Апелляционное определение № 01-0192/2025 01-1106/2024 10-3907/2026 от 12 апреля 2026 г. по делу № 01-0192/2025

Судья фио Дело № 10-3907/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

адрес 13 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи фио,

судей фио, фио,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи фио,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры адрес фио,

осужденного фио,

его защитника – адвоката фио, представившей удостоверение и ордер,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя прокурора Тушинской межрайонной прокуратуры адрес фио, апелляционные жалобы осужденного фио и адвоката фио на приговор Тушинского районного суда адрес от 19 сентября 2025 года, которым

Пантилей фио, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в

адрес, гражданин Российской Федерации, со средне-специальным образованием, в браке не состоящий, детей не имеющий, трудоустроенный, зарегистрированный по адресу: адрес,

д. 56, корп. 1, кв. 119, несудимый,

- осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное фио наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года. На осужденного фио наложены обязанности, в соответствии с

ч. 5 ст. 73 УК РФ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск потерпевшей фио оставлен без рассмотрения, за гражданским истцом признано право на удовлетворение гражданского иска, вопрос о размере возмещения гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад судьи фио, изложившего содержание приговора, доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений осужденного фио, выслушав выступления осужденного фио и адвоката фио, поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения апелляционного представления, мнение прокурора фио, просившей приговор суда изменить, удовлетворить апелляционное представление, а апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда фио признан виновным в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Преступление совершено в адрес в период и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции осужденный фио вину в инкриминированном преступлении не признал.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Тушинской межрайонной прокуратуры адрес фио, не оспаривая доказанность вины и фактические обстоятельства уголовного дела считает, что с учетом характера совершенного преступления, отношения осужденного к содеянному, тяжести вреда, причиненного потерпевшей, назначенное фио наказание в виде 2 лет лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ с испытательным сроком 3 года является чрезмерно мягким и не отвечает принципу справедливости. Отмечает, что при назначении наказания суд не в полной мере принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного фио преступления. Указывает, что фио совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, что отнесено уголовным законом к категории тяжких преступлений. При этом, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением осужденного и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые могли бы быть учтены судом, в ходе судебного следствия не установлено. Просит приговор в отношении фио изменить, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, взять фио под стражу в зале суда.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный фио выражает несогласие с вынесенным судебным решением, считает его необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что потерпевшая ввиду сильного алкогольного опьянения вела себя резко и агрессивно, не держалась на ногах и неоднократно падала, он отталкивал потерпевшую от себя ввиду её неадекватного поведения. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей, которые также сообщили, что он удары ногами и руками фио не наносил. Отмечает, что показания потерпевшей на протяжении следствия являлись противоречивыми. фио меняла показания, путалась, сообщала, что не помнит и не знает всех событий. При поступлении в медицинское учреждение фио сообщала, что была избита на улице группой неизвестных молодых людей, а впоследствии заявляла, что это произошло в помещении. Считает, что показания потерпевшей о нанесении ей многочисленных ударов ногами являются вымышленными, при этом утверждает, что потерпевшую ни ногами, ни руками никто не бил, что подтверждается свидетелями. Указывает, что потерпевшая его оговаривает, поскольку у нее были неприязненные отношения к нему, при этом свидетель фио, который сообщал в суде о неприязненном отношении к нему, оговора не допустил и указал, что ударов потерпевшей никто не наносил, а лишь отталкивали потерпевшую от себя. Отмечает, что в экспертизах от

21 сентября 2023 года и от 06 мая 2024 года указано, что травма была получена от падения на вытянутую руку (локоть или кисть). Данный вывод экспертиз подтверждается, показаниями свидетелей фио, фио, фио, фио, фио и фио, которые лично видели падение фио с кровати на вытянутую правую руку, после чего она лежала на полу. Выводы экспертизы от 19 сентября 2024 года основаны на незаконном следственном эксперименте от 29 июля 2024 года, в ходе которого звучали подсказки, обсуждалось, как и с какой стороны лучше наносить удары и ставить руку, адвокат потерпевшей зачитывал ранее данные показания и подсказывал потерпевшей её действия, сама фио путалась в показаниях и неоднократно говорила, что не помнит произошедших событий. На видеозаписи следственного действия удары демонстрировались в неестественных позах, что свидетельствует о неудобстве нанесения ударов в связи с ограниченным пространством помещения. При этом потерпевшая сообщала, что несколько раз теряла сознание от удара ногой в голову, что ставит под сомнение возможность что-либо помнить. При демонстрации удара в плечо, когда рука опиралась на пол, физически было неудобно наносить удар, а места одновременно для пятерых людей и пространства для размаха не было. фио также показала, что в момент нанесения ей ударов она закрывала лицо руками и запомнила только его удары. Обращает внимание, что при первом обращении в правоохранительные органы фио не понимала происходящего, а затем стала придумывать многочисленные удары от него и иных лиц. Указывает, что у него была сломана рука, в связи с чем он не мог отталкивать потерпевшую двумя руками. Кроме того, основная рабочая нога у него левая и он не мог нанести удары фио правой ногой. Обращает внимание, на силу своих ударов, и отмечает, что если бы он их наносил, то фио не смогла бы самостоятельно передвигаться. Считает, что показания свидетелей, которые на всем протяжении событий находились в комнате с потерпевшей, подтверждают его показания о невменяемом состоянии потерпевшей, её алкогольное опьянение, агрессию, неоднократные падения, отсутствие каких-либо ударов, нанесенных потерпевшей, а также то, что у него была травмирована левая рука, которая находилась в бандаже и он старался избегать физического контакта. Также считает, что его доводы подтверждаются судебными экспертизами, согласно которым травма фио получена от падения на вытянутую руку, а экспертизе от

