Апелляционное постановление № 22-400/2020 от 24 июня 2020 г. по делу № 1-183/2019

Дело № 22-0400


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 25 июня 2020 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего Андриановой-Стрепетовой Ю.В.,

при секретаре Салоян Г.В.,

с участием:

защитника Кремешкова А.М.,

прокурора Бойко А.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО7 на приговор Тейковского районного суда Ивановской области от 24 декабря 2019 года, по которому

ФИО7, <данные изъяты> судимый:

- 21 декабря 2016 года мировым судьей судебного участка № 3 Заволжского судебного района г.Ярославль по ст.264.1 УК РФ к 300 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года. Основное наказание отбыто 15 сентября 2017 года, дополнительное – 17 апреля 2019 года,-

осужден по ст.307 ч.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 08 декабря 2003 года № 162-ФЗ) к штрафу в размере 30 000 рублей.

Заслушав доклад председательствующего, изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений государственного обвинителя Гулиева В.Г., выслушав выступление адвоката Кремешкова А.М. по доводам жалобы и мнение прокурора Бойко А.Ю., полагавшего приговор законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения,- суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе судебного заседания по рассмотрению уголовного дела в отношении его брата ФИО1, обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного ст.309 ч.2 УК РФ, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.307 УК РФ, дал заведомо ложные показания о событиях, произошедших ДД.ММ.ГГГГ с участием, с одной стороны, самого ФИО7, ФИО1 и ФИО2, а с другой стороны – ФИО3, ФИО4 и ФИО5

В апелляционной жалобе осужденный выражает несогласие с приговором, который считает незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, просит об оправдании в связи с отсутствием в его действиях состава преступления и указывает следующее:

- его допрос в судебном заседании в качестве свидетеля по уголовному делу в отношении ФИО1 был проведен ненадлежащим образом, поскольку вопроса о том, что он видел и слышал во время разговора ФИО1 с ФИО3, ему не задавалось. В действительности, к их словам не прислушивался, а во время разговора выходил из дома;

- в ходе допроса высказал лишь мнение о том, что его брат ничего противоправного во время общения с ФИО3 не совершал, и это его суждение, являющееся оценочным, в силу ст.51 Конституции РФ не может быть признано заведомо ложным на основании лишь мнения судьи, не имеющего преюдициального значения;

- его показания в ходе судебного разбирательства по настоящему уголовному делу иными доказательствами не опровергнуты;

- свидетель ФИО2, которому в суде был задан вопрос о том, известно ли ему, кто еще давал ложные показания по уголовному делу в отношении ФИО1, сообщил, что такие показания давал он (ФИО7), «выгораживая» брата. При этом в качестве источника своей осведомленности ФИО2 назвал мнение следователя, в связи с чем его показания - в силу ст.75 УПК РФ - должны быть признаны недопустимыми. По тем же основаниям следует признать недопустимыми и показания свидетеля ФИО3;

- ссылка суда на то, что он не знакомился с протоколом судебного заседания по уголовному делу в отношении ФИО1 и не приносил на него замечаний, несостоятельна, поскольку свидетель таким правом не обладает;

- несмотря на положения ст.51 Конституции РФ и в противоречие им, в силу п.2 ч.6 ст.56 УПК РФ не вправе был отказаться от дачи показаний, в связи с чем его показания в суде являлись лишь реализацией конституционного права не свидетельствовать против являющегося близким родственником брата;

- в нарушение требований, закрепленных в ст.15 УПК РФ, суд выступил на стороне обвинения, незаконно объявив на стадии судебных прений перерыв и позволив заменить участвовавшего в судебном заседании государственного обвинителя и скорректировать его позицию.

В возражениях государственный обвинитель Гулиев В.Г., находя несостоятельными доводы, приведенные в апелляционной жалобе, просит оставить являющийся законным, обоснованным и мотивированным приговор без изменения.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и при ее поддержании защитником в суде апелляционной инстанции, выслушав выступления сторон в прениях, суд приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности осужденного основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, в частности:

- показаниях свидетелей ФИО4, ФИО3, ФИО2, ФИО5 (в том числе данных ФИО4 на очной ставке с ФИО7, а ею и ФИО2 – в судебном заседании по рассмотрению уголовного дела №) об обстоятельствах, при которых ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, ФИО1 и ФИО2 зашли в дом ФИО5, где находились ФИО3 и ФИО4, и ФИО1, высказывая угрозы ФИО3, требовал от нее забрать заявление о преступлении;

- показаниях работающей секретарем судебного заседания свидетеля ФИО6 о том, что при рассмотрении уголовного дела по обвинению ФИО1 по ст.309 ч.2 УК РФ, в качестве свидетеля допрашивался являющийся братом подсудимого ФИО7. При этом ему были разъяснены положения ст.51 Конституции РФ, права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст.56 УПК РФ, а также ответственность за дачу ложных показаний по ст.307 УК РФ. С протоколом и аудиозаписью судебного заседания ФИО7 не знакомился;

- приговоре Тейковского районного суда Ивановской области от 29 марта 2019 года по уголовному делу №, по которому ФИО1 признан виновным совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УК РФ. В указанном приговоре суд критически отнесся к данным в судебном заседании свидетелем ФИО7 показаниям, отметив заинтересованность последнего в исходе дела;

- согласующемся с данным приговором протоколе судебного заседания по уголовному делу № и подписке свидетелей (включая ФИО7), из которых следует, что ФИО7 были разъяснены положения ст.ст.51 Конституции РФ и 56 УПК РФ, а также ответственность по ст.307 УК РФ, после чего он, не отказавшись от дачи показаний, сообщил сведения, признанные впоследствии судом недостоверными.

