Апелляционное постановление № 22-722/2025 от 21 августа 2025 г. по делу № 1-26/2025

Судья Круглов В.Н. Дело № 22-722/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Саранск Республика Мордовия 22 августа 2025 года

Верховный Суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Нардышевой О.А.,

при секретаре Кривенышевой Е.И.,

с участием прокурора Беськаева А.А.,

защитника ФИО1 – адвоката Фомкина Н.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Фомкина Н.Н. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 23 июня 2025 года в отношении ФИО1, а также возражения государственного обвинителя Мелешкина А.И. на апелляционную жалобу.

Заслушав доклад председательствующего, выслушав мнения адвоката Фомкина Н.Н. в защиту интересов ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Беськаева А.А., полагавшего необходимым приговор изменить, суд

установил:

приговором Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 23 июня 2025 года

ФИО1 <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, образование 8 классов, холостой, без определенных занятий, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, судим:

3 октября 2014 года Атюрьевским районным судом Республики Мордовия (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным дела Верховного Суда Республики Мордовия от 26 ноября 2014 года) по ч.1 ст.115, ч.1 ст.119, ч.1 ст.111 УК РФ, на основании ч.3 ст.69 УК РФ окончательно к 4 годам 6 месяцам лишения свободы и штрафу в доход государства в размере 15 000 руб. с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, в силу ч.2 ст.71 УК РФ наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно, освобожден 29 января 2018 года постановлением Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 16 января 2018 года условно-досрочно на срок 9 месяцев 16 дней;

30 мая 2024 года мировым судьей судебного участка Атюрьевского района Республики Мордовия по ч.1 ст.115 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы 5% в доход государства, наказание отбыто 1 апреля 2025 года,

осужден

- по ч.1 ст.119 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы;

- по ч.2 ст.116-1 УК РФ к 6 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений не выезжать за пределы Атюрьевского муниципального района Республики Мордовия, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в указанный специализированный государственный орган один раз в месяц на регистрацию.

На основании ч.2 ст.69, п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера процессуального принуждения изменена с обязательства о явке на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч.3-1 ст.72 УК РФ ФИО1 в срок отбывания наказания зачтено время его содержания под стражей с 23 июня 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 осужден за совершение угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также за нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ, и не содержавших признаков состава преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, лицом, имеющим судимость за преступление, совершенное с применением насилия, которые, как установил суд, имели место примерно в 17 час. 21 декабря 2024 года на территории фермы по адресу: <адрес>, в отношении потерпевшего С.Р.Н.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 в вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Фомкин Н.Н., действующий в интересах осужденного ФИО1, считает приговор суда незаконным и необоснованным, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а также неправильным применением уголовного закона.

Указывает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ, не соответствует фактическим обстоятельства уголовного дела, установленных судом и не подтверждается доказательствами по делу. Суд первой инстанции сослался на показания свидетелей, которые были выгодны для постановления обвинительного приговора, а показаниям свидетелей стороны защиты не дал оценки.

ФИО1 не высказал в адрес С.Р.Н. каких-либо угроз убийством, не совершал иных угрожающих действий, дающих потерпевшему основания считать угрозу реальной и опасаться ее осуществления, а также не наносил ему каких-либо побоев. В суде первой инстанции ФИО1 пояснял, что у него не было никаких конфликтов со С.Р.Н. Данное обстоятельство также не оспаривалось потерпевшим, который в том числе утверждал, что ФИО1 ему не угрожал, какой-либо угрозы убийством не высказывал. В связи с чем у С.Р.Н. отсутствовала реальность угрозы, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления.

Кроме того, С.Р.Н. также утверждал, что ФИО1 никаких ударов ножом по голове не наносил, а те повреждения, которые образовались у него на голове, появились в результате его падения при возникновении очередного приступа, при котором он ударился о ведра, бетонную поверхность. В связи с тем, что у него имеется психическое заболевание, из-за которого он был комиссован в период прохождения службы в армии, то периодически у него происходят припадки, сопровождающиеся потерей сознания и падением с высоты собственного роста, в результате чего он получает травмы.

