Решение № 2-142/2020 2-142/2020(2-1775/2019;)~М-1857/2019 2-1775/2019 М-1857/2019 от 28 мая 2020 г. по делу № 2-142/2020

Дело № 2-142/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 мая 2020 года г. Тверь

Пролетарский районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Голосовой Е. Ю.,

при секретаре Рощупкиной Е. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Пролетарского района г. Твери в защиту интересов ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, взыскании заработной платы; по иску ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, издержек на оказание юридических услуг; по встречному иску ООО ЧОО «Багира-Ка» к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных денежных средств

у с т а н о в и л :

Прокурор Пролетарского района г. Твери в порядке ст. 45 ГПК РФ обратился в суд в защиту интересов ФИО1 с указанным иском к ответчику. В обоснование заявленных требований указал, что в прокуратуру Пролетарского района г. Твери поступило обращение ФИО1 с просьбой защиты его нарушенных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых отношений с ООО ЧОО «Багира-Ка». Проведенной прокуратурой района по обращению ФИО1 проверкой установлено, что основным видом деятельности ООО ЧОО «Багира-Ка» является осуществление лицензированной частной охранной деятельности. В период с 2014 года по 01.09.2019 года (включительно) ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в качестве старшего смены охраны и старшего оперативного дежурного смены в ООО ЧОО «Багира- Ка», посты охраняемых объектов были расположены по адресу: <...>; <...>; <...>; <...>; <...>; <...>; <...>; <...> однако трудовые отношения с ним в соответствии с Трудовым кодексом РФ не оформлялись, в установленном законом порядке трудовой договор с ним не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, запись в трудовую книжку не вносилась. Согласно объяснениям работника ООО ЧОО «Багира-Ка», а также главного бухгалтера ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО2 в организации оплата труда для работников на постах охраняемых объектов расположенных по адресам: <...>; <...>; <...>; <...>; <...>; <...>; <...>; <...> установлена в фиксированном размере - 1200 рублей за сутки, оперативного дежурного 1500 рублей. Работники выполняют свои функции в четко определенном месте, на объектах ООО ЧОО «Багира-Ка». 02.09.2019 года сложившиеся между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» отношения прекращены по его собственному желанию. Однако ООО ЧОО «Багира-Ка» до настоящего времени ФИО1 не выплачена заработная плата за работу с 01.06.2019 по 01.09.2019 года, сумма задолженности составляет 101300 рублей. Между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» в период с 01.06.2019 года по 02.09.2019 года (включительно) фактически существовали именно трудовые отношения и взаимные трудовые обязательства, что подтверждается журналом приема - сдачи дежурства, журналом обхода территории, удостоверением охранника, графиком дежурств. Обращение прокурора в суд с исковым заявлением в защиту интересов ФИО1 обоснованно тем, что с ним в установленном законом порядке работодателем ООО ЧОО «Багира-Ка» не оформлен трудовой договор, ему не выплачена своевременно заработная плата, заявитель находится в тяжелом финансовом положении, не обладает достаточными юридическими знаниями по защите своего конституционного права на оплату труда, не в состоянии оплатить услуги адвоката по оказанию юридической помощи. Данные причины являются уважительными, по которым он не может самостоятельно обратиться в суд, обратился в прокуратуру района с просьбой оказать содействие в получении заработной платы и защиты нарушенных трудовых прав. На основании изложенного и руководствуясь ч. 4 ст. 27 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации», ст. 45 ГПК РФ просит признать трудовыми отношения, возникшие между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» в период с 01.06.2019 года по 02.09.2019 года (включительно); обязать ООО ЧОО «Багира - Ка» внести запись в трудовую книжку ФИО1 об осуществлении им трудовой деятельности в качестве охранника и оперативного дежурного смены в ООО ЧОО «Багира-Ка» в период с 01.06.2019 года по 02.09.2019 года (включительно); взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.06.2019 года по 02.09.2019 года в сумме 101300 рублей.

В ходе судебного разбирательства определением суда принят встречный иск ООО ЧОО «Багира-Ка» к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных денежных средств, в результате счётных ошибок, в счёт выплаты денежных средств за выполненную работу в период с января 2019 года по сентябрь 2019 года в размере 42300 рублей, расходов на оплату государственной пошлины в размере 1469 рублей 00 копеек, согласно которому в результате проверки установлено, что истцу (по первоначальному иску) в указанный период подлежало начислению и выплате сумма 158400,00 рублей. При этом за указанный период на банковскую карту истца была перечислена сумма в размере 200700,00 рублей. При данных обстоятельствах ответчиком по первоначальному иску были установлены факты переплаты денежных средств истцу по первоначальному иску в размере 42300,00 рублей, которые произошли в результате счётных ошибок.

В ходе судебного разбирательства истцом ФИО1 увеличен размер исковых требований, согласно которым просит также взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск, поскольку ему не выплачена компенсация за неиспользуемый отпуск за 18,64 дней в размере 15955 рублей 84 копейки; компенсацию за невыплату заработной платы, поскольку в день увольнения расчет с ним не произведен. Не выплачивая длительный период времени истцу заработную плату, ответчик ставит его самого и его семью в крайне затруднительное материальное положение, заставляет переживать и унизительно себя чувствовать, обращаясь к ответчику и получая все новые и новые обещания о расчете, а фактически отказ выплатить заработанные истцом деньги. В этой связи своими действиями ответчик причиняет истцу значительный моральный вред, в связи с чем окончательно просит взыскать с ответчика в свою пользу в том числе компенсацию за невыплаченную заработную плату в размере 10616 рублей 24 копейки; компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 15955 рублей 84 копейки, сумму морального ущерба в размере 100000 рублей, издержки на лечение в размере 2655 рублей, издержки на оказание юридических услуг в размере 30000 рублей.

Определением суда от 29.05.2020.г. производство по делу в части исковых требований по иску ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании издержек на лечение прекращено.

В судебном заседании помощник Прокурора Пролетарского района г. Твери Рысева О. С., действующая на основании доверенности от 13.01.2020.г., заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований просила отказать. Считает, что срок исковой давности по исковым требованиям не пропущен, поскольку наряду с требованием об установлении факта трудовых отношений заявлены требования о взыскании заработной платы.

В судебном заседании истец по первоначальным исковым требованиям (ответчик по встречному иску) ФИО1, заявленные исковые требования с учетом уточнения поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований просил отказать, пояснил, что трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка» у него были с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г., что подтверждается графиками дежурств, записями в журнале дежурств. На основании ст. 16 ТК РФ он считал, что раз его допустили с 01.06.2019 к работе, то значит он работает. Он не раз, в том числе и в конце мая 2019 года обращался к главному бухгалтеру ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО2 о документальном оформлении трудовых отношений, но она отвечала, что он оформлен и может дальше спокойно работать в этой организации. В период с января 2019 года по май 2019 года включительно в данной организации его устраивал гражданско-правовой договор, и за указанный период ему выплачены все денежные средства из расчета 1500 рублей за смену, и с февраля 2019 года 15000 рублей за оперативного дежурного, претензий по данному периоду к организации у него нет. Изначально 01.01.2019 его допустили к работе в ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО3 и ФИО2 Потом 07.02.2019 к нему приехал ФИО3 и попросил его поработать еще в должности оперативного дежурного, на что он попросил у него доплату. С февраля 2019 года ему платили 1500 рублей как старшему смены и 15000 рублей как оперативному дежурному, но платили не систематически, могли доплатить в следующем месяце, поскольку не было денег. И когда денежные средства появлялись, ему производились доплаты. В сентябре 2019 года он отработал в ООО ЧОО «Багира-Ка» одни сутки, а потом с 02.09.2019 у него с данной организацией прекратились трудовые отношения. Он уведомил ФИО3, ФИО2 и старшего смены, что у него нет денежных средств ездить на работу. За июнь 2019 года он отработал в ООО ЧОО «Багира-Ка» 16 смен, за июль 2019 года – 19 смен, за август 2019 года – 16 смен, за сентябрь 2019 года отработал только одну смену. За указанный период ему не выплатили денежные средства ни за работу в сменах, ни за работу оперативным дежурным. 15000 рублей за работу оперативным дежурным просит взыскать за период с 01.06.2019.г. по 31.08.2019.г. В предыдущем судебном заседании сказал о том, что со 02.09.2019.г. по 05.10.2019.г. ушел в отпуск, поскольку у него на 60% испорчен слух, поэтому он мог что-то не так услышать и понять. Не думает, что он с 02.09.2019.г. по 05.10.2019.г. был в отпуске, никакого заявления на предоставление отпуска не писал, а в прошлом судебном заседании, когда он это говорил, мог что-то перепутать, не расслышать, однако переводчик ему не нужен. Заработную плату в размере 10200 рублей, указанную в денежной ведомости №71 от 24.10.2019.г. получил за июль 2019 года. ООО ЧОО «Багира-Ка» рассчиталась с ним окончательно за период с января 2019 года по май 2019 года включительно полностью 15.07.2019.г., когда он получил 40800 рублей - оплату за май 2019 года. Все денежные средства от ООО ЧОО «Багира-Ка» перечислялись на его банковскую карту, иным способом от ООО ЧОО «Багира-Ка» он денежные средства не получал. В спорный период не обращался к работодателю с заявлением о предоставлении отпуска. График отпусков в ООО ЧОО «Багира-Ка» не составлялся. Последняя его смена в сентябре 2019 года была с 1 на 2 сентября 2019 года, освободился после нее в 8 часов утра, а выйти в следующую смену должен был через двое суток, то есть 04.09.2019 к 8 часам утра, но на данную смену он не пришел, потому что не было денег. Он перепутал две фразы, а именно, когда кончилась работа и когда прекратились трудовые отношения. Фактически, трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка» у него закончились 06.10.2019.г. после того, как он позвонил ФИО3 и спросил по поводу выплаты ему заработной платы за период с июня 2019 года по август 2019 года. С 02.09.2019.г. по 06.10.2019.г. он не ходил на работу в ООО ЧОО «Багира-Ка», поскольку у него даже не было денежных средств на проезд. Считает, что срок исковой давности по исковым требованиям не пропущен. С 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. все время работал на посту фабрики «Пролетарка» в сменах до 8 часов утра сутки через двое. С 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. выходил на пост фабрики «Пролетарка» по устным поручениям ФИО3 и ФИО2 Работал в ООО ЧОО «Багира-Ка» в должности старшего смены и в должности оперативного дежурного, но как правильно называется работа в двух должностях в данной организации, не знает. Просит взыскать заработную плату за период с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. в размере 101300 рублей за 52 смены, а также за работу оперативным дежурным три раза по 15000 рублей, расчет, представленный в деле на большую сумму не поддерживает. Расходы на оказание юридических услуг, подтверждаются договором на оказание юридических услуг и расписками к данному договору. В рамках данного гражданского дела представитель оказывал следующие юридические услуги: помогал составлять иски, а конкретно все те документы, которые были предоставлены в суд после февраля 2020 года, консультировал по всем вопросам и водил к другим лицам, которые его также консультировали по разным вопросам, печатал расчеты по искам. Акт выполненных работ по договору об оказании юридических услуг на сегодняшний день не составлялся, поскольку представитель находится в г. Москве, и как только он вернется, данный акт будет составлен. ООО ЧОО «Багира-Ка» поставило его и его семью в затруднительное положение, поскольку не выплатило заработную плату. Действующее законодательство РФ предусматривает выплату два раза в месяц заработной платы, и также получение аванса. Из-за того, что ООО ЧОО «Багира-Ка» не выплатила денежные средства, у него с женой сорвалась запланированная поездка на Кавказ к родственникам, которые серьезно пострадали из-за террористического акта в школе Беслана. Он и жена хотели съездить к данным родственникам, чтобы с ними попрощаться, но из-за действий ООО ЧОО «Багира-Ка» данную поездку не смогли осуществить, потом пришлось заложить фамильную драгоценность, бабушкино кольцо. В связи с невыплатой заработной платы нарушились все семейные планы, связанные с поездкой в 2019 году к родственникам для того, чтобы с ними попрощаться. Кроме того, среди тех родственников есть два инвалида, которым он хотел оказать материальную поддержку.

Ранее в ходе судебного разбирательства пояснял, что каждый месяц по проделанной работе он составлял графики и отдавал их бухгалтеру, также вел журнал оперативного дежурства, в котором отражались все фактические события по работе. Когда приезжали ФИО3 или ФИО2, они его работу контролировали, но это было не часто, они больше звонили. Ему выдавалась форма, также есть удостоверение охранника. Не знает, существовала ли в 2019 году отдельно по бумагам должность старшего смены, но по объемам работы было сложно все одному человеку исполнять. Устно согласовал с ФИО3 и ФИО2 должность старшего смены. Денежные средства, указанные во встречном исковом заявлении это не арифметическая ошибка бухгалтера, данные денежные средства ему перечислили за работу за период январь 2019 года по май 2019 года. Когда он обратился в прокуратуру, от ООО ЧОО «Багира-Ка» 10.10.2019.г. были перечислены 10000 рублей за июнь 2019 года, потом 24.10.2019 еще от ООО ЧОО «Багира-Ка» были перечислены 10200 рублей. Считает, что прекратил трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка» в конце сентября 2019 года, поскольку 02.09.2019 ушел с работы в отгул, сказав, что либо ему выплачивают денежные средства за три месяца, либо оплачивают отпуск. Фактически не работает в ООО ЧОО «Багира-Ка» с 02.09.2019. После 05.10.2019 был уже вынужден обратиться в Прокуратуру Пролетарского района г. Твери. В последний день своего дежурства позвонил в 21:00 часов главному бухгалтеру и ФИО3 и поставил их в известность по поводу того, что не выйдет на работу, пока не выплатят денежные средства. К его исковым требованиям позиция ООО ЧОО «Багира-Ка» о пропуске срока исковой давности никакого отношения не имеет, так как он не мог рано обратиться в Прокуратуру Пролетарского района г. Твери, поскольку со стороны ООО ЧОО «Багира-Ка» его все просили подождать, говорили, что денежные средства будут выплачены. Когда он звонил 05.10.2019 в 12-10 часов ФИО3, он просил его неделю подождать. Денежные средства не пришли, поэтому после этого он обратился в Прокуратуру Пролетарского района г. Твери. В 2019 году интересовался по поводу отпуска, ему сказали, что пойдет в отпуск в сентябре 2019 года, он так и планировал уйти в отпуск, поскольку запланировал поездки, отпуск давали на 28 календарных дней, так он и ушел в отпуск в сентябре 2019 года на 28 календарных дней. Графика отпусков в ООО ЧОО «Багира-Ка» не было, просто сотрудники между собой договаривались, чтобы не уйти вместе в отпуск, а заявление на отпуск можно было написать до отпуска или уже после отпуска. Он в 2019 году заявление о предоставлении отпуска не писал, звонил заместителю генерального директора или ФИО3, а они этот вопрос по отпуску решали. В 2019 году по поводу того, что пойдет в отпуск, звонил своему напарнику, сказал ему, что пойдет в сентябре 2019 года в отпуск на 28 календарных дней, также по поводу отпуска в сентябре 2019 года предупреждал ФИО3 Приказа об отпуске не видел, в нем не расписывался, по поводу его отпуска все решалось в устном порядке. После 02.09.2019 не вышел в смену на свой пост, поскольку денежные средства за июнь, июль, август 2019 года и отпускные так и не выплатили. ООО ЧОО «Багира-Ка» сказали, что денежных средств нет, поэтому все запланированные его поездки сорвались. Прекратил трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка» 05.10.2019. Заявление на увольнение из ООО ЧОО «Багира-Ка не писал. Различия в его показаниях появились в виду того, что не достаточно юридически грамотен. Считал, что с 02.09.2019 находился в отпуске 28 календарных дней, а 05.10.2019, когда позвонил ФИО3, понял, что ООО ЧОО «Багира-Ка» не хотят денежные средства выплатить. Поэтому он подождал еще 5 дней, а потом обратился с заявлением в Прокуратуру Пролетарского района г. Твери. В сентябре 2019 года фактически находился в отпуске, первый рабочий день после отпуска должен был быть 01.10.2019. В целом, с учетом графика дежурств его могли вызвать на работу и 03.10.2019, и 04.10.2019, да и начальство ООО ЧОО «Багира-Ка» могло изменить графики дежурств. После отпуска в сентябре 2019 года он позвонил ФИО3, он сказал, выходить на работу. 01.10.2019 он перестал выходить на работу в ООО ЧОО «Багира-Ка», поэтому просит считать, что трудовые отношения у него с ООО ЧОО «Багира-Ка» прекратились 01.10.2019.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности от 22.01.2020.г. в удовлетворении всех первоначальных исковых требований просил отказать, встречные исковые требования просил удовлетворить. Пояснил также, что при проведении проверки Прокуратурой Пролетарского района г. Твери сотрудникам ООО ЧОО «Багира-Ка» было указано на недостатки в работе, в том числе, по начислению денежных выплат за выполнение работ и услуг, поэтому в ООО ЧОО «Багира-Ка» была проведена проверка, согласно которой было установлено, что в отношении ФИО1 была допущена переплата. Первоначальное исковое заявление направлено в Пролетарский районный суд г. Твери с нарушением требований ст. ст. 131, 132 ГПК РФ, поскольку в первоначальном исковом заявлении прокурор Пролетарского района г. Твери не сообщает суду о мотивах, по которым гражданин не может самостоятельно воспользоваться правом на обращение в суд, и не предоставляет соответствующих доказательств с приобщением копий необходимых документов. Прокурор в соответствии с законодательством РФ представляет интересы гражданина, но гражданин находится в данном судебном заседании, он здоров, не имеет заболеваний, не является инвалидом, получает пенсию, по денежному содержанию государство ему помогает, то есть он финансово обеспечен. Также истец по первоначальному иску сообщил, что у него есть два высших образования. Поэтому оснований у прокурора Пролетарского района г. Твери для подачи в суд иска в защиту интересов ФИО1 нет. В первоначальном исковом заявлении отсутствуют указания на обстоятельства, связанные с трудовыми отношениями между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка», их доказательства, к данному заявлению не были приложены копии необходимых документов: заявления в Прокуратуру Пролетарского района г. Твери, паспорта, каких-то объяснений, объяснений бухгалтера ООО ЧОО «Багира-Ка». Только потом по запросу суда от Прокуратуры Пролетарского района г. Твери был представлен ряд документов, из которых было сформировано гражданское дело. Также отсутствуют документы, подтверждающие должность ФИО1 во время его работы в ООО ЧОО «Багира-Ка», документы, подтверждающие полномочия прокурора Пролетарского района г. Твери в соответствии с приказом №144 Генерального прокурора РФ. Также отсутствует денежный расчет по заявленным по первоначальному иску требованиям, а в той расписке, которую делал сам ФИО1, указана не 101000 рублей как в первоначальном иске, а сумма в размере 123000 рублей. Не были представлены документы, подтверждающие полномочия прокурора Пролетарского района г. Твери, Прокуратуры Пролетарского района г. Твери на подачу в суд первоначального искового заявления. С учетом того, что был представлен скриншот с официальной страницы Прокуратуры Тверской области, Прокуратура Пролетарского района г. Твери является структурным подразделением, а не юридическим лицом, представлять Прокуратуру Тверской области могут только представители при наличии от нее доверенности. В соответствии с приказом №144 Генерального прокурора РФ именно у прокурора Тверской области есть право для выдачи доверенности, но ее нет. Поэтому доверенность, выданная помощнику прокурора Пролетарского района г. Твери была составлена с грубейшими нарушениями, кроме того, на данной доверенности стоит печать Прокуратуры Тверской области. Прокурор Пролетарского района г. Твери не имел полномочий, чтобы выдавать доверенность на представление в суде, такие полномочия есть только у руководителя юридического лица, которым Прокуратура Пролетарского района г. Твери не является. Согласно п.6 приказа Генеральной Прокуратуры РФ от 15.03.2018 №144 «Об организации работы по обеспечению представительства и защите интересов органов и организаций прокуратуры РФ в судах» полномочия представителя органа прокуратуры РФ, его должностного лица на ведение дела в суде нужно подтверждать доверенностью, выданной в соответствии с требованиями закона, ст.185-187 ГК РФ, ст.153, 154 ГПК РФ, и в порядке, установленном настоящим приказом. Согласно п.6.1 данного приказа представителей назначают также из районных прокуратур, и в случаях делегирования таких полномочий. Согласно п.6.2 данного приказа нужно иметь ввиду, что решением Генерального прокурора РФ представительство интересов Генеральной Прокуратуры РФ и ее должностных лиц может быть получено иному подразделению центрального аппарата. Представление Генеральной Прокуратуры РФ иными ее подразделениями, кроме ответственных, без указания выше указанного поручения не допускается. Согласно п.6.3 данного приказа его действие распространяется на прокуратуры субъектов РФ, приравненные к ним военные и другие специальные прокуратуры. В доверенности, предоставленной помощником прокурора Пролетарского района г. Твери, нет никаких полномочий, указано, что это полномочия, согласно ст.54 ГПК РФ, хотя прокурор Пролетарского района г. Твери должен был данные полномочия указать. Потом неожиданно в деле появляется представитель истца по первоначальному иску, начинается изменение исковых требований, на что у данных лиц права нет, так как иск подан прокурором Пролетарского района г. Твери. Согласно п.9 приказа №144 представителю нужно формировать позицию по делу и согласовывать ее с соответствующим подразделением в соответствии с компетенциями, установленными данным приказом. Далее в приказе №144 указано, что изменение основания или предмета заявленных требований, полный или частичный отказ от таких требований, признание иска, заключение мирового соглашения подлежит обязательному согласованию с ответственным подразделением той прокуратуры, защита интересов которой осуществляется, а также с прокурором, предъявившим заявление в суд. В материалах дела нет ни одного документа, подтверждающего согласование действий Прокуратуры Пролетарского района г. Твери с Прокуратурой Тверской области, связанных с изменением размера, предмета или основания иска. Согласно п.9.2 приказа №144 обоснование правовой позиции по делу нужно готовить в письменном виде, но в материалах дела письменные позиции прокурора Пролетарского района г. Твери по делу отсутствуют. Согласно п.11 приказа №144 все передаваемые в суд документы обязательно регистрируются в прокуратуре, учитываются путем постановки исходящего инвентарного номера и числа, направляются в суд на бумажном носителе либо в электронном виде, обязательно подписанные усиленной квалифицированной электронной подписью, в порядке, установленном законодательством РФ посредством заполнения формы, размещенной на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Но в материалах дела отсутствуют документы, которые как-то были зарегистрированы в Прокуратуре Пролетарского района г. Твери. Просит отказать в удовлетворении требования о признании отношений трудовыми между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» за период с 01.06.2019 по 02.09.2019 включительно, потому что в первоначальном иске отсутствуют обстоятельства, подтверждающие, что между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» были трудовые отношения, а также отсутствуют доказательства, на которые ссылается прокурор Пролетарского района г. Твери. В частности, истец по первоначальному иску предоставляет незаверенные заместителем руководителя ООО ЧОО «Багира-Ка», директором ООО ЧОО «Багира-Ка» графики дежурств, а прокурор Пролетарского района г. Твери в первоначальном исковом заявлении на них не ссылается, в качестве приложения к данному иску они не указаны. Также истец по первоначальному иску указывал, что у него трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка» были с 2015 года по 2017 год, когда он там официально работал. А далее он не был в трудовых отношениях с ООО ЧОО «Багира-Ка», так как пояснял в разных судебных заседаниях, что он периодически приезжал по поводу выполнения работ, оказания услуг, что ему не нужен был трудовой договор, что у него был гражданско-правовой договор с ООО ЧОО «Багира-Ка», называл разные даты начала работы в ООО ЧОО «Багира-Ка». ФИО1 исковое заявление в суд не подавал, и потому данный истец, не может вносить изменения в исковые требования. Просит отказать в удовлетворении требования об обязании ООО ЧОО «Багира-Ка» внести запись в трудовую книжку ФИО1 за период с 01.06.2019 по 02.09.2019, поскольку доказательств наличия трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» нет, и ФИО1 говорит в судебном процессе о том, что ему не нужно было оформление трудовых отношений с данной организацией, сообщает, что он работал там по гражданско-правовому договору. Просит применить срок исковой давности согласно ст.392 ТК РФ, поскольку прокурор Пролетарского района г. Твери обратился в суд с первоначальным иском в нарушение сроков. Поскольку между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» нет трудового договора, то и заработной платы нет, а по гражданскому договору могут иметь место денежные выплаты по выполнению работ, оказанию услуг. Просит отказать в удовлетворении требования о взыскании компенсации за невыплаченную заработную плату, поскольку данная норма права может быть применена, если есть трудовые отношения, если был заключен трудовой договор. Но между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» был заключен гражданско-правовой договор, поэтому в удовлетворении данного требования следует отказать. Кроме того, по данному требованию был неправильно составлен расчет, не указано конкретных данных по ключевой ставке, которая применялась в банках на период работы ФИО1 в ООО ЧОО «Багира-Ка». Просит отказать в удовлетворении требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, поскольку трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» не было, трудовой договор между ними заключен не был. ФИО1 не было указано, что он обращался к работодателю с заявлением о предоставлении ему в соответствии с трудовым законодательством досрочного отпуска, а также ФИО1 сообщил в судебном заседании, что ему изначально сказали, что никакой отпуск ему не положен. Просит отказать в удовлетворении требования о взыскании морального ущерба, потому что действующим законодательством понятие «моральный ущерб» не предусмотрено. ФИО1 не приводилось обоснование для взыскания компенсации морального ущерба, не составлялся расчет по моральному ущербу. Поскольку ООО ЧОО «Багира-Ка» не оказывает государственные услуги, поскольку в данной организации нет государственных служащих, то и не подлежит взысканию с данной организации в пользу ФИО1 сумма денежного содержания. Просит отказать в требовании о взыскании судебных издержек, поскольку со стороны истца по первоначальному иску не приложено доказательств по ее оплате. В п.1.2 о предмете договора на оказание юридических услуг указано, что ФИО1 оказываются услуги по представлению его в суде, непонятно в каком суде, по подготовке всех необходимых документов по вопросу спора ЧОО ООО «Багира-К» о выплате заработной плате, штрафных санкциях, оплаты судебных расходов, хотя сейчас рассматривается спор к ООО ЧОО «Багира-Ка», и указанных в данном договоре требований нет. Просит не учитывать показания свидетелей по данному делу, поскольку ни ФИО1, ни сами свидетели не предоставили доказательств и документов, что эти свидетели являлись сотрудниками ООО ЧОО «Багира-Ка» в спорный период. При этом указанные свидетели говорили, что слышали, что в ООО ЧОО «Багира-Ка» есть должность старшего смены, есть должность оперативного дежурного, но никто из них не видел документов по данным должностям, документов, подтверждающих, что ФИО1 был назначен на данные должности. ФИО1 никаких доказательств осуществления им трудовой деятельности на указанных им должностях в ООО ЧОО «Багира-Ка» не привел. Есть графики дежурств, которые составляются по мере выхода сотрудников по гражданско-правовым договорам на работу, то есть ФИО1 поручалось от руководства ООО ЧОО «Багира-Ка» в рамках гражданско-правовых отношений отмечать дни работы, и при этом различий между количеством смен в графиках ФИО1 и данными о количестве смен в ООО ЧОО «Багира-Ка» нет. Со стороны ООО ЧОО «Багира-Ка» были предоставлены документы, подтверждающие, что трудовые отношения между ФИО1 и данной организацией были с 2015 года по 2017 год, но сейчас они прекращены. ФИО1 не представил доказательств того, что ему платили 1500 рублей за смену. В графиках дежурств, которые составлял ФИО1, нет подписи ФИО3, который не является руководителем организации, а является заместителем. Согласно представленным графикам дежурств с 01.06.2019 по 02.09.2019 ФИО1 оказывал в ООО ЧОО «Багира-Ка» охранные услуги в рамках гражданско-правового договора, который ФИО1 не подписан, ФИО1 по поводу него не обращался в данную организацию. Ответить, с какого числа ФИО1 было предложено заключить гражданско-правовой договор с ООО ЧОО «Багира-Ка» затрудняется. Перечисление ФИО1 денежных средств от ООО ЧОО «Багира-Ка» за период с 01.06.2019 по 02.09.2019 подтверждается тем, что от ООО ЧОО «Багира-Ка» была предоставлена справка-расчет на ФИО1, согласно которой за июнь 2019 года за 16 смен по тарифу 1200 рублей ему причитается 19200 рублей, за июль 2019 года за 19 смен по тарифу 1200 рублей ему причитается 25800 рублей, за август 2019 года за 16 смен по тарифу 1200 рублей ему причитается 19200 рублей, за сентябрь 2019 года за 1 смену - 1200 рублей. ООО ЧОО «Багира-Ка» была проведена проверка, и была предоставлена справка-расчет за период с 01.01.2019 по сентябрь 2019 года, где указано, что сумма, перечисленных денежных средств ФИО1 за данный период, составляет 200700 рублей, и указано, что переплата составляет 42300 рублей. В ведомости ООО ЧОО «Багира-Ка» №71 от 24.10.2019 указана сумма 10200 рублей, в ведомости ООО ЧОО «Багира-Ка» №52 от 15.07.2019 указана сумма 40800 рублей, в ведомости от 28.03.2019 указана сумма 28500 рублей, конкретно по периоду с 01.06.2019 по 02.09.2019 кроме того, что указано во встречном исковом заявлении ООО ЧОО «Багира-Ка», в приложенных к нему финансовых документах по поводу переводов и начислений за выполнение ФИО1 работ в данной организации добавить ничего не может, пояснить, за что ФИО1 и какие суммы выплачивались в период с 01.06.2019 по 02.09.2019 не может, сказать, какую сумму выплатили от ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО1 за период с 01.06.2019 по 02.09.2019 не может. По поводу суммы в ведомости ООО ЧОО «Багира-Ка» №71 от 24.10.2019 в размере 10200 рублей затрудняется дать какие-то пояснения относительно назначения платежа. В отношении сумм в размере 10200 рублей, в размере 40800 рублей, указанных в денежных ведомостях, ничего пояснить не может. Не знает, какие суммы были выплачены ФИО1 от ООО ЧОО «Багира-Ка» за период с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г., общая сумма перечисленная ФИО1 составляет 200700 рублей, из которой переплата составляет 42300 рублей. Не согласен с доводом ФИО1 о том, что сумма в размере 10200 рублей по ведомости №71 от 24.10.2019 была ему выплачена как часть заработной платы за июль 2019 года, поскольку считает, что данную сумму ему от ООО ЧОО «Багира-Ка» заплатили за август 2019 года, что подтверждается расчетом от данной организации. Факт отсутствия трудовых отношений у ООО ЧОО «Багира-Ка» с ФИО1 за период с 01.06.2019 по 02.09.2019 подтверждается тем, что от ООО ЧОО «Багира-Ка» были предоставлены документы, согласно которым у ФИО1 были трудовые отношения с данной организацией с 2015 года по 2017 год, а потом трудовой договор этой организацией с ФИО1 был расторгнут, более он не обращался по поводу заключения трудового договора с данной организацией. А сам ФИО1 пояснил, что он в течение периода после расторжения с ним трудового договора в 2017 году периодически работал в ООО ЧОО «Багира-Ка»; отсутствием заявления в данной организации от ФИО1 по поводу заключения трудового договора, также отсутствует заявление о приеме от ФИО1 трудовой книжки, отсутствует заявление ФИО1 о предоставлении ему приказа о назначении его на должность, о том, что он приступил к выполнению обязанностей в какой-то должности в ООО ЧОО «Багира-Ка». ФИО1 был допущен к работе в качестве охранника в ООО ЧОО «Багира-Ка» 01.06.2019 на основании устного соглашения в рамках гражданско-правового договора. При этом ФИО1 должен был обратиться в ООО ЧОО «Багира-Ка», чтобы получить данный гражданско-правовой договор, но он его не получил. Затрудняется сказать, кто ФИО1 допустил к работе 01.06.2019 в ООО ЧОО «Багира-Ка», единственное, в графике дежурств за июнь 2019 года указана должность заместителя руководителя ООО ЧОО «Багира-Ка». В материалах надзорного производства указано, что 02.09.2019 у ФИО1 с ООО ЧОО «Багира-Ка» были прекращены отношения, а не трудовые отношения. Считает, что задолженность по переплате в размере 42300 рублей образовалась за период с 01.01.2019 по 02.09.2020, согласно представленному расчету. Думает, что сумма в размере 1200 рублей за смену подтверждается гражданско-правовым договором между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка», который есть в организации, ни в одном графике дежурств нет указаний на то, что ФИО1 являлся старшим смены, оперативным дежурным в ООО ЧОО «Багира-Ка», хотя данные графики именно он составлял. То есть были предоставлены графики дежурств с июня 2019 по сентябрь 2019 года, именно на охранника ООО ЧОО «Багира-Ка». Просит критически отнестись к договору на оказание юридических услуг и к распискам по данному договору, поскольку в предмете договора есть два грубейших нарушения: в п.1.1 данного договора указываются виды и объемы услуг, а в п.1.2 перечень услуг, то есть совершенно разные категории; кроме того, данный договор касается представления интересов ФИО1 в каком-то суде и в отношении не ООО ЧОО «Багира-Ка», а в отношении какой-то другой организации. Со стороны ФИО1 нет доказательств того, что он хотел материально помочь своим родственникам. Представленные ФИО1 выписки по счету и расчеты не являются достоверными доказательствами по его работе в должности старшего смены, оперативного дежурного. А по итогу выяснилось, что это ФИО1 должен денежные средства ООО ЧОО «Багира-Ка» и что все денежные средства ему были выплачены, это подтверждается финансовыми документами, предоставленными от ООО ЧОО «Багира-Ка». Законодательством предусмотрено, что если одна сторона высказывает свою позицию по делу, то другая сторона ее не обязана доказывать. Просит критически отнестись к показаниям свидетелей по данному делу, поскольку они являются друзьями ФИО1 и в спорный период с ним не работали, они не видели документов, согласно которым ФИО1 был назначен на какую-то должность в ООО ЧОО «Багира-Ка». Не были предоставлены документы, подтверждающие то, что указанные свидетели работали в ООО ЧОО «Багира-Ка». В отношении компенсации морального вреда: ФИО1 не привел ни одного доказательства того, что ООО ЧОО «Багира-Ка» причинила ему моральный вред, и между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» не было трудовых отношений. Также со стороны ФИО1 не был предоставлен график отпусков. Просит отказать во всех исковых требованиях по первоначальному иску, во всех требованиям по искам ФИО1, также в связи с пропуском срока исковой давности, поскольку трудовые отношения закончились 02.09.2019. а прокурор Пролетарского района г. Твери подал иск в интересах ФИО1 18.12.2019, то есть после истечения трехмесячного срока. Просит требования по встречному исковому заявлению удовлетворить, взыскать с ФИО1 денежные средства в размере 42300 рублей в пользу ООО ЧОО «Багира-Ка».

Допрошенный ранее в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 пояснил, что из присутствующих в судебном заседании знает ФИО1, с которым много лет работал в ООО ЧОО «Багира-Ка». Он и ФИО1 были охранниками и по совместительству оперативными дежурными охранниками, работали на посту фабрики «Пролетарка». Знает, что постоянно ФИО1 не давали заработную плату в ООО ЧОО «Багира-Ка», что ФИО1 просил ему платить 15000 рублей и 1500 рублей за работу охранником и оперативным дежурным соответственно в данной организации, но ему денежные средства в таком размере не выплачивались. Все указанные обстоятельства знает, поскольку периодически ездил в ООО ЧОО «Багира-Ка», потом ему ФИО1 сам звонил и рассказывал это. Сам он, свидетель, с февраля 2019 года не работает в ООО ЧОО «Багира-Ка», работал в ООО ЧОО «Багира-Ка» 5 лет до января 2019 года, вместе с ФИО1 работал 3 года. Не может точно сказать, уходил ли ФИО1 на больничный когда-либо в период их совместной работы. ФИО1 ушел из ООО ЧОО «Багира-Ка» где-то 2-3 месяца назад, где-то в декабре 2019 года, поскольку ему данная организация не платила заработную плату за его работу, ФИО1 ему об этом сам рассказал по телефону. Когда он приезжал в ООО ЧОО «Багира-Ка» 2-3 раза где-то в октябре 2019 года, ФИО1 еще работал на посту фабрики «Пролетарка» оперативным дежурным. ФИО1 не говорил ему точно, сколько ему ООО ЧОО «Багира-Ка» не заплатила за его работу. Он не может сказать, кто принимал ФИО1 на работу в ООО ЧОО «Багира-Ка», поскольку он там работал еще до того, как он устроился в данную организацию. Не знает, договорился ли ФИО1 с руководством ООО ЧОО «Багира-Ка», чтобы ему платили 15000 рублей в месяц за его работу. По поводу обязанностей старшего смены в ООО ЧОО «Багира-Ка» была не инструкция, а записка, в которой было указано, что утром нужно в 08-00 часов доложить о ситуации, потом принять звонки, потом в 20-00 часов опять сделать доклад, то есть подписи директора ООО ЧОО «Багира-Ка» на обязанностях старшего смены не было. Он особо не вникал в то, платили ли ФИО1 денежные средства за смену в размере 1500 рублей. В ООО ЧОО «Багира-Ка» не было никаких инструкций по должности оперативного дежурного, ему, ФИО1 и другим сотрудникам просто давались устные распоряжения по поводу того, что нужно сделать. Когда он стал работать в ООО ЧОО «Багира-Ка», у данной организации было всего 4 поста охраны. За сутки дежурства на таком посту платили охранникам 1300 рублей, а за дежурство на посту оперативного дежурного платили 1500 рублей. Документов, подтверждающих, что он, свидетель, работал в ООО ЧОО «Багира-Ка» у него нет. Знает, что ФИО1 является пенсионером, поскольку бухгалтер ООО ЧОО «Багира-Ка» посоветовала ему заключить с ООО ЧОО «Багира-Ка» договор, чтобы ему пенсию не урезали потом. ФИО3 был хозяином в ООО ЧОО «Багира-Ка», поскольку с его слова могли и принять на работу человека, и его же уволить. ФИО3 при нем официально был в должности то ли заместителя генерального директора, то ли генеральным директором, то есть он свою фамилию ставил в документах ООО ЧОО «Багира-Ка», поскольку в какой-то период генеральный директор данной организации ФИО5 куда-то уезжал. Он только два раза видел генерального директора ФИО5 ФИО5 вообще ничего не знал по поводу выплаты сотрудникам ООО ЧОО «Багира-Ка» заработной платы, данным вопросом занимался ФИО3, должностной инструкции на оперативного дежурного у него не было, устно просто давали распоряжения о том, что нужно сделать. То есть ФИО3 скажет сотрудникам по телефону, что нужно делать, они идут и делают. Когда он уволился из ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО1 просто продолжил исполнять его обязанности, никакого приказа по этому поводу не было. Без должностной инструкции передача полномочий одних сотрудников ООО ЧОО «Багира-Ка» другим осуществлялась так: ФИО3 позвонил, сказал, что нужно сделать, и сотрудники ООО ЧОО «Багира-Ка» это исполняют. Из руководства ему никто не велел передавать полномочия ФИО1, не составлялась отдельная докладная о передаче моих обязанностей в ООО ЧОО «Багира-Ка» ФИО1, ФИО1 просто продолжил после меня заполнять журнал по дежурствам. Приказа по поводу оплаты 1500 рублей за смену в ООО ЧОО «Багира-Ка» не было.

Допрошенный ранее в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 пояснил, что знает ФИО1, находился с ним в рабочих отношениях, он был старшим смены на объекте охраны фабрика «Пролетарка». Сам он, свидетель, работал в ООО ЧОО «Багира-Ка» с ноября 2017 года до лета 2018 года, и в этот период он знал ФИО1 Приглашен сюда, чтобы пояснить, что его заработная плата как обычного охранника составляла 1300 рублей за одну смену, а в мае 2018 года он выходил вместо ФИО1 и работал в должности старшего смены, за что он должен был получать заработную плату в размере 1500 рублей за смену, но данные денежные средства не получал. Сам он, свидетель, никакие денежные средства за работу в ООО ЧОО «Багира-Ка» не получил. Когда из ООО ЧОО «Багира-Ка» уволился ФИО6, ФИО1 где-то в апреле 2019 года предложили стать старшим смены в ООО ЧОО «Багира-Ка», данную информацию знает с его слов, когда приехал к нему на работу в мае 2019 года. При этом он не спрашивал, с какого периода ФИО1 работал старшим смены в ООО ЧОО «Багира-Ка». В период с ноября 2017 года по май 2018 года ФИО1 работал постоянно в ООО ЧОО «Багира-Ка», на больничные не уходил, ФИО1 просто жил на работе. До моего прихода на работу в ООО ЧОО «Багира-Ка» в ноябре 2017 года, ФИО1 уже работал в данной организации, отношения у него с организацией на тот момент не прерывались. Он работал с ФИО1 на одном объекте, на фабрике «Пролетарка», работал по графику сутки работы, три дня отдыха, а ФИО1 работал по своему графику. В 2019 году он его не замещал по работе, просто приезжал к нему на работу. Ему ФИО1 говорил, что он устроен на работу в ООО ЧОО «Багира-Ка» по трудовому договору и по трудовой книжке. ФИО3 знает, он работал в ООО ЧОО «Багира-Ка», но в какой должности он работал в данной организации я не знает. Заверенной и напечатанной должностной инструкции по должности старшего смены в ООО ЧОО «Багира-Ка» не было. Должность оперативного дежурного в ООО ЧОО «Багира-Ка» существовала, она не различалась с должностью старшего смены, по сути, это были две должности в одной. То есть оперативный дежурный должен был проверить 22 или 24 поста охраны, позвонить руководству утром и вечером по поводу постов, отчитаться по ним, а также организовать всю работу на постах по замене и подмене. Старший смены должен был проверить объекты, собрать с них информацию и доложить ее руководству ООО ЧОО «Багира-Ка». А оперативный дежурный должен был подготовить графики работы, замену людей. На данный момент ФИО1 в ООО ЧОО «Багира-Ка» не работает, но период точно назвать не может, когда это произошло, летом он работал в ООО ЧОО «Багира-Ка», знает это, поскольку приезжал к нему на работу в конце августа 2019 года. В августе 2019 года он уже у ФИО1 не спрашивал, платили ли ему заработную плату за его работу в ООО ЧОО «Багира-Ка». После августа 2019 года он к ФИО1 на работу не приезжал, поэтому не знает, когда он прекратил свои трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка». ФИО1 ему рассказывал, когда он к нему приезжал на работу в мае 2019 года, что ему доплачивали за оперативного дежурного 15000 рублей. Ему известно от ФИО1, что в ООО ЧОО «Багира-Ка» за работу оперативного дежурного должны были платить 15000 рублей. ФИО1 всегда работал на объекте фабрика «Пролетарка», на другие объекты его не передвигали, поскольку, когда он работал, он ФИО1 звонил. И он всегда находился на объекте фабрика «Пролетарка». Не может предоставить доказательства того, что он работал в ООО ЧОО «Багира-Ка». Когда он, свидетель, работал в ООО ЧОО «Багира-Ка», должности дежурного охранника не было, в 2019 году не знает, была такая должность или не было ее в ООО ЧОО «Багира-Ка». Не знает, была ли, когда он работал в ООО ЧОО «Багира-Ка», должность оперативного дежурного охранника, у ФИО1 про данную должность не спрашивал. ФИО1 не рассказывал ему, когда он прекратил трудовые отношения с ООО ЧОО «Багира-Ка», точную дату не знает, но это был 2019 год.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Основными способами защиты трудовых прав и свобод являются: самозащита работниками трудовых прав; защита трудовых прав и законных интересов работников профессиональными союзами; государственный надзор и контроль за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; судебная защита.

Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы провозглашаются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанностью Российской Федерации, которая как социальное государство должна направлять свою политику на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охрану труда и здоровья людей (статьи 2 и 7). Социальный характер российского государства и признание охраны труда одним из направлений его политики предопределяют установление гарантий реализации прав граждан в сфере труда, к числу которых Конституция Российской Федерации относит право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1).

Согласно ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 "О трудовом правоотношении" (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Статьей 20 ТК РФ предусмотрено, что сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Права и обязанности работодателя в трудовых отношениях осуществляются: физическим лицом, являющимся работодателем; органами управления юридического лица (организации) или уполномоченными ими лицами, иными лицами, уполномоченными на это в соответствии с федеральным законом, в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Исходя из положений ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной. В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение. По желанию работника сведения о работе по совместительству вносятся в трудовую книжку по месту основной работы на основании документа, подтверждающего работу по совместительству.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок оформления приема на работу и обязанности работодателя в связи с этим изложены в ст. 68 ТК РФ.

Само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношений признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 названного кодекса следует, что если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным, датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе, за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с положениями ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В силу ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Согласно ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

В силу ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В соответствии с ч. 5 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск.

Согласно ст. 127 Трудового кодекса РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Данная норма, рассматриваемая во взаимосвязи с другими нормами, содержащимися в указанных статьях Трудового кодекса Российской Федерации, представляет собой специальную гарантию, обеспечивающую реализацию конституционного права на отдых для тех работников, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по соглашению сторон или по инициативе работодателя и по различным причинам на момент увольнения своевременно не воспользовались своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск.

В силу ст. 142 ТК РФ работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии с положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату. Гражданско-правовые договоры заключаются для выполнения определенной работы, целью которой является достижение ее конкретного результата.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

Таким образом, на работодателя законом возложена обязанность оформления трудовых отношений с работником. Ненадлежащее выполнение работодателем указанных обязанностей не может являться основанием для отказа в защите нарушенных трудовых прав работника.

Статьей 381 ТК РФ установлено, что индивидуальный трудовой спор - это неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно ч. 1, 2 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

При этом, согласно указанной норме права обязательства по неосновательному обогащению возникают при совокупности следующих признаков: отсутствие законных оснований приобретения имущества и приобретение имущества приобретателем за счет другого лица (потерпевшего).

Неосновательное приобретение или сбережение имущества может явиться результатом различных юридических фактов: как действий, так и событий. Поэтому в соответствии с пунктом 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации правила о неосновательном обогащении применяются независимо от того, явилось неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Таким образом, в предмет доказывания по данному иску входит возникновение у ответчика обогащения (сбережения) за счет истца. По смыслу указанных статей бремя доказывания недобросовестности неосновательного обогащения лежит на стороне, требующей возврата денежных сумм.

Необходимыми условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке.

Согласно ст.1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, как указано в статье 1109 Гражданского кодекса РФ: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Согласно ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса).

Судом установлено и следует из материалов дела, что основным видом деятельности ООО ЧОО «Багира-Ка» является осуществление деятельности по обеспечению общественного порядка и безопасности.

В период с 01.06.2019 года по 02.09.2019 года (включительно) ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в качестве охранника в ООО ЧОО «Багира- Ка», пост охраняемого объекта №1 фабрика «Пролетарка», расположен по адресу: <...>, согласно графикам сменности в июне 2019 года 16 смен, в июле 2019 года 19 смен, в августе 2019 года 16 смен, в сентябре 2019 года 1 смена, что подтверждается копиями графиков дежурств за указанный период, представленными истцом и не оспоренными ответчиком, однако трудовые отношения с ним в соответствии с Трудовым кодексом РФ не оформлялись, в установленном законом порядке трудовой договор с ним не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, запись в трудовую книжку не вносилась. За указанный период работы истец в отпуске не находился.

В ООО ЧОО «Багира- Ка» оплата труда для охранника в спорный период составляла в фиксированном размере 1200 рублей за сутки.

02.09.2019 года сложившиеся между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» трудовые отношения прекращены по его собственному желанию. Однако ООО ЧОО «Багира-Ка» до настоящего времени ФИО1 не выплачена заработная плата за период с 01.06.2019 по 02.09.2019 года в полном объеме, компенсация за неиспользованный отпуск.

Факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» в период с 01.06.2019 года по 02.09.2019 года (включительно) помимо пояснений истца, подтверждается копиями журнала приема - сдачи дежурства Фабрика пост №1, удостоверением, пропуском охранника, выпиской по счету ФИО1, платежным поручением от 10.10.2019.г. о перечислении заработной платы за июнь 2019 года, сведениями о перечислении 24.10.2019.г. денежных средств в размере 10200 рублей, копиями графиков дежурств за спорный период.

В обоснование возражений относительно заявленных первоначальных исковых требований, доводов относительно встречных исковых требований ответчиком представлены справка – расчет о перечислениях ФИО1 денежных средств за период с января 2019 года по сентябрь 2019 года в размере 200700 рублей, заверенные копии информации по перечислениям, согласно которой ФИО1 15.07.2019.г., 24.10.2019.г. перечислены денежные средства в размере 40800 рублей по ведомости №52, 10200 рублей по ведомости №71 соответственно без указания назначения платежа, 19.02.2019.г., 26.02.2019.г.,28.03.2019.г. перечислены денежные средства в размере 24000 рублей, 7200 рублей, 28500 рублей по ведомостям №№ 17,34,38 соответственно без указания назначения платежа, платежных поручений № 565 от 05.06.2019.г., №592 от 11.06.2019.г., №606 от 13.06.2019.г., №50 от 16.05.2019.г., №981 от 10.10.2019.г., согласно которым ФИО1 ответчиком перечислены соответственно за март 2019 года 10000 рублей, за апрель 2019 года 35500 рублей, за май 2019 года 2000 рублей, за март 2019 года 32500 рублей, за июнь 2019 года заработная плата 10000 рублей, график дежурств за 2019 год, согласно которому количество смен истца за спорный период соответствует количеству отработанных смен, указанному в копиях графиков, представленных истцом.

Судом ответчику было предложено предоставить приказ о приеме истца на работу, положение об оплате труда, справки 2-НДФЛ за 2018-2019 годы в отношении ФИО1, табели учета рабочего времени, штатное расписание за период с 30.05.2017 по 02.09.2019, сведения о том, заключался ли гражданско - правовой договор с ФИО1 с приложением актов выполненных работ к указанному договору, бухгалтерские документы, послужившие основанием для перечисления на счет истца денежных средств по ведомости № 17 от 19.02.2019 на сумму 24000 руб., ведомости №34 от 26.02.2019 на сумму 7200 руб., ведомости №52 от 15.07.2019 на сумму 40800 руб., и иных денежных средств за период с 01.01.2019 по 31.12.2019 (платежные ведомости, иное), а также предложено представить сведения в отношении занимаемой ФИО3 должности в ООО ЧОО «Багира – Ка», представить подлинник журнала приема и сдачи дежурств фабрика, пост №1 с мая 2019 года по 02.09.2019.г.

Согласно заявлению Генерального директора ООО ЧОО «Багира – Ка» от 19.03.2020.г. представить справки 2 НДФЛ в отношении ФИО1 не представляется возможным, так как трудовые отношения в рамках ранее заключенного трудового договора закончились 31.05.2017.г., в связи с чем не представляется возможным предоставить табели учета рабочего времени. В спорный период с июня 2019 года по 02 сентября 2019 года истец выполнял услуги на возмездной основе в рамках гражданско – правовых договоров в качестве охранника согласно графикам дежурств, которые составляются по факту выхода охранника на дежурство.

В отношении запрашиваемых судом документов, помимо вышеперечисленных и представленных ответчиком, представлены копии штатного расписания на 01.01.2020 года, утвержденного приказом Генерального директора от 01.01.2020.г., выкопировок из ведомостей №№17,34,52 о перечислении денежных средств ФИО1 без указания назначения платежа, иные запрашиваемый судом документы представлены не были.

Как следует из пояснений истца, являющихся доказательствами по делу, в период с 01.01.2019.г. по 31.05.2019.г. между сторонами сложились гражданско - правовые отношения на оказание услуг по охранной деятельности, поскольку в указанный период данный вид правоотношений устраивал истца, цели трудоустроиться по трудовому договору он не имел, оплата за данный период произведена ответчиком в полном объеме из расчета 1500 рублей за смену с ежемесячной доплатой 15000 рублей с февраля 2019 года.

Положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закреплены принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

В соответствии со ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. В силу п. 1 ст. 39 ГПК РФ истец вправе изменить основания или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.

Требования закона, относящиеся к доказыванию, в том числе предмет и бремя доказывания, а также ст. 327 – 1 ГПК РФ судом лицам, участвующим в деле, разъяснялись, поэтому при принятии решения суд оценивает те доказательства, которые стороны представили для оценки в судебное заседание с учетом требований, предусмотренных ч. 3 ч. ст. 196 ГПК РФ.

