Апелляционное определение № 22-424/2026 22-8914/2025 от 16 февраля 2026 г.

Председательствующий: судья М.Ю. Куник Дело № 22-424/2026

24RS0041-01-2024-002029-97


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 17 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Клименковой М.М.,

судей Осипок Т.С., Бондаренко Е.А.,

при помощнике судьи Субботиной Т.А.,

с участием: прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры <адрес> ФИО22,

защитника-адвоката ФИО27,

осужденной ФИО107

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению заместителя прокурора <адрес> ФИО23, жалобам осужденной ФИО108 и в ее интересах с дополнением адвоката ФИО27 на приговор <адрес><адрес> от <дата>,

заслушав доклад судьи ФИО81, выслушав стороны, осужденную, защитника, прокурора, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 ФИО111, родившаяся <данные изъяты>,

осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы указано считать условным с испытательным сроком 3 (три) года, возложены обязанности, перечисленные в приговоре.

Разрешены вопросы о мере пресечения, о вещественных доказательствах, гражданском иске.

ФИО4 осуждена за совершение мошенничества, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Преступление совершено в <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осуждённая ФИО4 вину в совершении преступления не признала, показала, что в преступный сговор с ФИО85 не вступала, денежные средства ему не передавала. В августе 1985 приобрела дом, расположенный по адресу <адрес>, дата постройки 1983 год, было известно, что это зона сноса. Из представленной продавцом справки БТИ указано, что площадь дома 61м2, на самом земельном участке располагались баня, сарай, туалет, в документах было написано, что на участке имеется два отдельно стоящих одноэтажных жилых дома и она (ФИО3) покупает 12/22 доли от этого участка. Дом был поставлен на учет как единое домовладение с домом соседей только в 1956 году и зарегистрировано как жилой, изначально дом был оформлен только на нее (ФИО3), в 2009 году выделила доли на дочь, сына и его детей, свою сестру, оставив ? доли, остальным 1/7. С соседями не была знакома, они не жили в данном доме, у них были отдельные дворы, их участки разделял забор. В течение всей жизни постройки приходили в упадок, муж ремонтировал, восстанавливал забор, из бруса пристроили вход в дом – сени, что отражено в кадастровом паспорте 2007 года. Впоследствии, часть сеней была утеплена. Далее разделила участки от соседей, а именно Свидетель №5, оформила все документы, но Свидетель №5 не дал согласия. В конце 2000-х годов перестала жить в данном доме, кадастровый паспорт несколько раз переделывали, оказалось, что их общая совместно со Свидетель №5 площадь увеличилась и стала 50 кв.м. Далее сын построил двухэтажное здание, потом случился пожар, сын восстановил только один этаж, в 2005 также произошел пожар, остался фундамент. Так как пожар был в 2005 году, а документы делала в 2007 году, юристы говорили, что на данный момент дом невозможно зарегистрировать, только как есть, а она (ФИО3) хотела ввести в эксплуатацию. Уведомления об изъятии имущества для государственных нужд, возможно, получала в 2017-2018 году. На тот момент на участке располагался дом 60 кв.м., навес под дровяник, туалет, посадки, фундамент, большая смотровая яма, бетонированная ступеньками, два подвала, водопровод, забор, калитка. Когда пришли представители <адрес> у Свидетель №5 ничего не было и все хозяйство разделили на соседей, ей (ФИО3) полагалось 1 600 000 рублей, а остальным по 200 000 рублей. Тогда и появился ФИО85, который все посмотрел и сказал, что документы возможно сделать, фундамент и смотровую яму поставить на кадастровый учет. Это было в мае 2017 года, когда вокруг почти все было снесено. ФИО85 также сказал о необходимости выдачи всеми сособственниками на него нотариальной доверенности, что и было сделано. Каких-либо указаний о возведении на её земельном участке строений ФИО85 не давала. Весной 2018 года ФИО85 начал стройку на участке, сообщил, что будет комиссия, и необходимо приехать и все осмотреть, что и сделала. В мае 2018 года пришел молодой человек и лазерной рулеткой измерял дом, осматривал подполье, фотографировал, ходил по помещениям, которые построил ФИО85. <дата> ФИО85 с чужого телефона позвонил и попросил документы и техпаспорт. Начала задавать ФИО85 вопросы о том, что, почему помещения построены им бутафорски, куда он поставил унитаз и душевую кабину. Тогда ФИО85 сказал, что больше с ними не работает, предложил найти другого юриста. Поэтому она, её дети и Свидетель №5 обратились за помощью к Свидетель №6, которой сразу сообщила, что ФИО85 без её ведома произвел постройки на участке. Свидетель №6 приехала на место, все осмотрела и предложила сделать пожар на участке, однако она (ФИО84) нашла бригаду по объявлению, которая все строения разобрала. Сделала фото и отправила их Свидетель №6. Поскольку все строения были снесены, посчитала все законным. Однако, после этого по делу было проведено несколько экспертиз. Уже в процессе ознакомления с материалами дела, увидела, что её представитель Свидетель №6 заявляла об учёте при определении стоимости имущества, расположенного на её (ФИО84) земельном участке отсутствующего здания. При производстве экспертизы <адрес><адрес> эксперт ФИО86 также произвела расчёт стоимости дома, который уже не существовал. В то время находилась в Болгарии, решение ей Свидетель №6 не направляла, а лишь сообщила о сумме возмещения в размере 2 000 000 рублей, остальным - по 1/7.

В апелляционном представлении заместитель прокурора <адрес> Свидетель №25 ФИО103 не оспаривая виновность ФИО3, квалификацию действий, полагает, что приговор подлежит изменению. Со ссылками на ст.297, 307, 252 УПК РФ указывает, что суд в описательно-мотивировочной части приговора на странице 115 при описании обстоятельств допустил формулировки, свидетельствующие о виновности в совершении преступления другого лица – Свидетель №4, уголовное дело в отношении которого, выделено в отдельное производство.

Кроме того, согласно ст.6 УК РФ характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. Однако суд, в нарушение норм уголовного закона и ПП ВС РФ №, мотивируя назначение Слемнёвой наказания, учел повышенную общественную опасность, что является существенным нарушением закона.

Просит изменить приговор суда, исключить из приговора указание на Свидетель №4 как на лицо, участвующее в совершении преступления, исключить из приговора учет повышенной общественной опасности преступления.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО4 считает приговор подлежащим отмене. Полагает, что оснований для составления обвинительного заключения в отношении неё не имелось, наличие состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ не доказано, поскольку в обвинительном заключении отсутствуют относимые, допустимые, достаточные доказательства на основании которых возможно сформулировать вывод о месте совершения преступления, времени его совершения и размере причиненного ущерба, также установить прямую причинно-следственную связь между действиями осужденной и наступившими общественно-опасными последствиями, в связи с чем не представляется возможным сделать суждение относительно наличия у осужденной вины, направленной на совершение преступления, определить форму вины, доказать отношение к содеянному.

Со ссылкой на обвинительное заключение, указывает, что способ совершения хищения в сумме 3436895 в обвинительном заключении и приговоре суда не изложен, объективная сторона преступления не указана, право на защиту нарушено. Кроме того, согласно обвинительного заключения, ей (ФИО3) переведены на расчетный счет <***> рублей, а всего ей (ФИО3) и другим шести лицам переведено из средств бюджета 8145487,2, часть из которых определена следствием, как полученная преступным путем, а 4708592,2 перечислены на законных основаниях, в связи с чем, считает необоснованным указание на незаконность именно <***> рублей, переведенных на ее (ФИО3) счет, поскольку имела право на получение компенсации из бюджета наравне с иными лицами, в отношении которых процессуальное решение не принято.

Представленными стороной защиты доказательствами доказано, что ни один из шести других получателей компенсации за изъятое государством имущество, не переводил деньги в ее (ФИО3) пользу, данные лица действовали независимо и самостоятельно.

Кроме того, вопреки указанию в обвинительном заключении о том, что преступление совершено путем фальсификации доказательств по гражданскому делу, она (ФИО3) к уголовной ответственности по ст.303 УК РФ не привлекалась, иного процессуального решения по ст.303 УК РФ не выносилось, судебное решение по соответствующему гражданскому делу вступило в законную силу.

Из показаний представителя потерпевшего следует, что при расчете суммы, подлежащей уплате в качестве возмещения учтены: жилой дом, погреб и дровяник (летняя кухня), она (ФИО4) имела право только на 1/7 долю от этого имущества, вместе с тем, на земельном участке находилось и иное имущество, которое подлежало оценке и его стоимость требовалось возместить из бюджета, а площадь дома и ее (ФИО3) доля во всем имуществе определены не верно.

Из показаний свидетелей защиты ФИО33, ФИО34, ФИО1, ФИО24, ФИО26, фотоснимка из ресурса в информационно - телекоммуникационной сети Интернет Гугл, следует, что на земельном участке дополнительно находились принадлежащие ФИО3 и другим лицам туалет деревянный, забор из деревянной доски с калиткой, летний трубопровод из металлической трубы, смотровая яма для автомобилей из бетона, фундамент от сгоревшего дома в виде бетонной плиты, подвал под домом, садовые посадки в виде кустарников, что, на основании пояснений свидетеля Свидетель №7, также требовалось учесть при расчете размера компенсации, подлежащей выплате. Данные обстоятельства подтверждаются и свидетелем обвинения – ФИО25, который помнит наличие фундамента от сгоревшего дома в виде бетонной плиты. Наличие туалета, двух заборов, ворот с калиткой, подтверждается заключением судебной экспертизы № от <дата>.

Из заключения эксперта от <дата> ФИО26 следует, что общая площадь квартиры составляла на момент изъятия 57,9 м2, в судебном заседании ФИО26 пояснила, что указание площади квартиры в размере 37,3 м2 является ошибкой, поскольку не включает подлежащие учету площади холодных пристроев жилого помещения, что опровергает показания представителя потерпевшего.

Несмотря на пояснения свидетеля Свидетель №22, объяснившей противоречие, связанное с определением площади, указывает, что данные пристройки подлежали обязательному учету при расчете компенсации.

Кроме того, вопреки расчетам доли представителем потерпевшего, ее (ФИО3) доля составила 6/22, а других шести лиц 1/22 во всем домовладении, вместо 1/7.

Считает, что перечисленные в заключении эксперта № от <дата> трех групп расходов в общем размере 193350, подлежали возмещению при любых обстоятельствах, вне зависимости от размера и площади жилого дома, что также не учтено представителем потерпевшего.

Обращает внимание, что из представленных в судебное заседание расчетов представителем потерпевшего, она (ФИО3) не имела право на возмещение из бюджета денежных средств, стоимость данного участка в представленных расчетах не учтена и не принята во внимание, что следует из анализа итоговой таблицы подсчета размера причиненного ущерба, в связи с чем, сумма денежных средств, подлежащая возмещению не установлена, размер причиненного преступлением ущерба не доказан.

Вместе с тем, судом было отказано в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экономической экспертизы, в судебном заседании противоречия в установлении размера причиненного ущерба, не устранены.

Со ссылкой на ПП ВС РФ от <дата> № указывает, что из представленных стороной обвинения четырех разных заключений о стоимости имущества не возможно определить, какое из заключений в приоритете при подсчете верной суммы ущерба. Кроме того, заключение экономической экспертизы отсутствует, что является основанием для возвращения дела прокурору.

В рамках гражданского судопроизводства ее (ФИО3) интересы представляла юрист Свидетель №6, которая в ходе рассмотрения гражданского дела при уточнении исковых требований, не исключила по ее (ФИО3) указаниям из списка требований дополнительные строения, сделанные Свидетель №4 самовольно. В судебном заседании Свидетель №6 пояснила, что действовала без согласования со ФИО3, подтвердив корыстный мотив своих действий. Наличие осведомленности Свидетель №6 о самовольной постройке также подтверждается фотоснимками, приложенными к заключению о рыночной стоимости имущества, на которых Свидетель №6 стоит на фундаменте от сгоревшего дома, на котором возвел дополнительную постройку Свидетель №4

Указывает, что суду давала четкие и последовательные показания, подтвержденные материалами дела, намерений получить от государства денежных сумм не имела, узнав о самовольных действиях ФИО85 демонтировала их самостоятельно, отказавшись от его юридических услуг, поручив дальнейшее представительство Свидетель №6, получив на свой расчетный счет сумму в размере <***> рублей посчитала ее справедливой и законной компенсацией, поскольку в первичном извещении от администрации <адрес> об изъятии имущества и предложенной компенсации содержалась примерно такая же сумма.

Просит отменить приговор, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат ФИО27 в интересах осужденной ФИО4 считает приговор подлежащим отмене. Приводит доводы, аналогичные в представленной жалобе осужденной.

Дополнительно обращает внимание, что заключение, выполненное ФИО26 судом первой инстанции признано недопустимым доказательством, в связи с тем, что ФИО104 не предупреждалась об уголовной ответственности, нарушена процедура получения заключения, заключение сделано по копиям документов без дополнительных документов, имеющихся в уголовном деле.

Считает, что данный вывод суда основан на неверном применении уголовно-процессуального закона, противоречат содержанию этого заключения, исследованного в суде, поскольку заключение специалиста ФИО105 получено на основании адвокатского запроса, наличие у ФИО106 специальных знаний подтверждено исследованными судом документами о ее образовании, квалификации и стаже трудовой деятельности по соответствующему направлению, для исследования ФИО112 представлялась выписка из реестра объектов капитального строительства от <дата> имеющаяся в оригинале, специалист также не сообщал о необходимости дополнительных документов для проведения исследования.

Кроме того, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и показаний ФИО113 предупреждена судом самостоятельно. Оценка показаниям специалиста ФИО114, подтвердившей и дополнительно обосновавшей заключение, судом в приговоре не дана.

Указывает, что уголовное дело рассмотрено с нарушением требований подсудности, поскольку из приговора следует, что похищенные средства перечислены с расчетного счета Департамента градостроительства <адрес>, открытого в Управлении Федерального казначейства, расположенном в <адрес> на расчетный счет осужденной, открытый в подразделении ПАО Сбербанк в <адрес>.

Считает, что в описательно-мотивировочной части приговора не определено из чего конкретно складывается сумма ущерба, поскольку согласно приговору похищено 3436895 рублей, что складывается из создания трех несуществующих построек (дом площадью 152,2 м2, дровяник- летняя кухня, погреб), до этого в приговоре указывалось, что общая сумма перечисленных денежных средств составила 8145487,20 рублей, на законных основаниях получено 4708592,20 рублей. Также в приговоре указано, что совокупное возмещение ФИО4 составило <***> рублей, остальным членам семьи каждому по 1015913,70 рублей, то есть законным путем получено возмещение ФИО4 1254645,43 рублей, остальными членами семьи всего 1443326,58 рублей.

Таким образом, полагает, что законно получено согласно тексту приговора 4674972,01 руб., что противоречит другим расчетам, согласно которым на законных основаниях получено 4708592,20, что больше на 33620,19 рублей.

Судом принято как достоверно существовавшее имущество, которое подлежало оценке и возмещению, установленное оценщиком ФИО28: земельный участок 821,3 м2, одноэтажный жилой дом 37,3 м2, туалет, забор, ворота с калиткой, многолетние насаждения. Из показаний ФИО28 и Свидетель №7, представителя потерпевшего ФИО29 следует, что за все данное имущество подлежала выплата компенсации, но при расчете ущерба в описательно-мотивировочной части приговора не учтена стоимость ворот с калиткой, многолетних насаждений, что является противоречием, влияющим на установление точного размера ущерба.

