Апелляционное определение № 22-2898/2026 от 8 апреля 2026 г.

Судья: Колобродова И.С. Дело № 22-2898/2026

50RS0048-01-2025-010387-14


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 апреля 2026 года г.Красногорск

Московской области

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего: Колпаковой Е.А.,

судей: Абрамской О.А., Комковой А.Г.,

помощника судьи Богородской Д.Г., ведущей протокол судебного заседания,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Московской области Бельдий Е.И.,

осужденных ФИО1, ФИО2, участвующих в судебном заседании апелляционной инстанции посредством системы видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Зуева А.В. в интересах осужденного ФИО1 (удостоверение <данные изъяты>, ордер <данные изъяты> от <данные изъяты>),

защитника – адвоката Любеева С.Г. в интересах осужденного ФИО3 (удостоверение <данные изъяты>, ордер <данные изъяты> от <данные изъяты>),

законного представителя ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Дзыбан К.А., апелляционным жалобам адвокатов Зуева А.В., Оноприенко В.И., Любеева С.Г., законного представителя ФИО3 в интересах осужденных, осужденного ФИО2 на приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты>, которым

КОЛЕСНИКОВ <данные изъяты>

осужден:

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 10 месяцам лишения свободы;

- по п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей и задержания в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, приведенного ч.3.2 ст.72 УК РФ, один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4 <данные изъяты>

осужден:

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 4 месяцам лишения свободы.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

Мера пресечения ФИО2 в виде домашнего ареста отменена, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО2 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтен ФИО2 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы:

- период нахождения его под стражей с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета, приведенного в п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, то есть один день содержания под стражей к полутора дням отбывания наказания в воспитательной колонии;

- период нахождения его под домашним арестом с <данные изъяты> по <данные изъяты> из расчета, приведенного в ч.3.4 ст.72 УК РФ, то есть два дня нахождения под домашним арестом к одному дню отбывания наказания в воспитательной колонии.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Абрамской О.А., выступление прокурора Бельдий Е.И., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденных ФИО1, ФИО2, законного представителя ФИО3, адвокатов Зуева А.В., Любеева С.Г., поддержавших апелляционные жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам (7 преступлений); покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам; ФИО1 также признан виновным в совершении вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления иным способом, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, связанное с вовлечением несовершеннолетнего в совершение особо тяжкого преступления.

Преступления совершены во время и при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении семи преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ, а также в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, признал в полном объеме, вину в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ не признал; ФИО2 вину признал в полном объеме.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дзыбан К.А. считает приговор незаконным и подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона. Обращает внимание, что в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении осужденных за преступления, предусмотренные ст.228.1 УК РФ, в связи с чем, исчисление зачета времени содержания под стражей ФИО2 в срок отбывания наказания следовало производить по правилам ч.3.2 ст.72 УК РФ, то есть один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в воспитательной колонии. Просит приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО1, ФИО2 изменить, зачесть ФИО2 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы период нахождения его под стражей в связи с данным делом с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> по день вступления приговора в законную силу из расчета, приведенного в ч.3.2 ст.72 УК РФ, то есть один день содержания под стражей к одному дню отбывания наказания в воспитательной колонии.

