Апелляционное определение № 22-818/2026 от 29 апреля 2026 г.

Судья Пантеев Д.С. Дело № 22-818/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

30 апреля 2026 года город Саратов

Судебная коллегия по уголовным делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего Ветчинина А.В.,

судей коллегии Шувалова М.М., Петлюры В.В.,

при секретаре Зеленцовой В.Ю.,

с участием прокурора Нечаева А.Е.,

осужденного ФИО1,

защитников – адвокатов Литвиновой К.Ю., Степнова Р.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнением защитника осужденного ФИО1 – адвоката Литвиновой К.Ю. на приговор Волжского районного суда г. Саратова от 26 февраля 2026 года, которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 33 – п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к наказанию в виде 8 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения, зачете наказания, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шувалова М.М., выступления осужденного ФИО1 и его защитников – адвокатов Литвиновой К.Ю., Степнова Р.П., поддержавших доводы апелляционной жалобы с дополнением, прокурора Нечаева А.Е., полагавшего приговор суда законным, обоснованным и справедливым, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в пособничестве в совершении незаконного сбыта наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») группой лиц по предварительному сговору в значительном размере.

Преступление совершено в г. Саратове при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе с дополнением защитник осужденного ФИО1 – адвокат Литвинова К.Ю. считает приговор суда незаконным и необоснованным, полагая, что в действиях ФИО1 могут усматриваться признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 6.13 КоАП РФ. В доводах жалобы указывает, что в приговоре не приведено достаточных доказательств, свидетельствующих о сговоре ФИО1 с неустановленными лицами на совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 – п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Ссылаясь на положения ч. 2 ст. 35 УК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», отмечает, что, признав совершение ФИО1 указанного преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, суд не указал какие конкретно преступные действия были совершены каждым из соучастников преступления, в том числе, неустановленным лицом. Из приведенных в приговоре доказательств не усматривается, что между ФИО1 и неустановленным лицом была достигнута договоренность на совершение данного преступления и были распределены между ними роли, что их действия носили совместный и согласованный характер и были направлены на достижение единого результата. ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, в преступный сговор ни с кем не вступал, пояснил, что о незаконном характере информации, содержащейся в листовках, узнал лишь в день задержания сотрудниками ОНК. При этом на остановках общественного транспорта листовки не расклеивал, мог сфотографировать листовку, расклеенную третьим лицом, чтобы отчитаться о своей работе. Показания ФИО1 также подтверждаются протоколом осмотра места происшествия от 17 июля 2025 года, где он пояснил, что на данном участке он не расклеивал листовки. Данные доводы стороной обвинения не опровергнуты. Также считает, что не нашел своего подтверждения квалифицирующий признак «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)», так как приговор не содержит сведений о договоренности на сбыт наркотических средств с использованием Интернета. Вышеуказанным доказательствам суд не дал надлежащей оценки в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения их достаточности для выводов о виновности ФИО1 Также указывает, что показания свидетеля ФИО8, положенные судом в основу обвинительного приговора, были оглашены в судебном заседании в нарушение ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ при наличии возражений со стороны защиты, поскольку стороной обвинения не были предприняты исчерпывающие меры для обеспечения явки свидетеля, при этом очные ставки между ФИО1 и ФИО8 не проводились, возможности выяснить существенные обстоятельства у стороны защиты не было. Кроме того, обращает внимание, что вопреки ст. 15 УПК РФ был нарушен принцип состязательности сторон, а именно не обеспечено право ФИО1 на представление доказательств его невиновности, стороной защиты был заявлен ряд ходатайств, в том числе, о допросе свидетеля ФИО9, о получении детализации телефонных звонков свидетелей Свидетель №6, Свидетель №5, однако судом в удовлетворении данных ходатайств было отказано. Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе судей, рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения ФИО1 на более мягкую, не связанную с лишением свободы.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Ширинов А.В., опровергая изложенные в ней доводы, просит оставить жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнением, поступивших возражений, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Вина ФИО1 в пособничестве в совершении незаконного сбыта наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») группой лиц по предварительному сговору в значительном размере подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями осужденного ФИО1, данными на стадии предварительного следствия и оглашенными в порядке ст. 276 УПК РФ, согласно которым в феврале 2024 года в ходе поиска заработка в мессенджере «Телеграм» он связался с неизвестным ему пользователем под никнеймом ФИО20, которому требовались расклейщики объявлений, и стал работать на него, по указанию данного лица он распечатывал листовки с изображением QR-кода с переходной ссылкой на телеграмм-аккаунт интернет-магазина <данные изъяты>, расклеивал их в общественных местах, фотографировал и отправлял ему фотографии в качестве отчета, заработную плату за выполненную работу он получал на криптовалютный кошелек; в октябре 2024 года он перешел по QR-коду на страницу интернет-магазина и увидел, что там можно приобрести различные виды наркотических средств либо трудоустроиться закладчиком наркотических средств; он осознал, что занимается пропагандой наркотических средств, однако продолжал свою незаконную деятельность до момента его задержания сотрудниками полиции 14 марта 2025 года; в показаниях, данных в судебном заседании, ФИО1 также пояснил, что понимал, что надписи на объявлениях «Гена дай фена» относятся к обороту наркотических средств;

