Апелляционное постановление № 22-2/2026 22-5127/2025 от 14 января 2026 г.

судья Мороховец О.А. дело № 22-2/2026 (22-5127/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 15.01.2026

Ставропольский краевой суд в составе председательствующего судьи Крамчинина Н.П.,

при помощнике судьи - …

секретаре судебного заседания …

с участием:

помощника прокурора Кировского района г. Ростова-на-Дону Красиковой Ю.Е. посредством видео-конференц-связи,

обвиняемой ФИО1

адвоката Белёвцева Н.В.,

адвоката Кулика В.И. в интересах обвиняемого ФИО2,

обвиняемого ФИО3,

адвоката Кочкарова Р.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Кировского района г. Ростова-на Дону Яковенко А.В. на постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, …,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1 УК РФ,

ФИО2, …,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 193.1, ч. 2 ст. 187, ч. 2 ст. 187, ч. 2 ст. 187 УК РФ,

ФИО3, …,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 193.1, п. «б» ч. 3 ст. 193.1, «б» ч. 3 ст. 193.1, п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 193.1 УК РФ,

возвращено прокурору Кировского района г. Ростова-на-Дону на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Ранее избранная обвиняемым мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Доложив обстоятельства дела, содержание принятого решения, доводы апелляционного представления и возражений на него, выслушав выступления помощника прокурора Кировского района г. Ростова-на-Дону Красиковой Ю.Е. об отмене постановления, обвиняемой ФИО1, адвоката Белёвцева Н.В., адвоката Кулика В.И., обвиняемого ФИО3, адвоката Кочкарова Р.Р., об оставлении постановления без изменения, суд

установил:

обжалуемым постановлением уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 возвращено прокурору Кировского района г. Ростова-на-Дону на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении прокурор Кировского района г. Ростова-на-Дону Яковенко А.В., не соглашаясь с постановлением суда в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, полагает, что оно вынесено с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, оспаривает изложенные в нем выводы суда, полагая их несоответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Указывает, что при принятии обжалуемого решения суд первой инстанции в своем постановлении указал на доводы защиты, которые, по его мнению, свидетельствуют о наличии препятствий для рассмотрения уголовного дела по существу, однако ни один из этих доводов не отвечает критериям неустранимости.

По мнению прокурора, суд, соглашаясь с доводами защиты, фактически приравнял явную техническую опечатку к существенному нарушению, искажающему суть обвинения, с верным изложением квалификации обвинения в соответствии с диспозицией ст. 193.1 УК РФ, всем обвиняемым и их защитникам было известно существо предъявленного обвинения, их право на защиту не нарушено, они в полной мере осознавали, от каких конкретных действий им надлежит защищаться, что подтверждается их ходатайствами, касающимися существа дела, а не непонимания обвинения.

Приводит доводы о том, что технические ошибки, опечатки и описки, не искажающие сути обвинения и не препятствующие пониманию его содержания, не являются основанием для возвращения дела прокурору и могут быть устранены в ходе судебного заседания, в том числе, путем изложения государственным обвинителем обвинения с учетом исправленной ошибки (ст. 246 УПК РФ).

Прокурор полагает, что суд первой инстанции проигнорировал эту устоявшуюся практику, использовав формальную описку как предлог для уклонения от рассмотрения дела по существу.

Указывает, что при вынесении постановления суд не учёл, что вопросы законности и обоснованности возбуждения уголовного дела не входят в предмет проверки на стадии предварительного слушания при решении вопроса о возвращении дела прокурору, данный этап процесса (возбуждение дела) уже был предметом ведомственного и прокурорского надзора.

По мнению прокурора, соглашаясь с защитой, суд фактически преждевременно вошел в оценку допустимости доказательств, полученных в рамках расследования указанных дел, однако вопросы оценки и исследования доказательств, в том числе их допустимости, решаются исключительно в ходе судебного следствия, а не на предварительном слушании, ходатайства защиты по данному основанию являлись, по сути, завуалированным ходатайством о признании доказательств недопустимыми.

Однако суд неправомерно использовал эти доводы как основание для возвращения дела по ст. 237 УПК РФ, что является прямым нарушением принципа состязательности, так как суд предрешил вопрос, который должен был исследоваться в ходе судебного следствия с участием сторон.