Вопреки изложенным осужденным доводам, оценка судом приведенных выше и иных представленных сторонами доказательств, а также имеющихся в них – как внутренних, так и по отношению друг к другу,- противоречий, является объективной.

Приведенные в приговоре мотивы, по которым суд признал достоверными и принял одни сведения и отверг другие, включая показания осужденного, сводящиеся к альтернативному изложению происходивших ДД.ММ.ГГГГ событий, суд апелляционной инстанции находит убедительными.

Суд тщательно проверил доводы защиты, в том числе аналогичные приведенным в апелляционной жалобе, о том, что ФИО7:

- свидетелем разговора брата с ФИО3 не являлся и к нему не прислушивался, а о существе этого разговора узнал со слов ФИО1 и лишь после того, как тот вернулся в автомобиль;

- в ходе судебного заседания по уголовному делу № не был детально допрошен о произошедших событиях,-

и привел в приговоре мотивы, по которым счел их несостоятельными.

Оценив с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела все исследованные доказательства в совокупности, суд первой инстанции верно установил имеющие значение для дела существенные обстоятельства, составляющие предмет доказывания. Приведенные осужденным в апелляционной жалобе и защитником - в суде апелляционной инстанции - доводы об обратном направлены на переоценку представленных суду доказательств и являются несостоятельными, поскольку:

- приведены без учета установленных законом правил оценки всех – и прямых, и косвенных – доказательств, в том числе в их совокупности;

- основаны на неверной интерпретации и игнорировании ряда сведений, включая содержащиеся в показаниях свидетелей и процессуальных документах.

Как верно указано в приговоре, доводы защиты опровергаются следующим:

- о том, что мнение судьи по другому уголовному делу не является доказательством,- положениями ст.90 УПК РФ, в соответствии с которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом без дополнительной проверки;

- о том, что имевший статус свидетеля ФИО7 не обладал правом на ознакомление с протоколом судебного заседания и принесение на него замечаний,- положениями ст.259 ч.7 УПК РФ, согласно которым по ходатайству свидетеля ему предоставляется возможность ознакомления с протоколом и аудиозаписью в части, касающейся его показаний;

- о том, что в отсутствие возможности отказаться от дачи свидетельских показаний, ФИО7 иным способом реализовал право, предоставленное ст.51 Конституции РФ,- согласующимися друг с другом показаниями свидетеля ФИО6 и протоколом судебного заседания, в соответствии с которыми:

- перед допросом в суде в качестве свидетеля по уголовному делу в отношении его брата ФИО7 были разъяснены права, предусмотренные ст.51 Конституции РФ и ст.56 УПК РФ;

- сделанное ему предупреждение об уголовной ответственности касалось лишь ст.307 УК РФ (дача заведомо ложных показаний), но не ст.308 УК РФ (отказ от дачи показаний);

- заявив, что сделанные разъяснения и предупреждение ему понятны , ФИО7 не отказался от дачи свидетельских показаний, а сообщил суду сведения, впоследствии признанные недостоверными.

С квалификацией действий ФИО7 по ч.1 ст.307 УК РФ – заведомо ложные показания свидетеля в суде,- суд апелляционной инстанции также согласен, поскольку данная юридическая оценка соответствует правильно установленным судом фактическим обстоятельствам.

О наличии у ФИО7 умысла на совершение преступления свидетельствует дача сообщение им суду после предупреждения об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ таких являющихся доказательством по уголовному делу сведений, недостоверность которых была ему известна.

Назначенное осужденному наказание соответствует требованиям ст.ст.6, 43, 60 и 61 УК РФ, характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, данным о личности виновного, обстоятельству, смягчающему наказание, а также его влиянию на исправление ФИО7 и условия жизни его семьи.

Так, руководствуясь положениями ст.61 ч.2 УК РФ, суд признал наличие у ФИО7 инвалидности <данные изъяты> смягчающим наказание обстоятельством. Оснований полагать, что указанное обстоятельство учтено судом не в полной мере, не усматривается, как и оснований для признания смягчающими каких-либо иных обстоятельств.

Дав должную оценку характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, суд учел приведенные выше и иные сведения о личности виновного и, приняв, таким образом, во внимание все обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, пришел к выводу о том, что его цели могут быть достигнуты при назначении ФИО7 штрафа.

