Приговор № 1-21/2020 1-655/2019 от 17 февраля 2020 г. по делу № 1-21/2020

№

№

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

17 февраля 2020 года Дзержинский городской суд <адрес> в составе председательствующего судьи Андриановой Е.А.,

с участием государственного обвинителя старших помощников прокурора <адрес> Лукашиной О.С., ФИО2, помощника прокурора <адрес> Годухина К.Е.,

потерпевшего Потерпевший №1,

подсудимого ФИО4,

защитника адвоката Анкудиновой С.А., предоставившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ. и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ., выданный адвокатской конторой <адрес>,

защитника, допущенного к участию в деле наряду с адвокатом Бородавина Л.Ф.,

при секретаре Кабановой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Дзержинского городского суда <адрес> материалы уголовного дела в отношении

ФИО4 <данные изъяты>

под стражей по настоящему уголовному делу не содержащегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 совершил на территории <адрес> нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ, не позднее 01 часа 25 минут водитель ФИО4, являясь участником дорожного движения и, будучи обязанным в соответствии с требованиями пункта 1.3 Правил дорожного движения РФ, знать и соблюдать относящиеся к нему требования настоящих Правил, знаков и разметки, управлял технически исправным автомобилем <данные изъяты>, на котором, в нарушении требований пункта 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств и эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения ПДД РФ, не работали в установленном режиме задние световые приборы, двигался в тёмное время суток по неосвещенному участку проезжей части по 374 км автодороги Москва-Уфа (М-7 «Волга») со стороны <адрес> по направлению к <адрес>, тем самым лишив реальной возможности своевременного обнаружения управляемого им транспортного средства другими участниками дорожного движения, перевозя на переднем пассажирском сиденье пассажира Свидетель №2, а на заднем пассажирском сиденье пассажира ФИО1

ФИО4, следовал в темное время суток на загородном участке проезжей части дороги, действуя в нарушение требований п.п. 121. 19.1 и 19.3 Правил Дорожного движения, допустил его остановку в правой полосе движения проезжей части загородного участка дороги, при условии не работающих (не включенных) в установленном режиме задних световых приборов, тем самым поставив себя и других участников движения в заведомо опасное положение. Одновременно с этим, ФИО4 после остановки своего автомобиля на неосвещенном участке дороги, пренебрегая требованиями п.19.3 Правил, не включил габаритные огни и задние противотуманные фары.

Остановившись в правой полосе движения, водитель ФИО4, лишил технической возможности своевременного обнаружения, принадлежащего ему автомобиля, движущимися по правой полосе движения попутного направления, транспортными средствами, в результате чего, 31.03.2016г. не позднее 01 часа 25 минут на 374 км <данные изъяты> в границах городского округа <адрес>, водитель Свидетель №1, управляя автомобилем <данные изъяты> совершил наезд на заднюю часть его автомобиля.

Своими действиями водитель ФИО4 нарушил требования пунктов 1.3, 12.1, 19.1 и 19.3 Правил дорожного движения РФ, а также пункта 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств и эксплуатации, и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения Правил дорожного движения РФ, согласно которым соответственно: «участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами» (п.1.3); «остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при её отсутствии – на проезжей части у её края…» (п.12.1); «в тёмное время суток и в условиях недостаточной видимости независимо от освещения дороги, а также в тоннелях на движущемся транспортном средстве должны быть включены следующие световые приборы: на всех механических транспортных средствах – фары дальнего или ближнего света…» (п.19.1); «при остановке и стоянке в темное время суток на неосвещенных участках дорог, а также в условиях недостаточной видимости на транспортном средстве должны быть включены габаритные огни. В условиях недостаточной видимости дополнительно к габаритным огням могут быть включены фары ближнего света, противотуманные фары и задние противотуманные фонари» (п.19.3); эксплуатация транспортного средства запрещается, в случае если не работают в установленном режиме или загрязнены внешние световые приборы и световозвращатели (п.3.3).

В результате произошедшего ДТП, пассажир автомобиля <данные изъяты> – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. получил телесные повреждения, повлекшие его смерть.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, непосредственной причиной смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ явилась <данные изъяты> При судебно-медицинском исследовании на трупе ФИО1 обнаружены повреждения в виде <данные изъяты>. Эти повреждения носят характер тупой травмы, в своей совокупности, согласно постановления правительства РФ от 17.08.2007г. № «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства Здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008г. №н п.6.1.2, 6.1.3, ДД.ММ.ГГГГ (зарегистрировано в Минюсте РФ от 13.08.2008г. за №), вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, т.е. между ними и наступившей смертью пострадавшего имеется причинная связь.

Тем самым ФИО4 нарушил требование п. 1.5 Правил дорожного движения РФ, согласно которому: «участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда…».

Наступившие последствия, в виде причинения по неосторожности смерти ФИО1 находятся в прямой причинной связи с нарушением требований пунктов 1.3, 1.5, 12.1, 19.1 и 19.3 Правил дорожного движения РФ, а также пункта 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств и эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения Правил дорожного движения РФ, допущенных водителем ФИО4