19 сентября 2024 он не доверяет, полагая, что она проведена по вымышленным показаниям потерпевшей, что могло повлиять на вывод экспертов. Кроме того, указывает, что суд, по его мнению, необоснованно связывает опровержение его показаний с показаниями свидетелей, видевших приезд скорой помощи, при этом потерпевшая не сообщала скорой помощи, как и когда получила травму. Считает, что судом не учтены обстоятельства алкогольного опьянения потерпевшей и ее агрессивного поведения, а также свидетельские показания о том, что удары ей никто не наносил, и выводы двух судебно-медицинских экспертиз о том, что травма образовалась от падения на вытянутую руку. Просит приговор Тушинского районного суда адрес от 19 сентября 2025 года в отношении него отменить, в совершении инкриминированного преступления его оправдать.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат фио выражает несогласие с приговором, считает его необоснованным и подлежащим отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Считает, что суд необоснованно признал показания потерпевшей достоверными и положил их в основу приговора, при этом ссылка суда на показания свидетелей является несостоятельной, поскольку в последних отсутствуют сведения о нанесении фио ударов ногой по правому плечу потерпевшей. Показания потерпевшей содержат существенные противоречия относительно обстоятельств причинения телесных повреждений, поскольку фио в ходе предварительного следствия неоднократно меняла показания и отказывалась от продолжения допроса и участия в следственном эксперименте, выдвигая условие о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы. Так в заявлении в правоохранительные органы потерпевшая просила привлечь фио к ответственности, утверждая, что он нанес ей один удар ногой в голову, после чего она потеряла сознание; в ходе первоначальных показаний сообщала, что после словесного конфликта фио толкнул её, затем иные участники конфликта наносили ей множественные удары руками и ногами, а в какой-то момент фио нанес ей сильный удар ногой в область головы, от которого она ударилась головой об пол и потеряла сознание, а придя в сознание, почувствовала резкую боль в области правого плеча; при повторном допросе потерпевшая отказалась продолжать давать показания и участвовать в следственном эксперименте до проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы; после проведения второй судебно-медицинской экспертизы потерпевшая изменила показания, и почти через год после происшествия стала утверждать, что фио нанес ей три удара по правому плечу, при этом третий удар, по ее версии, повлек потерю сознания; согласно видеозаписи следственного эксперимента потерпевшая показала о пяти ударах по плечу, при этом последний удар, по ее утверждению, был нанесен на лету в момент ее падения; в судебном заседании показала об одном ударе в плечо после падения на пол, а затем настаивала на двух ударах по правому плечу. Учитывая изложенное, выводы суда о непротиворечивости показаний потерпевшей не основаны на фактических обстоятельствах, установленных в судебном заседании. Указывает, что в приговоре суд необоснованно согласился с органами предварительного следствия, установив нанесение фио не менее 6 ударов правой ногой по плечу потерпевшей, однако в качестве доказательства приводит показания потерпевшей, где она указывает на нанесение ей лишь 3 ударов по плечу. Считает, что суд нарушил правило проверки и оценки доказательств по ст.ст. 87, 88 УПК РФ, не дал оценки иным противоречивым доказательствам, что могло повлиять на выводы о виновности. Отмечает, что предупреждение потерпевшей об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ и проставление ею подписи в протоколах не помешало ей менять показания об обстоятельствах дела. Считает, что проведенные по делу судебно-медицинские экспертизы, являются противоречивыми, выводы о механизме причинения телесных повреждений противоречат друг другу: по заключению эксперта от 22 сентября 2023 года тяжкие телесные повреждения возникли в результате непрямой травмы путем падения на локоть или кисть вытянутой руки; по заключению эксперта от 22 мая 2024 года - телесные повреждения могли возникнуть как в результате непрямой, так и прямой травмы; в заключении комиссии экспертов от 19 сентября 2024 года указано об ударном характере телесных повреждений. Однако, учитывая данные противоречия, суд принял во внимание только результат последней экспертизы, не опровергнув и не изложив в приговоре альтернативные выводы двух иных экспертиз. Считает, что обоснованность назначения второй и третьей экспертиз вызывают сомнения. Отмечает, что при назначении третьей экспертизы следствием был поставлен единственный дополнительный вопрос: могли ли телесные повреждения у потерпевшей образоваться при обстоятельствах, продемонстрированных ею в ходе следственного эксперимента. Считает, что данный вопрос выходит за рамки специальных познаний эксперта и должен решаться исключительно следственным путем, при этом комиссия экспертов дала предположительный ответ, который не может служить доказательством по делу. Также отмечает, что экспертами было дано заключение по тяжести и механизму повреждений, на что следователь их не уполномочивал, а из данных в сети «Интернет» следует, что эксперты по последней экспертизе являются специалистами в адрес, а не травматологии. Указывает, что суд не дал надлежащего ответа на ходатайство стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами в порядке ст. 75 УПК РФ протокола следственного эксперимента от 29 июля 2024 года и видеозаписи к нему, поскольку они получены с нарушением УПК РФ: перед следственным действием участникам не были разъяснены права и обязанности, эксперт и адвокат делали подсказки потерпевшей и статисту, задавались наводящие вопросы, оглашался текст прежних показаний потерпевшей, текст на видеозаписи не в полной мере соответствует тексту протокола. Считает необоснованным вывод суда о безосновательности доводов защиты о недопустимости использования показаний потерпевшей ввиду ее сильного алкогольного опьянения и неадекватного поведения. Указывает, что факт алкогольного опьянения потерпевшей не отрицался самой потерпевшей и свидетелями, потерпевшая не оспаривала показания свидетелей о ее агрессивном и неадекватном поведении, а также о том, что она неоднократно путала осужденного с другими лицами. Отмечает, что из текста судебной экспертизы следует: при обращении в медицинское учреждение потерпевшая указывала, что была избита на улице неизвестными людьми и подробности не помнит; из видеозаписи следственного эксперимента следует, что в больнице она находилась в шоковом состоянии, ничего не помнила и не ощущала боли после происшествия, что свидетельствует о необходимости тщательной проверки достоверности ее показаний, которая судом не была осуществлена. Указывает, что суд не принял во внимание, что показания фио, согласуются с показаниями свидетелей о том, что, находясь в комнате коттеджа, он не наносил потерпевшей удары по плечу правой ногой, и что свои показания он подтвердил на очной ставке с потерпевшей. Отмечает, что суд не дал оценки показаниям фио о том, что на момент происшествия у него была проведена серьезная операция на руке с вживлением металлической конструкции, он пытался беречь руку, а также указывал, что рабочая нога у него левая и он не мог наносить удары правой ногой при указанных потерпевшей обстоятельствах, что подтвердили свидетели. Считает, что суд, вопреки требованиям ч. 3 ст. 15 УПК РФ, принял обвинительный уклон и не дал оценки оправдывающим осужденного обстоятельствам. Просит приговор суда в отношении фио отменить, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционное представление заместителя межрайонного прокурора фио осужденный фио указывает, что оно составлено по формальным основаниям, без учета обстоятельств дела и без ознакомления с протоколами судебных заседаний. Отмечает, что в судебном заседании представитель обвинения в прениях просила назначить ему реальное наказание, мотивируя тем, что обвинение подтверждается показаниями свидетелей и показаниями потерпевшей, которые являются последовательными и непротиворечивыми. Однако, представитель обвинения не участвовала при допросе потерпевшей, в ходе которого она дала противоречивые показания, а также при допросе свидетелей, которые не сообщали о том, что он наносил удары потерпевшей ногой по плечу. Считает, что представитель обвинения в прениях неверно излагала доказательства, что могло существенно повлиять на выводы суда в части установления обстоятельств дела и квалификации. Вывод о том, что он совершил умышленное тяжкое преступление, не основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании. Указывает, что в приговоре изложено лишь одно из противоречивых показаний потерпевшей на предварительном следствии, при этом, не изложены её показания в суде и первоначальные показания, где она сообщала о нанесении одного удара в голову ногой, от которого она потеряла сознание. В действительности у него не было каких-либо мотивов причинять телесные повреждения потерпевшей и он был заинтересован в проведении дня рождения его сестры без конфликтов. Считает, что следствием и судом не проверялись иные версии получения телесных повреждений, при этом скорая помощь забрала потерпевшую за пределами арендованного дома, а потерпевшая поступила в медицинское учреждение спустя значительное время, при осмотре указывала, что была избита неизвестными людьми на улице. Вопреки доводам представления, считает, что суд назначил наказание в пределах санкции ч. 1 ст. 111 УК РФ, и для его назначения, не требуется наличие исключительных обстоятельств. Указывает, что заместитель межрайонного прокурора не принял во внимание неправомерное поведение потерпевшей, которая была инициатором конфликтов при праздновании дня рождения, находилась в крайне неадекватном состоянии, провоцировала гостей, наносила беспорядочные удары, вела себя вызывающе и не реагировала на замечания. Считает, что если бы потерпевшая вела себя надлежащим образом, то не получила бы перелом хирургической шейки правой плечевой кости. Просит отказать заместителю межрайонного прокурора в удовлетворении апелляционного представления в части усиления наказания.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Вина фио в совершении преступления, за совершение которого он осужден, установлена совокупностью подробно изложенных в приговоре доказательств, в том числе:

