Решение № 2-215/2018 2-215/2018(2-3001/2017;)~М-2878/2017 2-3001/2017 М-2878/2017 от 1 октября 2018 г. по делу № 2-215/2018

дело № 2-215/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 октября 2018 года г. Оренбург

Оренбургский районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Афанасьевой Ж.В.,

при секретаре Крутиковой О.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика по доверенности ФИО2,

ответчика ФИО3,

помощника прокурора Оренбургского района Борисовой М.А.,

представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУО Оренбургской области «Геронтологический центр «Долголетие», ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

истец ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, свои доводы основывает на том, что она является инвалидом, с парализованной нижней частью тела. 09.09.2017 г. она получила травму голени левой ноги в виде перелома. В отделении травматологии ей сделали снимок, наложили гипс, пояснив, что его нужно снять через месяц после повторного снимка и консультации травматолога. Однако, через неделю после травмы 15.09.2017 г. ФИО3 самостоятельно, без контрольного снимка, сняла ей гипс с перелома. Полагает, что справка об отсутствии перелома могла быть подделана ФИО3, поскольку на ней нет печати. Действиями по снятию ФИО3 гипса, ей были причинены физические страдания, поскольку начала подниматься температура, были сильные боли, конечность была синей и опухшей. ФИО3 посоветовала ей массаж круговыми движениями. В течение указанных дней она страдала, принимала уколы обезболивающего, которые приобрела самостоятельно. Периодически она плакала, кричала от боли, но персонал отделения не обращал на нее никакого внимания. Только по её звонку, делали ей укол обезболивающего. На её просьбу вызвать скорую помощь, медсестра ФИО5 отказала ей, сказав, что ФИО3 запретила, распорядилась делать только уколы. Ночью она не спала, сидела в кровати, поскольку не могла лечь из-за сковавшей её боли, не могла передвинуться, чтобы воспользоваться судном. В субботу ФИО3 была на работе, но к ней не зашла, передала через дежурную медсестру ФИО5 мазь с истекшим сроком годности, которую принесла из дома. В понедельник 18.09.2017 г. ФИО3 разрешила ей съездить на консультацию к хирургу на машине интерната со сломанным подъемником для инвалидной коляски. Дежурная медсестра, поняв всю абсурдность данной ситуации, вызвала бригаду скорой медицинской помощи, врачи которой были возмущены тем, что ответчик ФИО3 не оставила направление. Позже ФИО3 стала утверждать, что направление могла выписать и медицинская сестра.

Оказалось, что помощь хирурга ей не нужна, а необходимо ехать в травматологию, и её снова погрузили в машину скорой помощи и отвезли в другую больницу, где был сделан повторный снимок и подтвердился факт перелома, был снова наложен гипс. Гипс был наложен на согнутую в колене ногу, так как выпрямить врачи её уже не смогли. Это причиняет ей массу неудобств и физическую боль. Она снова принимала обезболивающие. После очередной рентгенографии 20.11.2017 г. ей снова наложили гипс еще на месяц, поскольку перелом неправильно сросся, из-за того, что преждевременно снимали гипс. При этом отломки совместить уже было нельзя, поскольку операция ей противопоказана, из-за старой травмы позвоночника и парапареза. Она потеряла всякую надежду на выздоровление, постоянно борется с пролежнями и опрелостями, так как с сентября не может принимать душ и двигаться. Ей не смогли разогнуть ногу, и наложили гипс на согнутую в колене конечность, и гипс в тот же день сломался под коленом. Врач-травматолог назначил ей дорогостоящее устройство ортез, который она не может приобрести, так как после оплаты социальных услуг в интернате, у неё остается только 3000 руб. в месяц. Визуально нога сильно искривлена под коленом. Полагает, что ФИО3 ввиду наличия предвзятого к ней отношения, о котором она неоднократно сообщала руководству интерната, допустила к ней такое отношение. После данного инцидента ФИО3 был объявлен выговор, а ей назначен другой лечащий врач.