Свидетель М.М.С. в суде также подтвердил, что С.Р.Н. страдает эпилептическими припадками, в результате чего может упасть и получить какие-либо повреждения.

Допрошенная в суде в качестве эксперта Р.Е.Е. показала, что при проведении экспертизы ей не было известно о наличии у С.Р.Н. психического заболевания, и не оспаривала, что тот мог получить телесные повреждения в результате падения с высоты собственного роста.

Обращает внимание на то, что суд первой инстанции в обоснование доводов о виновности ФИО1 ссылается на заключение судебно-медицинского эксперта, согласно которого телесные повреждения на голове у С.Р.Н. образовались от действий тупого предмета (предметов) и не повлекли вреда здоровью потерпевшего. Вместе с тем, в заключении также указано, что данные телесные повреждения могли образоваться в результате падения самого С.Р.Н. с высоты собственного роста и о соударении о твердую поверхность головой. Однако суд первой инстанции, ссылаясь на заключение эксперта № 27/2025 от 22 февраля 2025 года, не дает оценки доводам защиты о получении потерпевшим телесного повреждения в результате падения с высоты собственного роста.

Указывает, что 21 декабря 2024 года у С.Р.Н. случился очередной припадок, в результате которого тот упал, потерял сознание и получил травму головы в левой теменной области.

Обращает внимание, что в связи с наличием противоречий в показаниях потерпевшего, данных в суде и на предварительном следствии, имелись все основания для проведения по данному уголовному делу судебной ситуационной экспертизы с целью проверки показаний потерпевшего, подсудимого и свидетеля К.А.А., а также следственного эксперимента, однако стороной обвинения об этом заявлено не было. В связи с тем, что данные противоречия по делу не были устранены, в соответствии со ст.14 УПК РФ все сомнения в виновности ФИО1 должны толковаться в его пользу.

Считает, что причиной обращения потерпевшего с заявлением в полицию явилось намерение получить от подсудимого 50 000 руб. за прекращение уголовного дела, о чем было сообщено при проведении очной ставки с К.А.А.

Указывает, что в ходе предварительного расследования были нарушены права его подзащитного, что выразилось в неуведомлении ФИО1 с постановлением о возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ, в связи с чем тот был лишен возможности обжаловать данное постановление в порядке ст.125 УПК РФ.

Обращает также внимание, что в материалах уголовного дела не содержится доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений. Все обвинение построено только на показаниях свидетеля К.А.А., которые противоречат остальным доказательствам по делу. При этом на протяжении всего предварительного и судебного следствия показания ФИО1 являлись последовательными, правдивыми, указывающими на отсутствие мотива к совершению данных преступлений.

Судом первой инстанции не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение по делу, суд принял доказательства стороны обвинения и надлежащим образом не оценил доказательства, опровергающие вину ФИО1

Указывает, что при вынесении итогового решения по делу судом первой инстанции нарушены требования положений п.п.3, 4 ч.1 ст.305, п.2 ст.307, ст.240 УПК РФ, что свидетельствует о проведении произвольной, односторонней оценки представленных сторонами доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

В соответствии с положениями ст.297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Однако приговор в отношении ФИО1 данным требованиям не соответствует, поскольку основан на противоречивых доказательствах и на предположениях.

В связи с этим обоснование квалификации действий ФИО1 по ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ является предположительным и не основанным на фактических обстоятельствах дела. Просит приговор Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 23 июня 2025 года отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – заместитель прокурора Краснослободского района Республики Мордовия Мелешкин А.И. высказывает несогласие с изложенными в ней доводами, просит оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Рассмотрение уголовного дела судом первой инстанции было проведено в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, процедуру судопроизводства и правила о подсудности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции принял предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, подлежащих доказыванию при производстве по настоящему уголовному делу, которые установлены и нашли свое отражение в приговоре.

Обвинительный приговор в полной мере соответствует требованиям ст.ст.304, 307-309 УПК РФ. В нем отражены обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, о юридической квалификации им содеянного, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ, при изложенных в приговоре обстоятельствах, являются обоснованными, соответствуют всесторонне проверенным в судебном заседании доказательствам, которые подробно изложены и проанализированы в приговоре.

