Апелляционное постановление № 22-1764/2025 от 8 сентября 2025 г.

Дело № 22-1764/2025

УИД 33RS0002-01-2022-006132-74 Судья Егоров И.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

9 сентября 2025 года г.Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего Мальцевой Ю.А.

при секретаре Леуш О.Б.

с участием:

прокуроров Рыгаловой С.С., ФИО1,

потерпевшей Потерпевший №1,

представителя потерпевшей адвоката Колесниченко К.Э.,

защитника адвоката Якушевой Ю.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшей Потерпевший №1, представителя потерпевшей К.Э., защитника Якушевой Ю.В., а также апелляционному представлению государственного обвинителя Битюкова Д.С. на приговор Октябрьского районного суда **** от ****, которым

ФИО2,

родившийся ****

****

****

осужден по ч.1 ст.158 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 20 000 рублей.

В связи с истечением срока давности уголовного преследования ФИО2 освобожден от назначенного наказания.

В удовлетворении гражданского иска потерпевшей Потерпевший №1 к ФИО2 о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда отказано.

Заявление потерпевшей Потерпевший №1 о возмещении расходов, понесенных в связи с участием в суде, удовлетворено частично. Постановлено выплатить Потерпевший №1 из средств федерального бюджета 40 000 рублей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения адвокату К.Э. за участие при рассмотрении уголовного дела в суде, а также 10 000 рублей на покрытие расходов, связанных с оплатой услуг специалиста за проведение документального исследования по уголовному делу.

С осужденного ФИО2 в доход федерального бюджета частично взысканы процессуальные издержки, выплаченные потерпевшей, в размере 25 000 рублей.

Также решены вопросы о мере пресечения в отношении осужденного и вещественных доказательствах.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционных жалоб и апелляционного представления; заслушав выступление защитника, поддержавшей доводы апелляционной жалобы о вынесении оправдательного приговора и возражавшей против апелляционных жалоб и представления; а также выступления прокурора, потерпевшей и ее представителя, поддержавших доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО2 признан виновным в совершении кражи – тайного хищения автомобиля марки «****», принадлежащего Потерпевший №1, с причинением ей материального ущерба в размере 7 000 рублей.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства совершения преступления на территории **** подробно изложены в приговоре, постановленном в общем порядке судебного разбирательства.

Потерпевшая Потерпевший №1 в апелляционной жалобе просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое рассмотрение. Заявляет, что суд неверно оценил ее материальное положение и дал неправильную оценку доказательствам по проникновению ФИО2 в гараж, что привело к необоснованной квалификации его действий по ч.1 ст.158 УК РФ. Также считает необоснованным отказ суда в проведении автотовароведческой экспертизы. Настаивает на необходимости полного возмещения понесенных ею судебных расходов, а также материального ущерба и морального вреда, причиненных преступлением.

Представитель потерпевшей К.Э. в апелляционной жалобе считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения закона. Просит отменить судебное решение и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство. Полагает, квалификация действий ФИО2 не соответствует фактическим обстоятельствам дела, судом не дана оценка действиям подсудимого в момент отбуксировки автомобиля потерпевшей из ее гаража, не мотивировано решение об исключении квалифицирующего признака незаконного проникновения в помещение гаража ****, необоснованно исключен признак совершения кражи с причинением значительного ущерба гражданину. Обращает внимание, что ежемесячный доход потерпевшей на момент совершения преступления не превышал 17 000 рублей. В связи с этим считает, что ущерб в размере 7 000 рублей является для Потерпевший №1 значительным. Кроме того, оспаривает исключение из объема обвинения хищения строительных домкратов и бордюрных камней. Утверждает, что прекращение уголовного дела нарушает права потерпевшей. Выражает несогласие с тем, что в основу приговора положено заключение эксперта **** от ****, поскольку экспертиза была проведена с существенными нарушениями закона и ответить на вопрос о рыночной стоимости автомобиля эксперт не смог. Заявляет об отсутствии в приговоре указания о том, каким образом была установлена стоимость автомобиля. Также не согласен с решением суда о частичном удовлетворении требований потерпевшей по компенсации процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг представителя. Считает заявленную Потерпевший №1 сумму необходимой и оправданной.