ФИО3 оставила должность начмеда, но продолжает работать заведующим отделения, полагает, что ФИО3 продолжит свои пытку и травлю по отношению к ней, и это возможно оставить, только наложив на ФИО3 материальные издержки.

Просила суд обязать ответчика ФИО3 возместить ей причиненный моральный вред за физические страдания и причиненный вред здоровью в результате неправомерных действий по отношению к ней в размере 100000 руб., обязать ФИО3 приобрести ей ортез в соответствии с предписаниями травматолога и ортопеда.

Впоследствии в ходе судебных заседаний истец ФИО1 в устном порядке дополнила свои исковые требования, указав, что сотрудниками и руководством ГБУСО «ГЦ Долголетие» ей недолжным образом оказывались социальные услуги, предусмотренные условиями договора, заключенного между ними. В частности ей не оказывались услуги по пересаживанию из инвалидного кресла на кровать, полагает, что недобросовестное отношение ответчиков к своим обязанностям привело к тому, что она упала с кровати при пересаживании в инвалидное кресло и сломала ногу.

Определением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 02.10.2018 года производство по делу прекращено в части обязания ответчиков ФИО3 и ГБУСО «ГЦ Долголетие» приобрести для ФИО1 ортез в соответствии с предписаниями травматолога и ортопеда, в связи с отказом истца ФИО1 от иска в этой части.

Определением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 09.01.2018 г. к участию в деле в качестве ответчика был привлечен ГБУСО «ГЦ Долголетие», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – Министерство социального развития Оренбургской области.

Определением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 26.09.2018 г.в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО8

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала свои исковые требования в полном объеме, по основаниям и доводам в нем изложенным, а также с учётом устных дополнений. Просила её исковые требования удовлетворить. В судебном заседании пояснила, что 09.09.2017 г. она уплата с кровати при пересаживании в инвалидное кресло, на котором был сломан тормоз. Её отвезли в трамвпункт, где врач сделал снимок, наложил гипс, и сказал, что справку можно будет забрать в понедельник. В пятницу, то есть 15.09.2017 г., ФИО3 сняла ей гипс, нога у нее была опухшая и синяя. Она не просила ответчика снимать гипс, не жаловалась на какие – либо неудобства, связанные сегоприсутвием. В субботу ФИО3 приходила на работу и передала через медсестру мазь с иссекшим сроком годности. Она жаловалась медсестрам на боль, они делали ей обезболивающие уколы, которые она сама приобретала. В понедельник 18.09.2017 г. ФИО3 разрешила ей съездить к хирургу. Медсестра вызвала скорую помощь, и её отвезли в Первую городскую больницу, откуда её направили в 4 Городскую больницу. Там ей на согнутую ногу наложили гипс, который в тот же день сломался и больше его не накладывали, поскольку врач – травматолог пояснил, что это бесполезно и в случае его повторного наложения, он также сломается. Через месяц сделали контрольный снимок, который показал смещение. Ей наложили гипс под колено и он сломался. У ФИО3 имеется выговор за ненадлежащее исполнение своих обязанностей. В момент получения травмы она находилась в комнате одна, на помощь подняться с кровати и пересесть на инвалидное кресло персонал Центра не приглашала, поскольку сама осуществляла данные процедуры. Иногда она приглашала санитарок для того, что бы они помогли ей осуществить гигиенические процедуры, пересесть с кровати на инвалидное кресло, но в основном осуществляла их сама. Вызов сотрудников Центра она осуществляла по сотовому телефону, у нее имелись номера телефонов санитарок, медсестер. С П.А.М. она в момент травмы находилась в дружеских отношениях, они выезжали вместе в город, общались, в настоящее время данное общение они не поддерживают. Она действительно была переведена из отделения «Милосердие» в отделение «Активное долголетие». Факт оказания ей надлежащей помощи после получения травмы она подтверждает, претензий к среднему медицинскому персоналу Центра она не имеет, равно как и к врачам ГАУЗ «ГКБ №4» г. Оренбургаона не имеет.