При оценке стоимости жилого дома учтена только его площадь 37,3 м2, без оценки фактически существовавших холодных пристроев, наличие которых подтверждается показаниями свидетелей, осмотром снимков с карты. Кроме того, достоверно установлено, что соседний участок Свидетель №5 и Свидетель №8 ограждения не имел, в связи с чем, судом не обоснованно учтено только по 1/9 доли от стоимости ограждений равной 6115 рублей у каждого из членов семьи. Доля каждого должна составлять по 1/7 от стоимости ограждений, что увеличивает сумму законно полученного возмещения.

Описательно-мотивировочная часть приговора содержит ссылку на отчет № <адрес> из которого следует, что стоимость жилого дома площадью 37,3 м2 составляет 1455000 рублей, убытки с изъятием составляют 236000 рублей. Из показаний ФИО29 следует, что стоимость жилого дома площадью 37,3 м2 составляет 1455000 рублей, убытки с изъятием составляют 236000 рублей, а сумма определенная судом по результатам рассмотрения гражданского дела в размере 1977000 завышена, что противоречит приведенным в приговоре подсчетам вреда, причиненного преступлением.

Ссылаясь на обстоятельства совершения преступления, изложенные в приговоре, указывает, что не установлен точный период возведения дополнительных строений лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, до <дата> или после, что имеет по делу ключевое значение, поскольку представитель потерпевшего ФИО29 в своих показаниях сослалась на Земельный кодекс РФ, согласно которому необоснованным возмещением будет являться только за те постройки, которые были возведены после надлежащего уведомления об изъятии объектов недвижимости, которое получено ФИО4 <дата>. В приговоре имеются ссылки на письменные доказательства - соглашение об изъятии, подготовленное администрацией <дата>, которое получено ФИО4 <дата>. Таким образом, дата <дата> наступила позже указанного в приговоре начала возведения незаконных построек – <дата>.

При описании объективной стороны преступления указано, что <дата> и <дата> лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, действуя совместно со ФИО3, <дата> вводило Октябрьский районный суд в заблуждение, однако из обвинительного заключения <дата> вышеуказанными лицами никакого преступления не совершалось. При изучении материалов гражданского дела установлено, что <дата> судебных заседаний не проводилось, процессуальные действия не совершались, что свидетельствует о том, что суд вышел за пределы судебного разбирательства в нарушение требований ст.252 УПК РФ.

Вопреки указанию в приговоре суда о том, что в период с <дата> по <дата> Свидетель №4 действовал от имени ФИО4 в судебных заседаниях обманывал участников процесса, материалами гражданского дела установлено, что с <дата> интересы ФИО3 в судебных заседаниях представляла Свидетель №6, к которой ФИО3 обратилась в результате незаконных действий Свидетель №4 по возведению строений, которые ФИО3 пришлось сносить за свой счет.

Из протокола осмотра результатов ОРМ прослушивания телефонных переговоров между Свидетель №5, Свидетель №8 и Свидетель №6 следует, что Свидетель №5 сообщает Свидетель №6 о строительстве дома ФИО85 после запрета в 2018 году, после этих разговоров Свидетель №6 являясь представителем ФИО3 принимает участие в осмотре жилого дома и незаконно возведенных строений, по результатам которого составляется заключение, положенное в основу гражданского дела. В ходе проведения экспертизы Слемнёва не присутствовала, находилась за границей РФ, что подтверждается материалами дела.

Указание в приговоре на то, что ФИО3 также в судебных заседаниях обманывала администрацию и суд, опровергается изучением копий гражданского дела, которыми установлено, что ФИО3 в судебных заседаниях не участвовала, ее интересы представляла Свидетель №6, которой ФИО3 поручила уточнить исковые требования, исключив из них самовольно возведенные Свидетель №4 постройки, однако Свидетель №6, имея корыстную цель, данное поручение не выполнила, что подтверждается анализом телефонных соединений Свидетель №6 и Свидетель №4

Выражает несогласие с выводом суда, что представленные стороной защиты доказательства – экспертное заключение ООО «Геосеть», фотоснимки из гугл карты, справки БТИ и другие являются недопустимыми, поскольку получены не процессуальным путем, поскольку доказательства получены защитой в соответствии со ст.53, 86 УПК РФ согласуются с иными материалами дела, не могут быть признаны недопустимыми.

Также указание судом в приговоре преступный сговор ФИО4 и Свидетель №4 не подтверждается доказательствами по делу.

Обращает внимание, что <дата> свидетелем по уголовному делу ФИО5 произведен частичный возврат полученного от потерпевшего, что подтверждается банковскими документами, что необходимо учитывать как при оценке судом апелляционной инстанции обоснованности исковых требований, так и при назначении наказания.

Просит отменить приговор суда, вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Судебное разбирательство по уголовному делу судом первой инстанции проведено согласно требованиям уголовно-процессуального закона и в объеме, необходимом для правильного разрешения уголовного дела.

Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по представлению и исследованию доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполно проведенном судебном следствии, не имеется.

Фактические обстоятельства совершенного преступления судом установлены правильно и выводы суда в этой части соответствуют обстоятельствам содеянного, подтвержденным приведенными в приговоре доказательствами.

Приговор суда соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. При этом суд подробно изложил описание преступного деяния, совершенного ФИО3 и признанного доказанными, с указанием места, времени, формы вины и способа совершения преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст.299 УПК РФ.

Всем исследованным доказательствам, которые положены в основу приговора, вопреки доводам апелляционных жалоб осужденной и адвоката об обратном, судом дана надлежащая оценка с точки зрения их относимости и достоверности, а также сделан обоснованный вывод об их достаточности для правильного разрешения дела по существу, который у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб в части сомнений в объективности доказательств по приведенным в жалобах мотивам, каких-либо существенных противоречий в доказательствах, на которых основано обжалуемое судебное решение, ставящих под сомнение выводы суда первой инстанции о виновности осужденной, при проверке материалов уголовного дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Виновность осужденной ФИО3 в совершении преступления, о чем обоснованно указано судом первой инстанции, подтверждается показаниями представителей потерпевшего, свидетелей, письменными материалами дела, которые подробно изложены в приговоре, в том числе:

показаниями представителей потерпевшего <адрес><адрес>, ФИО30, ФИО31, <адрес> ФИО32, <адрес><адрес> «ФИО116» ФИО29, показавших каждый в свою очередь об известной им информации, в целом о порядке изъятия земель и выплатах гражданам соответствующих денежных сумм, со ссылкой на конкретные положения закона, распоряжения, постановления государственных органов, а также о том, что в соответствии со схемой согласно приложению к распоряжению, в том числе земельный участок, по адресу: <адрес>, с кадастровым номером 24:50:0100285:16 был изъят для государственных нужд <адрес> жилые (нежилые) объекты недвижимого имущества в целях строительства участка автомобильной дороги в створе <адрес> от <адрес> до <адрес>.;

согласно показаниям представителя потерпевшего <адрес> «<адрес>» ФИО29, по распоряжению Администрации земельный участок с кадастровым номером № был зарезервирован для строительства автомобильной дороги вдоль <адрес>, в последующем был изъят земельный участок, расположенный по <адрес>, с таким же кадастровым номером, а также расположенный на нем жилой дом с кадастровым номером № по адресу <адрес>. Собственниками земельного участка в соответствии с выписками из ЕГРН являлись сособственники Свидетель №5, Свидетель №8, ФИО2, ФИО66, ФИО33, ФИО34,. ФИО1, ФИО1, ФИО1 Фактически, на указанном земельном участке до 09 августа 2017 года располагалось домовладение в виде двух отдельно стоящих жилых домов, которые принадлежали Свидетель №5 и Свидетель №8, квартиры № №, №. С 11 апреля 2017 года по 2 мая 2017 года была проведена оценка и представлен отчёт <адрес>», в ходе осмотра установлено наличие на земельном участке одного из одноэтажного жилого дома площадью 37, 3 кв. м., и земельного участка 821, 3 кв.м, стоимостью на общую сумму 4 511 000 рублей, из которых жилой дом – 1 455 000 рублей, земельный участок – 2 820 000 рублей, и связанные с изъятием расходы - 236 000 рублей. Указанные суммы были распределены между всеми участниками общедолевой собственности согласно долям. ФИО66 была определена сумма 1 230 266 рублей 29 копеек. В ходе судебного разбирательства представителем сособственников выступал Свидетель №4 Представителем собственников был подан иск о выделении долей в натуре и признании права собственности. Было подано заявление о выделении квартир № №, №, в данном заявлении появилась <адрес> – 45,4 квадратных метра, также о признании за ФИО84 <адрес> расширенной площадью 57,9 квадратных метров, и <адрес>. В последующем, на момент осмотра при определении оценки и подготовки отчета располагался только один дом – <адрес>, а квартир № и № вообще не было, что фиксировалось сотрудниками отдела сноса. Было установлено, что расположен только один дом – площадь 37, 3 кв.м. В технических планах было указано, что <адрес> - 1938 года постройки, <адрес>, якобы была в таком состоянии в 2005 году, <адрес> – в 2012 году, не соответствовало действительности, так как при проведении осмотра специалистами отдела сноса и <адрес> указанные изменения в строениях отсутствовали. На момент вынесения распоряжения, издается акт, который ограничивает возведение и расширение жилых строений. При осмотре со специалистами отдела сноса, данный теплый пристрой имел сквозные дырки, было видно, что он собран «наспех». 30 марта 2018 года ФИО85 было подано исковое заявление, согласно которому он просил суд признать право собственности на домовладение, состоящее из двух отдельно стоящих домов общей площадью 285, 5 кв.м. и <адрес> площадью 131, 6 кв.м. за ФИО66 Также ФИО85 было подано ходатайство о проведении судебной экспертизы, производство которой было поручена <адрес>». ФИО85 просил оценить стоимость всех зданий, строений сооружений, пристройки к жилому дому, септик, туалет, сарай, теплицы, центральный водопровод, а также убытки. Но фактически, указанные им коммуникации, строения отсутствовали, так как не были указаны в отчете об оценке <адрес> на фотографиях и видеозаписях, которые представлены в материалах дела. Сотрудники Администрации присутствовали при проведении осмотра судебным экспертом и в ходе экспертизы были осмотрены квартиры № № и №, доступ не представили к другой квартире. Установлено, что домовладение площадью 67 кв. м. отсутствовало. Определена стоимость земельного участка – 7 437 347 рублей 17 копеек. Площадь была распределена по долям, 6/22 доли были определены ФИО84. По указанной экспертизе была определена стоимость в размере 19 319 194 рубля 90 копеек, в качестве объектов-аналогов для определения стоимости были взяты объекты, расположенные в этом же районе. Так как Администрация не согласились с экспертизой, установили ряд замечаний к ней, просили о повторной судебной оценочной экспертизе и о назначении строительной экспертизы. <дата> суд удовлетворил ходатайство и назначил проведение оценочной строительной экспертизы в <адрес>». Согласно выводам экспертизы, объектом капитального строительства являлись квартиры № №, подвал, некапитальным объектом строительства являлась квартира № летняя кухня, забор и ворота, неразрывная связь с земельным участком не зафиксирована. Согласно выписке из реестра, площадь квартиры № № - 29, 7 кв.м., была возведена площадью 45,4 кв.м., это подтверждается заключением <адрес>». В связи с ходатайством была назначена повторная экспертиза. Была определена стоимость всех объектов – квартира № № 45,4 кв.м. – 2 072 000 рублей, квартира № № - 57,9 кв. м. – 2 500 000 рублей, квартира № № - 131, 6 кв.м. – 2 790 000 рублей. Администрация возражала против включения увеличенных площадей данных квартир, ссылаясь на Земельный кодекс РФ, в котором говорится, что объекты, которые возведены после запрета не подлежат включению и оценке. В обход данного запрета были увеличены площади данных квартир, бюджет понес дополнительные траты, которые не подлежали выплате. Согласно отчету <адрес>» от <дата> ФИО66 полагалась выплата в размере 1 230 266 рублей 29 копеек. ФИО66 имела право на выплату за жилое помещение, площадью 37, 3 кв.м. – 1 455 000 рублей, земельный участок площадью 824 кв.м. – 2 820 000 рублей и убытки – 236 000 рублей. Квартира № находилась в собственности Свидетель №5, Свидетель №8 и на момент осмотра в 2017 году ее не существовало. В основу решения Октябрьского районного суда была положена судебная экспертиза, в рамках дела была взыскана сумма 12 370 000 рублей, в том числе за квартиру № № и №, которая принадлежала ФИО84 и их семье. Сумма определена по квартире № № в размере 5 313 000 рублей. Также в сумму вошли убытки, иные хозяйственные постройки: туалет, летняя кухня, погреб и ограждение. С учетом убытков и рыночной стоимости квартир № № и 3 выплачено в размере 8 145 487, 20 рублей. Было изначально домовладение, состоящее из 67 кв.м., состоящее из двух домов: один дом, принадлежащий Свидетель №5, Свидетель №8, второй дом – это 37, 3 кв.м. Судом был поставлен вопрос об определении рыночной стоимости этого дома тоже. С учетом этого, сумма была определена в размере 1 977 000 рублей, согласно экспертизе. Рыночная стоимость квартиры № № – 2 523 000 рублей. Это новый возведенный объект общей площадью 131 кв.м. Также в стоимость возмещения ущерба входит погреб, который был пристроен к квартире № №, стоимостью 18 842 рубля, и летняя кухня, стоимостью 82 053 рубля, так как данные объекты отсутствовали на момент проведения отчета об оценке, когда эксперт впервые осматривал дом. Путем сложения стоимости квартир № и №, получается 5 313 000 рублей, отнимаем стоимость, определенную судебной экспертизой жилого дома №, 3 квадратных метров, которая должна была быть определена, прибавляем погреб и летнюю кухню и общая сумма составляет 3 436 895 рублей. Также произведен расчет по долям. Стоимость 1/7 доли каждого собственника оставляет 282 000 рублей, каждая доля сособственника квартиры № № и № равна 759 000 рублей, таким образом, разница между квартирой № и № и жилым домом по долям составляет 476 571 рубль 43 копейки, также сюда относятся хоз. постройки в виде погреба и дровяника, потому что решением суда эти убытки поделены по долям по 1/7 на каждого сособственника. 1/7 доля этих убытков от 100 895 рублей составляет 14 тысяч 413 рублей 57 копеек. Таким образом, 1/7 доли каждого сособственника составляет 490 985 рублей.;

показаниями свидетеля ФИО56, являющегося начальником, а впоследствии юрисконсультом отдела правового обеспечения <адрес> аналогично показавшего об изъятии определенного земельного участка, о проведении рядка экспертиз, и искового заявления в суде, с подробным указанием стоимости объектов, проведенных работ на участке, пояснил, что на участке по <адрес>, после запрета, вынесения распоряжения администрации, ограничивающего возведение, расширение, реконструкцию объектов недвижимости подлежащих изъятию, в период с ноября 2017 года по 10 мая 2018 года жилой дом (квартира № №) ФИО84 реконструирован, путем возведения квартиры № и якобы утеплены пристрои квартиры №, за счет которых увеличена общая площадь квартиры № № возведена летняя кухня, которые включены в оценочную массу и собственникам выплачена завышенная за их счет выкупная стоимость, чем причинен ущерб бюджету <адрес>. Годы постройки квартир, указанных в технической документации, заключениях о соответствии строительным, санитарным, пожарным нормам, предоставленных в суд ФИО85 и переоборудования (реконструкции), не соответствуют действительности, а в документах в том числе на оснований которых судом вынесено решение указаны: квартиры № № – 1956 года, утепления пристроев квартиры № № в 2005 году. Строительство указанных объектов осуществлено после резервирования и изъятия земельного участка, что подтверждается визуальным наблюдением сотрудниками отдела сноса возведения построек, увеличивающих площадь изымаемых объектов, материалами фото-фиксации объекта, а именно: с интернет-ресурса GoogleEarth за период с 09 февраля 2015 года по 06 июня 2017 года, квартиры № №, № и надворные постройки отсутствуют, фото и видеоматериалами за период с 31 января 2018 года по 10 февраля 2018 года, 13 февраля 2018 года зафиксировано возведение незаконных сооружений, таким образом, строительство самовольных построек на зарезервированном земельном участке осуществлялось в период запрета, после вынесения распоряжения администрации ограничивающего строительство от 09 августа 2016 года, возведение и расширении площадей, которые привели к увеличению выкупной стоимости.;