показаниями потерпевшей фио, согласно которым она по приглашению своей знакомой фио приехала в арендованный частный дом для празднования дня рождения последней 31 июля 2023 года около 19 часов 30 минут вместе с фио и фио После 23 часов 10 минут охранник попросил всех перейти в дом. В это же время фио Ар.М. стал требовать от нее убирать со стола, на что она отказалась и между ними, а также другими гостями произошел словесный конфликт, в ходе которого фио Ар.М. толкнул ее, и она упала на лавочку. Затем она пошла в комнату на втором этаже дома, чтобы забрать собственные вещи, однако в комнату зашли фио Ар.М., фио, Даниил, Мария, другие лица и продолжили с ней конфликт. фио Ар.М. толкнул ее двумя руками в грудь, от чего она упала на пол. Когда она находилась на полу фио Ар.М. нанес ей не менее двух ударов правой ногой в область правого плеча и верхней части спины, иные лица также наносили ей удары. Когда она пыталась подняться, фио Ар.М. и фио вновь обратили на нее внимание, после чего фио нанес удар в область левого плеча, а фио Ар.М. нанес сильный удар правой ногой в область правого плеча, от которого она упала на спину, ударилась спиной и головой об пол и потеряла сознание. Очнувшись, она почувствовала, что правая рука травмирована, в дальнейшем она была госпитализирована и 02 августа 2023 года ей экстренно проведена операция в ФГБУ «НМИЦ ТО им. фио» с установлением металлических пластин и штифтов, поскольку был обнаружен перелом;