В апелляционной жалобе адвокат Зуев А.В., в интересах осужденного ФИО1 с приговором не согласен. Полагает, что судом дана неправильная квалификация действиям ФИО1 в совершении 7 преступлений по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ, и в совершении преступления по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, тогда как все действия ФИО1, указанные в описательно-мотивировочной части приговора суда относительно и приобретения для дальнейшего сбыта наркотических веществ и устройства 7 тайников-закладок с наркотическим веществом, образуют единое (сложное) преступление, и подлежат квалификации как одно преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ. Полагает, что судом неправомерно разграничены действия осужденных, тогда как все они являются единым продолжаемым преступлением. Так, как следует из исследованных судом доказательств, ФИО1, имея умысел совместно с ФИО2 на незаконный сбыт наркотических средств, не позднее <данные изъяты>, используя телефон, на сайте по продаже наркотических средств, приобрел у неустановленного лица наркотическое вещество «гашиш», общей массой 11.26 гр. Получив от неустановленного лица координаты тайников закладок с заказанным наркотическим веществом «гашиш» по 2 адресам не территории г.о.Химки Московской области, ФИО1 не позднее <данные изъяты> сам извлек из тайника в неустановленном месте, сверток с указанным наркотическим веществом массой 0,76 гр., а координаты свертка с указанным наркотическим веществом массой 10,5 гр. по другому адресу передал ФИО2, попросив его извлечь данный сверток из тайника. Оба свертка с идентичным наркотическим веществом приобретены ФИО1 одновременно, не позднее <данные изъяты>, с использованием его телефона, из одного и того же источника на сайте по продаже наркотических средств, у одного и того же неустановленного лица. <данные изъяты> примерно в <данные изъяты> мин. ФИО2 извлек из тайника по координатам переданным ему ФИО1, во исполнение единого преступного умысла на сбыт всей массы приобретенного не позднее <данные изъяты> у неустановленного лица на сайте расфасованным в два свертка наркотическое средство «гашиш» общей массой 10,5 г. Действия в отношении одного и того же объекта преступного посягательства, направленные на достижение единого преступного результата, совершенные тем же субъектом в небольшой промежуток времени, аналогичным способом, образуют единое продолжаемое преступление и не требуют дополнительной квалификации. Из материалов дела и из показаний ФИО1, и ФИО2 следует, что преступные действия были направлены на реализацию единой цели сбыта всего количества наркотического средства и совершены в одно и то же время и в одном и том же месте. Умысел ФИО1 направлен на сбыт всей массы наркотических средств, о чем свидетельствуют не только его и ФИО2 прямые показания об этом, но и установленные фактические обстоятельства: приобретение наркотика, его хранение, совершение действий, направленных на последующую реализацию наркотического средства, составляющую часть объективной стороны сбыта, помещению в «тайники-закладки», однако по независящим от них обстоятельствам не доведенных до конца. Вышеизложенные обстоятельства указывают на то, что наркотическое вещество «гашиш» общей массой 11,26 гр. приобретено в одном и том же источнике, одновременно, у одного и того же лица, во исполнение единого умысла на сбыт всей массы указанного вещества на ограниченной территории в г.о.Химки. Однако наркотическое вещество «гашиш» было размещено неустановленным лицом в тайниках-закладках по двум разным адресам, по одному из которых сверток массой 0,76 гр. не позднее <данные изъяты> в неустановленном месте извлек ФИО1, по другому адресу то же наркотическое вещество «гашиш» массой 10,5 гр. <данные изъяты> примерно в <данные изъяты>. извлек ФИО2 Изложенная последовательность действий, направленных на сбыт всей массы наркотического вещества, составляют объективную сторону одного преступления, а извлечение свертка массой 0,76 гр., последующая расфасовка и устройство 7 тайников закладок, а затем извлечение свертка массой 10,5 гр. обусловлена размещением неустановленным лицом приобретаемого ФИО1 и ФИО2 всей массы наркотического вещества в целях сбыта по разным адресам в 2 тайниках закладках. Полагает, что квалификация действий ФИО1 и ФИО2, связанных с покушением на сбыт наркотического средства, как изъятого в ходе осмотров 7 мест происшествия, так и изъятого в ходе личного досмотра ФИО2 подлежит объединению, поскольку все преступные действия охватывались единым умыслом, направленным на сбыт всего объема наркотического средства «гашиш» общей массой 11,26 гр., и подлежат квалификации как одно преступление по ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ. Полагает, что суд первой инстанции, признал ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ, в отсутствие каких-либо доказательств. Должно быть констатировано наличие признаков пагубного влияния на нравственность потерпевшего и, следовательно, признаков причинения вреда достоинству его личности и морального вреда. Однако приговором суда таковых признаков не установлено. Сам по себе факт совместного участия взрослого лица в совершении преступления с несовершеннолетним не образует состав преступления, предусмотренный ч.4 ст.150 УК РФ. Объективная сторона данного состава преступления предполагает активные действия взрослого, свидетельствующие о психическом или физическом воздействии на несовершеннолетнего по вовлечению в совершение преступления, выражающиеся в уговорах, убеждениях, просьбах, угрозах и т.д. Наличие таких действий судом установлено не было. Обещание денежного вознаграждения ФИО2 за совместное участие вместе с ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, и осведомленность о возрасте ФИО2, само по себе, без установления конкретных активных действий ФИО1 и признаков его пагубного влияния на ФИО2, не образует состав названного преступления. Судом первой инстанции не установлено, в частности, конкретное время или промежуток времени совершения преступления, в какой именно форме имел место быть уговор ФИО4 со стороны ФИО1, его интенсивность и длительность, размер предлагаемого вознаграждения за совершение преступных действий, какие именно словоформы при таком уговоре следовали со стороны ФИО1 в адрес ФИО4, имел ли последний при этом способность дать оценку предлагаемым действиям на предмет противоправности и наказуемости, имел ли возможность отказаться от предлагаемых преступных действий, в чем именно выразилось пагубное влияние ФИО1 на ФИО4. Суд первой инстанции не дал оценку таким обстоятельствам, как знакомство ФИО2 с ФИО1 в тот период когда они оба были в несовершеннолетнем возрасте, достижение ФИО1 совершеннолетнего возраста за 2 месяца до совершения преступления, установленное судом поведение ФИО2 устройство на легальную работу совместно с ФИО1, проживание отдельно от родителей. Считает, что суд проявил формальный подход при разрешении вопросов о возможности применения к ФИО1 при назначении наказания положений ст.ст.64, 73 УК РФ, приговор является несправедливым и чрезмерно суровым. Полагает, что при определении степени общественной опасности преступления, суд первой инстанции не учел ряд обстоятельств, не дав им никакой оценки в приговоре, не учел объем и характер конкретных действий ФИО1, направленных на сбыт вещества. Обращает внимание, что ФИО1 сам, осознав противоправность и аморальность совершаемых им действий, добровольно отказался от совершения преступлений, а именно не разместил где-либо отправленные ему ФИО2 фотографии с координатами тайников закладок, а добровольно явился с повинной в полицию, что подтверждается как его показаниями, так и материалами дела, в частности протоколом его явки с повинной, а также информацией, содержащейся в выданном им при личном досмотре мобильном телефоне и протоколом его осмотра. Таким образом, судом не учтено, что фактически произведенные действия ФИО1 направленные на сбыт, не привели к тому, что наркотическое вещество попало в дальнейший незаконный оборот, а наоборот, в результате его явки с повинной, отказе от преступления, вменяемый в вину объем наркотического вещества был изъят из незаконного оборота. Суд не принял во внимание в полной мере и не дал оценки в приговоре материалам, характеризующим личность ФИО1, согласно которым он характеризуется исключительно с положительной стороны, не судим, к ответственности не привлекался, по месту жительства, обучения и работы характеризуется исключительно положительно. Обращает внимание, что до настоящего времени ФИО1 не отчислен и числится обучающихся, имеется поручительство руководства колледжа, из которого следует, что руководство колледжа гарантирует, что в случае назначения наказания ФИО1, не связанного с лишением свободы, он продолжит обучение в колледже, руководство колледжа и преподавательский состав будет осуществлять за ним пристальный надзор, способствуя его исправлению. Обращает внимание, что ФИО1 обучается на 3 курсе пожарно-спасательного колледжа, до задержания проживал в г<данные изъяты> со своей семьей, состоящей из матери, отчима, который воспитывает его с пятилетнего возраста, и брата. Между ФИО1 и его отчимом сложились теплые, доверительные, отношения. Младший брат ФИО1, <данные изъяты>, с самого раннего возраста находится под постоянным наблюдением врачей и проходит длительное лечение по поводу серьезных заболеваний. Он очень эмоционально привязан к старшему брату и тяжело переживает его отсутствие, постоянно спрашивает о нем и ждет его возвращения. ФИО1 принимал активнейшее участие в воспитании младшего брата: сопровождал его на обследования, помогал выполнять лечебные упражнения, находился рядом в период обострений, оказывал реальную физическую и моральную поддержку, как ребенку, так и всей семье. Мать ФИО1 также имеет хронические заболевания. Сам ФИО1 также имеет ряд хронических заболеваний. В настоящее время семья проживает в г.Москва в двухкомнатной квартире, у каждого ребенка имеется отдельная комната. Мать подзащитного является самозанятой, все основные ресурсы и силы направлены на лечение младшего ребенка. ФИО1 является важнейшей моральной опорой для всей семьи, особенно для младшего брата. Его длительная изоляция от общества тяжелым образом отражается как на психологическом состоянии младшего ребенка, так и на состоянии всей семьи в целом. Все указанные выше обстоятельства свидетельствуют и подлежат опенке как существенно снижающие степень общественной опасности совершенного преступления, и являются основанием для применения ст.64 УК РФ и назначения наказания ниже низшего предела, чем предусмотрен санкцией. Полагает, что перечисленные обстоятельства указывают на возможность его исправления без реального отбывания наказания и применения при его назначении ст.73 УК РФ. Считает, что суд первой инстанции не учел исключительных обстоятельств, характера совершенного ФИО1 деяния и его личности для применения положения гл.14 УК РФ как к лицу, совершившему преступление в возрасте от восемнадцати до двадцати лет в порядке ст.96 УК РФ и назначения наказания с применением ч.6.1 ст. 88 УК РФ. ФИО1, достиг совершеннолетия в <данные изъяты>, то есть на момент совершения преступления его возраст составлял 18 лет и 2 месяца, что является нижним пределом для применения в порядке ст.96 УК РФ положений главы 14 УК РФ. Кроме того, суд не учел, что согласно заключению комиссии экспертов от <данные изъяты><данные изъяты>, все сферы психики ФИО1 сформированы в соответствии с особенностями его возрастного периода. Указаны индивидуально-психологические особенности ФИО1, которые присущие лицам в подростковом возрастном периоде, свидетельствуют о его недостаточной зрелости и окончательно несформировавшейся взрослой личности. Просит приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО1 изменить: ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ признать невиновными и оправдать на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ - за отсутствием в деянии состава преступления, признать за ФИО1 право на реабилитацию в соответствии с Гл.18 УПК РФ; переквалифицировать действия ФИО1 с ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ - 7 преступлений и ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ - 1 преступление, на ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ; признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, и назначить ему наказание с применением положений ч.1 ст.62, ч.2 ст.66, ч.6.1 ст.88 УК РФ и ч.1 ст.64 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 3 года, в соответствии со ст.73 УК РФ, назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 2 года.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 с приговором не согласен, считает, что ему назначено чрезмерно суровое наказание. Полагает, что судом установлена совокупность обстоятельств достаточных для вывода о возможности условного осуждения. Обращает внимание, что суд установил смягчающие обстоятельства по каждому преступлению: его несовершеннолетие, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие многочисленных грамот, медалей, благодарственных писем, состояние здоровья отца, дедушки. Обстоятельств отягчающих наказание не установлено. Также суд учел, что он ранее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, характеризуется с положительной стороны. Считает, что в приговоре нет мотивированного вывода, что добиться его исправления возможно только исключительно с помощью изоляции от общества. Полагает, что суд не в полной мере учел условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, влияние оказанное на него старшими по возрасту. Обращает внимание, что до задержания он активно и положительно проявлял себя по месту учебы, по месту жительства, вел законопослушный образ жизни. Не состоял на учете комиссии по делам несовершеннолетних. Он признал вину полностью, в содеянном раскаивается, ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, сразу сообщил сотрудникам полиции о наличии у него наркотического средства, добровольно дал показания, показал на места, где размещал тайники с наркотическими средствами, домашний арест не нарушал. Обращает внимание, что он является потерпевшим по данному делу. В силу возраста, он на момент совершения преступления не мог предположить к каким последствиям могут привести его действия. Зависимости от наркотических средств он не имеет, до задержания, в течении <данные изъяты> занимался спортом, по месту прежней учебы в художественной школе характеризуется положительно. Обращает внимание, что намерен продолжить образование в колледже и заниматься спортом. В его семье возникла сложная жизненная ситуация, тяжело болеет отец, он нуждается в уходе, дедушке <данные изъяты>, он страдает тяжелыми хроническими заболеваниями, требует постоянного ухода, до своего задержания он осуществлял уход за ним, помогал младшей сестре с учебой. Его мама работает и не может самостоятельно справляться с уходом за отцом и дедушкой. Он нужен своей семье, для осуществления помощи. Обращает внимание, что он полностью осознал и раскаивается в совершенных преступлениях. Просит приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> изменить, назначить наказание с применением ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Оноприенко В.И., в интересах осужденного ФИО2 с приговором не согласен, считает его несправедливым и необоснованным. Обращает внимание, что на предварительном следствии и в суде ФИО2 полностью признал вину в совершенных преступлениях. Полагает, что несмотря на совокупность смягчающих обстоятельств, и отсутствии отягчающих обстоятельств, суд первой инстанции произвольно и не мотивированно не применил к ФИО2 положения ст.73 УК РФ. Считает назначенное ФИО2 наказание чрезмерно суровым и несоответствующим обстоятельствам совершения преступлений, а также личности осужденного. Просит приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО2 изменить, назначенное ему наказание в виде лишения свободы считать условным, применив положение ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Любеев С.Г., в интересах осужденного ФИО2 с приговором не согласен. Полагает, что суд первой инстанции существенно нарушил уголовно-процессуальный закон. Полагает, что суд первой инстанции не учел, что все преступные действия (приобретение наркотического средства, размещение закладок) осужденных ФИО1 и ФИО2 были совершены с единой целью сбыта всей приобретенной массы наркотических средств. Действия охватывались единым умыслом и подлежат квалификации как единое преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ. В один и тот же период времени не позднее <данные изъяты> во исполнение единого умысла осужденных ФИО1 используя для покупки наркотических средств один и тот же мобильный телефон, на одном и том же сайте в сети «Интернет» приобрел у неустановленного следствием лица наркотическое средство гашиш (анаша, смола канабис) общей массой 10,5 г и 0,76 г, а всего 11,26 г. Часть наркотического средства общей массой 0,76 г было расфасовано в 7 свертков, которые были размещены в 7 тайниках на ограниченной территории близлежащих улиц. Остальная часть наркотического вещества общей массой 10,5 г. не была расфасована и не размещалась по тайникам. Полагает, совместные действия во исполнение единого умысла осужденных являются единым продолжаемым преступлением. Из показаний, осужденных данных в ходе судебного следствия, следует что преступные действия были направлены на реализацию единой цели сбыта всего количества наркотического средства и совершены в одно и то же время и в одном и том же месте. Единый умысел осужденных направлен на сбыт наркотических средств всей массы 11,26 г. Последовательность действии осужденных, направленных на сбыт всей массы наркотического вещества, составляют объективную сторону одного преступления, и не могут свидетельствовать о совершении осужденными ряда преступлений, образующих совокупность. Вывод суда о том, что по каждому преступлению он не усматривает достаточных оснований к применению к подсудимому ФИО2 положений, предусмотренных ст.ст.15, 64, 73, УК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Считает, что суд неправильно применил уголовный закон. Считает приговор несправедливым. Суд первой инстанции, в нарушение положений ст.430 УПК РФ не решил вопрос о возможности условного осуждения несовершеннолетнего подсудимого. Считает, что суд первой инстанции не мотивировал невозможность назначения наказания в виде условного осуждения, и исправления несовершеннолетнего подсудимого ФИО2 не изолируя его от общества. Полагает, что суд первой инстанции допустил нарушение положений п.2 ч.1 ст.421 УПК РФ. Как следует из материалов дела ФИО2 обучался с первого класса в ГБОУ г.Москвы <данные изъяты>, в <данные изъяты> социально-экономической направленности. В период рассмотрения дела в суде первой инстанции и в настоящее время он является студентом Московского университет «Синергия», очной формы обучения, программы среднего профессионального образования, по специальности дизайн. Согласно п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 №1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», в соответствии со ст.428 УПК РФ в судебное заседание вызываются законные представители несовершеннолетнего подсудимого, а с учетом обязательности установления условий его жизни и воспитания (п.2 ч.1 ст.421 УПК РФ) - представители учебно-воспитательных учреждений или общественных организаций по месту жительства, учебы или работы несовершеннолетнего. В этих целях суд обязан известить о времени и месте рассмотрения дела в отношении несовершеннолетнего подсудимого предприятие, учреждение и организацию, в которых учился или работал несовершеннолетний, комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, а при необходимости принять меры к обеспечению явки в суд представителей этих организаций, учебных и трудовых коллективов. Полагает, обязанность суда первой инстанции, установленная п.2 ч.1 ст.421 УПК РФ с учетом положений п.10 Постановления <данные изъяты> судом первой инстанции не выполнена, что привело к существенному нарушению уголовно-процессуального закона при рассмотрении настоящего уголовного дела. Суд первой инстанции установил, что подсудимый ФИО2 является несовершеннолетним, поэтому при назначении наказания вопреки выводу суда ссылка на применение ст.64 УК РФ не требуется, при этом в тексте приговора суда первой инстанции в части назначения наказания ФИО2 нет ссылки на положения ст.88 УК РФ. Суд первой инстанции при постановлении обвинительного приговора отнес к обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО2, по каждому преступлению, в соответствии с п. «б» ч.1 ст.61 УК РФ, несовершеннолетие обвиняемого, в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ полное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие многочисленных грамот, медалей, благодарственных писем, состояние здоровья отца и дедушки. Обстоятельства, отягчающие наказание подсудимого ФИО2, предусмотренных ст.63 УК РФ, по каждому преступлению не установлено. Суд также учел, что ФИО2 ранее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, характеризуется с положительной стороны. Как следует из материалов дела покушения на совершение преступлений совершены ФИО1 и несовершеннолетним ФИО2, то есть группой лиц по предварительному сговору. При этом из показаний подсудимых ФИО2 и ФИО1 следует, что ФИО2 выполнял пассивную роль, выполняя указания старшего по возрасту ФИО1, которые в части 7 вменяемых покушений на совершение преступлений заключались только в помещении наркотических средств в тайники, осуществлении фотосъемки мест, используемых в качестве тайников. ФИО2 не был осведомлен об обстоятельствах приобретения подсудимым ФИО1 наркотического средства на сайте по продаже наркотических средств, участия в расфасовке, в упаковке и взвешивании наркотического средства не принимал. В части преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, ФИО1 дал ФИО2 указания забрать из тайника по предоставленным координатам наркотическое средство. Активное способствование ФИО2 раскрытию и расследованию преступления подтверждается доказательствами, представленными в материалы уголовного дела. Сотрудник полиции Свидетель №1, показала, что ФИО2 до доставления его в отдел полиции добровольно, самостоятельно сообщил ей, что у него имеется наркотическое средство, ФИО2 сопротивления не оказывал, при проведении личного досмотра ФИО2 предоставил свой мобильный телефон и затем принимал участие при его осмотре следователем и предоставил графический код пароль для доступа к информации на телефоне. В ходе проверки показаний на месте ФИО2 добровольно дал показания и показал на местности где он размещал тайники наркотических средств. ФИО2 неоднократно в ходе предварительного следствия и в суде давал подробные показания по обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу. По преступлению, предусмотренному п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ, ФИО2 признан потерпевшим. Обращает внимание, что ФИО2 ранее не судим к уголовной ответственности не привлекался, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, положительно характеризуется месту учебы, виновным себя признал полностью и раскаивается в содеянном. Отец ФИО2 болен, в период совершения преступления он проявлял агрессию по отношению к членам семьи, в том числе и к своему сыну, что видимо и повлияло на то, что ФИО2 временно не проживал дома. Сейчас ситуация изменилась ФИО5 проживает отдельно от семьи, систематически проходит лечение. ФИО2 постоянно в течение 6 лет занимается спортом, является спортсменом высших достижений, с отличием закончил художественную школу, в которой он обучался 5 лет, любит животных. По прежнему месту учебы ГБОУ г.Москвы <данные изъяты> характеризуется положительно, сейчас является студентом Московского университет «<данные изъяты>». ФИО2 заботиться о своем дедушке, которому 85 лет, который тяжело болен, нуждается в уходе. Следователь ФИО6 показала, что предоставляла несовершеннолетнему ФИО2 разрешения на посещение тренировок по спортивным бальным танцам, режим содержания под домашним арестом ФИО2 не нарушал. ФИО7 являющийся членом Московской федерации танцевального спорта и тренером танцевального клуба, который тренировал ФИО2, показал, что он точно исполняет указания тренера к критике относится спокойно, работает над повышением техники исполнения. В групповых занятиях с другими ребятами вел себя очень хорошо, общительный, коммуникабельный. Согласно акта обследования семейно-бытовых условий жизни несовершеннолетнего от <данные изъяты> неблагоприятных условий для жизни ребенка не выявлено. Из акта обследования условий жизни несовершеннолетнего гражданина и его семьи от <данные изъяты> следует, что он проживает в полной семье, членами семьи являются <данные изъяты>. Родительское попечение над ребенком имеется со стороны матери и отца. В воспитании ФИО2 непосредственное участие также принимает его дедушка ФИО8, который является почетным гражданином г.о.Химки, оказывает благотворительную помощь и участвует в гуманитарной благотворительно программе, на регулярной основе, в том числе в период СВО оказывает финансовую помощь в реализации благотворительных программ на благо ветеранов контрразведки. Согласно заключению комиссии экспертов <данные изъяты> от <данные изъяты> в применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается. Клинических признаков синдрома зависимости от психоактивных веществ (наркомании, алкоголизма), токсикомании у ФИО2 в настоящее время не выявлено, в прохождении лечения от наркомании, медицинской реабилитации, в порядке, предусмотренном ст.72.1 УК РФ, он не нуждается. Полагает, суд не учел характер и степень общественной опасности вменяемых несовершеннолетнему ФИО2 преступлений, обстоятельства их совершения, личности подсудимого, наличие смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств. С учетом личности несовершеннолетнего осужденного, тяжести содеянного, последствий, наказание в виде реального лишения свободы не будет соответствовать требованиям ст.6 УК РФ о назначении справедливого наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, а также требованиям ст.43 УК РФ о применении наказания в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений. Полагает, что ФИО2 не представляет общественной опасности и может исправиться без реального отбывания назначенного наказания. Считает, что совокупность установленных судом первой инстанции обстоятельств является достаточным для вывода суда о возможности исправления ФИО2 без реального отбывания наказания, имеются обоснованные основания для изменения категории преступлений, на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ и применении ст.73 УК РФ. Просит приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО2 изменить, наказание смягчить, назначить ФИО2 наказание с применением ст.73 УК РФ с возложением на него с учетом возраста, определенных обязанностей предусмотренных законом, освободить ФИО2 из-под стражи.