показаниями свидетеля ФИО54, о том, что лично с сотрудниками обходили каждое строение и участки, подлежащие изъятию. Гражданам разъяснялось, что после выхода решения об изъятии накладывается обременение в Росреестре и граждане не имеют право производить никаких улучшений на земельном участке в сторону увеличения их стоимости. После информирования граждан о предстоящем изъятии земельных участков для государственных и муниципальных нужд проводились обследования, сотрудники ежедневно этим занимались, а он ФИО117) по возможности, один-два раза в неделю. Проводилась фото и видеофиксация всех изменений, которые происходили на земельных участках с момента наложения обременения, таковых изменений было много. Изменения были произведены, в том числе, на участке, принадлежим ФИО84. При осуществлении выездов в 2010, 2011, 2012 годах, видели на земельном участке домовладение, состоящее из двух домов, земельный участок разделен забором на две части. С правой стороны, где должен находиться, судя по документам, отдельно стоящий жилой дом Свидетель №5 – это квартира №№, обнесен забором, создавал впечатление заброшенного. На земельном участке, принадлежащем ФИО84, стоял один жилой дом, судя по документам, около 37 - 40 кв.м., во дворе кроме деревянного, ветхого туалета построек не было. Это все было отражено в первичной оценке, которая производилась после выхода распоряжения об изъятии в соответствии с действующим законодательством. Договор на проведение оценки был заключен с <адрес>». В отчете об оценке фактически было отражено отсутствие части дома на земельном участке, где стоял дом Свидетель №5. Жилой дом, туалет с забором на территории земельного участка ФИО84. В последующем, когда рядом стоящие дома сносились, собирались доски, стройматериал с этих домов, вывозился на земельный участок ФИО84 и достраивалась квартира № №, появилась квартира № №, которой не было на момент изъятия, в которых не было ни фундамента, ни застеленного пола. Изначально дом, принадлежащий ФИО84, был 37 кв.м, вторую квартиру увеличили до 57 кв.м., а третью построили площадью 131 кв.м. Первая оценка была произведена <адрес>» по договору, потом была «<адрес>», ФИО85 в судебном заседании заявил ходатайство о проведении оценки указанной организацией - «<адрес>», как судебная экспертиза, провела оценку. На судебный осмотр эксперт не допускался. По истечению срока, отведенного на проведение судебной экспертизы, эксперт без фотовидеофиксации и выезда на место, потому что не был допущен, составлял отчет по поставленным вопросам. Насколько известно, по ООО «<адрес>» вынесли решение, администрация с ним не согласилась, назначили очередную экспертизу «<адрес><адрес>», когда они на место приехали, все уже было снесено. Судебная оценка проводилась уже на несуществующие объекты по представленным документам. ФИО85 в обоснование своих требований о несогласии с отчетом представлял техническую документацию, в которой год построек не соответствовал действительности.;

показаниями свидетелей ФИО35, ФИО55, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, являющимися сотрудниками отдела по сносу и подготовки правовых актов МКУ <адрес> «<адрес>», показавших в целом о процедуре оценки и выкупа объектов, подлежащих изъятию, свидетель ФИО118 показал, что когда они вместе с экспертами выезжали для проведения на некоторых объектах экспертиз, назначенных судом по ходатайству представителя собственников ФИО85, видели, что строения на земельных участках видоизменились, по сравнению с тем, что было при первоначальном обследовании объектов, ФИО85 приезжал присутствовать при осмотре и препятствовал проходу на объект экспертам, запрещал, проходит на территорию, угрожал выставить счет, если будет произведено фотографирование, создавал нервную атмосферу для работы эксперта, пояснял, что ключей от объектов у него нет, называть лиц у кого могут быть ключи отказывался. Видоизменения объектов замечал именно там, где представителем выступал ФИО85.; свидетель ФИО39 также показала о том, что с 2008 года все жители и собственники земельных участков микрорайона «Николаевский» были осведомлены о предстоящем строительстве и изъятии имущества для государственных нужд. После опубликования распоряжения об изъятии имущества и запрете на строительство именно по <адрес> осуществлял выезды непосредственно по всем адресам изымаемых объектов, посетил каждый дом и проводил беседу с каждым проживающими лицами и собственниками изымаемых объектов, доводил информацию о предстоящем сносе, о порядке изъятия имуществ, запрете на строительство после вынесения распоряжения, предупреждал, что вновь возведенные постройки после регистрации распоряжения о запрете строительства в отчет рыночной стоимости не войдут. Снос домов происходил не в один момент, а по мере урегулирования выплат с собственниками. Объекты недвижимости, собственники которых в судебном порядке решали вопрос о денежной сумме, сносились в последнюю очередь, соседние дома были снесены раньше и он не могли быть не осведомлены об изъятии. Все эти доводы подтверждают, что все собственники изымаемого имущества были осведомлены об изъятии даже до момента вынесения распоряжения администрацией. Осуществлял выезды и осмотры домов производил фотографирование домов и участков, в том числе с собственниками по адресу <адрес>. Собственник ФИО4 при посещениях указанного адреса на контакт не шла, была настроена критически. При осуществлении работы по подготовке к сносу отделом сноса <адрес> проводилась работа по обходу всех земельных участков. При обходе домов с 2016 года по конец 2017 года, было обнаружено, что на земельном участке по ул <адрес>, <адрес> фактически расположен один одноэтажный деревянный дом 37,3 кв.м. и свалка. Земельный участок по указанному адресу разделен на две части, на одной части до начала 2018 года располагался один жилой дом собственников ФИО84, вторая часть земельного участка заброшенная, заросшая высокой травой, на которой отсутствовали строения и располагалась свалка мусора. В ходе обходов со слов соседей известно, что квартира № № на части участка собственника Свидетель №5 сгорел и заново не строился до января 2018 года. В апреле 2017 года он присутствовал при осмотре дома площадью 37, 3 кв.м. оценщиком ООО <адрес>». В ходе осмотра зафиксировано наличие на участке по <адрес>, одного дома собственника ФИО3. Квартиры № и № на участке не было. На участке присутствовал туалет, других надворных построек на участке не было. Согласно предоставленного ему следователем отчета об оценке рыночной стоимости имущества участка и жилого дома по <адрес> № от 02 мая 2017 года, а также фотографиям на участке расположен жилой дом площадью 37, 3 кв.м. При осмотре присутствовал кто-то из собственников, кто именно не помнит. При осмотре заявлений об утеплении имеющихся холодных пристроев (сеней) собственники не заявляли. Примерно зимой в начале 2018 года при обходе он заметил, что на части участка Свидетель №5 и Свидетель №8 там, где отсутствовали строения и располагалась свалка возведен деревянный отдельно стоящий дом - квартира № №, а квартира № № реконструирована, появилось новое помещение квартира № № тем самым расширилась площадь дома. По предоставленному заключению эксперта <адрес>» № от <дата>, а также фотографии к нему экспертом стоимость объектов определена из материалов дела, так как жилые объекты снесены. На момент подготовки отчета <адрес><адрес>», указанных в экспертизах квартир №, №, увеличенных холодных пристроев к квартире №, и надворных построек на участке не было, площадь увеличена, но не в 2005, 2012 году, как указано в документах. На предоставленной <адрес> видеозаписи изображена территория части участка, где расположены квартиры № № и №, во дворе имеется куча досок, какие-либо надворные постройки на участке отсутствуют. Таким образом, собственниками после запрета возведена квартира №, предоставлены в суд подложные документы, что повлекло увеличение суммы возмещения по решению суда.;

показаниями свидетеля ФИО40, о том, что является начальником отдела бюджетного учета и финансирования <адрес><адрес>. Распоряжением Администрации <адрес> №-арх от <дата> на <адрес> города возложена обязанность обеспечения исполнения Распоряжения Администрации <адрес> №-арх от <дата> «О резервировании земель в створе <адрес> от <адрес> до <адрес>» и осуществление полномочий по изъятию земельных участков для государственных нужд <адрес>. Процедурой изъятия земельных участков для государственных нужд <адрес> занимался отдел сноса МКУ <адрес><адрес>. Для выплаты собственникам денежных средств необходимо подписанное собственниками имущества соглашение об изъятии объектов недвижимого имущества для государственных нужд, в случае вне судебного изъятия. Если же изъятие и выплата установлены судом, то необходимо также решение суда. После подписания соглашения об изъятии отдел сноса <адрес> направляет в отдел бюджетного учета и финансирования Департамент градостроительства администрации <адрес> пакет документов. Основанием для оплаты является соглашение об изъятии, в котором прописаны суммы и расчетные счета для оплаты. Перечисление денежных средств осуществляется непосредственно Управлением Федерального казначейства по <адрес> с расчетного счета <адрес><адрес> ЦБ РФ №, открытого в УФК, расположенного в <адрес>. Если решением суда определены суммы для выплаты за изымаемое имущество, однако не подписано собственником соглашение об изъятии <адрес> направляет в их адрес документы: решение суда, счет на оплату нотариусу, служебная записка о сумме необходимой к перечислению денежных средств именно на счет нотариуса. После чего на указанный счет перечисляются денежные средства в сумме, указанной в служебной записке. Если отделом сноса <адрес>» не предоставлены ни соглашение, ни служебная записка с перечисленными документами, то выплата собственникам не производится.;

показаниями свидетеля ФИО41 о том, что является инженером 1 категории отдела строительного контроля Администрации <адрес><адрес> неоднократно осуществляла выезды на участки, расположенные рядом по адресу <адрес>, которые подлежали изъятию на основании распоряжений администрации и строения на них, вызывали сомнение. При неоднократных выездах на объекты недвижимости, подлежащие изъятию, хорошо запомнила участок по <адрес>, так как длительное время часть участка пустовала и на нем располагалась свалка, а в первой половине 2018 года на месте свалки был возведен одноэтажный дом. По отчету об оценке стоимость объектов недвижимости по <адрес>, подготовленному <адрес>» № от 02 мая 2017 года, а также фотографий, для производства экспертизы <адрес><адрес><адрес>» предоставлены документы на жилой дом – домовладение площадью 67 кв.м. год строительства 1938 год, состоящее из двух жилых домов один дом квартира № № площадью 29, 7, квартира № № площадью 37,3 кв.м. В ходе осмотра оценщиком <адрес>» ФИО28 при выезде установлено наличие и произведена оценка стоимости жилого дома площадью, 37, 3 кв.м. – квартиры № Домовладения площадью 67 кв.м., состоящего из двух домов на участке не обнаружено. На фотографиях в отчете изображена квартира № № и визуально площадь соответствует 37, 3 кв.м. Таким образом, квартир №, № на момент осмотра и оценки не было, квартиры были возведены после произведенной оценки. Известно, что в ходе судебного разбирательства интересы собственников на основании доверенностей представлял Свидетель №4 и ходатайствовал о назначении экспертиз. Согласно фотографий и заключению эксперта <адрес>» квартира № № после подготовки технического плана еще достраивалась, с целью улучшения жилищных условий. В указанной экспертизе зафиксированы надворные постройки, которых нет в отчете об оценке <адрес>», в том числе подвал к квартире №,которого не было в отчете и в плане. По предоставленному заключению эксперта <адрес><адрес>» № от 06 августа 2018 года, а также фотографиям к нему при осмотре присутствовали сотрудники «<адрес> ФИО119. Согласно выводам эксперта, на момент осмотра отсутствовали: дом площадью 37, 3 кв.м.; квартира № № площадью 131, 6 кв.м.; квартира № № площадью 45, 4 кв.м.; на участке обнаружена квартира № площадью 57, 9 кв.м.; земельный участок; обнаружены надворные постройки, В заключении указано, что территория указанная, как квартира № № была расчищена от каких-либо построек и строений, присутствовали остатки строительного мусора, фундамент квартиры № № отсутствовал, что также очевидно на изображениях фотографий эксперта. Объектами капитального строительства являются квартира №, квартира №, подвал квартиры №, так как имеют связь с землей. Объектами некапитального строительства являются квартира № №, летняя кухня, уборная, хозяйственное помещение, заборы и ворота, так как неразрывной связи строений с земельным участком не зафиксировано. На фотографиях к заключению <адрес>» предоставленных изображен участок местности с бетонным фундаментом, на котором располагалась квартира №, кроме того, изображена дверь в квартиру № №, которая отсутствует в техническом плане от 07 ноября 2017 года, что говорит о том, что квартира после составления плана реконструировалась. Судя по фотографиям, пристрой к квартире № № холодный, однако, за счет утепления которого увеличилась площадь до 57,9 кв.м., пристрой на указанных фото холодный, так как крыша с наружи имеет сквозные отверстия, что отчетливо видно на фотографиях. По предоставленному заключению эксперта ООО <адрес>» № от 23 августа 2018 года, экспертом стоимость объектов определена из материалов дела, установлено, что объекты снесены. На момент подготовки отчета <адрес>» указанных во всех экспертизах квартиры № № и № не было на участке, площадь квартиры № увеличена после оценки изымаемого имущества <адрес>, надворные постройки отсутствовали все это произведено, после вынесения распоряжения, ограничивающего в строительстве и расширении объектов, с целью увеличения стоимости возмещения. Возведение квартиры № № зафиксировано на фотографиях, видеозаписях с квадрокоптера, произведенными сотрудниками <адрес>», которые приобщены к материалам уголовного дела. Таким образом, собственниками после запрета реконструирован жилой дом и увеличена площадь до 189,5 кв.м., подготовлены и предоставлены в суд подложные технические документы, что повлекло увеличение суммы возмещения по решению суда.;

показаниями свидетеля ФИО42 о том, что в период с 2014 года до 10 апреля 2018 года работала в должности юрисконсульта первой категории <адрес>», кроме прочего отметила, что Свидетель №4 в каждом случае действовал по наработанной схеме. Поскольку с момента вынесения распоряжений какие-либо регистрационные действия с изымаемыми объектами запрещены, Регпалата отказывает в регистрации реконструкций, возведений, расширений площади объектов и выдаче свидетельств о праве собственности. Свидетель №4 принимал меры для того, чтобы право собственности на объекты были признаны в судебном порядке. В течение какого-то времени после проведения первичной оценки, получения отчета об определении выкупной стоимости изымаемых объектов на земельных участках, подлежащих изъятию, несмотря на ограничение и запрет строительства, производилась неправомерная реконструкция уже имеющихся домов либо строительство новых домов для того, чтобы в дальнейшем провести экспертизу в судебном порядке.;