показаниями свидетеля фио, согласно которым в ночь с

31 июля 2023 года на 01 августа 2023 года он находился на праздновании дня рождения фио в частном доме по адресу: адрес. Под конец мероприятия между фио и братьями фио возник конфликт, в ходе которого старший брат именинницы – фио Ар.М. в грубой форме потребовал от фио убрать со стола, после чего начал ее толкать. Затем фио пошла в дом за вещами, а он спустя некоторое время пошел за ней. В комнате на втором этаже где находилась фио конфликт между фио Ар.М. и другими лицами продолжился, после чего в комнату забежали двое парней, а младший брат именинницы ударил его головой в нос. После этого он увидел, что фио окружили люди и она упала на пол. Что происходило дольше он не видел, поскольку на него и фио накинулись другие лица. После того, как он и фио покинули территорию дома, последняя была госпитализирована;

показаниями свидетеля фио, согласно которым он совместно с фио прибыл на празднование дня рождения фио

31 июля 2023 года примерно в 19 часов 30 минут в частный дом по адресу:

адрес. После 22 часов 00 минут в комнате на втором этаже дома он увидел, что между фио и группой лиц, в том числе фио Ар.М. и фио, развивается конфликт и начинается драка, в ходе которой фио Ар.М. толкнул фио, от чего последняя упала на ягодицы на пол, при этом левым боком ударилась о кровать. фио Ар.М. препятствовал фио подняться, толкал ее обратно на пол, а фио в это время также наносил удары ногой в правый бок. Он пытался прекратить конфликт, но участвующие в конфликте лица стали ему наносить удары. После этого фио выбежал из дома с целью позвать охранника. В это время он и фио выбрались из дома, не успев забрать часть вещей, при этом конфликт продолжился на улице. Прибывший охранник с соседнего дома, выпроводил его, фио и фио с территории дома. После приезда наряда СМП фио была оказана медицинская помощь, а впоследствии ей провели операцию в связи с полученной тяжелой травмой;

показаниями свидетеля фио, согласно которым он находился на праздновании дня рождения фио, проходившего с 31 июля 2023 года по 01 августа 2023 года в арендованном частном доме. На праздновании также присутствовала фио Около 00 часов 00 минут он услышал громкие разговоры и ругань на втором этаже дома, поднялся в комнату слева от лестницы и увидел там фио, лежащую на кровати, а также фио Ар.М., фио, фиоМ и фио, которые говорили о необходимости собрать вещи фио и уехать. Через некоторое время приехал хозяин арендованного дома и вывел из него фио Когда фио находилась в доме он слышал как она кричала, что у нее что-то болит;

показаниями свидетеля фио, согласно которым он находился на праздновании дня рождения фио, проходившего в частном доме по адресу: адрес. На праздник он приехал 31 июля 2023 года примерно в 21 час 00 минут. Среди гостей, помимо прочих, также была фио Примерно в 23 часа 00 минут возле беседки фио Ар.М. в грубой форме потребовал от фио убрать со стола, на что та отказалась, после чего фио Ар.М. толкнул ее и она упала. Далее фио направилась в комнату на втором этаже дома, чтобы забрать вещи. В данной комнате в ходе продолжающегося конфликта фио Ар.М. толкал фио несколько раз, после чего он увидел фио лежащую на полу и кричащую;

показаниями свидетеля фио, которая показала, что она с 15 часов 30 минут 31 июля 2023 года присутствовала в арендованном доме по адресу: адрес, на праздновании дня рождения фио Среди гостей также были фио, фио и фио Около 23 часов 00 минут возле беседки между фио Ар.М. и фио произошел конфликт из-за отказа последней помогать убирать со стола. В дальнейшем, примерно в 01 час 30 минут, фио направилась в дом. В комнате, где находилась фио присутствовали она, другие гости, а также фио Ар.М. Присутствующие просили фио покинуть дом, фио Ар.М. отталкивал от себя фио Момента нанесения ударов фио, либо её падения она не видела, однако, сопровождая фио по лестнице вниз, последняя сообщила, что у нее болит рука;

заключением эксперта № 298 от 22 сентября 2023 года, согласно выводам которого у фио установлены повреждения в виде перелома хирургической шейки правой плечевой кости со смещением, частичный разрыв правого акромиально-ключичного сочленения с отрывом мелкого костного фрагмента от акромиального отростка правой лопатки, а также множественные ссадины и подкожные гематомы головы и туловища. Перелом хирургической шейки правой плечевой кости с частичным разрывом правого акромиально-ключичного сочленения мог возникнуть в результате непрямой травмы при падении на локоть или кисть вытянутой руки, причинил тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть и мог образоваться незадолго до обращения за медицинской помощью. Подкожные гематомы и ссадины вреда здоровью не причинили;

заключением эксперта № 2434104608 от 22 мая 2024 года, согласно выводам которого при обращении фио в филиал № 5 адрес № 180 ДЗМ» 01 августа 2023 года в 03 часа 02 минуты и дальнейшем обследовании в ФГБУ «НМИЦ ТО им. фио» 01 августа 2023 года в 14 часов 43 минуты у нее выявлена травма правого плечевого сустава и правой лопатки в виде перелома хирургической шейки плечевой кости со смещением, частичного разрыва акромиально-ключичного сочленения с отрывом мелкого костного фрагмента от акромиального отростка лопатки и гематомы в области плечевого сустава. Указанная травма могла образоваться как в результате прямой травмы при ударном воздействии тупого твердого предмета, так и при непрямой травме при падении на локоть или кисть вытянутой руки, возможно в срок, указанный в постановлении, и причинила тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. Ссадины и гематомы головы и тела вреда здоровью не причинили. Разрешение вопроса о конкретном механизме причинения травмы возможно в рамках медико-криминалистической экспертизы по реконструкции событий;

заключением экспертизы № 2423000797 от 19 сентября 2024 года, согласно выводам которой при судебно-медицинском исследовании материалов дела у фио на момент обращения за медицинской помощью 01 августа 2023 года выявлены множественные ссадины и подкожные гематомы головы и туловища, а также перелом хирургической шейки правой плечевой кости со смещением, частичный разрыв правого акромиально-ключичного сочленения с отрывом мелкого костного фрагмента от акромиального отростка правой лопатки и гематома. Множественные ссадины и подкожные гематомы образовались в результате неоднократных ударно-скользящих и ударно-сдавливающих воздействий тупых твердых предметов и вреда здоровью не причинили. Перелом правой плечевой кости и сопутствующие повреждения правого плечевого сустава образованы в результате приложения травмирующей силы на наружную поверхность правого плечевого сустава при воздействии силы справа налево и несколько сверху вниз, что свидетельствует об ударном механизме образования данной травмы. Данная травма была причинена твердой тупой преобладающей поверхностью травмирующего предмета, о чем свидетельствует закрытый характер повреждения, локализация места приложения травмирующей силы на выступающей поверхности и наличием кровоподтека на наружной поверхности области правого плечевого сустава. Данная травма образовалась незадолго до обращения фио

01 августа 2023 года за медицинской помощью. Наиболее вероятным является образование выявленной травмы правого плеча у фио в результате ударного воздействия в область правого плеча по зафиксированной на полу руке;

протоколом осмотра места происшествия от 20 сентября 2023 года, в ходе которого осмотрен дом по адресу: адрес;

а также другими доказательствами, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Вышеуказанные показания потерпевшей и свидетелей, судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются, в том числе, с протоколами следственных действий и результатами экспертиз, проведенных по делу.

Достоверность показаний допрошенных по делу потерпевшей и свидетелей, положенных в основу приговора, у судебной коллегии сомнений не вызывает, поскольку какой-либо заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении фио, вопреки доводам апелляционных жалоб, как и оснований для его оговора, судебной коллегией не установлено.

Показаниям осужденного в приговоре суда дана надлежащая оценка. Суд первой инстанции обоснованно критически оценил показания фио, поскольку его показания противоречат показаниям потерпевшей, свидетелей и письменным материалам дела.

Доводы стороны защиты о том, что показания фио являются противоречивыми, об обстоятельствах произошедших событий она помнить не могла, поскольку теряла сознание, находилась в состоянии алкогольного опьянения, закрывала лицо руками и не могла видеть кто именно наносил ей удары, неоднократно в ходе следствия меняла собственные показания, выдумала факты нанесения ударов фио, являются несостоятельными, основаны на собственной трактовке их смысла и сводятся к их переоценке, без учета всей совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного следствия.

Судебная коллегия отмечает, что показания фио являются достоверными, поскольку последовательны, непротиворечивы и подтверждаются показаниями указанных свидетелей об обстоятельствах произошедшего конфликта между нею и фио, а также о применении последним в отношении неё физической силы. Кроме того показания фио подтверждаются и письменными доказательствами, в том числе протоколом осмотра места происшествия, протоколом следственного эксперимента от 29 июля 2024 года, результатами проведенных по делу экспертиз.

Показания фио на протяжении периода предварительного расследования преступления и в ходе судебного заседания дополнялись и уточнялись потерпевшей сведениями об обстоятельствах совершенного преступления. Наличие в показаниях фио расхождений в деталях произошедших событий, не свидетельствует об их недостоверности, а объясняются восстановлением в памяти событий рассматриваемого периода, с учетом стрессовой ситуации, обстановки в которой было совершено преступление, нанесения ей множественных ударов, потери потерпевшей сознания, а также получения ею травмы, причинившей тяжкий вред здоровью.