Подсудимый ФИО4 вину в совершении преступления не признал, пояснил, что он работал <данные изъяты>. после ночи выспался, нашел пассажиров, попутчиков Свидетель №2 и ФИО1 в социальной сети «<данные изъяты> выехали <данные изъяты> в 21 час. 30 мин. Погода была ясная, ехали без остановок, со скоростью больше 100 км\ч пока их не остановили сотрудники ГИБДД за превышение скорости, времени уже было 31.03.2016г. в 00 час. 25 мин. Инспектор ДПС сказал, что превышена скорость, на что он просил выписать протокол на меньшую сумму, поэтому выписали штраф за неработающие задние фонари. После чего он посмотрел протокол об административном правонарушении, там была указана не его машина, а <данные изъяты> ФИО5 была чистая, все работало исправно. Погибший сидел за ним, Свидетель №2 сидел впереди со с откинутой спинкой. Пассажиры спали, периодически разговаривали между собой. Момент столкновения вообще не помнит. Проснулся 31.03.2016г. в больнице <адрес>.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя на основании ч.3 ст. 276 УПК РФ показаний подсудимого от 29.09.2016г. (т.3 л.д.100-102), данных им в ходе предварительного следствия, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа на <данные изъяты> выехал из <адрес> домой, в автомобиле находились пассажиры, Свидетель №2 и ФИО1, которых нашел через социальные сети в качестве попутчиков. Следуя в выбранном направлении его автомобиль в <адрес> остановил экипаж ДПС за нарушение скоростного режима. На месте оплатил штраф в размере 280 рублей через терминал. После чего продолжил движение, пассажиры через некоторое время уснули. Не доезжая до населенного пункта <адрес>, ФИО4 увидел, что заканчивается бензин. В связи с чем, он решил остановиться, чтобы по навигатору посмотреть местонахождение ближайшей АЗС. Включив указатель правого поворота, начал выезжать на обочину, при этом еще включил аварийную сигнализацию, ближний свет фар был включен при движении изначально. Через некоторое время он почувствовал удар сзади в управляемый им автомобиль, сразу потерял сознание, очнулся в больнице. В момент удара автомобиль находился в движении.

После оглашения показания ФИО4 пояснил, что такие показания давал, однако он получил травму головы, на сегодняшний момент память улучшилась, в тот момент память была хуже. Настаивал на том, что обстоятельств ДТП не помнит, но утверждает, что автомобиль был в движении. До <адрес> помнит все, пытался совершить маневр и далее ничего не помнит.

Оценивая показания подсудимого ФИО4, данные им на предварительном следствии 29.09.2016г., суд учитывает, что они получены в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, являются последовательными, непротиворечивыми, и согласуются с иными исследованными по делу доказательствами. Согласно протокола допроса от 29.09.2016г., подсудимому, перед допросом разъяснялись права, предусмотренные ч.ч. 3 и 4 ст. 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, он предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. После допроса подсудимый свои показания читал, подписывал каждую страницу протокола, указал о том, что показания записаны с его слов верно, им прочитаны. Замечаний к протоколу допроса не имел. В ходе допроса пользовалась помощью защитника, что исключало оказание на нее какого – либо давления со стороны следственных органов.

Оснований для самооговора у ФИО4 не имелось.

Показания подсудимого на предварительном следствии полностью согласуются с показаниями свидетелей, материалами уголовного дела и, оснований не доверять им, у суда не имеется.

В данной связи, показания ФИО4 от 29.09.2016г., данные им в ходе предварительного расследования уголовного дела, суд находит соответствующими фактическим обстоятельствам дела и полагает необходимым положить их в основу приговора, а к его измененным показаниям, суд относится критически и расценивает их как способ защиты, с целью избежать наказание за содеянное.

Доводы стороны защиты, что он находился в болезненном состоянии и не понимал значение своих слов, судом во внимание не принимаются, поскольку подсудимый допрашивался спустя 6 месяцев после ДТП, самостоятельно прибыл для проведения допроса, в этот момент не был госпитализирован, в ходе допроса жалоб на состояние здоровья не высказывал, в настоящее время подсудимый дает аналогичные показания вплоть до момента ДТП, сам момент ДТП не помнит, придерживаясь избранной линии защиты, однако настаивает на том, что в момент ДТП автомобиль под его управлением находился в движении. Ссылка стороны защиты на выводы судебной-психиатрической экспертизы несостоятельна, поскольку из выводов следует, что ФИО4 не мог давать показания лишь на следующий день и в ближайшие к этому дню даты, ввиду полученных травм и посттравматических последствий, однако каких-либо выводов о том, что подсудимый в принципе не может давать показания об обстоятельствах произошедшего комиссией экспертов не приводится. Как уже указывалось судом выше, в основу приговора положены показания, которые даны им по истечении 6 месяцев после травмы, в этот момент времени ФИО4 был здоров, в лечении не нуждался, в связи с чем после госпитализации был выписан к труду.

Оценив доказательства, исследованные в судебном заседании, суд находит их собранными в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, относимым, допустимыми, а в своей совокупности достаточными для постановления обвинительного приговора.

Проанализировав показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, изучив материалы уголовного дела, суд считает, что вина подсудимого в совершении преступления нашла свое полное подтверждение и доказана, показаниями потерпевшего и свидетелей.

Так из показаний потерпевшего Потерпевший №1, допрошенного в судебном заседании следует, что ФИО1 <данные изъяты> 31 марта утром ему позвонил друг и сказал, что ФИО3 погиб, обстоятельств ДТП не знает.

Свидетель Свидетель №1, допрошенный в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ ехал из <адрес> в <адрес> ночью, было темно, слякоть, весна. Ехал груженый со скоростью 70-80 км в час., перед ним ни каких машин не было, за ним ехали автомобили, в последний момент увидел автомашину подсудимого <данные изъяты>, прямо на правой полосе, она была заглушена, без габаритных огней, стоп-сигналов, пытался нажать тормоз, чуть задел ее, объехал. Встал, вернулся, остановилось еще много водителей фур, все подходили, в машине было три человека, позвонил по 112. Водитель лежал, откинувшись на подголовник головой, они его потеребили, на что он сказала «Ребят, сейчас еще часок поспим и поедем». Эту машину видел во <адрес> на посту ГАИ или ДПС их останавливали. Она была грязная и была без габаритов, стояла около сотрудников ГАИ. После ДТП он эту машину вспомнил.

Из показаний свидетеля Свидетель №7, допрошенного в судебном заседании следует, что <данные изъяты>, точно обстоятельств не помнит, было давно, выезжают часто. Судя по всему, они выезжали, сначала не нашли, фура стояла, а легковую машину не видно было, было темно. <данные изъяты> стояла боком. Грузовик <данные изъяты> стоял впереди. Помнит, что было темно, они смотрели с фонариком.