Правовых оснований для применения положений ст.ст.64 и 15 ч.6 УК РФ у суда первой инстанции не имелось, поскольку в санкции ст.307 ч.1 УК РФ (преступления небольшой тяжести) нижняя граница наказания в виде штрафа, являющегося в соответствии со ст.44 УК РФ наиболее мягким, не установлена.

При таких обстоятельствах, назначенное судом наказание судебная коллегия находит соразмерным содеянному и личности виновного, отвечающим закрепленным в уголовном законе целям исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма, в связи с чем не усматривает оснований для его смягчения.

Из материалов уголовного дела, включая протокол судебного заседания , следует, что нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе со стороны защиты, повлияли на постановление законного и обоснованного приговора, судом первой инстанции не допущено:

- судебное разбирательство проведено с участием подсудимого и защитника, каждому из которых были предоставлены равные с государственными обвинителями права, то есть с соблюдением принципа состязательности в условиях равенства сторон;

- все ходатайства участников процесса рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе закрепленными в ст.ст.271, 281, 285 и 286 УПК РФ;

- требования ст.ст.50 Конституции Российской Федерации и 75 УПК РФ о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона, судом первой инстанции выполнены. В частности, оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний свидетелей ФИО2 и ФИО3 у суда первой инстанции не имелось, и доводы ФИО7 об обратном основаны на ошибочном понимании положений ст.75 ч.2 п.2 УПК РФ. При допросах указанные свидетели сообщали сведения о событиях, непосредственными участниками и очевидцами которых являлись, но не о ставших им известными из неопределенного источника;

- судебное следствие закончено при отсутствии ходатайств о его дополнении, в том числе со стороны подсудимого и защитника, которые согласились с завершением судебного следствия при имевшейся явке и исследованных доказательствах ;

- прения сторон, в которых, наряду с прокурором участвовали подсудимый и защитник, проведены в соответствии с положениями ст.292 УПК РФ, после чего ФИО7 было предоставлено последнее слово ;

- вопреки доводам осужденного, объявление в судебных прениях перерыва «ввиду неясности позиции государственного обвинителя… и неготовности к судебному заседанию» , было осуществлено в соответствии с нормами уголовно-процессуально-го закона, предусматривающими случаи принятия судом решения, обусловленного позицией обвинителя (ст.246 ч.ч.7-10 УПК РФ), и не свидетельствовало о предвзятости суда. При этом прокурор Гулиев В.Г., принявший участие в следующем судебном заседании, был объявлен участникам процесса, не заявившим ему отводов ;

- приведенный защитником Кремешковым А.М. в суде апелляционной инстанции со ссылкой на время совещания и оглашения судебного решения (соответственно, 45 и 33 минуты), а также на результаты арифметического сопоставления объема приговора с рекордной скоростью печати, довод о том, что суд заранее сформировал свою позицию по делу и до удаления в совещательную комнату изготовил приговор, суд апелляционной инстанции находит несостоятельным. Утверждение защиты о полном составлении текста приговора заранее носит характер предположения, не основано на каких-либо фактических данных и противоречит времени нахождения суда в совещательной комнате и объему приговора, изготовленного с помощью технических средств. Вместе с тем, рассматривая анализируемый довод, как допущение того, что проект судебного решения был составлен до удаления в совещательную комнату, суд апелляционной инстанции отмечает следующее. В соответствии положениями главы 39 УПК РФ, регулирующей порядок постановления приговора, требования, предъявляемые к содержанию и структуре судебных решений, во многом не дифференцированы в зависимости от их видов, предусмотренных в ст.302 УПК РФ:

- по смыслу ст.304 УПК РФ, вводная часть приговора – как оправдательного, так и обвинительного,- должна содержать одни и те же сведения;

- сравнительный анализ ст.ст.305 и 307 УПК РФ свидетельствует о том, что в описательно-мотивировочной, то есть в самой объемной части любого - и оправдательного, и обвинительного - приговора, должны содержаться, кроме прочего, одни и те же сведения;

- так, согласно ст.ст.305 ч.1 п.4 и 307 п.2 УПК РФ, в оправдательном приговоре должны быть изложены мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения (что безусловно предполагает приведение их содержания), а в обвинительном - доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие,-

таким образом, составление проекта судебного решения до удаления в совещательную комнату, включая внесение в него содержания исследованных доказательств (большая часть которых по данному уголовному делу, рассматривавшемуся в течение нескольких дней, была исследована ДД.ММ.ГГГГ), законом не запрещено и является правомерным. Такой подход к организации труда не может быть признан результатом преждевременной сформированности у судьи мнения относительно того, как необходимо разрешить уголовное дело в целом, и, соответственно, свидетельством наличия у него заинтересованности в исходе дела.

С учетом приведенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает состоявшееся судебное решение законным, обоснованным и справедливым, а основания для его отмены или изменения и, соответственно, для удовлетворения апелляционной жалобы – отсутствующими.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Тейковского районного суда Ивановской области от 24 декабря 2019 года в отношении ФИО7 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Ю.В. Андрианова-Стрепетова