Государственный обвинитель Битюков Д.С. в апелляционном представлении также просит отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение. Отмечает, что органами предварительного расследования действия ФИО2 квалифицированы по п.«б, в» ч.2 ст.158 УК РФ, такая квалификация была поддержана и государственным обвинителем в судебных прениях. Считает данную судом квалификацию действий осужденного и освобождение ФИО2 от наказания в связи с истечением сроков давности необоснованным.

Защитник Якушева Ю.В. в апелляционной жалобе считает приговор незаконным в связи с существенными нарушениями закона и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Просит отменить судебное решение и вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор. Полагает, действиям ее подзащитного дана неверная квалификация, вина в предъявленном ему обвинении не нашла своего подтверждения, уголовное дело подлежит прекращению на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления. Заявляет об отсутствии в материалах дела доказательств, подтверждающих наличие умысла и корыстного мотива ФИО2 на совершение тайного хищения автомобиля. Утверждает, что ее подзащитный действовал в рамках ведения хозяйственной деятельности, по решению правления ГК «****», в составе комиссии, перед этим приняв исчерпывающие меры по поиску владельца, вырученные денежные средства хранил в сейфе ГК «****». Указывает, что ФИО2 не преследовал цели обогащения или получения выгоды, убирая автомобиль с территории кооператива, был уверен в отсутствии владельца, а вырученные денежные средства сдал на нужды ГК «****». Обращает внимание, что гараж согласно разрешению **** выдавался В.В., иных документов представлено не было, членские взносы за гараж не платились с **** года, решением суда гараж был признан бесхозным. Также отмечает предпринятые кооперативом попытки установить владельца автомобиля путем направления запроса в ГИБДД, размещения объявления о розыске владельца, обращении в налоговую службу, что подтвердили и свидетели В.А., Свидетель №5, В.А.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив заявленные доводы, проверив законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением предусмотренных главой 35 УПК РФ общих условий и на основе установленного ст.15 УПК РФ принципа состязательности сторон.

Вопреки утверждениям в апелляционной жалобе защитника, установленная судом виновность ФИО2 подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон и подробно изложенных в приговоре. Относительно противоречивых доказательств суд указал, по каким основаниям принял одни из них и отверг другие.

Обоснованно суд принял показания самого ФИО2 об обстоятельствах, при которых **** с иными членами ГК «****» **** – Ш., Свидетель №5 и Свидетель №6 – им был вскрыт и осмотрен гараж **** в ряду **** гаражного кооператива с целью получения дополнительных сведений о владельце данного гаража. После вынесения соответствующего решения суда гараж был продан, а денежные средства оприходованы в кассу ГК «****» ****. Обнаруженный в указанном гараже автомобиль марки «****» приблизительно в начале **** года по его просьбе сначала был отбуксирован Свидетель №1 на территорию гаражного кооператива, где оставался невостребованным владельцем, а в **** года разрезан на части и сдан в скупку металлолома.

При этом ФИО2 заявил, что считал указанный автомобиль также бесхозным. Вырученные от продажи автомобиля в качестве металлолома денежные средства в сумме 7 000 рублей хранил на своем рабочем месте в помещении правления с целью использования на нужды кооператива.

Вместе с тем, версия стороны защиты об отсутствии у ФИО2 умысла на хищение автомобиля и корыстного мотива совершения преступления, действии в рамках ведения хозяйственной деятельности по решению правления ГК «****», не преследуя цели обогащения или получения выгоды, проверялась судом первой инстанции и была обоснованно отвергнута, поскольку не согласуется с совокупностью иных собранных по делу доказательств, в том числе с исследованными в судебном заседании показаниями потерпевшей и свидетелей.