Ответчик ФИО3 просила в иске ФИО1 отказать по доводам и основаниям, изложенным в её письменном отзыве. Суду пояснила, что ФИО1 на момент получения травмы находилась в комнате одна. Была вызвана скорая помощь, которая отвезла её в больницу. В первый раз сказали, что перелома нет, за справкой предложили прийти позже, потом её привез курьер. ФИО1 все время жаловалась, что гипс приносит ей неудобства. В заключении врача было указано, что перелома нет, гипс был наложен в целях фиксации. Она сняла гипс по настойчивой просьбе ФИО1, такое решение она приняла на основании заключения врача и рассказов медсестер и санитарок о том, что ФИО1 данный гипс приносит неудобства при выполнении гигиенических процедур.

Представитель ответчика ГБУСО «ГЦ Долголетие»ФИО9, действующая на основании доверенности, просила в иске ФИО1 отказать, по основаниям и доводам, изложенным в письменном отзыве. Суду пояснила, что ФИО1 надлежащим образом отказывается весь пакет социальных услуг, согласно условиям договора, заключенного между учреждением и ею. ФИО3 выговор был вынесен, поскольку она сняла гипс без согласования с врачом-травматологом. Действиями ФИО3 Я.С.ББ. не был причинен вред здоровью, её состояние здоровья не ухудшилось. Напротив, в период болезни Я.С.ББ. помогал весь медицинский персонал, помогали ей вставать, оказывали помощь при гигиенических процедурах. ФИО10 проявляет неуважение к медицинскому персоналу, тяжело уживается с другими пациентами, поэтому проживала в комнате на момент получения травмы одна.

Представитель третьего лица Министерства социального развития Оренбургской области ФИО4, действующий на основании доверенности, просил в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, по основаниям и доводам, изложенным в письменном отзыве.

Третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8 в предыдущих судебных заседаниях так же просили в иске ФИО1 отказать, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Представитель третьего лица ГАУЗ ГКБ № 4 г. Оренбург в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом в соответствии с требованиями ч. 2.1. ст. 113 ГПК РФ.

Помощник прокурора Оренбургского района Борисова М.А. в судебном заседании, полагала, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, поскольку вина врача ФИО3 в причинении ей вреда здоровью не доказана, социальные услуги сотрудниками Геронтологического центра истцу оказывались надлежащим образом.

Суд, заслушав мнения лиц, участвующих в деле, с учётом заключения прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующему:

В соответствии с ч.1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, и иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (ч. 2 указанной статьи).

В силу статьи 12 Гражданского кодекса РФ, защита гражданских прав осуществляется путем компенсации морального вреда.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ч.1 ст. 1064Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Общими условиями гражданско-правовой ответственности являются противоправность нарушения, наличие вреда или убытков, прямая причинно- следственная связь между противоправным поведением и вредом (убытками), а также вина правонарушителя.

Под противоправностью понимается такое поведение лица (действие, бездействие), которое нарушает нормы действующего законодательства.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Таким образом, надлежащим ответчиком по данному делу является государственное бюджетное учреждение социального обслуживания Оренбургской области «Геронтологический центр «Долголетие»,

Вместе с тем, по смыслу указанных положений действующего законодательства, для возникновения права на возмещение вреда необходимо наличие совокупности таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда и его вина. В отсутствие хотя бы одного из этих условий ответственность ответчика исключается.

Судом установлено, и подтверждается материалами дела, что 19.03.2015 года между ГБУСО «Геронтологический центр «Долголетие» - «Исполнителем» и ФИО1 – «Заказчиком» был заключен договор о предоставлении социальных услуг, по условиям которого Заказчик поручает, а Исполнитель обязуется оказать социальные услуги Заказчику на основании индивидуальной программы предоставления социальных услуг Заказчика, выданной в установленном порядке, которая является неотъемлемой частью договора, а Заказчик обязуется оплачивать указанные Услуги, за исключением случаев, когда законодательством о социальном обслуживании граждан в Российской Федерации предусмотрено предоставление социальных услуг бесплатно.

