Решение № 2-334/2020 2-334/2020(2-5495/2019;)~М-5201/2019 2-5495/2019 М-5201/2019 от 24 февраля 2020 г. по делу № 2-334/2020

Дело № 2-334/2020

Мотивированное
решение изготовлено

25.02.2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18.02.2020

город Екатеринбург

Октябрьский районный суд города Екатеринбург Свердловской области в составе председательствующего судьи Кайгородовой И.В., с участием

истцов ФИО6а Рауд.Р., ФИО1, ФИО2, ФИО3, их представителя ФИО4,

представителя ответчика ФИО5,

при секретаре Валякиной Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Администрации г. Екатеринбурга о признании права пользования жилым помещением на условиях социального найма, возложении обязанности,

У С Т А Н О В И Л :

Ахматгалиев Рауд.Р., ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к Администрации г. Екатеринбурга, в котором просят:

- признать за истцами право пользования квартирой по адресу: <адрес> на условиях социального найма;

- при изъятии для муниципальных нужд квартиры по адресу: <адрес> обязать Администрацию г. Екатеринбурга предоставить истцам по договору социального найма благоустроенное жилое помещение площадью не менее 61,8 кв.м, отвечающее установленным требованиям и находящееся в границах г. Екатеринбурга.

В обоснование иска Ахматгалиев Рауд.Р., ФИО1, ФИО2, ФИО3 указали, что являются членами одной семьи, в период с 1989 год по 1994 год проживали в частном жилом доме по адресу: <адрес>. В указанном доме были зарегистрированы: ФИО7, ФИО8, ФИО9 (в настоящее время ФИО10) Э.Ф., Ахматгалиев Рауд.Р. ФИО1 в период с 1984 года по 1995 год была зарегистрирована в общежитии про адресу: <адрес>, комн. 303, предоставленного в связи с обучением. 20.04.1994 жилой дом по адресу: <адрес> сгорел. Администрацией Ленинского района г. Екатеринбурга семье ФИО7 из 4 человек, зарегистрированных в доме по адресу: <адрес>, была предоставлена 3-комнатная квартира по адресу: <адрес>. 03.05.1995 между Унитарным муниципальным предприятием «Специализированное жилищно-эксплуатационное управление» и ФИО7 был заключен договор аренды жилого помещения - квартиры по адресу: <адрес>, договор был действителен с 01.05.1995 по 31.12.1995. По окончании срока действия договора аренды новый договор не заключался. На основании договора от 03.05.1995 в квартиру вселились ФИО7, ФИО8, Ахматгалиев Рауд.Р., ФИО11 Постановлением Главы администрации г. Екатеринбурга от 11.08.1995 жилой дом по адресу: <адрес> был утвержден в муниципальную собственность и включен в реестр объектов муниципальной собственности г. Екатеринбурга. В связи с изменением статуса жилого помещения ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО11 стали проживать в квартире, имеющей статус социального найма, правоотношения по пользованию квартирой изменились. Примерно через год после вселения в квартиру ФИО9 (в настоящее время ФИО10) Э.Ф. переехала проживать к супругу. В это же время семья А-вых в составе 4 человек стала проживать в спорной квартире. В 1996 году в квартиру были вселены несовершеннолетние дети - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также ФИО1 с согласия всех совершеннолетних проживающих в квартире лиц. На протяжении 24 лет истцы проживают в квартире, имеющей статус социального найма. В реестре муниципального имущества указано об обременении квартиры социальным наймом. Истцы несут обязанности, вытекающие из договора социального найма, используют жилое помещение по назначению, обеспечивают сохранность квартиры, периодически выполняют текущий ремонт квартиры. На имя ФИО7 открыто 3 лицевых счета для начислений по оплате жилья и коммунальных услуг. Спорная квартира является для истцов единственным постоянным местом жительства. Они были признаны утратившими право пользования жилым домом по адресу: <адрес> решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга о 29.06.2010. Право проживания истцов в квартире никто не оспаривает, требования о вселении к ним не предъявлялись. В настоящее время в квартире проживают только истцы. ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 и ФИО12 проживают в других жилых помещениях, принадлежащих им на праве собственности. Истцы обращались в Администрацию г. Екатеринбурга с заявлением о предоставления им спорной квартиры на условиях социального найма, в чем им было отказано ответом от 28.03.2011. Постановлением от 25.06.2019 №1508 земельный участок под домом по адресу: <адрес> и жилые помещения в нем изъяты для муниципальных нужд. На обращение ФИО1 в Администрацию г. Екатеринбурга о предоставлении жилого помещения в связи с отселением жильцов дома получен отказ, который мотивирован отсутствием у истцов правоустанавливающего документа на квартиру. Признание за истцами права пользования спорной квартирой на условиях социального найма дает им право на предоставление иного жилого помещения на условиях социального найма в связи с изъятием земельного участка и жилых помещений.

