наркотического средства в крупном размере, о чём он 6 февраля 2019 года сообщил ФИО2, передоложив присвоить часть принадлежащего Ш.Д.В., осуждённому приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, наркотического средства в крупном размере, впоследствии распорядившись им по своему усмотрению.

На поступившее предложение ФИО2 ответил согласием, тем самым вступив с ФИО1 в преступный сговор, направленный на совершение незаконного хищения наркотического средства у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, путём присвоения его части в крупном размере.

После чего ФИО1, реализуя задуманное, на участке автодороги «Орск-Оренбург» в 37 метрах от дорожного знака «Новоникольск 1» в сторону п. Новоникольск Оренбургской области около 17 часов 8 февраля 2019 года из оборудованного в указанном месте тайника («закладки») изъял – тем самым приобрёл по просьбе Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, вещество, содержащее в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, перевёз в <адрес>, где в вечернее время 8 февраля 2019 года умышленно, действуя группой лиц по предварительному сговору с ФИО2 и совместно с ним, без ведома Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, отделили часть приобретённой смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 18,99 гр., что является крупным размером, пересыпав её в отдельный пакет с целью последующего сбыта и личного потребления, таким образом, обратив её в свою пользу.

При этом лично ФИО1, выполняя отведённую ему в совершении преступления роль, 8 февраля 2019 года посредством изъятия из тайника («закладки»), оборудованного на автодороге «Орск-Оренбург» в 37 метрах от дорожного знака «Новоникольск 1» в сторону п. Новоникольск Оренбургской области по просьбе Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, не имея с ним единого преступного умысла на сбыт наркотического средства, приобрёл смесь, содержащую в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона; перевёз её с целью хищения в <адрес>; взвесил на весах; вскрыл пакет, пересыпав часть наркотического средства в отдельный полимерный пакет, тем самым по предварительной договоренности с ФИО2, похитив его путём присвоения и, с целью конспирации своей преступной деятельности, связанной с хищением наркотического средства, способствовал ФИО2 смешению оставшейся части принадлежащего Ш.Д.В., осуждённому приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, наркотического средства с похожим по цвету и консистенции веществом (мукой). После чего одну часть приобретённой таким образом смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона массой не менее 4,90 гр., лично в руки безвозмездно передал - тем самым сбыл Ч.Д.В., вторую часть смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона неустановленной массой лично в руки безвозмездно передал - тем самым сбыл несовершеннолетнему С.Д.А., а третью часть смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 12,35 гр., продолжил с целью последующего сбыта неограниченному кругу лиц хранить при себе до момента задержания сотрудниками правоохранительных органов, то есть до 16 часов 55 минут 11 февраля 2019 года.

При этом лично ФИО2, выполняя отведённую ему в совершении преступления роль, 8 февраля 2019 года часть наркотического средства, по предварительной договоренности с ФИО1, пересыпал в отдельный полимерный пакет, тем самым похитив его путём присвоения, после чего, с целью конспирации своей преступной деятельности, связанной с хищением наркотического средства, смешал оставшуюся часть принадлежащего Ш.Д.В., осуждённому приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, наркотического средства с похожим по цвету и консистенции веществом (мукой). После чего одну часть похищенной таким образом смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона 8 февраля 2019 года лично в руки безвозмездно неустановленной массой передал - тем самым сбыл несовершеннолетнему М.К.Н.; вторую часть смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,36 гр. путём продажи за 1200 рублей сбыл П.А.С., а третью часть смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 1,38 гр., продолжил, с целью последующего сбыта неограниченному кругу лиц, хранить при себе до момента задержания сотрудниками правоохранительных органов, то есть до 12 часов 45 минут 11 февраля 2019 года.

Они же, ФИО1 и ФИО2, действуя умышленно, в вечернее время 8 февраля 2019 года, группой лиц по предварительному сговору совершили незаконный сбыт смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 4,90 гр., то есть в крупном размере, в том числе и в отношении лиц, заведомо для них являющихся несовершеннолетними.

Так, ФИО1 и ФИО2, действуя умышленно, в нарушение Федерального закона РФ от 8 января 1998 г года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», 8 февраля 2019 года в вечернее время путём хищения у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, группой лиц по предварительному сговору приобрели смесь, содержащую в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 4,90 гр., то есть в крупном размере.

После чего, действуя умышленно, в вечернее время 8 февраля 2019 года вступили между собой в преступный сговор, направленный на незаконные распространение и сбыт похищенного наркотического средства группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, в том числе и в отношении лиц, заведомо для виновных являющихся несовершеннолетними.

После чего, лично ФИО2, выполняя отведённую ему в совершении преступления роль, в вечернее время 8 февраля 2019 года, действуя умышленно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, часть похищенной у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, неустановленной массой лично в руки безвозмездно передал - тем самым незаконно сбыл несовершеннолетнему М.К.Н., который в период с 8 по 11 февраля 2019 года включительно приобретённое у ФИО2 наркотическое средство потребил.

При этом лично ФИО1, выполняя отведённую ему в совершении преступления роль, в вечернее время 8 февраля 2019 года, действуя умышленно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2 часть похищенной у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, неустановленной массой лично в руки безвозмездно передал - тем самым незаконно сбыл несовершеннолетнему С.Д.А., который в период с 8 по 11 февраля 2019 года включительно приобретённое наркотическое средство потребил; вторую часть указанной смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 4,90 гр. он (ФИО1), умышленно, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, во исполнение единого преступного умысла лично в руки безвозмездно передал - тем самым незаконно сбыл Ч.Д.В., часть которого Ч.Д.В. в период с 8 по 11 февраля 2019 года потребил, а оставшуюся часть смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 4,90 гр., то есть в крупном размере хранил при себе.

11 февраля 2019 года в 16 часов 55 минут М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В. в 4 подъезде <адрес> сотрудниками полиции в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» задержаны, досмотрены и освидетельствованы. Согласно актам медицинского освидетельствования № 399 от 12 февраля 2019 года, № 396 от 11 февраля 2019 года, № 400 от 12 февраля 2019 года М.К.Н., С.Д.А. и Ч.Д.В. соответственно находились в состоянии наркотического опьянения, вызванного потреблением производного наркотического средства N-метилэфедрона.

Кроме того, в ходе осмотра места происшествия, проведённого 11 февраля 2019 года в период с 17 часов 15 минут до 18 часов 5 минут на лестничной площадке между 4 и 5 этажами 4 подъезда <адрес> при Ч.Д.В. оставшаяся часть приобретённой им у ФИО1 и ФИО2 смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 4,90 гр., что является крупным размером, сотрудниками полиции обнаружена и из незаконного оборота изъята.

ФИО1, действуя умышленно, в период с 8 по 11 февраля 2019 года совершил покушение на незаконный сбыт смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 12,35 гр., то есть в крупном размере.

Так, ФИО1, действуя умышленно, в нарушение Федерального закона РФ от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», 8 февраля 2019 года в вечернее время путём хищения у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, приобрёл смесь, содержащую в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 12,35 гр., то есть в крупном размере, которое, не имея с ФИО2 единого преступного умысла на сбыт группой лиц по предварительному сговору, незаконно с целью сбыта хранил при себе.

Однако довести свой преступный умысел, направленный на сбыт наркотических средств в крупном размере, он (ФИО1) до конца не смог по обстоятельствам, от него независящим, так как 11 февраля 2019 года в 4 подъезде <адрес>, в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», сотрудниками полиции задержан, и в период с 17 часов 15 минут до 18 часов 5 минут 11 февраля 2019 года в ходе осмотра места происшествия – лестничной площадки между 4 и 5 этажами 4 подъезда <адрес> смесь, содержащая в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, общей массой 12,35 гр., то есть в крупном размере, упакованная в три полимерных пакета зип лок, обмотанных изоляционный лентой у него (ФИО1) обнаружена и из незаконного оборота изъята.

ФИО2, действуя умышленно, 11 февраля 2019 года совершил незаконный сбыт смеси, содержащей в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,36 гр., то есть в значительном размере.

Так, ФИО2, действуя умышленно, в нарушение Федерального закона РФ от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», 8 февраля 2019 года в вечернее время путём хищения у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, приобрёл смесь, содержащую в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 0,36 гр., то есть в значительном размере.

11 февраля 2019 года в период с 12 часов 22 минут до 12 часов 40 минут ФИО2, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью получения материальной выгоды от совершения незаконного сбыта наркотического средства, не имея с ФИО1 единого преступного умысла на распространение и сбыт наркотического средства, находясь у 5 подъезда <адрес>, путём продажи за 1200 рублей и передачи из рук в руки единолично, незаконно сбыл П.А.С., выступающему в качестве покупателя наркотических средств при проведении сотрудниками МУ МВД России «Орское» оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», смесь, содержащую в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,36 гр., то есть в значительном размере.

11 февраля 2019 года около 12 часов 45 минут возле <адрес> в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», ФИО2 сотрудниками полиции задержан.

11 февраля 2019 года в период с 12 часов 55 минут до 13 часов 15 минут в ходе личного досмотра, проведённого в <адрес>, П.А.С., выступающий в качестве покупателя наркотических средств при проведении указанного оперативно-розыскного мероприятия, добровольно выдал приобретённую им 11 февраля 2019 года в период с 12 часов 22 минут до 12 часов 40 минут у ФИО2 смесь, содержащую в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,36 гр., то есть в значительном размере.

ФИО2, действуя умышленно, в период с 8 по 11 февраля 2019 года совершил покушение на незаконный сбыт смеси, содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 1,38 гр., то есть в крупном размере.

Так, ФИО2, действуя умышленно, в нарушение Федерального закона РФ от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», 8 февраля 2019 года в вечернее время путём хищения у Ш.Д.В., осуждённого приговором Новотроицкого городского суда от 19 августа 2019 года, группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, приобрёл смесь, содержащую в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой не менее 1,38 гр., то есть в крупном размере, которое, не имея с ФИО1 единого преступного умысла на сбыт группой лиц по предварительному сговору, незаконно с целью сбыта хранил при себе.

Однако довести свой преступный умысел, направленный на сбыт наркотических средств в крупном размере, он (ФИО2) до конца не смог по обстоятельствам, от него независящим, так как 11 февраля 2019 года около 12 часов 45 минут возле <адрес> в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» сотрудниками полиции задержан, и в период с 13 часов до 13 часов 25 минут 11 февраля 2019 года в ходе осмотра места происшествия - помещения <адрес> смесь, содержащая в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 1,38 гр., то есть в крупном размере, упакованная в полимерный пакет зип лок, у него (ФИО2) обнаружена и из незаконного оборота изъята.

Он же, ФИО2, будучи совершеннолетним и являясь потребителем производного наркотического средства N-метилэфедрона, в период с 6 по 7 февраля 2019 года, находясь в 4 подъезде <адрес>, действуя умышленно, незаконно, осознавая противоправность своих действий и желая наступления общественно-опасных последствий, связанных с употреблением наркотического средства несовершеннолетним, а также развитием у него желания к потреблению наркотиков, склонности к асоциальному поведению, снижению критики к совершению противоправных действий и преступлений, нанесением вреда физическому и моральному здоровью несовершеннолетнего, заведомо и достоверно зная о несовершеннолетнем возрасте С.Д.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также о том, что ранее С.Д.А. не употреблял наркотические средства, с целью его склонения к потреблению наркотических средств, осуществил активные действия, направленные на возбуждение у С.Д.А. желания впервые употребить производное наркотического средства N-метилэфедрона, включённого в «Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утверждённый Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 года № 681 «Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», выразившееся в открытом словесном предложении и уговорах несовершеннолетнего С.Д.А. употребить данное наркотическое средство, в описании приятных ощущений, вызываемых его употреблением, возбудив тем самым у несовершеннолетнего С.Д.А. желание употребить наркотическое средство, в связи с чем, непосредственно после этого, несовершеннолетний С.Д.А. лично его употребил.

Таким образом, он (ФИО2) склонил несовершеннолетнего С.Д.А. к потреблению наркотического средства, в результате чего, у несовершеннолетнего С.Д.А. сформировалось желание в испытании приятных ощущений от употребления наркотического средства.

В связи с формированием у С.Д.А. желания в испытании приятных ощущений от употребления наркотика, после вышеуказанного события и не позднее 7 февраля 2019 года в 4 подъезде <адрес> С.Д.А. употребил производное наркотическое средства N-метилэфедрона и, впоследствии, в период с 8 по 11 февраля 2019 года продолжил потребление указанного наркотического средства в <адрес>, предоставленной ФИО2 ему (С.Д.А.), а также ФИО1, Ч.Д.В., М.К.Н. для систематического потребления наркотических средств.

11 февраля 2019 года в 16 часов 55 минут С.Д.А., находясь в 4 подъезде <адрес> сотрудниками полиции задержан, и в ходе проведенного медицинского освидетельствования у него выявлено состояние опьянения, вызванное потреблением производного наркотического средства N-метилэфедрона, включённого в «Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утверждённый Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 года № 681 «Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» (акт медицинского освидетельствования № 396 от 11 февраля 2019 года).

Он же, ФИО2, в находящейся у него на праве безвозмездного пользования квартире по адресу: <адрес>, не считаясь с общественной нравственностью, преследуя корыстные цели и иную личную заинтересованность, действуя умышленно, незаконно, в нарушение Федерального закона РФ от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», в период с 8 по 11 февраля 2019 года включительно систематически, ежедневно предоставлял вышеуказанное помещение для потребления без назначения врача наркотических средств наркозависимым лицам.

Так, 8 февраля 2019 года ФИО2, являясь наркозависимым лицом, в нарушение законодательства Российской Федерации о здоровье населения и общественной нравственности, в нарушение общественного порядка, поддерживая непосредственные контакты с наркозависимыми лицами, в том числе с ФИО1, С.Д.А., Ч.Д.В., М.К.Н. и иными неустановленными следствием лицами, опасавшимися привлечения к ответственности за незаконные приобретение, хранение и потребление наркотических средств без назначения врача, а также огласки их наркотической зависимости, создал условия и предоставил последним возможность беспрепятственно употреблять в указанном помещении наркотическое средство без назначения врача, оповестив их об этом лично.

В период с 8 по 11 февраля 2019 года включительно он (ФИО2) специально отвёл находящееся у него на праве безвозмездного пользования помещение квартиры по адресу: <адрес>, для потребления посторонними лицами наркотических средств, систематически, ежедневно за указанный период времени предоставлял указанное помещение: ФИО1 не менее 25 раз; С.Д.А. не менее 7 раз; М.К.Н. не менее 13 раз; Ч.Д.В. не менее 15 раз и иным неустановленным следствием лицам для потребления, приобретённого 8 февраля 2019 года у него и ФИО1 наркотического средства; создавал наркозависимым лицам условия для потребления указанных наркотических средств; предоставлял самодельные курительные приборы, необходимые для потребления наркотических средств путём выкуривания в случае отсутствия у наркозависимых лиц указанных инструментов и предметов; регулировал посещаемость наркозависимыми лицами указанного домовладения; следил за порядком в указанном помещении, убирая оставшиеся после потребления наркотических средств окурки, шприцы; в период наступления соответствующего психоактивного эффекта после потребления наркотического средства предоставлял возможность наркозависимым лицам в течение неопределенного периода времени находиться и отдыхать в помещении предоставленной им квартиры.

Выражая своё отношение к предъявленному обвинению, подсудимый ФИО1 вину в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228, п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ признал в полном объеме, по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – вину признал частично, показал, что наркотическое средство хранил для личного употребления, просил квалифицировать его действия по данному преступлению по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 от дачи показаний в судебном заседании отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

На основании ст. 276 УПК РФ по ходатайству стороны защиты, в связи с отказом подсудимого от дачи показаний, в судебном заседании оглашены его показания, данные в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенным в качестве подозреваемого с участием защитника ФИО1 пояснил, что по просьбе Ш.Д.В., который занимался распространением наркотиков, два раза ездил за наркотическим средством, находящимся в тайнике у поворота на п. Новоникольск, за что Ш.Д.В. платил ему: в первый раз частью наркотика, второй раз обещал денежное вознаграждение. Так, в первых числах февраля 2019 года он согласился на просьбу Ш.Д.В. съездить и забрать крупную партию наркотика – 250 грамм, за денежное вознаграждение в размере 5000 рублей. 8 февраля 2019 года Ш.Д.В. сообщил ему, что наркотик в городе, и в приложении «Телеграмм» переслал координаты указанной партии наркотика.

8 февраля 2019 года предложил ФИО2 съездить с ним за оптовой закладкой наркотика, на что последний согласился. Встретившись с ФИО2 на его сотовый телефон установил приложение «Телеграмм», и под своим аккаунтом вошёл в приложение, посмотрел сообщение от Ш.Д.В. с местом оборудования тайника («закладки»), которое оказалось в районе п. Новоникольск. Приехав на место, тайник не нашли, при этом у ФИО2 разрядился телефон и они поехали за М.К.Н., чтобы использовать его телефон. При этом М.К.Н. никакого участия в поиске тайника наркотика не принимал, сидел в машине. За то, что ФИО2 ездил с ним за закладкой наркотика, он «ФИО1) пообещал ФИО2 в качестве вознаграждения 5 гр. наркотика «соль» из приобретённого. После того, как он и ФИО2 нашли наркотическое средство, то вернулись в г. Новотроицк в квартиру М.К.Н., расположенную по адресу: <адрес>. В квартире также находились С.Д.А. и Ч.Д.В. Он (ФИО1) сперва взвесил на электронных весах пакет с наркотиком, там оказалось 250 гр., потом разрезал дно пакетика, чтобы не было видно, что пакет вскрывали, отсыпал оттуда наркотик весом 88 гр., и потом наркотик Ш.Д.В. он вместе с ФИО2 разбавили мукой, которая по консистенции и цвету подходила к наркотику, чтобы вес соответствовал изначальному. Перемешав наркотик, они с ФИО2 сразу запаковали его обратно, заклеив указанный разрез липкой лентой, какой изначально и был обклеен пакет с наркотиком, когда они его забирали из тайника. Потом вместе с ФИО2 отвезли указанный наркотик в подвал <адрес>, где положили его под лестницей, поскольку Ш.Д.В. попросил спрятать наркотик пока где-нибудь. Пояснил, что сами с ФИО3 решили положить наркотик именно туда. Наркотик принадлежал Ш.Д.В., брать наркотик ни ему, ни кому-либо другому, а тем более распоряжаться им по своему усмотрению, Ш.Д.В. не разрешал, такого разговора у них не было. Наркотик они украли у Ш.Д.В., взяв его без ведома последнего, заменив часть принадлежащего Ш.Д.В. наркотика на муку. Украденную таким образом у Ш.Д.В. часть наркотика он разделил между ними всеми практически поровну, примерно по 20 грамм, а также 5 грамм отдельно ФИО2 в качестве вознаграждения за то, что тот с ним ездил за «закладкой». При этом наркотик С.Д.А. и Ч.Д.В. передавал он (ФИО1), а наркотик М.К.Н. предал лично в руки ФИО2

20 гр., причитающиеся для ФИО2, и являющееся его долей с похищенного им и ФИО2 наркотика, он (ФИО1) передал ФИО2 9 февраля 2019 года, отдал частями в течение одного дня, потому что тот боялся нести до дома сразу крупную партию наркотика.

Показал, что ключи от <адрес> дал ФИО2 для того, что они спокойно могли употреблять в указанной квартире наркотик. В указанной квартире с 8 по 11 февраля 2019 года он, М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В. употребляли наркотик. Он употреблял наркотик путем курения через сигарету, путём поджигания на фольге и через лампочку. Кроме того, ФИО2 показывал как курить наркотик через воду в пластиковой бутылке. В общей сложности за 4 дня в указанной квартире употребил наркотическое средство «соль» около 25 раз. ФИО2 также употреблял наркотик вместе с ними. 11 февраля 2019 года после задержания из указанной квартиры изъяли весы, посредством которых он взвешивал наркотик Ш.Д.В., полимерные пакетики в которых у них были наркотики, употреблённые ими к моменту осмотра, самодельные приспособления для курения. Также у него изъяли телефон и две пары ключей. Все изъятое было упаковано, опечатано, скреплено подписями участвующих лиц и печатью (т. 4 л.д. 131-135).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого в присутствии защитника ФИО1 уточнил, что ФИО2 попросил съездить за оптовой партией наркотика примерно 6 февраля 2019 года, то есть в тот день, когда ему (ФИО1) поступило предложение от Ш.Д.В. В этот же день, на момент предварительной договорённости, пообещал отблагодарить ФИО2, пояснил, что последний может взять часть наркотика из закладки. Забрать себе часть наркотика он (ФИО1) решил сразу, как только ему от Ш.Д.В. поступило предложение забрать наркотик из тайника. О своих планах сразу же сообщил ФИО2, когда приглашал последнего в начале февраля 2019 года съездить за указанной «закладкой» с ним. В этот же момент и пообещал ФИО2 отсыпать часть с похищенного у Ш.Д.В. в качестве вознаграждения наркотика массой 5 гр., то есть похитить его, распорядившись им по своему усмотрению. ФИО2 согласился. Уже по прибытии на место, они решили взять больше наркотика, в итоге отсыпали себе 88 грамм. При этом ФИО2 отсыпать наркотика побольше не возражал.