Для ФИО1 начальником отдела социальной защиты населения в г. Оренбурге департамента социальной защиты 27.02.2015 г. была составлена индивидуальная программа предоставления социальных услуг, согласно которой установлен перечень социально-бытовых, социально-медицинских, социально-психологических, социально-педагогических и социально-правовых услуг. Согласно п. 7 указанной программы, истцу ответчиком по мере необходимости оказывается помощь: встать с постели, лечь в постель, одеться, раздеться, пользоваться туалетом. Данная программа подписана ФИО1

ФИО1 является инвалидом первой группы и передвигается на инвалидной коляске.

Проверяя довод истца, заявленный в ходе рассмотрения дела, о том, что в результате ненадлежащего оказания ей социальной услуги, предусмотренной п. 7 Программы, она 09.09.2017 года при самостоятельном пересаживании с кровати в инвалидное кресло упала и получила травму ноги, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что действительно 09.09.2017 г. ФИО1 находясь в своей палате в ГБУСО «Геронтологический центр «Долголетие» получила бытовую травму, упав с кровати при пересаживании на инвалидное кресло.

Судом в ходе рассмотрения дела также устанавливались обстоятельства получения ФИО1 указанной травмы.

Истец ФИО1 пояснила суду, что 09.09.2017г. она находилась в комнате одна, собираясь на ужин, она самостоятельно начала пересаживать с кровати на инвалидное кресло, у которого плохо закрепила тормоза, и упала. При этом как следует из объяснений истца на помощь пересесть из кровати в инвалидное кресло она никого не приглашала, хотя у нее имелся сотовый телефон и номера телефонов санитарок и медсестер отделения. Далее она самостоятельно забралась на кровать и позвала на помощь медицинский персонал, поскольку почувствовала боль в ноге.

Третье лицо ФИО6 28.09.2018 г. пояснила суду, что в день получения травмы 09.09.2017 г. ФИО1 она была на дежурстве. Истец и П.А.М., который так же проживает в центре, приехали из города, были веселые. Она вошла в палату к ФИО1, поскольку они сильно шумели, и увидела их лежащими вместе на одной кровати. Она сделала им замечание, и ушла. Потом этот мужчина сообщил ей, что ФИО1 упала. Это было примерно после 17.00 час. ФИО1 стала жаловаться на боль в ноге, и она вызвала скорую помощь. После того, как ФИО1 наложили гипс, она к ней заходила предлагала сделать укол, таблетки, последняя отказалась, сказав, что боль терпимая. ФИО1 её оскорбляет, все требует в приказном тоне.

Третье лицо ФИО7 28.09.2018 г. пояснила суду, что ФИО1 уделяется очень много внимания, они её пересаживают по её просьбе, когда она звонит им по сотовому телефону. Помогают ей умываться, ходить в туалет, вешают её белье. В настоящее время не пересаживают её, поскольку она активная. В день получения травмы ФИО1 она была на работе, затем ушла домой, поскольку чувствовала себя плохо. ФИО1 и П.А.М. общались раньше, полагает, что они принимали вместе алкоголь.

Свидетель П.А.М., допрошенный судом 02.10.2018 г., показал, что о несчастном случае ФИО1 знает с её слов. В тот день они выезжали на инвалидных колясках в город, ездили без посторонней помощи. Он поехал по своим делам, а ФИО1 по своим. В центр вернулся после 18.00 час., заехал к ФИО1 она сидела на кровати и сказала ему, что она упала, он позвал на помощь медсестру. В настоящее время они не общаются. В тот день алкоголь они не употребляли, поскольку ФИО1 относится к нему отрицательно. В комнате не шумели, момент падения ФИО1 он не видел. В комнате они ничем интимным не занимались, поскольку уже 27 лет болен. Он уже 10 лет живет в интернате, является инвалидом 1 группы, его не пересаживают, он сам себя обслуживает. ФИО1 тоже сама пересаживалась с кровати на кресло. Санитары оказывают помощь в пересаживании, но он сам справляется. Ранее они с ФИО1 общались, в настоящее время данное общение не поддерживают.

