Апелляционное определение № 33-12494/2025 33-525/2026 от 12 января 2026 г.

Дело № 33-525/2026 (33-12494/2025)

Судья Зайцева О.А. № 2-303/2025(1 инстанция)

УИД 52RS0007-01-2024-004155-59


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Нижний Новгород 13 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Серова Д.В., судей Столбова Е.М., Фролова А.Л.,

при секретаре судебного заседания АВ,

с участием прокурора ПА, истца ИА, представителя истца ИВ, представителя ответчика ЕА,

рассмотрела в открытом судебном заседании по апелляционной жалобе ИА на решение Советского районного суда г. Н. Новгород от 26 марта 2025 г.

гражданское дело по иску ИА к Обществу с ограниченной ответственностью «Фитнес «Океанис» о признании факта трудовых отношений, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, задолженности по заработной плате, невыплаченной премии, компенсации морального вреда

Заслушав доклад судьи Серова Д.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ИА обратилась в суд к ответчику ООО «Фитнес «Океанис», в обоснование указав следующее.

Истец работала у ответчика фитнес-тренером с марта 2022 г. Сначала с ней и всеми тренерами заключали договоры оказания услуг, потом с ней оформили трудовой договор [номер] от 02.10.2023 г. После оформления трудового договора для истца в ее работе ничего не изменилось, размер заработной платы остался прежним, формула расчета премии осталась такой же, она выполняла точно такую же работу фитнес-тренера тренажерного зала без каких-либо изменений.

В феврале 2024 г. после утверждения на должность фитнес-директора КЮ на истца началось давление с целью понуждения к увольнению по собственному желанию: необоснованные претензии по работе, график работы с ежедневными дежурными сменами, прекращение выплаты премии.

За январь 2024 г. не полностью оплачена работа по часовой ставке и не заплачена премия. Премия за февраль выплачена, но уже после увольнения. За март премия не выплачена. На соответствующее письменное заявление ответа не последовало.

07.03.2024 г. истец, не выдержав давления, написала заявление об увольнении по собственному желанию день в день. В тот же день ее уволили. В таком же порядке в эти дни были уволены ещё несколько сотрудников.

Обращаясь в суд, истец указывала, что намерения увольняться у неё не было, заявление об увольнении было написано под давлением, увольнение произведено без отработки, новой работы у истца на тот момент не было.

19.03.2024 г. истец подала заявление в прокуратуру, в котором указала, что заявление об увольнении написано ею под принуждением, а заработная плата не выплачена. Несколько месяцев ответ не приходил и только после обращения к адвокату истец лично 14.06.2024 г. получила в прокуратуре ответ на жалобу. После этого она с адвокатом сразу составила исковое заявление и направила его в суд.

На основании вышеизложенного истец просил:

признать отношения, возникшие между истцом и ответчиком на основании договоров возмездного оказания услуг, трудовыми отношениями в должности Фитнес-тренера тренажерного зала в Фитнес-департаменте с 26.03.2022 г. по 01.10.2023 г. Обязать ответчика произвести обязательные платежи в Социальный фонд России и передать сведения индивидуального персонифицированного учета в отношении истца за указанный период;

признать незаконным увольнение, оформленное приказом [номер]-у от 07.03.2024 г. и восстановить истца на работе в прежней должности Фитнес-тренера тренажерного зала в Фитнес-департаменте с 07.03.2024 г. Взыскать с ответчика средний заработок за всё время вынужденного прогула с 08.03.2024 г. по день вынесения решения суда;

взыскать с ответчика недоплаченную заработную плату за январь 2024 г. в размере 6580 руб., за февраль 2024 г. в размере 12180 руб., за март 2024 г. в размере 1120 руб., проценты за задержку в размере 1/150 действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый календарный день по день их фактической выплаты включительно;

взыскать с ответчика премию за январь 2024 г. в размере 74820 руб., проценты за её задержку в размере 1/150 действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый календарный день по день их фактической выплаты включительно; проценты за задержку выплаты премии за февраль 2024 г. на 01.07.2024 г. в размере 997.50 руб., премию за март 2024 г. в размере 9924 руб., проценты за её задержку в размере 1/150 действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации за каждый календарный день по день их фактической выплаты включительно;

взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 35000 руб.