Свидетель Свидетель №3 допрошенный в судебном заседании, показал, что 31.03.2016г. выезжал на аварию, но вспомнить ни чего не может.

По ходатайству государственного обвинителя, на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Свидетель №3 (т.3 л.д.39-42), данные им в ходе предварительного следствия, согласно которых ДД.ММ.ГГГГ в составе аварийно-спасательного отряда выехал на место дорожно-транспортного происшествия, которое произошло на участке автодороги <данные изъяты>, с участием легкового автомобиля <данные изъяты>. При осуществлении спасательных работ был отключен аккумулятор, деблокирован пострадавший.

После оглашения показаний, свидетель Свидетель №3 подтвердил их в полном объеме, пояснил, что аккумулятор они отключают всегда.

Из показаний свидетеля ФИО11, допрошенного в судебном заседании следует, что обстоятельств выезда 31.03.2016г. на ДТП не помнит.

Из показаний свидетеля Свидетель №4, данных им в ходе предварительного следствия (т.3 л.д.44-47) и оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 30 минут в составе аварийно-спасательного отряда выехал на место дорожно-транспортного происшествия, которое произошло на участке автодороги <данные изъяты> км, с участием легкового автомобиля <данные изъяты>. При деблокировании погибшего из салона автомобиля <данные изъяты> был применен гидравлический аварийно-спасательный инструмент. Сведения об объеме оказанных спасательных работ вносятся в рабочий журнал и в наряд-задание.

После оглашения показаний свидетель Свидетель №4 подтвердил их в полном объеме, пояснив, что есть определенный алгоритм действий, если они что то делают, то записывают.

Свидетель Свидетель №5, допрошенный в судебном заседании показал, что 31.03.2016г. получили сообщение и подъехали на место ДТП, увидели, что на правой обочине в сторону <данные изъяты> стоит <данные изъяты>, номеров не помнит. В легковой автомашине увидели человека на заднем сиденье без признаков жизни. Легковая машина стояла на обочине, а грузовая на правой полосе движения в <данные изъяты>. Место ДТП примерно 372 км, в районе лесопосадок, из освещения были только фары автомобилей, было темное время суток.

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №5, данных им в ходе предварительного следствия (т.2 л.д.225-228, л.д. 229-234) по ходатайству государственного обвинителя, в связи с наличием существенных противоречий, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 25 минут получил сообщение о ДТП с пострадавшими. Прибыв на место, установил, что произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> который располагался на обочине участка автодороги <данные изъяты> перпендикулярно к проезжей части. Автомобиль имел значительные механические повреждения, двигатель не работал. Внешние световые приборы не были включены, как и аварийная сигнализация. Двери были заблокированы, ключ зажигания находился в замке зажигания. На заднем сиденье располагался труп мужчины. На участке автодороги, где произошло ДТП, искусственное освещение отсутствовало, дорожное покрытие было сухим, осадков не было. Водитель и пассажир с переднего сидения ничего об обстоятельствах ДТП пояснить не смогли. Грузовой автомобиль <данные изъяты> стоял на правой обочине, относительно направления в сторону <адрес>, имел механические повреждения. На месте находился водитель этого автомобиля, Свидетель №1, со слов которого ему стало известно, что при движении в направлении <адрес> по правой полосе, при наличии двух полос в выбранном направлении, в свете фар управляемого им автомобиля увидел автомобиль <данные изъяты>, который стоял в границах правой полосы без каких-либо опознавательных сигналов, ни внешние световые приборы, ни аварийная сигнализация, не были включены. Свидетель №1 пояснил, что не смог избежать наезда на стоящий автомобиль, хотя принял меры к торможению и остановке своего автомобиля.

После оглашения показаний, свидетель Свидетель №5 их подтвердил в полном объеме, так же пояснил, что схему ДТП составлял он, на схеме указаны следы юза автомобиля <данные изъяты>, осыпь стекла на проезжей части, расположение автомобилей после ДТП. Что –либо на автомобиле <данные изъяты> не горело, было темно.

Из показаний свидетеля Свидетель №2, допрошенного в судебном заседании следует, что они с <данные изъяты> Потерпевший №1 работали <адрес>. После работы собрались ехать домой <адрес>, нашли в социальной сети «<данные изъяты>» объявление, что С. едет, ищет попутчиков. Он их забрал в 21 час 31.03.2016г. и они поехали. Он ехал нормально, скорость не превышал, ехал плавно, не дерзко. Около <адрес> остановили гаишники. ФИО5 стояла на «аварийке», все огни горели. Потом уснули, проснулись от удара.

По ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч.3 ст. 281 УПК РФ в судебном заседании были оглашены показания свидетеля Свидетель №2 (т.2 л.д.203-206), данные им в ходе предварительного следствия, согласно которых в социальных сетях нашли автомобиль, который ехал в <адрес>, водителем оказался ФИО4 Из <адрес> на <данные изъяты> под управлением ФИО4 выехали около 21 часа 20 минут ДД.ММ.ГГГГ. В <адрес> автомобиль остановил сотрудник ГИБДД, который пояснил, что ФИО4 превысил установленную скорость и на автомобиле не работают задние фонари. После оформления документов, они поехали дальше. Около 24 часов он заснул, очнулся, когда его разбудили двое незнакомых мужчин, которые пояснили, что автомобиль стал участником ДТП.