В апелляционной жалобе законный представитель ФИО3, в интересах осужденного ФИО2 с приговором не согласна, считает его незаконным, необоснованным, несправедливым, чрезмерно суровым и существенно нарушающим нормы уголовного и уголовно-процессуального законов. В соответствии с п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», уголовные дела в отношении несовершеннолетних в судах как первой, так и второй инстанций должны рассматриваться наиболее опытными судьями. Обращает внимание, что на момент судебного следствия и вынесения обвинительного приговора ФИО2 общий стаж и профессиональный опыт судьи Колобродовой И.С. составил менее трех лет. Полагает, что при назначении чрезмерно сурового наказания, как лишение свободы, суд первой инстанции не учел индивидуальные свойства личности, такие как характер, темперамент, способности, направленность, эмоции которые определяют его поведение, мышление, делая каждого уникальным и проявляясь в деятельности и отношениях с другими. А также, исключительно положительную характеристику ФИО2, мотивы совершенного преступления, не применил положения ст.ст.64 и 73 УК РФ. Обращает внимание, что ФИО2 положительно характеризуется как по месту жительства, так и по месту учебы, ранее к уголовной ответственности не привлекался, вину признал полностью, в содеянном раскаялся, активно способствовал раскрытию и пресечению преступлений связанных с незаконным оборотом наркотических средств, вел активный образ жизни. В инцидентах, характеризующих его с негативной стороны, никогда замечен не был. Согласно п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», в соответствии со ст.428 УПК РФ в судебное заседание вызываются законные представители несовершеннолетнего подсудимого, а с учетом обязательности установления условий его жизни и воспитания (п.2 ч.1 ст.421 УПК РФ) - представители учебно-воспитательных учреждений или общественных организаций по месту жительства, учебы или работы несовершеннолетнего. В этих целях суд обязан известить о времени и месте рассмотрения дела в отношении несовершеннолетнего подсудимого, предприятие, учреждение и организацию, в которых учился или работал несовершеннолетний, комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, а при необходимости принять меры к обеспечению явки в суд представителей этих организаций, учебных и трудовых коллективов. В соответствии с п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 №1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», судам при назначении наказания несовершеннолетнему наряду с обстоятельствами, предусмотренными статьями 6, 60 УК РФ, надлежит учитывать условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также обстоятельства, предусмотренные ст.89 УК РФ, в том числе влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц. Наказание несовершеннолетнему в виде лишения свободы суд в праве назначить только в случае признания невозможности его исправления без изоляции от общества, с приведением мотивов принятого решения. В приговоре отсутствует мотивированное решение суда, на основании которого в ходе судебного следствия было установлено, что добиться исправления ФИО2 возможно только с помощью исключительно изоляции его от общества и лишения свободы. Обращает внимание, что ФИО2 активно и положительно проявлял себя по месту учебы, по месту жительства, не связан с криминальным сообществом, ранее к административной ответственности не привлекался, вел образ жизни законопослушного гражданина. Совершенное им преступление является разовым, имеет случайный характер. Исходя из вышеизложенного, ФИО2 имеет все возможности к исправлению без отбывания наказания в виде лишения свободы и изоляции от общества. Полагает, что лишение свободы и изоляция от общества в качестве наказания для ФИО2 является чрезмерно суровым и необоснованным, не сможет оказать положительного влияния на осужденного, так как не отвечает принципу гуманности уголовного закона и истинным задачам и целям правосудия. Просит приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> изменить, назначить ФИО2 наказание с применением ст.ст.64 и 73 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Проверив законность возбуждения уголовных дел при наличии должных поводов и оснований, надлежащим лицом, установив, что в ходе предварительного следствия нарушений прав осужденных на защиту от предъявленного обвинения не допущено, по завершении этапа расследования в полной мере выполнены требования ст.217 УПК РФ, обвинительное заключение по форме и содержанию отвечает требованиям ст.220 УПК РФ и не имеет недостатков, которые препятствуют постановлению на его основе законного приговора, суд рассмотрел уголовное дело по существу.