Свидетель К.Л.Д., допрошенная судом 02.10.2018 г., показала, что она живет в соседней с ФИО1 комнате, также передвигается на инвалидном кресле.Помнит, как 09.09.2017 г. ФИО1 упала, это случилось вечером, они были с П.А.М. вкомнате, было шумно, потом выехал из палаты П.А.М. и зашла медсестра. ФИО1 лежала на кровати и смеялась, говорила, что упала. К ним заходила медсестра, просила чтобы они перестали шуметь. Утром приехала скорая и увезла ФИО1 в больницу. Вечером она ругалась на санитарок. Утверждает, что когда ФИО1 упала, П.А.М. был в ее комнате, поскольку она слышала, их шум и смех, а потом услышала гулкий звук, как будто что-то тяжелоеупало, после чего подъехала на коляске к комнате ФИО1 и увидела как ФИО1 лежала на полу, смеялась. П.А.М. позвал на помощь санитарку, а ФИО1 в этот момент перелезла на кровать. В плату прибежала санитарка. После того, как ФИО1 увезли на скорой, она вернулась с гипсом, кто ей его снял не знает. ФИО1 и П.А.М. встречались часто, вместе употребляли спиртное, варили пельмени на продажу.ФИО1 нецензурной бранью оскорбляет медперсонал, а они ей во всем помогают. Сама она тоже инвалид, ей помогают пересаживаться санитары, реагирую на просьбы об оказании помощи.

Суд принимает показания свидетеля К.Л.Д., поскольку она предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ее показания согласуются с пояснениями ФИО6

При этом суд не принимает показания свидетеля П.А.М., поскольку он находился в дружеских отношениях с ФИО1 и может быть заинтересован в исходе дела, его показания противоречат иным доказательствам по делу.

Таким образом, суд, оценивая показания вышеуказанных свидетелей и пояснения третьих лиц, полагает, что вины медицинского персонала в падении ФИО1 09.09.2017 года с кровати не установлено, поскольку в момент получения травмы истец находилась в комнате с П.А.М., помощь в пересаживании у сотрудников Центра не просила.

При этом суд учитывает показания свидетеля К.Л.Д., объяснения самой же истицы о том, что в случае необходимости и по её просьбе ей оказывалась помощь в пересаживании с кровати на инвалидное кресло, а также иная помощь в соответствии с п. 7 Программы.

В день получения травмы 09.09.2017 г. ФИО1 к медицинскому персоналу за помощью не обращалась, решив самостоятельно пересесть. При этом судом принимается во внимание, что ФИО1 в течение нескольких лет проживает в Геронтологическом центре и как пояснила сама ФИО1 она преимущественно всегда обходится без посторонней помощи при перемещении с инвалидного кресла и обратно. Однако в случае необходимости и по её просьбе помощь в пересаживании со стороны медицинского персонала ей оказывалась.

При этом суд отклоняет доводы истца о том, что ей не было известно об условиях Программы, поскольку данная Программа подписана истцом, доказательств обратного не представлено. Ею оплачивались соответствующие услуги, содержащиеся в данной Программе и она пользовалась данными услугами, в том числе и предусмотренными п. 7.

Согласно справке об обращении в приемное отделение ургентной службы ГАУЗ «ГКБ №4» г. Оренбурга, выданной врачом-травматологом О.Б.Н. ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1, инвалиду 1 группы, проживающей в ГБУСО ГЦ «Долголетие», поставлен диагноз: <данные изъяты>. Выполнено: осмотр, рентгенография, гипсовая иммобилизация, пункция сустава – 45 мл кровянистого отделяемого. Рекомендации: холод, покой, уход за гипсом конечностей.