Размешивать наркотик в квартире М.К.Н. было их обоюдным с ФИО2 решением, место фасовки, посредством которого они планировали похитить часть наркотика, не имело для них принципиального значения, но ввиду того, М.К.Н. ездил с ними за «закладкой» они и решили это сделать в квартире последнего. М.К.Н. не возражал. Сперва он (ФИО1) взвесил пакет на весах, чтобы впоследствии, смешивая, знать сколько надо добавить стороннего вещества для первоначально веса. Потом он вскрыл пакет ножом, попросил М.К.Н. принести муку и чистый пакет, часть наркотика, похитив, отсыпал в отдельный пакет, получилось 88 гр., после чего, в оставшуюся массу ФИО2 стал засыпать муку, он в это время держал пакет, все время, взвешивая полученный наркотик с мукой на весах, чтобы было также 250 гр. После этого он держал пакет с наркотиком, а ФИО2 обматывал его скотчем.

Ранее С.Д.А. наркотики вообще не употреблял, занимался спортом, а 6 или 7 февраля 2019 года С.Д.А. обратился к нему с просьбой дать ему немного наркотика на пробу, сказал что ФИО2 рассказал ему о приятных ощущениях, вызываемых употреблением наркотика, называл «маменькиным сынком» и что он (С.Д.А.) хочет ФИО2 доказать, что это не так и всё-таки раз попробовать. Он отказался дать ему наркотик. Впоследствии от матери узнал, что часть его наркотика С.Д.А., без его ведома, взял себе и выкурил (т. 4 л.д. 139-140, 141-145, 169-170, т. 8 л.д. 175-178).

Свои показания ФИО1 подтвердил в ходе очных ставок с ФИО2, М.К.Н., Ч.Д.В. (т. 4 л.д. 108-111, т. 3 л.д. 98-101, т. 3 л.д. 134-136). Показания по фактам пособничества в приобретении наркотического средства и хищения наркотического средства у Ш.Д.В. подтвердил в ходе проверки показаний на месте (т. 4 л.д. 152-160).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 оглашённые показания подтвердил в полном объёме, отказался отвечать на вопросы участников процесса. Настаивал на том, что обнаруженное при нём 11 февраля 2019 года и изъятое наркотическое средство хранил для личного употребления.

Выражая своё отношение к предъявленному обвинению, подсудимый ФИО2 вину в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 229,, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1, п. «а» ч. 3 ст. 230, ч. 1 ст. 232 УК РФ не признал, по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 - вину признал частично, показал, что наркотическое средство хранил для личного употребления, просил квалифицировать его действия по данному преступлению по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании показал, что с ФИО1 никого предварительного сговора ни на хищение наркотического средства, принадлежащего Ш.Д.В., ни на сбыт наркотического средства несовершеннолетним, не было. Не отрицал, что 8 февраля 2019 года от ФИО1 поступал ему на мобильный телефон звонок относительно его поездки с ним (ФИО1) за закладкой. На что он (ФИО2) согласился. Не отрицал, что предоставил ФИО1 свой телефон для поиска тайника-закладки. Поскольку тайник не нашли, а его телефон сел, то они поехали за М.К.Н., чтобы использовать телефон последнего. После того, как нашли тайник-закладку, вернулись в <адрес> по адресу: <адрес>, в квартиру к М.К.Н., где ФИО1 вскрыл свёрток с наркотическом средством и отсыпал ему (ФИО2) в знак благодарности за предоставление телефона 2-2,5 гр. вещества бежевого цвета. Утверждал, что после получения наркотического средства сразу ушёл из квартиры М.К.Н., и что далее происходило в квартире не знает. Конкретно с ФИО1 массу наркотического средства в качестве вознаграждения не обговаривал. Пояснил, что Ч.Д.В. и С.Д.А. в тот день видел в первый раз. Наркотическое средство М.К.Н. не передавал. Также не знал, что М.К.Н. несовершеннолетний. Не предоставлял квартиру по адресу: <адрес>, для систематического употребления наркотических средств. Утверждал, что ключи дал ФИО1 по просьбе последнего. Не отрицал, что 10 февраля 2019 года приходил в <адрес>, в это время в квартире находились С.Д.А., ФИО1, М.К.Н., Ч.Д.В. В этот же день вместе с ФИО1 употребил наркотическое средство путём курения. Пояснил, что никакие приспособления для курения и потребления наркотических средств не приносил в квартиру. П.А.С. никакое наркотическое средство не передавал. Со свидетелем не было договорённости о денежных средствах, речь шла только об оплате такси в сумме 200 рублей. Среди переданных денежных средств была купюра 1000 рублей, которую он машинально положил себе в карман, чтобы впоследствии в аптеке приобрести всё необходимое для введения инъекции и употребления наркотика. Утверждал, что хотел совместно со свидетелем употребить наркотическое средство, которое ему передал ФИО1 в квартире М.К.Н. 8 февраля 2019 года. 11 февраля 2019 года, находившийся при нём наркотик выдал добровольно, хранил его для личного потребления, а не для сбыта. С.Д.А. не склонял к потреблению наркотических средств и не знал, что он несовершеннолетний. Считает, что ФИО1 оговорил его.

На основании ст. 276 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий, были оглашены показания ФИО2, данные в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также на очных ставках, согласно которым 6 февраля 2019 года согласился на предложение ФИО1 помочь ему приобрести наркотик через тайник. 8 февраля 2019 года ему позвонил ФИО1, сказал, что сообщили адрес тайника с наркотиками. Встретившись, ФИО1 сообщил, что в закладке будет 250 гр. наркотика, пообещал отблагодарить его (ФИО2) тем, что даст часть наркотика. Во время поездки в такси ФИО1 установил на его телефон приложение «Телеграмм», но с привязкой к своему номеру, и в своём аккаунте смотрел куда ехать. Приехали в деревню недалеко от Гайского поста, стали искать тайник, но наркотик не нашли, потом разрядился телефонный аппарат. Поехали за М.К.Н., чтобы использовать его телефон. При этом М.К.Н. поехал с ними, но ФИО1 не обещал его отблагодарить. Обнаружив тайник, забрали наркотик и вернулись в г. Новотроицк в квартиру к М.К.Н. по адресу: <адрес>. В квартире последнего ФИО1 часть найденного наркотика отсыпал в отдельный пакет, примерно 100 гр., а остальной наркотик разбавил с мукой и снова запаковал. В квартире в это время были также С.Д.А. и Ч.Д.В., которые все действия ФИО1 видели. Затем из отсыпанного для себя наркотика ФИО1 примерно 2-2,5 гр. дал ему в благодарность за то, что он ездил с ним за закладкой. Со слов ФИО1 знает, что наркотик, за которым они ездили, принадлежит Ш.Д.В.

Ключи от квартиры по адресу: <адрес>, которая принадлежала покойному отцу его супруги, дал ФИО1 8 февраля 2019 года по его просьбе. Знает, что С.Д.А., Ч.Д.В., М.К.Н. находились в данной квартире с 8 по 11 февраля 2019 года. За то, что он предоставил им указанную квартиру для потребления наркотических средств, ФИО1 разрешал ему брать наркотик из принадлежащей ФИО1 массы. Сам употребил наркотик в данной квартире только 11 февраля 2019 года.

9 февраля 2019 года, созвонившись с ФИО1, он приехал в квартиру к М.К.Н., где также находились ФИО1, С.Д.А., Ч.Д.В., все в состоянии наркотического опьянения. ФИО1 сказал, что не может всё время угощать его наркотиком и предложил покупать у него (ФИО1) наркотик «соль» по 0,5 гр. за 1000 рублей. Он согласился, купил у него 1 гр. наркотика, обещал деньги занести потом. Приобретённое наркотическое средство употребил дома.

10 февраля 2019 года по просьбе ФИО1 приехал в квартиру по адресу: <адрес>, где находились как обычно ФИО1, С.Д.А., Ч.Д.В., М.К.Н. ФИО1 дал ему два свёртка с наркотиком по 5 гр. каждый на временное хранение, сказал, что именно надо будет сделать с данным наркотиком, скажет потом. Затем они все вместе в указанной квартире употребили наркотик, который ещё дал ФИО1 Он употребил наркотик на кухне вместе с ФИО1, а Ч.Д.В., С.Д.А. и М.К.Н. в других местах этой квартиры. После употребления у них наступило состояние эйфории, начались галлюцинации, а потом он ушёл, забрав с собой наркотик, а они остались в его квартире. Ранее они уже, начиная с 8 февраля 2019 года, употребляли наркотики в указанной квартире, фасовали его, ему об этом было известно. После 10 февраля он их не видел. Наркотик в количестве 10 гр. он хранил у себя дома по адресу: <адрес> до дальнейших указаний со стороны ФИО1 Впоследствии указанный наркотик, как ему стало известно со слов супруги, та высыпала в унитаз после его задержания.

11 февраля 2019 года ему позвонил знакомый по имени А. (П.А.С.), сказал, что болеет, имея ввиду, что хочет употребить наркотик. Он сказал, что у него нет денег, на что П.А.С. сказал, что у него есть деньги и он сможет отдать за такси. Он (ФИО3) согласился приехать к нему и привезти наркотик. Дома по адресу: <адрес> он разделил приобретённый 9 февраля 2019 года у ФИО1 наркотик на две части, часть для себя, которую в полимерном пакетике также взял с собой для личного употребления, часть отсыпал в другой пакетик для П.А.С., вызвал такси и поехал на встречу. С П.А.С. они встретились в районе <адрес>, где последний его уже ждал возле второго или третьего подъезда. П.А.С. дал ему 200 рублей, купюрами по 100 рублей, среди которых была купюра номиналом 1000 рублей, которую он не просил у П.А.С. и наркотик планировал отдать ему бесплатно. 200 рублей отдал таксисту, а купюру 1000 рублей сунул себе в левый карман джинсовых брюк. Вместе с П.А.С. пошел в сторону девятиэтажки, по адресу: <адрес>, где возле одного из указанных подъездов, он отдал ему пакетик с наркотиком «солью», часть которого П.А.С. при нём выкурил, а оставшуюся часть наркотика в пакетике П.А.С. положил к себе в карман. Он деньги в сумме 1000 рублей, переданные ему П.А.С., отдавать ему не стал, оставив их себе. Наркотик, который он отдал П.А.С., был из той массы, что он купил у ФИО1 9 февраля 2019 года.

Спустя некоторое время 11 февраля 2019 года его задержали сотрудники полиции, при нём изъяли принадлежащий ему телефон, деньги в сумме 1000 рублей, переданные ему П.А.С., и пакетик с наркотиком «солью», который он хранил при себе для личного употребления, приобретённый им также у ФИО1 Это всё один и тот же наркотик, часть которого он употребил, часть отсыпал П.А.С., а часть осталась у него для личного употребления при себе. Находящийся при нём наркотик, никому сбывать не планировал. Впоследствии сотрудниками проведены осмотры по месту его проживания, а также осмотр в <адрес> в <адрес>, где изъяли приспособления для курения, весы, всё это принадлежит ФИО1, М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В., потому что они в указанной квартире фасовали наркотик, употребляли его (т. 4 л.д. 79-84, 88-91, 92-94, 105-107, 108-111, т. 3 л.д. 113-117, 93-96, 137-140, т. 8 л.д. 92-95, 114-118, 144-148).

После оглашения показаний подсудимый ФИО2 показания данные им в качестве обвиняемого в 2020 году подтвердил их; показания данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого не признал. Указал, что такие показания на следствии не давал, следователь предоставила ему пустые бланки, которые он подписал; адвокат при первоначальных допросах не присутствовал. Считает, что при проведении оперативно-розыскных мероприятий 11 февраля 2019 года со стороны сотрудников правоохранительных органов имела место провокация, в связи с чем результаты оперативно-розыскной деятельности являются недопустимым доказательством. Оспаривает заключения экспертов от 27 февраля 2019 года № 5Э/2-188 и № 5Э/2-189, поскольку отсутствуют сведения об образовании экспертов, наличия лицензии на указанный вид деятельности, в тексте экспертиз нет сведений о том, что эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не приложены схемы, графики и фотоматериалы к экспертизам. Просит к показаниям ФИО1, С.Д.А., данными в ходе предварительного расследования, отнестись критически. Указывает не необъективность в ходе предварительного расследования, при проведении процессуальных действий следователем права участвующим лицам не разъяснялись. Указал, что высказывал намерение заключить досудебное соглашение, что свидетельствует об активном способствовании раскрытию преступления. Отрицал наличие предварительного сговора с ФИО1

По преступлению, предусмотренному ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Кроме признательных показаний подсудимого ФИО1 его виновность в совершении данного преступления подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных в судебном заседании.

Показаниями свидетеля Ш.Д.В., данными им в судебном заседании из которых следует, что он занимался распространением синтетических наркотических средств за вознаграждение 1 закладка – 350 рублей. Пояснил, что ФИО1 1-2 раза ездил за город за закладкой, которую впоследствии должен был передать ему в том виде, в котором забрал из тайника. За оказанную услугу ФИО1 из общей партии наркотика брал себе 1-2 грамма, поскольку сам употреблял наркотики. При этом ФИО1 заранее было известно, что работает с закладками. Показал, что зимой 2019 года ФИО1 ездил за партией наркотического средства, при этом передал его с подмешанным веществом, о чём он узнал в ходе расследования уголовного дела.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Ш.Д.В., данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что с декабря 2018 года он занимался распространением синтетических наркотических средств. Через приложение «Телеграмм» получал адреса, в которых забирал свёртки с наркотическим средством и разносил их по нужным адресам, за что получал деньги. Когда первый раз в декабре 2018 года ему пришло сообщение, что необходимо забрать большую партию наркотика в п. Новоникольске, попросил сделать это ФИО1, который и ранее помогал ему разносить наркотик. ФИО1 согласился, привез 250 гр. наркотического средства. В начале февраля 2019 года ему снова в приложении «Телеграмм» написал неизвестный и попросил забрать большой свёрток с наркотическим веществом массой 250 гр. в п. Новоникольск. Об этом он сообщил ФИО1, который поехал и забрал наркотическое средство, а после передал ему. Он отвёз его на квартиру, арендованную для расфасовки наркотического вещества, расположенную по адресу: <адрес>. 11 февраля 2019 года в дневное время разнёс наркотическое средство по следующим адресам: <адрес> и <адрес>. При этом он (Ш.) никакого вознаграждения ФИО1 не обещал. О том, что часть наркотика ФИО1 забрал, а оставшуюся часть ФИО1 и ФИО2 разбавили мукой, прежде чем отдать ему, ему (Ш.Д.В.) известно не было. Подобных указаний он никому не давал и не разрешал никому совершать подобные действия. ФИО1 должен был отдать ему наркотик в том виде, в котором забрал (т. 2 л.д. 98-103, т. 3 л.д.74-78).

Свидетель в судебном заседании подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего.

Показаниями свидетеля Ч.Д.В., данными им в судебном заседании, из которых следует, что ему известно о том, что Ш.Д.В. занимался распространением наркотических средств. Пояснил, что ФИО1 с ФИО2 в конце 2018 года – начале 2019 года привозили около 200 гр. Наркотического средства.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Ч.Д.В., данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что Ш.Д.В. знает около 6 лет. Ему известно, что Ш.Д.В. распространял наркотики, поскольку сам приобретал их у него. Несколько раз ФИО1 по просьбе Ш.Д.В. ездил за город забирать наркотические средства. Последний раз ФИО1 ездил за оптовой закладкой по просьбе Ш.Д.В. 8 февраля 2019 года вместе с ФИО2, они забрали из тайника 250 гр. наркотика (т. 2 л.д. 31-35, 39-40, т. 3 л.д. 130-133). Данные показания свидетель Ч.Д.В. подтвердил в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО1 (т. 3 л.д. 134-136).

Свидетель в судебном заседании в целом подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего, на момент допроса следователя события помнил лучше, следователю говорил правду.

Показаниями свидетеля С.Д.А., данными им в судебном заседании, из которых следует, что зимой 2019 года он, Ч.Д.В. и М.К.Н. находились в квартире последнего, в этом время ФИО1 вместе с ФИО2 ездил за закладкой наркотика.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля С.Д.А., данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что его знакомый Ш.Д.В. занимается распространением наркотиков. 8 февраля 2019 года он (С.Д.А.) находился в квартире М.К.Н. по адресу: <адрес>. Там же был Ч.Д.В. После звонка его брата ФИО1 М.К.Н. куда-то ушёл, вернулся с ФИО1 и ФИО2 При этом ФИО1 сказал, что он по просьбе Ш.Д.В. забрал наркотики из закладки, чтобы отдать Ш.Д.В. Знает, что впоследствии ФИО1 и ФИО2 отдали наркотик Ш.Д.В. (т.3 л.д. 107-111). Данные показания свидетель С.Д.А. подтвердил в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО2 (т. 3 л.д. 113-117).

Свидетель в судебном заседании в данной части подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего.

Показаниями свидетеля М.К.Н., данными им в судебном заседании, из которых следует, что ему известно о том, что Ш.Д.В. занимался распространением наркотиков, а ФИО1 по просьбе последнего ездил за наркотическим средством. Показал, что зимой 2019 года вместе с ФИО1 и ФИО2 ездил за город в сторону поста ГИБДД, но не знал, что за наркотическим средством. Предварительно перед поездкой передал ФИО1 свой телефон. Участия в поиске наркотика не принимал, сидел в машине, а ФИО2 с ФИО1 отсутствовали около 5-10 минут.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля М.К.Н., данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 8 февраля 2019 года находился дома по адресу: <адрес>, там же были Ч.Д.В., С.Д.А. По просьбе ФИО1, которому был нужен его телефон, съездил с ним и ФИО2 за наркотическим средством, которое в тайнике забрали ФИО1 и ФИО2 Впоследствии узнал, что ФИО1 приобрёл данный наркотик по просьбе Ш.Д.В. и наркотик принадлежит Ш.Д.В. (т. 3 л.д. 86-91). Данные показания свидетель подтвердил в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО1 (т. 3 л.д. 98-101).

Свидетель в судебном заседании в данной части подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего.

Помимо приведённых показаний вина подсудимого ФИО1, в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ, подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, согласно которому осмотрены участки местности по адресам: <адрес>, между домами 78 и 83 б по <адрес>, с торца <адрес>ёной, у <адрес>ёной. На указанных участках по указанию Ш.Д.В. в оборудованных им тайниках «закладках» обнаружены и изъяты свёртки с наркотическим средством (т. 2 л.д. 68-88);

- справкой об исследовании № 5и/2-101 от 12 февраля 2019 года, согласно которой вещество, изъятое в ходе осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, массой 49,22 гр. содержит в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 90-91);

- заключением эксперта № 5э/3-263 от 18 марта 2019 года, согласно которому вещество, изъятое в ходе осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, массой 49,21 гр. содержит в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 115-119);

- заключением эксперта № 5э/3-264 от 19 марта 2019 года, согласно которому вещества, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, являются смесями (препаратами), содержащими в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 134-138);

-протоколом осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, согласно которому осмотрена <адрес> в <адрес>, с участием Ш.Д.В., в ходе которого последний выдал сотрудникам полиции два свёртка с наркотическим средством, которые упакованы и изъяты (т.2 л.д. 92-94);

- справкой об исследовании № 5и/2-100 от 12 февраля 2019 года, согласно которой вещества, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, содержат в своем составе производное наркотического средства N- метилэфедрона (т. 2 л.д. 96-97);

- заключением эксперта № 5э/3-262 от 15 марта 2019 года, согласно которому вещества, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, содержат в своем составе производное наркотического средства N- метилэфедрона (т. 2 л.д. 126-128).

Доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и, оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришёл к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в пособничестве в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере, необходимое и достаточное количество.

При постановлении приговора по указанному преступлению суд берёт за основу показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, согласно которым по просьбе Ш.Д.В., который занимался распространением наркотиков, два раза ездил за наркотическим средством, находящимся в тайнике у поворота на п. Новоникольск, за вознаграждение. 8 февраля 2019 года Ш.Д.В. в приложении «Телеграмм» переслал координаты партии наркотика, за которой он (ФИО1) ездил вместе с ФИО2, поскольку последний согласился на его предложение съездить с ним за оптовой закладкой наркотика. Для просмотра места оборудования тайника (закладки) использовал телефон ФИО2 Впоследствии вынуждены были вернуться на место с М.К.Н. и с помощью телефона последнего искали тайник-закладку, поскольку у ФИО2 сел телефон. М.К.Н. никакого участия в поиске тайника наркотика не принимал, сидел в машине. За то, что ФИО2 ездил с ним за закладкой наркотика, он «ФИО1) пообещал ФИО2 в качестве вознаграждения в виде наркотика из приобретённого. После того, как нашли наркотическое средство, то вернулись в г. Новотроицк.