Предварительное и судебное следствие по делу проведены полно и объективно, без нарушений уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями гл.36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела, с изъятиями, предусмотренными гл.50 УПК РФ, регулирующих порядок производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних.

Суд обоснованно постановил в отношении ФИО1 и ФИО2 обвинительный приговор.

Суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Обвинительный приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 постановлен в соответствии с требованиями ст.ст.304, 307, 308, 309 УПК РФ, в приговоре указаны обстоятельства, установленные судом, дан анализ доказательств, обосновывающих вывод суда о виновности осужденных. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, описание преступных деяний, с указанием времени, мест, способов их совершения, формы вины, мотивов и цели преступлений, приведены в полном объеме и проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации действий каждого из осужденных, проверены выдвинутые стороной защиты версии произошедшего, в том числе, приведенные осужденными и их защитниками в апелляционных жалобах, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Одновременно судебная коллегия обращает внимание, что обвинительное заключение по делу составлено в рамках ст.220 УПК РФ, утверждено полномочным прокурором.

Положения ст.ст.73, 220 УПК РФ при предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения органом расследования соблюдены, описательно-мотивировочная часть приговора соответствует положениям ст.307 УПК РФ.

Все следственные действия проведены следователем, в чьем производстве находилось уголовное дело, в рамках требований уголовно-процессуального закона без ущемления прав и охраняемых законом интересов участников уголовного судопроизводства на досудебной стадии.

Виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемых им преступлений установлена совокупностью исследованных в судебном заседании, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, доказательств.

В приговоре судом приведены существо обвинения, характер вмененных ФИО1 и ФИО2 противоправных действий, данные о месте, времени и способе их совершения, мотиве и цели, формулировка обвинения с указанием нормы уголовного закона, предусматривающей ответственность за вмененные преступления.

В подтверждение своих выводов, изложенных в приговоре, суд в соответствии с требованиями ст.ст.240, 297 УПК РФ сослался на собранные по делу доказательства, которые были исследованы с участием сторон обвинения и защиты, нашли отражение в протоколе судебного заседания.

Вина ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений подтверждается показаниями ФИО1 и ФИО2; свидетеля Свидетель №3 – сотрудника полиции, об обстоятельствах проведения личного досмотра ФИО1; свидетеля Свидетель №4 – сотрудника полиции, об обстоятельствах проведения личного досмотра ФИО2; свидетеля Свидетель №1 – сотрудника полиции, об обстоятельствах проведения осмотров места происшествия, обнаружении изъятии 7 свертков с наркотическим средством; свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №6, принимавших участие в качестве понятых при личном досмотре ФИО2; свидетеля Свидетель №7, принимавшего участие в качестве понятого при личном досмотре ФИО1; свидетеля Свидетель №9, об обстоятельствах доставления ФИО2 в отдел полиции; свидетеля ФИО6 – следователя, об обстоятельствах допроса свидетеля Свидетель №7; протоколами личного досмотра ФИО2, личного досмотра ФИО1, осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключениями экспертиз, а также иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Суд пришел к обоснованному выводу о достаточности представленных доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывает, поскольку они собраны с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ.

Все исследованные доказательства, суд должным образом оценил в их совокупности, в том числе и на предмет их юридической допустимости и достоверности. При этом в основу приговора положены доказательства, полученные и закрепленные в соответствии с требованиями закона и исследованные в судебном заседании.

Судебная коллегия находит, что указанные в приговоре и исследованные в судебном заседании доказательства обвинения последовательны, конкретны, логичны и дополняют друг друга, а в совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Совокупность собранных по делу доказательств судом обоснованно признана достаточной для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1 и ФИО2

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденных, по делу отсутствуют.

Оснований для иной оценки приведенных доказательств, судебная коллегия не находит.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминированных деяний соответствуют правильно установленным фактическим обстоятельствам дела, основаны на доказательствах, проверенных в судебном заседании и изложенных в приговоре.

Процессуальные действия по обнаружению и фиксации следов преступлений, закреплению и изъятию веществ, последующему их исследованию и осмотру, признанию доказательствами по делу произведены должностными лицами правоохранительных органов в пределах предоставленных им полномочий и в порядке, регламентированном процессуальным законом.

Личные досмотры ФИО1 и ФИО2, в ходе которых у них обнаружены мобильные телефоны с их перепиской между собой, связанной с незаконным оборотом наркотических средств в мессенджере «Телеграм», связанной с незаконным оборотом наркотических средств, а также наркотические средства, произведены уполномоченными должностными лицами органов полиции в присутствии понятых, с соблюдением положений закона и оформлением соответствующих протоколов.

Сведения, содержащиеся в протоколах следственных действий, согласуются с другими доказательствами по делу и соответствуют установленным судом фактам.

Допрошенные в качестве свидетелей сотрудники органа внутренних дел и понятые подтвердили факты производства и надлежащего оформления протоколов процессуальных действий.

В материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции не установлено данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения, либо их фальсификации.

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденных ФИО1 и ФИО2, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми.

Каких-либо новых либо иных обстоятельств, способных повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в инкриминированных преступлениях, но неустановленных или в недостаточной степени учтенных судом первой инстанции, в судебном заседании суда апелляционной инстанции представлено не было.

Признавая достоверность показаний ФИО2, свидетелей, об обстоятельствах уголовного дела, суд правильно исходил из того, что каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у этих лиц причин для оговора осужденных, о даче изобличающих их показаний ввиду заинтересованности в исходе дела или под воздействием недозволенных методов ведения следствия в материалах уголовного дела не имеется.

Суд мотивировал причины, по которым в основу приговора положил одни доказательства и отверг другие, в том числе и показания ФИО1, указывающего на свою непричастность к преступлению, предусмотренному п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ. С мотивами принятых решений судебная коллегия согласна так как суд при оценке исходил из требований закона, и оценил доказательства в совокупности.

Заключения экспертиз обоснованно признаны судом допустимыми доказательствами и положены в основу приговора.

Как усматривается из материалов дела, нарушений правовых норм, регулирующих основания, порядок назначения и производства экспертиз по уголовному делу, которые могли бы повлечь недопустимость заключений экспертов, в том числе при разъяснении экспертам процессуальных прав, обязанностей и предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не допущено.

Экспертизы проведены компетентными специалистами, выводы экспертов надлежаще мотивированы и оформлены, ответы на поставленные вопросы даны в определенной и ясной форме, указаны примененные при исследованиях методики, использованная литература, противоречий в выводах экспертов не имеется.

Судебные экспертизы по уголовному делу, произведены компетентными лицами, заключения оформлены надлежащим образом, соответствует требованиям ст.204 УПК РФ. Выводы экспертов являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела. Поводы ставить под сомнение изложенные в акте выводы эксперта отсутствуют.

Все доказательства по уголовному делу, как в совокупности, так и каждое в отдельности получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. При этом каких-либо нарушений при исследовании доказательств, которые могли бы стать основанием для признания их недопустимыми, в соответствии со ст.75 УПК РФ допущено не было.

Каких-либо противоречий в выводах суда или же не устранимых судом противоречий в доказательствах, которые исследовались в судебном заседании и получили оценку в приговоре, материалы дела не содержат.

Таким образом, отвечающие всем свойствам и непосредственно исследованные судом доказательства об обстоятельствах уголовного дела в приговоре объективно проанализированы и оценены.

Анализ и основанная на законе оценка совокупности исследованных в судебном заседании доказательств позволили суду, правильно оценив всю совокупность исследованных доказательств установить виновность осужденных ФИО1 и ФИО2 в совершенных преступлениях.

Доводы апелляционных жалоб о необходимости квалификации действий осужденных ФИО1 и ФИО2 как единого продолжаемого преступления предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а, б» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, являются необоснованными, поскольку каждое совершенное ими преступление является самостоятельным. Действия осужденных были направлены на сбыт наркотических средств неопределенному кругу приобретателей и имеют различную степень реализации преступного умысла. Судебная коллегия не может согласиться с доводами о необходимости переквалификации действий ФИО1 и ФИО2 как единого продолжаемого преступления по обстоятельствам покушения на сбыт наркотических средств.

По смыслу закона, под единым продолжаемым преступлением понимается общественно опасное деяние, состоящее из ряда тождественных преступных действий, охватываемых единым умыслом и направленных на достижение единой цели.

Действия ФИО1 и ФИО2 в отношении наркотических средств, размещенных в тайники (закладки), а также обнаруженные в ходе проведения личного досмотра ФИО2, указанным критериям не отвечают, поскольку при совершении каждого из таких преступлений у них возникал умысел на сбыт наркотических средств неопределенному кругу потребителей наркотических средств, реализуя который они при совершении каждого самостоятельного преступления выполняли необходимые действия, образующие объективную сторону состава преступления и направленные на доведение преступления до конца, что свидетельствует об отсутствии оснований расценивать их действия как единое продолжаемое преступление.

Так, суд признал установленным совершение ФИО1 и ФИО2 указанных преступлений при следующих обстоятельствах.

Не позднее <данные изъяты>, ФИО1 и ФИО2, имея умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, действуя из корыстных побуждений, с целью извлечения материальной выгоды от реализации наркотических средств, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», на сайте по продаже наркотических средств, вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на совместный незаконный сбыт наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) на территории г.о.<данные изъяты>, путем помещения в тайники наркотических средств для последующего их приобретения лицами, потребляющими наркотические средства.