После оглашения показаний свидетель Свидетель №2, пояснил, что такие показания давал, об обстоятельствах ДТП уже забыл, но вспомнил, когда накануне к нему приехал подсудимый. Протокол напечатал следователь и дал подписать, про габариты его не спрашивали.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, с согласия всех участников процесса, на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №6, данные им в ходе предварительного следствия (т.2 л.д.193-196, т.3 л.д.20-26), следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 15 минут он управлял служебным автомобилем <данные изъяты>, двигаясь по автодороге <данные изъяты> в районе 375 км, возвращаясь из <адрес> в <адрес>. На улице было темно, осадков не было. Впереди его автомобиля так же по правой полосе двигался автомобиль <данные изъяты> Следуя за автомобилем, увидел, что на автомобиле <данные изъяты> включились задние стоп-сигнальные фонари, от автомобиля <данные изъяты> в сторону правой обочины отбрасывает что-то темное, без света, летят обломки пластмассы. Водитель автомобиля <данные изъяты> принял меры к торможению до полной остановки, при этом от начала принятия мер к торможению автомобиль <данные изъяты> проследовал прямолинейно на правую обочину относительно направления движения, плавно притормаживая. Продолжая движение увидел в свете фар своего автомобиля на обочине легковой автомобиль, световые приборы на данном автомобиле включены не были. Понял, что автомобиль <данные изъяты> совершил наезд на легковой автомобиль, однако автомобиль <данные изъяты> до столкновения двигался в границах правой полосы, на обочину не съезжал. Он остановился и пошел вместе с водителем автомобиля <данные изъяты> к легковому автомобилю. Водитель легкового автомобиля сидел на сиденье, облокотившись головой на левую стойку автомобиля. Внешние световые приборы на автомобиле <данные изъяты>, также как и сигналы аварийной остановки включены не были, двигатель не работал, панель приборов не горела, знака аварийной остановки не было, кузов автомобиля был грязным. Водитель автомобиля <данные изъяты>, когда очнулся, пояснил, что уснул. Водитель автомобиля <данные изъяты> на месте ДТП ему пояснил, что увидел темное пятно на дороге, после чего произошел удар. В ночь с 30 на ДД.ММ.ГГГГ он (свидетель) видел похожий автомобиль <данные изъяты> в кузове серого цвета, точно не помнит, но, либо на стационарном посту ДПС «<данные изъяты>», либо в <адрес>, возле <данные изъяты>», на трассе <данные изъяты>, обратил свое внимание на этот автомобиль, стоящий на обочине, рядом с которым стоял сотрудник ДПС, поскольку участок дороги был освещен, на автомобиле горела лишь подсветка государственного регистрационного знака, задние габаритные огни не горели.

Суд критически относится к показаниям свидетеля Свидетель №2, который в судебном заседании пояснил о том, что все габаритные огни и сигнализация горели на автомобиле <данные изъяты> тогда, когда их остановили сотрудники ГИБДД. Суд считает их неправдивыми, не логичными, имеющими противоречивый характер, не согласующимися с иными доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела и расцениваются судом как данные свидетелем из личной заинтересованности, поскольку как пояснил свидетель Свидетель №2 на кануне судебного заседания к нему приезжал подсудимый, и обстоятельства ДТП он вспомнил, после разговора с ним. Кроме того в прениях сторон, представитель подсудимого указал, что Свидетель №2 является «его свидетелем». Одновременно с этим, показания свидетеля Свидетель №2 данные в судебном заседании в той части, что ФИО4 не превышал при движении установленный скоростной режим, подтверждает тот факт, что остановлен подсудимый сотрудниками ГИБДД был именно по причине не работающих в установленном порядке световых приборов. Показания Свидетель №2 на предварительном следствии полностью согласуются с показаниями других свидетелей, материалами уголовного дела и, оснований не доверять им, у суда не имеется. В связи с чем именно показания, данные Свидетель №2 (т.2 л.д.203-206), в ходе предварительного расследования уголовного дела, суд находит соответствующими фактическим обстоятельствам дела и полагает необходимым положить их в основу приговора, а к его измененным показаниям в ходе судебного разбирательства полагает необходимым отнестись критически. Показания Свидетель №2 на предварительном следствии суд кладет в основу обвинения, так как протокол допроса Свидетель №2 (т.2 л.д.203-206), получен с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, без каких-либо нарушений: перед допросом свидетель был предупрежден об ответственности за заведомо ложные показания, ему была разъяснена ст.56 УПК РФ, а так же был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от них, о чем свидетельствует его подпись в протоколе.

Оценивая приведенные показания потерпевшего и свидетелей, суд находит их последовательными, логичными, не содержащими противоречий и, в совокупности с приведенными доказательствами, устанавливающими события и обстоятельства совершенного преступления. При этом у суда нет оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего и свидетелей, поскольку они последовательны, согласуются друг с другом и с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании. Оснований для оговора подсудимого у потерпевшего и свидетелей не имеется.