Оценивая представленные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что материалами дела подтвержден факт наличия между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира - Ка» трудовых отношений в период с 01 июня 2019 по 02 сентября 2019, истец был допущен в указанный период к выполнению работы в должности охранника, выполнял работу (трудовую функцию) с учетом осведомленности ответчика и в его интересах, под контролем и управлением работодателя в вышеуказанный период, подчинялся действующим у работодателя правилам, трудовому графику сменности работы, частично ему выплачена заработная плата, трудовые отношения прекращены 02 сентября 2019 года, ответчиком нарушено право истца на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы за спорный период, в связи с чем исковые требования об установлении между сторонами факта трудовых отношений в период с 01 июня 2019.г. по 02 сентября 2019.г., обязании ответчика внесения записи в трудовую книжку об осуществлении в указанный период истцом трудовой деятельности в качестве охранника подлежат удовлетворению.

Исходя из бремени доказывания, ответчиком не представлено доказательств выплаты истцу заработной платы в полном объеме за период с 01.06.2019 г. по 02.09.2019 г. исходя из количества отработанных истцом смен 52, из расчета 1200 рублей за смену, а исковые требования в данной части подлежат частичному удовлетворению в размере 34088 (тридцать четыре тысячи восемьдесят восемь) рублей (за минусом НДФЛ), с учетом частичных выплат заработной платы в общем размере 20200 рублей за спорный период (платежное поручение от 10.10.2019.г., ведомость №71 от 24.10.2019.г.) из расчета (52 смены х 1200 рублей) – 13% НДФЛ – 20200 рублей = 34088 рублей, принимая во внимание также, что в силу ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания надлежащего исполнения обязанности по оплате труда работника лежит на работодателе, учитывая, что доказательств, подтверждающих выплату истцу причитающихся сумм заработка ответчиком суду представлено не было, оснований для отказа в удовлетворении требований истца в полном объеме у суда не имеется.

Учитывая в счет выплаты заработной платы за спорный период денежные средства в размере 10200 рублей по ведомости №71 от 24.10.2019.г., а также не принимая во внимание перечисление ответчиком денежных средств в размере 40800 рублей 15.07.2019.г. по ведомости №52 в счет выплаты заработной платы в спорный период, при этом соглашаясь с пояснениями истца, что первая сумма была выплачена в счет заработной платы за июль 2019 года, а вторая сумма является задолженностью за период его работы по гражданско – правовому договору за май 2019 года, суд отклоняет ссылку представителя ответчика об обратном, поскольку допустимых доказательств назначения вышеуказанных платежей ответчиком не представлено, принимая во внимание что на работодателе лежит обязанность по оформлению документов об оплате труда работника, в том числе о размере его заработной платы и ее выплате работнику, в связи с чем, такие документы должны находиться у работодателя, который в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации обязан доказать, что установленная работнику заработная плата выплачена своевременно и в полном объеме. При этом выплата денежных средств может подтверждаться в силу закона только допустимыми письменными доказательствами. Каких-либо документов, которые могли бы с достоверностью свидетельствовать о выплате работодателем работнику заработной платы в полном объеме за удовлетворенный судом период, в материалах дела не содержится.

При этом, учитывая отсутствие между сторонами каких-либо письменных договоров, регулирующих их правоотношения, суд приходит к выводу о том, что имеющимися в деле доказательствами не подтверждено, что стороны достигли соглашения о ежемесячном размере оплаты труда истца в указанном им в иске размере, в связи с чем, отклоняет его доводы об установлении ему работодателем в спорный период с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. размера заработной платы исходя из 1500 рублей за смену и доплаты за работу в качестве оперативного дежурного в месяц в размере 15000 рублей, о выполнении им в указанный период трудовой функции в качестве старшего смены и оперативного дежурного, как не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, учитывая, что показания допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей, указанные обстоятельства не подтверждают.

В пользу истца с ответчика также подлежит взысканию денежная компенсация за неиспользованный основной отпуск за установленной судом период его трудовой деятельности в размере 4873 руб. 75 копеек из расчета: 7 дн. х 696,25 руб. (среднедневная зарплата из расчета 61200 руб.: 87.9), а исковые требования в данной части подлежат частичному удовлетворению. При этом, суд не принимает во внимание расчет компенсации за неиспользованный отпуск, представленный истцом: 18, 64 дн. х 856 руб. (среднедневной заработок) = 15955 руб. 84 коп., за период с 01.01.2019.г. по 02.09.2019.г., поскольку из пояснений истца установлено, что в период с 01.01.2019.г. по 31.05.2019.г. между сторонами сложились гражданско – правовые отношения, цели трудоустроиться и работать по трудовому договору он не имел.

При этом суд учитывает, что истец в отпуске за указанный период трудовой деятельности не находился, заявления о предоставлении отпуска, ранее срока, установленного нормами трудового законодательства не писал, работодатель не согласовывал с истцом его отпуск, соответствующего приказа не издавал, в связи с чем первоначальные пояснения истца касаемо нахождения его в отпуске в сентябре 2019 года не нашли своего подтверждения, опровергаются в том числе последующими пояснениями истца об обратном.

Поскольку со стороны ответчика имеется просрочка выплаты заработной платы, в пользу истца подлежит взысканию с ответчика компенсация за задержку выплаты заработной платы. При этом суд принимает во внимание, что при разрешении данных требований необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит в данном случае на ответчике, которым допустимых доказательств в обоснование уважительности причин просрочки не представлено.

Исходя из удовлетворенной части исковых требований, расчет денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы за период с 03.09.2019 г. по 06.05.2020 г. с учетом положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ составляет 3572 руб. 42 коп. (общий размер выплат 34088 руб. 00 коп., 247 дней просрочки, ключевая ставка 7.25 %, 7%, 6,5%, 6.25%, 6.25%, 6%, 5.5 % соответственно периодам), а исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Судом установлено, что неправомерными действиями работодателя, выразившимися в несвоевременной выплате заработной платы, истцу причинены нравственные страдания, был причинен моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных ей нравственных страданий, степень вины работодателя, имущественное положение истца и ответчика, а также требования разумности и справедливости.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что исковые требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично в размере 3000 руб., в остальной части иска о компенсации морального вреда истцу следует отказать.

Отклоняя доводы представителя ответчика об отсутствии оснований и полномочий для обращения Прокурора Пролетарского района г. Твери с первоначальным исковым требованием в защиту интересов ФИО1 суд принимает во внимание, что согласно части 1 статьи 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Полномочия прокурора, участвующего в судебном рассмотрении дел, определяются процессуальным законодательством Российской Федерации (пункт 4 статьи 35 вышеуказанного закона).

Изложенные нормы права в их взаимосвязи наделяют прокурора не только правом обратиться в суд с заявлением в защиту интересов граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений, но и возлагают на него обязанность осуществлять такую защиту.

Учитывая вышеприведенные положения действующего законодательства первоначальное исковое заявление предъявлено Прокурором Пролетарского района г. Твери при наличии на то полномочий и оснований.

Ссылку представителя ответчика о том, что истец ФИО1 не вправе уточнять исковые требования, предъявленные Прокурором Пролетарского района г. Твери, а суд не вправе был рассматривать уточненные исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда суд находит несостоятельной, учитывая положения ч. 1 ст. 39 ГПК РФ.

Признает несостоятельными доводы представителя ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то, что документально эти отношения не оформлялись (отсутствуют сведения о принятии ответчиком кадровых решений в отношении истца, о получении им заработной платы, о заключении между сторонами трудового договора), после прекращения трудовых отношений по собственному желанию в 2017 году, более он не обращался по поводу заключения трудового договора с данной организацией, отсутствует заявление о приеме от ФИО1 трудовой книжки, отсутствует заявление ФИО1 о предоставлении ему приказа о назначении его на должность, о том, что он приступил к выполнению обязанностей в какой-то должности в ООО ЧОО «Багира-Ка», поскольку такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ООО ЧОО «Багира – Ка» по надлежащему оформлению отношений с работником ФИО1 Принимает во внимание, что доказательств заключения сторонами договора возмездного оказания услуг либо иных гражданско-правовых договоров за период с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. ответчиком не представлено, истец данное обстоятельство отрицает. При этом в силу положений ч. 3 ст. 19.1 Трудового кодекса РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Кроме того, указанные доводы противоречат приведенным выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которых наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель, однако таковых в ходе рассмотрения дела не установлено и ответчиком по первоначальному иску не представлено.

При этом отмечает, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ, например, определение от 19.05.2009 N 597-О-О, определение от 13.10.2009 N 1320-О-О, определение от 12.04.2011 N 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя, в связи с чем отсутствие сведений о предоставлении истцом необходимых для трудоустройства документов, принятии ответчиком кадровых решений в отношении истца, о согласовании сторонами размера оплаты труда, режима рабочего времени и времени отдыха, ознакомлении истца с локальными актами, получении истцом заработной платы, осуществлении ответчиком учета рабочего времени истца, обеспечении истца необходимыми средствами труда для выполнения обязанностей, не означает отсутствие трудовых отношений и прежде всего свидетельствует о допущенных нарушениях закона со стороны ООО ЧОО «Багира – Ка» по надлежащему оформлению трудовых отношений с истцом.