- показаниями свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, сотрудников ОНК, проводивших в отношении ФИО1 оперативно-розыскные мероприятия, об обстоятельствах его задержания и проведения личного досмотра 14 марта 2025 года;

- исследованными в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетелей Свидетель №4 и ФИО8, принимавших участие в качестве понятых при проведении следственных действий с участием ФИО1;

- исследованными в порядке ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №6, принимавшего участие в качестве понятого при проведении осмотра места происшествия, в ходе которого была обнаружена тайниковая закладка с наркотическим средством;

- показаниями свидетеля Свидетель №5, согласно которым 25 марта 2025 года он на остановке общественного транспорта увидел листовку с QR-кодом и надписью «Гена дай фена» и, подумав, что это объявление о работе, перешел по ссылке на сайт интернет-магазина <данные изъяты>, и в ходе переписки с неустановленным лицом понял, что работа связана с незаконным оборотом наркотических средств, ему прислали фотографию с географическими координатами тайниковой закладки, после чего он обратился в полицию;

- актом личного досмотра ФИО1 от 14 марта 2025 года, в ходе которого у него обнаружены и изъяты, в том числе, листовки с текстовыми и графическими изображениями в количестве 44 штук, мобильный телефон марки «POCO F5»;

- протоколами оперативно-розыскных мероприятий «исследование предметов и документов» от 14 марта 2025 года, в ходе которых исследованы принадлежащий ФИО1 мобильный телефон марки «POCO F5» и установлено наличие в нем переписки с неустановленным лицом, использующим никнейм ФИО20 в месенджере «Телеграм», а также рекламная листовка с изображением QR-кода и надписью «Гена, дай фена!»;

- протоколами осмотров мест происшествия, в том числе, жилища ФИО1, где обнаружены и изъяты листовки с текстовыми и графическими изображениями, фрагменты бумаги с изображением QR-кодов, принтер и иные предметы; участков местности, где возле домов обнаружены и изъяты листовки с текстовыми и графическими изображениями; участка местности, где обнаружена и изъята тайниковая закладка;

- заключением эксперта о том, что в тексте листовок имеется побуждение к передаче наркотических средств от необозначенного лица лицу, обозначенному как «Гена»;

- справкой об исследовании и заключением эксперта, согласно которым изъятое из тайниковой закладки вещество является наркотическим средством, с указанием его наименования, состава и массы;

- другими доказательствами, приведенными в приговоре суда, подтверждающими время, место, способ и другие обстоятельства совершенного осужденным преступления.

Подвергать сомнению вышеизложенные доказательства у суда не было оснований, так как они получены с соблюдением требований ст. ст. 74 и 86 УПК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не противоречат друг другу, поэтому правильно положены судом в основу обвинительного приговора.

Выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах, с соблюдением принципа состязательности сторон.

Мотивы, по которым суд придал доказательственное значение одним доказательствам вины ФИО1, положив их в основу приговора, и отверг другие, в приговоре приведены, судебная коллегия находит их убедительными, обоснованными и правильными.

Показания осужденного ФИО1, данные им на стадии предварительного следствия и в части, не противоречащей им, в ходе судебного разбирательства, правильно положены судом в основу приговора, поскольку он был допрошен в присутствии защитника, с разъяснением права отказаться свидетельствовать против себя, каких-либо жалоб от ФИО1 и от его защитника, в том числе о невозможности давать показания либо об оказании на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, не поступило, протоколы допроса подписаны ФИО1 и его защитником и каких-либо замечаний ими не подавалось.

Заявленные осужденным в ходе судебного разбирательства доводы о применении к нему незаконных методов ведения следствия проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными.

К показаниям осужденного о его неосведомленности в том, что в расклеенных им объявлениях содержалась информация о наркотических средствах, суд обоснованно отнесся критически и расценил их как способ защиты от предъявленного обвинения.

Показаниям свидетелей суд дал оценку в совокупности с имеющимися в деле доказательствами. Показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и оснований не доверять им у суда не имелось. Показания указанных лиц оценивались судом в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, подтверждающими виновность осужденного. Выводы суда достаточно мотивированы, и подвергать их сомнению оснований не имеется. Причин оговора осужденного со стороны свидетелей не установлено.

При этом, суд обоснованно при наличии к тому оснований, предусмотренных п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя огласил показания свидетеля ФИО8 с учетом предпринятых судом исчерпывающих мер для вызова указанного лица, что не может являться основанием для того, чтобы подвергать сомнению их достоверность и допустимость, а право осужденного на защиту считать нарушенным.