Утверждения в апелляционной жалобе о необоснованности осуждения ФИО1 по ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ ввиду недоказанности его вины в совершении данных преступлений по существу повторяют процессуальную позицию осужденного и его защитника в судебном заседании в районном суде, которая в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции и обоснованно отвергнута в приговоре как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств, так как опровергается достаточной совокупностью собранных с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ и согласующихся между собой доказательств.

В соответствии с требованиями закона суд первой инстанции дал в приговоре анализ и надлежаще оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности показаний ФИО1, потерпевшего С.Р.Н., свидетелей К.А.А., М.М.С., П.М.С., эксперта-психиатра Р.Е.Е., а также указал мотивы, по которым в основу его выводов положены одни и отвергнуты другие доказательства. В частности суд первой инстанции привел в приговоре убедительные доводы, по которым показания в ходе предварительного расследования потерпевшего С.Р.Н., свидетеля К.А.А. признал достоверными, а к их показаниям в судебном заседании, равно как и к показаниям ФИО1 и свидетеля М.М.С. отнесся критически.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции проверил показания указанных лиц во взаимосвязи с другими письменными доказательствами, в том числе заключениями судебных экспертиз, протоколами осмотра места происшествия, проверки показаний на месте, осмотра предметов, очных ставок. Процесс их исследования надлежащим образом отражен в протоколе судебного заседания.

Тот факт, что данная судом первой инстанции оценка собранных доказательств, в том числе показаний в ходе дознания потерпевшего С.Р.Н., свидетеля К.А.А., не совпадает с позицией осужденного, а приводимые в апелляционной жалобе доводы фактически направлены на переоценку этих доказательств, не свидетельствует о нарушении судом требований ст.88 УПК РФ.

Какие–либо неустранимые судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1 в указанных преступлениях, по делу отсутствуют. Вопреки доводам апелляционной жалобы, чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного, не выявлено.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал, утверждая, что убийством ножом потерпевшему С.Р.Н. не угрожал, побоев ему вообще не наносил. Считает, что С.Р.Н. по указанию К.А.А., который заранее все спланировал, обратился с заявлением о привлечении его к уголовной ответственности, чтобы получить с него 50 000 руб. При этом считает, что С.Р.Н. без К.А.А. додуматься до этого не мог.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей вины, суд первой инстанции, проанализировав в соответствии с положениями ст.ст.17, 88 УПК РФ представленные сторонами доказательствами в их совокупности, сделал правильный вывод о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ.

Занятая осужденным ФИО1 позиция на отрицание вины в совершении инкриминируемых преступлений, является избранным способом защиты, имеющим целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

Допрошенный в ходе дознания потерпевший С.Р.Н., чьи показания были оглашены в суде на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, показал, что он подрабатывает разнорабочим на ферме, расположенной на окраине <адрес> Республики Мордовия, там же временно проживает. 21 декабря 2024 года в вечернее время он находился на территории фермы, где около 17 час. между ним и ФИО1, также работающим и проживающим на данной ферме, произошла ссора из-за того, что, по мнению ФИО1, он мало с ним общается. После этого ФИО1, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, нанес ему удар кулаком по лицу, отчего он упал на землю. ФИО1 стал ему говорить, что он ведет себя с ним неправильно и что он сейчас его прибьет. В ходе высказывания данных претензий ФИО1 подошел очень близко к нему и, достав из кармана куртки складной нож и разложив его, заявил, что сейчас его зарежет, убьет. Он очень сильно испугался за свою жизнь и здоровье, поскольку у ФИО1 в руках находился нож и тот был очень зол.

После этого ФИО1 сложил нож и рукояткой данного ножа стал наносить ему удары по голове и туловищу. Так, рукояткой ножа ему было нанесено не менее пяти ударов по голове. От ударов он закрывался руками и курткой. После того, как ФИО1 перестал наносить ему удары рукояткой ножа, он быстро снял куртку и бросил ее в ФИО1 Это отвлекло ФИО1, в связи с чем он резко вскочил на ноги и побежал в сторону родильного дома. ФИО1 побежал за ним, при этом что-то выкрикивал в его адрес. Забежав в помещение родильного дома, он запер за собой дверь изнутри. ФИО1 стал стучаться в дверь, но он ее ему не открыл. Опасаясь ФИО1, он позвонил в полицию и не выходил из помещения до их приезда. Когда приехали сотрудники полиции, он им рассказал о произошедшем, после чего они отвели его в приемное отделение ГУБУЗ РМ «Краснослободская ЦРБ», где ему была оказана медицинская помощь и выставлен диагноз «ушибленная рана теменной области головы» (л.д.94 т.1).

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника о критическом отношении к показаниям в ходе дознания потерпевшего С.Р.Н., оснований подвергать их сомнению у суда не имелось, так как они последовательны на всем протяжении производства по делу.

Кроме того, приведенные показания потерпевшего С.Р.Н. не противоречат протоколу проверки его показаний на месте от 8 апреля 2025 года, при которой потерпевший их полностью подтвердил и, находясь на территории фермы по адресу: <адрес>, указал на место, где 21 декабря 2024 года в вечернее время ФИО1 нанес ему побои, а также высказал в его адрес угрозы убийством, которые были им восприняты реально, поскольку ФИО1 был агрессивно настроен и имел возможность при помощи ножа осуществить свою угрозу убийством (л.д.36-39 т.2).

Согласно протоколу очной ставки от 24 января 2025 года между потерпевшим С.Р.Н. и подозреваемым ФИО1, потерпевший С.Р.Н. вновь поддержал в полном объеме свои показания об указанных обстоятельствах, из которых также следует, что ФИО1 нанес ему один удар кулаком по лицу, от чего он испытал боль и упал на землю, затем достал из кармана куртки складной нож, разложив который, высказал в его адрес угрозы убийством, которые были восприняты им реально, после чего ФИО1 сложил нож и нанес рукояткой этого ножа ему удары по голове (л.д.184-185 т.1).

Показания в ходе дознания потерпевшего С.Р.Н. находят свое подтверждение также совокупностью других, проверенных судом доказательств, анализ которых отражен в приговоре.

Как следует из показаний свидетеля К.А.А., данных в ходе дознания и оглашенных в суде на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, он работает у ИП ФИО2 на ферме, расположенной по адресу: <адрес>. 21 декабря 2024 года он находился на данной ферме вместе с ФИО1 и С.Р.Н. Примерно в 16 час. этого же дня между ним и ФИО1 произошел конфликт из-за каких-то рабочих моментов. Спустя какое-то время к ним подошел С.Р.Н., который хотел успокоить ФИО1, однако это ФИО1 не понравилось. В связи с этим ФИО1, ругаясь со С.Р.Н., нанес С.Р.Н. удар кулаком по лицу, отчего тот упал на землю. Затем ФИО1 достал из кармана куртки складной нож и, разложив его, заявил С.Р.Н., что зарежет, убьет его. С.Р.Н. в этот момент находился на земле. После этого ФИО1 сложил нож, подошел к С.Р.Н. и стал рукояткой ножа наносить ему удары по голове, а также периодически наносить удары ногой по телу С.Р.Н. В данную конфликтную ситуацию он не стал вмешиваться, поскольку побоялся. Кроме того, ФИО1, находился в состоянии опьянения и был очень зол, поэтому его вмешательство могло еще сильнее разозлить ФИО1 (л.д.95-96, 232-234 т.1).

Свои показания свидетель К.А.А. полностью подтвердил во время проверки его показаний на месте 9 апреля 2025 года на территории фермы по адресу: <адрес>, указав о конкретных противоправных действиях ФИО1 в отношении С.Р.Н. (л.д.40-43 т.2).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, показания на стадии дознания свидетеля К.А.А., являвшегося по сути прямым очевидцем преступных действий осужденного в отношении С.Р.Н., соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как согласуются в том числе с положенными судом в основу обвинительного приговора показаниями в ходе дознания потерпевшего С.Р.Н. При этом каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об оговоре К.А.А. осужденного ФИО1, судом не установлено, а доводам К.А.А., первоначально не подтвердившим оглашенные в суде показания, судом первой инстанции дана надлежащая оценка.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными утверждения апелляционной жалобы относительно того, что суд не дал надлежащей оценки всем показаниям С.Р.Н. и свидетеля К.А.А., а также в нарушение требований закона к их показаниям в судебном заседании отнесся критически.

Как усматривается из материалов настоящего уголовного дела, показания потерпевшим С.Р.Н. и свидетелем К.А.А. во время дознания давались с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением им процессуальных прав, каких-либо замечаний к ходу допроса у них не имелось, с протоколами допросов они были ознакомлены и, не имея к ним замечаний, подписали их.

Оснований для признания их допросов недопустимыми доказательствами не имеется, так как протоколы допросов полностью соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, положениям ст.ст.166, 167 УПК РФ.

При этом суд первой инстанции обоснованно признал надуманными показания в суде потерпевшего С.Р.Н. и свидетеля К.А.А., данными с целью помочь ФИО1 уйти от уголовной ответственности.

Так, дознаватель П.М.С., допрошенная в суде первой инстанции в качестве свидетеля, утверждала, что перед началом допроса потерпевшего С.Р.Н., а также свидетеля К.А.А., им разъяснялись их права и обязанности, они предупреждались об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. Показания они давали в свободной форме, протоколы допросов прочитывали лично, после чего расписывались на каждой странице протокола. Каких-либо замечаний и заявлений по содержанию показаний как от потерпевшего, так и свидетеля не поступало. Ни потерпевший С.Р.Н., ни свидетель К.А.А. не обращались с жалобами на состояние здоровья. Никакого давления на С.Р.Н. и К.А.А. в ходе допросов сотрудниками полиции не оказывалось.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд тщательно проверил версию подсудимого и его защитника о механизме образования телесных повреждений у потерпевшего С.Р.Н. При этом всесторонне исследовал обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства. Проверка доказательств и их оценка в полной мере основана на положениях ст.ст.87, 88 УПК РФ. Данные выводы суд апелляционной инстанции находит правильными.

Согласно заключениям эксперта № 9/2025 от 17 января 2025 года, №27/2025 (дополнительная судебно-медицинская экспертиза) от 22 февраля 2025 года, в представленных медицинских документах имеются сведения о наличии у С.Р.Н. раны теменной области без вреда здоровью. Механизм образования раны определить не представляется возможным ввиду отсутствия ее детального описания в представленных медицинских документах. Давность образования данного телесного повреждения составляет до 1 суток к моменту обращения в лечебное учреждение, на что указывает характер элементов повреждения. Вероятность образования данного телесного повреждения в результате падения с высоты собственного роста, в том числе при соударении о какую-либо поверхность не исключается. Описанная рана теменной области могла образоваться в результате воздействия как одного удара, так и нескольких (л.д.89, 216-218 т.1).

Довод апелляционной жалобы о том, что у потерпевшего С.Р.Н. имеется психическое заболевание в виде эпилепсии, которое проявляется припадочным состоянием, потерей сознания и падением с высоты собственного роста, с последующем получением какой-либо травмы от падения, в связи с чем С.Р.Н. мог получить телесное повреждение в виде раны теменной области в результате очередного эпилептического приступа, суд апелляционной инстанции находит несостоятельным.

Данный довод опровергается показаниями, данными в ходе дознания потерпевшим С.Р.Н. и свидетелем К.А.А., последовательно утверждавших, что именно ФИО1 были нанесены С.Р.Н. удары рукояткой ножа в область головы.

То обстоятельство, что в заключении эксперта № 27/2025 (дополнительная судебно-медицинская экспертиза) от 22 февраля 2025 года указано о том, что вероятность образования данного телесного повреждения в результате падения с высоты собственного роста, в том числе при соударении о какую-либо поверхностью не исключается, не влияет на выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.116-1 УК РФ, поскольку совокупность представленных стороной обвинения и исследованных в судебном заседании доказательств бесспорно указывает на то, что имеющееся у потерпевшего С.Р.Н. телесное повреждение было получено им в результате активных и целенаправленных действий ФИО1

Утверждения апелляционной жалобы о том, что потерпевший С.Р.Н., имея психическое заболевание, на основании которого был комиссован из армии в период прохождения военной службы по призыву, из-за очередного эпилептического приступа, в ходе которого у него также случаются галлюцинации, мог не правильно воспринимать обстоятельства дела и давать о них показания, также являются несостоятельными.

Как следует из заключения комиссии экспертов № 121 от 25 февраля 2025 года, С.Р.Н. по своему психическому состоянию может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. Он обнаруживает в настоящее время и обнаруживал в период времени, относящийся к совершению в отношении него противоправных действий, синдром зависимости от алкоголя средней (второй) стадии (F10.2 по МКБ-10. Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о злоупотреблении спиртными в течение многих лет в форме запоев и систематически с формированием психофизической зависимости, утратой количественного и качественного контроля выпитого, появлением специфических личностных расстройств, судорожного синдрома на фоне абстиненции, перенесенном алкогольном психозе, необходимостью лечения у нарколога. Однако указанные особенности психики С.Р.Н. не сопровождаются выраженными нарушениями мышления, памяти, интеллекта, критических способностей, какой-либо психотической симптоматикой и выражены в не столь значительной степени, чтобы лишать С.Р.Н. возможности понимать характер, значение совершенных в отношении него противоправных действий и оказывать сопротивление виновному (л.д.203-205 т.1).

Оснований не доверять выводам экспертов у суда первой инстанции не имелось, поскольку они научно обоснованы, мотивированы и аргументированы, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ.

Допрошенная в качестве эксперта-психиатра Р.Е.Е. поддержала выводы экспертного заключения, указав также, что комиссией экспертов С.Р.Н. выставлен диагноз «синдром зависимости от алкоголя средней «второй» стадии», иным психическим заболеванием он не страдает. При даче показаний С.Р.Н. понимал характер и значение совершенных в отношении него противоправных действий, мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. На момент проведения в отношении него экспертизы С.Р.Н. давал последовательные показания, датировал основные события, которые не расходились с его первыми показаниями. У комиссии экспертов не было оснований сомневаться в способности С.Р.Н. давать показания.

У С.Р.Н. имеется судорожный синдром в связи с наличием у него заболевания «хронический алкоголизм». Данный синдром развивается в состоянии абстиненции и может быть вследствие длительного запоя или когда запой резко прерывается. При проведении экспертизы они не располагали сведениями о наличии у С.Р.Н. заболевания, в связи с которым тот был комиссован из армии. Однако, если бы даже у них имелось такая информация, то это никак не повлияло на заключение комиссии экспертов, поскольку они оценивали актуальное состояние С.Р.Н. на момент проведения экспертизы.

В связи с этим вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката суд первой инстанции дал надлежащую оценку выводам судебно-медицинских экспертиз, показаниям эксперта-психиатра Р.Е.Е., приведя в оспариваемом приговоре мотивы принятого решения, которые суд апелляционной инстанции находит обоснованными, подтвержденными исследованными судом доказательствами.

Суд первой инстанции также тщательно проверял выдвинутые стороной защиты доводы об оговоре ФИО1 потерпевшим в связи с наличием у потерпевшего психического заболевания, а также относительно договоренности С.Р.Н. со свидетелем К.А.А. о получении ими с ФИО1 50 000 руб., дал им объективную оценку во взаимосвязи с исследованными доказательствами по делу.

При этом довод стороны защиты о том, что обращение С.Р.Н. с заявлением в полицию явилось намерение получить от ФИО1 50 000 руб., является надуманным, так как ни в ходе дознания, ни в судебном заседании потерпевшим С.Р.Н. не ставился вопрос о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, в результате совершенных в отношении него преступлений.

Судом первой инстанции дана правильная критическая оценка показаниям свидетеля М.М.С., являвшегося индивидуальным предпринимателем, имеющим личное подсобное хозяйство, где осуществляли трудовую деятельность потерпевший с осужденным, и сделан верный вывод о том, что очевидцем произошедшего М.М.С. не являлся, об обстоятельствах случившегося ему стало известно со слов сотрудников полиции.

Отсутствие на ноже следов рук, пригодных идентификации личности, на что ссылается сторона защиты в апелляционной жалобе, никоим образом не свидетельствует о ненанесении ФИО1 ударов ножом по голове потерпевшему при совершении данных преступных деяний, поскольку по делу имеется достаточная совокупность положенных судом в основу приговора относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих сам факт применения осужденным ножа при нанесении побоев и высказанных им в процессе этого угроз убийством в адрес потерпевшего, а потому данное обстоятельство не влияет на правовую квалификацию преступных действий осужденного.

Несмотря на доводы апелляционной жалобы о необходимости проведения по делу следственного эксперимента и ситуационной судебной экспертизы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что непроведение указанных следственных действий не препятствовало рассмотрению дела по существу и не повлияло на полноту и достаточность представленных доказательств для установления вины осужденного.

Утверждения апелляционной жалобы о нарушении права на защиту осужденного ФИО1 в связи с неознакомлением ФИО1 с постановлениями о возбуждении уголовных дел и ненаправлении ему данных постановлений, в связи с чем тот был лишен возможности обжаловать указанные процессуальные документы в порядке ст.125 УПК РФ, суд апелляционной инстанции находит необоснованными, опровергаемыми исследованными доказательствами по делу.

Согласно уведомлений от 26 декабря 2024 года, 20 января 2025 года ФИО1 были направлены постановления о возбуждении в отношении него уголовных дел, а также был разъяснен порядок их обжалования (л.д.2-4, 61-63 т.1).

То обстоятельство, что указанные документы были направлены по месту регистрации ФИО1 по адресу: <адрес>, не лишало ФИО1 права обжаловать действия и решения органа дознания в установленном законом порядке.

Кроме того, изложенные в апелляционной жалобе доводы были предметом проверки и оценки судом первой инстанции, они обоснованно признаны несостоятельными, и у суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с мотивированными суждениями районного суда в этой части. При этом данные доводы стороны защиты представляют собой попытку переоценить исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства.

В связи с этим утверждения стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 признаков составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119 и ч.2 ст.116-1 УК РФ и необходимости его оправдания, суд апелляционной инстанции находит необоснованными.

Какие-либо неустраненные судом первой инстанции существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1 и совершении тех преступлений, за которые он осужден обжалуемым приговором, по делу отсутствуют.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, правильность оценки представленных сторонами доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку объективных данных полагать, что суд первой инстанции при их оценке нарушил положения ст.14, ч.1 ст.17 УПК РФ, не имеется, в связи с чем доводы стороны защиты о нарушении правил доказывания являются несостоятельными.

При этом каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе осужденного ФИО1, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, при рассмотрении уголовного дела судом не допущено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что анализ и оценка исследованных в судебном заседании доказательств позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений, прийти к обоснованному выводу о его виновности, а также дать верную юридическую оценку его преступленным действиям в отношении потерпевшего С.Р.Н. по ч.1 ст.119, ч.2 ст.116-1 УК РФ.

Указанная квалификация соответствует содержащимся в приговоре описаниям преступных деяний, в их обоснование судом первой инстанции приведены убедительные мотивы, свидетельствующие о правильности такого решения.

При назначении наказания ФИО1 за содеянное суд обоснованно, в соответствии с положениями ст.ст.6 и 60 УК РФ в полной мере учел характер и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о его личности и всех обстоятельств дела, влияющих на назначение наказания, в том числе наличие смягчающих и отягчающего его наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При оценке данных, характеризующих личность ФИО1, суд учел, что он имеет постоянное место жительства и регистрации, работы, где характеризуется положительно, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств суд обоснованно признал по каждому из совершенных преступлений состояние здоровья осуждённого, положительные характеристики его личности.

Оснований для признания смягчающими каких-либо иных, не указанных в приговоре, обстоятельств с учетом положений ст.61 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает, не указаны они и в апелляционной жалобе.

Суд первой инстанции, учитывая судимость ФИО1 по приговору Атюрьевского районного суда Республики Мордовия от 3 октября 2014 года, которая на момент совершения преступления не снята и не погашена, обоснованно признал в действиях ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.119 УК РФ, наличие рецидива преступлений и при назначении наказания в виде лишения свободы верно руководствовался правилами ч.2 ст.68 УК РФ, не найдя оснований для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ.

При этом судом правомерно указано об отсутствии оснований для признания по ч.2 ст.116-1 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, как рецидива преступлений, поскольку наличие указанной судимости за совершение умышленного преступления с применением насилия является конструктивным признаком состава преступления.

То обстоятельство, что суд первой инстанции при описании преступных деяний, совершенных ФИО1, указал о нахождении последнего в состоянии алкогольного опьянения, но не дал оценки этому обстоятельству, не свидетельствует о необходимости расценивать данный факт, как отягчающее обстоятельство в соответствии с ч.1-1 ст.63 УК РФ, поскольку в деле отсутствуют доказательства того, что именно данное состояние явилось причиной и повлияло на совершение осужденным преступлений.

В связи с чем оснований для внесения в приговор в указанной части изменений суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом конкретных обстоятельств дела, личности виновного, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, смягчающих наказание обстоятельств, наличия отягчающего обстоятельства (по ч.1 ст.119 УК РФ), суд обоснованному пришел к выводу о том, что исправление осужденного ФИО1 возможно лишь в условиях изоляции от общества, и отсутствии оснований для применения к нему положений ст.ст.53-1, 64, 73 УК РФ.

Окончательное наказание ФИО1 обоснованно назначено в соответствии с положениями ч.2 ст.69, п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных за каждое из совершенных им преступлений.

Справедливость назначенного наказания сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку оно отвечает целям, предусмотренным ч.2 ст.43 УК РФ, соразмерно тяжести содеянного и снижению не подлежит.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, определен судом правильно - в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, так как ранее он отбывал наказание в виде лишения свободы и в его действиях содержится рецидив преступлений.

Зачет осужденному ФИО1 времени содержания под стражей соответствует требованиям п. «а» ч.3-1 ст.72 УК РФ.

Мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению ФИО1 наказания, в приговоре в полном соответствии с требованиями п.4 ст.307 УПК РФ приведены и убедительно мотивированы.

Между тем в вводной части приговора суд указал дату рождения ФИО1 как 9 сентября 1966 года, тогда как из паспорта осужденного следует, что датой рождения ФИО1 является 2 сентября 1966 года (л.д.18 т.1, л.д.98 т.2).

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния по ч.2 ст.116-1 УК РФ, признанного судом доказанным, суд указал, что примерно в 17 час. 21 декабря 2025 года ФИО1, находясь на территории фермы по адресу: <адрес>, подошел к С.Р.Н. (стр.3 приговора), однако из материалов дела следует, что данные действия имели место 21 декабря 2024 года.

Также в описательно-мотивировочной части приговора при оценке доказательств ошибочно указано, что не исключает в действиях ФИО8 состава вмененных деяний (стр.12 приговора), вместо не исключает в действиях ФИО1 состава вмененных деяний.

Данные неточности приговора суд апелляционной инстанции считает допущенными судом ошибками технического характера, которые не ухудшают положение осужденного, не нарушает его прав и не влияют на размер назначенного осужденному наказания, в связи с чем подлежат исправлению судом апелляционной инстанции путем внесения соответствующих изменений в приговор суда.

В связи с этим в вводной части приговора необходимо указать дату рождения ФИО1 2 сентября 1966 года, в описательно-мотивировочной части приговора при описании деяния, признанного судом доказанным, указать дату 21 декабря 2024 года, а также при описании оценки доказательств указать, что не исключает в действиях ФИО1 состава вмененных деяний.

Иных нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении настоящего уголовного дела, не допущено.

Оснований для отмены приговора и его изменения суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Краснослобского районного суда Республики Мордовия от 23 июня 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Указать в вводной части приговора суда дату рождения ФИО1 2 сентября 1966 года.

Указать в описательно-мотивировочной части приговора суда при описании деяния, признанного судом доказанным, что примерно в 17 час. 21 декабря 2024 года ФИО1, находясь на территории фермы по адресу: <адрес>, подошел к С.Р.Н.

Указать в описательно-мотивировочной части приговора при оценке доказательств, что не исключает в действиях ФИО1 состава вмененных деяний.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Фомкина Н.Н. в интересах осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47-1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии итогового судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении, кассационные жалобы либо представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.А.Нардышева