Данные показания подсудимого подтверждаются показаниями подсудимого ФИО2, данные им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 8 февраля 2019 года ездил вместе с ФИО1 за закладкой наркотика (250 гр.). За это ФИО1 обещал отблагодарить его (ФИО2) частью наркотика. Для поиска тайника-закладки ФИО1 использовал его (ФИО2) сотовый телефон. Поскольку его телефон разрядился, то поехали за М.К.Н., чтобы использовать его телефон. При этом М.К.Н. поехал с ними, но ФИО1 не обещал его отблагодарить. Обнаружив тайник, забрали наркотик и вернулись в г. Новотроицк; свидетеля Ш.Д.В., из которых следует, что ФИО1 по его просьбе в начале февраля 2019 года забрал наркотическое средство из тайника-закладки массой 250 гр. в районе п. Новоникольск и передал ему; свидетелей Ч.Д.В., С.Д.А., из которых следует, что ФИО1 ездил за оптовой закладкой по просьбе Ш.Д.В. 8 февраля 2019 года вместе с ФИО2, они забрали из тайника 250 гр. наркотика; свидетеля М.К.Н., из которых следует, что по просьбе ФИО1, которому был нужен его телефон, съездил с ним и ФИО2 за наркотическим средством, которое в тайнике забрали подсудимые. Впоследствии узнал, что ФИО1 приобрёл данный наркотик по просьбе Ш.Д.В. и наркотик принадлежит Ш.Д.В.

Суд отмечает, что допросы ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого проведены и оформлены с соблюдением требований закона, в том числе с разъяснением им процессуальных прав, положений ст. 51 Конституции РФ и с предупреждением о возможности использования их показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. При допросах ФИО1, ФИО2 как в качестве подозреваемых, так и в качестве обвиняемых присутствовали защитники, в деле находятся их ордера, они подписывали протоколы следственных действий, проведённых с их участием, замечаний по поводу соответствия протоколов действительному ходу следственных действий не отразили, о каком-либо незаконном воздействии и о самооговоре не заявляли. Право обвиняемых на защиту было обеспечено реально. Таким образом, показания подозреваемых и обвиняемых ФИО1 и ФИО2 являются допустимым доказательством.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность и правдивость показаний ФИО1 и ФИО2, полученных при допросе в качестве подозреваемых и обвиняемых на предварительном следствии, поскольку они являются последовательными и не противоречат исследованным в суде доказательствам. ФИО1 сообщил сведения об обстоятельствах преступления – мотиве, времени и месте совершения преступления, способе совершения, последовательности своих действий при совершении преступления, которые ранее не были известны органам предварительного расследования.

Протокол проверки показаний на месте от 11 апреля 2019 года получен в соответствии с положениями и нормами уголовно-процессуального закона. При проведении следственного действия показания ФИО1 давал с участием адвоката, подробно рассказывал об обстоятельствах и мотиве совершённого им преступления. При этом не заявлял об оказании на него до проведения следственного действия какого-либо давления с чьей-либо стороны. Суд отмечает, что показания в ходе проверки показаний на месте являются последовательными, согласуются с показаниями данными подсудимым в качестве подозреваемого и обвиняемого, соответствуют фактическим обстоятельствам случившегося и подтверждаются совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями свидетелей, протоколами осмотров мест происшествия, заключениями экспертиз.

Достоверность и допустимость указанных показаний ФИО1 у суда сомнений не вызывает.

Сообщённые ФИО1 сведения при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого в деталях согласуются с данными, изложенными в протоколе проверки показаний на месте, где он свободно, в условиях, исключающих возможность какого-либо воздействия на него, подробно и обстоятельно рассказал об обстоятельствах приобретения без цели сбыта наркотического средства по просьбе Ш.Д.В., указал маршрут, место и способ.

Проверка показаний на месте проведена в соответствии с требованиями ст. 194 УПК РФ, протокол данного следственного действия отвечает требованиям ст. 166 УПК РФ, каких-либо замечаний при его составлении от обвиняемого и его защитника не имелось.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности свидетелей в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний данных лиц, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что свидетели оговаривают подсудимого ФИО1, по делу не установлено.

Из материалов уголовного дела следует, что протоколы допросов составлены следователем со слов свидетелей, в них отражены пояснения допрашиваемых лиц по существу, замечаний от допрашиваемых лиц не поступало. Протоколы следственных действий подписаны их участниками.

Оснований не доверять показаниям подсудимых и свидетелей у суда не имеется, поскольку они последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и другими исследованными по делу доказательствами, а именно: протоколами осмотров мест происшествия, в ходе которых, в том числе зафиксировано место приобретения ФИО1 по просьбе Ш.Д.В. наркотического средства; заключениями экспертов о виде и массе изъятых по делу веществ – являющихся смесями (препаратами), содержащими в своём составе производное наркотического средства N- метилэфедрона, и другими доказательствами.

Судебно-химические экспертизы по исследованию веществ, изъятых в ходе осмотров мест происшествия от 12 февраля 2019 года, назначены и проведены в соответствии с требованиями закона, оснований сомневаться в обоснованности и объективности выводов экспертиз не имеется. Как видно из представленных материалов дела, экспертизы, назначены следователем в установленном законом порядке, проведены в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2011 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и ст. 195, 196, 198, 204 УПК РФ квалифицированными специалистами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения экспертов надлежаще оформлены, выводы экспертов подробно и научно мотивированы в исследовательской части заключений, убедительные аргументы, приведенные экспертами в обоснование выводов, не дают оснований ставить их под сомнение.

При решении вопроса о размере наркотического средства, являющегося смесью (препаратом), содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, суд руководствуется Постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей ст.ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ», содержащим списки наркотических средств, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ (список I) либо ограничен (список II), или допускает исключение некоторых мер контроля (список III).

Согласно данному постановлению смесь (препарат), содержащей в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона включен в список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами (список I).

Размер наркотического средства - смеси (препарата), содержащей в своем составе производное наркотического средства N- метилэфедрона, общей массой не менее 147,19 гр., в соответствии с вышеуказанным постановлением Правительства Российской Федерации относится к крупному размеру.

Исследованные судом доказательства подтверждают, что ФИО1 8 февраля 2019 года приобрёл без цели сбыта наркотическое средство для Ш.Д.В. и по его просьбе, в крупном размере, то есть действовал в интересах приобретателя наркотических средств, а не являлся исполнителем.

Установленные судом обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о прямом умысле ФИО1 на совершение преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, поскольку он осознавал общественную опасность пособничества в приобретении наркотического средства, предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде нарушения установленного порядка оборота наркотических средств и желал их наступления.

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО1, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ, как пособничество в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.

По преступлениям, предусмотренным п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а также ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Виновность подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, помимо признательных показаний ФИО1, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании; а позиция подсудимого ФИО1 о том, что изъятое 11 февраля 2019 года при его задержании наркотическое средство он хранил для личного употребления, об отсутствии умысла на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере, высказанная в судебном заседании, опровергается совокупностью доказательств, исследованных судом в судебном заседании.

Показаниями свидетеля Ш.Д.В., данными им как в ходе судебного заседания, так данными в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, содержание которых изложено выше.

Показаниями свидетеля Ч.Д.В., данными им в судебном заседании, из которых следует, что видел как из общей массы из привезённого ФИО1 и ФИО2 наркотика ФИО1 часть забрал, а впоследствии ФИО2 с ФИО1 наркотик N-метилэфедрон смешивали с мукой.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Ч.Д.В., данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 8 февраля 2019 года в квартире М.К.Н. по адресу: <адрес>, ФИО1 вместе с ФИО2 вскрыли привезённый ими пакет с приобретённым наркотиком, взвесили его на электронных весах, 88 из 250 гр. ФИО1 забрал. Оставшуюся часть наркотика ФИО1 вместе с ФИО2 перемешали то ли с мукой, то ли с детской присыпкой. ФИО1 и ФИО2 делали всё вместе, помогая друг другу. Наркотик для Ш.Д.В. с подмешанной мукой ФИО1 и ФИО2 запаковали обратно, обмотали изолентой, чтобы не было видно того, что вскрывали пакет, а отсыпанный наркотик ФИО1 сперва дал ФИО2 с дозировкой 5 гр., потом 8 гр., то есть в общей сложности 13 гр. наркотика, потом М.К.Н. дали 20 гр., потом оставшуюся массу ФИО1 поделил между ним (Ч.Д.В.) и ФИО5 Ему досталось примерно 16-17 гр., наркотик ему передал ФИО1 Указанным наркотиком каждый из них мог распоряжаться по своему усмотрению. Часть наркотика он употребил, оставшуюся часть изъяли 11 февраля 2019 года. Во время задержания 11 февраля 2019 года он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО1 (т. 2 л.д. 31-35, 39-40, т. 3 л.д. 130-133). Данные показания свидетель Ч.Д.В. подтвердил в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО1 (т. 3 л.д. 134-136).

Свидетель в судебном заседании в целом подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего, на момент допроса следователя события помнил лучше, следователю говорил правду. Отвечая на вопросы сторон, указал, что события имели место 8 февраля 2019 года, похищено было именно 88 гр. наркотического средства у Ш.Д.В., именно ФИО1 передал ему (Ч.Д.В.) наркотическое средство.

Показаниями свидетеля С.Д.А., данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 8 февраля 2019 года, когда М.К.Н. вернулся с ФИО1 и ФИО2, ФИО1 сказал, что он по просьбе Ш.Д.В. забрал наркотики из закладки, чтобы отдать Ш.Д.В. Но, находясь в квартире М.К.Н., на весах, принадлежащих то ли ФИО1, то ли ФИО2, именно они принесли эти весы, ФИО2 и ФИО1 вскрыли пакет с наркотиком, сперва взвесив его на указанных весах. В пакете оказалось изначально 250 гр. наркотика, потом часть наркотика ФИО1 оттуда забрал. После чего ФИО2 и ФИО1 попросили М.К.Н. принести муку и полимерный пакет, в котором перемешали наркотик для Ш.Д.В. с мукой, чтобы получилась первоначальная масса. Ту часть, которую они упаковали с ФИО2, ФИО2 и ФИО1, уходя, забрали с собой, передав затем Ш.Д.В. Часть наркотика ФИО2 и ФИО1 разделили между ними и раздали, а часть ФИО1 и ФИО2 оставили себе. Ему (С.Д.А.) наркотик дал ФИО1 Указанным наркотиком каждый из них мог пользоваться по своему усмотрению. Ему досталось примерно 5-10 гр. Часть наркотика он употребил, оставшуюся часть изъяли 11 февраля 2019 года. Во время задержания 11 февраля 2019 года он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО1 ФИО2 и ФИО1 знали, что он несовершеннолетний. ФИО1 знал, поскольку является его родным братом. ФИО2 знал, поскольку как-то напрямую спросил про его возраст, и он ответил, что ему 16 лет. Кроме того, еще до этого вопроса ФИО2 из разговоров знал, что он недавно закончил школу и учится на первом курсе колледжа, а также, когда надо было купить сигареты, то ФИО2 и ФИО1 отправляли молодых, но ходил только Ч.Д.В., поскольку ни ему (С.Д.А.), ни М.К.Н. их не продавали из-за несовершеннолетнего возраста, который даже внешне очевиден (т.3 л.д. 107-111). Данные показания свидетель С.Д.А. подтвердил в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО2 (т. 3 л.д. 113-117).

Свидетель в судебном заседании не отрицал, что на момент рассматриваемых событий визуально было видно, что он является несовершеннолетним. Кроме того, у него спрашивали сколько ему лет. Показал, что в его присутствии ФИО2 и ФИО1 ничего не перемешивали. Просил принять во внимание его показания, данные в судебном заседании.

Показаниями свидетеля М.К.Н., данными им в судебном заседании, что после того, как ФИО2 и ФИО1 забрали наркотик, то она все вместе вернулись к нему (М.К.Н.) домой. ФИО1 и ФИО2 прошли на кухню, а он (М.К.Н.), Ч.Д.В. и С.Д.А. находились в его комнате, играли в компьютер. Пояснил, что не говорил ФИО2 сколько ему лет. Спустя дня 4 их задержали, было установлено состояние наркотического опьянения.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля М.К.Н., данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, находясь в его (М.К.Н.) квартире, на весах, принадлежащих то ли ФИО1, то ли ФИО2, именно они принесли эти весы, ФИО2 и ФИО1 вскрыли пакет с наркотиком, сперва взвесив его на указанных весах. В пакете оказалось изначально 250 гр. наркотика, потом часть наркотика ФИО1 оттуда забрал. После чего ФИО2 и ФИО1 перемешали наркотик для Ш.Д.В. с мукой, чтобы получилась первоначальная масса. При этом, ФИО1 разрезал пакет с наркотиком для Ш.Д.В., предварительно взвесив его на весах. Потом ФИО1 попросил его принести пакет и муку, а затем пересыпал наркотик с прорези в пакет, потом отсыпал часть наркотика себе отдельно в другой пакетик, а в принесённый им пакетик ФИО2 стал засыпать муку, а ФИО1 в это время держал пакет. Затем ФИО2 обмотал привезенный ими пакет скотчем, ФИО1 помогал ему, держа пакет. Ту часть, которую они упаковали с ФИО2, ФИО2 и ФИО1, уходя, забрали с собой. Часть наркотика ФИО1 и ФИО2 разделили между ними. Ему в руки наркотик дал ФИО2 Указанным наркотиком каждый из них мог пользоваться по своему усмотрению. Часть наркотика он употребил путём курения в квартире ФИО2 по адресу: <адрес> 8 по 11 февраля 2019 года. Во время задержания 11 февраля 2019 года он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО2 О том, что он несовершеннолетний, ФИО2 знал, так как его возраст и так очевиден, кроме того, несколько раз, когда у них заканчивались сигареты, за ними посылали Ч.Д.В., потому что он взрослый, а ему и С.Д.А. сигареты не продавали. При этих разговорах присутствовал и ФИО2 показал, что ФИО1 также было известно, что ему нет восемнадцати, равно как нет восемнадцати и его родному младшему брату- С.Д.А. (т. 3 л.д. 86-91). Данные показания подтвердил в ходе очной ставки с ФИО1, ФИО2 (т.3 л.д.86-91,98-101,93-96).

После оглашения показаний М.К.Н. пояснил, что не подтверждает показания в той части, что видел как ФИО1 и ФИО2, находясь на кухне у него в квартире, подмешивали муку в наркотическое средство, упаковывали наркотик; не приносил им муку, поскольку находился в спальне; ФИО2 не знал, что он несовершеннолетний; наркотическое средство ФИО2 ему не передавал, поскольку он сам взял наркотик со стола. Просил принять во внимание показания, данные в настоящем судебном заседании.

Показаниями свидетеля М.М.В., данными ею в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что М.К.Н. её сын, с которым проживает по адресу: <адрес>. Её часто не бывает дома в связи с работой. О том, что в её квартире в феврале 2019 года ФИО1, ФИО2 фасовали наркотические средства, делили их между собой, а также давали её сыну, С.Д.А., Ч.Д.В., узнала в ходе следствия. Во время проведения допроса сына, в том числе на очных ставках, давления на сына не оказывалось, показания он давал в свободном рассказе, а также отвечал на вопросы следователя (т. 3 л.д. 174-176).

Показаниями свидетеля Г.С.М., данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что он состоит в должности старшего оперативного сотрудника по борьбе с незаконным оборотом наркотических средств МУ МВД России «Орское». 11 февраля 2019 года им совместно с другими сотрудниками МУ МВД России «Орское», на основании имеющейся оперативной информации о причастности ФИО1, С.Д.А., Ч.Д.В., М.К.Н. к незаконному обороту наркотических средств, проводилось оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение», результатом которого стало задержание указанных лиц при выходе из <адрес> на лестничной площадке между 4 и 5 этажами <адрес>. В указанной квартире, по имеющейся информации, ФИО2, являющемся ее владельцем, организован притон для потребления наркотических средств, в том числе и вышеуказанными лицами. В момент задержании М.К.Н., Ч.Д.В., С.Д.А., ФИО1 по всем внешним признакам находились в состоянии наркотического опьянения. В присутствии понятых М.К.Н., Ч.Д.В., С.Д.А., ФИО1 разъяснены права, положения ст. 51 Конституции РФ, предложено в добровольном порядке выдать запрещённые к обороту предметы, на что ФИО1, Ч.Д.В. и С.Д.А. пояснили, что у них при себе имеются наркотики. У ФИО1 изъяты три пакетика с порошкообразным веществом светлого цвета, ключи от квартиры по адресу: <адрес>. У Ч.Д.В. изъят один свёрток с порошкообразным веществом светлого цвета. У С.Д.А. ничего запрещённого обнаружено и изъято не было. После чего с участием понятых был проведен осмотр квартиры по вышеуказанному адресу, где изъяли приспособления для потребления наркотиков (бульбулятор, пластиковые бутылки, пипетки), в часах пакетик с порошкообразным веществом (т. 2 л.д. 6-8).

Свидетель в судебном заседании подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего, на момент допроса следователя события помнил лучше. Дополнительно показал, что в момент задержания физическая сила, давление на задержанных лиц не оказывалось, были применены спецсредства в соответствии с требованиями законодательства. Жалоб и заявлений от задержанных не поступало.

Показаниями свидетеля С.Г.Ф., данными ею в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что 11 февраля 2019 года принимала участие в качестве понятых в ходе осмотра <адрес>. При проведении осмотра, находившиеся возле квартиры молодые люди, на вид лет 15-16, представились как ФИО1, С.Д.А., М.К.Н., Ч.Д.В. При проведении следственного действия помимо неё, второй понятой, участие принимали указанные молодые люди, которые предварительно написали добровольное согласие на проведение осмотра. Перед проведением осмотра всем были разъяснены процессуальные права, положения ст. 51 Конституции РФ. При осмотре изъяли весы, пакетики пустые с налётом светлого порошка, использованный шприц, пустую обрезанную пластиковую бутылку, ложку, какие-то приспособления из трубок для употребления наркотических средств, из настенных часов пакетик с порошкообразным веществом светлого цвета. По результатам проведённого осмотра был составлен протокол, в котором все расписались (т. 4 л.д. 28-30).

Показаниями свидетеля П.Л.Д., данными ею в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 11 февраля 2019 года принимала участие в качестве понятой при проведении осмотра места происшествия между 4 и 5 этажами в 4 подъезде <адрес>. Вместе с ней в качестве понятой принимала Сначала ей пояснили, что в подъезде между 4 и 5 этажами задержаны молодые люди по подозрению в причастности к совершению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. Придя с сотрудниками правоохранительных органов на указанное место увидела четверых молодых людей, по внешнему виду им было не более 16-19 лет. Согласно внешним признакам и их поведению они явно находилась в состоянии опьянения, но при этом алкоголем от них не пахло. Перед началом осмотра всем разъяснили права и обязанности, после чего, молодые люди по указанию сотрудников представились как ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, С.Д.А., ДД.ММ.ГГГГ, М.К.Н., ДД.ММ.ГГГГ и Ч.Д.В., ДД.ММ.ГГГГ. Им было предложено добровольно выдать запрещённые предметы. Ч.Д.В., ФИО1, С.Д.А. пояснили, что у них имеются наркотические средства, которые в ходе осмотра были изъяты у Ч.Д.В. и ФИО1 Также у ФИО1 изъяли сотовый телефон, две связки ключей от квартиры от квартиры по месту жительства и от <адрес>. У Ч.Д.В. также изъяли сотовый телефон. У С.Д.А. и М.К.Н. ничего запрещённого при себе ничего не оказалось. У М.К.Н. был изъят сотовый телефон. Пояснила, что никаких противозаконных действий со стороны сотрудников правоохранительных органов при проведении осмотра не совершали. По окончании следственного действия составлен протокол, с которым все ознакомились и расписались, замечаний не имелось (т. 4 л.д. 26).

Свидетель в судебном заседании в целом подтвердила показания, данные ею в ходе предварительного расследования и показала, что прошло много времени, в связи с чем не помнит некоторые обстоятельства произошедшего. Однако, отрицала, что на момент осмотра места происшествия молодые люди находились в состоянии опьянения. При проведении следственного действия физическая сила в отношении молодых людей не применялась, они всё рассказывали и выдавали добровольно.

Показаниями свидетеля Н.А.Т., данными ею в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, аналогичными показаниям свидетеля П.Л.Д. об обстоятельствах проведения осмотра места происшествия между 4 и 5 этажами в 4 подъезде <адрес>, выдаче ФИО1 и Ч.Д.В. наркотического средства, изъятия сотовых телефонов и досматриваемых лиц; а также аналогичными показаниям свидетеля С.Г.Ф. об обстоятельствах проведения осмотра <адрес>, обнаружения и изъятия весов, пакетиков пустых с налётом светлого порошка, использованного шприца, пустой обрезанной пластиковой бутылки, ложки, каких-то приспособлений из трубок для употребления наркотических средств, из настенных часов пакетика с порошкообразным веществом светлого цвета. А также о том, что в осматриваемой квартире стоял какой-то синтетический резкий, едкий запах. Ранее в подъезде их дома ни раз чувствовала указанный запах, видела столпившихся в 4 подъезде задержанных молодых людей. Из <адрес> указанный запах начал исходить незадолго до задержания молодых людей и проведения осмотров (т. 4 л.д. 19-23).