Кроме показаний потерпевшего и свидетелей вина подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления, подтверждается совокупностью исследованных судом в порядке ст. 285 УПК РФ письменных материалов уголовного дела, а именно рапортом, зарегистрированном в КУСП № от 31.03.2016г. (т.1 л.д.81), из которого следует, что 31.03.2016г. в 01 час. 25 мин. поступило сообщение о ДТП на <данные изъяты> с пострадавшими; рапортами, зарегистрированными в КУСП № и 3959 от 31.03.2016г. (т.1 л.д. 82,83), согласно которых <данные изъяты> сообщила, что 31.03.2016г. в 03 час. 40 мин. были доставлены ФИО4 и Свидетель №2 с телесными повреждениями, полученными в результате ДТП, произошедшего 31.03.2016г. в 01 час. 30 мин.; протоколом осмотра места происшествия от 31.03.2016г. (т.1 л.д.84-103) со схемой места совершения ДТП и фототаблицей, которым осмотрен участок дороги в районе <данные изъяты> в условиях темного времени суток, на участке дороги, не имеющем искусственного освещения, при сухом состоянии дорожного покрытия. В ходе осмотра установлено, что автомобиль <данные изъяты> расположен за пределами проезжей части дороги, правом кювете, относительно направления осмотра от <адрес> в направлении <адрес>, передней частью кузова автомобиль расположен в направлении проезжей части, расстояние от правого переднего колеса автомобиля до правого края проезжей части составляет 2,6 метра, автомобиль имеет механические повреждения, локализованные в его задней левой части, повреждено переднее ветровое стекло, разрушен задний левый фонарь, частично поврежден задний правый фонарь. Зафиксирован след шин <данные изъяты>, имеющий свое начало на правой полосе, при наличии двух полос выбранного направления движения, далее след имеет отклонение вправо и свое окончание около автомобиля <данные изъяты> на границе правой обочины и кювета. В месте, где зафиксирована начало вышеуказанного следа шин, имеется осыпь поврежденных частей автомобилей, осыпь грязи, разбитого стекла. Автомобиль <данные изъяты> расположен в границах правой обочины с частичным заездом на правую полосу; расстояние от правого заднего колеса автомобиля <данные изъяты> до оси задних колес автомобиля <данные изъяты> составляет 147 метров. Автомобиль <данные изъяты> имеет механические повреждения, локализованные в передней левой части кузова кабины.; протоколом осмотра места происшествия от 30.05.2019г. (т.1 л.д. 107-112) с фототаблицей, которым осмотрен <данные изъяты>. В ходе осмотра установлено, что данный автомобиль имеет механические повреждения, локализованные в задней части кузова; протоколом осмотра транспортного средства от 31.03.2016г. (т.1 л.д. 113-114), которым осмотрен автомобиль <данные изъяты> В ходе осмотра установлено что данный автомобиль имеет механические повреждения, локализованные в передней части кузова; сообщением № от 28.04.2016г. (т.1 л.д. 139), согласно которого 31.03.2016г. в период с 00 час. по 02 час. в <адрес> осадков не наблюдалось, температура воздуха составила плюс 2 градуса по Цельсию; заключением эксперта № от 31.03.2016г. (т.1 л.д. 147-151), и заключением эксперта 31/252 от 29.07.2019г. (т.1 л.д. 163-165), согласно выводов которых непосредственной причиной смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГр. явилась <данные изъяты>. При судебно-медицинском исследовании на трупе ФИО1 обнаружены повреждения в виде <данные изъяты>. Эти повреждения носят характер тупой травмы, в своей совокупности, согласно постановления правительства РФ от 17.08.2007г. № «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства Здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008г. №н п.6.1.2, 6.1.3, ДД.ММ.ГГГГ (зарегистрировано в Минюсте РФ от 13.08.2008г. за №), вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, т.е. между ними и наступившей смертью пострадавшего имеется причинная связь.; заключением эксперта № от 11.04.2016г. (т.1 л.д. 202), согласно которого в крови ФИО4 не обнаружен этиловый спирт; заключением эксперта № от 06.05.2016г. (т.1 л.д. 233-235), из выводов которого следует, что место наезда автомобилем <данные изъяты> расположено на правой полосе движения по направлению в сторону <адрес>; протоколом осмотра предметов от 11.05.2016г. (т.1 л.д. 243-248), которым осмотрены четыре электролампы, изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе смотра места происшествия из левой блок-фары автомобиля <данные изъяты>: <данные изъяты> из выводов которого следует, что место наезда «<данные изъяты> расположено на правой полосе проезжей части дороги направления движения в сторону <адрес>. Максимальное значение допустимой, с технической точки зрения, скорости движения автомобиля «<данные изъяты> по условиям общей видимости дороги (элементов дороги) в направлении движения в условиях места рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия определяется равным около 64.4 км/ч. В варианте № («автомобиль ВАЗ без включенного света фар и без включенных габаритных огней»), водитель автомобиля <данные изъяты> Свидетель №1 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на автомобиль <данные изъяты> экстренным торможением, как при движении с расчетной скоростью - 64,4 км/ч, так и при движении со скоростью равной 75 км/ч. При движении со скоростью 70 км/ч - максимально разрешенной на дорогах, не являющихся автомагистралью, для автомобилей с максимально разрешенной массой более 3.5т. - водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО14 также не располагал бы технической возможностью предотвратить наезд на автомобиль <данные изъяты> экстренным торможением.; протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлена видимость автомобиля <данные изъяты> с рабочего места водителя автомобиля <данные изъяты> (т.2 л.д. 103-110); постановлением 18№ от 31.03.2016г. (т.2 л.д. 219), которым ФИО4 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.5 КоАП РФ, поскольку 31.03.2016г. в 00 час. 30 мин. управлял автомобилем <данные изъяты> в районе <адрес>, с неработающими задними блок-фарами (т.2 л.д. 219), аналогичные сведения содержатся и в карточке правонарушения (т.2 л.д. 224); протоколом осмотра документов от 15.07.2019г. (т.2 л.д. 220-221,222), которым осмотрено постановление по делу об административном правонарушении 18№ в отношении ФИО4, после осмотра постановление признано вещественным доказательством и приобщено к материалам уголовного дела; ответом на запрос № от 31.05.2016г., из которого следует, что 31.03.2016г. в 01 час.29 мин. в дежурную часть УМВД России по <адрес> от ФИО14 поступило сообщение о ДТП в районе автодороги <данные изъяты> (т.3 л.д. 79); ответом на запрос № от 29.04.2019г., согласно которого 31.03.2019г. в 01 час. 28 мин. поступил вызов по адресу: <данные изъяты> к ФИО4 по поводу ДТП (т.3 л.д. 100).

Все вышеперечисленные доказательства добыты из установленных и надлежащих источников, правомочными лицами и органом, в установленном уголовно – процессуальном порядке и форме, без нарушения закона, являются относимыми, допустимыми, а в своей совокупности достаточными для постановления обвинительного приговора. Судом непосредственно проверялась законность проведенных по делу следственных действий, при этом каких-либо нарушений, влекущих признание данных доказательств недопустимыми не установлено. Они полностью согласуются с показаниями потерпевшего и свидетелей. Оснований не доверять этим доказательствам у суда нет, поэтому они берутся в основу приговора наряду с другими доказательствами.

