Приговор № 1-150/2017 от 14 сентября 2017 г. по делу № 1-150/2017

Дело № 1 - 150/2017


Приговор

Именем Российской Федерации

г. Уфа 15 сентября 2017 года

Ленинский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Якуповой Э. Ф.,

при секретаре Ахметовой С. Ш.,

с участием представителя государственного обвинения – старшего помощника прокурора Ленинского района г. Уфы Хуснутдиновой А. Г.,

подсудимой ФИО1 и её защитника – адвоката Малыхина М. В. (ордер в уголовном деле),

потерпевшей ФИО29 и ее представителя, адвоката Ахмадишина Р. Р. (ордер в уголовном деле),

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1 ФИО30, <данные изъяты>

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила <данные изъяты> хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ, около 10 час. 00 мин., ФИО1, находясь в детской поликлиники №, расположенной по адресу: РБ, <адрес>, имея умысел на <данные изъяты> хищение чужого имущества, воспользовавшись тем, что за ее действиями никто не наблюдает, <данные изъяты>, из корыстных побуждений, с поверхности пеленального стола, находившегося в коридоре детской поликлиники № по вышеуказанному адресу, похитила имущество, принадлежащее Потерпевший №1, временно оставленное ею без присмотра, а именно сотовый телефон марки «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код №, стоимостью 12 807 рублей, с сим-картой, абонентский №, материальной ценности не представляющей, причинив тем самым потерпевшей Потерпевший №1 значительный материальный ущерб на вышеуказанную сумму.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в инкриминируемом ей преступлении не признала и показала, что ДД.ММ.ГГГГ, утром, точное время не помнит, со своим супругом ФИО2 №2 и ребенком поехали в детскую поликлинику № <адрес>, где по приезду она с ребенком прошла к кабинету №, на прием к врачу. Раздев ребенка, положила его и свои вещи на пеленальный столик, расположенный возле кабинета №, где с левой стороны, в верхнем правом углу пеленального столика, увидела лежащий там мобильный телефон марки «Самсунг». Недалеко от нее находились две женщины, у которых она поинтересовалась, не им ли принадлежит данный телефон, на что они ничего не ответили. Тогда она взяла его и положила к себе в карман, после чего зашла в кабинет врача, где пробыла около 20 минут. Выходя из кабинета доктора, встретила девушку, которая спросила ее, ничего ли она не находила, на что она ответила отрицательно, не посчитав нужным говорить ей об обнаруженном ею телефоне. Уже в коридоре взяла из кармана найденный ею телефон, чтобы проверить наличие телефонных звонков на момент нахождения ее в кабинете врача, однако, телефон к этому времени выключился. Она попыталась его включить, но не смогла, после чего вышла из поликлиники и села в машину, где сообщила супругу о найденном мобильном телефоне. В последующем, по дороге домой из <адрес> РБ она вытащила сим-карту из найденного телефона и попыталась вставить его в свой айфон, думая, что, возможно, кто-нибудь перезвонит на найденный ею телефон, однако, извлечь из айфона сим-карту ей не удалось, в связи с чем сим-карта от «Самсунга» осталась лежать в машине вместе с чеками по оплате заправки бензина. В последующем, когда стала искать сим-карту, и не обнаружила ее, она поняла, что выкинула ее случайно вместе с чеками. Далее, приехав к своей матери, ФИО2 №1, поставила найденный телефон «Самсунг» на зарядку. Когда телефон зарядился, сделала сброс настроек и подарила его ФИО2 №1, объяснив при этом, что они купили его, не посчитав нужным говорить ей о его находке. В мае 2017 года ей от матери стало известно о том, что к ней на работу приехали сотрудники полиции, и изъяли телефон.