При этом, соучастники преступления распределили между собой роли, согласно которым ФИО1, используя сайт по продаже наркотических средств, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», должен был приобрести у неустановленного следствием лица наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), после чего расфасовать по сверткам, а ФИО2 должен был разложить указанные расфасованные свертки с наркотическим средством в тайники-закладки на улицах г.о.Химки Московской области с целью последующего незаконного сбыта неопределенному кругу лиц за денежное вознаграждение, а также осуществить фотосъемку места, используемого в качестве тайника-закладки при помощи мобильного телефона, принадлежащего ФИО2, чтобы направить фотографии с координатами с помощью мессенджера «Session», то есть с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», ФИО1, для дальнейшего незаконного сбыта путем продажи лицам, его потребляющим.

ФИО1, не позднее <данные изъяты>, используя мобильный телефон, на сайте по продаже наркотических средств, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», приобрел у неустановленного следствием лица наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), получив от последнего сведения о местонахождении тайника с наркотическим средством гашиш (анаша, смола каннабиса), после чего прибыл к неустановленному следствием месту, где незаконно для дальнейшего незаконного сбыта извлек из указанного неустановленным лицом тайника наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), общей массой 0,76 гр. которое не позднее <данные изъяты>, переместил в подъезд жилого дома, и расфасовал на свертки массой от 0,08 гр. до 0,14 гр. в каждом, в количестве 7 штук, для дальнейшего незаконного сбыта лицам, потребляющим наркотические средства, путем помещения в тайники на территории г.о.Химки Московской области.

ФИО1 передал ФИО2 изготовленные свертки с наркотическим средством гашиш (анаша, смола каннабиса), массой от 0,08 гр. до 0,14 гр. в каждом, в количестве 7 штук, для их дальнейшего незаконного сбыта лицам, потребляющим наркотические средства, путем помещения в тайники на территории г.о.Химки Московской области.

ФИО2, <данные изъяты>, действуя умышленно, в продолжение единого с соучастником преступного умысла, направленного на незаконный сбыт наркотических средств бесконтактным способом используя систему тайниковых закладок группой лиц по предварительному сговору с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), имея при себе незаконно приобретенное с целью последующего сбыта наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса), согласно отведенной ему роли, осознавая противоправный характер своих действий, желая таким образом извлечь для себя материальную выгоду, совершил размещение в тайники путем оборудования семи «закладок» с наркотическими средствами массой 0,14 гр., 0,09 гр., 0,10 гр., 0,13 гр., 0,08 гр., 0,10 гр., 0,12 гр., на территории г.о.Химки Московской области.

Также ФИО2, используя принадлежащий последнему мобильный телефон с установленным на нем программным обеспечением, позволяющим осуществлять подключение к информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», осуществил фотофиксацию мест расположения тайников-«закладок» и посредством мессенджера «Session», то есть с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», передал ФИО1, для дальнейшего незаконного сбыта путем продажи лицам, его потребляющим.

Однако, ФИО1 и ФИО2 свой преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,14 гр., 0,09 гр., 0,10 гр., 0,13 гр., 0,08 гр., 0,10 гр., 0,12 гр., довести до конца не смогли по не зависящим от них обстоятельствам, ввиду изъятия сотрудниками правоохранительных органов вышеуказанных наркотических средств из незаконного оборота в ходе осмотра места происшествия.

Также во исполнение общего преступного умысла, направленного на незаконный сбыт наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса), согласно распределенной роли, ФИО1, не позднее <данные изъяты>, в неустановленном следствием месте, используя мобильный телефон, на сайте по продаже наркотических средств, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», приобрел у неустановленного следствием лица наркотическое средство гашиш (анаша, смола каннабиса) общей массой 10,5 гр., получив от последнего сведения о местонахождении тайника с наркотическим средством гашиш (анаша, смола каннабиса) общей массой 10,5 г., которые сообщил ФИО2

<данные изъяты>, согласно распределенной роли, ФИО2, действуя умышленно, в продолжение единого с соучастником преступного умысла, направленного на незаконный сбыт наркотических средств бесконтактным способом используя систему тайниковых закладок группой лиц по предварительному сговору с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), прибыл к месту, и извлек из указанного ФИО1 тайника два свертка вещества массой 8,04 гр. и 2,01 гр., общей массой 10,5 гр., содержащего в своем составе, наркотическое средство из растения конопля гашиш (анаша, смола каннабиса), что является значительным размером.

После чего, ФИО2 извлеченное наркотическое средство, положил в свою одежду, таким образом, незаконно приобрел указанное наркотическое средство с целью последующего незаконного сбыта, группой лиц по предварительному сговору.

Однако, ФИО1 и ФИО2 свой преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) общей массой 10,5 гр. довести до конца не смогли по не зависящим от них обстоятельствам, ввиду изъятия сотрудниками правоохранительных органов вышеуказанного наркотического средства из незаконного оборота в ходе личного досмотра ФИО2

Данные действия ФИО1 и ФИО2 расценены судом как совокупность преступлений и квалифицированы как семь преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ (по факту покушения на сбыт наркотических средств в количестве 0,14 гр., 0,09 гр., 0,10 гр., 0,13 гр., 0,08 гр., 0,10 гр., 0,12 гр.), - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, и по ч.3 ст.30, п.п. «а, б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Установленные судом фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что, приобретя через закладки наркотические средства, ФИО1 и ФИО2 преследовали цель сбыть полученные партии наркотиков, для реализации которой ФИО1 переместил наркотики в подъезд жилого дома, расфасовал на свертки, в количестве 7 штук, и намеревались вдвоем реализовать их путем передачи их ФИО2, для их дальнейшего размещения в тайниках-закладках, а также как и приобретенное и обнаруженное в хоте личного досмотра ФИО2 наркотическое средство.

В связи с этим попытка сбыть наркотические средства путем помещения их в определенные места-закладки, то есть ориентируясь в каждом случае с закладкой наркотического средства на потенциального приобретателя, не может свидетельствовать о совершении осужденными единого продолжаемого преступления, поскольку каждое их действие по созданию тайников заключалось в покушении на незаконный сбыт одного свертка с наркотическим веществом.

По смыслу закона, сбыт наркотических средств - это незаконная деятельность лица, которая охватывает любые способы их незаконного распространения, общественная опасность которого и состоит в вовлечении широкого круга лиц - потребителей, здоровье которых и определено как один из объектов посягательства, предусмотренный главой 25 УК РФ. Оборудование тайников-закладок с наркотическим средством, как один из способов распространения, количество этих закладок и определяет масштабность преступного вовлечения разных потребителей.

Данных о том, что наркотические средства, разложенные в разные закладки, а также изъятое в ходе личного досмотра ФИО2, предназначались для одного потребителя, или существовала договоренность с потребителем (или куратором) о реализации разово всего объема наркотических средств из материалов уголовного дела, в том числе и из показаний ФИО1 и ФИО2, не следует. Напротив, их действия по фасовке на мелкие дозировки наркотического средства с разложением в разных местах были обусловлены «доходностью» этой преступной деятельности, ориентированной на многочисленность потребителей, поскольку установлено, что наркотическое средство сбывалось ФИО1 и ФИО2 за денежное вознаграждение.

То есть, умысел ФИО1 и ФИО2 был направлен на множественный сбыт разложенного количества наркотических средств, а также изъятого в ходе личного досмотра ФИО2, разным потенциальным потребителям, которые имели возможность приобрести наркотические вещества через различные тайники-закладки, в разное время и в разных местах.

Изложенному корреспондируют и разъяснения, содержащиеся в «Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ», утвержденные Президиумом Верховного Суда РФ 20 декабря 2016 года, о том, что действия виновного, имеющего умысел на сбыт наркотических средств нескольким лицам при отсутствии с ними предварительной договоренности на реализацию всего объема этих средств, следует квалифицировать как самостоятельные преступления, предусмотренные ст.228.1 УК РФ.

Следовательно, вывод суда о том, что покушения на незаконный сбыт наркотического средства гашиш, массой 0,14 гр., 0,09 гр., 0,10 гр., 0,13 гр., 0,08 гр., 0,10 гр., 0,12 гр., 10,5 гр. образуют отдельные, самостоятельные преступления, обоснован.

В этой связи, несмотря на аргументы защиты, изъятое у ФИО2 наркотическое средство (при личном досмотре), а также изъятое из семи «тайников-закладок», в каждом случае образует самостоятельный умысел на его незаконный сбыт потребителям, соответственно все восемь преступлений составляют самостоятельный состав преступления, образуя совокупность.