Доводы стороны защиты о необходимости признать постановление по делу об административном правонарушении от 31.03.2016г. недопустимым доказательством, судом во внимание не принимаются, поскольку постановление добыто органами предварительного следствия из уполномоченного органа, достоверность сведений, содержащихся в постановлении удостоверена надлежащим должностным лицом, кроме того факт составления постановления и его содержание не оспаривается и самим подсудимым, который пояснил, что видел на месте составления постановления, что в нем допущена техническая описка, а именно указан автомобиль <данные изъяты> однако не смотря на это постановление не обжаловал и оплатил штраф, тем самым согласившись с обстоятельствами указанными в постановлении. Кроме того, как видно из текста постановления, в нем исправлена описка, указан автомобиль <данные изъяты>, исправления удостоверены подписью и печатью должностного лица. Показания подсудимого о том, что протокол должностным лицом был составлен не по факту выявленного нарушения судом во внимание так же не принимаются, поскольку своего объективного доказательства в ходе судебного следствия не нашли, обстоятельства установленные постановлением, подтверждаются в том числе и показаниями свидетеля Свидетель №6, который обратил внимание на автомобиль без включенных световых приборов в тот момент, когда автомобиль был остановлен сотрудниками ГИБДД, а так же присутствовал на месте ДТП сразу после его совершения, и так же видел, что световые приборы, габаритные огни и аварийная сигнализация на автомобиле не была включена.

Так же судом исследовались доказательства стороны защиты.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании допрошенная в качестве свидетеля ФИО15 пояснила, что о ДТП, произошедшем 31.03.2016г. возле <адрес> пояснить ни чего не может, поскольку прошло много времени.

Специалист ФИО16, допрошенный в судебном заседании пояснил, что проводил исследование по обращению ФИО4 Перед ним были поставлены вопросы: какова скорость движения <данные изъяты>, имел ли водитель <данные изъяты> техническую возможность избежать столкновения с <данные изъяты>. Были проведены расчеты, и допустимая скорость в условиях данного происшествия автомобиля <данные изъяты> по условиям видимости дорожного полотна в направлении движения могла составлять не более 64-73 км в час. При общей видимости 47 метров допустимая скорость составляет не более 65 км\час. По второму вопросу также были проведены расчеты по представленным данным, где видимость автомобиля <данные изъяты> при включенной аварийной сигнализации и при включенном свете фар и выключенных габаритных огнях составляла 56,1. Видимость автомобиля <данные изъяты> при включенных габаритных огнях и выключенном свете фар составляла 65,5 метров. Видимость автомобиля <данные изъяты> при включенных габаритных огнях и выключенном ближнем свете фар составляла 65,5 метра. Были проведены расчеты по остановочному пути автомобиля и с учетом видимости автомобиля <данные изъяты> в условиях места происшествия и остановочного пути автомобиля <данные изъяты> при допустимой скорости движения не более 65 км в час. То есть водитель <данные изъяты> при движении с допустимой скоростью движения не более 65 км в час располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем экстренного торможения с автомобилем <данные изъяты>.

Так же по ходатайству стороны защиты в судебном заседании исследовались т.1 л.д.84-103 – протокол осмотра места происшествия, схема, фототаблица; т.1 л.д.104 – справка о ДТП; т.1 л.д.107-112 – протокол осмотра места происшествия, фототаблица; т.1 л.д.113-114 – протокол осмотра транспортного средства; т.1 л.д.115 – протокол о направлении на медицинское освидетельствование; т.1 л.д.129 – заявление ФИО4; т.1 л.д.188-189 – заключение эксперта; т.1 л.д.224 – постановление о частичном удовлетворении ходатайства; т.1 л.д.233-235 – заключение эксперта; т.2 л.д.103-110 – протокол следственного эксперимента; т.2 л.д.135-144 – заключение автотехнической экспертизы; т.2 л.д.154-156 – заключение судебно-психиатрической экспертизы; т.3 л.д.13-17 – акт экспертного исследования; т.3 л.д.55 – справка из БСМП <адрес>; т.3 л.д.62 – протокол допроса свидетеля ФИО17; т.3 л.д.105 – постановление об отмене постановления об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; т.3 л.д.118-120 - жалоба в порядке ст.124 УПК РФ.

Оценивая доказательства стороны защиты, суд полагает, что показания следователя ФИО15 какой-либо информативностью не обладают, показания специалиста ФИО16 сводятся к разъяснению его акта, который подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд исходит из собранных доказательств: показаний свидетелей, потерпевшего, письменных доказательств, а также анализа обстоятельств дела.

У суда нет оснований для сомнений, как в каждом отдельном доказательстве, исследованным судом, так и в их совокупности, нет оснований не доверять показаниям свидетелей, потерпевшего и материалам уголовного дела, поэтому, как уже указывалось выше, суд берет их в основу приговора.

Проанализировав показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, изучив материалы уголовного дела, суд считает, что вина подсудимого в совершении преступления нашла свое полное подтверждение и, исходя из фактически установленных в судебном заседании обстоятельств, преступные действия ФИО4 суд квалифицирует по ч.3 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения повлекшее по неосторожности смерть человека.

Данная квалификация действий ФИО4 нашла свое полное подтверждение.

Из приведенной совокупности доказательств судом достоверно установлен факт грубого нарушения подсудимым требований пунктов п.п. – 12.1: «остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при её отсутствии – на проезжей части у её края…»; 19.1 «в тёмное время суток и в условиях недостаточной видимости независимо от освещения дороги, а также в тоннелях на движущемся транспортном средстве должны быть включены следующие световые приборы: на всех механических транспортных средствах – фары дальнего или ближнего света…»; п. 19.3 «при остановке и стоянке в темное время суток на неосвещенных участках дорог, а также в условиях недостаточной видимости на транспортном средстве должны быть включены габаритные огни. В условиях недостаточной видимости дополнительно к габаритным огням могут быть включены фары ближнего света, противотуманные фары и задние противотуманные фонари»; п. 3.3 - эксплуатация транспортного средства запрещается, в случае если не работают в установленном режиме или загрязнены внешние световые приборы и световозвращатели; п. 1.5 «участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда…».