Из оглашенных в суде, по ходатайству государственного обвинителя, показаний подсудимой ФИО1 в качестве подозреваемой следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 10 час. 10 мин., она с сыном зашла в детскую поликлинику № и направилась в кабинет, расположенный на первом этаже помещения, где в коридоре находился пеленальный столик. Раздев ребенка, на пеленальном столике, на верхней полке в левом углу, увидела лежащий сотовый телефон, оставленный без присмотра. У нее возник преступный умысел похитить телефон и оставить его себе. Во исполнение своего преступного умысла, обратив внимание, что никто не наблюдает за ее преступными действиями, взяла телефон, выключила его и положила в левый карман своей зимней куртки. Куртку, куда положила сотовый телефон, оставила в коридоре, на пеленальном столике. В 10 час. 15 мин., ДД.ММ.ГГГГ она зашла с ребенком в кабинет к педиатру. После приема у педиатра, в 10 час. 30 мин., вышла из кабинета и услышала, как неизвестная девушка ищет свой телефон. Она одела ребенка и пошла на улицу, к машине. В машине сказала ФИО2 №2 о хищении сотового телефона, на что тот велел вернуть телефон обратно, но она решила оставить его у себя. Сотовый телефон был марки «Samsung Gаlaxy» в золотистом корпусе. Сим-карту выбросила после того, как приехала домой, все данные, информацию, которая находилась в телефоне, удалила. Сотовый телефон марки «Samsung Gаlaxy» подарила матери, ФИО2 №1, которым она пользовалась до ДД.ММ.ГГГГ. О том, что телефон похищенный, матери не говорила. Со слов ФИО2 №1 узнала об изъятии сотового телефона сотрудниками полиции в присутствии двух понятых. Вину в хищении сотового телефона «Samsung Gаlaxy» в золотистом корпусе, не принадлежащего ей, признает полностью, в содеянном раскаивается. Понимала, что совершает хищение телефона «Samsung Gаlaxy», но в тот момент не думала об ответственности. Показания даны ею в присутствии защитника ФИО9 добровольно, без оказания какого-либо давления на нее со стороны сотрудников полиции (т. 1 л. д. 45 - 48).

Обозрев протокол допроса, подсудимая ФИО1 подтвердила наличие своих подписей на каждом его листе, а также собственноручную запись о правильности протокола допроса. Вместе с тем пояснила, что была вынуждена давать такие показания под психологическим давлением сотрудника полиции ФИО11, следователя ФИО10, которые присутствовали при ее допросе, в отсутствие защитника. С жалобами на действия сотрудников полиции ни она, ни ее защитники не обращались.

Аналогичные показания дала подсудимая ФИО1 и на очной ставке, проведенной между ней и свидетелем ФИО2 №2, подтвердив при этом о хищении сотового телефона марки «Samsung Gаlaxy», лежащего на пеленальном столике в детской поликлинике № <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л. д. 54 – 56).

После оглашения показаний подсудимой ФИО1 на очной ставке, последняя не подтвердила их, пояснив, что они были даны под давлением сотрудников полиции, в частности ФИО11, который угрожал ее задержать на трое суток. Кроме того, показания были даны ею в отсутствие адвоката, последний присутствовал уже в конце, на подписании документов.

В своей явке с повинной ФИО1 указала, что совершила кражу телефона с пеленального столика детской поликлиники ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л. д. 40).

Версия стороны защиты об отсутствии адвоката ФИО9 при допросе ФИО1 в качестве подозреваемой, а также на очной ставке с ФИО2 №2, что повлекло нарушение права подсудимой на защиту, противоречит материалам уголовного дела. Так, согласно протоколам вышеуказанных следственных действий (т. 1 л. д. 45 - 48, 54 – 56), допрос ФИО1 производился ДД.ММ.ГГГГ с участием адвоката ФИО9, где также имеются его собственноручные подписи, который являлся гарантом соблюдения ее прав и интересов. Кроме того, в материалах дела имеется ордер, серия 017 № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный адвокату ФИО9, для защиты интересов ФИО1 по назначению органов следствия в СО ОП № УМВД России по <адрес> (т. 1 л. д. 41). Предварительно ФИО1 разъяснялись ее процессуальные права, напоминалось конституционное право не свидетельствовать против себя. Она предупреждалась о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу также при последующем отказе от этих показаний. Подсудимая ФИО1 самостоятельно рассказывала об обстоятельствах содеянного, протоколы составлялись в ходе производства следственных действий. Замечаний у участников не возникало. Каких-либо отводов адвокату ФИО9 она не заявляла. По окончании следственных действий протоколы допроса, очной ставки прочитаны лично самой ФИО1, о чем она указала в процессуальных документах, также имеются ее подписи на каждом их листе, однако, каких-либо замечаний, в том числе об отсутствии адвоката ФИО9 после ознакомления с процессуальными документами также не высказывала. Напротив, в своих показаниях, как в качестве подозреваемой, так и на очной ставке ФИО1 показала о добровольной даче ею показаний, без оказания какого-либо давления на нее со стороны сотрудников полиции, в присутствии защитника ФИО9 Таким образом, каких-либо объективных данных, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении адвокатом ФИО9 своих профессиональных обязанностей при защите ФИО1 в ходе следствия по уголовному делу, либо о нарушении ее прав защитником, не имеется.