В частности, потерпевшая Потерпевший №1 показала, что в период с **** по **** годы в гараже ****, расположенном в ряду **** ГК «****» ****, находился принадлежащий ей автомобиль марки «****», пропажу которого обнаружила ****. При этом уточнила, что с **** года автомобиль не эксплуатировался в связи с полученными в результате дорожно-транспортного происшествия повреждениями, в **** году она сняла автомобиль с регистрационного учета.

ФИО3 также подтвердили обстоятельства хранения с **** по **** годы принадлежащего Потерпевший №1 транспортного средства в гараже ****, расположенном в ряду **** ГК «****» ****.

Свидетели В.А., Свидетель №7, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4 описали обстоятельства, при которых ФИО2 был обнаружен автомобиль марки «****» в помещении гаража **** ряда **** ГК «****» ****, а позже им же принято решение сначала об освобождении помещения данного гаража от указанного автомобиля, а потом об утилизации этого транспортного средства, хранившегося на территории ГК «****» ****.

Свидетели Свидетель №1, Свидетель №2 пояснили об обстоятельствах утилизации автомобиля марки «****», имеющего признаки послеаварийного состояния без долгой эксплуатации, расположенного на территории ГК «****» ****.

Кроме того, в основу приговора положены показания свидетеля Свидетель №3, данные как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании. Однако в нарушение требований ч.3 ст.240 УПК РФ протокол допроса свидетеля Свидетель №3 от **** (т.1 л.д.85-86) согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания не был непосредственно исследован в ходе судебного разбирательства. В силу п.2 ст.389.15, ч.1 ст.389.17 УПК РФ приговор подлежит изменению с исключением из описательно-мотивировочной части ссылки на указанный документ, что не повлияет на правильность выводов суда о виновности ФИО2 в совершении преступления.

Вина ФИО2 также подтверждается имеющимися в материалах уголовного дела письменными доказательствами:

- информационной справкой РЭО ГИБДД УМВД России по **** от ****, согласно которой автомобиль марки «****», **** года выпуска, с VIN-****, поставлен на регистрационный учет в ГИБДД УМВД России по **** **** на имя Потерпевший №1, снят с регистрационного учета по заявлению владельца транспортного средства ****;

- протоколом осмотра места происшествия от **** – помещения металлического гаража ****, расположенного в ряду **** ГК «****» ****, в ходе которого зафиксировано наличие прицепа от автомобиля и иных предметов, со слов Потерпевший №1, оказавшихся в принадлежащем ей гараже при неизвестных обстоятельствах вместо хранившихся там автомобиля, строительных домкратов и бордюрных камней;

- копией протокола общего собрания ГК «****» **** **** от ****, в ходе которого утвержден список бесхозных гаражей ГК «****» ****, подлежащих изъятию за неуплату членских взносов, в том числе гараж **** ряда ****;

- копией акта осмотра гаража **** ряда **** ГК «****» **** от ****, согласно которому при вскрытии запорного устройства данного гаража – навесного замка, в его помещении обнаружен автомобиль марки «****» с признаками послеаварийного состояния, без долгой эксплуатации;

- копией информационного письма врио начальника РЭО ГИБДД УМВД России по **** от ****, которым отказано в предоставлении по запросу ФИО2 сведений о владельце автомобиля марки «****» с VIN-****;

- копией заочного решения Октябрьского районного суда **** от ****, которым удовлетворены исковые требования ГК «****» **** о признании гаража **** ряда **** ГК «****» **** бесхозным, указанный гараж передан в собственность ГК «****» ****;

- протоколом выемки от ****, в ходе которой у ФИО2 изъяты денежные средства в сумме 7 000 рублей, вырученные от реализации автомобиля марки «****» с VIN-**** путем сдачи в скупку металлолома ООО «****» ****;

- справкой ООО «****» от ****, согласно которой ООО «****» в летний период **** года осуществляло прием лома черного металла по цене 11 000 рублей за тонну, автомобиль марки «****», как лом металла, имеет вес 600 кг., его стоимость может составлять 6 600 рублей.