Указанные обстоятельства были подтверждены врачом-травматологом О.Б.Н., допрошенным судом в ходе судебного заседания 09.02.2018 г. в качестве свидетеля, которому судом был представлен на обозрение соответствующий рентгенологический снимокФИО1 от 09.09.2017 года.

Согласно заключению врача рентгеновского отделения ГАУЗ «ГКБ №4» г. Оренбурга Ш.А.Г. от 09.09.2017 г. при чтении рентгенографии пациентки ФИО1 свежая костная патология не выявлена.

В судебном заседании свидетель Ш.А.Г., допрошенный судом 30.01.2018 г., показал, что он дает заключение по рентгеновским снимкам, осмотр производит врач-травматолог. Данных на новую костную патологию у ФИО1 не было, был ушиб. Согласно данным справки у ФИО1 был гемартроз, в области коленного сустава собралась кровь. Наложение гипса является обязательным на период от 1 до 2 недель, снимает гипс врач-травматолог, но его можно снять самостоятельно, в случае неудобств.

Как подтверждается показаниями свидетелей ФИО6, Б.А.Ф., Б.А.Т., М.Л.К., допрошенными в ходе судебного заседания 30.01.2018 г., они работают в ГБУСО ГЦ «Долголетие», им известно, что ФИО1 упала, а после того, как ей был наложен гипс, она постоянно жаловалась на неудобства и боль, и просила его снять.

Согласно материалам дела и установлено судом, что ФИО3 работает в ГБУСО ГЦ «Долголетие» заведующим отделения- врачом-терапевтом, на момент получения истцом травмы являлась ее лечащим врачом.

В день получения травмы согласно графику работы ответчика на смене находились санитаркии медсестра:ФИО6, Б.А.Т., Б.Н.М.

Должностной инструкцией заведующего отделением врача-терапевта ГБУСО «ГЦ «Долголетие» (далее – Инструкция) предусмотрено, что заведующий отделением врач-терапевт должен: оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности. Применять в своей работе современные методы диагностики, лечения и лекарственного обеспечения клиентов (пункт 1 Инструкции). Иметь необходимые теоретические знания, соответствующую квалификацию, профессиональную подготовку и умело применять их в практической работе по совей специальности при оказании социально-медицинских услуг клиентам учреждения (пункт 3 Инструкции). Осуществлять общее руководство работой отделения, подбор и обучение сотрудников, обеспечивать надлежащие условия труда и контроль за деятельностью сотрудников, выполнять поручения директора, заместителя директора по медицинской части (пункт 12 Инструкции). Ежедневно вести прием нуждающихся проживающих и заболевших, назначать лечение и обследование совместно с территориальным ЛПУ; ежедневно проводить обходы тяжело больных проживающих совместно со старшей медицинской сестрой (пункт 39 Инструкции). Организовывать диспансерное наблюдение хронических больных и выполнение рекомендаций врачей-специалистов по их лечению (пункт 46 Инструкции).

В судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела и пояснениями лиц, участвующих в деле (ФИО3,ФИО6, Б.А.Ф., ФИО7, М.Л.К.), что 15.09.2017 г. ФИО3 по просьбе ФИО1 сняла гипс последней, который был наложен 09.09.2017 г.

18.09.2017 г. ФИО1 осмотрена врачом-травматологом ГКБ №4 установлен диагноз: <данные изъяты>. Назначено: гипсовая лонгета до 4-х недель, кеторол, консультация травматолога через 4 недели.

Из объяснений ФИО1 следует, что в день наложения гипса 18.09.2017 года гипс сломался и больше его не накладывали, поскольку как ей пояснил врач травматолог, он бы все равно сломался.

17.10.2017 г. ФИО1 осмотрена врачом-травматологом ГКБ №4 установлен диагноз: <данные изъяты>

20.11.2017 г. осмотрена врачом-травматологом ГКБ №4 установлен диагноз: <данные изъяты>

При последующих осмотрах врачами-травматологами ГКБ №4 диагноз ФИО1 не изменился.