Версия стороны защиты об оказании на подсудимую ФИО1 психологического давления со стороны оперативного сотрудника ФИО11, следователя ФИО10, опровергается исследованными судом доказательствами. Так, допрошенный в суде свидетель ФИО11 показал, что никакого давления на ФИО1 не оказывал. ФИО2 ФИО10 пояснила, что допрос ФИО1 в качестве подозреваемой, а также очную ставку с ней не производила, соответственно какого-либо давления на нее оказать не могла. Также не давала никаких указаний в части допроса ФИО1 и следователю ФИО4. Из протоколов вышеуказанных следственных действий следует, что подсудимая была допрошена в обстановке, исключающей возможность какого-либо воздействия на допрашиваемую. Кроме того, в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в связи с чем, она имела возможность обратиться с жалобами на неправомерные действия сотрудников правоохранительных органов, однако, ни с какими жалобами в период предварительного следствия на действия сотрудников полиции, следователя ФИО1 не обращалась, замечаний от нее и адвоката по окончании следственных действий также не поступало, и доводы об оказании психологического давления на подсудимую сторона защиты стала приводить только в ходе судебного следствия.

Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у ФИО1 причин для самооговора, либо о том, что при даче ею признательных показаний, она находилась в таком состоянии, что не могла должным образом оценить смысл и значение поставленных перед ней вопросов и ответов на них, в материалах уголовного дела не имеется, судом не установлено.

Отказ подсудимой ФИО1 в суде от этих показаний продиктован ее стремлением избежать ответственности за содеянное.

Довод стороны защиты о незаконном проведении допроса подозреваемой ФИО1, а также очной ставки между подозреваемой ФИО1 и свидетелем ФИО2 №2 следователем ФИО12, суд находит необоснованным. По смыслу уголовно-процессуального закона, следственные действия выполняются следователем после принятия им уголовного дела к своему производству. Согласно материалам уголовного дела, следователь ФИО12 произвела все предусмотренные законом следственные действия, в том числе допрос ФИО1 в качестве подозреваемой, очную ставку между подозреваемой ФИО1 и свидетелем ФИО2 №2, только после принятия уголовного дела к своему производству, в связи с чем расследование осуществлялось уполномоченным на то должностным лицом.

Исследовав в ходе судебного заседания представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что вина подсудимой ФИО1 в совершении <данные изъяты> хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, нашла свое полное подтверждение.

К данному выводу суд пришел исходя из следующего.

Потерпевшая Потерпевший №1 суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ, около 09 час. 55 мин., она с ребенком пришла в детскую поликлинику № <адрес>, где на пеленальном столике, расположенном рядом с кабинетом №, оставила свои вещи и своего ребенка, а сама с ребенком зашла на прием к врачу. Сотовый телефон марки «Samsung Gаlaxy», золотистого цвета, принадлежащий ей, оставался, как ей кажется, в кармане куртки на пеленальном столике. У врача на приеме находилась около 10 минут. Выйдя из кабинета, обнаружила пропажу телефона, его не было ни в куртке, ни на пеленальном столике. По факту пропажи телефона обращалась к врачу, у которого была на приеме, а также к находившимся там девушкам, вахтеру, но никто ничего не видел. Также с телефона людей неоднократно звонила на свой телефон для установления его местонахождения, но он был недоступен, после чего она обратилась к сотрудникам полиции для осуществления поиска телефона. На момент нахождения ее в поликлинике телефон был достаточно заряжен, он не мог разрядиться. В ее пропавшем телефоне находились фотографии детей, а также данные паспорта, личные данные, адрес ее проживания, номера телефонов, в связи с чем вернуть его человеку, обнаружившему данное имущество, не представляло никакой сложности.

Из оглашенных в суде, по ходатайству стороны защиты, в части показаний потерпевшей Потерпевший №1 на следствии следует, что сотовый телефон, возможно, оставила на пеленальном столике рядом с курткой (т. 1 л. д. 119 – 122).

После оглашения данных показаний потерпевшей Потерпевший №1, последняя показала, что много времени прошло, однако, может с уверенностью сказать, что телефон она не теряла, он оставался на пеленальном столике вместе с вещами, когда она зашла на прием к врачу. Выйдя от доктора, она обнаружила его пропажу.

Не доверять показаниям потерпевшей Потерпевший №1 у суда нет оснований, поскольку они последовательны на протяжении всего следствия и суда, и согласуются с другими доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании, которые приведены в приговоре. Некоторые неточности в ее показаниях, а именно, где был оставлен телефон, в кармане куртки на пеленальном столике либо на самом пеленальном столике не влияют на квалификацию действий подсудимой ФИО1 Кроме того, сама подсудимая ФИО1 подтвердила, что телефон находился именно на пеленальном столике в детской поликлинике, а не в ином месте.

ФИО2 ФИО2 №1 суду показала, что в конце января 2017 года, где-то 26 числа, ее дочь, ФИО1, со своим супругом, ФИО2 №2, подарили ей сотовый телефон марки «Samsung», который был не новый. Они сообщили, что телефон купили. Подробностей у них не уточняла. При включении телефона никакой информации на нем не было. Пользовалась им до мая 2017 года. О краже телефона узнала от оперативных сотрудников, которые изъяли у нее телефон на рабочем месте. Давление на нее сотрудниками полиции не оказывалось. В последующем от ФИО1 ей стало известно, что данный телефон она не приобретала, а нашла в детской поликлинике на пеленальном столике, однако, была вынуждена дать признательные показания, ее заставили сотрудники полиции, пообещав примирение.