В судебном заседании истцы Ахматгалиев Рауд.Р., ФИО1, ФИО2, ФИО3 и их представитель ФИО4 исковые требования поддержали. Дополнительно обратились к суду с письменным заявлением о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату услуг представителя. Представитель истцов настаивала на том, что изначально истцы были вселены на законных основаниях в спорную квартиру, которая в связи с утверждением ее в муниципальную собственность приобрела статус жилого помещения социального использования. Ранее квартира находилась государственной собственности и была передана органам местного самоуправления в связи с образованием последних, согласно нормативным правовым актам, регламентирующим разграничение государственной и муниципальной собственности. Истцы с 1995 года постоянно проживают в спорной квартире, производят оплату жилищно-коммунальных услуг, осуществляют текущий ремонт квартиры, отвечают за сохранность помещения. Ответчик признает за истцами право занятия жилого помещениях на условиях социального найма, поскольку в реестре муниципального имущества указано об обременении квартирой социальным наймом. Препятствий для заключения договора социального найма спорного жилого помещения нет. У истцов кроме ФИО3 регистрации по месту жительства нет. ФИО3 зарегистрирован в жилом помещении своего знакомого, в целях получения загранпаспорта. Заключенный в отношении спорной квартиры договор не является договором коммерческого найма, поскольку Жилищный кодекс РСФСР, действующий в момент возникновения спорных правоотношений, не предусматривал возможности заключения такого договора.

Представитель ответчика ФИО5 возражала против удовлетворения исковых требований. Полагала, что в ходе рассмотрения дела не нашел подтверждения факт законности вселения истцов в спорное жилое помещение, поскольку, если исходить из того, что спорное жилое помещение находилось в государственной собственности, то не представлены документы, подтверждающие право ЕМУП «СУЭРЖ» на распоряжение этим имуществом. Если же жилое помещение не находилось в государственной собственности и ЕМУП «СУЭРЖ» правомерно заключил договор аренды данного жилого помещения, то жилое помещение было предоставлено на основании договора коммерческого найма. Закон «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусматривает возникновение права пользования жилым помещением на условиях социального найма при переходе права собственности на жилые помещения, которые заняты на основании ордера, то есть сходных договоров. Договор коммерческого найма не является сходным по своей правовой природе договорам, которые были заключены с гражданами, занимавшими жилое помещение на основании ордера, поскольку ордер предполагал не временное, а постоянное проживание. Именно ордер трансформировался в договор социального найма. Несение расходов на содержание жилого помещения не подтверждает факт возникновения права пользования жилым помещением на условиях социального найма. Представленные в заседание документы не подтверждают того, что муниципальное образование «г. Екатеринбург» когда-либо признавало факт предоставления жилья на условиях социального найма. Отсутствие у истцов регистрации по адресу спорной квартиры свидетельствует о том, что жилое помещение им не предоставлялось на законных основаниях. Заявленные истцами судебные расходы чрезмерны и несоразмерны выполненному объему работ.

Третьи лица ФИО7, ФИО13, представитель третьего лица Департамента по управлению муниципальным имуществом г. Екатеринбурга в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. ФИО7 и ФИО13 в письменных заявлениях просили рассмотреть дело в свое отсутствие, указав, что с иском согласны.

С учётом мнения сторон и в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд признал возможным рассмотрение дела по существу в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Информация о времени и месте рассмотрения дела размещена на официальном сайте Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга в сети Интернет: https://oktiabrsky--svd.sudrf.ru.

Заслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Спорным жилым помещением является квартира по адресу: <адрес>.

В Едином государственном реестре недвижимости и в БТИ права на указанную квартиру не зарегистрированы.

Вместе с тем, спорная квартира утверждена в муниципальную собственность на основании Постановления Главы Администрации г. Екатеринбурга от 11.08.1995 №530-в и включена в реестр муниципального имущества муниципального образования «город Екатеринбург».

Постановлением Администрации г. Екатеринбурга от 20.04.2018 №813 многоквартирный дом, расположенный по адресу: <адрес> признан аварийным и подлежащим сносу.

Лиц, зарегистрированных в данном жилом помещении, не имеется, договор социального найма или специализированного жилого помещения в отношении квартиры не заключался. При этом в реестре объектов муниципального имущества имеется отметка о наличии у квартиры обременения в виде социального найма.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 29.12.2004 № 189-ФЗ «О введении действие Жилищного кодекса Российской Федерации» к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно ст. 1 вышеуказанного закона, Жилищный кодекс Российской Федерации введен в действие 01 марта 2005 года.