Протоколы следственных действий составлены в соответствии с нормами действующего уголовно-процессуального законодательства, подписаны участниками процесса без замечаний.

Заключения экспертиз соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, составлены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Материалы уголовного дела свидетельствуют о том, что оперативно-розыскные мероприятия проведены при отсутствии признаков провокации преступлений со стороны правоохранительных органов, в соответствии со ст. ст. 6-8, 11-15 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», их результаты представлены органам следствия с соблюдением Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, а осмотр изъятых по результатам оперативно-розыскных мероприятий предметов, имеющих отношение к уголовному делу, и признание их вещественными доказательствами произведены с соблюдением положений УПК РФ.

Изложенные выше доказательства в совокупности позволяют сделать вывод о несостоятельности доводов жалобы о том, что доказательства виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении отсутствуют, а постановленный в отношении него обвинительный приговор основан на предположениях.

Судом правильно установлено, что ФИО1 совершил пособничество в совершении незаконного сбыта наркотических средств, поскольку именно его действия по расклеиванию в общественных местах г. Саратова листовок с QR-кодом для перехода в интернет-магазин по продаже наркотических средств, фактически привели к сбыту наркотического средства в значительном размере, которое впоследствии было обнаружено и изъято.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что суд без достаточных к тому оснований осудил ФИО1 за совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

Так, в силу ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

При этом, преступление, совершенное группой лиц, предполагает не менее двух исполнителей.

Из материалов дела следует, что в отношении неустановленного лица по факту покушения на сбыт Свидетель №5 наркотического средства материалы уголовного дела выделены в отдельное производство и в отношении него возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (том 3 л.д. 28).

При таких обстоятельствах, поскольку сведений о втором исполнителе материалы уголовного дела не содержат, а соучастие в форме пособничества группы не образует, то предусмотренный п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ квалифицирующий признак совершения преступления «группой лиц по предварительному сговору» подлежит исключению из осуждения ФИО1, а его действия следует квалифицировать по ч. 5 ст. 33 – п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, как пособничество в совершении незаконного сбыта наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») в значительном размере.

Квалифицирующие признаки совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационной сетей (включая сеть «Интернет»)» и «в значительном размере» установлены судом, подробно мотивированы и подтверждаются приведенными в приговоре доказательствами, в связи с чем, оснований для их исключения судебная коллегия не усматривает.

Доводы стороны защиты о том, что в действиях ФИО1 могут усматриваться признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 6.13 КоАП РФ, являются несостоятельными и основаны на неверном толковании закона.

ФИО1 действовал в рамках единого преступного умысла с неустановленным лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, выполняя роль пособника в незаконном сбыте наркотического средства.

Приговор суда соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание исследованных в судебном заседании доказательств и мотивы принятого решения.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ.

Председательствующим выполнены в полном объеме требования ст.ст. 15 и 243 УПК РФ по обеспечению состязательности и равноправия сторон.

Предусмотренные законом процессуальные права ФИО1, в том числе его право на защиту, на всех стадиях уголовного процесса были реально обеспечены.

Вопреки доводам жалобы, все ходатайства стороны защиты рассмотрены судом в установленном законом порядке и разрешены с учетом мнения сторон, что нашло отражение в протоколе судебного заседания.

Вывод суда о вменяемости ФИО1 является верным.

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности виновного, сведения о состоянии его здоровья и его близких родственников, наличие смягчающего и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Все заслуживающие внимания обстоятельства в полной мере были учтены судом при решении вопроса о виде и размере наказания осужденному. Никаких новых обстоятельств, которые не были исследованы судом первой инстанции и могли повлиять на правильность выбора вида и размера наказания, судебной коллегией не установлено.

Выводы суда о невозможности назначения ФИО1 иного наказания, кроме лишения свободы, и об отсутствии оснований для применения к нему положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ, мотивированы судом совокупностью фактических обстоятельств дела и данных о личности виновного, указанных в приговоре. Оснований для переоценки выводов суда у судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем, в связи с исключением из осуждения ФИО1 квалифицирующего признака совершения преступления «группой лиц по предварительному сговору», судебная коллегия находит назначенное ему наказание подлежащим снижению.

Вид исправительного учреждения осужденному ФИО1 определен в соответствии с положениями ч. 1 ст. 58 УК РФ правильно.

Вопросы о мере пресечения, зачете наказания и судьбе вещественных доказательств разрешены в соответствии с требованиями УПК РФ.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, кроме приведенных выше, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.16, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Волжского районного суда г. Саратова от 26 февраля 2026 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из осуждения ФИО1 квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ;

считать ФИО1 осужденным по ч. 5 ст. 33 – п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ;

снизить назначенное ФИО1 наказание до 8 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнением - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Волжский районный суд г. Саратова в течение шести месяцев со дня его вынесения (осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии определения), а по истечении указанного срока – путем подачи кассационных представления или жалобы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи коллегии