Указывает, что органом предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 193.1 УК РФ по эпизоду с использованием реквизитов ООО «...», при этом доводы стороны защиты о том, что следствием в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой указываются фиктивные контракты, заключенные за пределами существования ООО «...», а суммы переводов денежных средств совершенных с расчетных счетов превышают суммы внешнеэкономических контрактов, является несостоятельным, поскольку в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой отражены фактические обстоятельства совершения ФИО1 преступления; внесение в договор даты, более ранней чем зарегистрировано ООО.. .», лишь подтверждает его фиктивность. При этом сам договор предоставлен в банк при совершении внешнеэкономических платежей, после открытия расчетного счета, после регистрации ООО «...» в остановленном порядке; суммы внешнеэкономических платежей, указанные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, соответствуют фактически установленным обстоятельствам и подтверждаются имеющимися в материалах дела платежными поручениями. Контроль соответствия сумм внешнеэкономических платежей и цены внешнеэкономического контракта является обязанностью банка осуществляющего функции валютного контроля.

Указывает, что период деятельности всех обвиняемых, инкриминируемой в качестве преступной, установлен на основании фактически совершенных внешнеэкономических платежей, совершение которых подтверждается полученными из банков документами, а также на основании документов об открытии юридических лиц изъятых из ИФНС России, указание самих фиктивных контрактах дат их заключения, выходящих за период совершения преступлений, лишь доказывает их фиктивность и недостоверность содержащихся в них сведений.

ФИО1, ФИО3, ФИО2 обвиняются в совершении преступления в составе созданной и руководимой С.А.А. организованной группы, совместно с С.А.А., Д.М.С., П. (П.) Е.С., Г.О.А., Г.К.С., Г.Д.М., которым предъявлено обвинение в аналогичной редакции.

При этом, С.А.А., П.Е.С., Г.К.С. приговором … суда от 26.09.2022 осуждены за совершение данного преступления. Приговор вступил в законную силу.

Д.М.С. осуждена за совершение данного преступления приговором … суда от 30.09.2021, приговор вступил в законную силу.

Г.О.А. осужден за совершение данного преступления приговором … суда от 14.07.2021, приговор вступил в законную силу.

Доводы защиты о том, что не установлены точные суммы внешнеэкономических платежей от ООО «…», ООО «..», ООО «…», ООО «…», ООО «…» являются надуманными и безосновательными, так как суммы внешнеэкономических платежей от этих предприятий указаны в приговоре … суда в отношении С.А.А., П.Е.С., Г.К.С., вступившем в законную силу и в соответствии со ст. 90 УПК РФ - является для органа следствия обстоятельством, установленным вступившим в законную силу приговором, в связи с чем признаются без дополнительной проверки.

Так же следствием учтено, по некоторым подложным внешнеэкономическим контрактам осуществлялся ввоз товаров из-за рубежа, номенклатура которых свидетельствует о действиях в интересах ООО «..», фактическим руководителем которого является С.А.А., стоимость ввезенных и задекларированных товаров при этом исключена из объема обвинения.

Прокурор считает, что все прочие доводы защиты, принятые судом, также сводятся к вопросам оценки доказательств, их достаточности и правильности квалификации действий обвиняемых.

Например, доводы о том, что ФИО1 якобы не являлась руководителем организованной группы, или о том, что умысел обвиняемых не был направлен на совершение инкриминируемых деяний, являются вопросами доказывания виновности.

При этом, возвращение уголовного дела для восполнения неполноты предварительного следствия или для предъявления обвинения в большем объеме запрещено законом.

Суд, возвращая дело, по сути, предложил прокурору и следствию «исправить» мнимые недостатки доказательственной базы, что является недопустимым вмешательством в функцию обвинения.

По мнению прокурора, принятое судом решение влечет нарушение фундаментального принципа уголовного судопроизводства - права на разумный срок (ст. 6.1 УПК РФ).

Приводит доводы о том, что данное уголовное дело отличается особой сложностью, имеет большой объем, многоэпизодный характер и расследовалось длительное время. Необоснованное возвращение дела прокурору на основании формальных, неустранимых в суде опечаток и преждевременной оценки доказательств, создает искусственную волокиту, что нарушает права не только стороны обвинения и государства на своевременное осуществление правосудия, но и права самих обвиняемых на правовую определенность и разрешение их дела в разумный срок.

Полагает, что суд не привел никаких собственных мотивов, по которым он пришел к выводу о невозможности устранения указанных недостатков в ходе судебного разбирательства, формально перечислив доводы защиты и согласившись с ними, при этом не обосновал, каким образом они объективно препятствуют началу судебного следствия и реализации права на защиту.