Довод ответчика о пропуске срока обращения в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений суд отклоняет, поскольку только с установления факта трудовых отношений возникает право распространять на них нормы трудового законодательства, в том числе и положения ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации. После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать внесения в трудовую книжку записи о приеме на работу, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Из вышеприведенных норм ст. 392 ТК РФ, иных положений трудового законодательства следует, что по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. К таким спорам относятся в том числе споры о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе, в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд с иском об установлении факта трудовых отношений, следует исходить не только из даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своих трудовых прав.

Согласно ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

Исходя из положений вышеуказанных норм срок обращения в суд, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, должен исчисляться с момента установления факта трудовых отношений между сторонами.

С учетом отсутствия надлежащего оформления трудовых отношений они приобретают соответствующий юридический статус только с момента признания их таковыми в судебном порядке, после чего у сторон возникает право обращаться к нормам трудового законодательства, в том числе и в части применения последствий пропуска срока обращения в суд.

Поскольку исковые требования истца направлены на установление факта трудовых отношений с ответчиком, которые возникли, но в установленном трудовым законодательством порядке не оформлены, следовательно, последствия пропуска срока, предусмотренные указанной нормой закона, не могут быть применены. Оснований полагать свои трудовые права нарушенными у истца в период с даты фактического допуска к работе и до момента увольнения также не имеется, поскольку неоформление работодателем трудовых отношений в установленном Трудовым кодексом РФ порядке (издание приказа о приеме на работу, подписание трудового договора) само по себе в спорный период прав истца не нарушало.

Независимо от фактического прекращения сторонами отношений, срок, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации для обращения в суд за защитой трудовых прав, с учетом предмета исковых требований (об установлении факта трудовых отношений) нельзя признать пропущенным истцом, поскольку и на момент обращения в суд за защитой нарушенных трудовых прав, нарушение его прав ответчиком, оспаривавшим наличие трудовых отношений и не выполнившим обязанности по надлежащему оформлению трудовых отношений, продолжалось.

Кроме того, принимая во внимание и учитывая всю совокупность обстоятельств конкретного дела, учитывая, что до подачи иска в суд 18.12.2019.г. в устном порядке ФИО1 обращался к ответчику о выплате ему заработной платы, его просили подождать, последние обращения последовали 05.10.2019.г., 06.10.2019.г., что ответчиком не опровергнуто, а также обращался с заявлением в Прокуратуру Пролетарского района г. Твери 10.10.2019.г., в связи с нарушением ответчиком его трудовых прав, у истца ФИО1 как минимум до 05.10.2019.г. возникли правомерные ожидания того, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке, в связи с чем, суд также не усматривает оснований для признания пропущенным срока для обращения в суд с иском об установлении факта трудовых отношений.

Иные доводы представителя ответчика, изложенные в обоснование возражений относительно заявленных первоначальных исковых требований в влекут безусловного отказа в их удовлетворении.

Разрешая встречные исковые требования о взыскании излишне выплаченных денежных средств в результате счетных ошибок, и принимая решение об отказе в их удовлетворении суд учитывая положения ч. 4 ст. 137 ТК РФ, подп. 3 ст. 1109 ГК РФ, принимает во внимание, что под счетной понимается та ошибка, которая допущена в арифметических действиях (действиях, связанных с подсчетом), в то время как технические ошибки, совершенные по вине работодателя, или ошибки используемой им программы, счетными не являются, учитывает, что приведенные нормы права содержат исчерпывающий перечень случаев, когда допускается взыскание излишне выплаченных денежных средств. При этом, бремя доказывания недобросовестности ответчика или наличия счетной ошибки лежит на лице, требующем возврата неосновательного обогащения. Между тем доказательств недобросовестности ФИО1 при получении выплаченных ему денежных средств, наличие счетной ошибки истцом по встречному иску не представлено.

Принимает во внимание, что ООО ЧОО «Багира – Ка» не представлено доказательств установления ФИО1 в период гражданско – правовых отношений с 01.01.2019.г. по 31.05.2019.г. вознаграждения в размере 1200 рублей за смену. В связи с чем, суд основываясь также на пояснениях ФИО1, указывающего на отсутствие задолженности по оплате в рамках гражданско – правового договора за период с 01.01.2019.г. по 31.05.2019.г., выписке по счету, иных копий платежных документов, имеющихся в материалах дела находит установленным отсутствие переплаты со стороны ответчика, принимая во внимание не представление ООО ЧОО «Багира – Ка» доказательств конкретных периода возникновения переплаты и размера вознаграждения ФИО1 в период с 01.01.2019.г. по 31.05.2019.г.

В соответствии с п.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Согласно ч.1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, ст. 94 ГПК РФ относит, в числе прочего, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с п. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы оплату услуг представителя в разумных пределах.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В подтверждение несения судебных расходов на оплату юридических услуг по данному делу в размере 30000 рублей истцом представлены договор на оказании юридических услуг №14/20 от 01 февраля 2020.г., расписки от 03.02.2020.г., 30.04.2020.г., о получении ФИО7 денежных средств от ФИО1 в общей сумме 30000 рублей (по 15000 рублей соответственно) в счет оплаты судебных действий в отношении ООО ЧОО «Багира – Ка», в счет оплаты по договору оказания юридических услуг.

Как следует из п. п. 1.2 вышеназванного договора перечень оказываемых юридических услуг по данному договору включает в себя представление интересов ФИО1 в суде с подготовкой всех необходимых документов по вопросу спора с ЧОО ООО «Багира – К» по вопросу о выплате задолженности по заработной плате, штрафных санкциях в соответствии с Трудовым кодексом РФ и оплаты судебных расходов. Исходя из п. п. 3.1 данного договора стоимость оказания юридических услуг составляет 30000 рублей.

Поскольку истцом не представлено доказательств несения судебных расходов по оплате услуг представителя по рассматриваемому гражданскому делу, а из представленных расписок невозможно установить относимость внесения денежных средств по договору № 14/20 об оказании юридических услуг от 01.02.2020.г. суд полагает необходимым отказать в удовлетворении требования о взыскании издержек на оказание юридических услуг.

В силу п. 1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п.1 ч.1 ст. 333.26 Налогового кодекса РФ в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с НК РФ, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

При решении вопроса о размере подлежащей уплате государственной пошлины суд руководствуется ст. 333.19 НК РФ, в связи с чем, с ООО ЧОО «Багира-Ка» подлежит взысканию, исходя из удовлетворенных судом исковых требований, государственная пошлина в размере 1776 рублей 03 копейки.

Требование о взыскании расходов по уплате госпошлины в связи с подачей встречного искового заявления в соответствии со ст. 98 ГПК РФ удовлетворению не подлежит, поскольку взыскание судебных расходов с ответчика предусмотрено только в случае вынесения решения об удовлетворении исковых требований истца.

В силу ст. 211 ГПК РФ решение суда в части взыскания заработной платы в пользу истца подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст. ст. 194-198, 199, 211 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования по иску Прокурора Пролетарского района г. Твери в защиту интересов ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку удовлетворить. Исковые требования по иску Прокурора Пролетарского района г. Твери в защиту интересов ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании заработной платы удовлетворить частично. Исковые требования по иску ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда удовлетворить частично. В удовлетворении исковых требований по встречному иску ООО ЧОО «Багира-Ка» к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных денежных средств отказать.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОО «Багира-Ка» в период с 01 июня 2019 года по 02 сентября 2019 г. в должности охранника.

Обязать ООО ЧОО «Багира-Ка» внести запись в трудовую книжку ФИО1 период его работы в ООО ЧОО «Багира-Ка» в должности охранника с 01 июня 2019 года по 02 сентября 2019 г.

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. в размере 34088 (тридцать четыре тысячи восемьдесят восемь) рублей, в остальной части отказать.

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО1 компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 03.09.2019.г. по 06.05.2020.г. в размере 3572 (три тысячи пятьсот семьдесят два) рубля 42 копейки, в остальной части отказать.

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 4873 (четыре тысячи восемьсот семьдесят три) рубля 75 копеек, в остальной части отказать.

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 (три тысячи) рублей, в остальной части отказать.

Взыскать с ООО ЧОО «Багира-Ка» в бюджет муниципального образования Тверской области – городской округ город Тверь государственную пошлину в размере 1776 рублей 03 копейки.

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 к ООО ЧОО «Багира-Ка» о взыскании издержек на оказание юридических услуг отказать.

Решение в части взыскания с ООО ЧОО «Багира-Ка» в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате за период с 01.06.2019.г. по 02.09.2019.г. в размере 34088 (тридцать четыре тысячи восемьдесят восемь) рублей подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Пролетарский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.Ю. Голосова