Апелляционное определение № 22-1372/2025 от 10 декабря 2025 г.

Судья: Ломовцева М.Д. Дело № 22-1372/2025

Докладчик: Кузнецова Л.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Липецк 11 декабря 2025 года

Суд апелляционной инстанции Липецкого областного суда в составе:

председательствующего судьи: Бубыря А.А.,

судей: Кузнецовой Л.В. и Ненашевой И.В.,

при помощнике судьи Парамоновой В.П.,

с участием государственного обвинителя Навражных С.С.,

осуждённого ФИО1,

его защитника - адвоката Цедова А.Б.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Цедова А.Б. на приговор Елецкого городского суда Липецкой области от 03.09.2025, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, имеющий высшее образование, <данные изъяты>, состоящий в браке, имеющий на иждивении двух малолетних детей, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден за совершение преступлений, предусмотренных:

- п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 N 162-ФЗ) к 11 годам лишения свободы.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования;

- п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. Федерального закона от 21.07.2004 N 73-ФЗ) к 11 годам лишения свободы;

- ч. 3 ст. 30 п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в ред. Федерального закона от 21.07.2004 N 73-ФЗ) к 12 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, назначено ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 17 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 в период вступления приговора в законную силу оставлена прежней - содержание под стражей.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления настоящего приговора в законную силу. Зачтен в срок лишения свободы период задержания с 29.12.2022 по 31.12.2022 из расчета один день задержания за один день лишения свободы и время содержания под стражей со 02.02.2023 по 01.07.2024 из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с 05.11.2024 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Удовлетворены гражданские иски.

С ФИО1 взыскана в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО10 денежная сумма в размере – 1500 000 рублей; в пользу ФИО10 денежная сумма в размере – 1000 000 рублей; в пользу ФИО10 - денежная сумма в размере – 1000 000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Сохранено до исполнения приговора в части гражданского иска наложение ареста на имущество, принадлежащее ФИО1 - автомобиль ВАЗ 21053, 1999 года выпуска, регистрационный знак «Т755АС57», идентификационный номер (VIN) XТА210530Y1847806.

Заслушав доклад судьи Кузнецовой Л.В., выслушав осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционных жалоб; государственного обвинителя, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении разбоя, то есть нападении в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; в совершении убийства, сопряженного с разбоем и покушении на убийство двух лиц, сопряженного с разбоем, которое не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Преступления совершены ФИО1 при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе адвокат Цедов А.Б. просит отменить приговор и вынести оправдательный приговор. Полагает, что выводы суда о виновности и причастности ФИО1 к совершению преступлений основаны на предположениях, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, также имеет место существенное нарушение уголовно-процессуального закона, что нарушает права и законные интересы ФИО1, в том числе права на защиту. Ссылается на допущенные нарушения УПК РФ, поскольку уголовного дела по ст. 162 УК РФ не возбуждалось, обвинение по ст. 162 УК РФ предъявлено по истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности, что исключает возможность вынесения судом законного, обоснованного и справедливого приговора. Полагает, что принятие судом в основу приговора доказательств, полученных в период предварительного следствия по истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности (15 летний срок давности истек 24.04.2020г.) недопустимо, является нарушением норм УПК РФ и Конституции РФ. Полученные доказательства не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений основан лишь на двух доказательствах (двух смывах вещества бурого цвета и следа пальца руки, а также последующих заключениях судебных экспертиз), которые, по его мнению, указывают на ФИО1 не как на лицо, совершившее преступление, а лицо, которое могло оставить свои следы во дворе домовладения и снаружи на ручке двери дома потерпевшего при неустановленных следствием обстоятельствах и в неустановленное время. Данные доказательства получены с нарушением норм УПК РФ. Версия ФИО1 о непричастности стороной обвинения не опровергнута. Приводя полученные по делу экспертные заключения, полагает, что они не подтверждают обстоятельств, подлежащих доказыванию, установленных ст. 73 УПК РФ. Не нашел отражения в приговоре тот факт, что преступления, инкриминируемые ФИО1, совершены в доме, вышеназванные следы обнаружены в другом месте – на улице, во дворе домовладения и на ручке двери с улицы. Совершить преступления в доме, находясь на улице невозможно, а вывод следствия и суда, что Вобликов вошел в дом и в последующем совершил преступления, ничем не подтверждается и является предположением. Данное неустранимое сомнение в пользу обвиняемого не истолковано. В приговоре изложены обстоятельства, вымышленные следствием. Суд не учел обстоятельств, которые могли существенно влиять на выводы суда (различие в групповой принадлежности обнаруженной крови и крови ФИО1), в приговоре суд не указал, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, принял одни и отверг другие, сославшись лишь на мнение специалиста, что молекулярно-генетическая экспертиза является более точной, чем биологическая. Данный вывод противоречит требованиям ст. 207 УПК РФ, согласно которой при наличии противоречий в выводах экспертов должна была быть назначена повторная экспертиза. Суд подменил проведение экспертизы допросом специалистов, которые экспертизу не проводили, нарушив тем самым право ФИО1 на защиту и справедливое объективное рассмотрение дела.

Ссылаясь на заключение эксперта № 290 от 29.04. и 14.05.2025, согласно которой на сорняке, в смыве со стены туалета и трех смывах с дорожки бетонных плит (обозначенных № № 1 - 3) обнаружена кровь человека мужского генетического пола, выявлен антиген Н, системы АВО. При этом сорняк для молекулярно-генетической экспертизы не направлялся. Также ни судом, ни следствием не дана оценка иным изъятым по уголовному делу объектам (помимо признанных вещественными доказательствами). По делу также были изъяты иные смывы вещества бурого цвета, следы обуви, решений по данным объектам в порядке ст. 81 УПК РФ не принято. Считает, что изъятые с места происшествия следы обуви человека, которые не идентифицированы, как оставленные ФИО1 являются неустранимым сомнением и должны толковаться в его пользу.

Оценивая доказательства, можно утверждать, что ФИО1 мог находиться на улице около дома по адресу: <адрес>, где мог оставить след пальца руки на дверной ручке дома, что подтверждается заключением эксперта № 22 от 18.01.2023 (которое проведено с нарушением закона, т.к. объектом исследования являлся не след пальца, а ксерокопия заключения эксперта № 856 от 28.04.2005, в котором имелось фотоизображение следа). У ФИО1 также могло быть кровотечение, и он мог оставить следы крови в виде брызг на стене туалета, и в виде помарок на бетонной дорожке. Не устранено сомнение, что при первоначальной экспертизе установлена групповая принадлежность крови, которая отличается от группы крови ФИО1. Сами по себе обнаруженные следы, как в отдельности так и в совокупности с другими доказательствами не свидетельствуют о времени, месте, способе совершения инкриминируемых преступлений, мотивах, причастности ФИО1, осознании им общественно-опасного характера своих действий, предвидения возможности наступления общественно-опасных последствий, корыстном мотиве (ничем не подтвержденном утверждении о том, что якобы ФИО1 знал о наличии конкретной суммы денежных средств в доме потерпевших). Наличие долгов не может свидетельствовать о корыстном умысле.

Суд пришел к выводу о том, что потерпевший опознал ФИО1 по росту и волосам, при том, что опознание проводилось по ксерокопии фотографии ФИО1, где запечатлено лицо, шея и верхняя часть плечевого пояса. При этом рост и волосы не являются признаком, по которым можно идентифицировать личность. Ссылается на показания ФИО10, изложенные в протоколе судебного заседания от 29.06.2023, в которых тот говорит, что Вобликова впервые увидел в суде и ранее никогда не встречал. Делает вывод о том, что если бы потерпевший в момент совершения преступления боролся именно с ФИО1, то следовательно, потерпевший бы заявил, что видел того как минимум уже второй раз, и подтвердил, что встречал его ранее. Данные противоречия не устранены. Также потерпевший ни в одних показаниях не говорил, что человек, напавший на него, причинил телесные повреждения его супруге, что является предположением.