Кроме того, свидетель ФИО2 №1 охарактеризовала подсудимую ФИО1 с положительной стороны, как заботливого, отзывчивого человека, которая к административной и уголовной ответственности не привлекалась, спиртные напитки не употребляет, с соседями находится в хороших отношениях.

Не доверять показаниям свидетеля ФИО2 №1 в части происхождения телефона, отсутствия на нем информации, его последующего изъятия у суда нет оснований, поскольку они согласуются с показаниями потерпевшей, свидетелей, исследованными судом доказательствами, и соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Вместе с тем, показания свидетеля ФИО2 №1 в части дачи признательных показаний ФИО1 в ходе следствия под давлением сотрудников полиции, суд расценивает, как желание свидетеля помочь подсудимой, которая является ее дочерью, избежать уголовной ответственности за содеянное.

ФИО2 ФИО2 №2 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ, около 9 час. 50 мин. – 10. 00 час., он со своей гражданской супругой, ФИО1, и ребенком приехали в детскую поликлинику № <адрес>, где пробыли минут 25-30. ФИО26, выйдя из лечебного учреждения, сообщила ему об обнаружении телефона на пеленальном столике, на ее вопрос людям, находившимся рядом, о принадлежности им этого телефона, никто ничего не ответил, поэтому она забрала его себе. Он велел ей оставить телефон на время, и они уехали. Телефон разрядился уже в машине. В последующем ФИО1 отдала телефон матери, которой они не говорили, откуда его взяли.

Также, свидетель ФИО2 №2 охарактеризовал подсудимую ФИО1 с положительной стороны, как любящую, заботливую жену и мать, которая поддерживает хорошие отношения с соседями.

Из оглашенных в суде, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля ФИО2 №2 на следствии следует, что ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 10 час. 30 мин., ФИО3 с ребенком вышли из детской поликлиники №. Она сообщила, что похитила телефон с поверхности пеленального столика, который находился в коридоре детской поликлиники №, около двери кабинета педиатра, при этом телефон выключила и положила в рукав ребенка. Он сказал ей вернуть телефон обратно, на что ФИО3 ответила, что телефон не найдут, и его она подарит своей матери (т. 1 л. д. 50 - 52).

Обозрев протокол своего допроса, свидетель ФИО2 №2 подтвердил наличие своих подписей в нем, собственноручную запись о правильности протокола допроса, которую он сделал после ознакомления с данным документом. Однако, пояснил, что показания, содержащиеся в указанном протоколе следственного действия, не подтверждает, подписал их под психологическим давлением сотрудников полиции, а также из-за уговоров следователя и адвоката ФИО9, которые пообещали прекратить дело за примирением. С жалобами на незаконные действия сотрудников полиции, следователя они с супругой не обращались. Подтверждает показания, данные им в суде.

На очной ставке с ФИО1 свидетель ФИО2 №2 подтвердил показания, данные им в качестве свидетеля на следствии, из которых следует, что телефон ФИО1 похитила с поверхности пеленального столика, находившегося в коридоре детской поликлиники №, около двери кабинета педиатра, при этом она телефон выключила и положила в рукав ребенка (т. 1 л. д. 54 – 56).

Обозрев данный протокол очной ставки, свидетель ФИО2 №2 подтвердил наличие своих подписей в нем, однако, показания, изложенные в нем, не подтвердил, сославшись на оказанное им давление со стороны сотрудников полиции.

Давая оценку показаниям свидетеля ФИО2 №2, суд считает его показания, данные в ходе следствия, как наиболее точные, правдивые и заслуживающие доверия, и кладет их в основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются с другими материалами уголовного дела, и соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Тем самым очевидно, что показания данного свидетеля на следствии соответствовали действительности. В материалах дела отсутствуют какие-либо данные, которые свидетельствовали бы о нарушении норм уголовно-процессуального закона при допросе данного лица, производившегося после разъяснения ему процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против себя и своих близких, по окончании допроса свидетель был ознакомлен с протоколами следственных действий с его участием путем личного прочтения, правильность показаний удостоверена его собственноручными подписями.

Таким образом, суд приходит к выводу, что свидетель ФИО2 №2 имеет основания давать показания в пользу подсудимой, и быть заинтересованным в благоприятном для ФИО1 исходе дела.