Доводы стороны защиты о недостоверности показаний потерпевшей в связи с тем, что в ходе следственного эксперимента и судебного заседания фио сообщала, что она не помнит произошедших событий, не влияют на достоверность её показаний, поскольку объясняется прошедшим длительным временем с момента совершения в отношении неё преступления. Противоречия в показаниях потерпевшей между данными ею в ходе судебного разбирательства и на предварительном следствии, были устранены после оглашения судом показаний потерпевшей, данных ею на предварительном следствии, которые фио в полном объеме подтвердила, дала соответствующие пояснения и настаивала на них.

Вывод стороны защиты о том, что в приговоре показания потерпевшей противоречат описанию, совершенного в отношении неё преступления, является несостоятельным и противоречит объективным данным, поскольку содержание показаний потерпевшей, указанных в приговоре, согласуется с фактическими обстоятельствами совершенного в отношении неё преступления, установленными судом.

Сведения, сообщенные свидетелями фио, фио, фио, фио и фио о том, что фио никто ударов не наносил, являются недостоверными. Доводы стороны защиты и показания данных свидетелей в указанной части, судебная коллегия оценивает критически, поскольку данные показания свидетелей, мотивированы желанием помочь фио избежать уголовной ответственности, с которым у них имеются дружеские отношения, а фио является родным братом осужденного. Выводы стороны защиты, а также показания указанных свидетелей о том, что перелом хирургической шейки правой плечевой кости, полученный фио образовался от падения потерпевшей на руку, и потерпевшей никто ударов не наносил, опровергаются обстоятельствами, достоверно установленными судом в ходе судебного следствия, которые подтверждаются результатами экспертиз, выявивших механизм образования данной травмы, а также множественные ссадины и подкожные гематомы головы и туловища у фио

Доводы стороны защиты о том, что фио вела себя агрессивно и набрасывалась на осужденного, достоверного подтверждения в ходе судебного следствия не нашли, и опровергаются установленными судом обстоятельствами совершенного преступления, согласно которым фио значительно превосходил фио физически, первый проявил агрессию в отношении потерпевшей, неоднократно её толкал и провоцировал развитие конфликта с нею. Кроме того, представленные суду доказательства опровергают версию стороны защиты и не свидетельствуют о том, что со стороны фио имелось какое-либо преступное посягательство в адрес фио, которое бы представляло угрозу для жизни и здоровья последнего, и требовало необходимости защищаться от данного посягательства путем нанесения неоднократных ударов ногой по находящейся на полу потерпевшей.

Доводы стороны защиты о незаконности проведенного по делу следственного эксперимента судебная коллегия оценивает критически, поскольку следственное действие проведено в соответствии со ст. 181 УПК РФ, уполномоченным лицом, в пределах его компетенции, результаты, зафиксированные в протоколе следственного действия, согласуются с совокупностью доказательств по делу, свидетельствующих о виновности фио

Протокол следственного эксперимента соответствует требованиям ст.ст. 164, 166, 170, 181 УПК РФ. Вопреки сведениям, указанным в апелляционной жалобе защитника, в протоколе содержится запись о разъяснении участникам следственного эксперимента перед его началом прав, обязанностей, а также порядка его проведения следственного действия. Специалисту, участвующему в следственном эксперименте разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 58 УПК РФ, о чем специалист проставил свою подпись. Кроме того, протокол следственного действия содержит подписи всех участвующих лиц, которые замечаний по поводу производства следственного действия или составления протокола не имели.

Своего подтверждения также не нашли и доводы стороны защиты о наличии подсказок и искусственном формировании необходимых органам предварительного следствия результатов следственного эксперимента, которые основаны на субъективной интерпретации хода следственного действия, поскольку содержание указанного протокола соответствует содержанию видеозаписи следственного действия, информация, сообщенная потерпевшей фио зафиксирована следователем в том объеме и в той последовательности, как об этом сообщала потерпевшая. Оглашение адвокатом фио ранее данных ею показаний при проведении следственного эксперимента не свидетельствует о его недопустимости и недостоверности содержащихся в протоколе сведений, полученных в ходе следственного эксперимента, поскольку участвующая в нем фио неоднократно сообщала о том, что не помнит обстоятельств совершенного в отношении неё преступления ввиду давности произошедших событий.

Проведенные по настоящему уголовному делу экспертизы осуществлены компетентными лицами, соответствует требованиям закона, заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года № 73.

Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по

ст. 307 УК РФ, вопреки доводам защитника, имеют достаточный опыт работы по специальности и обладают необходимой квалификацией для установления указанных в экспертных заключениях обстоятельств, лично не заинтересованы в исходе дела. Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, выводы ясны и понятны, в заключениях даны мотивированные ответы на все значимые для уголовного дела вопросы. Оснований ставить под сомнение изложенные в заключениях экспертиз выводы, не имеется, выводы, являются непротиворечивыми и понятными.

Вопреки доводам стороны защиты, проведенные по делу экспертизы не противоречат друг другу, в связи с тем, что они фактически дополняют ранее сделанные выводы, и последовательно исследуют вопрос по поводу механизма образования у фио травмы, повлекшей тяжкий вред здоровью. Противоположных мнений по поводу тяжести причиненного фио вреда здоровью, экспертами не допущено.