показаниями свидетеля ФИО43 о том, что является кадастровым инженером в <адрес>». Технический план здания, подготовленный в результате выполнения кадастровых работ, в связи с изменением сведений об общей площади и описании местоположения на земельном участке здания с кадастровым номером №, по адресу <адрес>, заказчика ФИО4, подготовлен 07 ноября 2017 года. Готовила технический план от 07 ноября 2017 года на дом по <адрес> по договору с ФИО85. Выезд на объект осуществляла <дата>. Объект по адресу <адрес> - это домовладение на земельном участке с кадастровым номером № огороженный забором и разделенный им на две части. Одна часть участка и дом принадлежали собственнику ФИО4 Дом состоял из двух отдельно изолированных жилых помещений с отдельными входами площадью 57,9 кв.м. и 131, 6 кв.м. Описание конструктивных элементов произведено со слов присутствующего в доме на момент осмотра незнакомого молодого человека и визуального осмотра. Установлено, что в результате кадастровых работ общая площадь жилого дома увеличилась на 152, 2 кв.м. за счет включения в общую площадь жилого дома утепленного холодного пристроя квартире № № и возведения отдельного изолированного имеющего вход помещения (квартира №) и подвала. Подвал располагался в квартире № №. Квартира № площадью 131, 6 кв. указана молодым человеком как жилое помещение, оно состояло из трех комнат отмеченных на плане 2,3,4, на момент осмотра в квартире № располагалась печка «буржуйка». В квартире № был деревянный пол и ковры на нем, на остальной части комнаты, где располагался подвал, никакого пола не было, а именно была земля, молодой человек сказал, что они осуществляют строительные работы по установке полового покрытия, но живут в данном помещении. В квартире № № стены были обиты старыми досками, обоев не помнит, в одной из комнат располагался диван, в двух других комнатах никакой мебели не было, комнаты были пустые. При осмотре, присутствующий молодой человек говорил об утеплении холодных пристроев квартиры № в 2005 году, пристрои были старые с толстыми стенами, признаков утепления стен не видела, но по ощущениям в пристроях было тепло, возможно, стояли электрические обогреватели. Квартира № имела два входа через пристрои. Утепленные пристрои к квартире № в плане указаны как коридоры. За счет утепления пристроев увеличилась общая площадь квартиры. Год переоборудования квартиры № указан 2012 также со слов молодого человека. Так как, обязанности только произвести замеры помещения, соответствие строительным нормам помещения не входит в ее компетенцию в данной области, на указанные моменты не обратила внимание, так как определением помещения строительным, пожарным и санитарным нормам занимаются другие специалисты. Согласно отчету об оценке <адрес>» от 02 мая 2017 года, оценщиком при выезде осмотрен и оценен один дом, квартира № площадью 37, 3 кв.м. (без пристроев). То есть дома с двумя квартирами №, № на момент подготовки отчета не было, а 01 ноября 2017 года при ее выезде указанные квартиры присутствовали. Согласно заключению оценочной экспертизы <адрес>» определена стоимость квартир №, площадью 45, 4 кв.м., № общей площадью 57, 9 кв.м., №, площадью 131, 6 кв.м. Она осматривала при выезде квартиру № № и №, однако присутствующий в заключении санузел на момент ее осмотра отсутствовал, также в отчете об оценке <адрес>» в доме не было водоснабжения. В заключении на фотографиях изображено, что из квартиры № № в квартиру № № имеется вход, отсутствующий в плане и при ее осмотре. Согласно фотографий в заключение эксперта квартира № № после подготовки ею плана еще достраивалась, так как в заключении эксперта изображено больше помещений и сан.узел с ванной. Кроме того, в указанной экспертизе присутствуют надворные постройки, которых нет в отчете об оценке <адрес>», в том числе подвал к квартире №, которого на момент ее осмотра нет и в плане не указан. Согласно заключению строительно-оценочной экспертизы <адрес> № от 06 августа 2018 года, а также фотографии к нему на момент осмотра отсутствовал дом площадью 37, 3 кв.м., квартира № площадью 131, 6 кв.м. отсутствовала. В указанной экспертизе присутствует также подвал к квартире № и надворные постройки, которых не было в отчете <адрес>». Указанных в экспертизах надворных построек он при выезде 01 ноября 2017 года не видела. На фотографиях к заключению <адрес> предоставленных следователем в электронном виде на участке по <адрес> присутствует Свидетель №4 По заключению эксперта <адрес><адрес>» экспертом стоимость объектов определена по материалам дела, так как строения на участке отсутствовали. По предоставленным в ходе допроса фото и видеозаписям от 31 января 2018 года, 10 февраля 2018 года, 13 февраля 2018 года пояснила, что в соответствии с техническими планами на территории части участка расположены квартиры №№, № Имеющейся на записях квартиры № № в виде отдельно стоящего дома по <адрес> при ее выезде 01 ноября 2017 года не было.;

показаниями свидетеля ФИО44 о том, что она является кадастровым инженером. Осенью примерно в ноябре 2017 года на сотовый номер телефона позвонил ранее не знакомый Свидетель №4, который представился доверенным лицом собственников дома по адресу <адрес>, просил подготовить технический план указанного объекта. Для подготовки плана ФИО85 предоставил копии технического паспорта, правоустанавливающих документов на объект недвижимости отдельный жилой дом - квартиры № № собственниками которых являлись Свидетель №8, Свидетель №5 Со слов ФИО85 технический план необходим для прекращения долевой собственности на домовладение. Согласно предоставленным Свидетель №4 техническим документам по указанному адресу располагались: два отдельно стоящих дома квартира № № площадью 29, 7 кв.м., квартира № № общей площадью 37, 3 кв.м., являющихся домовладением общей площадью 67 кв.м. Участок на котором расположено домовладение разделен ограждением на две части. Для подготовки технического плана выезжала по адресу дважды: 22 ноября 2017 года, дату второго выезда не помнит. По результатам второго выезда подготовила технический план на жилой дом квартиру №, площадью 45, 4 кв.м., 1938 год строительства указан из технического паспорта и со слов заказчика - представителя собственников Свидетель №4, дату в котором оставила 22 ноября 2017 года. По предоставленному на обозрение техническому плану от 22 ноября 2017 года, пояснила, что составила его на объект квартиру № № по адресу <адрес> передала Свидетель №4;

показаниями свидетеля ФИО45, являющейся начальником отдела бюджетного учета, отчетности, исполнения бюджета <адрес>, свидетеля ФИО46, являющейся руководителем контрольно-ревизионного сектора отдела контрольно-надзорной и разрешительной работы <адрес>, показавших о выплатах и соответствующих законодательных актах по изъятым землям, с указанием расчетных счетов, свидетель ФИО120 также показала, что при проверке выплат именно по судебным решениям у контрольно-ревизионного сектора возникли вопросы и сомнения о правомерности выплат. Так как при проверках в судебных решениях стоимость изымаемых объектов в несколько раз значительно превышала первоначальную оценку, согласно отчетам об оценке, проведенных оценочными организациями. Все судебные решения были приняты в пользу собственников, изымаемого имущества с наивысшей оценочной стоимостью. <адрес> при изъятии и в судебных процессах участия не принимали. Известно, что департаментом градостроительства были направлены заявления в правоохранительные органы по фактам мошеннических действий и причинении бюджету <адрес> материального ущерба.;

показаниями свидетеля Свидетель №5 о том, что в период с 1984 года до момента сноса периодически проживал в жилом доме по адресу: <адрес>, который был приобретен по договору купли-продажи от 19 июня 1984 года у ФИО47 Согласно данному договору приобрел 5/11 доли домовладения в виде отдельно стоящего жилого одноэтажного бревенчатого дома жилой площадью 45 кв.м., расположенного на участке земли площадью 822 кв.м., дом стоял на части участка площадью 380 кв.м. Земельный участок был огорожен забором, на дугой части находился участок и жилой дом собственников ФИО66 и се семьи. ФИО66 после него приобрела 6/11 долей, также в виде отдельно стоящего жилого дома и части участка. 15 мая 2008 года по договору дарения безвозмездно подарил Свидетель №8, с которой проживал в гражданском браке, 2/11 доли одноэтажного жилого дома. В конце 2010 года дом подожгли, часть дома сгорела провалилась крыша до пола. В июне 2017 года позвонила ФИО66 и сказала, что администрация изымает участки для государственных нужд, пояснила, что наняла юриста Свидетель №4 для оказания помощи при изъятии, подготовке документов для получения денежной выплаты, и так как у них (Свидетель №5 и ФИО84) не размежеван участок, необходимо, чтобы и его интересы представлял тот же юрист. На момент обращения к ФИО85 на участке фактически присутствовал один фундамент, стен и крыши у дома не было. В 2018 году узнал, что на части его участка возведен и построен жилой дом, ФИО85 сказал, что так надо. 25 и 26 июля 2018 года на части его участка были снесены забор, возведенный ФИО85, дом был снесен, им (Свидетель №5) были по данному факту поданы заявления в полицию. Свидетель №4 предоставил ему решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 30 августа 2018 года, в котором было указано, что признано право собственности на возведенный им жилой дом, как квартиры № №, площадью 45, 4 кв.м., земельный участок и жилой дом будет изъят после выплаты денежной компенсации. Компенсация до настоящего времени не выплачена. После получения от Свидетель №4 какого-то решения суда <адрес>, уже не помнит, какого именно, он увидел, что у изымаемого имущества ФИО66, а именно жилого дома площадь составила около 189 кв.м., вместо 40 кв.м., что не соответствовало действительности, он понял, что имеет отношение к площади ее дома, у него возникли сомнения в законности действий ФИО85. Он фактически отказался от его услуг, воспользовался услугами других юристов. Доверился ФИО85, какие оформлены документы не знал, какие документы предоставлял в суд ФИО85 также не знал, ФИО85 не отчитывался о ходе своих действий, с ним оговаривался только результат. ФИО85 не уведомлял его (Свидетель №5), в какие организации обращался при представительстве интересов в суде. При производстве оценки администрацией <адрес> не присутствовал, об осмотре оценщиком не уведомлялся. Присутствовал при производстве осмотра и определения стоимости имущества на участке после сноса дома и забора. После вступления решений Октябрьского районного суда <адрес>вого суда в законную силу за выплатой компенсации за изымаемое имущество никуда не обращался, то есть не предпринимал никаких действий для получения денег. Соглашение об изъятии объектов недвижимого имущества для государственных нужд не получал.;

показаниями свидетеля ФИО28, о том, что является оценщиком <адрес>», показала относительно земельного участка с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, и о проведенном осмотре. При производстве визуального осмотра установлено, что на земельном участке по указанному адресу расположен один жилой дом квартира № № общей площадью 37,3 кв.м., а не домовладение из двух домов площадью 67 кв.м. На момент осмотра квартира № состояла из трех комнат и кухни, имелись три холодных пристроя, помещения вспомогательного назначения, площадь которых не была включена в общую площадь. Признаков утепления пристроев не заметила. При осмотре жилого дома квартиры № присутствовал кто-то из собственников. Присутствующий при осмотре собственник никаких заявлений об увеличенной площади дома не делал, об утеплении холодных пристроев заявлений не делал, так же не говорил о подготовке каких-либо технических документов. Рассчитала стоимость одного дома и земельного участка, фактически имеющихся на момент осмотра, на всех собственников согласно их долям в правоустанавливающих документах, а именно ФИО4- 1 230 266, 29 рублей, ФИО2 – 205 056, 18 рублей, ФИО124 - 205 056, 18 рублей, ФИО122 М.Р. – 205 056, 16 рублей, ФИО123 - 205 056, 18 рублей, ФИО48 - 205 056, 18 рублей, ФИО125 - 205 056, 18 рублей, Свидетель №5 – 1 230 266, 29 рублей, Свидетель №8 – 820 130, 34 рублей. В соответствии с представленным техническим планом жилого дома по <адрес>, от 07 ноября 2017 года, он подготовлен в результате кадастровых работ, в связи с увеличением площади жилого дома на 152, 2 кв.м. до 189, 5 кв.м., а именно за счет включения площади утепленных пристроев, в площадь квартиры № №, которая увеличилась с 37, 3 кв.м. до 57, 9 кв.м., с указанием года переоборудования 2005 год, а также возведения квартиры № № с подвалом (литер А3 и А4) площадью 131, 6 кв.м. с указанием года переоборудования 2012 год. При производстве осмотра в апреле 2017 года присутствовали холодные пристрои, признаков их утепления не заметила, собственник, присутствующий при осмотре об утеплении холодных пристроев не заявлял, технические документы не предоставил. Квартиры № по указанному адресу на момент осмотра в апреле 2017 года не было. В результате переоборудования согласно плану, общая площадь жилого дома с учетом утепленных пристроев составила 189, 5 кв.м. На момент осмотра в апреле 2017 года такого большого дома на земельном участке по <адрес>/партизанская, 132/41 с квартирой №, площадью 131,6 кв.м. не было, поэтому на фотографиях при производстве отчета квартиры № № нет. По предоставленным в ходе допроса фото и видеозаписям, предоставленным <адрес><адрес> «<адрес>» пояснила, что изображенных жилого дома - квартиры № № и пристроя квартиры № № на момент ее выезда по указанному адресу не было. На предоставленных записях изображены указанные квартиры имеют вид свежих построек. По предоставленным в ходе допроса фотоизображениям, предоставленным <адрес><адрес>» пояснила, что фотографии произведены в день осмотра 20 апреля 2017 года. В последствии от ФИО25 стало известно, что собственники осуществили постройку на участке нового дома. По предоставленному заключению эксперта ООО <адрес>» № от 10 мая 2018 года пояснила, что на фотографиях изображены внешний вид дома и квартир № и №, в которых много помещений, которые отсутствовали на момент ее осмотра в апреле 2017. На фотографиях помещений нет обогревательных приборов и никакого отопления. Кроме того, из надворных построек на момент выезда зафиксирован только туалет. По предоставленному заключению эксперта ООО «<адрес>» № от 06 августа 2018 года пояснила, что объектами капитального строительства являются квартира № №, квартира № №, так как имеется неразрывная связь с землей, то есть фундамент. Объектами не капитального строительства являются квартира № №, летняя кухня, туалет, хозяйственное помещение, ограждения, ворота, неразрывной связи с земельным участком не зафиксировано. Несмотря на то, что квартиры № № не было фактически, о неразрывной связи с землей видимо свидетельствовал фундамент, который присутствует и на ее фотографиях. Таким образом, сумма возмещения за изъятие имущества увеличилась за счет возведения квартир № и №, фактически отсутствующих на момент осмотра в апреле 2017 года, хотя в технической документации указано их возведение в 1938 и 2012 годах.;

показаниями свидетеля ФИО57 о том, что имеет специальность архитектора. По предоставленному техническому плану жилого дома по <адрес> показала, что план подготовлен на жилой одноэтажный дом с кадастровым номером №, расположен на участке с кадастровым номером №, год завершения строительства 1956 года, состоящий из квартиры № площадью 57, 9 кв.м., квартиры № № – 131,6 кв.м., общей площадью 189,5 кв.м. Технический план подготовлен в результате кадастровых работ, в связи с увеличением площади жилого дома на 152, 2 кв.м. за счет включения в общую площадь 37, 3 кв.м. жилого дома утепленного пристроя к квартире № в результате чего площадь увеличилась до 57,9 кв.м. и возведения квартиры № площадью 131, 6 кв.м. и подвала в нем, в результате чего площадь всего дома увеличилась до 189, 5 кв.м. Утепление пристроев зафиксировано из технического плана, на признаки утепления не обращала внимание. Год переоборудования квартиры № указан 2005, год возведения квартиры № - 2012 год. По предоставленному в ходе допроса техническому заключению <адрес>» шифр: 285-17 от 15 ноября 2017 года по результатам обследования технического состояния строительных конструкций жилого дома, расположенного по адресу <адрес>, общей площадью 189, 5 кв.м., пояснила, что для подготовки заключения Свидетель №4 предоставлял копию технического плана от 07 ноября 2017 года. Заказчиком предоставленного заключения являлся Свидетель №4, собственник ФИО4 ей незнакома. Так как, Свидетель №4 просил подготовить технические заключения очень срочно, не доверять кадастровому инженеру не было оснований и возможно на указанный адрес, не выезжала. Возможно, о состоянии внутренней отделки и конструктивных элементах пояснил и предоставлял фотографии Свидетель №4, характеристики конструктивных элементов указала из технического плана и согласно предоставленной Свидетель №4 информации. Согласно информации, предоставленной Свидетель №4, строение имело вид старой постройки и не возникло сомнений о годе возведения постройки. На данный адрес, скорее всего не выезжала, могла подготовить заключение без выезда, по предоставленным ФИО85 фотографиям дома изнутри и снаружи.;