Суд также полностью проигнорировал подробные, мотивированные возражения государственного обвинителя, представленные в ходе предварительного слушания, не дав им никакой оценки в своем постановлении.

Просит постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025 отменить, передать уголовное дело в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Белёвцев Н.В. считает, что постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025 вынесено с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства РФ, является обоснованным и мотивированным, а доводы апелляционного представления прокурора Кировского района г. Ростова-на-Дону не соответствуют действительности и опровергаются материалами уголовного дела.

Указывает, что из всего контекста обвинительного заключения, включая описание способа совершения преступления, механизма вывода денежных средств, использования подложных документов (контрактов с иностранными компаниями) и движения средств по счетам, следует, что речь идёт о переводах денежных средств именно нерезидентам.

При этом, сторона защиты, в своём ходатайстве о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не заявляла, как основание для возвращения уголовного дела, устранение технической ошибки, вышеуказанные нарушения не исследовались судом, им не давалась никакая процессуальная оценка, и они не были положены в мотивировочную часть постановления Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025, были учтены лишь два основания, которые послужили принятию такого решения, это наличие в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении внешнеэкономических контрактов заключённых за пределами временных рамок, якобы совершённых ФИО1 преступлений, и отсутствие в обвинительном заключении ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (например, судебно-бухгалтерской или экономической экспертизы для установления размера ущерба по делу о преступлении в сфере экономической деятельности), определения объема ввезенного товара.

Сторона защиты считает, что обвинительное заключение было законно признано составленным с нарушениями требований УПК РФ, препятствующими определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ и постановлению судом на основании данного заключения приговора или вынесению иного решения, отвечающего принципу справедливости.

Полагает, что с учётом неопределённости предъявленного ФИО1 обвинения, суд, как и ранее, лишён возможности провести судебное разбирательство и вынести по делу законное и справедливое итоговое решение с соблюдением предписаний ст. 252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемой и лишь по предъявленному ей обвинению.

Просит постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025 оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Кировского района г. Ростов-на-Дону - без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Кулик В.И. с апелляционным представлением не согласен, считает его необоснованным, незаконным и не подлежащим удовлетворению. Приводит доводы о том, что суд первой инстанции при вынесении постановления о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, указал на противоречивость формулировок предъявленного ФИО2 и иным лицам обвинения. Данные обстоятельства порождают неопределённость обвинения, нарушают право обвиняемых на защиту от конкретного обвинения, являются существенным нарушением закона и исключают возможность принятия решения судом по существу дела на основе имеющегося обвинительного заключения.

При этом, изменение обвинения по ряду эпизодов может привести к увеличению всего объема обвинения, что недопустимо, т.к. может ухудшить положение обвиняемых и нарушить их право на защиту.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ.

Также основанием возвращения уголовного дела прокурору является отсутствие в обвинительном заключении ссылки на заключения экспертов, наличие которого, исходя из существа обвинения по ч. 3 ст. 193.1 УК РФ является обязательным, с учётом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств. При этом, настоящие исследования не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства, т.к. повлекут отложение рассмотрения уголовного дела на длительный срок, что нарушит права всех участников уголовного судопроизводства на рассмотрение уголовного дела в разумный срок.

В обвинительном заключении содержатся противоречивые сведения относительно размера денежных средств в иностранной валюте, переведенных на банковские счета нерезидентов, о чем также указано в постановлении Промышленного районного суда г. Ставрополя.

Просит в удовлетворении апелляционного представления прокуратуры Кировского района г. Ростова-на-Дону отказать.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Багиров Р.М. и обвиняемый ФИО3, не соглашаясь с апелляционным представлением, приводят доводы, аналогичные указанным в возражениях адвокатом Белевцевым Н.В., ообращают внимание суда апелляционной инстанции, на то, что постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя не содержит выводов и оценки приведенным обстоятельствам в представлении, при возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ, доводы, опровергаемые прокурором не содержатся в обжалуемом постановлении, судом первой инстанции приведены исчерпывающие аргументы и обстоятельства на основании изучения обвинительного заключения (не вдаваясь в оценку доказательств), послужившие основанием для возвращения уголовного дела по ст. 237 УПК РФ, правильно указано о противоречивости формулировок обвинения в части существа обвинения – времени (периода) инкриминируемых деяний, способов их совершения и последствий с учётом положений ст. 220 и 252 УПК РФ, поскольку ФИО3 обвиняется в совершении преступления за определенный период, однако, из описания событий преступления усматривается, что фактически он обвиняется органами предварительного следствия в изготовлении фиктивных контрактов и перечислении денежных средств за пределами данного периода, а также противоречия в части сумм переводов, которые порождают неопределенность обвинения и исключают возможность принятия по нему решения по существу обвинения.

Адвокат указывает, что с учётом ранее вынесенных по уголовному делу постановлений суда от 21.04.2023 и 27.07.2023, в обвинительном заключении безосновательно не приведены ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в обвинительном заключении отсутствует. Названные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства экономической экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Данные обстоятельства, в силу положений ст. 237 УПК РФ и разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», также явились основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом.

Просят апелляционное представление прокурора оставить без удовлетворения, постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025 – без изменения.

Проверив представленные материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и возражениях на него, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции полагает постановление суда подлежащим отмене в связи с несоответствием изложенных в постановлении выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенным нарушением уголовно-процессуального закона по следующим основаниям.

Статья 237 УПК РФ закрепляет порядок и основания возвращения уголовного дела прокурору по ходатайству стороны или по собственной инициативе для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Согласно разъяснениям, данным Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве. С учетом того, что возвращение уголовного дела прокурору затрагивает право на доступ к правосудию и его осуществление без неоправданной задержки, решение об этом принимается судом лишь при наличии оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ.

При этом, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статье 220 УПК РФ, а также других взаимосвязанных с ней нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

В частности, исключается возможность вынесения приговора или иного итогового судебного решения в случаях, когда: обвинительный документ не подписан следователем, обвинительное заключение не утверждено прокурором либо уголовное дело направлено с обвинительным заключением прокурору без согласия руководителя следственного органа; обвинение, изложенное в обвинительном заключении, существенно отличается от обвинения, содержащегося в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого; в обвинительном документе по делу о преступлении, предусмотренном статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, диспозиция которой является бланкетной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований; предварительное расследование осуществлено ненадлежащим (неуполномоченным) или подлежавшим отводу лицом; по уголовному делу, по которому предварительное следствие является обязательным, предварительное расследование произведено в форме дознания; по уголовному делу в отношении лица, указанного в ч. 1 ст. 447 УПК РФ, нарушен порядок возбуждения уголовного дела или привлечения в качестве обвиняемого, предусмотренный статьей 448 УПК РФ; уголовное дело в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, в нарушение положений п. 4 ч. 1 ст. 154 УПК РФ в их взаимосвязи с положениями части 1 статьи 317.4 УПК РФ не выделено в отдельное производство и дело поступило в суд в отношении всех обвиняемых; в материалах уголовного дела отсутствует обязательное в соответствии со ст. 196 УПК РФ либо с предъявленным обвинением экспертное заключение и ссылки на него в предъявленном обвинении.

Как видно из представленных материалов уголовного дела, таких – указанных судом в оспариваемом постановлении в качестве существенных нарушений уголовно-процессуального закона, по настоящему уголовному делу не имеется.

В обоснование принятого решения судом первой инстанции указано о том, что по ряду эпизодов обвинения (ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…») при изложении обвинения допущены существенные противоречия, т.к. обвинение содержит сведения о совершении обвиняемыми инкриминируемых им конкретных действий по изготовлению фиктивных контрактов, которые выходят за пределы указанного в начале описания каждого из эпизодов общего инкриминируемого им периода этих действий; результат арифметического сложения сумм переводов по эпизодам ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «..», ООО «…», ООО «…», ООО «…», ООО «…», не соответствует общим суммам переводов, которые в одном случае меньше этого числа, в остальных – больше суммы контрактов и инвойсов, на что было указано ранее при вынесении постановления о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1 прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ с указанием о необходимости производства по делу судебной экономической экспертизы, которая является обязательной исходя из существа обвинения и не может быть проведена без отложения судебного разбирательства на длительный срок, противоречащий интересам правосудия.

Вместе с тем, вопреки выводам суда, как следует из материалов уголовного дела, в обвинительном заключении указаны существо обвинения, место и время совершения деяний, способы, мотивы, цели, последствия, суммы инкриминируемых деяний, и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение, орган предварительного расследования в обвинении изложил в чем конкретно обвиняется каждый из обвиняемых – ФИО1, ФИО2, ФИО3, какие им инкриминируются действия в совершении валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте на счета нерезидентов с использованием подложных документов, размер этих переводов участниками инкриминируемой в качестве организованной группы, при этом все квалифицирующие признаки указаны при описании преступного деяния, инкриминируемого этим лицам с изложением всех инкриминируемых в качестве неправомерных контрактов, инвойсов, переводов, что не препятствует защите от предъявленного обвинения, с учётом того обстоятельства, что дата каждого конкретного перевода является составляющим общего периода действий, указанных в обвинении в качестве преступных.