С целью установления обстоятельств совершенного преступления и верной квалификации содеянного орган предварительного следствия верно пришел к выводу о необходимости назначения комиссионной судебно-медицинской экспертизы, которой, помимо прочего, предоставлены результаты следственного эксперимента, проведенного с участием фио 29 июля 2024 года, поскольку выводы судебно-медицинских экспертиз № 298 от 22 сентября 2023 года и № 2434104608 от 22 мая 2024 года не содержали определенного мнения экспертов о механике образования у фио перелома хирургической шейки правой плечевой кости. При этом, эксперт, проводившая исследование

№ 2434104608 от 22 мая 2024 года пришла к выводу и прямо указала, что высказаться о возможности образования исследуемых повреждений при конкретных обстоятельствах и условиях возможно в рамках производства ситуационного исследования.

Мнение стороны защиты о недопустимости заключения комиссии экспертов № 2423000797 от 19 сентября 2024 года о том, что при её проведении эксперты самостоятельно определили тяжесть полученных фио травм, а также определили механизм повреждения, при условии, что такого вопроса в постановлении о назначении экспертизы не ставилось, судебная коллегия считает несостоятельным, в связи с тем, что эксперты в соответствии с ч. 2 ст. 204 УПК РФ вправе указать в своем заключении установленные при производстве судебной экспертизы обстоятельства, которые имеют значение для уголовного дела, но по поводу которых им не были поставлены вопросы. Выводы экспертов, в том числе, об оценке ссадин и гематом, обнаруженных у фио как не причинивших вреда здоровью, а также о механизме образования у потерпевшей перелома хирургической шейки правой плечевой кости, не выходят за пределы специальных познаний экспертов, являются обоснованными и логичными, исходя из обстоятельств совершенного преступления, а также не являются основаниями для признания заключения комиссии экспертов недопустимым доказательством.

Утверждения защитника о том, что эксперты, проводившие экспертное исследование № 2423000797 от 19 сентября 2024 года, являются специалистами в адрес являются голословными. Сведения об образовании и стаже экспертов, содержащиеся в заключении, соответствуют сведениям, содержащимся в открытых источниках информации.

Учитывая изложенное, научность и обоснованность выводов, изложенных в заключениях экспертов, признанных доказательствами виновности фио, компетентность судебных экспертов, а также соблюдение при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона, у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Также судебная коллегия отмечает, что заключения экспертиз были оценены судом в совокупности с показаниями потерпевшей, свидетелей, письменными материалами дела и обоснованно признаны допустимыми доказательствами, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу. Доводы стороны защиты о недопустимости проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз, судебная коллегия отвергает как необоснованные.

Ссылки стороны защиты о проведении незадолго до инкриминируемых событий фио операции на руке, на то, что «рабочая» у осужденного нога левая, в связи с чем, он не мог наносить удары правой ногой, о неудобности нанесения ударов так, как это было установлено судом, о том, что потерпевшую наряд СМП забрал за пределами дома, где происходили инкриминированные события, по сути своей не опровергают выводов суда о виновности фио в совершении инкриминированного преступления и не свидетельствуют о невозможности осужденным наносить удары потерпевшей, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью последней, при этом судебная коллегия учитывает различия комплекции и физической силы между потерпевшей и осужденным, что не отрицается стороной защиты, а также наличие прямой причинно-следственной связи между нанесением фио ударов фио и обнаруженной после них у последней травмы.

Доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно, объективно исследованы в судебном заседании в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ, сомнений в достоверности не вызывают, а совокупность исследованных доказательств по делу позволила суду правильно установить фактические обстоятельства дела и постановить обвинительный приговор.

Суд первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона правильно оценил все доказательства по делу с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности их достаточности для правильного разрешения дела и пришел к обоснованному выводу о виновности фио в совершении инкриминируемого ему преступления.

Об умысле осужденного на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей свидетельствуют характер, локализация и механизм образования телесного повреждения фио, обстоятельства его причинения, из которых следует, что осужденный фио нанес потерпевшей не менее шести ударов правой ногой в область правового плеча, тем самым осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления тяжких последствий для здоровья потерпевшей и желал их наступления.

В соответствии с проведенными по делу судебно-медицинскими экспертизами, телесные повреждения, полученные фио, причинили ей в том числе, тяжкий вред здоровью.

Суд правильно квалифицировал действия осужденного фио по ч. 1 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Каких-либо сведений о нарушениях уголовно-процессуального закона при проведении предварительного расследования в материалах уголовного дела не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении фио судебного решения, нарушения права на защиту, на справедливое судебное разбирательство, либо принципа состязательности сторон, равно, как и обвинительного уклона, в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом, вопреки доводам стороны защиты, не допущено. При таких обстоятельствах оснований для иной юридической квалификации действий осужденного фио, или его оправдания судебная коллегия не усматривает.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в условиях, обеспечивающих исполнение сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ.

Вопреки доводам осужденного, содержащихся в возражениях на апелляционное представление, государственный обвинитель в прениях сторон отразил доказательства и их содержание соответствующим образом, а также дал им оценку, которая соответствует позиции, занятой стороной обвинения, что не противоречит закону.