Полагает, что доказательства - два смыва вещества бурого цвета и следа пальца руки, и последующие заключения судебных экспертиз по данным объектам – являются недопустимыми, поскольку осмотр предметов 21.12.2022 проведён с грубым нарушением ст. 170 УПК РФ, без понятых и применения технических средств фиксации. В протоколе не указано на невозможность применения технических средств фиксации, фототаблицы в качестве приложения не имеется. В протоколе не отражены индивидуальные признаки осматриваемых предметов, их упаковка, целостность. Следователем после осмотра каждого объекта сделан вывод, что на них следов, представляющих интерес для следствия, не обнаружено. При этом исходя из постановления о назначении экспертизы, осмотру подлежали в том числе объекты, на которых впоследствии была обнаружена кровь, идентифицированная как принадлежащая ФИО1. Полагает, что доказательства, полученные по результатам незаконного осмотра предметов от 21.12.2022 г. являются недопустимыми. Просит отменить приговор и вынести оправдательный приговор в связи с непричастностью ФИО1 к совершению инкриминируемых преступлений.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить. Указывает, что суд сослался на показания ФИО10, данные им в 2023 году, которые отличаются от первоначальных показаний, данных в 2005 году, в части описания нападавшего на него человека. Суд не указал в приговоре довод защиты о том, что ФИО10 в судебном заседании составлял фотопортрет нападавшего, который не соответствует приметам ФИО1. Вместо предъявления ФИО1 на опознание, опознание проводилось по фотографиям. ФИО10 в суде указал, что понятых не было, следователь на стол выложил 2 фотографии, одна из которых – фоторобот, составленный им 31.01.2023 г., другая- фотография ФИО1. Но данный протокол суда пропал. В суде потерпевший сказал, что видит его впервые, указав, что рост похож. Однако у него рост – 170 см., 4 группа крови, цвет волос всегда был черным, а в материалах указано – русый цвет волос. ФИО2 обязательств у него не было, в игровые автоматы с фанатизмом не играл. Следователь задал ему общий вопрос, играл ли он в игровые автоматы, поэтому он ответил, что пробовал, игровые автоматы у него находились на работе. Указывает о давлении со стороны следствия на него и свидетеля ФИО10 Он был задержан и находился в отделе полиции с 28 на 29 декабря 2022г. без еды и сна, после чего его повезли на допрос. Протокол допроса свидетеля и подозреваемого он, как и ФИО10 полностью не читал. Показания свидетеля ФИО10 считает недостоверными и голословными. Свидетель ФИО10 не ориентируется в датах и городах, так как часто злоупотребляет спиртными напитками. Свидетель ФИО10 общалась с ФИО10 только по рабочим моментам, личную жизнь не обсуждала. Суд не учел показания свидетеля ФИО10 (т. 6 л.д. 172-173) и объяснения свидетеля ФИО10 от 25.04.2025 (т. 1 л.д. 65). В вызове ряда свидетелей судом было отказано. Полагает, что обвинение основывается на предположениях, а данное дело и доказательства сфальсифицированы, корыстный мотив выдуман. Ходатайствует рассмотреть уголовное дело в полном объеме. Просит вынести оправдательный приговор в связи с его непричастностью к совершению инкриминируемых ему преступлений.

В возражениях на апелляционные жалобы защитника Цедова А.Б. и осужденного ФИО1 потерпевшие ФИО10 и ФИО10, а также государственный обвинитель прокуратуры г. Ельца Липецкой области ФИО10 просят приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30 п.п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, являются правильными, основаны на совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, полно и всесторонне исследованных в судебном заседании, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в инкриминируемых преступлениях не признал, указав, что весной 2005 г. до Пасхи (которая приходилась на 1 мая) по просьбе ФИО10, у которой он работал водителем на Газели, мог заезжать на территорию дома, в котором проживали потерпевшие, за товаром (вагонкой), необходимой ФИО10 для ремонта бани. Заехав на территорию дома, они общались с хозяйкой и ждали хозяина, который должен был подъехать, во время нахождения на территории он мог дернуть за ручку двери дома, также в связи с плохим самочувствием его вырвало, и затем пошла из носа кровь, следы которой могли остаться на бетонной дорожке на территории домовладения, по которой он ходил в поисках воды, чтобы умыться. Когда приехал хозяин (ФИО10), они пошли в гараж и забрали оттуда несколько упаковок вагонки и отвезли ее ФИО3. 25 апреля 2005 г. он находился в деревне Казаки. Все эти обстоятельства он вспомнил после ознакомления с материалами уголовного дела. Не отрицал, что он играл в игровые автоматы в целях времяпрепровождения, выигрывал небольшие суммы, долгов не было, игровой зависимостью не страдает.

На стадии предварительного расследования полностью отрицал свою вину и причастность к совершенным преступлениям в отношении потерпевших, которых не знал, утверждал, что в доме потерпевших никогда не был. Каким образом след пальца руки мог оказаться на ручке двери дома потерпевших, не знает. В 2005 г. у него имелись кредиты в банке на сумму около 30000 рублей, которые он брал для погашения долгов перед своими знакомыми ФИО10 и Ченским, а также своих долгов, т.к. в то время проигрывал денежные средства в игровых автоматах. Иногда брал деньги в долг у своего брата ФИО10

Несмотря на отрицание вины, вина ФИО1 полностью доказана материалами уголовного дела и подтверждается:

- показаниями потерпевшего ФИО10 о том, что он вместе с супругой 24.04.2005 г. легли спать в разных комнатах. Проснулся около 05.15 часов и направился в комнату жены. Они сходили в туалет. Потом замяукал кот, жена пошла его выпускать на улицу. Он услышал пронзительный крик жены, побежал на веранду, и на 1 веранде увидел свою жену всю в крови, из ее тела шли кровяные фонтаны. Оказавшись в этот момент спиной к двери 2-й веранды, ведущей в дом, почувствовал удар в спину и резкую слабость. У него потемнело в глазах. Он развернулся, увидел перед собой парня 25-30 лет, с которым стал бороться и давить руками ему на глаза. В борьбе они разбили стекло окна, которое выходит с кухни на веранду. После чего парень вырвался и выбежал на улицу. Второе ранение ему могло быть причинено в ходе борьбы с нападавшим, точно не помнит. Все происходило очень быстро, он запомнил нападавшего по небольшому росту, как ему (ФИО10) показалось, примерно на 10 см ниже него 160-165 см, худощавому телосложению; короткой стрижке волосы длиной 1-2 см темно-русые. Выбежав во двор, он побежал за нападавшим парнем, который бежал по двору в сторону туалета, расположенного между гаражом и хозяйственными постройками. Добежав до туалета ему (ФИО10) стало плохо, дальше он бежать не смог. Нападавший парень убежал по бетонной дорожке от дома по огороду. В том месте часть огорода не была ограждена забором. Затем он (ФИО10) вернулся в дом. Его жена ФИО10 находилась в 2-й части веранды на коленях, телом на полу, пыталась ему что-то сказать. Он крикнул своему сыну (ФИО10) и тот потом вызвал скорую помощь. ФИО10 умерла у него на руках, и они с сыном положили ее на диван в прихожей. Потом он (ФИО10) потерял сознание. Потом он был доставлен в реанимационное отделение больницы и прооперирован. В момент совершения преступления в доме находились некоторые драгоценности, которые он оценивает примерно в 10000 рублей. 24.04.2005г. он с рынка г. Лебедяни, реализовав товар, привез домой примерно от 2 до 4 тысяч рублей.

- протоколом проверки показаний на месте от 02.02.2023, в ходе которой ФИО10 по адресу: <адрес> указал место, где было совершено нападение на него и его супругу ФИО10, показал с помощью манекена, как ему наносились удары ножом с замахом в область лопатки задней поверхности грудной клетки, как они боролись, и разбилось стекло. Поранился ли нападавший или нет, не знает, но тот выбежал на улицу и стал убегать в сторону огорода. Туда в тот день никто не ходил, поскольку на огород они ходят только в теплое время года.

В судебном заседании потерпевший ФИО10 подтвердил свои показания, указав, что по росту и телосложению нападавший похож на подсудимого ФИО1. На опознании в присутствии понятых ему предъявляли три фото, на одной из них (которым оказался ФИО1) был больше всего похож на нападавшего. Отрицал указанные подсудимым обстоятельства, поскольку дома он не торговал вагонкой, которую всегда возил на рынок, в их дом никогда не приходили чужие люди. Обстановка в гараже, которую описал ФИО1, не соответствует действительности (у него никогда не было верстака в углу), однако обстановку в кухне, описанную ФИО1, можно увидеть, только если зайти в пристройку и подойти к окну;

- показаниями свидетеля и впоследствии признанного потерпевшим ФИО10, согласно которым он проснулся в доме около 05.00 часов 25.04.2005 от звона разбитого стекла. Шум доносился с веранды. Выбежав на веранду, увидел, что его отец ФИО10 на руках заносит ФИО10, которая пытаясь дышать. Они были в крови. У отца на левой части спины было два ранения, из них текла кровь. Он позвонил в скорую помощь, затем побежал к своему дяде ФИО10, чтобы тот помог отнести ФИО10 в автомобиль скорой помощи. ФИО10 позвонил в полицию;

- показаниями свидетеля (впоследствии признанной потерпевшей) ФИО10, о том, что она находилась в Воронеже во время произошедших в доме родителей событий. Все известно со слов ФИО10, который описывал нападавшего невысокого роста, темного (похожего на цыганенка). В последний раз она была в доме родителей 15.04.2005 г., мать не рассказывала про ФИО3, посторонних людей в их доме не было. В тот период ее отец торговал вагонкой на рынке, если товара не хватало, покупатели приезжали к дому, и он выносил за ворота товар, в дом никого не пускали. Первая дверь в их дом, на веранду, на замок не закрывалась, была рассохшая и плотно не закрывалась. В дневное время ворота были закрыты, поскольку рядом находилась проезжая часть;

- показаниями свидетеля ФИО10 (брата ФИО1) о том, что ФИО1 по характеру добрый, общительный, постоянного места работы не имел, работал в ресторане «Хамали» водителем грузовика, потом работал разнорабочим на стройке, ремонтировал канализации, устанавливал их в домах, работал таксистом. ФИО1 развелся с женой по причине того, что воровал у неё деньги с банковской карты. Был период времени, когда ФИО1 играл в игровые автоматы, проигрывал приличные суммы денег, которые в основном брал у жены;

- показаниями свидетеля ФИО10 (друга ФИО1) о том, что ФИО1 работал в кафе «Хамали» водителем. ФИО1 ему рассказывал, что в кафе пропал сейф с деньгами, и его подозревали в хищении, но его причастность не подтвердилась. ФИО1 вел обычный, неприметный образ жизни, периодически занимал у него денежные средства в размере 4-5 тысяч рублей, долги возвращал своевременно. Ему известно, что ФИО1 играл в игровые аппараты, была ли у того зависимость, не знает;

- показаниями свидетеля ФИО10 о том, что он периодически общался с ФИО1, который в 2005 г. работал водителем у его матери - ФИО10, которой принадлежали магазин и кафе (ООО «Октябрьский»). Охарактеризовал ФИО1 как человека скрытного, тихого, который может к себе расположить с целью получения необходимой для него информации. У него с ФИО1 конфликтов не возникало. Со слов покойной матери ему известно, что однажды ФИО1 присвоил себе деньги, предназначенные для оплаты товара, пояснив о наличии финансовых проблем личного характера. Также, возможно в 2005 году было совершено хищение крупной денежной суммы из сейфа, находящегося в служебном помещении ООО «Октябрьский». ФИО1 был в числе подозреваемых, но установить виновное лицо не представилось возможным. Ему известно, что ФИО1 играл в игровые аппараты, он его лично пару раз видел вблизи игорного клуба. Показал, что ФИО1 не мог привозить строительные материалы, поскольку они с отцом сами занимались ремонтом или им доставляли все необходимое, его мама ФИО3 сама никогда не ездила закупать стройматериалы. В 2005 году они в бане ремонт не делали.

- показаниями свидетеля ФИО10 (в 2005 г. заведующей производством в баре-ресторане «Хамали» у ФИО10) о том, что ФИО1 работал водителем грузовой машины. В тот период у них произошло хищение, в котором подозревался ФИО1 Ей не известно про долги и материальные проблемы ФИО1 Она знает, что в 2005г. ни в баре, ни в доме и надворных постройках ФИО10 ремонт не производился.

- показаниями свидетеля ФИО10, которая в 2005 г. работала с ФИО10 (бывшей женой подсудимого) и была ее начальником. В разговоре с ней ФИО10 говорила, что к ним домой приходили судебные приставы в связи с тем, что ФИО1 взял кредит. Сумма ей была неизвестна, и сам факт того, что ее муж взял кредит, было неожиданностью для ФИО10;

- протоколом осмотра места происшествия от 25.04.2005 (с фототаблицей) - домовладения <адрес>, которым установлено, что вход в дом осуществлялся через пристройку (веранду), которая оборудована деревянной дверью. В двери ручка с защелкой, без замка. На ручке двери обнаружены и изъяты 3 следа пальцев рук. С правой стороны от входа в пристройку в стене располагалось одно окно, соединяющее пристройку (веранду) с кухней. В ближней от входа створке окна внешнее стекло было разбито. На полу пристройки имелись осколки от разбитого в раме стекла. На диване, расположенном в коридоре дома, обнаружен труп ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. На трупе надет махровый халат с рисунком, плавки. Одежда пропитана кровью. На передних боковых поверхностях халата и рукавах имелись сквозные повреждения. На трупе обнаружены телесные повреждения (раны линейной формы разной длины). При осмотре территории домовладения установлено, что прямо по ходу движения относительно входа на территорию с улицы, расположен гараж, за ним земельный участок. Правее земельного участка вдоль огораживающего участок забора идет дорожка из бетонных плит. Рядом с гаражом, правее от него, по пути к дорожке из бетонных плит – туалет, на правой торцевой стене которого на высоте от 80 см. до 1 м. 40 см обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, произведен смыв. Дорожка (тропинка) из бетонных плит расположена за туалетом. Вдоль дорожки располагался забор из металлической сетки на всем ее протяжении. На дорожке из бетонных плит на расстоянии 25 м. 80 см. от одноэтажной бытовой постройки во дворе домовладения и на расстоянии 1 м. 10 см. от забора из металлической сетки обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, с которых произведен смыв. На бетонной дорожке на расстоянии 27 м. 90 см. от указанной одноэтажной бытовой постройки и на расстоянии 1 м. от указанного выше забора из металлической сетки обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, произведен смыв. На расстоянии 32 м. 40 см. от указанной одноэтажной бытовой постройки и на расстоянии 1 м. 20 см. от забора обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь, произведен смыв. Далее по бетонной дорожке примерно около 5 м продолжались очень мелкие пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь. В конце бетонной дорожки располагался ров. По окончанию тропинки на расстоянии 65 м от бытовой одноэтажной постройки, обнаружены два след обуви;

- протоколом осмотра трупа от 25.04.2005 (с фототаблицей), на трупе обнаружены множественные колото-резаные ранения, тело обильно помарано подсохшей кровью;

- заключением эксперта № 856 от 28.04.2005, согласно которому один след пальца руки на отрезке темной дактилопленки, обнаруженный на дверной ручке при осмотре места происшествия 25.04.2005 пригоден для идентификации личности, оставлен не ФИО10, ФИО10 и ФИО10, а иным лицом;

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 290 от 26.05.2005 (экспертиза вещественных доказательств), согласно которому в смыве со стены туалета и трех смывах с дорожки из бетонных плит обнаружена кровь человека мужского генетического пола, выявлен антиген Н системы АВО. Данных за происхождение крови от ФИО10 или ФИО10 не получено;

- заключением эксперта № 12 от 11.09.2005 (дополнительная молекулярно-генетическая экспертиза), согласно которому при исследовании геномной ДНК, выделенной из пятен крови на халате (об.3-5), на телефонной трубке, куске линолеума, камне, смыве с входной двери, на бетоне с площадки у входа, смыве с пола второй части веранды, обозначенном №2, соскоба с пола веранды, обозначенном соскоб со стены веранды, обозначенном №3, соскоба со стены верой части веранды, соскоба с пола второй части веранды, обозначенный №1 и срезах ногтей с левой кисти трупа ФИО10 установлен женский генетический пол. Таким образом, результаты, полученные по генетическому полу, допускают происхождение крови в исследованных пятнах от ФИО10

При сравнительном анализе полученных AmpFLP-профилей ДНК, выделенной из пятна крови на халате (об.6), по указанным VNTR- системам генотипические характеристики данного препарата ДНК, совпадают с генотипом ФИО10 Таким образом, результаты, полученные по генетическим системам, допускают происхождение крови в исследованном пятне на халате, от ФИО10

- заключением СМЭ № 281 от 20.06.2005, согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО10 обнаружены следующие повреждения:

На грудной клетке: ранение левой половины передней поверхности грудной клетки и живота в проекции реберной дуги, проникающие в полость брюшины и через левый купол диафрагмы в левую плевральную полость, с повреждением нижней доли левого легкого; проникающее ранение левой половины передней поверхности грудной клетки на уровне 6-го межреберья по срединно-ключичной линии с повреждением нижней доли левого легкого; проникающее ранение левой половины передней поверхности грудной клетки на уровне 4-го межреберья по окологрудинной линии без повреждения внутренних органов; непроникающее ранение мягких тканей левой половины передней поверхности грудной клетки в проекции верхне-внутреннего квадранта левой молочной железы; непроникающее ранение мягких тканей левой половины передней поверхности грудной клетки в проекции верхне-наружного квадранта левой молочной железы; непроникающее ранение мягких тканей правой половины передней поверхности грудной клетки в проекции 5-го межреберья по окологрудинной линии; непроникающее ранение мягких тканей правой половины передней поверхности грудной клетки в проекции верхне-наружного квадранта правой молочной железы; проникающее ранение правой боковой поверхности грудной клетки в проекции 6-го межреберья без повреждения внутренних органов; проникающее ранение правой задне-боковой поверхности грудной клетки и живота на уровне 11-го ребра с повреждением нижней доли правого легкого правого купола диафрагмы, желудка, кровоизлияниями в правую плевральную полость и полость брюшины; непроникающее ранение мягких тканей передней брюшной стенки в области левого гипогастрия; ранение мягких тканей внутренней поверхности правого плеча; ранение мягких тканей передне-наружной поверхности правого плеча; сквозное ранение мягких тканей задне-внутренней поверхности левого предплечья; касательные ранения (3) мягких тканей внутренней поверхности левого предплечья, внутренней поверхности левой кисти, внутренней поверхности правой кисти с переходом на ладонную.