В ходе судебного следствия по уголовному делу совокупностью взаимосвязанных, неопровержимых доказательств установлено, что ДД.ММ.ГГГГ не позднее 01 часа 25 минут, в районе 374 км. + 900 м. автодороги <данные изъяты>), остановившись в правой полосе движения, водитель ФИО4, лишил технической возможности своевременного обнаружения, принадлежащего ему автомобиля, движущимся по правой полосе движения попутного направления транспортными средствами, в результате чего водитель Свидетель №1, управляя автомобилем <данные изъяты> совершил наезд на заднюю часть его автомобиля, расположенного на правой полосе движения указанной автодороги в неподвижном состоянии, с неработающими в установленном порядке (не включенными) световыми приборами, габаритными огнями и аварийной сигнализацией.

К такому убеждению суд приводит анализ протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия со схемой и фототаблицей, сообщений о происшествии, показаний свидетеля Свидетель №6, ФИО14, заключений экспертиз, которые в своей совокупности устанавливают, что в момент первичного контакта транспортных средств автомобиль <данные изъяты> находился непосредственно на правой полосе движения в неподвижном состоянии, с выключенными световыми приборами, габаритными огнями и аварийной сигнализацией, т.е. представлял для других участников дорожного движения неподвижное препятствие, которое в соответствии с Правилами дорожного движения ни как не было обозначено, в связи с чем представляло опасность, угрозу безопасности дорожного движения, исключая возможность его своевременного, на безопасном расстоянии, обнаружения другими участниками дорожного движения.

Последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1 по признаку опасности для жизни, установлены заключением эксперта № от 29.07.2019г. Заключение экспертизы, у суда сомнений не вызывает, поскольку, выполнена экспертом государственного экспертного учреждения, квалификация которого сомнений не вызывает, по постановлениям следователя в рамках расследуемого уголовного дела. Заключение эксперта оформлено надлежащим образом, научно обосновано, выводы представляются суду ясными и понятными. При назначении и производстве экспертиз не были допущены нарушения требований уголовно-процессуального закона, в том числе, ст. ст. 57, 80, 195, 197 - 199, 204 - 206 УПК РФ, которые давали бы основания сомневаться в выводах экспертов, поэтому суд принимает их в качестве доказательств по делу.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями подсудимого ФИО4, которому ничто не препятствовало выполнять требования п.п. 1.3, 1.5, 12.1, 19.1, 19.3 Правил дорожного движения РФ, пункта 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств Приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств и эксплуатации, и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения Правил дорожного движения РФ, более того это являлось его императивной обязанностью установленной Правилами дорожного движения РФ, и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда по признаку опасности для жизни ФИО1, которые повлекли его смерть, поскольку данные последствия стали результатом наезда автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО14, на автомобиль <данные изъяты>, расположенный в неподвижном состоянии на правой полосе движения автодороги <данные изъяты> по направлению из <адрес> в <адрес>, с неработающими (не включенными) в установленном порядке внешними световыми приборами, габаритными огнями, аварийной сигнализацией, в котором и находился погибший.

Убежденность водителя ФИО14 о том, что движения по правой полосе движения автодороги будет для него безопасной, определяется презумпцией добросовестности всех участников дорожного движения, в том числе и водителей, обязанных обозначить остановившееся на полосе движения транспортное средство при помощи, световых приборов, габаритных огней, аварийной сигнализации, знака аварийной остановки, в связи с чем причинно-следственной связи между действиями водителя ФИО14 и наступившими последствиями не усматривается, кроме того из проведенных по делу судебных экспертиз установлено, что он не имел технической возможности предотвратить столкновение.

При этом вина ФИО4 по отношению к последствиям, допущенных им нарушениям Правил дорожного движения РФ характеризуется неосторожностью, поскольку он не предвидел возможности их наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Суд, приняв во внимание все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, исследовав представленные доказательства, оценив их в соответствии с правилами ст.88 УПК РФ, пришел к убеждению о доказанности вины подсудимого в совершении преступления, указанного в описательной части приговора.

Суд убедился в том, что доказательства, положенные в основу обвинения ФИО4 по уголовному делу, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 85, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают.

Каких – либо существенных нарушений требований уголовно – процессуального законодательства при получении и собирании доказательств по данному уголовному делу, а также каких – либо нарушений уголовно – процессуального закона, стеснивших законные права подсудимого, судом не установлено.

У суда нет оснований для альтернативной квалификации действий подсудимого.

Доводы стороны защиты о том, что электролампы находились в технически работоспособном состоянии, не исключают виновности ФИО4 в совершении преступления, поскольку как установлено в судебном заседании, световые огни, габаритные огни и аварийная сигнализация не были включены, что не исключает нахождение этих приборов в исправном состоянии, равно как и тот факт, что на автомобиле ручной тормоз был во выключенном положении, не свидетельствует о том, что автомобиль в момент ДТП находился в движении.

Довод ФИО4 о том, что двигатель автомобиля заглох от удара, до этого автомобиль находился в движении, судом во внимание не принимаются, поскольку как пояснил подсудимый сам момент столкновения он не помнит, в связи с чем его утверждение о том, что автомобиль находился в движении является предположением, не нашедшим своего подтверждения в ходе судебного следствия, вместе с тем опровергаются показаниями свидетелей ФИО14 и Свидетель №6, кроме того из показаний самого подсудимого следует, что световые приборы и аварийная сигнализация даже при выключенном двигателе работают, однако все свидетели, допрошенные в ходе рассмотрения уголовного дела пояснили, что световые приборы, габаритные огни и аварийная сигнализация на автомобиле не работали, вплоть до момента отключения аккумулятора.