показаниями свидетеля ФИО59, о том, что является врачом по общей гигиене в <адрес> которое осуществляет деятельность по обследованию объектов и дачи заключений о соответствии государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам. Экспертное заключение № от 20 ноября 2017 года о соответствии государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам жилого <адрес>, подготовлено им, заказчиком являлся Свидетель №4 по доверенности собственников. Для подготовки заключения выезжал с <дата> по <дата> для проведения натурного обследования. Установлено, что жилые дома соответствуют государственным санитарно-эпидемеологическим правилам и нормам. Технические характеристики указаны в заключениях на основании предоставленных Свидетель №4 технических документов. На момент осмотра дом имел подвал. Присутствовал централизованный водопровод, визуально обнаружены на кухне раковина и кран. Кран не включал, наличие воды не проверял, наличие слива в раковине не проверял, так как производил визуальный осмотр. Установлено наличие печного отопления, центрального электроснабжения подключение к центральным сетям. Туалет (дворовая уборная) располагался на участке в 10 метрах от осмотренного жилого дома.;

показаниями свидетеля ФИО60, о том, что является директором <адрес> которое занимается, в том числе осуществлением обследований помещений на предмет соответствия пожарной безопасности и подготовкой соответствующих заключений. Для ФИО85 готовил около 10 заключений. Заключение о соответствии объекта <адрес>, требованиям пожарной безопасности от <дата> № подготовил он, заказчиком являлся Свидетель №4, с собственниками не встречался. До обследования и подготовки заключения № от <дата> объекта по адресу <адрес>, ФИО85 ему были переданы заявления ФИО4, копии технического плана здания от <дата>, копия технического заключения по результатам обследования технического состояния строительных конструкций здания от <дата>, свидетельство о государственной регистрации права собственности от <дата> №. При выезде измерения площади объекта не производились, так как не является задачей, площадь помещений использовал из технического плана. Заключение подготовлено <дата>, фактический выезд осуществлен примерно за несколько дней до подготовки письменного заключения, выезда на указанный объект примерно в период с <дата> по <дата>. В заключении о соответствии пожарным нормам и правилам ставил подписи от имени знакомого ФИО61 По предъявленной в ходе допроса видеозаписи объектов недвижимости по <адрес>, предоставленной МКУ <адрес> «УКС», пояснил, что на видеозаписи в <адрес>, имеется разобранная крыша и отсутствует печная труба и электрические сети, на момент выезда указанные коммуникации присутствовали. По предъявленным стенограммам и фонограммам разговоров с Свидетель №4 о направлении на почту Свидетель №4 документов, данных заказчиков, заключений на проверку последнему, выяснении года подготовки документов, пояснил, что обращался к Свидетель №4 о предоставлении данных клиентов для уточнения. В ходе разговора уточнял у ФИО85 год подготовки заключения, так как выезды на осмотр объектов осуществлен ранее в 2017 году, а необходимость в заключениях возникла позже в 2018 году. По просьбе Свидетель №4 он в заключениях поставил 2018 год, в каких именно заключениях не помнит.;

показаниями свидетеля Свидетель №7, о том, что с 2015 по ноябрь 2018 год работала в <адрес>» в должности директора и оценщика имущества. На основании определения Октябрьского районного суда <адрес> от <дата> проведена оценочная экспертиза с целью определения рыночной стоимости объектов недвижимости, расположенных по адресу: <адрес>: жилого дома, общей площадью 37, 3 кв.м.; квартиры №, общей площадью 57,9 кв.м., и квартиры № (общей площадью 131,6 кв.м.); квартиры № общей площадью 45,4 кв.м.; земельного участка с кадастровым номером №, площадью 821,3 кв.м. с учетом плодово-ягодных насаждений, деревьев, кустарников и многолетних; стоимость надворных построек, вспомогательных помещений пропорционально долям в праве собственности для каждого собственника, а также размер расходов, связанных с изъятием указанных объектов недвижимости с учетом доли каждого собственника. На экспертизу было предоставлено гражданское дело. При производстве экспертизы изучены правоустанавливающие и технические документы. 21 августа 2018 года в рамках проведения экспертизы на основании определения суда произведен выезд для осмотра участка по адресу <адрес>, доступ к объекту экспертизы обеспечен, в том числе ответчиками (собственниками) ФИО4, Свидетель №5 Кроме того, на участке присутствовал Свидетель №4, который ранее представлял интересы Свидетель №5, однако, потом никакого процессуального статуса Свидетель №4 не имел, поэтому она его не внесла в число присутствующих на осмотре. При визуальном осмотре установлено: на момент проведения экспертизы жилые строения снесены, ограждения земельного участка также отсутствуют, рядом работает спецтехника. На участке на момент осмотра имелись хозяйственные постройки – туалет, сарай (дровяник), а также небольшой фрагмент забора, и часть демонтированного фундамента ворот (со слов ответчиков). Проведено фотографирование. Учитывая, что на момент проведения экспертизы на вышеуказанном участке уже были проведены работы по сносу, и нельзя было достоверно зафиксировать, какие именно изменения проводились по улучшению дома, экспертиза проводилась по материалам судебного дела. После осмотра в период с 21 августа 2018 года по 23 августа 2018 года производились расчеты стоимости и составление заключения эксперта ООО <адрес><адрес>» № от 23 августа 2018 года, которое передано в Октябрьский районный суд <адрес>.;

показаниями свидетеля ФИО49, о том, что в период с января 2017 года примерно по сентябрь 2018 года осуществлял работы по сносу домов и очистке территории в районе строительства развязки 4-го моста в створе <адрес> от <адрес> до <адрес> пояснил, что участок расположен на углу улиц <адрес> и был разделен на две части забором. Примерно до конца 2017 - начала 2018 года на участке присутствовал только один дом с номером № по <адрес> части огороженного участка на углу, ближе к <адрес> с января 2017 года с начала осуществления им работ по сносу в районе «Николаевский» дома не было. На каждый объект, подлежащий сносу, выдавались документы на физический снос с указанием объектов для сноса, а адрес <адрес> был указан как подлежащий очистке территории от мусора. Примерно в мае 2018 года, приехав по указанному адресу для предварительной оценки работы, на участке обнаружил строение, обшитое выгонкой, на окнах имелись старые ставни и он обратил внимание на трубу на крыше. Также обратил на дом внимание, так как ранее на данном участке отсутствовал какие-либо строения. Так как было известно, что согласно распоряжению администрации строительство на участках, где производится снос домов, запрещено и понял, что на участке по <адрес>, появилось самовольное строение для получения выплаты в большей сумме. Собственник строения на момент предварительного осмотра не было, внутрь дома на тот момент не попал. Работы по физическому сносу дома и по очистке участка местности от мусора отличается по стоимости. Для подтверждения о наличии строения на участке произвел фотографирование объекта, которые приобщил к материалам уголовного дела. Первые попытки очистки территории по <адрес>, были в июле 2018 года, на грузовом автомобиле подъехал к самовольной постройке по <адрес>, из <адрес> вышла женщина и спросила о сносе строения и предупредила, что сейчас приедет собственник, очистку территории он не произвел так как понял, что это спорный объект и необходимы представители администрации, <адрес> и <адрес>». Фактически очистку территорию снос указанного самовольного строения произвел в августе 2018 года. Перед сносом строения зашел внутрь, чтобы убедится в отсутствии живых существ, людей и ценного имущества, в строении не было никаких предметов обстановки, мебели, материал стен не помнит. В комнате была маленькая печка типа «буржуйка» с подвешанной к потолку трубой, которая не доставала до самой печки, труба была просто выведена в крышу, для создания видимости присутствия отопления. После осмотра строения и на грузовом автомобиле, снабженным ковшом, осуществил снос строения, а именно привел в негодное состояние, разломав на части. При работе техникой снос происходил легко, так как, задев строение ковшом, оно развалилось сразу, в разломанных частях присутствовали обыкновенные доски на вид они были светлого цвета, видно, что постройка свежая.;

показаниями свидетеля ФИО50, о том, что является главным инженером <адрес>», запомнил дом по адресу <адрес>, так на части участка не было строений, там был фундамент сгоревшего дома. Кроме того, документы предоставлены на очистку территории, а не на снос. Работы по физическому сносу дома и по очистке участка местности от мусора отличается по стоимости. Позже на данном участке примерно в начале 2018 года возникло строение, в виде «бутафории», не пригодное для проживания, не капитальное строение.;

показаниями свидетеля ФИО51, о том, что в 2015 году познакомился с председателем <адрес><адрес>» Свидетель №4 Весной 2017 года Свидетель №4 предложил поработать за денежное вознаграждение по разбору жилых домов в районе «Николаевки» вместе со знакомым по имени ФИО126 так как они подпадали под снос в связи с застройкой дороги. Свидетель №4 оплачивал его работу всегда частями и разными суммами. Участвовал при разборе дома по <адрес> в районе «Николаевки», также участвовали еще лица таджикской национальности, среди который был молодой человек, которого называли «ФИО127», который был помощником Свидетель №4 После разбора дома пиломатериал погрузили на автомобиль брата ФИО52, часть которого перевезли на соседний участок, часть на участок по <адрес> в районе «Николаевки». Пиломатериал был привезен для возведения построек по указанию Свидетель №4 на данных участках, которые также подпадали под снос. На другом участке по указанию Свидетель №4 из пиломатериала построили одноэтажный дом. На участке по <адрес> построили пристройку к бане и второй этаж. Все возведенные постройки были из старых досок, разобранных домов без фундамента, не являлись капитальными. Со слов Свидетель №4 понял, что указанные некапитальные постройки пристраивались для дальнейшего выкупа по более дорогой цене.;

показаниями свидетелей Свидетель №12, Свидетель №13, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №14, Свидетель №17, Свидетель №19, Свидетель №20, Свидетель №18, ФИО53, Свидетель №3, Свидетель №1, и других, указанных в приговоре, являющихся собственниками имущества, которое изымалось для государственных нужд, показавших об общении с Свидетель №4, который предлагал представлять по доверенности интересы в суде, также возвести дополнительное строение на участке, оценить его и получить за изымаемое для государственных нужд имущество больше денежных средств, ряд свидетелей показали, что видели как на некоторых участках шло строительство зданий, для строительства подвозили старые доски.;

письменными материалами уголовного дела: выписками из Единого государственного реестра объектов капитального строительства от 19 марта 2007 года, от 02 августа 2017 года; распоряжениями Администрации <адрес> №-арх от 22 августа 2016 года «Об изъятии земельных участков и объектов недвижимости в створе <адрес> от <адрес> до <адрес>», №-арх от <дата>, «О внесении изменений в распоряжение администрации города от <дата>» №-арх зарезервирован для государственных нужд в целях строительства и ограничены в возведении, расширении и реконструкции жилых, производственных, культурно-бытовых и иных зданий, строений, сооружений права собственников земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №; копией соглашения об изъятии объектов недвижимого имущества для государственных нужд между МО <адрес> в лице администрации <адрес> и ФИО3 ФИО6, от <дата> об изъятии на основании распоряжения администрации <адрес> от <дата> №-арх земельного участка с кадастровым номером №, жилого помещения с кадастровым номером с кадастровым номером № по <адрес>, в целях строительства автомобильной дороги и о предоставлении возмещения в размере 1 230 266 рублей 29 копеек, не подписанное последней; копиями соглашений об изъятии объектов недвижимого имущества для государственных нужд между МО <адрес> в лице администрации <адрес> и ФИО128 ФИО1, ФИО129, ФИО131 действующего за себя и несовершеннолетнего ребенка ФИО1, ФИО3 ФИО11 ФИО16, ФИО2; копией заключения эксперта № ООО «<адрес><адрес> от <дата>; копией решения Октябрьского районного суда <адрес> от <дата>; копиями соглашений об изъятии объектов нежилого имущества для государственных нужд между МО <адрес> в лице администрации <адрес> и ФИО132, от 2018 года, ФИО133, ФИО135 ФИО136 ФИО138ФИО137 действующего за себя и несовершеннолетнего ребенка ФИО1, ФИО139 ФИО11 ФИО16, ФИО2, в лице ФИО66; платежными поручениями Министерства транспорта <адрес>, подтверждающие выделение субвенций на осуществление государственных полномочий на резервирование земель, по изъятию земельных участков и (или) расположенных на них объектов недвижимого имущества для государственных нужд Красноярского края; протоколами выемки от 13 февраля 2019 года, от 15 августа 2019 года, от 23 апреля 2019 года, от 20 сентября 2019 года; копией договора № ФЭО от 17 ноября 2017 года между <адрес>» и Свидетель №4; заключением эксперта № от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; протоколом осмотра предметов от <дата>; протоколом осмотра предметов от <дата>; ответом директора ООО <адрес> ФИО25; фотографиями дома и земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, произведенные сотрудником МКУ <адрес><адрес>»; протоколом обыска от <дата>, по месту проживания Свидетель №4 по <адрес>; протоколом осмотра предметов от <дата>; протоколом осмотра предметов (документов) от <дата> с фототаблицей к нему - товарных и кассовых чеков на приобретение строительных материалов, а также канцелярских товаров, приборов, инструментов за 2010-2018 года; нормативных документов, распоряжений; протоколом дополнительного осмотра предметов (документов) от <дата>; заключениями эксперта № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>; протоколом осмотра предметов (документов) от <дата>; протоколом осмотра предметов (документов) от <дата>; протоколом осмотра предметов (документов) от <дата>; результатами оперативно-розыскных мероприятий от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; справкой - меморандум о результатах оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных переговоров»; результатами оперативно-розыскного мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи» от <дата>; стенограммами аудиозаписей разговоров Свидетель №4; протоколом осмотра предметов от <дата>; заключениями экспертов № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>; протоколами предъявления лица для опознания по фотографии от <дата>, от <дата>; протоколом выемки от <дата>; заключением эксперта № от <дата>; протоколом осмотра предметов (документов) от <дата> - оптического диска; протоколом осмотра предметов от <дата> - результатов ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров»; заключением эксперта № от <дата>; протоколами осмотра предметов (документов) от <дата>, от <дата>; результатами оперативно-розыскного мероприятия «Наведение справок», согласно которому в Октябрьском районном суде <адрес> получены копии материалов гражданского дела № в 5 томах, являющиеся приложением к уголовному делу.

Изложенные в приговоре показания представителей потерпевших и свидетелей обвинения основаны на достоверных фактах, данные показания согласуются между собой, относятся к событиям, имеющим значение для дела, являются допустимыми, оснований полагать о какой-либо заинтересованности в исходе дела представителей потерпевших и свидетелей, оговоре осужденной, не имеется.

Суд первой инстанции удостоверился в том, что оснований оговаривать осужденную и сообщать суду ложные сведения об известных по делу обстоятельствах, представители потерпевшего, свидетели не имели.

Из материалов уголовного дела следует, что допросы свидетелей проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона. Допрашиваемые лица сообщили об обстоятельствах, относящихся к уголовному делу, и источники своей осведомленности, участникам уголовного судопроизводства предоставлялись равные возможности при допросах участников процесса, в том числе в доведении до сведения суда своей позиции по вопросам допустимости, относимости и достоверности сообщенных ими сведений.

Содержание показаний представителей потерпевших, свидетелей, в том числе свидетелей защиты, и других, письменных доказательств подробно изложены в приговоре и, вопреки доводам апелляционных жалоб, им дана надлежащая оценка.

С учетом изложенного, не может судебная коллегия согласиться с доводами жалоб о том, что положенные в основу приговора доказательства содержат противоречия, которые не были устранены, либо которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности осужденной.