Все перечисленные ранения, за исключением касательных, являются колото-резаными, были причинены в результате ударно-травматического воздействия острой части колюще-режущего предмета (орудия) или предметов (орудий), возможно при ударах клинком ножа. Количество травмирующих воздействий в отношении этих ран – 13. Все проникающие ранения, как в совокупности, так и по отдельности, являются опасными для жизни, привели к смерти и по этому признаку относятся к категории, причинивших тяжкий вред здоровью. Непроникающие колото-резаные ранения в своей совокупности, имеют признаки повреждений, причинивших вред здоровью средней тяжести, по признаку длительного расстройства здоровья и в причинной связи со смертью не состоят.

Касательные ранения мягких тканей являются резаными, были причинены в результате касательного травматического воздействия острой части колюще-режущего или режущего предмета (орудия) или предметов, возможно при динамическом контакте с острой частью лезвия ножа. Количество травмирующих воздействий в отношении резаных ран – 3.

Вышеуказанные повреждения прижизненные, получены незадолго до наступления смерти в период, исчисляемый минутами (до 30 мин.).

Причиной смерти ФИО10 явились множественные проникающие ранения грудной клетки и живота с повреждениями легких, желудка, диафрагмы, кровоизлияниями в плевральные полости и полость брюшины, острой массивной наружной кровопотерей.

Возможное взаимное расположение нападавшего и потерпевшей в момент причинения повреждений в области грудной клетки были преимущественно лицом к лицу и лицом к правой боковой поверхности тела.

Колото-резаные и резаные ранения верхних конечностей могут свидетельствовать о самообороне.

При медико-криминалистическом исследовании трех препаратов кожи от трупа ФИО10 и ее халата обнаружено по одной ране препаратов кожи и тринадцать повреждений халата, которые являются колото-резаными и были причинены в результате воздействия орудия (орудий), обладавшего колюще-режущими свойствами, травмировавшая часть которого имела форму плоского клинка. Особенности исследованных повреждений обусловлены следующими конструктивными особенностями травмировавшей части орудия: наличием острого лезвия; наличием обуха, имевшего умеренно выраженные продольные ребра, максимальная ширина отобразившейся части которого была около 0,15 см.; наличием умеренно выраженного острия; максимальная ширина погруженной части клинка при образовании разных повреждений была от 1-1,2 см до 3-3,2 см.

Раны препаратов кожи и повреждения халата могли быть образованы от воздействий травмировавшей части одного орудия, при разных механизмах образования повреждений, при разной глубине его погружения;

- заключением эксперта № 274/9-24 от 17.05.2024 (дополнительная судебно-медицинская экспертиза), согласно которому, не исключено нанесение ударов потерпевшей нападавшим левой рукой, даже если он является «правшой»;

- заключением судебно-медицинской экспертизой вещественных доказательств – генетической и судебно-биологической № 473/8-22 от 23.01.2023, согласно выводам которой, биологический материал (в том числе, кровь) в смывах вещества бурого цвета со стены туалета и с дорожки бетонных плит по результатам молекулярно-генетического исследования происходит от одного неустановленного мужчины и не принадлежит ФИО10 и ФИО10;

- заключением медико-криминалистической судебно-медицинской экспертизы № 31/6мк-23 от 28.02.2023 (с фототаблицей), согласно которому в протоколе осмотра места происшествия от 25.04.2005 и на фотографиях фототаблицы к протоколу зафиксировано наличие следов вещества, напоминающего кровь, характер и механизм образования которых следующие: 1) единичные (всего 6) мелкие следы на поверхности стены туалета – являются следами падения брызг, двигавшихся после придания им дополнительного ускорения, обусловленного взмахом (взмахами) предмета, на поверхности которого имелось вещество следов в жидком состоянии.

2) множественные следы неправильно-геометрических форм, различных размеров на поверхности бетонной дорожки – являются помарками, образовавшимися либо вследствие контактов различных участков поверхности дорожки с каким-либо предметом (предметами), на котором имелось вещество следов в жидком состоянии; либо – вследствие контактов участков дорожки, на которых уже имелось вещество следов в жидком состоянии с каким-либо предметом, (что изменило первоначальный вид и размеры этих следов);

- заключением эксперта № 147/2005 мк от 13.06.2005, согласно которому при медико-криминалистическом исследовании трех препаратов кожи от трупа ФИО10 и ее халата обнаружено по одной ране препаратов кожи и тринадцать повреждений халата, которые являются колото-резаными и были причинены в результате воздействий орудия, обладавшего колюще-режущими свойствами, травмировавшая часть которого имела форму плоского клинка.

Особенности исследованных повреждений обусловлены следующими конструктивными особенностями травмировавшей части орудия: наличием острого лезвия; наличием обуха, имевшего умеренно выраженные продольные ребра, максимальная ширина отобразившейся части которого была около 0, 15 см; наличием умеренно выраженного острия; максимальная ширина погруженной части клинка при образовании разных повреждений была от 1-1,2 см до 3-3,2 см.

Раны препаратов кожи и повреждения халата могли быть образованы от воздействий травмировавшей части одного орудия, при разных механизмах образования повреждений, при разной глубине его погружения;

- заключением СМЭ № 1012 от 11.07.2005, согласно которому при проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО10 у последнего обнаружены следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение левой боковой поверхности грудной клетки с повреждением сердечной сорочки, левого желудочка и верхушки сердца, кровоизлиянием в левую плевральную полость (1,5л); непроникающее колото-резаное ранение мягких тканей в области нижнего угла левой лопатки; непроникающее колото-резаное ранение мягких тканей левой задне-боковой поверхности грудной клетки на уровне 10-го межреберья; непроникающее колото-резаное ранение мягких тканей левой половины задней поверхности грудной клетки по околопозвоночной линии на уровне 10-го грудного позвонка.

Повреждение - проникающее колото-резаное ранение грудной клетки с повреждением сердца, является опасным для жизни и по этому признаку относится к категории, причинивших тяжкий вред здоровью.

Непроникающие ранения мягких тканей грудной клетки расцениваются как причинившие легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком более 6, но не свыше 21 дня.

Возможное взаимное расположение нападавшего и потерпевшего в момент причинения последнему повреждений было лицом к левой задне-боковой поверхности грудной клетки.

- заключением эксперта № 166/9-23 от 14.03.2023, согласно которому обнаруженные у ФИО10 телесные повреждения, ранения (раны) являются колото-резаными и резаной, могли быть причинены в результате травматических воздействий острой части колюще-режущего предмета (орудия), не исключено при ударах клинком ножа, возможно в срок 25.04.2005. Количество травмировавших воздействий в отношении вышеуказанных ранений – 5. Направление травмировавших воздействий в отношении вышеуказанных повреждений было преимущественно слева-направо и сзади кпереди, о чем свидетельствует локализация этих повреждений на левой заднебоковой поверхности грудной клетки.

Сведения из копий материалов уголовного дела не противоречат объективным медицинским и судебно-медицинским данным, сопоставимы по характеру, локализации, механизму образования, давности причинения повреждений. Таким образом, комплекс вышеуказанных повреждений мог быть причинен ФИО10 в результате нескольких ударов ножом, зажатым в руке постороннего неизвестного человека в срок 25.04.2005;

- показаниями эксперта ФИО10 от 21.04.2023 о том, что неуказание в заключении эксперта № 1012 от 11.07.2005 повреждения правой верхней конечности является технической ошибкой. В заключении эксперта № 166/9-23 и в данных медицинской карты ФИО10, указанных в заключении эксперта № 1012, данное телесное повреждение указано верно;

- информационной картой ПТК ЦИАДИС-МВД в ГУ МВД России по г. Москве № 118384 от 23.09.2022, согласно которой 25.04.2005 в ходе осмотра места происшествия по факту убийства ФИО10 по адресу: <адрес>, на дверной ручке домовладения был изъят след пальца руки, который был занесен в базу ПТК ЦИАДИС-МВД в ГУ МВД России по г. Москве. Установлено совпадение данного отпечатка с дактилокартой на имя ФИО1, зарегистрированного: <адрес>;

- протоколами получения образцов для сравнительного исследования от 29.12.2022 - у ФИО1 получены образцы следов пальцев и ладоней рук; образцы буккального эпителия из ротовой полости;

- заключением эксперта № 22 от 18.01.2023 (дополнительная дактилоскопическая экспертиза), согласно которому след пальца руки, изъятый с дверной ручки дома 25.04.2005 в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, пригодный для идентификации личности согласно заключению эксперта № 856 от 28.04.2005, оставлен указательным пальцем правой руки ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- протоколом предъявления лица для опознания по фотографии от 02.02.2023, согласно которому потерпевшему ФИО10 для опознания были предъявлены 3 фотографии, осмотрев которые ФИО10 указал на фото № 2 (фото ФИО1), которое наиболее похоже на лицо, причинившее 25.04.2005 телесные повреждения ему и его супруге ФИО10, но он точно не уверен, поскольку прошло почти 18 лет, опознает лицо по схожей с нападавшим прическе и волосам;

- заключением дополнительной судебно-медицинской генетической экспертизы № 35/8-23 от 31.01.2023 (с фототаблицей), согласно которому биологический материал (кровь) в смыве вещества бурого цвета со стены туалета и с дорожки бетонных плит, расположенных во дворе домовладения <адрес>, происходит от ФИО1 Биологический материал (в том числе кровь) в соскобах вещества бурого цвета с пола веранды, со стены веранды и со стены второй веранды, в пятнах бурого цвета с бетонной площадки перед входом в дом, в смывах вещества бурого цвета с пола второй части веранды, в пятнах бурого цвета на «входной двери» и на камне и в подногтевом содержимом левой кисти ФИО10 происходит от ФИО10 и не принадлежит ФИО1 (т.2 л.д.116);

- протоколами осмотра предметов, вещественными и иными доказательствами, содержание которых приведено в приговоре суда.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 16.02.2023 ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики не страдает, и не страдал таковыми во время, относящееся к совершению инкриминируемого ему деяния. Во время, относящееся к совершению инкриминируемого ему деяния, он не обнаруживал временного психического расстройства. Следовательно, он мог во время, относящееся к совершению инкриминируемого ему деяния, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. По заключению психолога у ФИО1 нет индивидуально-психологических особенностей, которые могли оказать существенное влияние на его поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния.

Оценив все доказательства по делу в их совокупности, суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершенных преступлениях.

Судом дана надлежащая оценка всем доказательствам по уголовному делу согласно требованиям ст. 88 УПК РФ. Полученные доказательства отвечают требованиям законности, обоснованности и достоверности, совокупности собранных по делу доказательств достаточно для вынесения по делу обвинительного приговора суда. Суд обосновал, почему признал достоверными одни доказательства и отвергнул другие с приведением убедительных мотивов.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам жалобы, исследованный в судебном заседании протокол осмотра предметов от 21.12.2022 г., в котором указано на отсутствие понятых, но содержатся сведения о применении технических средств фиксации – фотосъемки (т.1 л.д. 179) – оформлен в соответствии с требованиями закона. Согласно рапорту следователя ФИО10 от 29.03.2023 г., выяснялся вопрос наличия фототаблицы, как приложения к протоколу, у следователя ФИО10, проводившего следственное действие и в настоящее время уволенного со службы в СУ СК России по Липецкой области. Последний пояснил, что фототаблицу не представилось возможным изготовить в связи с неисправностью объекта, на который производилась фотосъемка (т.1 л.д. 180).

Согласно протоколу, следователем вскрывались конверты с изъятыми с места происшествия предметами (соскобы, смывы вещества бурого цвета), которые осмотрены визуально (как указано, в ходе осмотра следов, представляющих интерес для следствия обнаружено не было), после чего данные предметы упакованы в новую упаковку, оклеены биркой с пояснительной надписью, заверены печатью следователя и оттиском печати «следственный отдел по г. Ельцу». В упакованном виде данные объекты поступили в дальнейшем на экспертизу, что следует из заключения экспертов № 473/8-22 (т. 2 л.д. 91). В связи с чем сомневаться в поступлении на экспертизу именно изъятых с места происшествия предметов оснований не имелось.

Указание следователем в протоколе осмотра на необнаружение следов, представляющих интерес для следствия, не опровергает полученные в ходе экспертного исследования выводы. Исходя из специфики осмотренных предметов, определить в соскобах и смывах наличие крови, ее принадлежность и т.д. при визуальном осмотре следователем невозможно, поскольку требует специальных познаний и относится к компетенции эксперта.

Довод о том, что полученные по результатам осмотра предметов 21.12.2022 г. доказательства должны быть признаны недопустимыми, не основан на нормах закона.

Ссылка на то, что на экспертизу были направлены не все объекты, в частности, на молекулярно-генетическую экспертизу не был направлен сорняк, не влияет на полноту расследования и не подвергает сомнению выводы суда.

Довод о том, что судом не дана оценка иным объектам, которые не были признаны вещественными доказательствами, не имеет правового значения. В силу ст. 74, 81 УПК РФ к числу доказательств по уголовному делу относятся вещественные доказательства, которыми признаются предметы, которые являлись орудием совершения преступления, сохранили на себе следы преступления, иные предметы, которые могут иметь значение для доказывания значимых обстоятельств. Данных об обнаружении на месте происшествия иных предметов, не получивших оценку суда, не признанных вещественными доказательствами, но могущих поставить под сомнение значимые по делу обстоятельства либо влиять на выводы о виновности ФИО1, получено не было.

Непроведение экспертизы на предмет того, кем (какой обувью) могли быть оставлены следы, изъятые при осмотре места происшествия 25 апреля 2005 г. (учитывая заключение эксперта № 855 от 26.04.2005 г. (т.2 л.д. 182) о невозможности ответить на вопрос о типе и размере обуви, которой могли быть оставлены данные следы, из-за фрагментарного отображения в следах подошв обуви и их малой информативности, а также задержания ФИО1 спустя 17 лет после произошедшего) - не свидетельствует об одностороннем и необъективном расследовании уголовного дела.

Ставить под сомнение объективность проведенных по делу экспертиз у суда первой инстанции оснований не имелось. Экспертизы проведены уполномоченными лицами, имеющими подготовку, необходимую квалификацию и стаж работы, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

Довод защитника о том, что суд не учел обстоятельства, которые могли повлиять на выводы, а именно различие в группе крови человека, изъятой с места преступления, и крови ФИО1, является необоснованным.

По уголовному делу группа крови ФИО1 не определялась, принадлежность крови ФИО1 на изъятых предметах именно по данному критерию (группе крови) – экспертами не устанавливалась.

По уголовному делу в 2005 г. проводилась экспертиза вещественных доказательств с целью установления на представленных объектах наличия крови человека, ее групповой принадлежности, а также ее происхождение от ФИО10, ФИО10 и иных лиц (ФИО4, ФИО5), причастность которых проверялась следственными органами, а также установления половой принадлежности крови (на сорняке и в смывах со стены туалета и с дорожки из бетонных плит), что следует из поставленных эксперту вопросов (т.2 л.д. 27). Эксперт пришел к выводу о том, что на сорняке и в смывах со стены туалета и с дорожки из бетонных плит обнаружена кровь человека мужского генетического пола, выявлен антиген Н система АВО, т.е. кровь могла произойти от мужчины с 0аб группой, не исключено от ФИО10

Кровь ФИО1 по системе АВО, на наличие антигенов, то есть по критериям, указанным в данном заключении эксперта, не исследовалась, в связи с чем входить в обсуждение выводов эксперта на предмет того, какие антигены были выявлены в образцах (следах) крови, представленных эксперту в 2005 г., и соответствуют ли эти антигены составу крови ФИО1, оснований не имеется.

А потому заявленные ФИО1 доводы о непричастности, поскольку эксперт в 2005 г. пришел к выводу о происхождении крови на изъятых предметах от человека, имеющей 1 группу крови (а у него 4 группа крови), надуманны и основаны на предположениях.

В ходе проведения в 2023 г. дополнительной генетической экспертизы эксперт ФИО10 определила генотип ФИО1, и установила вероятность генетической идентичности не менее 99,999 %. (то, что биологический материал в смывах вещества бурого цвета со стены туалета и с дорожки бетонных плит произошел именно от ФИО1).

Допрошенная судом первой инстанции эксперт ФИО10 подтвердила свои выводы, указав, что в генетических экспертизах принадлежность крови определяется по ДНК, группа крови не имеет значения и экспертом не определялась. Проводимые в настоящее время генетические исследования с использованием специальных приборов являются более точными. Группу крови определяют при исследовании жидкой крови, а эксперт работает с биоматериалом (изъятым пятном), не позволяющим достоверно установить группу крови.

В судебное заседание также вызывалась и была допрошена в качестве специалиста ФИО10 (эксперт молекулярно-генетической лаборатории) относительно экспертных заключений 2005 г. и 2023 г., которая пояснила, что производство биологических экспертиз в настоящее время прекращено, только генетические экспертизы с большей долей вероятности и меньшей степенью субъективизма дают ответы на поставленные вопросы, являются высоко-технологическими исследованиями. При исследовании крови группа крови значения не имеет.

Вопреки доводам жалобы, заключение эксперта 2005 г., установившее происхождение крови на указанных выше объектах от человека мужского генетического пола, соответствует другим заключениям.

А потому доводы защитника о необходимости проведения повторной экспертизы по делу, которую суд не назначил, а подменил это допросом специалистов (экспертов), являются несостоятельны.

Предусмотренных законом оснований для назначения повторных либо дополнительных экспертиз по уголовному делу не имелось.

Проводившая генетическую экспертизу эксперт ФИО10 разъяснила данное ею заключение.

То обстоятельство, что не представилось возможным допросить эксперта ФИО10, проводившую экспертизу в 2005 г. (которая не исследовала кровь ФИО1 и не могла быть допрошена по вопросам принадлежности на изъятых объектах крови именно ФИО1), не влияет на объективность и полноту рассмотрения уголовного дела.

Отсутствуют основания для признания недопустимым заключения эксперта от 18.01.2023 г., установившего, что след пальца руки (являющийся по заключению эксперта от 28.04.2005г. пригодным для идентификации), оставлен указательным пальцем правой руки ФИО1

При первоначальном проведении в 2005 г. дактилоскопической экспертизы эксперту были представлены три дактопленки, в том числе дактопленка под №1 размером 58х59 мм., при изучении следа с помощью криминалистической лупы (увеличение 2,5-10) экспертом установлено, что в следе достаточно полно и четко отобразились общие и частные признаки папиллярных узоров, позволяющие признать след пальца руки пригодным для идентификации личности. В самом заключении (в описательно-мотивировочной части) эксперт, описывая исследование и характеристики, поместил фото следа пальца № 1 в увеличенном виде, наклеив его на бланк заключения. Фактически данная фотография объекта с увеличенным капиллярным узором - включена и является составной частью заключения эксперта (т.2 л.д. 159). После задержания ФИО1 в 2022 г. была назначена дополнительная экспертиза, на которую были представлены копия экспертного заключения от 28.04.2005 г. и дактокарта на ФИО1

Эксперт ФИО10, проводя исследование, пришел к выводу о том, что установленные совпадающие признаки устойчивы, существенны, в своей совокупности индивидуальны и достаточны для вывода об оставлении следа пальцем руки ФИО1 (т.2 л.д. 174).

Согласно ст. 199 УПК РФ следователь направляет в экспертное учреждение постановление о назначении судебной экспертизы и материалы, необходимые для ее производства. Эксперт вправе возвратить без исполнения постановление, если представленных материалов недостаточно для производства судебной экспертизы или он считает, что не обладает достаточными знаниями для ее производства (ч.5 ст. 199 УПК РФ). При возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная экспертиза (ст.207 УПК РФ).

Таким образом, следователь направляет на экспертизу материалы, которые по его усмотрению необходимы для ее производства. А эксперт в рамках своей компетенции решает вопрос достаточности представленных материалов для проведения исследования и возможности дать ответы на вопросы следователя.

УПК РФ не содержит запрета на представление эксперту для проведения дополнительной экспертизы первоначального экспертного заключения. В связи с чем доводы защитника, оспаривающего допустимость дополнительного экспертного заключения по уголовному делу по указанным выше основаниям, не основаны на нормах закона.

Вопреки доводам жалоб, приговор основан на совокупности допустимых доказательств, а не на предположениях. Оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания недопустимыми положенных в основу приговора доказательств, не имеется.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Ссылка на то, что потерпевший ФИО10 не видел, кто наносил удары ножом его жене, не свидетельствует о недоказанности нанесения ударов ножом ФИО1

Из показаний потерпевшего ФИО10 следует, что его жена вышла из комнаты и направилась к выходу из дома с целью открыть дверь и выпустить кошку на улицу. Сразу после ее ухода он услышал крик и выбежал на веранду, где увидел в крови свою жену, которой уже были нанесены ножевые ранения, и именно в этот момент он сам получил удары в спину и стал бороться с нападавшим. Все произошло в короткий промежуток времени, иных лиц, кроме лица, нанесшего ножевые ранения сначала ФИО10, а затем ФИО10, в указанное время в доме (на веранде) не было. В результате борьбы ФИО10 и подсудимого на веранде дома было разбито стекло в окне, вследствие чего ФИО1, скрываясь с места преступления и убегая по бетонной дорожке вдоль забора в сторону огорода (именно в том месте отсутствовала часть забора), оставил следы крови. Полученные по делу экспертные заключения подтверждают то, что именно ФИО1 заходил в веранду дома (оставив на ручке двери след пальца своей руки), и нанес удары вышедшей из комнаты на веранду дома ФИО10 (в момент ударов они располагались друг напротив друга), именно кровь ФИО1 обнаружена на бетонной дорожке и стене туалета, мимо которого он пробегал с целью скрыться с территории домовладения. Заключение криминалистической экспертизы о следах на стене туалета, образовавшихся от падения брызг, следах на дорожке – в виде помарок, образовавшихся от контакта (соприкосновения) с предметом, на котором имелось вещество следов в жидком состоянии согласуется с фактическими обстоятельствам, при которых ФИО1 убегал с орудием (имеющим колюще-режущие свойства), которым нанес многочисленные удары потерпевшим, и который не был обнаружен, а изъятие при осмотре места происшествия в тот день следов его крови указывает на их оставление именно 25.04.2005 года.

Выдвинутая в судебном заседании версия ФИО1 о непричастности и посещении домовладения потерпевших в другое время и при иных обстоятельствам, проверялась судом первой инстанции и обоснованно отвергнута, с подробным анализом указанных им обстоятельств и выявленных судом несоответствий реальным событиям.

Суд первой инстанции обоснованно признал правдивыми показания потерпевшего ФИО10, а также ФИО10, ФИО10, оснований для оговора потерпевшими подсудимого установлено не было.

Указание в жалобе на то, что суд не оценил доводы защиты о составленном ФИО10 фотопортрете, не имеет значения, не влияя на выводы суда и законность принятого решения. Суд дал оценку показаниям потерпевшего как о фактических обстоятельствах содеянного, так и о проведенных с его участием следственных действиях.

Доводы жалобы относительно законности проведения следственного действия - предъявления потерпевшему для опознания лиц по фотографиям - были предметом рассмотрения суда первой инстанции. Протокол предъявления лица для опознания оформлен с соблюдением норм УПК РФ. Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 подтвердила факт своего участия в следственном действии. Согласно протоколу ФИО10 при предъявлении ему фотографий указал на одного из лиц (которым оказался подсудимый), пояснив, что он похож на нападавшего, но он не уверен, поскольку прошло 18 лет, опознал его по схожей с нападавшим прическе и волосам. Про рост нападавшего потерпевший ФИО10 на данном следственном действии не упоминал.

Ссылка осужденного на противоречивые показания потерпевшего относительно внешности нападавшего, о составленном фотопортрете, не соответствующем внешности ФИО1, несостоятельна. На допросе в 2005г. потерпевший ФИО10 пояснял, что нападавший был чуть ниже ростом, чем он сам, среднего телосложения, с короткой стрижкой, волосы русого или темно-русого цвета. На допросе в 2023 г. потерпевший давал аналогичные показания, называя небольшой рост нападавшего (160-165 см), примерный возраст 25-30 лет, худощавое телосложение, темно-русые волосы длиной 1-2 см.

В судебном заседании потерпевший указал, что ФИО1 визуально похож на нападавшего по росту, телосложению, конкретные черты лица он не запомнил.

В показаниях потерпевшего ФИО10 отсутствуют существенные несоответствия, которые могли бы свидетельствовать об их недостоверности, в том числе при указании им цвета волос, с которым осужденный выражает несогласие.

Оценивая показания потерпевшего, необходимо учитывать обстоятельства, при которых он видел нападавшего - в короткий промежуток времени, исчисляемый минутами, время суток (раннее утро 25.04.2005 г.) при отсутствии достаточного освещения, что влияло на восприятие им индивидуальных особенностей нападавшего, в том числе цвета волос (а к моменту судебного заседания за 17 лет цвет волос может полностью измениться). Активные действия участников, которые находились в движении (сначала ФИО1 находился за спиной ФИО10 и наносил удары в спину, затем они боролись, и тот убежал), также не могли не отразиться на восприятии потерпевшим роста нападавшего, который называл рост нападавшего примерно, сравнивая со своим. Указанные потерпевшим признаки носят субъективный, оценочный характер, описываемые им приметы обозначены им так, как он воспринимал в тех условиях нападавшего, внезапно оказавшегося в его доме. При этом потерпевший назвал примерный возраст – 25-30 лет, что соответствует фактическим обстоятельствам (в 2005 г. ФИО1 было 27 лет). Иные параметры, названные потерпевшим ФИО10, существенно не отличаются от внешних данных ФИО1

Ссылка защитника на то, что потерпевший не назвал иных индивидуальных признаков лица, не влияет на оценку доказательств.

В судебном заседании не было установлено наличие у ФИО1 каких-либо особенностей внешних данных, которые не могли остаться незамеченными либо особо его выделяли среди иных лиц.

Ответ потерпевшего ФИО10 на вопрос в судебном заседании (адвокат сослался на протокол предыдущего судебного заседания (т.6 л.д. 128) о том, что он видит ФИО1 впервые, истолкованный осужденным в свою пользу, как подтверждающий его непричастность, подлежит оценке в совокупности со всеми обстоятельствами совершения в отношении него преступления, о которых потерпевший давал подробные и последовательные показания.

Показания потерпевшего ФИО10 суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора.

Показания подсудимого ФИО1, напротив, являются нестабильными, противоречивыми на всем протяжении предварительного и судебного следствия, опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств. Отрицание ФИО1 своей вины в совершении преступлений суд первой инстанции расценил способом защиты от предъявленного обвинения, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

При этом судом дана правильная правовая оценка показаниям подсудимого на следствии в части, касающейся его финансового положения, наличия долгов и т.д.

В судебном заседании не было установлено нарушений норм закона при проведении следственных действий с участием ФИО1, в том числе при его дополнительном допросе в качестве подозреваемого 29.12.2022г., на котором ФИО1 признал, что имел кредиты в банке на сумму около 30000 рублей, которые брал для погашения долгов перед своими знакомыми ФИО10 и ФИО10, у которых занимал деньги для погашения других своих долгов, т.к. в то время проигрывал деньги в игровых автоматах, иногда брал деньги у брата, к 2005 г. он уже завершил играть (т.4 л.д. 36).

Допрос ФИО1 производился с соблюдением требований УПК РФ, с участием адвоката, он давал показания после разъяснения ему его прав, будучи предупрежденным, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства в том числе в случае последующего отказа от них. Замечаний и заявлений от участников в ходе допроса не поступало и в протокол не внесено. Довод ФИО1 об оказании на него давления после задержания и доставления в отдел полиции проверялся следственным путем, по результатам которого было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции.

Показания ФИО1 на следствии в этой части согласуются и подтверждаются показаниями свидетелей ФИО10, ФИО10 и др. Оснований для оговора подсудимого допрошенными свидетелями установлено не было. Ставить под сомнение указанные обстоятельства, которые, бесспорно, свидетельствуют о наличии корыстного мотива в действиях ФИО1, напавшего с ножом на потерпевших, с которыми он не был знаком, по месту их проживания, но не успевшего фактически завладеть чужим имуществом в связи с активно оказанным ФИО10 сопротивлением, оснований не имеется.

Изменение свидетелями в суде своих показаний и отрицание данных обстоятельств, безусловно, вызвано целью помочь ФИО1, с которым они находятся в дружеских, а ФИО10 – в родственных отношениях – избежать (смягчить) уголовную ответственность за содеянное.

Показания свидетеля ФИО10 (бывшей супруги осужденного), которая положительно охарактеризовала осужденного, с которым расторгла брак в 2009 г., отрицала факты противоправного его поведения, указав на отсутствие финансовых проблем в их семье, поскольку она хорошо зарабатывала, уходя утром на работу и возвращаясь вечером домой, не замечала игровой зависимости супруга и не знает про азартные игры, оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу. Подвергая сомнению объективность показаний свидетеля, суд исходил из заинтересованности свидетеля дать показания в пользу осужденного (преступление было совершено в период их совместного проживания в зарегистрированном браке). При этом свидетель ФИО10 также указала, что в тот период в 2005 г. они проживали в двух местах – в г. Ельце и имели дом в с.Казаки, куда уезжали на выходные дни (преступление совершено утром в понедельник 25.04.2005г.). Показания свидетеля ФИО10 не опровергают установленные судом фактические обстоятельства дела.

Довод о том, что суд не учел показания ФИО10, объяснения от которой были отобраны и имеются в материалах уголовного дела, а также показания ФИО10, допрошенной в ходе первого судебного разбирательства, является несостоятельным. Приговор может быть основан только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ч.3 ст. 240 УПК РФ). Объяснения свидетеля ФИО10 в силу ст. 74 УПК РФ доказательством не являются. Сведений об оглашении показаний ФИО10 (являвшейся супругой свидетеля ФИО3 и допрошенной по обстоятельствам ремонта бани), протокол судебного заседания не содержит.

Ссылка на то, что показания свидетеля ФИО10 являются голословными, носит субъективный характер. Перед допросом свидетель была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Несогласие осужденного с оценкой показаний свидетелей ФИО10, ФИО10, ФИО10 не является основанием для признания показаний недостоверными и несоответствующими действительности.

Уголовное дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно.

Довод о том, что суд необоснованно отказал в вызове ряда свидетелей, является немотивированным. Все заявленные участниками ходатайства были судом рассмотрены в соответствии с требованиями УПК РФ. Сведений о том, что те или иные свидетели, о вызове которых ходатайствовала сторона защиты, являлись очевидцами преступления, либо им были известны сведения, которые могут иметь правовое значение по данному уголовному делу, представлено не было. Объективных данных о совершении преступления иными лицами по уголовному делу не имеется.

Суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ (в ред. ФЗ от 08.12.2003 N 162-ФЗ) как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, поскольку он в корыстных целях – с целью завладения чужим имуществом, незаконно проник на территорию домовладения, открыв дверь, вошел в дом (первую веранду), где с применением в качестве оружия предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, напал на ФИО10, а затем ФИО10, которым нанес удары и применил насилие, опасное для жизни и здоровья, причинил обоим потерпевшим телесные повреждения, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Тот факт, что он ранее не был в доме потерпевших, не был с ними знаком, и ему не было достоверно известно о количестве денежных средств и ином имуществе, находившимся в тот момент в доме потерпевших, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступления. Нападение ФИО1 на потерпевших, безусловно, преследовало корыстную цель, а факт нахождения данного имущества в доме подтверждается показаниями потерпевшего ФИО10, сомневаться в правдивости которых оснований не имеется. То обстоятельство, что ФИО1, столкнувшись с потерпевшими на веранде дома, именно там нанес удары ножом потерпевшим, а в силу оказанного затем ФИО10 сопротивления стал с ним бороться, не смог завладеть чужим имуществом, выбежал на улицу и скрылся, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступления.

Суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ (в ред. ФЗ от 21.07.2004 N 73-ФЗ) как убийство, сопряженное с разбоем, поскольку он умышленно, в целях завладения чужим имуществом, незаконно проник в жилое помещение потерпевших, напал на ФИО10 и с целью причинения смерти неустановленным предметом, обладающим колюще-режущими свойствами, нанес не менее 16 ударов ей в область грудной клетки, живота и верхних конечностей, причинив телесные повреждения, от которых потерпевшая ФИО10 скончалась на месте преступления.

Суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч.3 ст.30 п. «а», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ (в ред. ФЗ от 21.07.2004 N 73-ФЗ) как покушение на убийство двух лиц, сопряженное с разбоем, которое не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, поскольку ФИО1 умышленно, с целью хищения чужого имущества, незаконно проник в жилое помещение, напал на ФИО10, используя в качестве оружия имевшийся при нем предмет, обладающий колюще-режущими свойствами, умышленно, с целью причинения смерти ФИО10, нанес ей не менее 16 ударов в область грудной клетки, живота и верхних конечностей, причинив телесные повреждения, от которых потерпевшая ФИО10 скончалась на месте происшествия, а затем напал на вышедшего из комнаты ФИО10 и с целью причинения смерти умышленно нанес тому не менее 5 ударов в область задней поверхности грудной клетки и правой верхней конечности, причинив телесные повреждения, которые являются опасными для жизни и по этому признаку относятся к категории, причинивших тяжкий вред здоровью человека, однако не сумел довести до конца свой преступный умысел, направленный на убийство двух лиц, поскольку ФИО10 оказал ему активное сопротивление, ФИО1 скрылся с места преступления, а ФИО10 была оказана необходимая медицинская помощь.

Тот факт, что не было установлено орудие, которым ФИО1 наносил удары и причинил потерпевшим телесные повреждения, учитывая, что он сразу скрылся и был задержан спустя 17 лет после совершенного деяния, существенного правового значения не имеет.

Квалификация действий ФИО1 по совокупности преступлений, предусмотренных п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ и ч.3 ст. 30, п. «а, з» ч.2 ст. 105 УК РФ, произведена правильно, в соответствии с разъяснениями Пленума ВС РФ от 27.01.1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве».

Доводы о нарушениях норм УПК РФ на стадии предварительного расследования, выразившиеся в том, что не было возбуждено уголовное дело по ст. 162 УК РФ, а обвинение предъявлено по истечение срока давности привлечения к уголовной ответственности, кроме того, все следственные действия с участием ФИО1 проведены за пределами срока давности, истекшего 25.04.2020 г., не основаны на нормах закона.

Уголовное дело было возбуждено 25 апреля 2005 г. по факту покушения на убийство двух лиц по ч.3 ст. 30, п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ.

25 ноября 2005 г. предварительное следствие по уголовному делу приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. 21.12.2022 г. предварительное следствие по уголовному делу возобновлено. ФИО1 был задержан 29.12.2022 г.

В ходе предварительного расследования было установлено совершение ФИО1 данного преступления не на почве личных неприязненных отношений с потерпевшими, с которыми он не был знаком, а в корыстных целях, сопряженного с разбоем, в связи с чем обвинение ФИО1 было предъявлено в совершении преступлений против личности по квалифицирующему признаку, предусмотренному п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ – убийства, сопряженного с разбоем, и предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ (т.4 л.д. 65, 72).

Таким образом, именно в ходе расследования возбужденного по ч.3 ст. 30, п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ уголовного дела были выявлены признаки наличия в действиях ФИО1 иного преступления, непосредственно связанного и вытекающего из совершенных им преступлений, направленных на причинение смерти потерпевшим, которое образует состав самостоятельного преступления, предусмотренного п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ.

При таких обстоятельствах, исходя из положений ст. 146 и 171 УПК РФ в их взаимосвязи, вынесение отдельных постановлений о возбуждении уголовного дела по признакам ст. 162 УК РФ, не требовалось.

В связи с чем доводы о нарушении права на защиту заявлены необоснованно.

Ссылка на истечение сроков привлечения к уголовной ответственности не может быть принята во внимание по следующим основаниям.

Действующее уголовное законодательство, устанавливая сроки привлечения к уголовной ответственности по всем категориям преступлений, предусматривает специальную норму (ч.4 ст. 78 УК РФ), касающуюся сроков давности по преступлениям, за которые предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы и смертной казни. Вопрос о применении сроков давности по таким преступлениям отнесен к исключительной компетенции суда.

Следовательно, расследование (продолжение расследования) уголовных дел о таких преступлениях, является прямой обязанностью следственных органов, по завершении расследования которых уголовные дела подлежат безусловному направлению в суд.

Ссылка адвоката на нормы УПК РФ, которые не допускают возможности возбуждать уголовное дело по истечении сроков давности привлечения к уголовной ответственности, а по возбужденным уголовным делам обязывают прекращать производство – дана без учета специальной нормы, содержащейся в ч.4 ст. 78 УК РФ.

На рассмотрение только судом вопроса о применении/неприменении последствий истечения срока давности по указанным преступлениям и продолжение расследования по истечении срока давности указывают в том числе внесенные в УПК РФ ФЗ от 13.06.2023 г. № 220-ФЗ изменения, предусматривающие, в частности, запрет применять меру пресечения за пределами срока давности привлечения к ответственности ко всем лицам, за исключением подозреваемых, обвиняемых в совершении преступления, наказуемого смертной казнью или пожизненным лишением свободы. Положения ч.4 ст. 78 УК РФ неоднократно являлись предметом рассмотрения и Конституционного Суда РФ (определение от 30 сентября 2025 г. № 2574-О), которым указанные нормы не были расценены нарушающими конституционные права заявителей.

При таких обстоятельствах, продолжение расследования по настоящему уголовному делу и проведение следственных действий по истечении предусмотренного законом срока давности привлечения к уголовной ответственности соответствует требованиям УПК РФ и УК РФ. Предъявление обвинения по квалифицирующему признаку убийства «сопряженного с разбоем» влекло привлечение в качестве обвиняемого по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ, истечение срока давности привлечения за которое явилось основанием для освобождения судом от назначенного наказания на основании п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

Согласно ст. 43 УК РФ наказание является мерой государственного принуждения, назначаемой по приговору суда. Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывал характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, отнесенных к категории особо тяжких, одно из которых являлось неоконченным, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства (которыми признал наличие двух детей, состояние здоровья его и супруги), отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Судом приведены данные о личности ФИО1, который к административной и уголовной ответственности не привлекался, характеризуется положительно, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, имеет двух малолетних детей, имеет хроническое заболевание, супруга подсудимого страдает хроническими заболеваниями, отец является пенсионером по старости.

При назначении наказания по ч. 3 ст. 30, п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ суд применил правила ч. 3 ст. 66 УК РФ.

Суд обоснованно не нашел оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ст. 62 ч.1, ст. 64, 73 УК РФ, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Наказание за каждое совершенное преступление назначено ФИО1 соразмерно содеянному и данным о его личности, отвечает требованиям ст.ст. 6 ч. 1, 43, 60 ч. 3 УК РФ.

Окончательное наказание, назначенное по совокупности преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 30 п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в виде 17 лет лишения свободы, является справедливым.

Суд первой инстанции обоснованно освободил ФИО1 от наказания, назначенного по п. «в» ч.4 ст. 162 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, рассмотрел вопрос о возможности применения сроков давности привлечения к ответственности за преступления, предусмотренные п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 30 п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и обоснованно не нашел для этого оснований, приведя убедительные мотивы принятого решения.

Принимая во внимание характер и высокую степень общественной опасности совершенных преступлений, фактические обстоятельства их совершения, данные о личности ФИО1 и его отношение к содеянному, освобождение от наказания ФИО1 в связи с давностью привлечения к уголовной ответственности не будет отвечать задачам уголовного закона и не достигнет целей восстановления социальной справедливости.

Решение суда об отсутствии оснований для освобождения от наказания в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 78 УК РФ за совершенное преступление, предусмотренное ч.3 ст. 30, п. «а, з» ч.2 ст. 105 УК РФ, соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности».

Вид исправительного учреждения - исправительная колония строгого режима - назначен осуждённому правильно в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока и зачете наказания, судьбе вещественных доказательств разрешены судом верно.

Заявленные участниками гражданские иски о компенсации ФИО1 причиненного его действиями морального вреда разрешены судом в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ. Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом характера действий осужденного, его материального положения, степени причиненных потерпевшим нравственных страданий, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.

Нарушений норм действующего законодательства при рассмотрении дела и постановлении приговора судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены приговора и вынесения по уголовному делу оправдательного приговора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Елецкого городского суда Липецкой области от 3 сентября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Цедова А.Б. - без удовлетворения.

В соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ на настоящее апелляционное определение могут быть поданы кассационные жалоба, представление в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через Елецкий городской суд Липецкой области в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок с момента вручения копии приговора суда, вступившего в законную силу. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья А.А. Бубырь

Судьи Л.В. Кузнецова

И.В. Ненашева