ФИО2 ФИО2 №3, оперуполномоченный, суду показал, что, заступив на дежурство в мае-июне 2017 года, точную дату не помнит, совместно с оперативным сотрудником ОП № Управления МВД России по <адрес>, выехал на Витаминный завод, где у одной из сотрудниц, в рамках оперативно-розыскного мероприятия, в присутствии двух понятых, был изъят телефон, и в последующем передан органу следствия. В ходе изъятия телефона установили, что обнаруженный у сотрудницы сотовый телефон подарен ей ее дочерью.

ФИО2 ФИО11, оперуполномоченный, суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ по факту кражи телефона у подозреваемой дома был произведен обыск, в ходе которого никаких предметов, представляющих интерес для уголовного дела, обнаружено не было. Кроме того, пояснил, что давления ни на ФИО1, ни на ФИО2 №2 не оказывал. ФИО2 №2 не задерживал.

Из оглашенных в суде, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля ФИО11 на следствии следует, что ДД.ММ.ГГГГ из поликлиники №, расположенной по адресу: <адрес>, был похищен сотовый телефон «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код №, принадлежащий Потерпевший №1 В ходе разбирательств лицо, совершившее преступление, установлено, им оказалась ФИО1 По поручению следователя, в вечернее время, ДД.ММ.ГГГГ, с участием лиц мужского пола, которые были привлечены в качестве понятых, подозреваемой ФИО1 им был произведен обыск, в случаях, не терпящих отлагательств, по адресу места жительства ФИО1, а именно: РБ, <адрес>, в ходе которого никаких предметов, представляющих интерес для уголовного дела, не обнаружено и не изъято. Им был составлен протокол, в котором расписались все участвующие лица (т. 1 л. д. 210 – 212).

После оглашения протокола допроса свидетеля ФИО11, последний подтвердил их, однако, пояснил, что не мог вспомнить все события этого дня, в связи с его давностью.

Обозрев протокол обыска (т. 1 л. д. 59 – 61), свидетель ФИО11 подтвердил его правильность.

Показания свидетелей ФИО2 №3, ФИО11, оперативных сотрудников, суд находит достоверными, поскольку они последовательны, не содержат противоречий, подтверждаются другими доказательствами по делу. Каких-либо сведений о заинтересованности указанных лиц при даче показаний в отношении подсудимой, оснований для оговора, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности подсудимой ФИО1, суд не находит. Не приведено таких доказательств и стороной защиты. То обстоятельство, что свидетель ФИО11 не вспомнил все результаты следственного действия, не является основанием для признания его показаний недопустимым доказательством.

ФИО2 ФИО2 №4 суду показал о своем участии весной 2017 года понятым при изъятии сотрудниками полиции сотового телефона у ФИО2 №1 после разъяснения ему и второму понятому их прав, который затем упаковали и опечатали. Никакого давления на действия сотрудников полиции не имелось.

Из оглашенных в суде, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля ФИО2 №4 на следствии следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около 10. 00 часов, по просьбе сотрудника полиции в ОАО «Фармстандарт» участвовал понятым. Был второй понятой. Ему и второму понятому были разъяснены их права и обязанности. Сотрудник полиции у ФИО2 №1 изъял сотовый телефон «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код №, в корпусе золотистого цвета, упаковал, опечатал, где он, второй понятой, ФИО2 №1 и сам сотрудник полиции, изъявший телефон, расписались. Все участвующие лица также расписались в акте изъятия от ДД.ММ.ГГГГ, замечаний и заявлений от участвующих лиц не поступило (т. 1 л. д. 111 - 113).

После оглашения протокола допроса свидетеля ФИО2 №4, последний подтвердил их правильность.

ФИО2 ФИО2 №5 суду показал, что весной 2017 года участвовал понятым при изъятии сотрудниками полиции телефона у их сотрудницы, бухгалтера Витаминного завода, ФИО2 №1 Также принимал участие второй понятой ФИО2 №4 Им были разъяснены их права. По окончании следственного действия они подписали документы. Никаких замечаний от участвующих лиц, в том числе ФИО18 на действия сотрудников полиции не имелось.

Из оглашенных в суде, по ходатайству государственного обвинителя, показаний свидетеля ФИО2 №5 на следствии следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около 10. 00 часов, у себя на работе в ОАО «Фармстандарт» по просьбе сотрудника полиции участвовал понятым, где ему и второму понятому были разъяснены их права и обязанности, после чего у их сотрудницы ФИО2 №1 был изъят сотовый телефон марки «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код №, в корпусе золотистого цвета, который был упакован, опечатан, где он, понятой и ФИО2 №1 расписались, также расписался сотрудник полиции, изъявший данный телефон. Все участвующие при изъятии расписались в акте изъятия от ДД.ММ.ГГГГ. Заявлений и замечаний от участвующих лиц не поступило (т. 1 л. д. 115 – 117).