Показаниями свидетеля С.О.А., данными ею в судебном заседании, из которых следует, что ФИО1 и С.Д.А. являются её сыновьями, характеризует их с положительной стороны. О задержании сыновей узнала от сотрудников полиции. Пояснила, что у неё имеются заболевания, в настоящее время проживают вдвоём с С.Д.А. Ранее С.Д.А. занимался спортом, не ожидала от него, что он употребит наркотик.

В связи с наличием противоречий в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ частично оглашены показания свидетеля С.О.А., данные ею в ходе предварительного расследования, из которых следует, что с С.Д.А. у них были доверительные отношения. В ходе беседы С.Д.А. пояснил, что употребил наркотик в подъезде на <адрес>, после того, как ФИО2 расхвалил наркотик «соль» и предложил употребить с ним за компанию (т.3 л.д.121-123).

После оглашения показаний свидетель пояснила, что после того, как следователь напечатала протокол, прочитала его и подписала. После обозрения протокола подтвердила, что в протоколе допроса стоят её подписи.

Показаниями свидетеля Н.Н.С., данными ею в судебном заседании, из которых следует, что приходится супругой подсудимому ФИО2 Охарактеризовала последнего с положительной стороны, как доброго, заботливого, помогающего во всём. Показала, что ей от отца в наследство досталась <адрес>. От квартиры имелось 3 комплекта ключей, которые хранились дома. От ФИО2 узнала, что 1 комплект ключей последний 8 февраля дал ФИО1. 11 февраля ФИО2 задержали. В ходе предварительного расследования со стороны сотрудников правоохранительных органов на неё было оказано психологическое воздействие. Пояснила, что сама не является потребителем наркотических средств. Ей известно, что ранее ФИО2 употреблял наркотики, но после того как они стали жить одной семьёй не видела, что подсудимый употреблял наркотики.

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании оглашены показания свидетеля ФИО6 в порядке ст. 281 УПК РФ, данные ею в ходе предварительного расследования, из которых следует, что синтетический наркотик начала употреблять с ноября 2018 года. Пояснила, что ФИО2 иногда употребляет наркотическое средства, и ввиду стечения тяжелых жизненных обстоятельств согласилась на предложение ФИО2 употребить наркотик, которым он её угостил. Наркотик первый раз употребила путём курения, а затем, по совету ФИО2, путём введения внутривенной инъекции. Показала, что ранее уже наблюдала состояние ФИО2 после употребления наркотика, он был более общителен, спокойный. В период с конца ноября 2018 года до 9-10 февраля 2019 года потребляла наркотик «соль» в общей сложности пять раз. Наркотик сама не приобретала, угощал ФИО2 Наркотик употребляла совместно с ФИО2 (т. 3 л.д. 178-180).

Свидетель ФИО6 оглашённые показания в данной части не подтвердила, пояснила, что давала показания под психологическим давлением следователя.

Помимо приведённых показаний вина подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, подсудимого ФИО1, в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, с участием ФИО1, Ч.Д.В., М.К.Н., С.Д.А., согласно которому в ходе осмотра лестничной площадки между 4 и 5 этажами <адрес> у ФИО1 из кармана куртки изъяты три полимерных пакетика с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом, обмотанных изоляционной лентой красного и жёлтого цветов; ключи от квартиры, расположенной по адресу: <адрес>; у Ч.Д.В. из левого внутреннего кармана куртки изъят один полимерный пакетик с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом (т. 1 л.д. 112-114);

- справкой об исследовании № 5и/2-97 от 11 февраля 2019 года, согласно которой вещества, массами 4,43 гр., 4,21 гр., 3,71 гр., изъятые 11 февраля 2019 года в ходе осмотра места происшествия при ФИО1, содержат в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 1 л.д. 118);

- заключением эксперта № 5э/2-190 от 26 февраля 2019 года, согласно выводам которого вещества, массами 4,41 гр., 4,19 гр., 3,69 гр., изъятые 11 февраля 2019 года в ходе осмотра места происшествия при ФИО1, содержат в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 169-172);

- справкой об исследовании № 5и/2-98 от 12 февраля 2019 года, согласно которой вещество, массой 4,90 гр., изъятое 11 февраля 2019 года в ходе осмотра места происшествия при Ч.Д.В., содержат в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 1 л.д. 116);

- заключением эксперта № 5э/2-191 от 27 февраля 2019 года, согласно выводам которого вещество, массой 4,88 гр. изъятое 11 февраля 2019 года в ходе осмотра места происшествия при Ч.Д.В. содержит в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 14-17);

- протоколом осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому осмотрена <адрес>, с участием М.К.Н. и М.М.В. В ходе осмотра ничего не изъято, установлено место происшествия, где ФИО1 и ФИО2 8 февраля 2019 года расфасовали, частично похитив наркотическое средство, принадлежащее Ш.Д.В., часть похищенного сбыли Ч.Д.В., С.Д.А. и М.К.Н. (т. 1 л.д. 144-150);

- протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому осмотрена <адрес>, с участием ФИО1, Ч.Д.В., С.Д.А., М.К.Н. В ходе осмотра обнаружены и изъяты весы, порошкообразное вещество, бутылка, ложка, два приспособления для курения. Всё упаковано, опечатано, скреплено пояснительными надписями и подписями (т. 1 л.д. 124-133);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 10 апреля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому, в том числе осмотрены изъятые в ходе осмотров мест происшествия 11 февраля 2019 года вещества и полимерные пакетики с застёжкой зип лок у Ч.Д.В., ФИО1; электронные весы, на нажимной поверхности которых имеются следы светлого порошкообразного вещества, 4 пакетика из полимерного материала с застёжкой зип лок, фрагмент бутылки (отсутствует донная часть), ложка, изготовленная из металла серого цвета со следами светлого порошкообразного вещества, фрагмент лампы накаливания, крышка, изготовленная из полимерного материала светло-коричневого цвета, со сквозным отверстием, фрагмент шланга, которые признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 1-12, 13-18);

- заключением эксперта № 5э/3-304 от 1 апреля 2019 года, согласно выводам которого на поверхностях весов, пакетиков, фрагмента бутылки, ложки, фрагмента лампы накаливания, фрагмента шланга, выявлена следовые количества производного N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 179-181);

- актами медицинского освидетельствования от 12 февраля 2019 года №№ 400, 399, 399 и от 11 февраля 2019 года № 396, согласно которым Ч.Д.В., ФИО1, М.К.Н., С.Д.А. находились в состоянии опьянения, вызванного употреблением наркотического средства производного N-метилэфедрона (т. 3 л.д. 160, 165, 170, 155).

Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришёл к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, согласуются между собой, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а ФИО1 ещё в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по делу необходимое и достаточное количество.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания подсудимых ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе предварительного расследования. Так из показаний подсудимого ФИО1 следует, что находясь в квартире М.К.Н. он (ФИО1) взвесил на электронных весах пакет с наркотиком, принадлежащим Ш.Д.В., там оказалось 250 гр., потом разрезал дно пакетика и отсыпал оттуда наркотик весом 88 гр. Затем указанный наркотик вместе с ФИО2 разбавили мукой, чтобы вес соответствовал изначальному, и вместе запаковали его, заклеив разрез липкой лентой. Впоследствии вместе с ФИО2 отвезли наркотик в подвал <адрес>. Наркотик принадлежал Ш.Д.В., брать наркотик ни ему, ни кому-либо другому, а тем более распоряжаться им по своему усмотрению, Ш.Д.В. не разрешал. Украденную у Ш.Д.В. часть наркотика разделил между всеми, примерно по 20 грамм, а также 5 грамм отдельно ФИО2 в качестве вознаграждения за то, что тот с ним ездил за «закладкой». При этом наркотик С.Д.А. и Ч.Д.В. передавал он (ФИО1), а наркотик М.К.Н. предал лично в руки ФИО2 При этом 20 гр., причитающиеся для ФИО2, передал последнему 9 февраля 2019 года. Умысел на хищение наркотика возник у него сразу после того, как от Ш.Д.В. поступило предложение забрать наркотик из тайника, о чём сообщил ФИО2, и последний согласился на это. Возражений от ФИО2 отсыпать наркотика больше, чем планировали не поступало. Размешивать наркотик в квартире М.К.Н. было их обоюдным с ФИО2 решением. Из показаний подсудимого ФИО2 следует, что находясь в квартире М.К.Н. ФИО1 часть наркотика, принадлежащего Ш.Д.В., отсыпал в отдельный пакет, примерно 100 гр., а остальной наркотик разбавил с мукой и снова запаковал. В квартире в это время были также С.Д.А. и Ч.Д.В., которые все действия ФИО1 видели. Затем из отсыпанного для себя наркотика ФИО1 примерно 2-2,5 гр. дал ему в благодарность за то, что он ездил с ним за закладкой.

Данные показания подсудимых ФИО1 и ФИО2 согласуются с показаниями свидетелей Ч.Д.В., С.Д.А., М.К.Н., из которых следует, что видели, как ФИО1 вместе с ФИО2, находясь в квартире М.К.Н., вскрыли привезённый ими пакет с наркотиком, принадлежащим Ш.Д.В., взвесили его на электронных весах, часть наркотика ФИО1 забрал, а оставшуюся часть подсудимые перемешали то ли с мукой, то ли с детской присыпкой, и затем запаковали обратно. Свидетель Ч.Д.В. показал, что подсудимые делали всё вместе, помогая друг другу. Отсыпанный наркотик поделили между всеми, ему досталось примерно 16-17 гр. Наркотик ему передал ФИО1 Во время задержания 11 февраля 2019 года оставшуюся часть наркотика изъяли, также он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО1 Свидетель С.Д.А. показал, что по просьбе подсудимых М.К.Н. принёс муку и полимерный пакет, в котором ФИО1 и ФИО2 перемешали наркотик для Ш.Д.В. с мукой, чтобы получилась первоначальная масса. Ему (С.Д.А.) наркотик весом примерно 5-10 гр. дал ФИО1 Во время задержания 11 февраля 2019 года он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО1 Подсудимые знали, что он несовершеннолетний. Свидетель М.К.Н. показал, что по просьбе ФИО1 приносил пакет и муку, в руки наркотик передавал ему ФИО2 Во время задержания 11 февраля 2019 года он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО2 О том, что он и С.Д.А. несовершеннолетние, подсудимые знали; показаниями свидетеля Г.С.М., являющегося сотрудником ОНК, принимавшего участие при задержании М.К.Н., Ч.Д.В., С.Д.А., ФИО1, участвовавшего при осмотре мест происшествия, в ходе которых у ФИО1 изъяли три пакетика с порошкообразным веществом светлого цвета, ключи от квартиры; у Ч.Д.В. - один свёрток с порошкообразным веществом светлого цвета; в ходе осмотра квартиры изъяли приспособления для потребления наркотиков (бульбулятор, пластиковые бутылки, пипетки), в часах пакетик с порошкообразным веществом; свидетелей С.Г.Ф., П.Л.Д. и Н.А.Т., участвовавших в осмотре мест происшествия в качестве понятых и подтвердившего законность проведённых сотрудниками правоохранительных органов следственных действий; свидетеля Н.Н.С. о том, что употребляла совместно с ФИО2 наркотическое средство «соль», которым угощал её подсудимый, сама наркотик не приобретала.

Суд отмечает, что допросы ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемых и обвиняемых проведены и оформлены с соблюдением требований закона, в том числе с разъяснением им процессуальных прав, положений ст. 51 Конституции РФ и с предупреждением о возможности использования их показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. Из исследованных материалов уголовного дела усматривается, что при допросах ФИО1 и ФИО2 как в качестве подозреваемых, так и в качестве обвиняемых присутствовали защитники, в деле находятся их ордера, они подписывали протоколы следственных действий, проведённых с их участием, замечаний по поводу соответствия протоколов действительному ходу следственных действий не отразили, о каком-либо незаконном воздействии и о самооговоре не заявляли. Права обвиняемых на защиту были обеспечены реально. Таким образом, показания подозреваемых и обвиняемых ФИО1 и ФИО2 являются допустимыми доказательствами.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность и правдивость показаний ФИО1 и ФИО2, полученных при допросе в качестве подозреваемых и обвиняемых на предварительном следствии, поскольку они являются последовательными и не противоречат исследованным в суде доказательствам. ФИО1 и ФИО2 сообщили сведения об обстоятельствах преступлений – мотиве, времени и месте совершения преступлений, способе, а также последовательности своих действий при совершении преступлений, которые ранее не были известны органам предварительного расследования.

Суд отмечает, что протоколы осмотров мест происшествия от 11 и 12 февраля 2019 года составлены в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ, каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальных документах. При осмотрах мест происшествия участвовали понятые, кроме того, по решению следователя, проводилось фотографирование. При этом каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальных документах, а также подтверждено в ходе допроса понятыми.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они стабильны, последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами: а именно, с протоколами осмотров мест происшествия, предметов, заключениями экспертиз и иными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности вышеуказанных лиц в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний лиц, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что свидетели оговаривают подсудимых ФИО1 и ФИО2, по делу не установлено.

Вместе с тем, суд критически относится к показаниям, данным в судебном заседании, свидетеля С.Д.А. о том, что в его присутствии ФИО2 и ФИО1 ничего не перемешивали, ФИО1 ему наркотик не передавал, наркотик взял самостоятельно со стола, свидетеля М.К.Н. о том, что не видел как ФИО1 и ФИО2 подмешивали муку в наркотическое средство, упаковывали наркотик, не приносил им муку, поскольку находился в другой комнате, ФИО2 не знал, что он является несовершеннолетним, а также о том, что ФИО2 наркотическое средство ему не передавал, поскольку он сам взял наркотик со стола, и расценивает их как способ помочь подсудимым избежать ответственности за содеянное. Суд отмечает, что С.Д.А. приходится родным братом подсудимому ФИО1, М.К.Н. – приятелем. Данное обстоятельство, по мнению суда, явилось основанием для отрицания свидетелями в суде показаний, данных ими следователю, в той их части, в которой эти показания из ложно понятого чувства родства и товарищества могут навредить подсудимому.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., данные ими в ходе предварительного расследования, поскольку показания несовершеннолетних на момент предварительного расследования свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., получены с соблюдением требований ст. 191 УПК РФ: допросы проведены в присутствии законных представителей, им разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, и указано на необходимость говорить правду. В протоколах допросов С.Д.А. и М.К.Н. имеются подписи всех присутствующих при допросе лиц, замечаний по поводу правильности отражения в протоколах показаний свидетелей не поступило. Кроме того, в судебном заседании свидетели С.Д.А. и М.К.Н. поясняли, что протокол ими был прочитан.

Также в судебном заседании допрашивалась следователь Ч.М.В., которая пояснила, что в её производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. В ходе предварительного расследования ею допрошены в качестве свидетелей несовершеннолетние С.Д.А. и М.К.Н. Допросы свидетелей проходили в присутствии законных представителей. Свидетели в свободной форме рассказывали об обстоятельствах произошедших событий. В протоколах следственных действий вся информация фиксировалась со слов допрашиваемых лиц. По окончании следственных действий все участвующие лица знакомились с протоколом допроса путём его прочтения, и расписывались в протоколе. Замечаний ни от кого не поступало. Впоследующем свои показания свидетели подтвердили в ходе проведения очных ставок с обвиняемыми.

Из показаний свидетеля С.О.А., данных ею в судебном заседании, следует, что она присутствовала при допросе следователем С.Д.А. Никакого давления во время допроса со стороны следователя не оказывалось. По окончании допроса прочитала протокол, подписала его, замечаний не вносила. Из показаний свидетеля М.М.В. следует, что во время проведения допроса сына М.К.Н., в том числе на очных ставках, давления на сына не оказывалось, показания он давал в свободном рассказе, а также отвечал на вопросы следователя

Указанные выше показания подсудимых и свидетелей находятся в логической взаимосвязи между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами по делу: протоколами осмотров мест происшествия, в ходе которых изъяты пакетики с наркотическим средствами, установлено место происшествия, где подсудимые расфасовали, частично похитив наркотическое средство, принадлежащее Ш.Д.В., изъяты весы, приспособления для потребления наркотического средства; заключениями экспертов о виде и массе изъятых по делу веществ – являющихся смесью (препаратом), содержащей в своём составе производное наркотического средства N- метилэфедрона, протоколом осмотра предметов и другими доказательствами.

Оценивая показания свидетеля Н.Н.С., данные ею в ходе предварительного расследования, суд находит их допустимым доказательством, поскольку даны они с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением перед началом допроса права отказаться свидетельствовать против себя, своего супруга, других близких родственников.

Кроме того, постановлением следователя СО по г. Новотроицк СУ СК РФ по Оренбургской области от 3 сентября 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту оказания давления со стороны должностных лиц МУ МВД России «Орское» К.Ю.А., К.Р.И., Ч.М.В., предусмотренных ст.ст. 285, 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях последних (т. 6 л.д. 119-123).

Суд признает указанное постановление законным, поскольку из материалов проверки следует, что доводы Н.Н.С. об оказании на нее психологического давления с целью дачи показаний, в том числе изобличающих ФИО2, подтверждения не нашли. Не подтвердились эти доводы и в ходе судебного следствия.

Судебно-химические экспертизы по исследованию изъятых веществ, назначены и проведены в соответствии с требованиями закона, оснований сомневаться в обоснованности и объективности выводов экспертиз не имеется. Как видно из представленных материалов дела, экспертизы, назначены следователем в установленном законом порядке, проведены в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2011 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и ст. 195, 196, 198, 204 УПК РФ квалифицированными специалистами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения экспертов надлежаще оформлены, выводы экспертов подробно и научно мотивированы в исследовательской части заключений, убедительные аргументы, приведенные экспертами в обоснование выводов, не дают оснований ставить их под сомнение.

При решении вопроса о размере наркотических средств, являющихся смесью (препаратом), содержащей в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, суд руководствуется Постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей ст.ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ», содержащим списки наркотических средств, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ (список I) либо ограничен (список II), или допускает исключение некоторых мер контроля (список III).

Согласно данному постановлению смесь (препарат), содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона включен в список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами (список I).

В соответствии с приведенными положениями нормативного акта, по преступлениям, предусмотренным п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ размер наркотического средства N-метилэфедрон относится к крупному, поскольку превышает 1 гр., но менее 200 гр.

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО1 и ФИО2, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя.

Факт совершения ФИО1 и ФИО2 хищения наркотического средства, в крупном размере, а также незаконного сбыта наркотических средств, в крупном размере, несовершеннолетним группой лиц по предварительному сговору нашёл своё подтверждение в судебном заседании.

Суд критически относится к версиям ФИО2 относительно отсутствия предварительного сговора с ФИО1 на хищение наркотического средства, принадлежащего Ш.Д.В., и на сбыт наркотического средства несовершеннолетним, так как после получения от ФИО1 наркотического средства сразу ушёл из квартиры М.К.Н. и не знает, что происходило в квартире; о том, что наркотическое средство М.К.Н. не передавал, не знал, что последний является несовершеннолетним, поскольку данные утверждения не нашли своего объективного подтверждения и опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, в связи с чем являются способом защиты ФИО2 с целью смягчения ответственности за содеянное.

По смыслу закона ответственность за хищение наркотических средств наступает в случаях противоправного их изъятия у лица, владеющего ими законного или незаконно.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в нём участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления, то есть такие лица должны совместно умышленно непосредственно участвовать в совершении преступления.

Судом достоверно установлено, что ФИО2 и ФИО1 заранее договорились о хищении наркотика у Ш.Д.В., что подтверждают категоричные показания ФИО1 о том, что сообщал ФИО2 о своих планах забрать часть наркотика, принадлежащего Ш.Д.В., обещал отсыпать часть похищенного в качестве вознаграждения, на что ФИО2 согласился, а также последний не возражал отсыпать наркотика в большем размере, а также показания М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В., о том, что отсыпая наркотик, ФИО1 и ФИО2 действовали совместно, слаженно, помогая друг другу, имея цель получение денежного дохода и возможность безвозмездного получения наркотического средства для личного потребления. Тот факт, что наркотическое средство было похищено в квартире у М.К.Н., а весы изъяты в квартире ФИО2, не опровергает доводов обвинения о самом факте хищения наркотического средства, поскольку из вышеприведенных показаний свидетелей, ФИО1, а также самого ФИО2 следует, что наркотик похищался именно в квартире М.К.Н.

Исследованными в судебном заседании доказательствами достоверно установлено, что ФИО1 и ФИО2 совместно распорядились похищенным наркотиком, часть взяв себе, часть отдав (реализовав) С.Д.А., Ч.Д.В., М.К.Н. Так из показаний свидетеля Ч.Д.В. следует, что часть из отсыпанного наркотика ФИО1 дал ФИО2, а оставшуюся часть поделил и передал, в том числе ему и С.Д.А. Свидетель С.Д.А. показал, что похищенную часть наркотика ФИО1 и ФИО2 разделили между ними и раздали, а часть оставили себе. При этом ему (С.Д.А.) наркотик дал ФИО1 Кроме того, и ФИО1 и ФИО2 знали о том, что он является несовершеннолетним. При этом вопреки доводам ФИО2, свидетель М.К.Н. утверждал, что наркотическое средство ему в руки дал ФИО2, и последний знал, что М.К.Н. является несовершеннолетним Противоречия, имевшиеся в показаниях М.К.Н. были устранены в судебном заседании, путём допроса свидетеля и оглашения его показаний, данных на предварительном следствии.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 настаивал на том, что обнаруженное при нём 11 февраля 2019 года и изъятое наркотическое средством в трёх свёртках хранил для личного потребления. К данным показаниям суд относится критически, поскольку они не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий и расценивает его как способ защиты с целью смягчить ответственность за содеянное

Так, по факту покушения ФИО1 на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере, судом установлено, что подсудимые незаконно приобрели наркотические средства, похитив их у Ш.Д.В., расфасовали, при этом часть от общей массы реализовали, а оставшуюся часть, в том числе ФИО1 хранил при себе, тем самым совершил действия, направленные на последующую реализацию наркотического средства, и составляющие часть объективной стороны сбыта. Вместе с тем, по не зависящим от ФИО1 обстоятельствам не передал всю массу указанных средств приобретателям, поскольку был задержан сотрудниками полиции, то есть совершил общественно-опасное деяние, подпадающее под признаки преступления, связанного с покушением на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере.

При таких обстоятельствах, доводы подсудимого ФИО1 и его защитника о том, что наркотические средства, выданные ФИО1 11 февраля 2019 года в трёх пакетиках, хранились им для личного употребления, опровергаются фактами предшествующего сбыта им наркотических средств свидетелям Ч.Д.В., С.Д.А., количеством изъятого наркотического средства в расфасованном виде, а также признательными показаниями самого ФИО1, данными в ходе предварительного следствия.

Суд квалифицирует действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, как хищение наркотического средства, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, и по п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, в отношении несовершеннолетнего, в крупном размере.

Квалифицирующий признак «по предварительному сговору, группой лиц» нашёл своё подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Квалифицирующий признак «в крупном размере» также обоснованно вменён, что соответствует Постановлению Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ».

Квалифицирующий признак незаконного сбыта лицом, достигшим совершеннолетнего возраста, в отношении несовершеннолетних С.Д.А. и М.К.Н., также нашёл своё полное подтверждение исследованными судом доказательствами - показаниями свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., свидетельствующими о том, что ФИО1 являлся родным братом С.Д.А., приятелем которого был М.К.Н., они учились в техникуме на одном курсе, в связи с чем подсудимый ФИО1 достоверно знал о возрасте указанных лиц. ФИО2 также было известно о том, что С.Д.А. и М.К.Н. являются несовершеннолетними, поскольку это было очевидно, кроме того С.Д.А. на вопрос подсудимого ответил, что ему 16 лет, в ходе разговора пояснял, что закончил школу, учится на первом курсе колледжа.

Оснований для оправдания ФИО2 в совершении инкриминируемых преступлений, на чём настаивает подсудимый и сторона защиты, не имеется.

Также суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, в крупном размере.

Квалифицирующий признак «в крупном размере» нашёл своё подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Доводы подсудимого ФИО1 и стороны защиты о переквалификации действий ФИО1 по данному преступлению на ч. 2 ст. 228 УК РФ отклоняются судом как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании.

По преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Позиция подсудимого ФИО2 о его невиновности в инкриминируемом преступлении, высказанная в судебном заседании, опровергается совокупностью доказательств, исследованных судом в судебном заседании.

Показаниями свидетеля под псевдонимом П.А.С., данными им в судебном заседании, из которых следует, что на протяжении длительного времени, около 10 лет, знает подсудимого ФИО2 Также ему известно, что последний занимался распространением наркотических средств. Также ему был известен абонентский номер подсудимого. В январе 2019 года ФИО2 позвонил ему с предложением в случае необходимости приобретения наркотического средства. Пояснил, что неоднократно приобретал у ФИО2 наркотическое средство, которое в кругу наркозависимых лиц называется «соль» или «ск». Пояснил, что они созванивались по телефону и договаривались о приобретении наркотика. На тот период времени он (свидетель) употреблял наркотик 1 раз в день либо 1 раз в 2 дня. За наркотическим средством приезжал в г. Новотроицк и приобретал у ФИО2 0,5 гр. за 1300 рублей. Наркотическое средство было расфасовано, упаковано в целлофановый пакетик с застёжкой зип лок. Деньги ФИО2 передавал лично из рук в руки. Пояснил, что подсудимый звонил ему либо со своего абонентского номера, либо с номера супруги Н.. ФИО7 с приобретением наркотического средства не было. Показал, что о незаконной деятельности ФИО2 сообщил в правоохранительные органы, было принято решение провести в отношении ФИО2 оперативно-розыскное мероприятие «Проверочная закупка». Он (свидетель) выступал в роли покупателя наркотического средства. Пояснил, что им было написано заявление о сохранении втайне данных о личности, поскольку опасался за свою жизнь и здоровье. В присутствии понятых его досмотрели, ничего запрещённого обнаружено и изъято не было, в том числе и денежных средств. Затем в присутствии понятых ему выдали денежные средства в сумме 1200 рублей для приобретения наркотического средства. Затем созвонился с ФИО2 и договорился о встрече, пояснив, что звонит насчёт ранее поступившего от него предложения. Также попросил ФИО2, сославшись на плохое самочувствие («ломки»), приехать в г. Орск. Тот согласился. Встретиться договорились в районе остановки общественного транспорта «ул. Тагильская» в г. Орске. О состоявшемся разговоре он сообщил сотрудникам полиции. Впоследствии, встретившись с ФИО2, передал последнему денежные средства в сумме 1200 рублей, купюрами 1000 рублей и 2 купюры по 100 рублей, а подсудимый передал ему пакетик с застёжкой зип лок. Затем ФИО2 задержали сотрудники полиции, а он (свидетель) сделал вид, что убегает от сотрудников, а сам направился в другой служебный автомобиль. После чего, сотрудники отвезли его в отдел полиции, где он в присутствии понятых добровольно выдал свёрток с наркотиком, пояснив, что купил наркотик за 1200 рублей у ФИО2 Свидетель в судебном заседании пояснил, что неприязненные отношения к ФИО2 не испытывает, оснований для оговора не имеет. В оперативно-розыскном мероприятии участие принимал добровольно.

Показаниями свидетелей Н.Д.Н. и С.К.С., данными ими в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что принимали участие в качестве понятых 11 февраля 2019 года при проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка». В их присутствии был проведён личный досмотр покупателя наркотического средства, личность которого была засекречена и ему присвоен псевдоним П.А.С. В ходе личного досмотра при П.А.С. ничего запрещённого обнаружено и изъято не было, в том числе при нём не имелось денежных средств. Затем сотрудниками правоохранительных органов П.А.С. были выданы денежные средства в сумме 1200 рублей, номера, серии и номинал которых были внесены в акт выдачи. При них П.А.С. звонил ФИО2, договорился о встрече по поводу приобретения наркотического средства. Также П.А.С. сообщил место встречи, куда последний с сотрудниками полиции направились. Впоследствии в ходе личного досмотра П.А.С. в их присутствии изъят прозрачный полимерный пакетик с застёжкой зип лок с порошкообразным веществом, упакован и опечатан. Также в их (понятых) присутствии досмотрен ФИО2, а затем П.А.В. Перед началом досмотра последним разъяснялись процессуальные права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ. У П.А.В. изъяли денежные средства купюрами номиналом 500 рублей в количестве 1 штука и 100 рублей в количестве 2 штук. Купюры номиналом 100 рублей были изъяты, упакованы и опечатаны (т. 4 л.д. 49-51, 45-47).

Показаниями свидетеля Ф.Г.М., данными им в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что принимал участие в качестве понятого 11 февраля 2019 года при проведении личного досмотра ФИО2 перед проведением оперативного мероприятия ФИО2 разъяснены процессуальные права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ. После чего на вопрос о наличии запрещённых, в том числе наркотических средств, ФИО2 пояснил, что при нём имеется наркотик, а также денежные средства номиналом 1000 рублей. Все обнаруженное в ходе осмотра изъято, упаковано и опечатано, скреплено подписями. По окончании осмотра составлен протокол, с текстом которого он ознакомился и расписался. Никаких противозаконных действий в отношении ФИО2 сотрудники правоохранительных органов не совершали (т. 4 л.д. 56-57).

Показаниями свидетеля Н.Е.О., данными ею как в ходе судебного заседания, так данными в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, содержание которых изложено выше.

Помимо приведённых показаний вина подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- имеющимися в материалах уголовного дела легализованными в установленном законом порядке материалами оперативно-розыскной деятельности. Полученные в ходе оперативно-розыскной деятельности доказательства проверены следственным путём и соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом РФ (т. 1 л.д. 57, 63-64, 65-66, 70-71).

Деятельность сотрудников полиции МУ МВД России «Орское» полностью соответствует требованиям, предъявляемым Федеральным законом РФ «Об оперативно-розыскной деятельности»;

- справкой об исследовании № 5и/2-95 от 11 февраля 2019 года, согласно которой вещество, добровольно выданное 11 февраля 2019 года П.А.С. в ходе личного досмотра, содержит в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,36 гр. (т. 1 л.д. 73);

- заключением эксперта № 5э/2-188 от 27 февраля 2019 года, согласно которому вещество, добровольно выданное 11 февраля 2019 года П.А.С. в ходе личного досмотра, содержит в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой (с учётом затрат на исследование) – 0,34 гр. (т. 2 л.д. 160-162);

- протоколом личного досмотра от 11 февраля 2019 года, согласно которому в ходе досмотра П.А.В., у последнего из правого заднего кармана джинсовых брюк изъяты денежные средства номиналом 100 рублей в количестве двух штук, серией и номерами: гБ 8628650; еЕ 1476428. участвующий при досмотре П.А.В. пояснил, что указанными денежными средствами с ним расплатился пассажир за услуги такси, которого он высадил у <адрес>. Обнаруженное изъято и упаковано (т. 1 л.д. 85);

- протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, согласно которому осмотрено помещение магазина «Строительный Бум», расположенного по адресу: <...> а, в ходе которого у ФИО2 изъяты и упакованы: один полимерный свёрток с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом, денежные средства одной купюрой номиналом 1000 рублей, сотовый телефон (т. 1 л.д. 78);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 10 апреля 2019 года, согласно которому, в том числе осмотрены: добровольно выданные 11 февраля 2019 года в ходе личного досмотра П.А.С. вещество и полимерный пакетик с застёжкой зип лок; изъятые в ходе осмотра места происшествия 11 февраля 2019 года денежные средства купюрой номиналом 1000 рублей. Купюра осмотрена, установлено, что номинал, серия и номер совпадают с данными купюры, выданной П.А.С. 11 февраля 2019 года для приобретения в рамках оперативно-розыскного мероприятия наркотического средства у ФИО2; изъятые 11 февраля 2019 года денежные средства в ходе личного досмотра П.А.В. Купюры осмотрены, установлено, что номинал, серии и номера совпадают с данными купюр, которые были выданы П.А.С. 11 февраля 2019 года для приобретения в рамках оперативно-розыскного мероприятия наркотического средства у ФИО2, которые признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 21-36, 37-39);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 12 апреля 2019 года, согласно которому осмотрена детализация телефонных соединений абонентского номера: №, зарегистрированного на ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Осмотром установлено, что ФИО2 10 и 11 февраля 2019 года связывался с П.А.С. по номеру телефона № <***> раз, в том числе посредством обмена простыми смс-сообщениями, из которых 9 раз были исходящий вызов или смс-сообщение, что подтверждает показания свидетеля под псевдонимом П.А.С. о том, что инициатива о продаже наркотических средств исходила изначально от ФИО2, о чём свидетельствует и то, что исходящих смс-сообщений и звонков с номера ФИО2 на номер П.А.С. больше, чем поступивших от него на номер ФИО2 и по длительности разговоров дольше. Телефон с указанным абонентским номером 11 февраля 2019 года был изъят у ФИО2 при задержании в ходе проведения осмотра. CD-R диск с детализацией телефонных соединений признан и приобщён к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 4 л.д.62-63, 64-65);

- заключением эксперта № 5э/2-189 от 28 февраля 2019 года, согласно которому вещество, изъятое 11 февраля 2019 года в <адрес> в <адрес> у ФИО2 в ходе осмотра места происшествия содержит в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой (с учётом затрат на исследование) – 1,36 гр. (т. 2 л.д.151-153).

При постановлении приговора суд берёт за основу показания свидетеля под псевдонимом П.А.С. о том, что он неоднократно приобретал у ФИО2 наркотические средства, а также об обстоятельствах участия свидетеля в проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» в отношении ФИО2 и приобретения у него 11 февраля 2019 года наркотического средства; показаниями свидетеля Н.Д.Н. об обстоятельствах проведения в отношении ФИО2 оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» с участием лица под псевдонимом П.А.С.; показаниями свидетеля Ф.Г.М. об обстоятельствах проведения личного досмотра ФИО2 и изъятия, в том числе денежных средств купюрой номиналом 1000 рублей; показаниями свидетеля Н.Н.С. о том, что совместно с ФИО2 употребляла наркотические средства, которыми угощал подсудимый.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они стабильны, последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами: а именно, с постановлением о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка»; протоколами осмотров места происшествия, предметов (документов); протоколом личного досмотра, заключениями экспертов и иными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности вышеуказанных лиц в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний лиц, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что свидетели оговаривают подсудимого ФИО2, по делу не установлено.

Суд отмечает, что протоколы осмотров места происшествия, личных досмотров составлены в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ, каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальных документах. При осмотре места происшествия участвовали понятые, кроме того, по решению следователя, проводилось фотографирование. При этом каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальных документах, а также подтверждено в ходе допроса понятыми.

Факт передачи наркотического средства ФИО2 свидетелю под псевдонимом П.А.С., вопреки доводам стороны защиты, подтверждается как категоричными показаниями свидетеля под псевдонимом П.А.С., так и материалами оперативно-розыскной деятельности, в частности, протоколом личного досмотра П.А.С. после встречи с ФИО2, в ходе которого П.А.С. добровольно выдал пакетик с наркотическим средством, пояснив, что приобрёл его у ФИО2 за 1200 рублей.

Судом отклоняются доводы стороны защиты о том, что к показаниям свидетеля под псевдонимом П.А.С. необходимо отнестись критически и учесть, что он употребляет наркотические средства, как несостоятельные, поскольку свидетель давал стабильные, подробные показания об обстоятельствах, ставших ему известными. Образ жизни свидетеля не ставит под сомнение правдивость его слов, поскольку его показания находятся в логической взаимосвязи с показаниями других свидетелей и иными доказательствами по делу.

Утверждения подсудимого ФИО2 и его защитника о незаконности проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» суд находит несостоятельными. Так, судом установлено, что оперативно-розыскное мероприятие, в ходе которого выявлен факт противоправной деятельности ФИО2, проведено в соответствии с требованиями Федерального закона РФ от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Основанием для проведения оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка» в отношении ФИО2 послужила имеющаяся оперативная информация о его причастности к незаконному обороту наркотических средств, что подтверждается, в том числе, показаниями свидетеля под псевдонимом П.А.С., свидетеля Н.Н.С., подсудимого ФИО1, показания которых признаны судом относимыми и допустимыми.

Вопреки доводам подсудимого ФИО2, каких-либо провокационных действий со стороны сотрудников полиции и свидетеля под псевдонимом П.А.С. в отношении ФИО2 совершено не было. Анализ исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о том, что умысел на совершение незаконного сбыта наркотических средств сформировался у ФИО2 самостоятельно, независимо от действий лица, принимавшего участие в оперативно-розыскном мероприятии, а также действий сотрудников правоохранительных органов.

При таких обстоятельствах, при проведении оперативно-розыскного мероприятия, никаких нарушений закона, способных повлечь за собой нарушение чьих-либо прав и законных интересов, не допущено. Объективность показаний свидетеля под псевдонимом П.А.С. подтверждена не только материалами оперативно-розыскных мероприятий, но и показаниями свидетелей - сотрудника полиции, понятого. Сам ФИО2 не отрицает, что 11 февраля 2019 года встречался с П.А.С., чтобы передать ему наркотическое средство.

Суд критически относится к показаниям подсудимого ФИО2, данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования о том, что наркотическое средством свидетелю под псевдонимом П.А.С. не передавал, о намерении совместно употребить со свидетелем наркотическое средство, а также о договорённости про денежные средства в сумме 200 рублей, в качестве оплаты за такси, поскольку они не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий и расценивает его как способ защиты с целью смягчить ответственность за содеянное.

Оценивая показания свидетеля Н.Н.С., данные ею в ходе предварительного расследования, суд находит их допустимым доказательством, поскольку даны они с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением перед началом допроса права отказаться свидетельствовать против себя, своего супруга, других близких родственников.

Кроме того, постановлением следователя СО по г. Новотроицк СУ СК РФ по Оренбургской области от 3 сентября 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту оказания давления со стороны должностных лиц МУ МВД России «Орское» К.Ю.А., К.Р.И., Ч.М.В., предусмотренных ст.ст. 2285, 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях последних (т. 6 л.д. 119-123).

Суд признает указанное постановление законным, поскольку из материалов проверки следует, что доводы Н.Н.С. об оказании на нее психологического давления с целью дачи показаний, в том числе изобличающих ФИО2, подтверждения не нашли. Не подтвердились эти доводы и в ходе судебного следствия.

Судебно-химические экспертизы по исследованию изъятых веществ, назначены и проведены в соответствии с требованиями закона, оснований сомневаться в обоснованности и объективности выводов экспертиз не имеется. Как видно из представленных материалов дела, экспертизы, назначены следователем в установленном законом порядке, проведены в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2011 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и ст. 195, 196, 198, 204 УПК РФ квалифицированными специалистами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, которые, вопреки доводам подсудимого ФИО2 и его защитника, выполнены в качестве отдельных процессуальных документов (т. 2 л.д. 151, 160). Заключения экспертов надлежаще оформлены, выводы экспертов подробно и научно мотивированы в исследовательской части заключений, убедительные аргументы, приведенные экспертами в обоснование выводов, не дают оснований ставить их под сомнение. Таким образом, оснований для признания заключений экспертов № 5э/2-188 и 5э/2-189 от 27 февраля 2019 года недопустимыми доказательствами в соответствии со ст. 75 УПК РФ, не имеется.

При решении вопроса о размере наркотических средств, являющихся смесью (препаратом), содержащей в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, суд руководствуется Постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей ст.ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ», содержащим списки наркотических средств, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ (список I) либо ограничен (список II), или допускает исключение некоторых мер контроля (список III).

Согласно данному постановлению смесь (препарат), содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона включен в список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами (список I).

В соответствии с приведенными положениями нормативного акта размер наркотического средства N-метилэфедрон относится к значительному.

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО2, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя.

По смыслу закона, незаконный сбыт следует считать оконченным преступлением с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю указанных средств, независимо от их фактического получения приобретателем.

Судом установлено, что по факту сбыта ФИО2 наркотического средства свидетелю под псевдонимом П.А.С. выполнены все необходимые действия по передаче наркотика приобретателю, в связи с чем в действиях подсудимого ФИО2 по данному преступлению содержится оконченный состав.

Суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, как незаконный сбыт наркотического средства, в значительном размере.

Оснований для оправдания ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления, на чём настаивает подсудимый и сторона защиты, не имеется.

По преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30,

п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Позиция подсудимого ФИО2 о том, что изъятое 11 февраля 2019 года при его задержании наркотическое средство он хранил для личного употребления, об отсутствии умысла на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере, высказанная в судебном заседании, опровергается совокупностью доказательств, исследованных судом в судебном заседании.

Показаниями свидетелей под псевдонимом П.А.С., данными им в ходе судебного заседания, Ф.Г.М. и Н.Н.С., данными в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, содержание которых изложено выше.

Помимо приведённых показаний вина подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- имеющимися в материалах уголовного дела легализованными в установленном законом порядке материалами оперативно-розыскной деятельности. Полученные в ходе оперативно-розыскной деятельности доказательства проверены следственным путём и соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом РФ (т. 1 л.д. 57, 63-64, 65-66, 70-71).

Деятельность сотрудников полиции МУ МВД России «Орское» полностью соответствует требованиям, предъявляемым Федеральным законом РФ «Об оперативно-розыскной деятельности»;

- протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, согласно которому осмотрено помещение магазина «Строительный Бум», расположенного по адресу: <...> а, в ходе которого у ФИО2 изъяты и упакованы: один полимерный свёрток с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом, денежные средства одной купюрой номиналом 1000 рублей, сотовый телефон (т. 1 л.д. 78);

- справкой об исследовании № 5и/2-94 от 11 февраля 2019 года, согласно которой, вещество, изъятое 11 февраля 2019 года в <адрес> у ФИО2 в ходе осмотра места происшествия содержит в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 1,38 гр. (т. 1 л.д. 80);

- заключением эксперта № 5э/2-189 от 28 февраля 2019 года, согласно которому вещество, изъятое 11 февраля 2019 года в <адрес> у ФИО2 в ходе осмотра места происшествия содержит в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой (с учётом затрат на исследование) – 1,36 гр. (т. 2 л.д.151-153);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 10 апреля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому, в том числе осмотрены изъятые в ходе личного досмотра ФИО2 11 февраля 2019 года вещество и полимерный пакетик с застёжкой зип лок, которые признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 1-12, 13-18).

Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришёл к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, согласуются между собой, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по делу необходимое и достаточное количество.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания подсудимых ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе предварительного расследования. Так из показаний подсудимого ФИО1 следует, что 20 гр., причитающиеся для ФИО2, и являющееся его долей с похищенного им и ФИО2 наркотика, он (ФИО1) передал ФИО2 9 февраля 2019 года, отдал частями в течение одного дня, потому что ФИО2 боялся нести до дома сразу крупную партию наркотика. Из показаний подсудимого ФИО2 следует, что 9 февраля 2019 года приобрёл у ФИО1 наркотическое средство, которое употребил дома. 10 февраля 2019 года ФИО1 дал ему два свёртка с наркотиком по 5 гр. каждый на временное хранение, которые он хранил у себя дома до дальнейших указаний со стороны ФИО1 Кроме того, наркотик, который он отдал П.А.С., был из той массы, что он купил у ФИО1 9 февраля 2019 года.

Данные показания подсудимых ФИО1 и ФИО2 согласуются с показаниями свидетеля под псевдонимом П.А.С., из которых следует, что ему известно о том, что ФИО2 занимался распространением наркотических средств, неоднократно приобретал у подсудимого наркотическое средство известное в кругу наркозависимых лиц как «соль» или «ск». За наркотическим средством приезжал в г. Новотроицк, деньги подсудимому передавал лично из руки в руки. Наркотическое средство было расфасовано в целлофановый пакетик с застёжкой зип лок. Впоследствии о незаконной деятельности ФИО2 сообщил в правоохранительные органы; показаниями свидетеля Ф.Г.М. об обстоятельствах личного досмотра ФИО2 11 февраля 2019 года и изъятия, в том числе одного полимерного свёртка с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом; показаниями свидетеля Н.Н.С., из которых следует, что совместно с ФИО2 употребляла наркотическое средство, которым угощал подсудимый, самостоятельно наркотик не приобретала.

Суд отмечает, что допросы ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемых и обвиняемых проведены и оформлены с соблюдением требований закона, в том числе с разъяснением им процессуальных прав, положений ст. 51 Конституции РФ и с предупреждением о возможности использования их показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. Из исследованных материалов уголовного дела усматривается, что при допросах ФИО1 и ФИО2 как в качестве подозреваемых, так и в качестве обвиняемых присутствовали защитники, в деле находятся их ордера, они подписывали протоколы следственных действий, проведённых с их участием, замечаний по поводу соответствия протоколов действительному ходу следственных действий не отразили, о каком-либо незаконном воздействии и о самооговоре не заявляли. Права обвиняемых на защиту были обеспечены реально. Таким образом, показания подозреваемых и обвиняемых ФИО1 и ФИО2 являются допустимыми доказательствами.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность и правдивость показаний ФИО1 и ФИО2, полученных при допросе в качестве подозреваемых и обвиняемых на предварительном следствии, поскольку они являются последовательными и не противоречат исследованным в суде доказательствам. ФИО1 и ФИО2 сообщили сведения об обстоятельствах преступлений – мотиве, времени и месте совершения преступлений, способе, а также последовательности своих действий при совершении преступлений, которые ранее не были известны органам предварительного расследования.

Суд отмечает, что протокол осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года составлен в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ, каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протокола от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальном документе. При осмотре места происшествия участвовали понятые. При этом каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протокола от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальном документе, а также подтверждено в ходе допроса понятыми.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они стабильны, последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами: а именно, с протоколами осмотра места происшествия, предметов, личного досмотра, заключением эксперта и иными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности вышеуказанных лиц в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний лиц, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что свидетели оговаривают подсудимого ФИО2, по делу не установлено.

Оценивая показания свидетеля Н.Н.С., данные ею в ходе предварительного расследования, суд находит их допустимым доказательством, поскольку даны они с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением перед началом допроса права отказаться свидетельствовать против себя, своего супруга, других близких родственников.

Кроме того, постановлением следователя СО по г. Новотроицк СУ СК РФ по Оренбургской области от 3 сентября 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту оказания давления со стороны должностных лиц МУ МВД России «Орское» К.Ю.А., К.Р.И., Ч.М.В., предусмотренных ст.ст. 2285, 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях последних (т. 6 л.д. 119-123).

Суд признает указанное постановление законным, поскольку из материалов проверки следует, что доводы Н.Н.С. об оказании на нее психологического давления с целью дачи показаний, в том числе изобличающих ФИО2, подтверждения не нашли. Не подтвердились эти доводы и в ходе судебного следствия.

Судебно-химическая экспертиза по исследованию изъятого вещества, назначена и проведена в соответствии с требованиями закона, оснований сомневаться в обоснованности и объективности выводов эксперта не имеется. Как видно из представленных материалов дела, экспертиза, назначена следователем в установленном законом порядке, проведена в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2011 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и ст. 195, 196, 198, 204 УПК РФ квалифицированным специалистом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта надлежаще оформлено, выводы эксперта подробно и научно мотивированы в исследовательской части заключения, убедительные аргументы, приведенные экспертом в обоснование выводов, не дают оснований ставить её под сомнение.

Судом отклоняются доводы стороны защиты о том, что к показаниям свидетеля под псевдонимом П.А.С. необходимо отнестись критически и учесть, что он употребляет наркотические средства, как несостоятельные, поскольку свидетель давал стабильные, подробные показания об обстоятельствах, ставших ему известными. Образ жизни свидетеля не ставит под сомнение правдивость его слов, поскольку его показания находятся в логической взаимосвязи с показаниями других свидетелей и иными доказательствами по делу.

При решении вопроса о размере наркотического средства, являющего смесью (препаратом), содержащей в своем составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, суд руководствуется Постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей ст.ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ», содержащим списки наркотических средств, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами РФ (список I) либо ограничен (список II), или допускает исключение некоторых мер контроля (список III).

Согласно данному постановлению смесь (препарат), содержащей в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона включен в список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством РФ и международными договорами (список I).

В соответствии с приведенными положениями нормативного акта, по данному преступлению размер наркотического средства N-метилэфедрон относится к крупному, поскольку превышает 1 гр., но менее 200 гр.

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО2, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 настаивал на том, что обнаруженное при нём 11 февраля 2019 года и изъятое наркотическое средством хранил для личного потребления. К данным показаниям суд относится критически, поскольку они не соответствуют установленной судом объективной картине произошедших событий и расценивает его как способ защиты с целью смягчить ответственность за содеянное

По факту покушения ФИО2 на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере, судом установлено, что подсудимые незаконно приобрели наркотические средства, похитив их у Ш.Д.В., расфасовали, при этом часть от общей массы реализовали М.К.Н., Ч.Д.В., С.Д.А., и а ФИО2 также ещё и свидетелю под псевдонимом П.А.С., а оставшуюся часть, в том числе ФИО2 хранил при себе, тем самым совершил действия, направленные на последующую реализацию наркотического средства, и составляющие часть объективной стороны сбыта. Вместе с тем, по не зависящим от ФИО2 обстоятельствам не передал всю массу указанных средств приобретателям, поскольку был задержан сотрудниками полиции, то есть совершил общественно-опасное деяние, подпадающее под признаки преступления, связанного с покушением на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере.

При таких обстоятельствах, доводы подсудимого ФИО2 и его защитника о том, что наркотическое средство, выданное ФИО2 11 февраля 2019 года, хранилось им для личного употребления, опровергаются фактами предшествующего сбыта им наркотических средств свидетелям М.К.Н., свидетелю под псевдонимом П.А.С., количеством изъятого наркотического средства в расфасованном виде.

Доводы подсудимого ФИО2 о добровольной выдаче наркотического средства являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании закона. Так, по смыслу закона добровольная сдача наркотических средств означает выдачу лицом таких средств, веществ или растений представителям власти при наличии у этого лица реальной возможности распорядиться ими иным способом. ФИО2 не имел реальной возможности распорядиться наркотическим средством иным способом, поскольку сообщил сотрудникам правоохранительных органов о наличии у него наркотического средства непосредственно перед осмотром места происшествия, его действия в этой части носили вынужденный характер, то есть были реализованы в условиях очевидности в сложившейся ситуации факта безусловного обнаружения наркотического средства. Следовательно, ФИО2 был лишен возможности скрыть от сотрудников правоохранительных органов наличие у него наркотического средства, что исключает возможность признания его действий как добровольную выдачу наркотических средств.

Доводы стороны защиты и версия подсудимого ФИО2, высказанная в судебном заседании о том, что наркотические средства выданное свидетелем под псевдонимом П.А.С. и изъятое у него (ФИО2) являются разными наркотиками, опровергаются показаниями самого подсудимого, данными им в ходе предварительного расследования, о том, что наркотик, который он (ФИО2) отдел П.А.С. был из той массы, которую он купил 9 февраля 2019 года у ФИО1

Суд квалифицирует действия ФИО2 по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, в крупном размере.

Квалифицирующий признак «в крупном размере» нашёл своё подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Доводы подсудимого ФИО2 и стороны защиты о переквалификации действий ФИО2 по данному преступлению на ч. 2 ст. 228 УК РФ отклоняются судом как не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании.

По преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ

Позиция подсудимого ФИО2 о его невиновности в инкриминируемом преступлении, высказанная в судебном заседании, опровергается совокупностью доказательств, исследованных судом в судебном заседании.

Показаниями свидетеля С.Д.А., данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует в первый раз наркотик попробовал 6 или 7 февраля 2019 года, употребив наркотик, известный на жаргонном языке как «соль». Ранее ни указанный наркотик «соль», ни какой-либо иной вид наркотика не пробовал. Желание у него возникло ввиду того, что ФИО2 очень подробно рассказывал ему, какие ощущения возникают после употребления наркотика «соли», по его (ФИО2) словам, это совсем другие ощущения, разговариваешь по-другому, испытываешь другие эмоции, у тебя появляется веселье, расслабленность, забываешь о проблемах и на весь мир смотришь другими глазами, в более радужном свете. Ему стал интересен рассказ ФИО2 об ощущениях, которые испытываешь после употребления наркотика «соли», и он тоже решил попробовать его действие на себе. Он попросил у ФИО1 угостить его наркотиком, но тот ему отказал, после чего он взял немного принадлежащего ФИО1 наркотика втайне от него и выкурил через обычную сигарету, «забив» наркотик внутрь сигареты. Наркотик в тот день употребил на лестничной площадке в подъезде <адрес>. После употребления наркотика испытал состояние эйфории, захотелось общаться, двигаться. Это состояние длилось примерно минут 20, а потом «отпустило» и он снова стал тем же, что и прежде, активность его убавилась. Пребывать в указанном состоянии ему не очень понравилось, так как, несмотря на всю общительность у него возникло в момент нахождения под воздействием наркотического средства ощущение, будто он не владеет своим телом. После ФИО2 поинтересовался у него, понравились ли ему ощущения после употребления наркотика «соли», на что он ответил, что «нормально», и впоследствии уже не отказывался от употребления предлагаемого ему наркотика «соли» и даже сам один раз для себя заказал наркотик в сети Интернет, который впоследствии был изъят сотрудниками в ходе осмотра квартиры по адресу: <адрес>. Так, употребив наркотик впервые, он начал употреблять наркотик «соль», предоставленный ему ФИО1 из той массы, которую ФИО1 с ФИО2 8 февраля 2019 года похитили у Ш.Д.В. Указанный наркотик употреблял в квартире ФИО2 по адресу: <адрес>, с 8 по 11 февраля 2019 года около 7 раз, пока их не задержали 11 февраля 2019 года. Во время задержания он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика, переданного ему ФИО1 ФИО2 знал, что он несовершеннолетний, поскольку как-то напрямую спросил про его возраст, и он ответил, что ему 16 лет. Кроме того, еще до этого вопроса ФИО2 из разговоров знал, что он недавно закончил школу и учится на первом курсе колледжа, а также, когда надо было купить сигареты, то подсудимые отправляли молодых, но ходил только Ч.Д.В., поскольку ни ему (С.Д.А.), ни М.К.Н. их не продавали из-за несовершеннолетнего возраста, который даже внешне очевиден (т. 3 л.д. 107-111). Данные показания свидетель С.Д.А. подтвердил на очной ставке с ФИО2 (т. 3 л.д. 113-117);

Свидетель в судебном заседании не отрицал, что на момент рассматриваемых событий визуально было видно, что он является несовершеннолетним. Кроме того, у него спрашивали сколько ему лет. Не подтвердил показания о том, что ФИО2 рассказывал об ощущениях испытываемых после употребления наркотика. Показал, что наркотическое средство в квартире ФИО2 лежало на столе, не знает откуда ФИО2 брал наркотики. В тот период, когда ФИО2 и ФИО1 употребляли наркотики, то он находился в квартире ФИО2 Пояснил, что в начале 2019 года первый раз попробовал наркотическое средство. Синтетические наркотики под названием «соль» до того момента, как пришёл в квартиру ФИО2 не употреблял. Также показал, что ФИО2 предлагал употребить наркотики. Просил принять во внимание его показания, данные в судебном заседании.

Показаниями свидетеля С.О.А., данными ею в ходе предварительного расследования, частично оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует С.Д.А. её сын. О том, что С.Д.А. стал употреблять наркотики, узнала 11 февраля 2019 года после его задержания, увидев в состоянии наркотического опьянения. С.Д.А. пояснил, что употребил наркотик в подъезде, после того, как ФИО2 расхвалил наркотик «соль» и предложил употребить с ним за компанию, а он, ввиду своего не умения отказать, чтобы не выглядеть в глазах взрослого мужчины, коим является ФИО2, «не пацаном», «маменькиным сынком», тоже решил попробовать действие наркотика на себе и употребил его. Сказал, что после употребления наркотика ему было интереснее общаться, он начал чувствовать себя увереннее, раскрепощённее. Об образовании зависимости от употребления наркотика сын ей ничего не сказал, но говорил, что после этого первого раза он заказывал наркотик в Интернете (т. 3 л.д.121-123).

В судебном заседании свидетель оглашённые показания не подтвердила. Вместе с тем, после обозрения протокола допроса, показала, что подписи в протоколе её. Охарактеризовала С.Д.А. с положительной стороны, он всегда занимался спортом, сведений об употреблении наркотиков не было.

Показаниями свидетелей М.К.Н., П.Л.Д., данных ими в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, которые были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ, показаниями М.К.Н. в ходе очных ставок с подсудимыми, свидетелей М.М.В., Н.А.Т., С.Г.Ф., данных ими в ходе предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, содержание которых изложено выше.

Помимо приведённых показаний вина подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ, подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- актом медицинского освидетельствования от 11 февраля 2019 года № 396, согласно которому С.Д.А. находился в состоянии опьянения, вызванного употреблением наркотического средства производного N-метилэфедрона (т. 3 л.д. 155);

- характеризующими данными на С.Д.А., согласно которым он не судим, на учётах у врачей нарколога и психиатра не состоит, на профилактическом учёте в ОДНОП № 3 МУ МВД России «Орское» не состоит. Проживает совместно с матерью и братьями в двухкомнатной квартире, состояние которой соответствует нормам, взаимоотношения в семье удовлетворительные. По месту учёбы в ГАПОУ «НПК» характеризуется удовлетворительно, пропусков без уважительных причин не имеет, занимается спортом (т. 3 л.д.124-129).

Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришёл к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, согласуются между собой, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ, по делу необходимое и достаточное количество.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 6 или 7 февраля 2019 года С.Д.А. обратился к нему с просьбой дать ему немного наркотика на пробу, сказал что ФИО2 рассказал ему о приятных ощущениях, вызываемых употреблением наркотика, на что он (ФИО1) ответил отказом. Впоследствии от матери узнал, что часть его наркотика С.Д.А., без его ведома, взял себе и выкурил. Ранее С.Д.А. наркотики вообще не употреблял, занимался спортом.

Данные показания подсудимого ФИО1 согласуются с показаниями свидетеля С.Д.А. об обстоятельствах склонения его ФИО2 к употреблению наркотического вещества, что выразилось в том, что подсудимый подробно рассказывал о тех ощущениях, которые возникают после употребления наркотика, в связи с чем он (С.Д.А.) решил попробовать его действие на себе; свидетеля С.О.А. С.О.А., из которых следует, что именно после разговора с ФИО2 её сын С.Д.А. решил употребить наркотик; свидетеля М.К.Н. о том, что ФИО2 было известно, что он и С.Д.А. являются несовершеннолетними; свидетеля М.М.В. о том, что в её квартире в феврале 2019 года ФИО1 и ФИО2 фасовали наркотическое средство, а также давали несовершеннолетним – её сыну (М.К.Н.), С.Д.А., Ч.Д.В.; свидетелей Н.А.Т., С.Г.Ф., П.Л.Д., принимавших участие в качестве понятых при проведении осмотров мест происшествия с участием задержанных молодых людей, которым на вид было лет 16-19.

Суд отмечает, что допросы ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого проведены и оформлены с соблюдением требований закона, в том числе с разъяснением ему процессуальных прав, положений ст. 51 Конституции РФ и с предупреждением о возможности использования его показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. Из исследованных материалов уголовного дела усматривается, что при допросах ФИО1 как в качестве подозреваемого, так и в качестве обвиняемого присутствовал защитник, в деле находится его ордер, он подписывал протоколы следственных действий, проведённых с его участием, замечаний по поводу соответствия протоколов действительному ходу следственных действий не отразил, о каком-либо незаконном воздействии и о самооговоре не заявлял. Право обвиняемого на защиту было обеспечено реально. Таким образом, показания подозреваемого и обвиняемого ФИО1 являются допустимыми доказательствами.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность и правдивость показаний ФИО1, полученных при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого на предварительном следствии, поскольку они являются последовательными и не противоречат исследованным в суде доказательствам.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они стабильны, последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами: а именно, с протоколами осмотра места происшествия, заключением эксперта, актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения и иными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности вышеуказанных лиц в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний лиц, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что свидетели оговаривают подсудимого ФИО2, по делу не установлено.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., данные ими в ходе предварительного расследования, поскольку показания несовершеннолетних на момент предварительного расследования свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., получены с соблюдением требований ст. 191 УПК РФ: допросы проведены в присутствии законных представителей, им разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, и указано на необходимость говорить правду. В протоколах допросов С.Д.А. и М.К.Н. имеются подписи всех присутствующих при допросе лиц, замечаний по поводу правильности отражения в протоколах показаний свидетелей не поступило. Кроме того, в судебном заседании свидетели С.Д.А. и М.К.Н. поясняли, что протокол ими был прочитан.

Также в судебном заседании допрашивалась следователь Ч.М.В., которая пояснила, что в её производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. В ходе предварительного расследования ею допрошены в качестве свидетелей несовершеннолетние С.Д.А. и М.К.Н. Допросы свидетелей проходили в присутствии законных представителей. Свидетели в свободной форме рассказывали об обстоятельствах произошедших событий. В протоколах следственных действий вся информация фиксировалась со слов допрашиваемых лиц. По окончании следственных действий все участвующие лица знакомились с протоколом допроса путём его прочтения, и расписывались в протоколе. Замечаний ни от кого не поступало. Впоследующем свои показания свидетели подтвердили в ходе проведения очных ставок с обвиняемыми.

Из показаний свидетеля С.О.А., данных ею в судебном заседании, следует, что она присутствовала при допросе следователем С.Д.А. Никакого давления во время допроса со стороны следователя не оказывалось. По окончании допроса прочитала протокол, подписала его, замечаний не вносила. Из показаний свидетеля М.М.В. следует, что во время проведения допроса сына М.К.Н., в том числе на очных ставках, давления на сына не оказывалось, показания он давал в свободном рассказе, а также отвечал на вопросы следователя

Суд критически относится к показаниям, данным в судебном заседании, свидетеля С.О.А., в том числе не подтвердившей свои показания, данные в ходе предварительного расследования, и расценивает их как способ помочь подсудимым избежать ответственности за содеянное. Суд отмечает, что С.О.А. приходится матерью подсудимому ФИО1, который находился в приятельских отношениях с подсудимым ФИО2 Данное обстоятельство, по мнению суда, явилось основанием для отрицания свидетелем в суде показаний, данных ею следователю, в той их части, в которой эти показания из ложно понятого чувства родства могут навредить подсудимому.

Суд учитывает, что показания С.Д.А. о склонении его Н.Е.О. к потреблению наркотических средств, подтверждаются совокупность иных доказательств, согласно которым в период с 8 по 11 февраля 2019 года С.Д.А. находился в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, ключи от которой ФИО1 передал ФИО2; 11 февраля 2019 года в 4 подъезде указанного дома был задержан с признаками наркотического опьянения, в ходе его освидетельствования факт наркотического опьянения С.Д.А., вызванного употреблением наркотического средства производного N-метилэфедрона, подтвердился, а в квартире обнаружены и изъяты, в том числе предметы с налётом белого цвета и виде порошка или с налётом нагара.

Как разъяснено в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», склонение к потреблению наркотических средств, (статья 230 УК РФ) может выражаться в любых умышленных действиях, в том числе однократного характера, направленных на возбуждение у другого лица желания их потребления (в уговорах, предложениях, даче совета и т.п.), а также в обмане, психическом или физическом насилии, ограничении свободы и других действиях, совершаемых с целью принуждения к потреблению наркотических средств, лицом, на которое оказывается воздействие. При этом для признания преступления оконченным не требуется, чтобы склоняемое лицо фактически употребило наркотическое средство.

Судом установлено, что подсудимый ФИО2 склонял несовершеннолетнего С.Д.А. к потреблению наркотических средств, зная о его несовершеннолетнем возрасте.

Доводы стороны защиты о том, что свидетель С.Д.А. употребил наркотическое средство до февраля 2019 года со ссылками на показания свидетелей Ч.Д.В., М.К.Н., а также на приговоры, постановленные в отношении С.Д.А., судом отклоняются как несостоятельные, поскольку факты возможного употребления наркотического средства С.Д.А. до рассматриваемого события, то есть до того, как ФИО2 к этого его склонял, правового значения для разрешения данного уголовного дела не имеют, поскольку преступление, предусмотренное ст. 230 УК РФ имеет формальный состав и считается оконченным с начала совершения действий по возбуждению желания у другого лица потребить наркотические средства, психотропные вещества или их аналоги. При этом не имеет значения, вызвали действия виновного желание потребить их или нет, употребило склоняемое лицо эти средства (вещества) или нет, а также впервые употребило это лицо наркотики или ранее имело опыт их потребления.

Кроме того, суд отмечает, что из показаний С.Д.А. следует, что до февраля 2019 года синтетическое наркотическое средство он не употреблял, на учёт к врачу-наркологу поставлен в связи с задержанием 11 февраля 2019 года после употребления наркотических средств в квартире ФИО2, наркотическое средство, за хранение которого он осуждён в 2019 году, употребить не успел.

Оценивая показания подсудимого ФИО2, данные им как в ходе судебного заседания, так и в ходе предварительного расследования, отрицавшего факт склонения несовершеннолетнего С.Д.А. к употреблению наркотического средства N-метилэфедрона, суд относится к ним критически, признаёт их надуманными, направленными на избежание уголовной ответственности за содеянное, и отвергает их, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела и исследованным в судебном заседании доказательствам.

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО2, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя.

Суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ, как склонение к употреблению наркотических средств, совершенное в отношении несовершеннолетнего.

Квалифицирующий признак «совершено в отношении несовершеннолетнего» нашёл своё подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Оснований для оправдания ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления, на чём настаивает подсудимый и сторона защиты, не имеется.

По преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 232 УК РФ.

Позиция подсудимого ФИО2 о его невиновности в инкриминируемом преступлении, высказанная в судебном заседании, опровергается совокупностью доказательств, исследованных судом в судебном заседании.

Показаниями свидетеля Ч.Д.В., данными им в ходе судебного заседания и в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что наркотические средства начал употреблять в конце 2018 года. Иногда оставался ночевать в квартире ФИО2 по адресу: <адрес>. Пояснил, что 8 февраля 2019 года от подсудимых бесплатно получил наркотик, часть которого употребил в квартире ФИО2, расположенной по адресу: <адрес>, а часть впоследствии 11 февраля 2019 года у него была изъята сотрудниками правоохранительных органов при проведении осмотра места происшествия. Во время задержания 11 февраля 2019 года находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика. Начиная с 8 по 11 февраля 2019 года, употреблял наркотики в квартире ФИО2 по вышеуказанному адресу вместе с М.К.Н., С.Д.А. и ФИО1 Пояснил, что иногда приходил ФИО2, который также употреблял наркотик с ними, потом забирал часть наркотика и уходил. О том, что они употребляют в его квартире наркотик, в том числе и в его отсутствие, ФИО2 было известно. Наркотик они употребляли в разных частях квартиры. Он вместе с С.Д.А. употреблял в ванной комнате или возле балкона путём курения. ФИО1, М.К.Н. употребляли наркотик через самодельное приспособление для курения в виде пластиковых бутылок. Помимо курения через сигареты, употреблял данный наркотик иными способами, которым их обучал ФИО2 В общей сложности за 4 дня в <адрес> он употребил наркотическое средство «соль» около 15 раз, находились в квартире и днём и ночью. 11 февраля 2019 года в подъезде при выходе из принадлежащей ФИО2 квартиры его, М.К.Н., С.Д.А., ФИО1 задержали сотрудники полиции. Во время осмотра места происшествия, в присутствии двух понятых, выдал наркотическое средство соль, которое хранил для личного употребления. Также были задержаны ФИО1, С.Д.А., М.К.Н. Всех доставили в наркодиспансер для прохождения медицинского освидетельствования на предмет употребления наркотиков. Пояснил, что ФИО2 специально дал ключи от указанной квартиры ФИО1, чтобы они могли в ней употреблять наркотики, и была возможность отдохнуть, потому что, в квартире М.К.Н. у них такой возможности не было, ввиду того, что тот проживает с матерью, а вышеуказанная квартира ФИО2 пустовала. В квартире после потребления ими наркотика убирал всё ФИО2, выносил мусор, говорил, что не хочет, чтобы супруга узнала о том, что они в указанной квартире употребляют наркотики (т. 2 л.д. 31-35, 39-40, т. 3 л.д.130-133). Данные показания свидетель Ч.Д.В. подтвердил в ходе очной ставки с ФИО2 (т. 3 л.д. 137-140).

Свидетель в судебном заседании в целом подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем он не помнит некоторые обстоятельства произошедшего, на момент допроса следователя помнил лучше, следователю говорил правду.

Показаниями свидетеля С.Д.А., данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, из которых следует, что в первый раз наркотик попробовал 6 или 7 февраля 2019 года, употребив наркотик, известный на жаргонном языке как «соль». После этого стал употреблять наркотики, предоставленные ему ФИО1 Наркотик он, ФИО1, М.К.Н., Ч.Д.В., употребляли в квартире ФИО2 по адресу: <адрес>, ключи от которой именно с целью употребления наркотиков, ФИО1 дал ФИО2 Наркотики употребляли в период с 8 по 11 февраля 2019 года. В общей сложности за 4 дня в данной квартире употребил наркотическое средство «соль» около 7 раз. Кроме того, в указанную квартиру для потребления наркотика приходил и сам ФИО2, который употреблял наркотик внутривенно. Он (С.Д.А.) курил наркотическое средство в ванной комнате или у балкона через сигарету вместе с Ч.Д.В., а М.К.Н. употреблял в зале через приспособление для курения. В квартиру ФИО2 он пришел в первый раз 8 февраля 2019 года и посещал её ежедневно, вплоть до задержания, только ходил домой ночевать, ездил в техникум, и если бы его не задержали, то продолжил бы посещение указанной квартиры и в дальнейшем. В квартире после потребления ими наркотика убирал всё ФИО2, выносил мусор, говорил, что не хочет, чтобы супруга узнала о том, что они в указанной квартире потребляют наркотик. 11 февраля 2019 года их задержали сотрудники полиции, он находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотика. В ходе осмотра места происшествия - квартиры ФИО2 по адресу: <адрес>, был изъят приобретенный им (С.Д.А.) для личного употребления через сеть «Интернет» наркотик «соль», а также приспособления для курения, посредством которых они в период с 8 по 11 февраля 2019 года потребляли наркотик в квартире ФИО2 (т. 3 л.д. 107-111). Данные показания свидетель С.Д.А. подтвердил на очной ставке с ФИО2 (т. 3 л.д. 113-117).

В судебном заседании свидетель С.Д.А. не отрицал, что в период с 8 по 11 февраля 2019 года в квартире Н.Е.О. вместе с ФИО1, М.К.Н., Ч.Д.В., иногда с ФИО2 употребляли наркотик. Показал, что наркотическое средство в свёртках лежало на столе. Ключи от квартиры ФИО1 дал ФИО2

Показаниями свидетеля М.К.Н., данными им в судебном заседании в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что впервые наркотик попробовал в октябре 2018 года и впоследствии начал периодически употреблять наркотические средства в компании К.С., Ш.Д.В., Ч.Д.В. и ФИО1 8 февраля 2019 года от ФИО1 и ФИО2 получил бесплатно наркотик «соль», часть которого употребил в квартире ФИО2, по адресу: <адрес>, предоставленной подсудимым специально для потребления наркотика. В указанной квартире никто не жил и никто её не арендовал, квартира пустовала. Ключи от квартиры ФИО2 дал им сам, передав ФИО1 Наркотик в указанной квартире на протяжении с 8 по 11 февраля 2019 года вместе с Ч.Д.В., ФИО1, С.Д.А. употребляли практически на протяжении всех суток, домой ходил только ночевать. Наркотик употребляли по-разному. Он курил наркотическое средство в зале через сигарету, а также на кухне, через приспособление для курения, которое выглядит как обрезок пластиковой бутылки с вставленным в горловину напёрстком, который вплавлен в пластиковую пробку и обмотан изоляционной лентой красного цвета. ФИО2 употреблял наркотик вместе с ними за этот период времени 2-3 раза путем введения внутривенной инъекции. Ч.Д.В. и С.Д.А. употребляли наркотик в ванной комнате и у балкона путём курения через сигареты или путём поджигания наркотика на фольге. 8 февраля 2019 года в квартиру ФИО2 пришёл первый раз и посещал её ежедневно, вплоть до задержания, и если бы его не задержали, полагает, что ходил бы туда и дальше. В общей сложности с 8 по 11 февраля 2019 года за 4 дня в данной квартире он употребил наркотическое средство соль около 13 раз. За то, что ФИО2 предоставлял им квартиру для потребления наркотиков, ФИО1 давал ему (ФИО2) наркотик «соль» для потребления. 11 февраля 2019 года их задержали сотрудники полиции, у него было установлено состояние наркотического опьянения. Данные показания подтвердил в ходе очных ставок с ФИО1, ФИО2 (т. 3 л.д.86-91, 98-101, 93-96).

В судебном заседании свидетель М.К.Н. не отрицал, что в период с 8 по 11 февраля 2019 года в квартире ФИО2 вместе с ФИО1, С.Д.А., Ч.Д.В., иногда с ФИО2 употребляли наркотик. Показал, что наркотическое средство в свёртках лежало на столе. Ключи от квартиры ФИО1 дал ФИО2

Показаниями свидетеля Б.С.В., данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что проживает по адресу: <адрес>. Пояснил, что на протяжении длительного времени неоднократно видел, как в их подъезде собирались подростки лет 15-16, что-то курили, находились в неадекватном состоянии. Пояснил, что молодые люди приходили в <адрес>. такой вывод сделал, поскольку до их появления в подъезде были тихо, а потом стало шумно. Также видел, что в подъезде валялся шприц (т. 4 л.д. 195).

Свидетель в судебном заседании подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования и показал, что прошло много времени, в связи с чем не помнит некоторые обстоятельства произошедшего

Показаниями свидетелей Э.З.А., Х.Г.В., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что проживают по адресу: <адрес> 77 соответственно. По поводу <адрес> поясняли, что видели, что в указанной квартире собиралась молодежь, на вид 16-17 лет, вели себя шумно. Также в подъезде находили шприцы (т. 4 л.д. 197, 196).

Показаниями свидетелей М.М.В., Н.А.Т., С.Г.Ф., данных ими в ходе предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, свидетелей С.О.А., Н.Н.С., Г.С.М., П.Л.Д., данных ими в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, которые были оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ, содержание которых изложено выше.

Помимо приведённых показаний вина подсудимого ФИО2 в совершении преступления, подтверждается другими исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, с участием ФИО1, Ч.Д.В., М.К.Н., С.Д.А., согласно которому в ходе осмотра лестничной площадки между 4 и 5 этажами 4 подъезда <адрес> у ФИО1 из кармана куртки изъяты три полимерных пакетика с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом, обмотанных изоляционной лентой красного и жёлтого цветов; ключи от квартиры, расположенной по адресу: <адрес>; у Ч.Д.В. из левого внутреннего кармана куртки изъят один полимерный пакетик с застёжкой зип лок с находящимся внутри порошкообразным веществом (т. 1 л.д. 112-114);

- протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому осмотрена <адрес> в <адрес>, с участием ФИО1, Ч.Д.В., С.Д.А., М.К.Н. В ходе осмотра обнаружены и изъяты весы, порошкообразное вещество, бутылка, ложка, два приспособления для курения. Всё упаковано, опечатано, скреплено пояснительными надписями и подписями (т. 1 л.д. 124-133);

- протоколом осмотра предметов (документов) от 10 апреля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому, в том числе осмотрены изъятые в ходе осмотров мест происшествия 11 февраля 2019 года вещества и полимерные пакетики с застёжкой зип лок у Ч.Д.В., ФИО1; электронные весы, на нажимной поверхности которых имеются следы светлого порошкообразного вещества, 4 пакетика из полимерного материала с застёжкой зип лок, фрагмент бутылки (отсутствует донная часть), ложка, изготовленная из металла серого цвета со следами светлого порошкообразного вещества, фрагмент лампы накаливания, крышка, изготовленная из полимерного материала светло-коричневого цвета, со сквозным отверстием, фрагмент шланга, которые признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 3 л.д. 1-12, 13-18);

- заключением эксперта № 5э/3-304 от 1 апреля 2019 года, согласно выводам которой на поверхности весов, пакетиков, фрагмента бутылки, ложки, фрагмента лампы накаливания, фрагмента шланга выявлены следовые количества производного наркотического средства N-метилэфедрона (т. 2 л.д. 180-181);

- протоколом осмотра места происшествия от 12 февраля 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому осмотрена <адрес>, с участием М.К.Н. и М.М.В. В ходе осмотра ничего не изъято, установлено место происшествия, где ФИО1 и ФИО2 8 февраля 2019 года расфасовали, частично похитив наркотическое средство, принадлежащее Ш.Д.В., часть похищенного сбыли Ч.Д.В., С.Д.А. и М.К.Н. (т. 1 л.д. 144-150);

- актами медицинского освидетельствования от 12 февраля 2019 года №№ 400, 399, 399 и от 11 февраля 2019 года № 396, согласно которым Ч.Д.В., ФИО1, М.К.Н., С.Д.А. находились в состоянии опьянения, вызванного употреблением наркотического средства производного N-метилэфедрона (т. 3 л.д. 160, 165, 170, 155);

- протоколом выемки от 6 марта 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому у Н.Н.С. изъяты копии следующих документов: паспорта Н.Н.С., свидетельства о заключении брака между Г.Н.С. и ФИО2, свидетельства о рождении Г.Н.С., свидетельства о государственной регистрации права на <адрес> на Г.С.Г., свидетельства о смерти Г.С.Г. (т. 4 л.д. 2-13);

- протоколом осмотра документов от 6 марта 2019 года, иллюстрационной таблицей к нему, согласно которому осмотрены документы изъятые в ходе выемки у Н.Н.С., которые признаны и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств ( т. 4 л.д. 14-18).

Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и оценивая каждое из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, пришёл к убеждению, что вышеуказанные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, в необходимых случаях с участием понятых и объективно фиксируют фактические данные, согласуются между собой, поэтому являются допустимыми и достоверными. Доказательств, подтверждающих виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 232 УК РФ, по делу необходимое и достаточное количество.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что ключи от <адрес> дал ФИО2 для того, что они спокойно могли употреблять в указанной квартире наркотик. В указанной квартире с 8 по 11 февраля 2019 года он, М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В. употребляли наркотик. Он употреблял наркотик путём курения через сигарету, путём поджигания на фольге и через лампочку. Кроме того, ФИО2 показывал как курить наркотик через воду в пластиковой бутылке. В общей сложности за 4 дня в указанной квартире употребил наркотическое средство «соль» около 25 раз.

Данные показания подсудимого ФИО1 согласуются с показаниями свидетелей Ч.Д.В., С.Д.А. и М.К.Н. о том, что в период с 8 по 11 февраля 2019 года употребляли наркотики в квартире ФИО2, расположенной по адресу: <адрес>. ФИО2 также с ними употреблял наркотик. При этом последнему было известно о том, что они (М.К.Н., Ч.Д.В., ФИО1 и С.Д.А.) употребляли в указанной квартире наркотик, ФИО2 специально дал ключи от указанной квартиры ФИО1, чтобы они могли в ней употреблять наркотики, была возможность отдохнуть. В квартире после потребления ими наркотика всё убирал ФИО2, выносил мусор. В общей сложности за 4 дня в <адрес> Ч.Д.В. употребил наркотическое средство около 15 раз, С.Д.А. – около 7 раз, М.К.Н. – около 13 раз; свидетеля М.М.В. о том, что в её квартире в феврале 2019 года ФИО1 и ФИО2 фасовали наркотическое средство, а также давали несовершеннолетним – её сыну (М.К.Н.), С.Д.А., Ч.Д.В.; свидетелей Н.А.Т., С.Г.Ф., П.Л.Д., принимавших участие в качестве понятых при проведении осмотров мест происшествия с участием задержанных молодых людей, которым на вид было лет 16-19; свидетелей Б.С.В., Э.З.А., Х.Г.В. о том, что в подъезде их дома собирались молодые люди, в том числе они приходили в <адрес>, вели себя шумно. Кроме того, в подъезде находили шприцы.

Суд отмечает, что допросы ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого проведены и оформлены с соблюдением требований закона, в том числе с разъяснением ему процессуальных прав, положений ст. 51 Конституции РФ и с предупреждением о возможности использования его показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. Из исследованных материалов уголовного дела усматривается, что при допросах ФИО1 как в качестве подозреваемого, так и в качестве обвиняемого присутствовал защитник, в деле находится его ордер, он подписывал протоколы следственных действий, проведённых с его участием, замечаний по поводу соответствия протоколов действительному ходу следственных действий не отразил, о каком-либо незаконном воздействии и о самооговоре не заявлял. Право обвиняемого на защиту было обеспечено реально. Таким образом, показания подозреваемого и обвиняемого ФИО1 являются допустимыми доказательствами.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность и правдивость показаний ФИО1, полученных при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого на предварительном следствии, поскольку они являются последовательными и не противоречат исследованным в суде доказательствам.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они стабильны, последовательны, логичны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами: а именно, с протоколами осмотра места происшествия, заключением эксперта, актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения и иными.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности вышеуказанных лиц в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность показаний лиц, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что свидетели оговаривают подсудимого ФИО2, по делу не установлено.

При постановлении приговора суд берёт за основу показания свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., данные ими в ходе предварительного расследования, поскольку показания несовершеннолетних на момент предварительного расследования свидетелей С.Д.А. и М.К.Н., получены с соблюдением требований ст. 191 УПК РФ: допросы проведены в присутствии законных представителей, им разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, и указано на необходимость говорить правду. В протоколах допросов С.Д.А. и М.К.Н. имеются подписи всех присутствующих при допросе лиц, замечаний по поводу правильности отражения в протоколах показаний свидетелей не поступило. Кроме того, в судебном заседании свидетели С.Д.А. и М.К.Н. поясняли, что протокол ими был прочитан.

Также в судебном заседании допрашивалась следователь Ч.М.В., которая пояснила, что в её производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. В ходе предварительного расследования ею допрошены в качестве свидетелей несовершеннолетние С.Д.А. и М.К.Н. Допросы свидетелей проходили в присутствии законных представителей. Свидетели в свободной форме рассказывали об обстоятельствах произошедших событий. В протоколах следственных действий вся информация фиксировалась со слов допрашиваемых лиц. По окончании следственных действий все участвующие лица знакомились с протоколом допроса путём его прочтения, и расписывались в протоколе. Замечаний ни от кого не поступало. Впоследующем свои показания свидетели подтвердили в ходе проведения очных ставок с обвиняемыми.

Из показаний свидетеля С.О.А., данных ею в судебном заседании, следует, что она присутствовала при допросе следователем С.Д.А. Никакого давления во время допроса со стороны следователя не оказывалось. По окончании допроса прочитала протокол, подписала его, замечаний не вносила. Из показаний свидетеля М.М.В. следует, что во время проведения допроса сына М.К.Н., в том числе на очных ставках, давления на сына не оказывалось, показания он давал в свободном рассказе, а также отвечал на вопросы следователя

Суд учитывает, что показания подсудимого ФИО1, свидетелей Н.А.Т., С.Г.Ф., Э.З.А., Х.Г.В., Б.С.В., М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В. о систематическом предоставлении ФИО2 <адрес> для потребления наркотических средств ФИО1, С.Д.А., М.К.Н., Ч.Д.В. также подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, согласно которому среду прочего обнаружены и изъяты весы, порошкообразное вещество, бутылка, ложка, два приспособления для курения, протоколами выемки, осмотра документов и иными, исследованными в судебном заседании доказательствами.