Суд первой инстанции с соблюдением требований ст. 73 УПК РФ, ст. 85 УПК РФ, ст. 87 УПК РФ, ст. 88 УПК РФ проверил представленные доказательства, дал им оценку, привел мотивы принятых решений и пришел к выводу о виновности ФИО3.

Доводы апелляционной жалобы о невиновности, о наличии доказательств защиты, в том числе, показаний свидетелей ФИО33, ФИО140, фотоснимка из сети Интернет Гугл о нахождении на земельном участке туалета, забора с калиткой, летнего трубопровода, ямы для автомобилей, фундамента в виде бетонной плиты, подвала под домом, заключения экспертизы № от 23.03.2018г., сводятся в целом к несогласию с приведенными судом доказательствами, с их оценкой, и в целом являются несостоятельными.

При этом судом первой инстанции данные доводы, которые осужденная и адвокат приводят в жалобах, о невиновности в совершении преступления, мотивированно отвергнуты. Судом в приговоре подробно приведены показания свидетелей ФИО34, ФИО33, ФИО1, ФИО24, и другие, которые оценены в совокупности с другими доказательствами по делу. Оснований не согласиться с оценкой суда судебная коллегия не находит и доводы, изложенные в жалобе, таковыми не являются.

Приведенные в апелляционных жалобах стороны защиты доводы о несогласии с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, не могут являться основанием для отмены или изменения приговора.

Осужденная и адвокат также в жалобах приводят показания свидетелей Свидетель №6, Свидетель №22, ФИО141, заключение экспертизы №, в том числе указанные судом в приговоре, анализируя их, делая собственные выводы относительно обстоятельств указанных в письменных документах, указывая о том, что виновность осужденной не подтверждена.

Вместе с тем, заявители в жалобах приводят данные доказательства в определенной части, однако судом в приговоре приведены и оценены письменные доказательства по делу, показания свидетелей в совокупности и сделаны правильные выводы относительно обстоятельств преступления и преступных действий осужденной.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии с оценкой показаний свидетелей защиты и представленных защитой доказательств, в том числе, относительно, изложенных в жалобах утверждений о долях домовладения, о доли в размере 6/22, других шести лиц 1/22, а не 1/7, как указывает потерпевшая сторона, о необходимости включения в размер компенсации наличие пристроев жилого помещения и соответственно неправильной определении площади квартиры, судебная коллегия находит необоснованными.

В целом доводы осужденной и адвоката о неправильном определении площади дома и доли ФИО3 во всем имуществе, о необходимости учёта иных построек при расчете размера компенсации, о возмещении иных расходов в сумме 193350 руб. в обязательном порядке, о не определении из чего складывается сумма ущерба, сводятся к несогласию с установленными следствием и судом обстоятельствами преступления, с размером ущерба, которые судебная коллегия не принимает, как противоречащие совокупности приведенных судом доказательств.

Так, из вышеизложенных показаний представителей потерпевшего в целом следует, что жилые (нежилые) объекты недвижимого имущества, в том числе, по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № были изъяты для государственных нужд <адрес>, на <адрес>» возложена обязанность по обеспечению проведения рыночной оценки изымаемых земельных участков и жилых помещений, представление документов, связанных с изъятием земельных участков и жилых помещений, на рассмотрение комиссии по определению размера возмещения при изъятии земельных участков и расположенных на них объектов недвижимого имущества, осуществления переговоров с правообладателями изымаемых земельных участков и жилых помещений относительно условий их изъятия. В ходе проверок проверялись финансовые документы, платежные поручения о перечислении денежных средств каждому собственнику изымаемого имущества, сверялась каждая сумма в платежном поручении с отчетами об оценке объектов недвижимости и заключенным с гражданами соглашением, в случае выплаты денежных средств по судебным решениям, сумма в платежном поручении сверялась с суммой в решениях судов. При проверке выплат именно по судебным решениям у контрольно-ревизионного сектора возникли вопросы и сомнения о правомерности выплат, так как при проверках в судебных решениях стоимость изымаемых объектов в несколько раз значительно превышала первоначальную оценку, согласно отчетам об оценке, проведенных оценочными организациями. Все судебные решения были приняты в пользу собственников, изымаемого имущества с наивысшей оценочной стоимостью. Департаментом градостроительства были направлены заявления в правоохранительные органы по фактам мошеннических действий и причинении бюджету <адрес> материального ущерба.

Также представитель потерпевшего <адрес>» ФИО29 показала о процедуре изъятия земельных участков, в том числе земельного участка с кадастровым номером №, расположенным по <адрес>, его собственниками являлись Свидетель №5, Свидетель №8, ФИО2, ФИО66, ФИО33, ФИО34,. ФИО1, ФИО1, ФИО1 На указанном земельном участке до 09 августа 2017 года располагалось домовладение в виде двух отдельно стоящих жилых домов, проведена оценка и представлен ООО <адрес> расчет, в ходе которого путем визуального осмотра установлено наличие на земельном участке только одного жилого дома, площадью 37, 3 кв. м. (квартира № №), стоимостью 1 455 000 рублей, стоимость земельного участка, площадью 821, 3 кв.м., определена в размере 2 820 000 рублей, расходы, связанные с изъятием, на сумму 236 000 рублей, которые распределили согласно долям всех собственников, ФИО4 определена сумма в размере 1 230 266 рублей 29 копеек. В ходе судебного разбирательства представителем собственников являлся Свидетель №4, также присутствовала и сама ФИО4, утверждавшая о площади квартиры № в размере 57,9 квадратных метров, 2005 года постройки, и квартиры №, площадью 131, 6 кв.м., появившейся в 2012 году, просила признать за ней и другими право собственности на данные строения. При проведении осмотра специалистами отдела сноса и <адрес>» изменения в строениях отсутствовали, а именно теплый пристрой, на который указывала ФИО4, имел сквозные дырки, было видно, что он собран «наспех». Свидетель №4 просил оценить стоимость всех зданий, строений сооружений, пристройки к жилому дому, септик, туалет, сарай, теплицы, центральный водопровод, а также убытки, однако, фактически, указанное им отсутствовало, о них не было указано в отчете <адрес>». Решением суда определена стоимость квартиры № № и № в размере 5 313 000 рублей, а также стоимость убытков, хозяйственных построек. Согласно долям семье ФИО4 итоговая сумма выплачена в размере 8 145 487, 20 рублей.

Согласно выпискам ЕГРН на земельный участок и здание от 21 апреля 2017 года и 02 августа 2017 года, свидетельствам о государственной регистрации прав собственности <адрес>, собственниками земельного участка с кадастровым номером № общей площадью 821, 3 кв.м., а также расположенного на нем домовладения в виде двух жилых домов, общей площадью 67 кв.м. с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, на праве общедолевой собственности являлись Свидетель №5 - 3/11 доли, Свидетель №8 – 2/11 доли, ФИО2 - 1/22 доли, ФИО4 - 6/22 доли и ее родственники: ФИО142) - 1/22 доли, ФИО143 - 1/22 доли, ФИО144 по 1/22 долей каждого.

Согласно отчету об оценке <адрес> определена стоимость общедолевой собственности земельного участка площадью 821, 3 кв.м. и дома площадью 37, 3 кв.м. на дату оценки <дата>. Оценщик ФИО145 показала, что был обнаружен только один дом (квартира № № принадлежащий семье ФИО84, площадью, 37, 3 кв.м. Домовладения площадью 67 кв.м в виде двух жилых домов на участке не было. Для производства оценки в <адрес>» представлены выписки из ЕГРН и ЕГРОКС, выданные ФИО4, копии свидетельств на имя ФИО146 и ФИО2. Поэтому обнаружен и оценен только один дом (квартира № площадью, 37, 3 кв.м., принадлежащий ФИО4 и членам ее семьи. На фотографиях, содержащихся в отчете <адрес> «<адрес>», на участке расположен один жилой дом, одно строение - туалет, иных строений, надворных построек, расположенных на участке (сараев, летней кухни, подвала, иных хозяйственных помещений) не изображено. В суде представитель ФИО147 – ФИО85 заявил иск о выделе в натуре, признании права собственности за ФИО148., ФИО2, ФИО149 а также последнего в интересах несовершеннолетних на квартиру № № с расширенной площадью до 57, 9 кв.м., признании права собственности ФИО4 на возведенную после запрета квартиру № площадью 131, 6 кв.м. В ходе рассмотрения судом технических планов кадастровых инженеров с фиксацией квартир № и № с заявленными Свидетель №4 площадями, а также заключений «ФорсБюро», «<адрес>» о соответствии возведенных объектов, строительным, пожарным и санитарно-эпидемиологическим нормам, в них указан год переоборудования квартир № – в 2005 году, квартиры № № – в 2012 году, что не соответствовало действительности, так как на момент подготовки отчета <адрес>» указанные изменения в строениях отсутствовали. Свидетель №4 в судебных заседаниях указывал, что увеличение площадей квартир №, № произошло за счет включения в общую площадь утепленных холодных пристроев. Квартира № имела меньшую площадь 37, 3 кв.м. Фактически, пристрои квартиры № № за счет которых увеличилась площадь указанной квартиры, не утеплялись.

Свидетель ФИО54 показал, что будучи начальником отдела по сносу <адрес>», лично и со своими сотрудниками обходил каждое строение и участки, подлежащие изъятию, проводилась фото и видеофиксация изменений, которые происходили на земельных участках с момента наложения обременения, изменения были, произведены, в том числе и на участке ФИО4 При осуществлении выездов в 2010, 2011, 2012 годах видели на земельном участке, принадлежащем ФИО84, один дом, площадью 37 кв.м., во дворе которого кроме туалета других построек не было.

Видоизменения на земельном участке также в целом подтвердили свидетели ФИО150, ФИО55, ФИО56, ФИО35, также отметивший, что строения на земельных участках видоизменились, по сравнению с тем, что было при первоначальном осмотре объектов, Свидетель №4 присутствовал при осмотре, препятствовал проходу на объект, экспертам, запрещал проходить на территорию, видоизменения объектов замечены именно там, где представителем выступал Свидетель №4

Свидетель ФИО57 - проектировщик <адрес><адрес> показала, что к ней периодически обращался ранее не знакомый Свидетель №4 для подготовки технических заключений состояния строительных конструкций различных объектов за денежное вознаграждение, предоставляя технические, правоустанавливающие документы, составляла документы в основном без выезда на объект.

Свидетель ФИО58 – директор <адрес>» показал, что заключение о соответствии строительным нормам объектов по <адрес> не изготавливал и не подписывал.

Свидетель ФИО59 - врач по общей гигиене в <адрес> осуществляющий деятельность по обследованию объектов и дачи заключений о соответствии государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам, показал, что проводил обследование по договору с Свидетель №4 по <адрес>, технические характеристики указаны им в заключениях на основании представленных Свидетель №4 технических документов.

Свидетель ФИО60- директор <адрес>» сообщил, что в заключении о соответствии пожарным нормам и правилам он ставил подписи от имени знакомого ФИО61, так как у него имелись электронные документы с графой для подписи ФИО61

Свидетель ФИО61, пояснил, что ФИО60 ему знаком, он является руководителем <адрес>», в его организации не работал, заключения о соответствии пожарным нормам и правилам не готовил и не подписывал.

Таким образом, судом установлено и совокупностью приведенных доказательств подтверждается, что фактически на указанном земельном участке до 09 августа 2016 года располагалось домовладение в виде двух отдельно стоящих жилых домов (квартира № № площадью 29, 7 кв.м., и квартира № №, площадью 37,3 кв.м.), общей площадью 67 кв.м., с одним кадастровым №, один из которых (квартира № №) принадлежал Свидетель №5 и Свидетель №8, другой (квартира № № ФИО4 и ее семье: ФИО2, ФИО151 (ФИО152), ФИО153ФИО156 ФИО155 ФИО154

В период с 11 апреля 2017 года по 02 мая 2017 года <адрес>» оценщиком ФИО28 произведен визуальный осмотр земельного участка и недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>, в ходе которого установлено наличие на вышеуказанном земельном участке площадью 821, 3 кв. м. одного одноэтажного жилого дома, общей площадью 37,3 кв.м., принадлежащего ФИО4 и её родственникам - ФИО157 ФИО2, туалета, забора, ворот с калиткой, а также многолетних насаждений.

Согласно ответу <адрес> от 02 мая 2017 года № о стоимости жилого дома общей площадью 37, 3 кв.м. и земельного участка площадью 821,3 кв.м. на общую сумму 4 511 000 рублей, из которых жилой дом – 1 455 000 рублей, земельный участок – 2 820 000 рублей, убытки в связи с изъятием – 236 000 рублей. Указанные суммы распределены между всеми участниками общедолевой собственности в соответствии с долями, а именно: Свидетель №5 – 1 230 266, 29 рублей, Свидетель №8 – 820 130, 34 рублей, ФИО158 – 1 230 266, 29 рублей, ФИО2 – 205 056, 18 рублей, ФИО159 - 205 056, 18 рублей, ФИО160. – 205 056, 16 рублей, ФИО161 205 056, 18 рублей, ФИО162 - 205 056, 18 рублей, ФИО163 205 056, 18 рублей.

Вместе с тем, в период с 24 мая 2017 года по 01 ноября 2017 года, лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя из корыстных побуждений, согласно возложенной на себя обязанности в преступной группе со ФИО4, с ведома и согласия последней, обеспечившей беспрепятственный доступ на территорию земельного участка, организовал деятельность не установленных следствием лиц, не состоящих с последними в преступном сговоре, которые по указанию лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, незаконно осуществили реконструкцию дома, а именно возведение квартиры № №, площадью 131,6 кв.м., а также реконструкцию, имеющихся в квартире № № холодных пристроев, площадью 20,6 кв.м., создав видимость их благоустройства и пригодности для постоянного проживания. Кроме того, осуществил возведение погреба и дровяника (летней кухни).

Тем самым была незаконно расширена общая площадь дома с 37,3 кв.м. до 189,5 кв.м., произведено строительство объектов для дальнейшего включения в оценочную массу и увеличения суммы возмещения.

Вопреки доводам жалоб о не установлении периода, способа преступления и других указанных адвокатом сведений в данной части, фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, в том числе, место, время, способ совершения преступного деяния, установлены судом правильно и в полном объеме.

Выводы суда первой инстанции не вызывают сомнений в их достоверности и доводы защиты такими основаниями не являются.

Оснований не согласиться с обоснованными выводами суда первой инстанции, для иной оценки доказательств по делу у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, установленные обстоятельства преступления и выводы суда о виновности ФИО3 мотивированны судом в приговоре, со ссылками на положения закона, с учетом анализа доказательств по делу.

Согласно показаниям представителей потерпевших, ряда свидетелей, все собственники знали о предстоящем изъятии имущества для государственных нужд и запрете строительства на земельном участке для получения возмещения. Сотрудники администрации проходили все дома, обходили граждан и предупреждали их об изъятии имущества. Также везде была размещена информация об изъятии участков.

Кроме того, об осведомленности об изъятии недвижимого имущества для государственных нужд и запрете строительства ни изымаемом участке для получения возмещения, указывают стенограммы аудиозаписей разговоров, иные доказательства, исследованные судом, из которых следует, что указанная информация была известна ФИО3 до начала возведения строений на изымаемом земельном участке, также она регулярно созванивался с Свидетель №4, передавала ему необходимые документы.