Таким образом, действия ФИО1 и ФИО2 по обстоятельствам покушения на незаконный сбыт наркотических средств квалифицированы верно. Оснований для переквалификации действий осужденных, как и для оправдания в иной части, не установлено.

При таких обстоятельствах, учитывая показания свидетелей, показания самих осужденных, их действия свидетельствуют о наличии у них умысла именно на сбыт изъятого наркотического средства, который они не довели до конца по независящим от них обстоятельствам, поскольку ФИО2 был задержан сотрудниками полиции и наркотические средства были изъяты.

Принимая во внимание представленные доказательства в их совокупности, суд правомерно констатировал о совместных и согласованных действиях ФИО1 и ФИО2, связанных с покушением на реализацию наркотических средств потребителям, при совершении которых каждый из них выполнял объективную сторону данного преступления, являясь его соисполнителем.

В этой связи, у суда имелись все основания полагать относительно совершения преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Квалифицирующий признак совершения осужденными преступлений с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» нашел свое полное подтверждение исследованными доказательствами. При этом суд исходил из фактических обстоятельств совершения преступлений, которые по существу признаны осужденными.

Неубедительным является и довод апелляционной жалобы об отсутствии доказательств вовлечения ФИО1 несовершеннолетнего ФИО2 в совершение особо тяжкого преступления, поскольку виновность ФИО9 подтверждена как показаниями ФИО2 о привлечении его к сбыту наркотических средств в составе группы лиц, за денежные средства, при этом ФИО10 было известно о его несовершеннолетнем возрасте.

При квалификации действий ФИО1 по п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ суд указал, в чем конкретно выразились действия осужденного, и привел мотивы принятого решения. Указал, что о возрасте несовершеннолетнего ФИО2 ФИО1 было достоверно известно, так как ФИО2 и ФИО1 имели длительное личное общение. Суд принял во внимание, что ФИО1 принимал непосредственное участие в вовлечении ФИО2 в совершение особо тяжкого преступления, что нашло свое подтверждение показаниями ФИО2 о предложении ФИО1 заниматься преступной деятельностью, вместе ходить по местам, где были разложены закладки с наркотическим средством и фотографировать их, также передал свертки с наркотическим средством, сказал, что их необходимо разложить, сфотографировать места закладок и отправить ему, что за эти свертки положено вознаграждение, просил забрать сверток с наркотическим средством из места, координаты которого прислал ФИО2 в мессенджере. ФИО1 было известно о его возрасте, так как он пригласил его на день рождения, когда ему исполнилось 16 лет.

Судом установлено и подтверждено, что ФИО1, зная о несовершеннолетнем возрасте ФИО2, предложил ему заниматься распространением наркотических средств, оказывал активное содействие, обещая разделить с ним оплату за сбыт наркотических средств.

Ссылка защиты на выявленные при обследовании ФИО1 и ФИО2 особенности их личности не ставит под сомнение правильность оценки судом показаний осужденных. Согласно проведенным экспертизам осужденные в период инкриминируемых деяний в полной мере осознавали фактический характер и общественную опасность своих действий и руководили ими.

Согласно диспозиции ч.4 ст.150 УК РФ вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления образуют действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить преступление. Действия взрослого лица могут выражаться как в форме обещаний, так и в форме предложения совершить преступление.

При таких обстоятельствах, с учетом доказанности факта участия ФИО2 в совершении особо тяжкого преступления, суд обоснованно пришел к выводу, что действия ФИО1 по вовлечению несовершеннолетнего ФИО2 в совершение преступлений образует состав преступления, предусмотренный п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ.

Доводы защиты о том, что ФИО1 добровольно отказался от совершения преступлений - сбыта наркотических средств, являются несостоятельными, поскольку таких обстоятельств судом не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается. Преступный умысел не был доведен до конца не в связи с добровольным отказом от совершения преступлений, а по не зависящим от него обстоятельствам, ввиду того, что преступная деятельность была пресечена сотрудниками правоохранительных органов, задержания ФИО2 сотрудниками полиции. Тот факт, что в дальнейшем ФИО1 предоставил доступ к информации, содержащейся в его телефоне, о добровольном отказе осужденного от совершения преступлений не свидетельствует.

Таким образом, всесторонне проанализировав и оценив собранные по делу доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности осужденных.

Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, которые были достаточными для принятия объективного решения по делу, суд дал действиям ФИО1 и ФИО2 правильную юридическую оценку.

Выводы суда являются мотивированными, как в части доказанности вины осужденных ФИО1 и ФИО2, так и в части квалификации их действий, они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Таким образом, исходя из совокупности исследованных в судебном заседании и проверенных в соответствии с положениями ст.ст.87, 88, 307 УПК РФ доказательств, достаточных для вынесения обвинительного приговора, судом правильно установлены фактические обстоятельства содеянного, значимые для разрешения дела по существу, и дана правильная юридическая оценка действиям осужденного ФИО1 по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1, п. «б» ч.4 ст.150 УК РФ и действиям осужденного ФИО2 по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ. Судебная коллегия считает доказанной вину ФИО1 и ФИО2 в совершении данных преступлений.

Основания для иной квалификации действий ФИО1 и ФИО2 отсутствуют.

Объективных данных о том, что суд при оценке доказательств нарушил требования УПК РФ, не имеется. Несовпадение оценки доказательств, данной судом, с позицией стороны защиты не свидетельствует о нарушении ст.88 УПК РФ.

Нельзя согласиться и с доводом апелляционных жалоб о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права подсудимых на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением их процессуальных и общегражданских прав и свобод, а также о том, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, поскольку таких данных из материалов дела не усматривается. В судебном заседании исследованы все существенные для правильного разрешения дела доказательства, представленные сторонами, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон в процессе, необоснованных отказов осужденным и их защитникам в исследовании доказательств, которые могли повлиять на исход дела, судебной коллегией не установлено.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ, с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст.15 УПК РФ, созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы.

Нарушений принципов состязательности и равноправия при рассмотрении уголовного дела судом не допущено.

Судом первой инстанции принимались все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств, нарушения права на защиту, затруднения доступа к правосудию, не установлено.

Иные доводы апелляционных жалоб не влияют на законность и обоснованность судебного решения, сводятся к несогласию с оценкой доказательств, являются позицией, обусловленной линией защиты, и не могут являться основанием для отмены или изменения судебного решения.

С подробным, содержащимся в приговоре, анализом доказательств, их процессуальной оценкой как допустимых и достоверных, соглашается суд апелляционной инстанции, не усматривая необходимости в повторном изложении соответствующих выводов суда первой инстанции.

Суд первой инстанции располагал полными данными о личности несовершеннолетнего ФИО2, отраженными в исследованных характеристиках, и сведениями о том, что ФИО2 является учащимся колледжа «Синергия».

В судебном заседании суда первой инстанции были исследованы акт обследования семейно-бытовых условий жизни несовершеннолетнего ФИО2, копия акта обследования условий жизни несовершеннолетнего ФИО2 и его семьи.

Вопреки доводам стороны защиты при таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает, что у суда первой инстанции имелась необходимость в обеспечении явки представителей образовательного учреждения, где обучается ФИО2, и комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, а также представителя ОМВД.

Данный подход основан на положениях п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 года № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних».

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при расследовании и рассмотрении дела, которые путем лишения либо ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства либо иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Доводы апелляционных жалоб о чрезмерной суровости назначенного осужденном наказания судебная коллегия находит необоснованными.

Наказание ФИО1 и ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60 УК РФ. Судом назначение вида и размера наказания ФИО1 и ФИО2 тщательно мотивировано, учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновных, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, при назначении наказания ФИО2 также учтены условия его воспитания, уровень психического развития, влияние на него старших по возрасту лиц.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, судом учтены по каждому преступлению его состояние здоровья, состояние здоровья его матери и брата, оказание посильной помощи матери в воспитании младшего брата, по семи преступлениям, предусмотренным ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ, а также по преступлению, предусмотренному ч.3 ст.30, п. «а, б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, судом учтены явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Также судом учтено, что ФИО1 раннее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, характеризуется с положительной стороны.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, судом учтены по каждому преступлению несовершеннолетие обвиняемого, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие многочисленных грамот, медалей, благодарственных писем, состояние здоровья отца и дедушки.