В силу ч. 1, 2 ст. 6 Жилищного кодекса Российской Федерации, акты жилищного законодательства не имеют обратной силы и применяются к жилищным отношениям, возникшим после введения его в действие. Действие жилищного законодательства может распространяться на жилищные отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных этим актом.

Предмет настоящего спора вытекает из отношений, возникших до 01 марта 2005 года, следовательно, суд при рассмотрении данного гражданского дела считает необходимым руководствоваться нормами Жилищного кодекса РСФСР.

В соответствии со ст. 4 Жилищного кодекса РСФСР находящиеся на территории РСФСР жилые дома, а также жилые помещения в других строениях образуют жилищный фонд. В жилищный фонд не входят нежилые помещения в жилых домах, предназначенные для торговых, бытовых и иных нужд непромышленного характера.

Согласно ст. 5 Жилищного кодекса РСФСР жилищный фонд включает жилые дома и жилые помещения в других строениях, принадлежащие государству (государственный жилищный фонд).

В соответствии со ст. 6 Жилищного кодекса РСФСР государственный жилищный фонд находится в ведении местных Советов народных депутатов (жилищный фонд местных Советов) и в ведении министерства государственных комитетов и ведомств (ведомственный жилищный фонд).

В соответствии со ст. 7 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего в редакции на момент предоставления спорного помещения, жилые дома и жилые помещения предназначаются для постоянного проживания граждан, а также для использования в установленном порядке в качестве служебных жилых помещений и общежитий.

В соответствии со ст. 10 Жилищного кодекса РСФСР граждане РСФСР имеют право на получение установленном порядке жилого помещения по договору найма или аренды в домах государственного муниципального и общественного жилищного фонда, жилого помещения в домах жилищных и жилищно-строительных кооперативов, на приобретение жилого помещения в собственность в дома государственного и муниципального жилищного фонда и путем индивидуального жилищного строительства, а также по иным основаниям, предусмотренным законодательством РСФСР и республик в составе РСФСР. Жилые помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда, а также в домах жилищно-строительных кооперативов предоставляются гражданам в бессрочное пользование.

В соответствии со ст. 43 Жилищного кодекса РСФСР жилые помещения предоставляются гражданам в домах ведомственного жилищного фонда по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, а в случаях, предусмотренных Советом Министров СССР, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

Статьей 47 Жилищного кодекса РСФСР установлено, что на основании решения о предоставлении жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда исполнительный комитет районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Советов народных депутатов выдает гражданину ордер, который является единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение.

Согласно ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласия остальных членов семьи.

По утверждению истцов, спорная квартира была предоставлена ФИО7 и членам его семьи после гибели в результате пожара жилого дома по адресу: <адрес>, где ФИО7 с семьей проживал ранее.

В подтверждение факта законности вселения в спорную квартиру истцы представили договор аренды жилого помещения от 03.05.1995, заключенный между унитарным муниципальным предприятием «Специализированное жилищно-эксплуатационное управление» (УМП «СпецЖЭУ») и ФИО7

Согласно указанному договору арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду и оплачивает жилое помещение по адресу: <адрес> количеством проживающих 4 человека. Договором установлен срок его действия - до 31.12.1995.

Как указывают истцы, они были вселены в квартиру по адресу: <адрес> 1995 году, как члены семьи ФИО7, проживают в данном жилом помещении непрерывно до настоящего времени.

Между тем, суд полагает обоснованными доводы представителя ответчика относительно отсутствия надлежащих доказательств вселения истцов в спорную квартиру в 1995 году в установленном в тот период времени порядке.

Так, из материалов дела не следует, что УМП «СпецЖЭУ» было уполномочено собственником спорного жилого помещения по распоряжению последним, в том числе, уполномочено на заключение договоров найма в отношении данного жилого помещения.

В ответе на судебный запрос Департамент по управлению муниципальным имуществом Администрации г. Екатеринбурга сообщил, что жилой дом по адресу: <адрес> был закреплен на праве хозяйственного ведения за муниципальным предприятием «ПЖРУ», которое было переименовано в УМП «СпецЖЭУ», а в дальнейшем - в ЕМУП «СУЭРЖ». ЕМУП «СУЭРЖ» не имеет полномочий по распоряжению жилыми помещениями в указанном доме.

В материалах дела отсутствуют сведения о принятии собственником жилого помещения какого-либо акта о закреплении указанного жилого дома за МП «ПЖРУ» (УМП «СпецЖЭУ»), а также о передаче собственником данному предприятию полномочий по распоряжению жилыми помещениями в данном доме, включая <адрес>.

Об отсутствии воли и волеизъявления собственника на предоставление ФИО7 спорной квартиры свидетельствует отсутствие у него и истцов регистрации как по месту жительства, так и по месту пребывания по адресу спорного жилого помещения.