Тот факт, что ФИО3 лично не изготавливала каких-либо заключений, технической документации, ничего не строила, не указывает на отсутствие её осведомлённости о данных действиях и об отсутствии состава преступления, поскольку она действовала в группе лиц по предварительному сговору согласно распределенным ролям с лицом, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство. В свою очередь, ФИО3 передала лицу, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство правоустанавливающие и технические документы на земельный участок, обеспечив беспрепятственный доступ на территорию участка, с целью возведения построек, доступа специалистов, приглашенных указанным лицом для оформления документов, осмотра и оценки имущества, поддерживала незаконные требования указанного лица в суде, с целью и дальнейшего распределения похищенных бюджетных денежных средств.

В соответствии с распоряжением администрации <адрес> от <дата> №-арх, от <дата> №-арх «О резервировании земель в створе <адрес> от <адрес> до <адрес>» и внесенными в него изменениями распоряжением от 28.04.2017г. № - арх установлено ограничение в возведении, расширении и реконструкции жилых, производственных, культурно – бытовых и иных задний, строений, сооружений права собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев, арендаторов земельных участков.

При таких данных несостоятельны доводы жалобы адвоката, приведенные в части дат соглашения об изъятии <дата> и указанных в приговоре дат построек 24.05.2017. При этом, согласно показаниям свидетелей, установлено, что при уведомлении собственников об изъятии имущества и запрете возведения строений с 2016 на конец 2017г. на участке не было строений, которые инкриминируются ФИО3, а в начале 2018г. на территории участка замечены строения, которых раньше не было (свидетель ФИО164), также свидетель ФИО165 показал, что собственниками после запрета был реконструирован жилой дом и увеличена площадь, что повлекло увеличении суммы возмещения по решению суда, также оценщик ФИО166 показала, что при первоначальных осмотре и оценке в апреле 2017г. присутствовал собственник участка и отсутствовали видоизменения, которые были заявлены при обращении в суд в гражданском порядке.

Указание в жалобе на составление соглашения 09.06.2017, получение его ФИО3 18.09.2017, не свидетельствует о каких-либо противоречиях, и выводах в части осведомленности собственников о запрете возведения построек, и не опровергает установленные обстоятельства преступления, с учетом вышеизложенных показаний свидетелей об уведомлении собственников об изъятии имущества и запрете возведения строений, при этом первоначальная оценка, ввиду изъятия объектов для государственных нужд, в присутствии собственника происходила в апреле 2017г.

Вопреки доводам апелляционных жалоб о самостоятельных действиях ФИО85, а в последующем Свидетель №6, о сносе построек, о неосведомленности ФИО3, об отсутствии намерений получения от государства денежных сумм, характер действий ФИО3, их последовательность свидетельствуют о том, что она осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба, и желала их наступления.

Доводы адвоката, приведённые в жалобе о невиновности ФИО3 и изложенные адвокатом в данной части аналогичные сведения в части неосведомленности ФИО3, которая не участвовала в суде, о корыстном мотиве Свидетель №6 и ФИО85, о наличии телефонных разговоров и соответственно недостоверности сведений, указанных в приговоре об обмане со стороны ФИО3, и иные приведенные в данной части, являются собственной оценкой обстоятельств дела и опровергаются совокупностью приведенных судом доказательств и выводов, а также не ставят под сомнение виновность осужденной в инкриминируемом преступлении.

Указанные доводы также опровергаются приведенными судом доказательствами, в частности протоколом обыска по месту жительства ФИО85, у которого обнаружены и изъяты правоустанавливающие документы на объекты недвижимости, принадлежащие ФИО4, а также 6 членов её семьи: ФИО2, ФИО3 ФИО167 техническая документация на изымаемые объекты, в том числе в подлинниках, документы, удостоверяющие личность, доверенности последних на имя Свидетель №4, рукописные записи, содержащие расчеты, и выполненные последним, что также было установлено экспертами, относительно способа увеличения площади жилого дома, и, соответственно, увеличения их выкупной цены и возмещения собственникам в большем размере, документы на приобретение строительных материалов, которые были осмотрены, так и материалами ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» между ними и обсуждения данных вопросов, стенограммы, содержание которых свидетельствуют об осведомленности о деятельности друг друга, а также телефонных переговоров между Свидетель №5 и Свидетель №4, содержание которых также свидетельствует об осведомленности ФИО4 о преступном совместном характере их действий, определенной роли каждого участника в совершении преступления, выполнение каждым из них отведенной вспомогательной друг другу роли в достижении преступного результата.

При этом ФИО4 достоверно знала о том, что представленные в судебное заседание при рассмотрении гражданского дела документы площади её жилого дома по итогам рассмотрения которого вынесено судом решение <дата>, не соответствовали действительности, то есть правовые основания, предусмотренные законом для получения ею согласно заключению экспертизы <адрес> - бюджетных денежных средств отсутствовали.

Также на основании анализа исследованных в судебном заседании доказательств нашли своё подтверждение обстоятельства, приведенные судом при описании преступления, а также выводы, в части, что в период с 15 марта 2018 года по 30 августа 2018 года лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя на основании нотариальных доверенностей, согласно взятой на себя роли в преступной группе с ФИО4, в ходе судебных заседаний в Октябрьском районном суде <адрес>, обманывая представителя администрации, настоял о наличии на момент изъятия администрацией квартир №№ № возведенных в 2005 и 2012 годах, надворных построек и строений и о необходимости увеличения стоимости возмещения. В свою очередь, вызванная в судебное заседание ФИО4 поддержала исковые требования, настояла на том, что квартиры № № и №, а также надворные постройки на момент изъятия администрацией имелись в наличии с 2005 и 2012 годов и являлись ее собственностью и ее семьи. Данные обстоятельства, в том числе, следует из имеющихся в материалах дела доказательств – копии гражданского дела, подробно приведенных судом в приговоре.

Таким образом, квартиры № №, №, погреб и дровяник, созданные, реконструированные по адресу: <адрес>, после запрета строительства неустановленными лицами по поручению лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и с ведома ФИО4, поддерживающей в суде и при производстве экспертиз ложные сведения, сообщенные лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, были необоснованно включены в оценочную массу.

Доводы жалобы адвоката о том, что суд вышел за пределы судебного разбирательства, поскольку указал, что 19.02.2018г. лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, действуя совместно со ФИО3 при рассмотрении гражданского дела вводили суд в заблуждение, при этом из обвинительного заключения не следует никакого преступления 19.02.2018г., также в эту дату не проводилось судебное заседание, и с 16.07.2018г. интересы ФИО3 в суде представляла Свидетель №6, являются несостоятельными.

Согласно установленным и приведенным при описании преступления обстоятельствам, судом в приговоре, в том числе указано, что 15 марта 2018 года и 30 марта 2018 года лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, 19 февраля 2018 года, действуя совместно и согласованно со ФИО4, на основании ранее выданных нотариальных доверенностей, представляя интересы последней и ее родственников, не состоящих с ними в преступном сговоре, находясь в Октябрьском районном суде <адрес>, по адресу <адрес>, вводя в заблуждение представителя администрации <адрес>, заявил исковые требования о выделе в натуре и признании за ФИО169 ФИО168 прав собственности на жилой дом, состоящий из незаконно возведенных, реконструированных и расширенных квартир № №, № общей площадью 189, 5 кв.м., в 2005 и 2012 годах, а также определения стоимости иных нежилых зданий, строений и сооружений, вспомогательных помещений.

Вышеуказанные утверждения адвоката о пределах судебного разбирательства противоречат изложенному судом в приговоре и не находят своего подтверждения, поскольку указано о заявлении исковых требований 19.02.2018г., что не противоречит обвинительному заключению и не является указанием на совершение преступления в указанную дату, на что ссылается адвокат в жалобе, также не следует из указанного судом, что в эту дату проводилось судебное заседание. То, что с 16.07.2018г. интересы ФИО3 представляла Свидетель №6, не ставит под сомнение установленные обстоятельства преступления, и поэтапно расписанные действия лица в отношении которого дело выделено в отдельное производство наряду со ФИО3 в части осуществления умысла, направленного на совершение инкриминируемого преступления. Каких-либо нарушений и противоречий в изложении обвинения, вопреки утверждениям защитника, не имеется.

То, что в приговоре указано, в том числе, на способ совершения преступления путем введения в заблуждение Октябрьского районного суда <адрес> при рассмотрении гражданского дела, под сомнение изложенные в обвинении обстоятельства не ставит, поскольку в соответствии с предъявленным обвинением и приговором суда, ФИО3 и лицо, в отношении которого материалы уголовного дела выделены в отдельное производство, обманывали распорядителей бюджетных денежных средств, представителя Муниципального образования <адрес> в лице Департамента градостроительства администрации <адрес>, ввели в заблуждение представителя администрации <адрес>.

Приведенные адвокатом в жалобе расчеты суммы ущерба, со ссылкой на то, что согласно приговора законно получено 1 254 645,43+1 443 326,58 +1 977 000=4 674 972,01, что не соответствует, как указывает адвокат, указанным в приговоре суммам относительно законных и незаконных полученных (8 145 487,20-3 436 895=4 708 592,20), со ссылкой на разницу в размере 33 620,19 руб., в целом противоречат изложенным судом обстоятельствам преступления и доказательствам.

Как указано выше и установлено судом, квартиры № №, №, погреб и дровяник, созданные, реконструированные по адресу: <адрес>, после запрета строительства были необоснованно включены в оценочную массу.

Согласно, заключению экспертизы <адрес> от 23 августа 2018 года, стоимость незаконно возведенных, расширенных, реконструированных квартиры № № общей площадью 57, 9 кв.м. составляет 2 523 000 рублей; квартиры № № общей площадью 131, 6 кв.м. – 2 790 000 рублей (а всего на общую сумму 5 313 000 рублей); надворных построек: погреба - 18 842 рубля, дровяника (летней кухни) - 82 053 рублей.

Таким образом, совершено хищение бюджетных денежных средств, принадлежащих Красноярскому краю, посредством необоснованного возмещении денежных средств из бюджета Красноярского края ФИО4, ФИО170 на общую сумму 3 436 895 рублей (3 336 000 рублей (стоимость дома площадью 189, 5 кв.м. в сумме 5 313 000 рублей – стоимость дома площадью 37, 3 кв.м. в сумме 1 977 000 рублей) + 18 842 рублей (стоимость погреба) + 82 053 рублей (стоимость дровяника - летней кухни).

Данные обстоятельства следует из материалов уголовного дела, в частности указанного заключения экспертизы, а приведенные адвокатом расчеты в разнице между законно полученными денежными средствами, c разбивкой по долям и суммированием относительно всех объектов, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку оснований сомневаться в установленной сумме ущерба, с учетом изложенного судом в приговоре, не имеется.

Вопреки доводам о не учете при расчете ущерба в описательной части приговора ворот с калиткой, многолетних насаждений, а также других объектов, на которые ссылаются осужденная и адвокат в жалобах, согласно описанию преступления, установлено, что по решению суда от 30 августа 2018 года были выплачены следующие суммы: ФИО4 - 2 050 005 рублей (759 000 рублей (стоимость 1/7 доли в квартирах № и № от общей стоимости 5 313 000 рублей) + 1 240 909 рублей (6/22 доли земельного участка) + 27 621, 43 рублей (1/7 доля от стоимости убытков связанных с изъятием общей стоимостью 193 350 рублей) + 16 359, 29 рублей (1/7 доля от стоимости надворных построек в пользовании (туалет, погреб (летняя кухня) дровяник) на общую стоимость 114 515 рублей) +6 115 рублей (1/9 доли от стоимости ограждений (заборы, калитка 55 035 рублей); ФИО2, ФИО171 каждому по 1 015 913, 70 рублей (759 000 рублей (стоимость 1/7 доли в квартирах №, № от общей стоимости 5 313 000 рублей) + 206 818 рублей (1/22 доли земельного участка) + 27 621, 43 рубль(1/7 доля от стоимостью убытков, связанных с изъятием общей стоимостью 193 350 рублей) + 16 359, 29 рублей (1/7 доля от стоимости надворных построек в пользовании (туалет, погреб (летняя кухня) дровяник) на общую стоимость 114 515 рублей) + 6 115 рублей (1/9 доли от стоимости ограждений (заборы, калитка 55 035 рублей), а всего - 8 145 487, 20 рублей.

При этом, как указано выше, расчет ущерба определен только из необоснованно включенных в оценочную массу: квартиры № №, №, погреба и дровяника, созданных, реконструированных по адресу: <адрес>, после запрета строительства.

Аналогично, с учетом изложенного, судебная коллегия не принимает доводы осужденной о наличии в деле четырех разных экспертиз и отсутствии экономической экспертизы, поскольку приведенных судом в приговоре доказательств, в том числе относительно суммы ущерба, наряду с показаниями свидетелей, достаточно для признания осужденной виновной.

Ссылка стороны защиты на отдельные доказательства не соответствует правильному толкованию закона, по смыслу которого каждое доказательство в отдельности не устанавливает обстоятельства, подлежащие доказыванию, не подтверждает виновность или невиновность лица. Те доказательства и обстоятельства, на которые указывает сторона защиты, не ставят под сомнение выводы о виновности. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

Идентичные доводы также были предметом оценки суда первой инстанции, и судом обоснованно указано, что нельзя согласиться с утверждениями стороны защиты о допущенном органом предварительного следствия противоречии в определении размера причиненного ущерба. В обвинении содержится указание на размер причиненного ущерба в сумме 3 436 895 рублей, выплаченные из бюджета Красноярского края на расчетные счета собственников, который определен заключением эксперта <адрес>» как разница между стоимостью дома, площадью 189, 5 кв.м. в сумме 5 313 000 рублей, и установленной стоимостью дома, площадью 37, 3 кв.м. в сумме 1 977 000 рублей, куда также вошла стоимость погреба, дровяника - летней кухни.

При этом доводы о том, что ФИО3 были перечислены <***> руб. не ставят под сомнение вышеизложенное относительно установленной суммы ущерба.

Доводы апелляционной жалобы осужденной о том, что никто из 6 членов семьи ФИО4 - ФИО33, ФИО34, ФИО1, ФИО1, ФИО1, ФИО2 не перевел полученные денежные средства ФИО172 в частности ФИО2 приобрела квартиру, не свидетельствуют о непричастности осуждённой к совершению хищения путем обмана бюджетных денежных средств в размере 3 436 895 рублей.

Согласно статье 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого и только по предъявленному обвинению, поэтому являются небоснованными ссылки стороны защиты в этой части в отношении ФИО4, а также об отсутствии процессуального решения в отношении остальных 6 членов семьи ФИО4, получивших возмещение за счет бюджетных денежных средств.

Кроме того, указанные доводы не могут быть приняты во внимание как основание сомневаться в обоснованности предъявленного обвинения, поскольку в соответствии с примечанием к ст.158 УК РФ под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Таким образом, корыстный умысел может заключаться в желании завладеть чужим имуществом, как в свою пользу, так и в пользу иных лиц, об этом же разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

В данном случае установлено, что другие вышеперечисленные члены семьи ФИО3, по указанию последней оформили доверенность на лицо, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство, совместно с которым ФИО3 совершила действия, направленные на хищение чужого имущества путем обмана, посредством необоснованного возмещения денежных средств из бюджета <адрес> ей и членам её семьи в сумме указанной в обвинении, именно на хищение данной денежной суммы были направлены действия осужденной.

Утверждения стороны защиты об отсутствии какого-либо решения о привлечении ФИО4 к уголовной ответственности по ст. 303 УК РФ не ставит под сомнение выводы суда о виновности, судом первой инстанции правомерно указано, что факты фальсификации ФИО4 доказательств по гражданскому делу не установлены, в связи с чем процессуальная проверка проведена не была и никакого процессуального решения не принято, чего и не требовалось.

Отсутствие уголовного дела по ч.1 ст.303 УК РФ в части фальсификации доказательств на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ. Слемнёвой не вменялось и она не осуждена за фальсификацию доказательств по гражданскому делу, при этом достоверно установлено, что она, действуя группой лиц по предварительному сговору с лицом, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство, совершила мошенничество, что подтверждается совокупностью доказательств по делу.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации, предмет исследования в каждом виде судопроизводства имеет свои особенности, исходя из которых определяется не только компетентный суд, но и специфика процессуальных правил доказывания по соответствующим делам, включая порядок предоставления и исследования доказательств, а также основания для освобождения от доказывания. Как признание, так и отрицание преюдициального значения окончательных судебных решений не могут быть абсолютными. Пределы действия преюдициальности объективно обусловлены тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства. При этом принятые в порядке арбитражного или гражданского судопроизводства вступившие в законную силу решения судов по арбитражным и гражданским делам не могут расцениваться как предрешающие выводы суда при осуществлении уголовного судопроизводства о том, содержит ли деяние признаки преступления, а также о виновности обвиняемого, которые должны основываться на всей совокупности доказательств по уголовному делу, в том числе на не исследованных ранее при разбирательстве гражданского дела данных, указывающих на подлог или фальсификацию доказательств, - такого рода доказательства исследуются в процедурах, установленных уголовно – процессуальным законом, и могут в дальнейшем повлечь пересмотр гражданского дела (Постановление от <дата>г. №-П, Определение от <дата>г. №-О).

При вынесении решения Октябрьского районного суда <адрес> от 30.08.2018г. не исследовались и не предоставлялись сторонами по делу все те доказательства, которые собраны стороной обвинения на стадии предварительного следствия по делу, оцененные судом при рассмотрении уголовного дела и обоснованно положенные в основу приговора.

При этом, в уголовном деле судом устанавливались иные обстоятельства, не относящиеся к гражданскому делу, и на основании которых в судебном заседании из совокупности представленных доказательств установлено совершение мошеннических действий, в группе лиц по предварительному сговору с лицом, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство, направленных на хищение бюджетных денежных средств.

Доводы об оценке других объектов <адрес><адрес>», и необходимости компенсации, на что указывают заявители в жалобах, не могут быть приняты во внимание, поскольку заключение основано, в том числе, и на недостоверных сведениях, представленных для дачи заключения эксперту ФИО4 совместно с Свидетель №4

Показания ФИО173, ФИО86, ФИО29, на что указывает адвокат в жалобе, относительно образования размера причиненного ущерба не свидетельствуют об отсутствии у ФИО4 права на возмещение, а напротив, сделанные в письменной форме расчеты относительно долей каждого не противоречат объему предъявленного ФИО4 обвинения.

Также свидетель Свидетель №22 в ходе судебного разбирательства показала, что действительно, ранее холодные пристройки входили в общую площадь, а когда объект становился квартирой, холодные пристройки не входили в общую площадь, за счет холодных пристроек увеличивалась общая площадь домов, однако это не свидетельствует об изначальной площади дома 57,9 кв. м., принадлежащего ФИО4 Свидетели ФИО174 показали, что пристрои имелись, они были холодными и не являлись жилыми, и как следствие, не подлежали включению в общую площадь дома.

Фактически в судебном заседании при рассмотрении гражданского дела лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, настоял о наличии на момент изъятия администрацией квартир №, возведенных якобы в 2005 и 2012 годах, надворных построек и строений и о необходимости увеличения стоимости возмещения, что поддержала ФИО3, что также подтверждается показаниями свидетелей по делу и письменными доказательствами, и то, что некоторый период Слемнёва находилась за границей, изложенные выводы суда не опровергает.

При этом в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, вопреки доводам апелляционных жалоб, приведены данные о том, какие преступные действия совершены осужденной, и иные обстоятельства совершенного преступления.

Выводы суда первой инстанции о виновности не вызывают сомнений в их достоверности и доводы стороны защиты такими основаниями не являются.

Вопреки доводам апелляционных жалоб о неправильной оценке доказательств, о неверности выводов суда, материалы дела не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в силу ст. 75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания доказательств недопустимыми. Не установлено по делу и данных, свидетельствующих об исследовании судом первой инстанции недопустимых доказательств, необоснованном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые имели существенное значение для правильного и объективного разрешения дела.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу. Приведенные в приговоре доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными. Судебная коллегия соглашается с оценкой суда первой инстанции и также не усматривает нарушений, в том, числе и при проведении предварительного расследования.

Также из материалов дела следует, что в результате проведения комплекса оперативно-розыскных мероприятий удалось зафиксировать на соответствующих носителях информацию, что ФИО4 причастна к мошенничеству, в том числе группой лиц по предварительному сговору.

Показания свидетелей по делу полностью согласуются со стенограммами аудиозаписи разговоров в инкриминируемый осужденной период времени и даты между Свидетель №4 и ФИО175 зафиксированные в ходе проведения ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», которой он давал указания о правилах поведения при осмотре её дома при визите сотрудников Администрации города, подготовке к осмотру специалистами, относительно изъятия ее земельного участка и жилого дома, расположенного на нем, свидетельствующие о производимом строительстве и благоустройстве вновь возведенного строения на по адресу: <адрес> после запрета Администрации, а также содержащиеся сообщения аналогичного содержания в памяти телефона, принадлежащего Свидетель №4, установленные в ходе осмотра его телефона.

Стенограммы аудиозаписи разговоров Свидетель №4 со ФИО63 свидетельствуют об осведомленности ФИО4 о действиях, производимых Свидетель №4 на её земельном участке, строениях, их площади.

В ходе осмотра телефона, принадлежащего Свидетель №4, установлено наличие сообщений в виде диалогов с дочерью ФИО66 - ФИО33, имеющих непосредственное отношение к инкриминируемым событиям.

Судом мотивированно указано, что из материалов дела усматривается, что нарушений требований уголовно-процессуального закона при осуществлении оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи» не допущено. Полученные результаты оперативных мероприятий отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, приобщены к делу с соблюдением предписанной законом процедуры, признаны судом допустимыми доказательствами и положены в основу предъявленного ФИО4 обвинения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб об отсутствии доказательств состава преступления, места, времени и размера причиненного вреда, причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и наступившими последствиями, анализ приведенных в приговоре доказательств свидетельствует о том, что фактические обстоятельства совершенного преступления судом первой инстанции установлены верно, и по данному уголовному делу обоснованно постановлен именно обвинительный приговор, в котором указаны обстоятельства преступного деяния, место, время, способ совершения, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы о причастности осужденной к содеянному и её виновности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб преступление совершено группой лиц по предварительному сговору. При этом, из установленных фактических обстоятельств уголовного дела следует, что ФИО3 и лицо уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство при совершении преступления действовали совместно и согласованно, что подтверждается показаниями свидетелей, показавших об участии и действиях лица уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, а также ФИО3, об осуществлении каждым конкретных действий, которые были скоординированы.

Таким образом, все квалифицирующие признаки нашли свое подтверждение в судебном заседании. Оснований для переквалификации действий осужденной не имеется.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при расследовании данного уголовного дела и его рассмотрении в суде, вопреки доводам осужденной и её защитника, которые могли бы повлиять на вынесение законного, обоснованного и справедливого судебного решения, не усматривается.

Также, вопреки утверждению осужденной о невиновности со ссылкой на обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении и собственные выводы относительно обстоятельств инкриминируемого преступления, само обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем содержатся предусмотренные законом сведения: в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способ, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за совершенное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; и прочие необходимые сведения.

В частности, предъявленное ФИО4 обвинение содержит указание на способ совершения преступления путем обмана представителя Муниципального образования <адрес> и представления в суд при рассмотрения гражданского дела документов, содержащих недостоверные сведения, на основании которых в последующем <дата> судом вынесено решение о выплате собственникам изымаемого для государственных нужд имущества денежной компенсации в завышенном размере.

Таким образом, предусмотренные законом основания для возвращения уголовного дела прокурору, отсутствовали. При этом доводы осужденной об отсутствии в деле экономической экспертизы не являются основанием для возвращения дела прокурору.

Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении судебных экспертиз, вопреки доводам апелляционных жалоб, не допущено.

Заключения экспертиз, приведенных судом в качестве доказательства виновности, подготовлены компетентными специалистами и ими научно обоснованы. Выводы экспертов подтверждены соответствующими методиками проведения экспертных исследований. Экспертами даны ответы на все поставленные на их разрешение вопросы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб оснований для назначения дополнительных либо повторных экспертиз не имеется.

Доводы о необходимости проведения экспертизы с целью установления размера причиненного имущественного ущерба, также были предметом оценки, и судом обоснованно указано, что данные обстоятельства не свидетельствуют о нарушении закона, не влияют на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда о виновности ФИО4 Кроме того, в соответствии с положениями ст. 38 УПК РФ, следователь самостоятельно определяет ход расследования по конкретному уголовному делу и принимает решения о производстве необходимых по нему следственных действий.

По делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к однозначному выводу о виновности ФИО4 в инкриминируемом ей деянии, она установлена судом на основе представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств. Проведение судебной экономической (оценочной) экспертизы не является обязательным в силу требований ст. 196 УПК РФ, поэтому утверждение стороны защиты о том, что размер ущерба в отсутствии экспертизы не установлен в ходе предварительного следствия, является несостоятельным.

Доводы апелляционной жалобы защитника о необоснованном отказе суда в принятии доказательств защиты, в том числе заключение специалиста ФИО176 <адрес><адрес>», фотоснимков с гугл карты, справок БТИ и другие, судебная коллегия не принимает, и соглашается с оценкой суда, которая подробно приведена в приговоре, относительно указанных доказательств, в части отсутствия оснований для признания их доказательствами по делу, с учетом положений ст. 74 УПК РФ.

Также судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что последующий снос строения ФИО4, возведенного Свидетель №4, о чем она сообщила в судебном заседании, её отказ от услуг последнего, не имеет правового значения и не влияет на юридическую квалификацию её действий, поскольку суду уже были представлены недостоверные сведения об объектах недвижимости, расположенных на её земельном участке, экспертиза <адрес><адрес>» проведена по документам и об отсутствии дома эксперту ФИО65 была известно, о чем она также сообщала суду.

Доводы, выдвинутые стороной защиты в обоснование невиновности, а также иные доводы, на которые сторона защиты ссылается в апелляционных жалобах, проверены судом, обоснованно признаны несостоятельными, им дана надлежащая оценка в приговоре.

Исследовав и проанализировав вышеприведенную совокупность собранных доказательств по делу, суд обоснованно установил виновность осужденной, и квалифицировал действия ФИО4 по ч.4 ст. 159 УК РФ, - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, совершенное в особо крупном размере.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права. Все представленные сторонами доказательства судом были исследованы, им дана надлежащая оценка в приговоре, при этом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом. Все заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний представителей потерпевшего, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. При рассмотрении уголовного дела суд первой инстанции оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Доводы адвоката о нарушении правил подсудности, о перечислении денежных средств со счета казначейства, открытого в <адрес>, и поступлении их на счет осужденной, открытый в том же районе, не основаны на нормах закона.

Согласно п. 5 Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению.

Если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечаний к статье 158 УК РФ и статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации содеянное должно рассматриваться как хищение чужого имущества. Такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб.

Местом совершения мошенничества, состоящего в хищении безналичных денежных средств, исходя из особенностей предмета и способа данного преступления, является, как правило, место совершения лицом действий, связанных с обманом или злоупотреблением доверием и направленных на незаконное изъятие денежных средств.

5(1). Территориальную подсудность уголовного дела о мошенничестве, предметом которого являются безналичные денежные средства, судам следует определять по месту совершения лицом действий, направленных на незаконное изъятие денежных средств, а при наличии других указанных в законе обстоятельств - в соответствии с частями 2 - 4 и 5.1 статьи 32 УПК РФ (например, при совершении нескольких преступлений в разных местах уголовное дело рассматривается судом, юрисдикция которого распространяется на то место, где совершено большинство расследованных по данному уголовному делу преступлений или совершено наиболее тяжкое из них).

С учетом обстоятельств, изложенных в обвинении, адреса возведения незаконных строений, принятия решения Октябрьским районным судом <адрес> по гражданскому делу о произведении компенсации, иных обстоятельств, нарушений при рассмотрении дела в Октябрьском районном суде <адрес> не имеется.

Суд первой инстанции с учетом поведения осужденной обоснованно признал её вменяемой, подлежащей уголовной ответственности за содеянное.

При назначении осужденной наказания в соответствии с требованиями закона суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности содеянного преступления, данные о личности, смягчающие обстоятельства, а также все иные обстоятельства, которые должны учитываться судом.

При определении вида и меры наказания судом учтены: данные о её личности, в качестве смягчающих обстоятельств, в соответствии со ст. 61 УК РФ: преклонный возраст, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительная характеристика, состояние здоровья – наличие заболеваний.

Обстоятельств, отягчающих наказание, обоснованно не установлено.

Других обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих наказание в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом первой инстанции установлено не было и суду апелляционной инстанции не представлено.

Доводы адвоката о частичном возврате свидетелем ФИО33 полученного от потерпевшей стороны, не могут служить безусловным основанием для признания каких-либо дополнительных смягчающих наказание обстоятельств. Также данные доводы не подлежат учету при решении вопроса по исковым требованиям, с учетом осуждения в рамках уголовного дела ФИО4, к которой предъявлены исковые требования о возмещении причиненного ущерба. Данные вопросы при наличии оснований могут быть разрешены в последующем в ином порядке.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, ч. 6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции не установлено, что мотивированно в приговоре.

Вместе с тем, судебная коллегия находит состоятельными доводы апелляционного представления в части необоснованного учёта судом повышенной общественной опасности содеянного, данные выводы суда не мотивированны, что подлежит исключению.

Однако суд апелляционной инстанции считает, что назначенное наказание в виде лишения свободы, соответствует данным о личности и всем обстоятельствам дела, назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного и других подлежащих учету обстоятельств, что следует из приговора и оснований для усиления, либо смягчения наказания не усматривает.

Также по смыслу закона и с учетом разъяснений п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О судебном приговоре», с учетом того, что разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, не допускается.

В описательно-мотивировочной части приговора на странице 115 при приведении выводов суд указал о совершении преступления в группе лиц совместно с Свидетель №4, и доказанности данных обстоятельств, при этом приговор либо иное решение в отношении данного лица не вынесены.

При таких данных судебная коллегия полагает необходимым в описательно – мотивировочной части приговора вместо указания о совершении преступления в группе лиц совместно с Свидетель №4, и доказанности данных обстоятельств, указать о лице, материалы в отношении которого выделены в отдельное производство.

Однако, указанные нарушения не повлияли на существо постановленного приговора, которым виновность в совершенном преступлении полностью доказана и назначено справедливое наказание.

Отсутствие оснований для назначения дополнительных наказаний судом мотивировано, каких-либо новых обстоятельств, не учтенных судом при назначении наказания, свидетельствующих о необходимости назначения иного наказания, его усиления, либо смягчения, в апелляционных доводах не приведено и судебная коллегия таковых не находит.

Разрешая вопрос об исковых требованиях в части возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением, судом обоснованно принято во внимание, что в судебном заседании установлена виновность ФИО4 совершении преступления и размер ущерба в размере 3 436 895 рублей, подтвержден документально, поэтому исковые требования в соответствии со ст. 1064 ГК РФ правомерно удовлетворены.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора по доводам апелляционных представления, жалоб из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Октябрьского районного суда <адрес> от 16 сентября 2025 года в отношении ФИО4 – изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылки на повышенную общественную опасность преступления;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при приведении выводов суда указание на Свидетель №4, указав на лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

В остальной части приговор – оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное определение, приговор суда могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

При рассмотрении дела в кассационной инстанции осужденная вправе пользоваться помощью защитника, как по соглашению, так и по назначению суда.

Председательствующий:

Судьи:

Копия верна