Суд отмечает, что протоколы осмотров места происшествия, личных досмотров составлены в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ, каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальных документах. При осмотре места происшествия участвовали понятые, кроме того, по решению следователя, проводилось фотографирование. При этом каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протоколов от участвующих лиц не поступило, что прямо отражено в процессуальных документах, а также подтверждено в ходе допроса понятыми.

Согласно выводам, проведённой по делу экспертизы № 5э/3-304 от 1 апреля 2019 года на поверхности весов, пакетиков, фрагмента бутылки, ложки, фрагмента лампы накаливания, фрагмента шланга выявлены следовые количества производного наркотического средства N-метилэфедрона.

Судебно-химическая экспертиза по исследованию изъятых веществ, назначена и проведена в соответствии с требованиями закона, оснований сомневаться в обоснованности и объективности выводов эксперта не имеется. Как видно из представленных материалов дела, экспертиза, назначена следователем в установленном законом порядке, проведена в соответствии с Федеральным законом от 31 мая 2011 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» и ст. 195, 196, 198, 204 УПК РФ квалифицированным специалистом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение эксперта надлежаще оформлено, выводы эксперта подробно и научно мотивированы в исследовательской части заключения, убедительные аргументы, приведенные экспертом в обоснование выводов, не дают оснований ставить их под сомнение.

Оценивая показания подсудимого ФИО2, данные им как в ходе судебного заседания, так и в ходе предварительного расследования, отрицавшего свою причастность к систематическому предоставлению помещения для потребления наркотических средств, суд относится к ним критически, признаёт их надуманными, направленными на избежание уголовной ответственности за содеянное, и отвергает их, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам дела и исследованным в судебном заседании доказательствам.

Доводы подсудимого ФИО2 о том, что ключи он дал ФИО1 по его просьбе, не влияют на квалификацию данного преступления, кроме того опровергаются показаниями ФИО1, что ключи ему ФИО2 дал сам.

Вопреки доводам подсудимого ФИО2, о нарушениях, допущенных при личном досмотре Ч.Д.В., ФИО1, М.К.Н. и С.Д.А. в присутствии понятых – женщин во время задержания 11 февраля 2109 года, личный досмотр указанных лиц не проводился, наркотические средства Ч.Д.В., ФИО1 были выданы в ходе осмотра места происшествия, что не противоречит уголовно-процессуальному законодательству. Участие в двух осмотрах места происшествия трёх понятых также не противоречит уголовно-процессуальному законодательству.

Версию подсудимого ФИО2 о том, что осмотр места происшествия, а именно квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, произведён незаконно, поскольку не присутствовала его супруга Н.Н.С. – собственник жилья, суд признаёт несостоятельной.

Так, в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 177 УПК РФ осмотр жилища производится с согласия проживающих в нём лиц, а не собственника жилого помещения, и только, если они возражают против осмотра, то следователь возбуждает перед судом ходатайство о производстве осмотра в соответствии со ст. 165 УПК РФ.

В судебном заседании установлено, что осмотр вышеуказанной квартиры проведён с согласия проживающих в ней на тот момент ФИО1, С.Д.А., Ч.Д.В., М.К.Н., а также самого ФИО2, что подтверждено их заявлениями, имеющимися в материалах уголовного дела (т.1 л.д. 119-123).

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО2, суд основывается на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, позиции государственного обвинителя.

Суд квалифицирует действия ФИО2 по ч. 1 ст. 232 УК РФ, как систематическое предоставление помещения для потребления наркотических средств.

Оснований для оправдания ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления, на чём настаивает подсудимый и сторона защиты, не имеется.

Доводы ФИО2 по всем инкриминируемым преступлениям о том, что показания в ходе предварительного расследования не давал, адвокат при производстве первоначальных следственных действий не присутствовал, а также о том, что в ходе следствия расписался на пустых бланках допросов, являются несостоятельными и расцениваются судом как способ защиты, чтобы смягчить ответственность за содеянное, поскольку опровергаются исследованными материалами уголовного дела, из которых следует, что при допросах ФИО2 как в качестве подозреваемого, так и в качестве обвиняемого присутствовала защитник - адвокат Черевко Л.Д., по соглашению, в деле находится её ордер, она подписывала протоколы следственных действий, проведённых с её участием, замечаний по поводу соответствия протоколов действительному ходу следственных действий не отразила, о каком-либо незаконном воздействии и о самооговоре не заявляла Право обвиняемого на защиту было обеспечено реально.

В судебном заседании проверялись ссылки подсудимого ФИО2 на незаконные методы, применяемые к нему в ходе предварительного расследования, которые не нашли своего подтверждения.

В судебном заседании допрошена следователь Ч.М.В., которая дала подробные пояснения о проведении следственных действий, в том числе с ФИО2 Не доверять данным показаниям оснований суд не усматривает.

Кроме того, согласно результатам проведённой проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ по факту оказания давления на ФИО2 должностными лицами МУ МВД России «Орское», 3 сентября 2019 года следователем СО по г. Новотроицк СУ СК РФ по Оренбургской области вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела пофакту оказания давления со стороны должностных лиц МУ МВД России «Орское» К.Ю.А., К.Р.И., Ч.М.В., предусмотренных ст.ст. 285, 286 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях последних.

Доводы ФИО2 о необъективности и неполноте предварительного расследования, нельзя признать обоснованными, поскольку положения ст. 38 УПК РФ наделяют следователя полномочиями самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, а доводы о необъективности предварительного следствия неосновательны, поскольку ничем объективно не подтверждены.

Вопреки доводам ФИО2, стороны защиты, из материалов дела не усматривается оснований, по которым подсудимый ФИО1 и свидетели М.К.Н., С.Д.А., Ч.Д.В. могли оговорить подсудимого. Судом проверялся довод защиты о наличии у них заинтересованности в исходе дела в отношении ФИО2 и не нашёл своего подтверждения.

То обстоятельство, что протоколы очных ставок, проведённых между М.К.Н. и ФИО1, между М.К.Н. и Н.Е.О., подшиты в материалах уголовного дела с нарушением требований инструкции о делопроизводстве в органах предварительного расследования, является явной технической ошибкой и не влечёт признание указанного доказательства недопустимым, поскольку протоколы следственных действий расположены в т. 3 уголовного дела на л.д. 93-96, 98-101, что соответствует описи имеющихся в деле документов. Никто из участников процесса проведение данных следственных действий не оспаривал.

В судебном заседании по характеристике личности допрошена Ш.И.А., которая охарактеризовала подсудимого ФИО1 как порядочного человека, не имеющего претензий со стороны соседей на поведение в быту и не доставляющего неудобств соседям; оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ показания свидетеля В.Е.А., данные ею в ходе предварительного расследования, из которых следует, что ФИО1 характеризует посредственно, в состоянии алкогольного или наркотического опьянения его не видела (т. 4 л.д. 213-214).

В судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания неявившихся свидетелей.

Из показаний свидетеля А.Ю.В. следует, что у нее имеется малолетний ребёнок Ц.К.О., биологическим отцом которого является ФИО2 Материально в содержании ребёнка помогает мать ФИО2 (т. 5 л.д. 14-15).

Из показаний свидетелей З.Т.А., К.С.Ю., являющихся соседями подсудимого ФИО2, следует, что подсудимого характеризуют посредственно. В состоянии наркотического опьянения его не замечали (т. 5 л.д. 2, 3).

Из показаний свидетелей С.А.Г., С.К.А., являющихся соседями подсудимого ФИО2, следует, что подсудимого характеризуют положительно, как доброжелательного и приветливого человека, не имеющего жалоб со стороны соседей на поведение в быту (т. 5 л.д. 6-9, 10-13).

В судебном заседании исследовался вопрос о вменяемости подсудимых ФИО1 и ФИО2

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № 341 от 5 апреля 2019 года, ФИО1 обнаруживает признаки <данные изъяты> Во время совершения инкриминируемого ему деяния находился вне какого-либо временного психического расстройства, при этом был в непомраченном сознании, сохранял ориентировку в окружающем, помнит о содеянном, его действия носили целенаправленный и последовательный характер, а указанная выше степень интеллектуального дефекта не столь значительная и не лишала его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. После совершения инкриминируемого ему деяния какого-либо психического расстройства не развилось и в настоящее время какого-либо иного болезненного состояния психики, кроме указанной выше легкой умственной отсталости, не обнаруживает, поэтому может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими. По психическому состоянию в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО1 страдает синдромом зависимости от наркотика и нуждается в лечении от наркотической зависимости, данное лечение ему не противопоказано (т. 3 л.д. 62-64).

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № 338 от 5 апреля 2019 года ФИО2 хроническим, психическим расстройством или слабоумием, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими не страдает, у него обнаруживаются признаки пагубного потребления опиатов и психостимуляторов без признаков зависимости. Об этом свидетельствуют данные анамнеза об эпизодическом употреблении наркотических средств без формирования психической и физической зависимости от наркотика. В период, относящейся к совершению инкриминируемого ему деяния был вне какого-либо временного психического расстройства, при этом, был в непомраченном сознании, правильно ориентирован в окружающем, не обнаруживал ни бреда, ни галлюцинаций, его действия носили целенаправленный и последовательный характер, помнит о своем поведении, поэтому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий руководить ими. После совершения инкриминируемого ему деяния какого-либо психического расстройства не развилось и в настоящее время ФИО2 может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО2 не страдает синдромом зависимости от наркотика и не нуждается в лечении от наркотической зависимости (т. 3 л.д. 53-55).

С учётом проверенных данных о личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, анализа их действий во время совершения преступления и после, оценивая их поведение на предварительном следствии и в судебном заседании, суд находит заключения экспертов обоснованными, а ФИО1 и ФИО2 – вменяемыми.

При решении вопроса о назначении подсудимым наказания суд, исходя из требований ст.ст. 6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности подсудимых, обстоятельства, влияющие на назначение наказания, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей.

Подсудимый ФИО1 в период непогашенной судимости за умышленное преступление, относящееся к категории средней тяжести, вновь совершил четыре умышленных преступления, три из которых относятся в силу ст. 15 УК РФ, к категории особо тяжких, одно – к категории тяжких, при этом три преступления являются оконченными, одно – неоконченным. Указанное обстоятельство, в силу ст. 18 УК РФ свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 рецидива преступлений. Вид рецидива – простой.

Изучением данных о личности установлено, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет постоянное место жительства и регистрации, в зарегистрированном браке не состоит, общественно-полезным трудом не занят. По месту жительства участковым уполномоченным инспектором полиции характеризуется удовлетворительно, соседями положительно, матерью С.О.А. – исключительно с положительной стороны, как добрый, заботливый сын, готовый всегда помочь, на специализированных учётах не состоит, <данные изъяты>.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 по всем преступлениям, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признаёт активное способствование расследованию преступлений, выразившееся в указании обстоятельств совершённого деяния, даче признательных показаний, изобличении соучастника преступления. Помимо этого в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом учтены: полное признание вины по преступлениям, предусмотренным ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228, п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, частичное признание вины по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, по всем преступлениям: раскаяние в содеянном, <данные изъяты>.

Подсудимый ФИО2 в период непогашенной судимости за умышленное преступление, относящееся к категории тяжкого, вновь совершил шесть умышленных преступлений, пять из которых относятся в силу ст. 15 УК РФ к категории особо тяжких, одно – к категории средней тяжести, пять преступлений являются окоченными, одно – неоконченным. Указанное обстоятельство свидетельствует о наличии в действиях ФИО2 рецидива преступлений. Вид рецидива, в силу п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ, опасный.

Изучением данных о личности установлено, что ФИО2 является гражданином Российской Федерации, состоит в зарегистрированном браке, имеет малолетнего ребёнка, до задержания работал без официального оформления трудовых отношений. По месту жительства и регистрации участковым уполномоченным инспектором полиции, соседями характеризуется в целом положительно, супругой Н.Н.С. - положительно, на диспансерных учётах не состоит, <данные изъяты>. Кроме того, суд учитывает <данные изъяты>.

Обстоятельством, смягчающим наказание по всем преступлениям, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признаёт наличие малолетнего ребёнка. Кроме того, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом учтены: частичное признание вины, <данные изъяты>.

Утверждения подсудимого ФИО2 и стороны защиты об активном способствовании раскрытию и расследованию ФИО2 преступления, выразившееся в намерении в ходе предварительного расследования заключить досудебное соглашение о сотрудничестве, признаются судом несостоятельными в связи со следующим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признается, если лицо о совершённом с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

По настоящему делу ФИО2 каких-либо активных действий, направленных на раскрытие и расследование преступления, которые могли бы быть признаны таковыми в контексте указанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, не совершал. Тот факт, что ФИО2 не препятствовал сотрудникам правоохранительных органов в изъятии наркотического средства, сотового телефона в ходе проведения соответствующего следственного действия, об обратном, вопреки доводам подсудимого, не свидетельствует.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 и ФИО2, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ, является рецидив преступлений.

Учитывая фактические обстоятельства преступлений и степень их общественной опасности, наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, обстоятельство, отягчающее наказание, данные о личности подсудимых ФИО1 и ФИО2, оценивая имущественное и семейное положение подсудимых, а также принимая во внимание, что наказание, как мера государственного принуждения, применяется в целях восстановления справедливости, а также в целях исправления виновного лица и предупреждения совершения им новых преступлений (ч. 2 ст. 43 УК РФ), суд полагает необходимым назначить ФИО1 и ФИО2 наказание в условиях изоляции от общества - в виде лишения свободы, в пределах санкции статьи, по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ. При этом наказание за покушение на совершение преступлений каждому должно быть назначено с учетом ч. 3 ст. 66 УК РФ. Окончательное наказание – по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказаний.

Совокупность обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признаёт исключительными, дающими право на применение положений ст. 64 УК РФ и назначение наказания по всем преступлениям ниже низшего предела.

С учётом наличия обстоятельства, отягчающего наказание, правовых оснований для применения к подсудимым ФИО1 и ФИО2 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Оснований для назначения наказания, не связанного с лишением свободы, в том числе для применения положений ст. 73 УК РФ, в отношении обоих подсудимых суд не усматривает. Более мягкий вид наказания не достигнет целей наказания.

Объективных данных о том, что ФИО1 и ФИО2 по каким-либо причинам, в том числе по состоянию здоровья не могут отбывать наказание в виде лишения свободы, в материалах дела не имеется, суду не представлено.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступных деяний, ролью и поведением подсудимого ФИО2 во время и после их совершения, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, позволяющих рассмотреть вопрос о применении положений ст. 64 УК РФ.

Учитывая обстоятельства совершенных преступлений, данные о личности ФИО1 и ФИО2, суд не усматривает основания для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ. Оснований для применения ФИО1 положений ст.96 УК РФ суд не усматривает.

Правовых оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ и замены назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания в виде лишения свободы принудительными работами не установлено.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, семейное и имущественное положение, данные о личности подсудимых суд полагает возможным не применять к ФИО1 и ФИО2 дополнительное наказание к лишению свободы в виде штрафа и лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, предусмотренные санкциями ч. 3 ст. 229, ч. 2 ст. 228, ч. 3 ст. 230, ч.ч. 3 и 4 ст. 228.1 УК РФ.

Обсуждая вопрос о назначении дополнительного наказания подсудимому ФИО1 по преступлениям, предусмотренным п. «б» ч. 3 ст. 229, ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ, подсудимому ФИО2 по преступлениям, предусмотренным п. «б» ч. 3 ст. 229, п. «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 1 ст. 232, п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ, суд исходит из того, что ФИО1 и ФИО2 склонны к совершению преступных деяний, при таких обстоятельствах суд считает необходимым назначить обоим подсудимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкциями указанных выше статей, которое будет способствовать правопослушному поведению и контролю после отбытия основного наказания, а также для социализации ФИО1 и ФИО2

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ должен быть назначен ФИО1 и ФИО2 в исправительной колонии строгого режима.

В связи с необходимостью исполнения настоящего приговора оснований для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 и ФИО2 суд не усматривает.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания подсудимых ФИО1 и ФИО2 под стражей до вступления приговора в законную силу должно быть засчитано в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

При этом суд отмечает, что материалами уголовного дела установлено, что ФИО1 и ФИО2 11 февраля 2019 года в рамках проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» были задержаны, после задержания организованы мероприятия по документированию преступной деятельности, для чего доставлены в отдел наркоконтроля МВД России «Орское», в этот же день оперативными сотрудниками проведён личный досмотр ФИО2, от последнего отобрано объяснение, проведён личный досмотр ФИО1

Сведений о том, что до 23 часов 15 минут и 3 часов 25 минут 12 февраля 2019 года, то есть до момента задержания ФИО1 и ФИО2 в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ и допроса их в качестве подозреваемых, подсудимые находились на свободе, в материалах дела нет.

На основании ст.ст. 91-92 УПК РФ протокол задержания должен быть составлен не позднее 3 часов после доставления подозреваемого в орган расследования, что фактически не выполнено по данному уголовному делу.

На основании ст. 128 УПК РФ, при задержании срок исчисляется с момента фактического задержания

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что время предварительного содержания под стражей подлежит зачёту с момента фактического задержания ФИО1 и ФИО2, то есть с 11 февраля 2019 года.

Разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств суд приходит к следующим выводам.

Согласно акту от 23 января 2020 года вещественные доказательства: электронные весы, 4 пакетика, ложка, фрагмент бутылки, фрагмент лампы накаливания, крышка, фрагмент шланга с упаковкой уничтожены (т. 7 л.д. 108).

Сотовый телефон марки «Самсунг», принадлежащий ФИО2, конфискован, что следует из постановления судебного пристава-исполнителя ОСП Октябрьского района г. Орска о возбуждении исполнительного производства от 5 февраля 2020 года (т. 7 л.д. 131), и обращён в собственность государства, путём передачи на распоряжение юридическому лицу (т. 7 л.д. 134).

Согласно акту № 597 от 21 февраля 2020 года вещественные доказательства: - вещество, содержащее в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 4,86 гр. (с учётом затрат на исследование), изъятое у Ч.Д.В., с упаковкой; вещества, содержащие в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массами 4,39 гр., 4,17 гр., 3,67 гр. (с учётом затрат на исследование), изъятые у ФИО1, с упаковкой; вещество, содержащее в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,32 гр. (с учётом затрат на исследование), изъятое у П.А.С., с упаковкой; вещество, содержащее в своём составе производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 1,34 гр. (с учётом затрат на исследование), изъятое у ФИО2, с упаковкой, уничтожены (т. 7 л.д. 117).

Судьба вещественных доказательств, хранящихся при уголовном деле в отношении Ш.Д.В., разрешена при постановлении приговора в отношении Ш.Д.В.

Судьбу остальных вещественных доказательств по делу суд считает необходимым разрешить в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228, п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и назначить ему наказание по:

- ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 2 года, с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО1 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО1 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы;

- по п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 6 лет 6 месяцев, с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО1 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО1 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы;

- по п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев;

- по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, в виде лишения свободы на срок 7 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО1 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО1 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком 1 год 6 месяцев, согласно ст. 47.1 УИК РФ, исполнять после отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 229, п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, п. «а» ч. 3 ст. 230, ч. 1 ст. 232 УК РФ и назначить ему наказание по:

- п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ в виде лишения свободы на срок 9 лет с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО2 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО2 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы;

- п.п. «в», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в виде лишения свободы на срок 11 лет;

- по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО2 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО2 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы;

- ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев;

- п. «а» ч. 3 ст. 230 УК РФ в виде лишения свободы на срок 11 лет с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО2 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО2 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы;

- ч. 1 ст. 232 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года с ограничением свободы на срок 6 месяцев.

На основании ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации, не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором будет проживать ФИО2 после отбытия основного наказания, не изменять место жительства и работы, не уходить из места постоянного проживания в период с 22.00 до 06.00 часов, за исключением случаев, связанных с трудовой деятельностью и необходимостью обращения за медицинской помощью.

Обязать ФИО2 один раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы;

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с ограничением свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком 2 года, согласно ст. 47.1 УИК РФ, исполнять после отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 оставить прежней - заключение под стражу. Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время фактического задержания и содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей в период с 11 февраля 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания с исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- сотовый телефон «Хонор», переданный на ответственное хранение М.К.Н. – оставить у законного владельца М.К.Н.;

- ключи от квартиры, переданные на ответственное хранение Н.Е.О. – оставить по принадлежности у Н.Е.О.;

- CD-R диск с детализацией телефонных переговоров, копии с документов, выданных Н.Н.С., - хранить в материалах дела;

- денежные средства в сумме 1200 рублей, хранящиеся в МУ МВД России «Орское», оставить по принадлежности в МУ МВД России «Орское».

Судьба вещественных доказательств, хранящихся при уголовном деле в отношении Ш.Д.В., разрешена при постановлении приговора в отношении Ш.Д.В.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда через Новотроицкий городской суд Оренбургской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждёнными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в указанный выше срок, также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника.

Председательствующий Ю.З. Даутова