После оглашения протокола допроса свидетеля ФИО2 №5, последний подтвердил их правильность.

Показания свидетелей ФИО2 №4, ФИО2 №5, принимавших участие в качестве незаинтересованных лиц, согласуются с исследованными судом доказательствами, а также фактическими обстоятельствами дела, в связи с чем подвергать сомнению их показания у суда оснований не имеется. То обстоятельство, что через продолжительное время данные свидетели не смогли вспомнить все результаты проводимых с их участием мероприятий, о недопустимости проводимого с ними мероприятия, как доказательство не свидетельствует.

Кроме того, виновность подсудимой ФИО1 в <данные изъяты> хищении чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, подтверждается следующими письменными доказательствами.

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрено помещение коридора детской поликлиники №, расположенной в <адрес>, где произошла кража мобильного телефона потерпевшей Потерпевший №1 (т. 1 л. д. 5 - 10).

Согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО2 №1 изъят мобильный телефон марки «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код № (т. 1 л. д. 28).

Копией из книги приема пациентов детской поликлиники №, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ на приеме в кабинет №, в период времени с 10. 00 час. до 10 час. 30 мин., находились Потерпевший №1, через два пациента - ФИО1 (т. 1 л. д. 68).

Протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у свидетеля ФИО2 №3 произведена выемка сотового телефона «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код № (т. 1 л. д. 73 - 74).

Согласно ответу сотовой компании ПАО «МТС» в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, имелись соединения по сотовому телефону «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код № (т. 1 л. д. 24).

Протоколом от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен ответ из сотовой компании ПАО «МТС» в <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 1 л. д. 187 – 189, 190).

Из протокола от ДД.ММ.ГГГГ следует об осмотре сотового телефона марки «Samsung Gаlaxu Alpha», имей код №, детализации по имей №, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л. д. 75 - 88).

Согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ, у потерпевшей Потерпевший №1 произведена выемка копии документов - коробки на сотовый телефон марки «Samsung Gаlaxy Alpha», имей код №, который осмотрен, признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 1 л. д. 91 – 93, 94 – 99, 100).

Заключением специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому рыночная стоимость сотового телефона марки «Samsung Gаlaxy Alpha SM-G850F», c учетом степени его износа и физического состояния, а также при условии его технической исправности и функциональной пригодности по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 12 807 рублей (т. 1 л. д. 104 - 108).

Разрешая вопрос о достоверности и объективности исследованных в судебном заседании доказательств, суд находит все доказательства, приведенные выше, допустимыми, поскольку составлены они в соответствии с требованиями закона, в необходимых случаях с участием понятых, объективно фиксируют фактические данные, и принимает их как достоверные доказательства. Исследование по делу проведено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках процедуры, установленной процессуальным законодательством и ведомственными нормативными актами, с соблюдением методик исследования, с использованием необходимого оборудования. Оснований для признания состоявшегося исследования недопустимым доказательством у суда не имеется. Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона при обнаружении, собирании, закреплении и оценки доказательств по делу органом следствия допущено не было.

Суд находит необоснованным утверждение стороны защиты о признании недопустимым доказательством акта изъятия телефона от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л. д. 28) ввиду отсутствия поручения следователя. Изъятие произведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, замечаний от лиц, принимавших участие при его производстве, не имелось, что подтвердили допрошенные в судебном заседании понятые (незаинтересованные лица), а также ФИО2 №1, мать подсудимой, у которой был изъят телефон. Согласно материалам дела, службе уголовного розыска и участковых уполномоченных полиции, с целью установления лица, совершившего преступление, поручено установление и допрос очевидцев совершенного преступления, а также выполнение иных следственных действий (т. 1 л. д. 13). Отсутствие последней цифры IMEI кода телефона в акте досмотра не является основанием для признания данного документа недопустимым доказательством, суд признает данное обстоятельство технической опечаткой, которая не может повлиять на его законность и обоснованность. Кроме того, свидетель ФИО2 №1 показала, что изъятый у нее телефон, ей подарила дочь. Подсудимая ФИО1 также подтвердила, что обнаруженный ею телефон в поликлинике, она подарила матери, ФИО2 №1 При таких обстоятельствах, у суда не вызывает сомнений, что оперуполномоченным у ФИО2 №1 был изъят мобильный телефон, принадлежащий именно потерпевшей Потерпевший №1

Кроме того, положение п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ лишь устанавливает право следователя в рамках принятого им к производству дела давать органу дознания обязательные для исполнения письменные поручения о производстве отдельных следственных действий и проведении оперативно-розыскных мероприятий, которому корреспондирует обязанность органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, исполнять в пределах своих полномочий такие поручения следователя по уголовным делам, принятым им к производству (п. 2 ст. 14 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности"), самостоятельно определяя вид, форму, организацию и тактику оперативно-розыскных мероприятий. При этом основания для их проведения регламентированы Федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности", статья 7 которого относит к таковым, наряду с другими, наличие возбужденного уголовного дела (п. 1 ч. 1), ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела (пп. 1 п. 2 ч. 1), поручения следователя, руководителя следственного органа, органа дознания или определения суда по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлении, находящимся в их производстве (п. 3 ч. 1).