Кроме того, как указывалось выше, единственным основанием для вселения в жилое помещение (на условиях социального найма, в служебное жилое помещение, в жилое помещение в общежитии) в период возникновения спорных отношений являлся ордер.

Семья ФИО7 была вселена в спорную квартиру не на основании ордера, а на основании договора аренды, заключённого на определенный срок.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО7 спорная квартира была предоставлена как состоящему на учете в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий или в связи с трудовыми отношениями с организацией, предоставившей жилое помещение.

Следует отметить, что согласно ст. 295 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего на 03.05.1995, пользование жилым помещением в домах государственного и общественного жилищного фонда осуществляется в соответствии с договором найма жилого помещения, заключаемым между наймодателем - жилищно-эксплуатационной организацией (а при отсутствии - соответствующим предприятием, учреждением, организацией) и нанимателем - гражданином, на имя которого выдан ордер.

Таким образом, на момент возникновения спорных правоотношений договора найма мог быть заключен только при наличии ордера.

Также в деле нет сведений о том, что до принятия Постановления об утверждении дома по адресу: <адрес> в муниципальную собственность он имел статус общежития.

Между тем, в силу ст. 7 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» передача жилого дома, принадлежащего государственному или муниципальному предприятию либо государственному или муниципальному учреждению, в ведение органов местного самоуправления, влечет за собой приобретение жилым помещением, находящемся в таком доме, статуса жилого помещения социального использования, только в том случае, если дом, где находится такое помещение, использовался в качестве общежития.

Представленные истцами письма Администрации Ленинского района г. Екатеринбурга также не свидетельствуют о предоставлении истцам спорной квартиры в пользование в установленном законом порядке. Из этих документов следует только то, что ранее дом по адресу: <адрес> входил в состав маневренного фонда, исключен из состава такого фонда в 2000 году. Вместе с тем, подобное изменение статуса не повлекло возникновение у истцов права постоянного пользования спорной квартирой, так как что они изначально не были вселены в спорную квартиру в установленном законом порядке. Кроме того, даже если соглашаться с истцами, что основанием вселения являлся договор аренды, то срок действия этого договора истек 31.12.1995, соглашение о продлении срока действия договора его сторонами не заключалось, а потому и в таком случае проживание семьи А-вых в спорной квартире после 31.12.1995 не являлось законным.

Таким образом, изначально вселение ФИО7 и членов его семьи в жилое помещение происходило без соблюдения установленного порядка предоставления жилья на условиях социального найма. ФИО7 изначально знал об условиях предоставления ему жилья, а именно о том, что жилое помещение предоставляется ему на основании договора аренды, то есть временно, на определенный срок.

Доказательств того, что ФИО7 по иным основаниям приобрел право пользования спорным жилым помещением, не представлено. Собственником жилого помещения либо уполномоченным им органом (наймодателем) не принималось решения о предоставлении квартиры ФИО7, ордер на право вселения в квартиру не выдавался.

Постоянное проживание истцов в спорном жилом помещении и оплата ими жилья и коммунальных услуг не могут служить самостоятельными основаниями для признания за истцами права пользования спорным жилым помещением на условиях социального найма, поскольку оплата коммунальных платежей свидетельствует лишь об оплате фактически предоставленных услуг.

О том, что ФИО7 вселился в спорную квартиру без соблюдения установленного законом порядка свидетельствуют письменные просьбы Администрации Ленинского района г. Екатеринбурга, адресованные Ленинскому районному суду г. Екатеринбурга (письмо от 16.05.2002) и заместителю Главы г. Екатеринбурга (от 25.10.2005), о принятии решения о выдаче семье А-вых ордера и заключении договора социального найма - то есть об оформлении правоотношений по пользованию жилым помещением социального использования, каковое, очевидно, отсутствовало на момент составления указанных писем и отсутствует в настоящее время, что свидетельствует о незаконности проживания истцов в спорном жилом помещении.

При таких обстоятельствах оснований для признания за истцами права пользования спорной квартирой на условиях социального найма отсутствуют.

Соответственно, не имеется оснований для возложения на ответчика обязанности предоставить истцам по договору социального найма благоустроенное помещение взамен спорной квартиры, так как положения ст.ст. 85, 86 Жилищного кодекса Российской Федерации, регламентирующие права граждан, занимающих жилые помещения на условиях социального найма, в случае признания дома, в котором находятся такие помещения, подлежащими сносу, в отношении истцов не применимы.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, отсутствуют предусмотренные ст.ст. 88, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для взыскания в пользу истцов возмещения судебных расходов.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Администрации г. Екатеринбурга о признании права пользования жилым помещением на условиях социального найма, возложении обязанности – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Екатеринбург Свердловской области.

Судья И.В. Кайгородова