Обратить решение в части восстановления на прежней работе и взыскания заработной платы за 3 месяца к немедленному исполнению.

Ответчик иск не признал, обратился к суду с возражениями на исковое заявление. В первую очередь, ответчик оспаривает требование истца о признании отношений, существовавших до заключения трудового договора, трудовыми, указывая, что с марта 2022 г. по октябрь 2023 г. с истцом был заключен гражданско-правовой договор возмездного оказания услуг в рамках эксперимента по специальному налоговому режиму «Налог на профессиональный доход». Данный договор был добровольной двусторонней сделкой, не содержавшей признаков трудовых отношений, таких как подчинение правилам внутреннего трудового распорядка, фиксированный график или контроль процесса работы со стороны работодателя. Истец в тот период не заявляла о притворности договора, а свое требование предъявила лишь после прекращения отношений. Касательно увольнения ответчик полностью отрицает факт принуждения истца к подаче заявления. В возражениях указывается, что истец являлась недисциплинированным работником, допускавшим нарушения, такие как опоздание, неношение бейджа и конфликты с руководством в присутствии клиентов. Утверждается, что заявление об увольнении было написано истцом добровольно, после того как от нее было затребовано объяснение по факту опоздания, и до применения каких-либо дисциплинарных взысканий. Таким образом, увольнение квалифицируется ответчиком как законное, соответствующее ст. 80 ТК РФ.

Относительно требований о взыскании невыплаченной заработной платы и премий ответчик утверждает, что заработная плата начислялась и выплачивалась строго в соответствии с табелем учета рабочего времени и в установленные локальными актами сроки – 10 и 25 числа каждого месяца. Задолженности по оплате труда, по мнению ответчика, не имеется. Что касается премий, ответчик ссылается на положения локального нормативного акта, согласно которому выплата премии является исключительно добровольной инициативой работодателя, а не его обязанностью. Указывается, что решение о неначислении премии истцу за январь и март 2024 года было принято руководством в связи с ее проступками и конфликтным поведением. Премия за февраль была выплачена в срок, установленный соответствующим приказом.

В суде представитель истца полностью поддержал заявленные требования, пояснил, что заработная плата истца состояла из фиксированной почасовой оплаты и премии, зависевшей от выручки, и указал, что премия за январь и март 2024 г. истцу не выплачена без каких-либо объяснимых причин, а также подтвердил наличие задолженности по заработной плате ввиду несоответствия оплаченных часов фактически отработанным. Кроме того, представитель истца настаивал, что с февраля 2024 г. в отношении ИА осуществлялось давление с целью принудить ее к написанию заявления об увольнении. Также им было заявлено ходатайство о восстановлении срока для обращения в суд с иском о разрешении индивидуального трудового спора.

Представитель ответчика выступала с возражениями против удовлетворения иска, пояснила, что заявление об увольнении написано истцом добровольно, и каких-либо доказательств принуждения к его написанию в материалах дела не имеется. Также представитель ответчика оспаривала требования о взыскании задолженности по заработной плате и премиям, утверждая, что заработная плата выплачена истцу в полном объеме в соответствии с табелями учета рабочего времени, а премия не является обязательной выплатой, а представляет собой право работодателя поощрить работника за хорошие показатели в работе. Кроме того, представителем ответчика заявлено ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Решением Советского районного суда г. Н. Новгород от 26.03.2025 г. в удовлетворении исковых требований ИА к ООО «Фитнес «Океанис» о признании факта трудовых отношений, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, задолженности по заработной плате, невыплаченной премии, компенсации морального вреда – отказано.

С апелляционной жалобой на решение обратился истец. По мнению истца, решение суда первой инстанции является необоснованным и незаконным. Конкретно в отношении спора истец указывает на существенные нарушения работодателем процедуры премирования. Она утверждает, что лишение премии за январь является мерой дисциплинарного взыскания, и, следовательно, к нему должны были применяться гарантии, установленные ст. 193 ТК РФ. В жалобе перечислены нарушения этой процедуры: отсутствие предварительного уведомления работника о причинах предполагаемого нарушения, неистребование от нее письменных объяснений, отсутствие изданного приказа о дисциплинарном взыскании и неприменение принципа учета тяжести проступка. Данные нарушения, по мнению истицы, делают действия работодателя по лишению премии незаконными.