Доводы стороны защиты о фальсификации документов, выразившихся в их подмене, в частности письменные указания следователю ФИО19 были подменены письменным указанием следователю ФИО12, постановление о возбуждении перед судом ходатайства о даче разрешения на получение данных об абоненте и протоколов соединений абонента сотовой связи находилось на одном листе, а в материалах дела появилось аналогичное постановление уже на двух листах, наличие разных подписей в графе «Согласен», печати, а также изъятии из дела представления об устранении обстоятельств, способствовавших к совершению преступлений от ДД.ММ.ГГГГ, не нашли своего подтверждения. Так, согласно материалам уголовного дела, ФИО1 и ее защитник, адвокат ФИО20, дважды были ознакомлены с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л. д. 162 – 164) и ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л. д. 218 – 220), однако, каких-либо заявлений, замечаний ни от ФИО1, ни от ее защитника, адвоката ФИО20, не поступало, в том числе о фальсификации вышеуказанных документов, а также об изъятии из материалов дела представления об устранении обстоятельств, способствовавших к совершению преступлений от ДД.ММ.ГГГГ. Такая версия появилась у стороны защиты уже в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции при вступлении в дело другого адвоката, который отсутствовал при выполнении требований ст. 217 УПК РФ. Его утверждение о том, что при ознакомлении адвокатом ФИО20 с материалами дела ДД.ММ.ГГГГ, вышеуказанные документы присутствовали, вместе с тем на ДД.ММ.ГГГГ появились иные документы, суд находит необоснованным, поскольку в материалах дела отсутствуют сведения об ознакомлении адвоката ФИО20 и ее подзащитной ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ с материалами уголовного дела. Также, адвокатом ФИО7 суду не представлены данные, откуда получены им фотокопии письменного указания начальника отдела по РПТО ОП № Управления МВД России по <адрес> следователю ФИО21 от ДД.ММ.ГГГГ, постановление о возбуждении перед судом ходатайства о даче разрешения на получение данных об абоненте и протоколов соединений абонента сотовой связи от ДД.ММ.ГГГГ, представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствующих совершению преступления, и соответствуют ли они действительности. При таких обстоятельствах, у суда не имеется оснований для назначения комплексной технико-криминалистической, почерковедческой экспертизы по ходатайству стороны защиты, а также вызова в судебное заседание в качестве свидетелей следователей ФИО12, ФИО22

Оценив все приведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимой ФИО1 в <данные изъяты> хищении чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Судом достоверно установлено, что потерпевшей Потерпевший №1 телефон не был утерян, а был оставлен совместно с другими вещами на пеленальном столе в помещении поликлиники. Потерпевшая Потерпевший №1 показала, что телефон не считала потерянным, выйдя от врача, она вернулась на место, где оставила свои вещи вместе с телефоном, то есть к пеленальному столику. Обнаружив отсутствие телефона, искала его, осуществляла неоднократные звонки на свой абонентский номер с целью установления его местонахождения, а затем обратилась к сотрудникам полиции за помощью для осуществления поиска телефона.

Из показаний подсудимой ФИО23 следует, что она осознавала, что телефон кому-то принадлежит, что владельца телефона рядом нет, однако, она взяла телефон, отключила его, в последующем избавилась от находящейся в телефоне сим-карты, и распорядилась им по своему усмотрению, подарив его своей матери, ФИО2 №1 Характер и поспешные действия в момент изъятия телефона и непосредственно после этого подтверждают тот факт, что принадлежащим потерпевшей телефоном подсудимая завладела из корыстных побуждений. Ее умысел был направлен именно на совершение кражи.

При таких обстоятельствах, учитывая, что местом совершения деяния является государственное учреждение, то есть поликлиника, показания потерпевшей, которой было достоверно известно о месте нахождения принадлежащего ей телефона, а также действия ФИО1, направленные на обращение чужого имущества в свою пользу, особенности предмета хищения – мобильного телефона, который находился в рабочем состоянии, и имел идентификационные признаки, суд находит доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, что в данном случае имеет место находка, необоснованным.

Исходя из стоимости похищенного имущества, причиненный ущерб потерпевшей Потерпевший №1 следует признать значительным.