Ссылка стороны защиты на показания свидетеля ФИО17 (т.3 л.д. 62) судом во внимание не принимается, поскольку указанный свидетель в судебном заседании допрошен не был, равно как и ссылка на акт экспертного исследования №, выполненного ИП ФИО16, поскольку данное исследование выполнено по инициативе подсудимого, специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений не предупреждался, в распоряжении имел только документы предоставленные подсудимым, а не весь комплекс документов, имевшихся в том числе в распоряжении органов предварительного расследования, что ставит под сомнение объективность выводов данного заключения.

Что касается ссылки на то, что на схеме зафиксированы следы торможения автомобиля <данные изъяты>, то указанные обстоятельства не установлены в судебном заседании, поскольку из показаний свидетеля Свидетель №5 на схеме ДТП зафиксированы следы юза автомобиля <данные изъяты>, в связи с чем указанные следы образовались в тот момент, когда автомобиль <данные изъяты> совершил наезд на стоящий автомобиль <данные изъяты>, от произошедшего удара последний был «сдвинут» с первоначального места, его расположения.

Доводы стороны защиты о том, что первичные документы, а именно – протокол осмотра места происшествия, схема ДТП, справка о ДТП составлены разными должностными лицами, без соответствующего поручения следователя, то указанные документы были составлены каждым должностным лицом, в рамках его должностных обязанностей и регламентов, находясь на месте ДТП, какой –либо проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ в тот момент не проводилось, решение о возбуждении уголовного дела принято не было, проводилось лишь фиксация имевших место событий. Допущенные исправления, не являются основаниями для признания доказательства недопустимым, поскольку вина ФИО4 устанавливается из совокупности имеющихся доказательств и не основана на выводах сделанных следователем в момент осмотра места происшествия.

Доводы стороны защиты, что невиновность ФИО4 подтверждается в том числе протоколом <адрес> от 31.03.2016г., составленного в отношении ФИО14 судом во внимание так же не принимается, поскольку тот факт, что ФИО14 при движении не использовал тахограф в установленном законом порядке, не свидетельствует о прямой причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями, и не исключает виновность ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии.

Органами предварительного следствия ФИО4 вменялось нарушение п.10.1 Правил дорожного движения РФ, однако в ходе судебного следствия было установлено, что в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями находятся действия ФИО4, связанные с остановкой транспортного средства на полосе для движения с не работающими в установленном порядке (не включенных) внешними световыми приборами, габаритными огнями и световой сигнализацией, а не нарушение скоростного режима, в связи суд исключает, нарушение ФИО4 п.10.1 ПДД РФ из обвинения.

При определении вида и меры наказания ФИО4 суд руководствуется требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, принципом справедливости, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, роль и степень его участия в совершении преступления, данные о личности подсудимого, его отношение к содеянному, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также на достижение целей наказания, в том числе восстановление социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО4 в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд признает <данные изъяты>.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО4 предусмотренных ст. 63 УК РФ при рассмотрении уголовного дела не установлено.

При решении вопроса о назначении наказания, суд принимает во внимание наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, конкретные обстоятельства совершенного преступления, характеризующий материал на подсудимого, согласно которого <данные изъяты>

При таких обстоятельствах, с учетом совокупности данных о личности подсудимого и фактических обстоятельств совершенного им преступления, не находя оснований для назначения альтернативных видов наказания, предусмотренных санкцией данной статьи, а также оснований для применения ст.64 УК РФ, поскольку не усматривает исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного подсудимым, суд назначает, в целях исправления осужденного, наказание в виде лишения свободы, полагая, что данное наказание будет способствовать достижению целей наказания, отвечать принципу справедливости, а также неотвратимости наказания, а так же обеспечить защиту прав и законных интересов потерпевшего от преступления, при этом суд руководствуется Конституционными принципами гуманизма и справедливости.

Учитывая фактические обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на меняя тяжкую в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, а кроме того не усматривает оснований для применения положений ст.73, ст.53.1 УК РФ.

При назначении наказания ФИО4 суд не применяет положения ст. 62 УК РФ.

Обсуждая вопрос о назначении дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, суд учитывает то обстоятельство, что при постановлении обвинительного приговора по ч.3 ст. 264 УК РФ данный вид наказания является обязательным, кроме того, суд учитывает наличие административных правонарушений в области дорожного движения, таким образом суд полагает необходимым лишить ФИО4 права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, но не на максимальный срок.

Вид исправительного учреждения, где подсудимый должен отбывать наказание, суд определяет с учетом положений ст. 58 УК РФ – в колонии - поселения.

Разрешая вопрос о мере пресечения ФИО4 до вступления приговора в законную силу, учитывая что им впервые совершено преступление средней тяжести по неосторожности, учитывая данные о его личности, требования ст.ст. 97, 99, 255 УПК РФ, суд полагает возможным не изменять меру пресечения, оставив до вступления приговора в законную силу подписку о невыезде и надлежащем поведении.

При решении вопроса о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ст.ст.81, 82 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст.307-309УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ :

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 02 года, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии - поселение.

Определить ФИО4 порядок следования к месту отбывания наказания за счет государства самостоятельно, в порядке, предусмотренном частями 1 и 2 статьи 75.1 УИК РФ.

Срок отбывания наказания исчислять со дня прибытия осужденного ФИО4 в колонию – поселение, зачесть в срок лишения свободы время следования осужденного к месту отбывания наказания из расчета 1 день следования за 1 день лишения свободы.

Меру пресечения ФИО4 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Срок отбытия дополнительного наказания ФИО4 в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, исчислять с момента отбытия основного наказания.

Вещественные доказательства по уголовному делу – <данные изъяты> – вернуть ФИО4 по принадлежности; постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4 – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения.

Приговор может быть обжалован сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Нижегородского областного суда с подачей апелляционной жалобы через Дзержинский городской суд в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей жалобе или отдельном письменном ходатайстве.

Председательствующий п.п. Е.А.Андрианова

Копия верна

Судья

Секретарь

№
Судья Андрианова Е. А. Дело №