Судом не учтено, что в силу ст. 196 УПК РФ назначение экспертизы в соответствии с положениями этой процессуальной нормы является обязательным по указанным в этой статье обстоятельствам, а имеющиеся в деле доказательства, в т.ч. заключения специалиста, справки об исследовании документов, акты ОРМ, могут быть оценены по правилам ст. 87-88 УПК РФ при рассмотрении дела по существу.

С учётом возможности изменения либо уточнения прокурором в соответствии со ст. 246 УПК РФ с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ предъявленного подсудимым обвинения, в том числе после изложения обвинения в порядке ст. 273 УПК РФ, доводы суда первой инстанции относительно необходимости возвращения прокурору уголовного дела в связи с арифметическим несоответствием при сложении каждой из сумм переводов, не могут быть признаны состоятельными.

Таким образом, суд, не приступив к судебному следствию, не предоставив сторонам обвинения и защиты возможность в полном объеме представить все доказательства, в том числе связанные с оспариванием итоговых сумм обвинения, в т.ч. с предоставлением сведений о фактических поставках товара, не исследовав их в совокупности, в обоснование принятого решения ошибочно указал о наличии по делу оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, преждевременно возвратив уголовное дело прокурору.

Кроме того, согласно ст. 90 УПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со ст.ст. 226.9, 316 или 317.7 УПК РФ, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Из материалов настоящего уголовного дела следует, что ФИО1, ФИО3, ФИО2 обвиняются в том числе в совершении преступлений в составе созданной и руководимой С.А.А. организованной группы совместно с С.А.А., Д.М.С., П. (П.) Е.С., Г.О.А., Г.К.С., Г.Д.М., которым ранее предъявлено обвинение в аналогичной редакции.

При этом С.А.А., П.Е.С., Г.К.С. приговором … суда от 26.09.2022 осуждены с принятием судом решения по существу обвинения, аналогичного инкриминируемому ФИО1, ФИО3 и ФИО2, в том числе по эпизодам, инкриминируемым последним в качестве совершенных совместно с С.А.А. и другими осужденными по этому приговору. Приговор вступил в законную силу, несмотря на что, по этому же делу, выделенному из указанного, обжалуемым постановлением указано о наличии по делу существенных нарушений уголовно-процессуального закона, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу предъявленного обвинения.

Таким образом, основания, указанные судом в настоящем постановлении о возвращении уголовного дела прокурора в порядке ст. 237 УПК РФ с учётом изложенного, не могут быть признаны в настоящее время существенными, влекущими невозможность рассмотрения уголовного дела по существу предъявленного обвинения, в связи с чем оспариваемое постановление подлежит отмене, а уголовное дело передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином, с учётом характера выводов суда, составе суда со стадии подготовки к назначению судебного заседания в порядке главы 33 УПК РФ.

При этом постановление прокурора подлежит частичному удовлетворению в части признания обоснованными доводов относительно отсутствия в обвинении существенных противоречий, не устранимых с учётом положений ст. 246 УПК РФ, предусматривающей возможность изменения и уточнения прокурором в суде обвинения, в части, которая не ухудшает положение обвиняемых, с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ, а также в части нарушения судом первой инстанции требований ст. 90 УПК РФ.

Вместе с тем, с учётом приведения прокурором в апелляционном представлении части доводов, не соответствующих содержанию обжалуемого постановления, представление подлежит частичному удовлетворению.

С учётом принимаемого судом апелляционной инстанции решения, мера пресечения в отношении каждого из обвиняемых - ФИО1, ФИО2, ФИО3 подлежит оставлению прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 97, 255, 389.13, 389.15-389.18, 389.20, 389.24, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 29.09.2025 о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1, ФИО2, ФИО3 прокурору Кировского района г. Ростова-на-Дону на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, апелляционное представление прокурора Кировского района г. Ростова-на-Дону удовлетворить частично, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к назначению судебного заседания в порядке главы 33 УПК РФ.

Меру пресечения в отношении каждого из обвиняемых - ФИО1, ФИО2, ФИО3 оставить прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

Мотивированное апелляционное постановление составлено 15.01.2026.

Судья Н.П. Крамчинин