Приведенные, а также иные собранные по делу и исследованные в судебном разбирательстве доказательства проверены и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований ст.87, 88 УПК РФ.

Вопреки доводам апеллянтов, существенных нарушений, которые бы путем несоблюдения процедуры судопроизводства либо процессуальных прав участников судебного разбирательства привели или могли бы привести к вынесению незаконного судебного решения, при рассмотрении уголовного дела не допущено.

Допустимость доказательств являлась предметом тщательной проверки суда первой инстанции. Не все процессуальные нарушения, которые допущены в процессе собирания доказательств, могут повлечь утрату их юридической силы. Суд апелляционной инстанции констатирует, что в основу приговора не было положено таких доказательств, которые были бы получены с грубым нарушением конституционных прав и свобод человека и гражданина, основополагающих принципов уголовного судопроизводства либо прямых запретов, установленных уголовно-процессуальным законом.

Относительно заключения эксперта **** от ****, принятого в качестве доказательства, в описательно-мотивировочной части приговора судом приведена подробная оценка его соответствия требованиям уголовно-процессуального закона. Для иного разрешения доводов, изложенных суду первой инстанции, а также повторно приведенных потерпевшей и ее представителем при выступлении в суде апелляционной инстанции, объективных оснований не имеется.

Кроме того, судом была дана верная оценка показаниям эксперта А.А., проводившего экспертизу, а также следователя А.В., назначавшей проведение по делу экспертизы.

Таким образом, оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством, о чем указано в апелляционных жалобах потерпевшей и ее представителя, не имеется. Заключение эксперта соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, имеет однозначные выводы, содержит ссылки на методики проведения исследования. Оснований для проведения по ходатайству потерпевшей и ее представителя авто-товароведческой экспертизы суд верно не усмотрел.

Отсутствие ответа эксперта на вопрос о рыночной стоимости автомобиля на **** года с учетом технического состояния обусловлено невозможностью установления полного объема повреждений автомобиля.

Представленное потерпевшей заключение специалиста **** от **** обоснованно отвергнуто судом. Действительно, данное заключение не отвечает требованиям ч.3 ст.80 УПК РФ и не содержит ответы на вопросы, поставленные для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, а является фактически оценкой доказательства по уголовному делу, полномочия на которую у специалиста в силу уголовно-процессуального закона отсутствуют. Так, на основании ст.87, 88 УПК РФ проверка и оценка доказательств может быть осуществлена только прокурором, следователем, дознавателем и судом.

Отмеченное потерпевшей ознакомление ее с постановлением о назначении судебной экспертизы после проведения экспертного исследования не свидетельствует об ограничении возможности Потерпевший №1 в дальнейшем реализовать процессуальные права, связанные с производством судебной экспертизы.

Заключение составлено компетентным лицом, обладающим необходимыми полномочиями и специальными познаниями, а описание проведенного экспертом исследования позволяет проверить правильность его выводов. При этом перед началом проведения экспертизы эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УПК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Положениями п.2, 6 ч.3 ст.57 УПК РФ эксперт наделен правом ходатайствовать о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения, либо отказаться от дачи заключения в случаях, если представленные ему материалы недостаточны для заключения либо поставленные перед ним вопросы выходят за пределы его специальных познаний. Вместе с тем, как следует из содержания самого заключения эксперта, так и из его показаний в судебном заседании, препятствий для проведения им исследования по полученному постановлению следователя не имелось, в том числе не оказало бы существенного влияния на результаты экспертизы предоставление цветного фотоизображения автомобиля вместо исследованного им черно-белого – имело бы значение лишь для оценки в части лакокрасочного покрытия. Кроме того, как примененные в процессе судебной экспертизы методики исследования, так и пояснения эксперта в судебном заседании об ошибочном определении видов экспертиз при их назначении опровергают доводы потерпевшей и ее представителя о неверном характере проведенного исследования для определения размера причиненного преступлением ущерба.