Также судом учтено, что ФИО2 раннее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, характеризуется с положительной стороны.

Все установленные на момент рассмотрения дела и заслуживающие внимания обстоятельства, данные о личности ФИО1 и ФИО2 были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания.

Иных обстоятельств, обязательно учитываемых в силу ч.1 ст.61 УК РФ в качестве смягчающих при назначении наказания, по настоящему уголовному делу судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции. Каких-либо исключительных либо иных обстоятельств, способных повлиять на вид или размер наказания, и не учтенных судом при его назначении, не усматривается.

Отягчающих наказание обстоятельств ФИО1 и ФИО2 судом не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденных, совершение осужденными преступлений в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств у суда не имелось, не приведено таковых и в апелляционных жалобах.

Таким образом, все смягчающие наказание обстоятельства, которые усматриваются по материалам дела, суд учел в полной мере, оснований для их повторного учета не имеется.

Учтенные судом данные о личности осужденных соответствуют сведениям, содержащимся в материалах уголовного дела и исследованных судом первой инстанции.

В апелляционных жалобах не приведены доводы, которые бы не были учтены судом первой инстанции в качестве смягчающих обстоятельств при решении вопроса о назначении наказания.

Оснований для применения к осужденному ФИО1 в соответствии со ст.96 УК РФ положений главы 14 УК РФ не имеется. поскольку его восемнадцатилетний возраст позволял ему в полной мере осознавать характер и степень общественной опасности своих преступных действий.

Суд назначил наказание ФИО1 по преступлениям предусмотренным ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ, ч.3 ст.30, п. «а, б» ч.3 ст.228.1 УК РФ в соответствии с требованиями ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ, ФИО2 в соответствии с требованиями ч.ч.6, 6.1 ст.88, ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ.

В приговоре оговорено отсутствие оснований для назначения дополнительных наказаний.

Суд с соблюдением требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания пришел к аргументированному выводу о возможности исправления ФИО1 и ФИО2 лишь в условиях изоляции от общества, назначив каждому из них, за каждое преступление, предусмотренное законом наказание в виде реального лишения свободы.

Вывод суда о невозможности применения к осужденным ФИО1 и ФИО2 при назначении наказания правил ст.ст.64, 73, ч.6 ст.15 УК РФ судом подробно мотивирован в приговоре. Не согласиться с этим судебная коллегия не находит оснований.

Каких-либо иных смягчающих или исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО1 и ФИО2 преступлений, дающих основание для применения положений ст.64 УК РФ, а также положений ч.6 ст.15, ст.73 УК РФ, не установлено и в жалобах не приведено.

Судебная коллегия считает, что при определении вида и размера наказания в виде лишения свободы суд учел в полной мере все значимые обстоятельства по делу, правильно применил уголовный закон при назначении наказания. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется. Наказание, назначенное ФИО1 и ФИО2, является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим личности виновных, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Верно при назначении окончательного наказания ФИО1 применены положения ч.3 ст.69 УК РФ, ФИО2 положения ч.2 ст.69 УК РФ.

Назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание соответствует положениям ст.60 УК РФ, принципу справедливости, предусмотренному ст.6 УК РФ, а также целям уголовного наказания, установленным ч.2 ст.43 УК РФ, оснований считать его чрезмерно суровым или несправедливым не имеется.

Вопреки доводам жалоб защиты все установленные на момент рассмотрения дела и заслуживающие внимания обстоятельства, данные о личности ФИО1 и ФИО2, в том числе их положительные характеристики, были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания.

Судебная коллегия читает, что при определении вида и размера наказания в виде лишения свободы суд учел в полной мере все значимые обстоятельства по делу, правильно применил уголовный закон при назначении наказания. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется. Наказание, назначенное ФИО1 и ФИО2, является справедливым и соразмерным содеянному. Оснований для его смягчения не усматривается.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания назначен в соответствии с требованиями закона ФИО1 – исправительная колония строгого режима, ФИО2 – воспитательная колония.

Верховный Суд РФ в п.4 постановления Пленума от 1 февраля 2011 года № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» указал на необходимость рассмотрения уголовных дел в отношении несовершеннолетних в судах наиболее опытными судьями, вместе с тем, довод апелляционной жалобы о неопытности и некомпетентности судьи, рассмотревшего данное уголовное дело, судебная коллегия находит необоснованным, оснований для отвода судьи не имелось.

Оснований для изменения приговора по доводам апелляционных жалоб судебная коллегия не находит.

Вместе с тем приговор подлежит изменению.

В соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ в отношении осужденных за преступления, предусмотренные ст.228.1 УК РФ, время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один за один день.

Из приговора следует, что ФИО2 признан виновным за совершение семи преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.228.1 УК РФ и преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а, б» ч.3 ст.228.1 УК РФ.

Однако суд первой инстанции зачел ФИО2 в срок наказания время содержания его под стражей в период с <данные изъяты> по <данные изъяты>, а также с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, то есть один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии, что противоречит ч.3.2 ст.72 УК РФ, устанавливающей запрет на применение льготных условий зачета времени содержания под стражей в отношении перечисленных в законе лиц, в том числе осужденных за совершение преступления, предусмотренного ст.228.1 УК РФ.

В связи с изложенным судебная коллегия полагает необходимым приговор в данной части изменить, указать о зачете времени содержания ФИО2 под стражей с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ.

Отсутствие в описательно-мотивировочной части приговора ссылки на положения ч.1 ст.62, ч.3 ст.66 и ст.88 УК РФ при назначении наказания, о чем указывают в жалобе защита, не свидетельствует о неправильном назначении ФИО2 наказания, и не является основанием для его смягчения, поскольку указанные нормы уголовного закона судом фактически применены.

Размер назначенного ФИО2 наказания с очевидностью свидетельствует о том, что при его назначении суд руководствовался положениями ч.3 ст.66 и ч.1 ст.62 УК РФ, и требованиями ст.ст.88, 89 УК РФ, в связи с чем размер наказания ФИО2 определен правильно.

Суд, мотивируя назначение наказания ФИО2, указал, что положения ч.3 ст.60, ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ, а также требованиями ст.ст.88, 89 УК РФ при определении размера наказания применены в отношении ФИО1, однако из смысла следует, что данное указание является явной технической ошибкой, так как исходя из содержания мотивов назначения наказания и назначенного ФИО2 срока лишения свободы, судом при назначении наказания применены положения ст.88 УК РФ о назначении наказания несовершеннолетнему, поскольку смягчающим наказание обстоятельством суд признал его несовершеннолетний возраст, кроме того, в приговоре указано о признании смягчающим наказание ФИО2 обстоятельством активного способствования раскрытию и расследованию преступления, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, в связи с чем, судебная коллегия полагает необходимым уточнить в описательно-мотивировочной части приговора (лист приговора 51) при определении размера наказания о том, что положения ч.3 ст.60, ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ, а также требованиями ст.ст.88, 89 УК РФ применены в отношении ФИО2

Вместе с тем вносимые в данной части изменения в приговор суда не влияют на квалификацию действий осужденных, вид, размер и законность назначенного осужденным наказания, оно не подлежит смягчению.

Каких-либо существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора либо внесение в него иных изменений, из материалов дела не усматривается.

Учитывая изложенное и, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Химкинского городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО4 <данные изъяты> и ФИО1 <данные изъяты> изменить:

- уточнить в описательно-мотивировочной части приговора (лист приговора 51) при определении размера наказания о том, что положения ч.3 ст.60, ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ, а также требования ст.ст.88, 89 УК РФ применены в отношении ФИО2;

- указать о зачете времени содержания ФИО2 под стражей с <данные изъяты> по <данные изъяты>, с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ.

В остальном этот приговор в отношении ФИО1 <данные изъяты> и ФИО4 <данные изъяты> оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам гл.47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, а осужденными, содержащимися под стражей - в тот же срок со дня вручения им копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Колпакова Е.А.

Судьи Абрамская О.А.

Комкова А.Г.