Судом для определения правильности и качества оказанной медицинской помощи ФИО1 сотрудниками ГБУСО ГЦ «Долголетие», в целях установления каких либо последствий в результате действий ФИО3 по снятию гипса, и для установления причинно-следственной связи между действиями ФИО3 по снятию гипса и наступившими последствиями в виде смещения перелома костей, была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам Бюро судебно-медицинских экспертиз клиники ФГБОУ ВО ОрГМУ Минздрава России.

В своем заключении № 18 от 13.09.2018 г. комиссия экспертов указанного выше экспертного учреждения пришла к выводу о том, что медицинская помощь и социальное сопровождение в период с 09.09.2017 г. по 18.09.2017 г. персоналом ГБУ СО «Геронтологический центр «Долголетие» ФИО1 оказывались своевременно, правильно, в полном объеме в соответствии с действующими порядка и стандартами социальной и медицинской помощи, а именно: 1. Порядок оказания медицинской помощи населению по профилю «Травматология и ортопедия», утвержден приказом Министерства здравоохранения РФ от 12.11.2012 г. № 901н, 2. Стандарт скорой медицинской помощи при травме конечностей и (или) таза, утвержден приказом Министрества здравоохранения РФ от 24.1.20212 г. № 1384 н, 3. Стандарт медицинской помощи больным с переломами костей голени (при оказании специализированной помощи), утвержден приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 13.11.2007 г. № 698, 4. Порядок и стандарт социального сопровождения в Оренбургской области – приказ Министерства социального развития Оренбургской области от 25.07.2017 г. № 375; 5. Постановление Правительства Оренбургской области от 31.10.2014 г. о порядке предоставления социальных услуг поставщиками социальных услуг на территории Оренбургской области, 6. Индивидуальная программа предоставлении социальных услуг.

После наложения гипсовой повязки в период с 09.09.2017 г. по 15.09.2017 г. пострадавшая ФИО11 предъявила жалобы на боли в нижней конечности, чувстводискомфорта от наложенной гипсовой повязки, повышение температуры тела. В записях персонала имеется указания на наличие отека левой нижней конечности. Данные симптомы могли свидетельствовать о сдавлении мягких тканей левой нижней конечности гипсовой лонгетой. При наличии признаков сдавления конечности гипсовой повязкой, последняя должна быть рассечена или снята для предотвращения осложнений (Травматология: национальное руководство/ под ред. ФИО12 ФИО13 – М.: ГЭОТАР –Медиа, 2008 – 808 с.). Сотрудником центра ФИО3 гипсовая повязка была вынужденно снята. При снятии повязки ФИО3 руководствовалась жалобами пациентки, отсутствием убедительных данных за наличие перелома в заключении рентгенолога и рекомендованных сроков гипсовой иммобилизации в справке, выданной врачом амбулаторной службы ГАУЗ «ГКБ №4» г. Оренбурга. При исключении перелома, в случае ушиба мягких тканей конечностей гипсовая иммобилизация, как правило, не показана или выполняется на короткий срок 5-14 дней (Травматология: национальное руководство/ под ред. ФИО12, ФИО13. – М.: ГЭОТАР – Медиа, 2008. – 808 с.). Таким образом, с одной стороны действия ФИО3 по снятию гипсовой повязки имели профилактический характер с целью предупреждения развития осложнений, а с другой стороны у врача не было достаточных оснований для продления иммобилизации в связи с тем, что перелом на предыдущем этапе был исключен. Однако данные действия должны были быть согласованы с рвачом травматологом Никаких последствий снятие гипсовой повязки 15.09.2017г. не повлекло, так как при повторном обращении пациентки 18.09.2017 г. смещение отломков на рентгенограммах отсутствует. Первое указание на вторичное смещение в медицинской документации относится к 17.10.2017 г. Следовательно, смещение отломков произошло в период с 19.09.2017 г. по 17.10.2017 г. и могло быть связано с осевой нагрузкой на конечность, повторной травмой, недостатками гипсовой иммобилизации или прочими факторами, установить которые в ходе экспертизы невозможно из-за отсутствия информации в представленной документации.

У ФИО1 имелось телесное повреждение в виде <данные изъяты>. Указанное телесное повреждение повлекло вред здоровью средней тяжести по признаку длительного (более 21 дня) расстройства здоровья (согласно постановления Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», приложение к приказу № 194 Н от 24.04.2008 года Минздравсоцразвития России «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда.Причиненного здоровью человека», п. 7.1). Последствия в виде посттравматической варусной деформации левой голени и левого коленного сустава, неправильно консолидированного перелома мыщелка левой большеберцовой кости связаны со смещением костных отломков в условиях гипсовой иммобилизации в период с 19.09.2017 и в причинно-следственной связи с действиями ФИО3 не состоят.

Данное заключение в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинских документов, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется. Эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено. Предметом экспертного исследования были материалы дела, медицинские документы и рентгеновские снимки ФИО1

Учитывая, что действия заведующего отделением, врача-терапевта ГБУСО «ГЦ Долголетие» ФИО3 по снятию гипсовой иммобилизации с левой ноги ФИО1 15.09.2017 г. не повлекли никаких последствий для жизни и здоровья пациента, то есть отсутствует одно из условий наступления ответственности, а именно причинно-следственная связь между действиями ФИО3 и наступившим вредом здоровью истца, суд приходит к выводу оботсутствии правовых оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда в пользу ФИО1

При этом суд принимает во внимание, что согласно данным медицинских документов после получения бытовой травмы 09.09.2017 г. ФИО1 врачом-травматологом установлен диагноз: <данные изъяты>. После пункции сустава, и наложении гипсовой иммобилизации ФИО1 было рекомендованы: холод, покой и уход за гипсом конечности.

ФИО3 являясь врачом-терапевтом и обладая базовыми знаниями по специальности травматология, основываясь на поставленный ФИО1 диагноз: <данные изъяты>,учитывая, что гипсовая иммобилизация была установлена в течение 6 дней, и с учетом жалоб пациента ФИО1 на боль и дискомфорт от ношения гипсовой лонгеты, с целью облегчения состояния больного приняла самостоятельное решение по снятию гипсовой иммобилизации с левой ноги ФИО1 При этом как установлено заключением комиссией экспертов, так и из анализа медицинских документов, следует, что никаких негативных последствий для здоровья и жизни ФИО1 действия ФИО3 не повлекли.

За снятие гипсовой повязки получателю социальных услуг ФИО1 без учета мнения узкого специалиста, за слабые организацию и контроль за работой среднего медицинского персонала заведующая отделением врач-травматолог ФИО3 приказом директора ГБУСО «ГЦ Долголетие» от 11.10.2017 г. № 296 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде объявления выговора.

Таким образом, сотрудник ГБУСО «ГЦ Долголетие» понесла дисциплинарную ответственность за установленный факт. Однако указанное обстоятельство не дает оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда, поскольку действия врача-терапевта ФИО3 никаких неблагоприятных последствий для жизни и здоровья ФИО1 не повлекли, что исключает взыскание с ответчика компенсации морального вреда.

Доказательств некачественного оказания врачом-терапевтом ФИО3 и другими сотрудниками ГБУСО «ГЦ Долголетие» медицинских услуг ФИО1 в материалах дела не имеется, сторонами не представлено.

Напротив, из выводов комиссии экспертов следует, что медицинская помощь, социальное сопровождение ФИО1 оказывались своевременно, правильно и в полном объеме в соответствии с действующими порядками и стандартами социальной и медицинской помощи.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ответчиков в её пользу компенсации морального вреда.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУО Оренбургской области «Геронтологический центр «Долголетие», ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано, в апелляционном порядке, в Оренбургский областной суд через Оренбургский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 08.10.2018 г.

Судья Ж.В. Афанасьева