Следует отметить, что определение рыночной стоимости автомобиля с учетом его технического состояния объективно обусловлено необходимостью исследования полного объема повреждений автомобиля. При этом самого объекта оценки уже не существует, единственное объективное свидетельство его состояния, согласующееся с показаниями допрошенных по делу лиц, которые видели автомобиль в период, непосредственно предшествовавший совершению преступления, уже было предъявлено эксперту. В связи с отсутствием существенных нарушений уголовно-процессуального закона при получении имеющегося в материалах дела заключения эксперта, а также с учетом невозможности предъявления на исследование самого объекта оценки целесообразных поводов для проведения повторной судебной экспертизы по оценке стоимости похищенного у суда, действительно, не имелось.

Не может быть принята позиция потерпевшей о необходимости проведения судебной экспертизы на основе данного ею описания автомобиля. Сообщенные потерпевшей сведения о наличии у автомобиля на момент хищения исправных дорогостоящих элементов объективного подтверждения не имеют, также следует учитывать, что Потерпевший №1 и допрошенные по ее инициативе лица засвидетельствовали состояние автомобиля за несколько лет до совершения преступления. При этом расчеты, которые были возможны к проведению экспертом, согласно его показаниям в суде выполнены с оценкой лишь видимых повреждений, невидимые на фотоизображении детали принимались им за целые и их ремонт не учитывался.

Несмотря на отсутствие в заключении эксперта конкретного вывода о рыночной стоимости похищенного имущества с учетом его технического состояния, оно не подлежит исключению из числа доказательств. В данном случае заключение эксперта содержит полученные с использованием специальных познаний сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по предъявленному ФИО2 обвинению. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что положениями п.4 ч.3 ст.57 УПК РФ предусмотрены полномочия эксперта давать заключение в пределах своей компетенции не только по поставленным в постановлении о назначении судебной экспертизы вопросам, но и по иным вопросам, имеющим отношение к предмету экспертного исследования.

В частности, экспертным путем установлено, что с экономической точки зрения восстановительный ремонт автомобиля был нецелесообразен, наступила полная гибель колесного транспортного средства.

Данные сведения опровергают утверждения потерпевшей о том, что она хранила автомобиль в гараже после ДТП с намерением в дальнейшем его использовать, и подтверждают правильность выводов суда об установлении размера ущерба по цене металлического лома на момент его утилизации.

О невозможности использовать предмет по назначению на момент хищения свидетельствуют также действия Потерпевший №1 по снятию транспортного средства с учета.

В силу ст.17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. С учетом принципа свободы оценки доказательств, а также во исполнение требований ст.14 УПК РФ суд первой инстанции определил стоимость похищенного не на основе какого-то одного доказательства – справки ООО «****», заключения эксперта, показаний потерпевшей – а по результатам их оценки в совокупности, в том числе с учетом показаний ФИО2, Свидетель №1, Свидетель №2, а также результатов выемки у ФИО2 денежных средств.

Следует признать, что совокупность исследованных доказательств стороны обвинения правильно признана в приговоре достаточной для принятия решения о доказанности виновности ФИО2 в совершении кражи автомобиля. Хищение же принадлежащих Потерпевший №1 четырех строительных домкратов и тридцати бордюрных камней обоснованно исключено из объема предъявленного ему обвинения как не нашедшее своего подтверждения. Действительно, доказательств, которые бы объективно подтверждали, что именно ФИО2 с корыстной целью изъял из гаража названные предметы и обратил их в свою пользу в указанный в обвинительном заключении период времени, в ходе предварительного следствия не добыто, не представлено таких доказательств стороной обвинения и дополнительно в ходе судебного разбирательства.