Оспаривает истец и действительность локальных актов ответчика, регулирующих премирование. Заявительница указывает, что представленные работодателем приложения к трудовому договору недействительны, поскольку отсутствуют доказательства ее ознакомления с ними, имеются признаки подделки документов, а их содержание ухудшает положение работника по сравнению с нормами трудового законодательства.

Отдельно приведены доводы о несоразмерности установленных истцу размера оплаты труда и премии. Истица утверждает, что ее заработная плата не отражает квалификацию, сложность работы и фактические условия труда, а также указывает на признаки дискриминации в оплате по сравнению с другими работниками, выполняющими аналогичные обязанности.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик указал, что премия не являлась обязательной частью заработной платы согласно Положению об оплате труда; в январе 2024 г. премия не была начислена из-за жалобы клиента на поведение истца. Также ответчик указал, что истец заявляет новые требования (о несоразмерности оплаты труда, дискриминации, подложности документов), которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции. Ответчик просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции истец и представитель истца доводы и требования апелляционной жалобы поддержали, полагали, что суд необоснованно отказал во взыскании премии; представитель ответчика просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Прокурором дано заключение об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы истца.

Иные лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем, судебная коллегия в соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в рамках требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на апелляционную жалобу судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене или изменению обжалуемого решения.

Как установлено судом, ИА была поставлена на учет в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы в качестве налогоплательщика налога на профессиональный доход. 25.03.2022 г. между ней и ООО «Фитнес «Океанис» был заключен договор возмездного оказания услуг № 8, действовавший с 26.03.2022 г. по 31.12.2023 г. В течение этого периода стороны подписывали ежемесячные акты об оказанных услугах.

В августе 2023 г. руководством ответчика проведено собрание, на котором самозанятым тренерам, включая истицу, было предложено перейти на трудовые отношения. 02.10.2023 г. между ИА и ООО «Фитнес «Океанис» был заключен трудовой договор [номер], и в тот же день издан приказ о приеме ее на работу на должность фитнес-тренера тренажерного зала. Истица была ознакомлена с правилами внутреннего трудового распорядка и положением об оплате труда.

В январе 2024 г. от клиента клуба поступила жалоба на поведение истца. 29.02.2024 г. ИА допустила опоздание на работу на два часа, и от нее было затребовано письменное объяснение, которое она предоставила 04.03.2024 г. 06.03.2024 г. истица собственноручно написала и подала заявление об увольнении по собственному желанию с 07.03.2024 г. На следующий день, 07.03.2024 г., приказом [номер]ув трудовой договор с истцом прекращен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. В этот же день с ней произведен расчет и выдана трудовая книжка.

20.03.2024 г. приказом ответчика [номер] истице выплачена премия за февраль 2024 г. Ранее, 23.01.2024 г., на основании приказа [номер] ей выплачена премия за декабрь 2023 г.

Приказ о премировании истицы по итогам работы за январь 2024 г. ответчиком не издавался.

Суд, разрешая данный спор, основывался на нормах материального и процессуального права, подробно изложив их в мотивировочной части решения. В качестве основополагающих применены положения Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующие понятие и признаки трудовых отношений, порядок расторжения трудового договора по инициативе работника, а также вопросы оплаты труда и премирования: статьи 15, 16, 56, 57, 77, 80, 129, 135, 191 и 392 ТК РФ.

Также суд руководствовался разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, данными в постановлениях от 17.03.2004 г. № 2 и от 29.05.2018 г. № 15, которые содержат критерии для разграничения трудовых и гражданско-правовых отношений, а также подходы к оценке добровольности увольнения по собственному желанию.

При рассмотрении требования о признании отношений трудовыми за период действия договоров возмездного оказания услуг было установлено, что в спорный период истец самостоятельно определяла свой график проведения тренировок, не подчинялась правилам внутреннего трудового распорядка ответчика и занималась самостоятельным поиском клиентов. Эти факты, подтвержденные условиями договора, актами выполненных работ и показаниями свидетелей, позволили суду заключить, что отношения сторон в указанное время не обладали ключевыми признаками трудовых, такими как выполнение работы в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинение внутреннему распорядку и гарантированная оплата труда. Таким образом, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для переквалификации гражданско-правовых отношений в трудовые.

При разрешении требований о незаконности увольнения и восстановлении на работе суд исследовал обстоятельства, связанные с добровольностью волеизъявления истца. Юридически значимым являлся факт подачи истцом собственноручно написанного заявления об увольнении по собственному желанию с конкретной датой, а также отсутствие доказательств, подтверждающих оказание на нее давления, принуждения или введения в заблуждение со стороны работодателя. Суд учел показания свидетелей, согласно которым истец выражала недовольство графиком дежурств и приняла решение об увольнении самостоятельно, а также то, что она не подавала заявление об отзыве своего заявления.

На этом основании суд признал, что увольнение произведено в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по добровольному волеизъявлению работника, и процедура увольнения работодателем соблюдена.

Относительно требований о взыскании невыплаченной заработной платы и премий суд установил, что заработная плата по часовому тарифу начислялась и выплачивалась истцу в соответствии с данными табелей учета рабочего времени, которые не были оспорены достаточными доказательствами. Суд также дал правовую оценку локальному нормативному акту ответчика - Положению об оплате труда, и пришел к выводу, что ежемесячная премия в данном случае является стимулирующей выплатой, носящей не гарантированный, а поощрительный характер, выплата которой зависит от усмотрения работодателя и оформляется соответствующим приказом. Учитывая, что приказ о премировании за январь 2024 г. не издавался в связи с наличием жалоб на поведение истца, а премия за февраль выплачена в день издания приказа, суд счел требования о взыскании премий необоснованными.

При этом, суд восстановил пропущенный истцом срок обращения в суд, признав уважительной причиной обращение в прокуратуру и ожидание восстановления прав во внесудебном порядке, что также является важным процессуальным обстоятельством, повлиявшим на возможность рассмотрения дела по существу.

На основании анализа указанных норм права и установленных юридически значимых обстоятельств суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения всех заявленных исковых требований и принял решение об отказе в иске в полном объеме.

Судебная коллегия, рассматривая дело в пределах доводов апелляционной жалобы истца, оспаривавшего решение лишь в части отказа во взыскании премий, считает выводы суда обоснованными, соответствующими установленным по делу обстоятельствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, судом верно определены юридически значимые обстоятельства, представленные доказательства являлись предметом исследования и оценки.

В судебном постановлении исчерпывающе приведены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и результаты оценки доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ. При рассмотрении спора, суд исследовал юридически значимые обстоятельства, дал оценку представленным доказательствам в их совокупности, правильно истолковав и применив к спорным отношениям нормы материального права

Довод апелляционной жалобы о том, что не начисление премии за январь 2024 г. является мерой дисциплинарного взыскания и должно сопровождаться процедурой, предусмотренной ст. 193 ТК РФ, основан на ошибочном толковании норм материального права.

Суд первой инстанции правильно установил и оценил правовую природу ежемесячной премии в системе оплаты труда ответчика. Как следует из исследованного судом локального нормативного акта – Положения об оплате труда ООО «Фитнес «Океанис», а также условий трудового договора, премия является стимулирующей выплатой, носящей исключительно поощрительный характер, а не гарантированной составной частью заработной платы. Согласно п. 12 данного Положения, выплата премии представляет собой добровольную инициативу общества, а не его обязанность.

Таким образом, решение работодателя о неначислении и невыплате премии за январь 2024 г., принятое в связи с поступившими жалобами на поведение истицы, не является применением дисциплинарного взыскания, а относится к сфере дискреционных полномочий работодателя по оценке результатов труда и добросовестности работника в целях стимулирования.

К таким действиям не применяются процедурные гарантии ст. 193 ТК РФ, поскольку они регулируются не нормами о дисциплинарной ответственности, а правилами премирования, установленными локальным актом работодателя. Следовательно, утверждения о необходимости предварительного уведомления, истребования объяснений, издания приказа о дисциплинарном взыскании и учета тяжести проступка применительно к непредставлению к премированию являются несостоятельными и не основаны на законе. Оснований для отмены решения суда первой инстанции в данной части не имеется.

Суд апелляционной инстанции не находит правомерным и довод апелляционной жалобы, оспаривающий действительность локальных нормативных актов ответчика, регулирующих премирование. Данное утверждение заявительницы не соответствует исследованным судом первой инстанции материалам дела и установленным обстоятельствам.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, порядок и условия премирования в ООО «Фитнес «Океанис» установлены Положением об оплате труда от 01.09.2023 г. Данное Положение является локальным нормативным актом, принятым работодателем в пределах своей компетенции, и его содержание не ухудшает положение работников по сравнению с нормами трудового законодательства, а лишь конкретизирует условия осуществления прав работодателя на поощрение работников. Трудовое законодательство, в частности ст. 8 ТК РФ, предоставляет работодателю право принимать подобные акты, определяющие системы оплаты и премирования.

Из материалов дела следует, что с данным Положением истец ознакомлена под роспись при заключении трудового договора 02.10.2023 г., что согласуется с условиями самого трудового договора, содержащего отсылку к нему. Утверждения о подделке или фальсификации документов носят голословный характер и не подкреплены какими-либо доказательствами, которые бы опровергали их достоверность и ставили под сомнение факт ознакомления истицы.

Содержание Положения, определяющее премию как стимулирующую выплату, выплачиваемую по усмотрению работодателя на основании приказа, соответствует диспозитивным началам регулирования вопросов премирования и не противоречит императивным нормам закона, поскольку не отменяет гарантированную часть заработной платы. Сам по себе факт выплаты премии в предыдущие периоды при отсутствии гарантии ее сохранения в локальном акте и трудовом договоре не преобразует стимулирующую выплату в обязательную. Таким образом, выводы суда первой инстанции о правомерности применения ответчиком положений данного локального акта являются законными и обоснованными, а доводы жалобы в этой части несостоятельны.

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводами жалобы о несоразмерности оплаты труда истицы и наличии признаков дискриминации. Как правильно установил суд первой инстанции, размер оплаты труда истца был определен трудовым договором, заключенным сторонами добровольно, и соответствовал действовавшей у ответчика системе оплаты труда. В соответствии с п. 3.2 трудового договора, работнику была установлена повременная система оплаты труда с часовой тарифной ставкой. Данные условия были согласованы сторонами при заключении договора и не оспаривались истицей в период ее работы. Выплата заработной платы производилась на основе табелей учета рабочего времени, которые отражали количество фактически отработанных часов, и их достоверность судом первой инстанции была проверена и не опровергнута.

Представленные в дело расчетные листки и доказательства выплат свидетельствуют о выплате истцу заработной платы в соответствии с количеством отработанных часов по согласованному сторонами тарифу.

Что касается утверждений о дискриминации в оплате труда по сравнению с другими работниками, выполняющими аналогичные обязанности, то данные доводы также не нашли своего подтверждения в материалах дела. Истица не представила суду каких-либо доказательств, позволяющих сравнить условия ее труда, квалификацию, объем обязанностей и размер оплаты с конкретными другими работниками ответчика. Бремя доказывания дискриминации лежало на истце, однако ею не были представлены ни расчеты, ни приказы о назначении, ни иные документы, свидетельствующие о различном подходе работодателя к оплате идентичного труда. Само по себе субъективное мнение о несправедливости размера оплаты не может служить основанием для вывода о нарушении принципа равенства, закрепленного в ст. 3 ТК РФ, в отсутствие объективных доказательств. Таким образом, выводы суда первой инстанции об отсутствии в действиях ответчика нарушений в части установления и выплаты заработной платы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам трудового законодательства, а доводы апелляционной жалобы в этой части несостоятельны.

В остальном доводы апелляционной жалобы сводятся к общему несогласию с выводами суда первой инстанции и переоценке доказательств, не содержат фактов, которые не были бы проверены или не были учтены судом первой инстанции при разрешении спора и опровергали бы выводы суда, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для изменения или отмены решения суда.

Относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, заявителем апелляционной жалобы не представлено и в материалах гражданского дела не имеется.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции при разрешении спора правильно определил и установил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал всестороннюю, полную и объективную оценку доказательствам по делу в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, применил нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, нарушений норм процессуального права судом первой инстанции не допущено.

Изложенные в решении выводы суда мотивированы, соответствуют обстоятельствам, установленным по делу, подтверждены и обоснованы доказательствами, имеющимися в деле, основания к отмене решения суда, предусмотренные ст. 330 ГПК РФ, отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 - 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Н. Новгород от 26 марта 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ИА – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено

в окончательной форме 15 января 2026 г.