Действия подсудимой ФИО1 суд квалифицирует по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как <данные изъяты> хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Анализ поведения подсудимой ФИО1 в суде, которая активно защищалась, свидетельствует о том, что она ведет себя адекватно, отдает отчет своим действиям.

Таким образом, каких-либо оснований сомневаться в психической полноценности подсудимой у суда не имеется, тем самым нет препятствий для привлечения её к уголовной ответственности и назначения наказания.

При назначении наказания подсудимой ФИО1 суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни её семьи.

Как личность, подсудимая ФИО1 по месту <данные изъяты>

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой ФИО1, суд учитывает явку с повинной (т. 1 л. д. 40), наличие на иждивении малолетнего ребенка (т. л. д. 155), возмещение ущерба путем возврата имущества (т. 1 л. д. 129), привлечение к уголовной ответственности впервые (т. 1 л. д. 151).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО1, суд не усматривает.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности подсудимой ФИО1, суд приходит к выводу, что цели исправления виновной и восстановления социальной справедливости могут быть достигнуты при назначении подсудимой ФИО1 наказания в виде штрафа, полагая, что такое наказание окажет на её исправление более положительное влияние, учитывая при этом тяжесть содеянного, имущественное положение подсудимой и её семьи.

С учетом всех изложенных выше обстоятельств, суд не усматривает оснований для применения к подсудимой ФИО1 положений ст. 64 УК РФ.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № – ФЗ), суд не усматривает.

Потерпевшей Потерпевший №1 в ходе судебного следствия был заявлен гражданский иск о взыскании компенсации морального вреда в сумме 20 000 руб. и материального ущерба в размере 30 000 руб. В обоснование иска в части компенсации морального вреда указала, что в результате хищения телефона было утрачено множество фотографий ребенка, в связи с чем ей причинены моральные и нравственные страдания, которые она оценивает в 20 000 руб. В части взыскания материального ущерба мотивировала тем, что ею было заключено соглашение с адвокатом ФИО8 на сумму 30 000 руб. для защиты ее интересов в ходе рассмотрения уголовного дела по обвинению ФИО1

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

В соответствии с п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ, к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю.

Так, в ходе судебного следствия, при рассмотрении настоящего уголовного дела в отношении ФИО1 интересы потерпевшей Потерпевший №1 представлял адвокат ФИО24 В подтверждение своих доводов о взыскании материального ущерба в сумме 30 000 руб. Потерпевший №1 представила квитанцию № от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует о заключении соглашения Потерпевший №1 с вышеуказанным защитником ДД.ММ.ГГГГ на ее защиту в ходе рассмотрения уголовного дела Ленинским районным судом <адрес>, и выплаты ею гонорара адвокату ФИО25 за представленные им услуги в сумме 30 000 руб.

Оценивая разумность заявленных судебных издержек, суд принимает во внимание фактические обстоятельства и сложность уголовного дела, работу, проведенную представителем потерпевшего для подготовки доказательной базы по уголовному делу, фактический объем оказанной адвокатом ФИО8 юридической помощи, количество заседаний, в которых участвовал представитель.

В силу ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на его иждивении.

Вместе с тем, подсудимая ФИО1 не заявляла суду о своей имущественной несостоятельности и не ходатайствовала об освобождении ее от уплаты в пользу потерпевшей процессуальных издержек на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю, в связи с чем гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 о взыскании материального ущерба с ФИО1 в сумме 30 000 руб. подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Вместе с тем, возможность компенсации морального вреда за нарушение имущественных прав действующим законодательством не предусмотрено.

При таких обстоятельствах, гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 в части компенсации морального вреда подлежит оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296 – 299, 303, 304, 307 – 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 ФИО31 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ей наказание в виде штрафа в размере 10 000 рублей в доход государства.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить после вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 удовлетворить частично. Взыскать с осужденной ФИО1 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 в счет возмещения материального ущерба 30 000 (тридцать тысяч) руб. В части взыскания с осужденной ФИО1 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 компенсации морального вреда в сумме 20 000 руб. отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу: <данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение 10 суток со дня его провозглашения через Ленинский районный суд <адрес> РБ.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. В случае принесения апелляционных представления или жалоб другими участниками процесса осужденная вправе в тот же срок со дня вручения ей их копий подать возражения в письменном виде.

Осужденная вправе поручить осуществление своей защиты избранному ею защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, указав об этом в своей жалобе или возражении; подать ходатайства об ознакомлении с протоколом судебного заседания в 3-дневный срок со дня окончания процесса и принести на него замечания в 3-дневный срок со дня ознакомления. Осужденная вправе подать ходатайство о дополнительном ознакомлении с материалами уголовного дела в случае апелляционного обжалования приговора суда.

Председательствующий Э. Ф. Якупова