О наличии умысла у осужденного на хищение автомобиля и о корыстном мотиве совершения преступления, как верно установлено судом, свидетельствует характер действий ФИО2, который распорядился чужим имуществом с целью извлечения материальной выгоды, что подтверждается показаниями самого осужденного о самостоятельном принятии решения по утилизации автомобиля за денежные средства, которые в последующем хранились у него с целью использования на нужды гаражного кооператива. Оснований полагать, что данный автомобиль является бесхозным, действительно, не имелось. ФИО2 достоверно знал об обстоятельствах появления автомобиля на территории ГК «****» ****. Принятие попыток к установлению владельца автомобиля не свидетельствует о невиновности ФИО2 Предусмотренная законодателем процедура для признания вещи бесхозной соблюдена не была. Намерение использовать денежные средства в интересах возглавляемого кооператива без постановки их на учет является лишь способом личного распоряжения ФИО2 полученными именно им в результате совершения преступления денежными средствами.

С учетом имущественного положения потерпевшей Потерпевший №1, отсутствия какой-либо особой значимости похищенного предмета и фактического размера причиненного ущерба квалифицирующий признак кражи, совершенной с причинением значительного ущерба гражданину, верно исключен из квалификации действий виновного.

Квалифицирующий признак кражи с незаконным проникновением в помещение гаража **** также обоснованно был исключен судом первой инстанции, принимая во внимание, что по решению Октябрьского районного суда **** от **** указанный гараж был признан бесхозным и передан в собственность ГК «****» ****, в связи с чем ФИО2 как председатель ГК «****» имел доступ к данному гаражу на законных основаниях. Согласно показаниям свидетелей, не заинтересованных в исходе дела, изначальное проникновение в гараж не носило цели изъятия из него чужого имущества. Помещение гаража было освобождено при создании условий для дальнейшего распоряжения им кооперативом, в собственность которого был передан гараж по решению суда.

При этом доводы потерпевшей и ее представителя, относящиеся к оспариванию законности и обоснованности решения Октябрьского районного суда **** от ****, подлежат рассмотрению при проверке названного судебного решения в гражданском порядке.

Таким образом, вопреки утверждениям апеллянтов, юридическая оценка действий осужденного по ч.1 ст.158 УК РФ является верной. Объективных поводов как для переквалификации действий ФИО2, так и для его оправдания не имеется. Отсутствуют и обстоятельства, которые бы требовали проведения по делу нового судебного разбирательства, на чем настаивают потерпевшая, ее представитель и государственный обвинитель.

При назначении наказания судом правильно оценены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, его возраст и имущественное положение, смягчающие наказание обстоятельства, а также степень влияния назначаемого наказания на исправление осужденного.

По результатам исследования личности ФИО2 объективно установлено, что он ранее не судим; административному наказанию за совершение административных правонарушений не подвергался; под наблюдением во Владимирском областном наркологическом диспансере у врача-психиатра-нарколога не находится; за психиатрической помощью в диспансерное психоневрологическое отделение ГКУЗ ВО «Областная психиатрическая больница ****» не обращался; имеет регистрацию и постоянное место жительства, где участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, по месту работы в ГК «****» **** – положительно, отмечался почетными грамотами за добросовестное исполнение трудовых обязанностей.

Указав на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, к смягчающим суд отнес явку с повинной, частичное признание вины; активное способствование раскрытию и расследованию преступления; добровольное полное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления; а также состояние здоровья подсудимого (наличие заболеваний) и его преклонный возраст; неудовлетворительное состояние здоровья супруги подсудимого, являющейся инвалидом третьей группы по общему заболеванию, пенсионером по возрасту и находящейся на иждивении подсудимого.

Сомнений в том, что признанные судом первой инстанции смягчающими наказание и приведенные в приговоре обстоятельства установлены не в полном объеме либо учтены в недостаточной степени, не имеется.

Назначение ФИО2 наиболее мягкого из предусмотренных санкцией ч.1 ст.158 УК РФ вида наказания следует признать соразмерным содеянному и данным о его личности.

Размер штрафа определен по правилам ст.46 УК РФ, с учетом имущественного положения осужденного и его семьи, возможности получения осужденным дохода от оплачиваемого труда.

Принимая во внимание, что на момент постановления приговора установленный п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ срок давности привлечения ФИО2 к уголовной ответственности за совершенное в **** года преступление небольшой тяжести истек, суд обоснованно освободил его от наказания на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ.

Гражданский иск потерпевшей о компенсации имущественного ущерба и морального вреда, причиненных преступлением, разрешен судом первой инстанции в соответствии с положениями ст.151, 1064, 1101 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части возмещения имущественного ущерба, суд исходил из того, что установленный в ходе судебного разбирательства имущественный вред, причиненный в результате хищения автомобиля, в размере 7 000 рублей возмещен виновным в полном объеме.

Обязанность денежной компенсации морального вреда в соответствии со ст.151 ГПК РФ может быть возложена судом на нарушителя, если гражданину в действительности причинен такой вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Законодательство не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права.

Однако, возможность компенсации морального вреда в рамках производства по уголовному делу не освобождает лицо от бремени доказывания как ее размера, так и самого факта причинения такого вреда.

Потерпевший №1 утверждала, что в результате противоправных действий ФИО2, добиваясь на протяжении последних трех лет восстановления справедливости при обращении в правоохранительные органы, а также в судах в рамках рассмотрения заявленных ею гражданских исков, направленных на восстановление ее имущественных прав на гараж, испытала и перенесла длительные физические и нравственные страдания, получила заболевание – ишемию.

В исковом заявлении Потерпевший №1 не конкретизировано, с какими именно нематериальными благами или неимущественными правами связаны приведенные ею переживания, какие именно обстоятельства совершенного в отношении нее преступления причиняют ей нравственные страдания при предусмотренной законом возможности компенсировать материальный ущерб. При этом обстоятельства, относящиеся к восстановлению Потерпевший №1 прав на гараж, не имеют отношения к предъявленному ФИО2 обвинению в тайном хищении автомобиля, строительных домкратов и бордюрных камней.

В судебном заседании потерпевшая также не представила доказательств, которые бы подтверждали причиненный ей моральный вред, требующий компенсации в заявленной сумме. Суду не было представлено сведений о какой-либо взаимосвязи выявленного у Потерпевший №1 заболевания с преступными действиями ФИО2 Ни в исковом заявлении, ни непосредственно в судебном заседании потерпевшая не обосновала имеющееся у нее заболевание связью с требуемой компенсацией морального вреда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб потерпевшей и ее представителя, при определении размера возмещения понесенных Потерпевший №1 расходов на оплату услуг представителя суд первой инстанции верно учел требования оправданности, разумности и справедливости, исходил из объема выполненной адвокатом К.Э. работы, в том числе продолжительности судебных заседаний и степени сложности рассматриваемого дела. Действительно, заявленная сумма в размере 80 000 рублей явно несоразмерна объему выполненной работы, является завышенной, о чем справедливо указано в описательно-мотивировочной части приговора. Данный вывод суда первой инстанции согласуется с характером оказанной потерпевшей юридической помощи. Решение же Совета Адвокатской палаты ****, на которое ссылается представитель потерпевшей, носят лишь рекомендательный характер для адвокатов и не имеют обязательной силы для разрешения поставленных перед судом вопросов.

Таким образом, по результатам рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке поводов для удовлетворения апелляционных жалоб и апелляционного представления не выявлено.

Вместе с тем, приговор также подлежит изменению в связи с неверным указанием во вводной части даты рождения ФИО2 – **** года, тогда как согласно материалам уголовного дела, в том числе копии страниц паспорта осужденного, он родился ****.

В названной части изложенные во вводной части приговора данные о личности ФИО2 следует привести в соответствие с исследованными в ходе судебного разбирательства сведениями и уточнить дату его рождения.

Иных предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований изменения либо отмены приговора не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Октябрьского районного суда **** от **** в отношении ФИО2 изменить.

Во вводной части приговора указать верную дату рождения ФИО2 – ****.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на протокол допроса свидетеля Свидетель №3 от **** (т.1 л.д.85-86).

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевшей Потерпевший №1 и ее представителя К.Э., а также защитника Якушевой Ю.В. и апелляционное представление государственного обвинителя Битюкова Д.С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Октябрьский районный суд **** в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Октябрьского районного суда **** по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.А.Мальцева