Вопреки доводам апелляционного представления, оснований для признания назначенного фио наказания несправедливым, вследствие его чрезмерной мягкости и для его усиления, в том числе с учетом доводов апелляционного представления, судебная коллегия не усматривает, поскольку при назначении осужденному наказания суд руководствовался требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел в полной мере характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, которое отнесено к категории тяжких, а также данные о личности осужденного, его возраст, состояние здоровья, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом правомерно, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, признаны – положительные характеристики осужденного, состояние здоровья самого фио и его родственников, а также оказанием помощи последним.

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые не были известны суду первой инстанции, в суд апелляционной инстанции не представлено. Каких-либо иных обстоятельств, помимо изложенных в приговоре и подлежащих в силу уголовного закона учету при назначении наказания не имеется.

Отягчающих наказание фио обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 63 УК РФ, не установлено.

В соответствии с требованиями закона суд мотивировал в приговоре свое решение о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы условно на основании ст. 73 УК РФ, которое судебная коллегия считает обоснованным.

Не согласиться с выводом суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ у судебной коллегии оснований не имеется в связи с тем, что ни одно из имеющиеся по настоящему делу смягчающих наказание осужденному обстоятельств, ни их совокупность исключительными не являются.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую суд первой инстанции не усмотрел. Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре.

Доводы, приведенные прокурором в апелляционном представлении о необходимости усиления осужденному фио наказания, в связи с тем, что им совершено тяжкое преступление и не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением осужденного, и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не являются основаниями, которые позволяют усилить назначенное наказание. Обстоятельства, указанные в апелляционном представлении в поддержку доводов о необходимости усиления наказания фио были учтены судом при определении вида и размера наказания. Приведенные в апелляционном представлении доводы, по существу направлены на переоценку выводов суда по вопросу о наказании, что не может являться основанием для пересмотра назначенного наказания, поскольку каких-либо иных обстоятельств, помимо изложенных в приговоре, подлежащих в силу уголовного закона учету при назначении наказания, но не получивших оценки суда, из содержания апелляционного представления и представленных материалов, не усматривается

Вопрос о мере пресечения и о судьбе гражданского иска разрешены судом первой инстанции в соответствии с требованиями закона и имеющимися в уголовном деле документами.

Однако, имеются основания для изменения судебного решения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 61 Постановления Пленума Верховного Суда от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», для достижения целей исправления условно осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений в течение испытательного срока суд с учетом возраста, трудоспособности и состояния здоровья такого осужденного обязан возложить на него исполнение тех или иных обязанностей, определенных в ч. 5 ст. 73 УК РФ, а также вправе возложить и другие обязанности, например: не покидать место своего жительства в ночное время, если это не связано с выполнением трудовых обязанностей; в установленный судом срок загладить вред, причиненный преступлением; встать на учет в органах службы занятости населения.

Приговором суда на условно осужденного фио возложена, в том числе, и обязанность не совершать административных правонарушений, связанных с нарушением общественного порядка.

Между тем, обязанность не совершать административные правонарушения является общеобязательным требованием. Она возложена на всех лиц, достигших соответствующего возраста, в силу закона, дополнительного указания о ее возложении на условно осужденного не требуется.

С учетом требований ч. 3 ст. 74 УК РФ и ч. 5 ст. 190 УИК РФ, совершение условно осужденным в течение испытательного срока нарушений общественного порядка, за которые он привлекался к административной ответственности, является самостоятельным основанием для возможной отмены условного осуждения.

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает необходимым исключить из резолютивной части приговора указание на обязанность не совершать административных правонарушений, связанных с нарушением общественного порядка, наложенную судом на фиоМ.

Помимо этого, в описательно-мотивировочной части приговора при изложении периода совершения преступления суд допустил описку, указав окончание периода преступления вместо 01 августа 2023 года, как 01 августа 2024 года, что является очевидным обстоятельством, не влияющим на правильность установленных судом фактических обстоятельств по делу.

Кроме того, судом допущены технические ошибки при написании отчества осужденного фио во вводной и резолютивной частях приговора, его фамилии при изложении показаний осужденного, потерпевшей и свидетелей. Также судом допущена техническая ошибка при указании инициалов потерпевшей фио во вводной части приговора.

Как усматривается из материалов дела, данных о личности и паспорта осужденного – он является Пантилеем фио; как усматривается из материалов дела, данных о личности и паспорта потерпевшей – она является фио. Данные обстоятельства не повлияли на законность и обоснованность вынесенного приговора, подлежат уточнению, в связи с чем, приговор в этой части подлежит изменению.

В остальной части судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым, поскольку он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона, соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

приговор Тушинского районного суда адрес от 19 сентября 2025 года в отношении Пантилея фио изменить.

Уточнить в приговоре отчество осужденного фио, а также фамилию осужденного при изложении показаний осужденного, потерпевшей и свидетелей, указав в каждом случае – Пантилей фио.

Уточнить в приговоре анкетные данные потерпевшей фио, указав в каждом случае – фио.

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния дату окончания периода совершения преступления как 01 августа 2023 года.

Исключить указание на возложение на осужденного обязанности не совершать административных правонарушений, связанных с нарушением общественного порядка.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы и апелляционное представление – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию Второго кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: