Апелляционное постановление № 22-4267/2020 от 3 августа 2020 г. по делу № 1-186/2020

Судья Нагаева С.А.

Дело № 22-4267


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 4 августа 2020г.

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Теплоухова А.В.,

при помощнике судьи Булдаковой С.В.

с участием прокурора Быкариз С.Н.

осуждённого ФИО1, его защитников – адвокатов Атаманчука Н.Н. и Бушлановой С.Ю., защитника осуждённого ФИО2 адвоката Чудинова Д.Б.

потерпевшей Т.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи апелляционные жалобы осуждённого ФИО1, его защитника Атаманчука Н.Н., адвоката Чудинова Д.Б в защиту осуждённого ФИО2, потерпевшей Т. на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 11 июня 2020г., по которому

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, судимый:

- 26 июня 2013г. Ленинским районным судом г. Перми по пп. «а», «б» ч.2 ст. 158, ч. 1 ст. 150 УК РФ в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений к 2 годам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев;

- 29 сентября 2014г. Мотовилихинским районным судом г. Перми по п. «г» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 162 УК РФ в соответствии с ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ по совокупности преступлений и приговоров к 5 годам лишения свободы со штрафом 25000 рублей; освобождённый 3 декабря 2018г. по отбытию наказания; штраф оплачен полностью 2 августа 2017г.,

осуждён по ч. 1 ст. 126 УК РФ к 3 годам лишения свободы, ч. 1 ст. 139 УК РФ к 9 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % из заработной платы ежемесячно в доход государства; в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний к 3 годам 2 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с исчислением срока наказания со дня вступления приговора в законную силу и зачётом времени содержания под стражей с 8 октября 2019г. по 3 марта 2020г., а также с 11 июня 2020г. до вступления приговора в законную силу из расчёта один день за один день;

ФИО2, дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осуждён по ч. 1 ст. 126 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, с установлением предусмотренных законом обязанностей.

Решены вопросы по мере пресечения и вещественным доказательствам.

Изложив существо судебного решения, апелляционных жалоб и возражений, заслушав выступления осуждённого ФИО1, адвокатов Атаманчука Н.Н., Бушлановой С.Ю., Чудинова Д.Б., потерпевшей Т., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Быкариз С.Н. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в похищении Т. Кроме того, ФИО1 признан виновным в незаконном проникновении в жилище против воли проживающих в нём супругов Т.

Преступления совершены 7-8 октября 2019г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 отрицает свою вину в похищении Т., в связи с чем считает приговор чрезмерно суровым. В обоснование своей позиции ссылается на показания потерпевшей Т. в ходе очной ставки и в судебном заседании о том, что свои первые показания она давала под давлением родственников, а суд необоснованно отнёсся к ним критически. На момент проведения очной ставки он был заключён под стражу, а ФИО2 находился на домашнем аресте, поэтому у них не было возможности позвонить, встретиться с потерпевшей, оказать на неё давление. Свидетель Ш. в своих показаниях не говорила о том, что при входе в отель она видела или слышала недопустимые действия или крики. В номере отеля имелся стационарный телефон, при желании потерпевшая могла позвонить и сообщить вахтёру о своём похищении. У Т. была возможность уйти, но не было желания, а значит, её устраивала данная ситуация. Отмечает, что при завершении следствия он признал свою вину в похищении потерпевшей из-за безвыходности, не знал, как доказать свою невиновность, хотелось домой. Кроме того, его невиновность в похищении потерпевшей подтверждается и тем, что 7 октября 2019г. он вместе с ней заезжал в аптеку за лекарствами для неё, а также в кафе и за обувью. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Атаманчук Н.Н. в защиту ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным, вину ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ, не доказанной. Полагает, что его действия подпадают под примечание к ст. 126 УК РФ и не образуют состава преступления. Указывает, что суд при описании преступного деяния в нарушение ст. 307 УПК РФ не установил и не указал в приговоре мотив и цели преступления. Вывод суда о том, что ФИО1, продолжая осуществлять свой преступный умысел в период с 15-00 7 октября 2019г. до дневного времени 7 октября 2019г., удерживал Т. в доме № ** по ул. **** в г. Перми, в номере гостиницы и в банном комплексе, постоянно наблюдая за ней с целью предотвращения попыток освободиться, опровергается показаниями осуждённого и потерпевшей, данными на очной ставке и в судебном заседании. Из показаний Т. следует, что она имела возможность уйти в любой момент, ФИО1 не удерживал её. Однако она сама приняла решение остаться с ним и выяснить отношения. Они договорились, что ФИО1 вызовет ей такси и она уедет домой. При изложенных потерпевшей обстоятельствах нельзя сделать вывод о том, что она удерживалась ФИО1 и он пресекал её попытки освободиться; у него имелась такая возможность, однако он ею не воспользовался. Судом не дана оценка показаниям потерпевшей на очной ставке с ФИО1, в которых она сообщила, что он её не удерживал, она имела возможность уйти из гостиницы, пока ФИО1 был в душе. Просит приговор в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 126 УК РФ отменить, ФИО1 по данному составу преступления оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Чудинов Д.Б. в защиту ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным, постановленным на основе предположений и противоречивых данных. Обосновывает свою позицию, приводя анализ показаний Т., ФИО1 и ФИО2, обращая внимание, что ФИО2 привёз ФИО1 в п. Садоягодное по его просьбе, поскольку тот желал примириться с потерпевшей; никаких дальнейших действий они не обсуждали. ФИО2 не принимал участия в изъятии Т. из дома, её помещении в автомобиль, для него самого такие события были неожиданными. Действительно, ФИО2 управлял автомобилем, принёс потерпевшей обувь, покупал ей еду, снял номер в гостинице, поскольку у Т. и ФИО1 не было с собой паспортов. ФИО2 знал, что конфликтные ситуации у Т. и ФИО1 протекали бурно, это подтверждается и результатами исследования психологических особенностей их личности. При посадке Т. в автомобиль ФИО2 не мог однозначно оценить действительные намерения Т. по поводу её нахождения с ФИО1, её желания ехать с ним в Пермь; её плач и ссора с ФИО1 во время посадки в машину и при начале движения воспринимались им как проявление очередного бурного конфликта. Во время движения ФИО1 и Т. ссорились, что вынуждало ФИО2 останавливать автомобиль, он испытывал затруднения в оценке этой ситуации. Но поскольку ФИО1 и Т. в это время достигли согласия как минимум один день пробыть вместе в г. Перми, ФИО2 субъективно не мог полагать, что содействует ФИО1 в похищении Т. Он привёз их в Пермь убеждённым, что это стало их обоюдным намерением, и оставив их на даче, уехал. Нет доказательств дальнейшего обсуждения ФИО2 и ФИО1 их действий, в том числе направленных на удержание Т. Не подтверждается и намерение ФИО2 вернуться и ещё раз перевезти Т. ФИО1 и Т. выходили из машины спокойно, без его помощи. Согласно показаниям участников данных событий Т. и ФИО1 не остались на даче из-за холода, подыскивали квартиру на сутки и только потом ФИО1 попросил ФИО2 по телефону отвезти их в гостиницу. Приехав на дачу, ФИО2 не видел признаков недобровольности нахождения Т. с ФИО1, она сама утверждала, что её надо вернуть сегодня или завтра. Во время поездки до гостиницы они не ссорились; Т. не пыталась убежать, обратиться за помощью к сотрудникам гостиницы, могла уйти из гостиницы, но не сделала этого, поскольку договорилась с ФИО1, что уйдёт на следующий день. Полагает, что действия ФИО2 не могут расцениваться как направленные на совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ. Исходя из того, что в состав данного преступления входят три элемента действий похитителя: захват, перемещение и последующее удержание, и у лица должен быть умысел на совершение всех элементов, для обоснованности вменения ФИО2 такого преступления недостаточно указать на то, что он знал о недобровольности помещения потерпевшей в автомобиль и дальнейшего её следования в г. Пермь, необходимо подтвердить, что у него был умысел на удержание потерпевшей в Перми. Недостаточно указать и на игнорирование ФИО2 просьбы потерпевшей, поскольку закон не требует от него в этом случае совершать активные действия по освобождению Т. Такие действия, как обеспечение потерпевшей обувью, едой и снятие номера в гостинице не способствуют её удержанию. Несообщение ФИО2 в органы полиции о произошедшем свидетельствует не об умысле на пособничество в похищении человека, а о том, что он расценивал их действия как очередной конфликт. Показаниями всех участников подтверждается нежелание ФИО2 вмешиваться в их конфликт, его невозможность оперативно разобраться в происходящем и намерение избежать действий, порождающих негативные эмоции по отношению к нему со стороны потерпевшей и ФИО1, либо к друг другу. С момента, когда ФИО1 и Т. договорились, что потерпевшая останется с ФИО1 в машине и поедет в Пермь добровольно, следует считать, что Т. была освобождена добровольно, поэтому ФИО1 и ФИО2 должны были быть освобождены от ответственности. Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, оправдать его по ч. 1 ст. 126 УК РФ.

В апелляционной жалобе потерпевшая Т. считает назначенное ФИО1 наказание чрезмерно суровым. Обращает внимание, что она не желала привлекать его к уголовной ответственности, простила, тяжких последствий от его действий не наступило; в своих показаниях она говорила, что сразу после случившегося они помирились и она могла уйти из гостиницы или из бани домой, но не ушла, потому что во время ожидания такси приехали сотрудники полиции. После вынесения приговора они хотели обсудить возможность возобновить отношения. Просит назначить ФИО1 наказание, не связанное с лишением свободы.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Печеневская Е.М. считает приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения.

Проверив представленные материалы дела, изучив доводы жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении при изложенных в приговоре обстоятельствах деяний, за которые они осуждены, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведённых в приговоре.

ФИО1 признал незаконное проникновение в жилище Т. против их воли, его вина в нарушении неприкосновенности жилища подтверждается показаниями всех потерпевших, в том числе Т., о том, что ФИО1 проник в квартиру через окно без разрешения и согласия хозяев, без каких-либо на то законных оснований. Показания потерпевших последовательны, логичны, согласуются между собой, не оспариваются осуждённым ФИО1 Его вина подтверждается и другими доказательствами: показаниями ФИО2, которому во время обратной поездки ФИО1 рассказал о проникновении в чужой дом через окно, протоколом осмотра места происшествия – жилища Т., в котором зафиксированы следы проникновения постороннего лица, заключением эксперта по результатам проведения дактилоскопической экспертизы о том, что один папиллярный след руки, изъятый при осмотре места происшествия, оставлен большим пальцем правой руки ФИО1, иными доказательствами, представленными органом обвинения и исследованными в судебном заседании.

Противоправные действия ФИО1 по данному эпизоду правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 139 УК РФ.

Вывод суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в похищении Т. основан на собранных по делу доказательствах, их анализе и мотивирован надлежащим образом.

Так, никто из участников данных событий – Т., ФИО1 и ФИО2 - не отрицают, что Т. 7 октября 2019г. оказалась в автомобиле под управлением ФИО2 не по своей воле. Об этом со всей очевидностью свидетельствует отсутствие у потерпевшей обуви, сотового телефона и денежных средств на тот момент, когда она оказалась в автомобиле, и на протяжении всей поездки и дальнейшего пребывания в Перми.

Действия ФИО1 по захвату и перемещению Т. в город Пермь начались в доме Т., куда он незаконно проник с целью её похищения.

ФИО1 признал, что после обнаружения его в чужом жилище он применил насилие против дедушки и бабушки Т., вставших на её защиту, ударив дедушку и оттолкнув бабушку, затем, несмотря на уговоры Т. поговорить здесь же, в квартире, взял её и унёс в машину без обуви; при этом она была в шоке, плакала, «была на нервозе».

В целом такие же, но более подробные и откровенные показания ФИО1 давал и на предварительном следствии, указывая, что ударил дедушку 2 или 3 раза в лицо, оттолкнул бабушку, приподнял Т. и унёс в машину без обуви, закрыв бабушку и дедушку снаружи, чтобы спокойно уйти и поговорить; просьбы Т. отпустить и поговорить в квартире он проигнорировал, усадил её в машину.

ФИО2 показал, что в Кунгуре он остановил машину в 200 метрах от дома, так как Т. знает его машину и могла отказаться разговаривать, сам остался, а ФИО1 ушёл; вернулся он через 30 минут, под мышкой нёс Т., которая ревела, посадил её в машину, попросил отвезти их в Пермь; по дороге между ними была словесная перепалка, он пару раз останавливался на 30 секунд, так как Т. просила поговорить; видел, что они сильно поругались, но внятно ничего не объясняли, сидели сзади, о чём разговаривали, не вникал; не видел, пыталась ли Т. выйти из машины, сам её не удерживал.

Показания ФИО2 на предварительном следствии также более детальны. О пояснял, что машину поставил в 200 метрах от дома Т. по указанию ФИО1. Тот сказал, что подождёт Т. дома. Через некоторое время он услышал плачь Т., она сквозь слёзы просила ФИО1 отпустить её, тот тащил её по улице; Т. сопротивлялась. ФИО1 с силой затолкал её на заднее пассажирское сиденье, она упиралась и не хотела садиться в машину. Т. кричала, обращаясь к нему, просила остановить машину, сказала, что ФИО1 избил её деда; в это время ФИО1 кричал, чтобы он быстрее ехал от дома Т.. На просьбы Т. он (ФИО2) не реагировал, хотел побыстрее выехать на трассу, чтобы ФИО1 и Т. успокоились. Во время поездки ФИО1 рассказал, что залез в дом через окно, потому что дверь была закрыта; когда его обнаружили, пытался поговорить с дедушкой Т., завязалась драка. Во время движения Т. хотела выпрыгнуть из машины, ФИО1 закрывал дверь и кричал на неё.

Потерпевшая Т. показала, что дед при обнаружении в квартире ФИО1 стал выгонять его, тот пытался поговорить, она слышала крики из комнаты, дед с ФИО1 толкались, бабушка пыталась их разнять, ей «прилетел» удар в лицо; ФИО1 утащил её (Т.) на руках, посадил в машину ФИО2 и увёз в Пермь. За рулём был ФИО2 Она предлагала ФИО1 поговорить здесь, была в шоковом состоянии, не хотела ехать. Была без обуви в носках, телефона и денег с собой не было. В машине они с ФИО1 ругались, тот ждал, пока она выговорится. ФИО2 не вникал в их разговор, ему была неприятна эта ситуация. ФИО1 в машине её не удерживал, молчал, говорила в основном она.

Таким образом, стороны не отрицают установленные судом фактические обстоятельства дела, связанные с незаконным захватом ФИО1 и перемещением Т. в автомобиль ФИО2

Показания потерпевшей и осуждённых в судебном заседании о дальнейших их действиях, связанных с поездкой от пос. Садоягодный в город Пермь и пребывании в Перми Т., где на следующий день ФИО1 был задержан работниками полиции, сводятся к тому, что Т. по пути в Пермь смирилась с ситуацией, в которой оказалась, и действовала уже добровольно, её никто не удерживал.

Однако показания всех троих в данной части нелогичны, непоследовательны, опровергаются показаниями Т. на предварительном следствии.

Так, и ФИО2 на предварительном следствии и Т. указывают, что во время поездки в автомобиле она не смирилась со своей участью, а пыталась освободиться, выпрыгнуть из машины, но её удерживал ФИО1

Т., подробно допрошенная в день окончания этих событий, пояснила, кроме того, что в машине она сильно плакала, просила ФИО2 помочь ей, остановить машину и отпустить её, говорила, что ФИО1 избил её дедушку и бабушку, ФИО2 молчал. Она схватила его за воротник, попросила повлиять на ФИО1, чтобы её отпустили, так как она не хочет с ним никуда ехать. ФИО2 ей на это ответил: «Если бы не я, то другой бы повёз, какая разница». В это время ФИО1 кричал ей, чтобы она заткнулась, а ФИО2 говорил не слушать её, так как это просто эмоции, быстрее гнать машину, чтобы их никто не догнал.

Оценивая показания осуждённых и Т. в совокупности с другими доказательствами, суд апелляционной инстанции исходит из того, что показания Т. на предварительном следствии более достоверны, она не смогла убедительно объяснить суду причину их изменения; из её позиции, высказанной суду первой и второй инстанции по настоящему делу, можно сделать вывод, что изменение показаний вызвано тем, что в настоящее время, когда ФИО1 изолирован от общества, она примирилась с ним, сочувствует ему, надеется на продолжение отношений и желает смягчить его ответственность.

В этой связи доводы стороны защиты о том, что Т. не считала себя похищенной, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными. Объективная картина событий по настоящему делу, установленная из показаний её участников, говорит об обратном. Ситуация в которой оказалась Т. – её захват ФИО1 в жилище близких родственников и перемещение с применением физической силы в автомобиль ФИО2, предшествующее этому нанесение побоев её близким родственникам с целью устранения препятствий, перевозка в другой город в окружении двух мужчин, один из которых - ФИО1, как следует из её показаний на предварительном следствии, ранее неоднократно проявлял агрессию по отношению к ней и лицам, пытавшимся её защитить, избивал их, выслеживал её и находил, а другой - ФИО2 – помогал ему в этом, отсутствие привычного средства связи – сотового телефона, денежных средств, обуви, - всё это не позволяло ей надеяться на освобождение, ставило её в зависимое положение от ФИО1 и ФИО2

При таких обстоятельствах отказ Т. в дальнейшем, в городе Перми, от каких-либо активных действий, попыток освободиться не может расцениваться как её согласие с условиями, в которых она оказалась. Так, из её показаний на предварительном следствии следует, что ФИО1 по приезду в Пермь не оставлял её одну до самого задержания работниками полиции, - в доме по ул. ****, затем в гостинице и в банном комплексе, контролировал, искал убежище, где её было трудно найти, рассматривал различные варианты скрыться с ней – в г. Чайковский, в Украине, затем сказал, что отпустит её через два дня, но она ему не поверила, долго мылась в бане, тянула время, пока туда не зашли сотрудники полиции. ФИО2 продолжал помогать ФИО1, перевозил их, снял номер в гостинице.

Характерно, что Т. использует в своих показаниях слово «отпустит», которое само по себе свидетельствует о том, что она удерживалась ФИО1, а не оставалась с ним на добровольных началах.

У Т. с учётом прежнего поведения ФИО1, случаев применения к ней физического насилия, его вспышек агрессии, целеустремлённости в её поиске, когда она была вынуждена скрываться от него, были все основания опасаться его и не предпринимать попыток по освобождению.

ФИО2 принимал активное участие в перемещении Т. из одного населённого пункта в другой, то есть в её похищении. Он привёз ФИО1 к месту захвата Т. из города Перми в пос. Садоягодный в Кунгурском районе, где ожидал появления ФИО1 с Т., разместив автомобиль на удалении от дома, в котором она проживала, чтобы не вызвать у неё подозрений, затем управлял автомобилем, в который Т. была помещена ФИО1 против её воли, не позволяя ей тем самым освободиться, выйти из автомобиля, поскольку не мог не понимать, что сделать это на ходу и в присутствии ФИО1 у неё не получится. Таким образом, ФИО2, договорившись с ФИО1, выполняя свою роль, активно участвовал в похищении Т., выступил одним из исполнителей данного преступления.

Эти действия осуждённых правильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 126 УК РФ как похищение человека.

Оснований для применения примечания к данному преступлению, в соответствии с которым лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, из материалов уголовного дела не усматривается. Ни ФИО2, ни ФИО1 по обстоятельствам дела Т. не освобождали, она получила свободу лишь в результате задержания ФИО1 работниками полиции в банном комплексе в г.Перми на следующий день после похищения.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2, наличии в их действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 126 УК РФ, а в действиях ФИО1 также и преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, мотивированы надлежащим образом.

При назначении наказания судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, данные о личности виновных, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

В качестве смягчающих обстоятельств суд учёл у ФИО1 полное признание им вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, признание им на стадии предварительного следствия вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 126 УК РФ, принесение извинений потерпевшим. В качестве отягчающих обстоятельств признаны рецидив преступлений, поскольку ФИО1 имеет судимости за умышленные преступления.

При назначении ФИО2 наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ суд в качестве смягчающих обстоятельств учёл наличие малолетнего ребёнка, признание вины в ходе предварительного следствия, принесение извинений потерпевшей, состояние здоровья виновного.

У обоих осуждённых судом также обоснованно признано в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ, группой лиц, поскольку доказано, что ФИО1 и ФИО2 при похищении Т. действовали совместно и согласованно.

При наличии отягчающих обстоятельств правовых снований для изменения в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ, на менее тяжкую не имеется.

Вывод суда о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, отсутствии оснований для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ мотивирован в приговоре надлежащим образом. Вид и размер наказания, назначенного ФИО1 за каждое преступление и по совокупности преступлений, являются справедливыми, положения ч. 2 ст. 69 УК РФ судом не нарушены.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства при назначении осуждённым наказания судом учтены, наказание обоим осуждённым является справедливым, соразмерным содеянному.

Судебное разбирательство проведено судом с соблюдением принципов полноты, всесторонности, объективности, состязательности сторон. Доводы, изложенные защитниками, осуждённым ФИО1 и потерпевшей Т. в жалобах и в судебном заседании апелляционной инстанции, поставить под сомнение законность и обоснованность приговора не могут.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 11 июня 2020г. в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого ФИО1, адвокатов Атаманчука Н.Н. и Чудинова Д.Б., потерпевшей Т. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: