Апелляционное определение № 22-2011/2026 от 1 апреля 2026 г.

мотивированное
апелляционное определение изготовлено 2 апреля 2026 года

Судья Иванова А. П. дело № 22-2011/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 1 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Смагиной С. В., судей Цупак Е. А., Меледина Д. В.

при секретаре Мальцевой Ю. А.

с участием осужденного ФИО1, адвоката Ярмухаметова Р. Н.,

потерпевших КМБ, ее представителя - адвоката Симатова С. Ю.,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области МитинойО. В.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнении к ней адвоката Ярмухаметова Р. Н. на приговор Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 20 ноября 2025 года с участием присяжных заседателей, которым

ФИО1, родившийся <дата> в п. Игрим Березовского района Тюменской области,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена прежней до вступления приговора суда в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей в период с 29 сентября по 30 сентября 2023 года, с 19 октября 2023 года до дня вступления настоящего приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима в силу п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

По делу разрешен вопрос о процессуальных издержках, решена судьба вещественных доказательств.

Взыскана с ФИО1 в пользу КМБ компенсация морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Меледина Д. В., выступления осужденного ФИО1, адвоката Ярмухаметова Р. Н., поддержавших апелляционную жалобу, просивших отменить приговор, выступления прокурора Митиной О. В., потерпевшего КМБ, ее представителя - адвоката Симатова С. Ю., просивших оставить приговор без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 24 октября 2025 года ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе, дополнении к ней, суде второй инстанции адвокат Ярмухаметов Р. Н. просил отменить приговор, вернуть уголовное дело на новое судебное разбирательство. В обоснование указывал, что вердикт вынесен незаконным составом коллегии присяжных заседателей. При рассмотрении уголовного дела судом был нарушен порядок формирования коллегии присяжных заседателей. Участники процесса были введены в заблуждение относительно количества кандидатов в присяжные заседатели, председательствующий сообщил о присутствии в зале 17 кандидатов, вместо 12, указанных в представленных списках.

Полагает, что в процессе формирования коллегии осужденный не мог в полной мере реализовать процессуальные права, задавать возникающие вопросы для принятия решения о мотивированном или немотивированном отводах к кандидатам, поскольку председательствующий при поступлении информации приглашал кандидатов к своему столу вместе с адвокатами и государственным обвинителем для выяснения сведений о кандидате, его близких.

Также, по мнению адвоката Ярмухаметов Р. Н., председательствующий необоснованно и незаконно лишил стороны права на один мотивированный либо немотивированный отвод, не удовлетворив право на самоотвод кандидата № 5 КАН, которая просила освободить ее от участия в виду болезни малолетнего ребенка. Более того, в протоколе судебного заседания указано, что участники считают возможным оставить кандидата в отборе в присяжные заседатели, что не соответствует действительности, так как сторона защиты просила удовлетворить самоотвод кандидата КАН, поскольку данный кандидат в любом случае подлежал самоотводу либо отводу по ходатайству сторон.

Считает, что председательствующий незаконно отказал стороне защиты в мотивированном отводе кандидата № 10, не отразив данный факт в протоколе судебного заседания. По мнению автора жалобы, сторона защиты была необоснованно лишена председательствующим права на заявление неограниченного числа мотивированных отводов, в том числе кандидату № 9 РИВ, которая являлась инструктором по гражданской обороне, имеет отношение к оказанию медицинской помощи, то есть обладает специальными познаниями, работает в спортивном комплексе "Калининец", имеет отношение к воспитанию детей, что является недопустимым при рассмотрении данного дела с участием присяжных заседателей.

Таким образом, автор жалоб приходит к выводу, что коллегия присяжных заседателей была сформирована с грубыми нарушениями норм уголовно-процессуального закона и, соответственно, сформированный состав коллегии присяжных заседателей является незаконным.

Указывает, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства: акт судебно-медицинского исследования трупа от 1 ноября 2023 года, судебно-медицинские экспертизы от 1 ноября 2023 года и 19 февраля 2024 года. Поскольку данные доказательства содержат противоположные выводы о причине смерти потерпевшего, локализации закрытой черепно-мозговой травмы, в частности, субдуральной гематомы слева или справа.

Тем самым полагает, что с участием присяжных заседателей, в компетенцию которых не входит оценка допустимости и относимости доказательств, исследовались равные доказательства, содержащие противоречия.

С целью устранения данных противоречий стороной обвинения в качестве доказательства был представлен допрос судебно-медицинского эксперта РНВ, что недопустимо, поскольку ее показания являются производными от заключения судебно-медицинской экспертизы от 19 февраля 2024 года, которое в составе комиссии экспертов дала РНВ Соответственно, по мнению адвоката, показания РНВ являются недопустимым доказательством.

Кроме того, адвокат в жалобах оспаривает фактические обстоятельства дела, установленные вердиктом коллегии присяжных заседателей, в деле отсутствуют доказательства виновности ФИО1

Отмечает, что государственным обвинителем нарушался уголовно-процессуальный закон, председательствующий не соблюдал принцип состязательности сторон, а именно: государственный обвинитель исследовал доказательства, в том числе и заключения экспертов, не в полном объеме, а только в нужной ему части.

Указывает, что судом необоснованно было отказано в удовлетворении его ходатайства об оглашении в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний неявившегося свидетеля ГРХ

Адвокат также отмечает, что назначенное осужденному наказание является несправедливым, чрезмерно суровым, назначенным без учета надлежащим образом совокупности смягчающих наказание обстоятельств, позволявших суду, наряду с другими положительными данными о личности осужденного, назначить ему не такое суровое наказание.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, судебная коллегия полагает, что нарушений уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства, влекущих в соответствии со ст. 389.17 УПК РФ, отмену приговора суда с участием присяжных заседателей, не допущено.

В соответствии со ст. ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных уголовно-процессуальным кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Таких нарушений уголовно-процессуального закона по данному уголовному делу судом не допущено.

Формирование коллегии присяжных заседателей проведено в судебном заседании с соблюдением требований ст. 328 УПК РФ. Данных о том, что в составе коллегии присяжных заседателей принимали участие лица, которые в силу закона не имели права исполнять обязанности присяжного заседателя, из материалов дела не усматривается. В состав коллегии вошли только те лица, которые в соответствии с Федеральным законом "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации" имели право осуществлять правосудие.

Процедура отбора присяжных заседателей судом соблюдена.

Является настоятельным довод стороны защиты о том, участники процесса были введены в заблуждение относительно количества кандидатов в присяжные заседатели.

Как следует из протокола судебного заседания в день формирования коллегии присяжных заседателей 20 октября 2025 года, председательствующий объявил участникам процесса, что для участия в рассмотрении дела явилось 12 кандидатов в присяжные заседатели, список которых был дан сторонам по делу (т. 3 л. д. 249).

Утверждения и доводы адвоката Ярмухаметова Р. Н. в апелляционной жалобе, дополнении к ней о рассмотрении уголовного дела незаконным составом коллегии присяжных заседателей опровергаются материалами дела, из которых следует, что формирование коллегии присяжных заседателей и решение связанных с этим вопросов в подготовительной стадии судебного заседания осуществлялось в условиях обеспечения сторонам возможности реализации их процессуальных прав, в том числе, права заявить мотивированный отвод кандидату в присяжные заседатели, право на немотивированный отвод присяжного заседателя, а также путем постановки перед кандидатами в присяжные заседатели вопросов и высказывания своего мнения относительно отводов отдельных кандидатов.

Такая возможность предоставлена участникам разбирательства, как со стороны защиты, так и со стороны обвинения, при этом стороны реализовали свои права на мотивированные и немотивированные отводы, которые были разрешены председательствующим в соответствии с требованиями ч. ч. 10 - 16 ст. 328 УПК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами адвоката о том, что осужденный ФИО1, потерпевшая КМБ, ее представитель Симатов С. Ю. не могли в полной мере реализовать процессуальные права, предусмотренные ч. 5 ст. 327 УПК РФ, а именно, участвовать в отборе кандидатов в присяжные заседатели.

Согласно протоколу судебного заседания, осужденный ФИО1, потерпевшая КМБ, ее представитель Симатова С. Ю. заявили, что при обсуждении кандидатур каждого кандидата в присяжные заседатели доверяют, соответственно, своему защитнику - адвокату Ярмухаметову и государственному обвинителю.

Отказ председательствующего в удовлетворении ходатайства о самоотводе кандидата в присяжные заседатели КАН, а также удовлетворение мотивированного отвода кандидата № 10 в присяжные заседатели (МТЛ), заявленного стороной защиты (т. 3 л. д. 165), удовлетворение ходатайства об отводах кандидатов, заявленных стороной обвинения, относится к полномочиям председательствующего и не свидетельствует о его предвзятости.

Тем более что кандидат в присяжные заседатели № 10 МТЛ в состав коллегии не вошла, была отведена председательствующим в результате заявленного ей стороной защиты немотивированного отвода, что следует из списка кандидатов в присяжные заседатели, представленного председательствующему, с немотивированным отводом к кандидату № 10 (т. 3 л. д. 107).

При этом указание в протоколе судебного заседания, что такой отвод заявлен стороной обвинения, судебная коллегия расценивает как явную техническую опечатку. На что указывает приобщенные к материалам уголовного дела заявленные сторонами защиты и обвинения немотивированные отводы к кандидатам под номерами 10 и 8, соответственно.

Отсутствие в протоколе судебного заседания решение председательствующего об отказе в удовлетворении мотивированного отвода стороны защиты к кандидату № 10 не является существенным нарушением, повлиявшим на отбор коллегии присяжных заседателе, в том числе по причине того, что данный кандидат в состав коллегии присяжных заседателей и в запасные присяжные заседатели не вошел.

Вопреки доводам адвоката Ярмухаметова Р. Н., уголовно-процессуальный закон не определяет ограничений по количеству мотивированных отводов, которые могут быть заявлены сторонами кандидатам в присяжные заседатели. Такие отводы не оглашаются и не обсуждаются с участниками судебного разбирательства, а письменные ходатайства сторон с мотивированными отводами кандидатов в присяжные заседатели приобщаются к материалам дела, что и было соблюдено по настоящему уголовному делу. Как следует из протокола судебного заседания, сторона защиты, реализуя свои права при отборе коллегии присяжных заседателей, заявила только один мотивированный отвод.

Несостоятельными являются доводы стороны защиты о нарушении закона в связи с предоставлением защите права заявить немотивированный отвод лишь одному кандидату в присяжные заседатели, поскольку данные доводы основаны на неправильном толковании нормы закона, содержащейся в п. 2 ч. 5 ст. 327 УПК РФ.

В соответствии со ст. 328 УПК РФ предоставление возможности повторного заявления немотивированного отвода кандидатам в присяжные заседатели является правом, но не обязанностью председательствующего, который в этом случае исходит из количества неотведенных присяжных заседателей, сложности дела и других обстоятельств.

Тем самым при формировании коллегии присяжных заседателей стороны полностью реализовали свои права на мотивированные и немотивированные отводы, которые были разрешены председательствующим в соответствии с требованиями ч. ч. 10 - 16 ст. 328 УПК РФ.

Вопреки доводам адвоката, замечаний по проведенному отбору присяжных заседателей, а также ходатайств о роспуске коллегии присяжных заседателей в связи с ее тенденциозностью, от стороны защиты не поступало.

Данных о том, что в состав коллегии присяжных заседателей вошли лица, которые в силу, тех или иных обстоятельств не могли исполнять обязанности присяжных заседателей и участвовать в осуществлении правосудия, в материалах дела не имеется.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями ст. 335 УПК РФ, регламентирующей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, а также положений ст. 334 УПК РФ о полномочиях председательствующего и присяжных заседателей.

Являются несостоятельными доводы стороны защиты о том, что с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства: акт судебно-медицинского исследования трупа от 1 ноября 2023 года, судебно-медицинские экспертизы от 1 ноября 2023 года и 19 февраля 2024 года.

Председательствующий по делу, рассмотрев заявленное адвокатом Ярмухаметовым Р. Н. ходатайство о признании указанных доказательств недопустимыми, принял решение об отказе в удовлетворении данного ходатайства.

Судебная коллегия полагает, что данное решение является верным, поскольку предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для исключения акта судебно-медицинского исследования трупа от 1 ноября 2023 года, судебно-медицинских экспертиз от 1 ноября 2023 года и 19 февраля 2024 года из числа доказательств не установлено. Проведенные по делу и исследованные с участием присяжных заседателей судебно-медицинские экспертизы отвечают требованиям ст. ст. 204 и 207 УПК РФ.

Присяжным заседателям стороной обвинения были представлены акт судебно-медицинского исследования трупа, два заключения судебно-медицинских экспертиз трупа потерпевшего РАВ, а также с участием присяжных заседателей был допрошен эксперт РНВ, которая являлась членом комиссии, давшей судебно-медицинское заключение от 19 февраля 2024 года.

Эксперт РНВ отвечала на вопросы обвинения и защиты в рамках информации, не выходящей за пределы вопросов, подлежащих разрешению коллегией присяжных заседателей, в частности, об обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений, механизме их образования, локализации, о причине смерти потерпевшего.

В связи с чем доводы адвоката о незаконности допроса с участием присяжных заседателей судебно-медицинского эксперта РНВ являются ошибочными. Уголовно-процессуальный закон не содержит норм, ограничивающих сторону обвинения, как и сторону защиты, в представлении доказательств для исследования их с участием присяжных заседателей.

Содержащиеся в апелляционной жалобе, дополнении к ней, утверждения об имеющихся противоречиях между актом судебно-медицинского исследования трупа и судебно-медицинскими экспертизами трупа потерпевшего от 1 ноября 2023 года и 19 февраля 2024 года в части причины смерти потерпевшего, собственная оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе выводов судебно-медицинских экспертиз, оспаривание показаний эксперта РНВ, не могут быть судебной коллегией приняты во внимание и рассмотрены.

Поскольку в соответствии с требованиями ст. 334 УПК РФ вопросы, связанные с установлением фактических обстоятельств дела и с оценкой исследованных в судебном заседании доказательств, относятся к исключительной компетенции коллегии присяжных заседателей. По этим основаниям приговор суда с участием присяжных заседателей не может быть обжалован или отменен.

Судебная коллегия не усматривает процессуальных нарушений при исследовании доказательств.

Доводы стороны защиты о нарушении государственным обвинителем уголовно-процессуального закона и принципа состязательности сторон в связи с тем, что последний исследовал ряд доказательств, в том числе и заключения экспертов, не в полном объеме, а только в нужной ему части, что он исказил фактические обстоятельства дела, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку каждая из сторон вправе представлять именно те доказательства, которые считает необходимым исследовать в судебном заседании, при этом другая сторона не лишена возможности в случае необходимости исследовать данное доказательство в большом объеме или полностью с соблюдением требований об особенностях судопроизводства с участием присяжных заседателей.

Судом обоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства адвоката Ярмухаметова Р. Н. об оглашении в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний неявившегося свидетеля ГРХ, (свидетель обвинения, согласно обвинительному заключению), поскольку в соответствии с протоколом судебного заседания сторона обвинения возражала против этого (т. 4 л. д. 99).

После разрешения заявленного ходатайства председательствующий не препятствовал стороне защиты в вызове данного свидетеля, обеспечение явки которого в судебное заседание самой стороной защиты гарантировало ее допрос в силу положений ч. 4 ст. 271 УПК РФ, однако таким правом сторона защиты не воспользовалась, свидетель ГРХ, извещенная ранее о необходимости явиться в суд (т. 3 л. д. 209), в судебное заседание не явилась, о её принудительном приводе ни адвокат, ни осужденный не ходатайствовали. Кроме того, сторона защиты не привела обоснований, о каких фактических обстоятельствах, может дать показания данный свидетель, не являвшийся очевидцем инкриминируемого ФИО1 преступления.

Таким образом, вопреки утверждениям стороны защиты, судебное следствие проведено на основе принципа состязательности сторон, с учетом требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, главы 37 УПК РФ и положений ст. 335 УПК РФ об особенностях судебного следствия в суде с присяжными заседателями. С участием присяжных заседателей исследовались лишь те доказательства, которые содержали данные о фактических обстоятельствах дела, подлежащих установлению присяжными заседателями, и были признаны судом допустимыми с точки зрения их соответствия требованиям закона.

При этом судом первой инстанции были созданы необходимые условия как для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных законом прав, так и по исключению какого-либо незаконного воздействия на присяжных заседателей.

Доводы стороны защиты относительно неправильной оценки исследованных доказательств, сводятся к оспариванию вердикта, который постановлен коллегией присяжных заседателей на основании оценки данных и исследованных доказательств на предмет их достоверности, достаточности, и согласно положениям ст. ст. 389.15, 389.27 УПК РФ приговоры, постановленные судом с участием коллегии присяжных заседателей, не подлежат пересмотру в суде второй инстанции в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. В указанных случаях доказательства, относящиеся к фактическим обстоятельствам предъявленного лицу обвинения, судом апелляционной инстанции не проверяются.

Оснований полагать, что на присяжных заседателей было оказано недопустимое психологическое воздействие со стороны обвинения, председательствующего, не имеется.

Напутственное слово произнесено в строгом соответствии со ст. 340 УПК РФ и не содержит в себе мнения председательствующего по оценке доказательств и ссылки на доказательства, которые не исследовались в судебном заседании. При этом председательствующий напомнил об исследованных в суде доказательствах как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его, не выражая при этом своего отношения к этим доказательствам и не делая выводов из них. Напутственное слово произнесено председательствующим с соблюдением принципа объективности и беспристрастности.

Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, сформулированы председательствующим в соответствии с требованиями ст. 338 УПК РФ, в рамках предъявленного обвинения, без нарушений требований ст. 252 УПК РФ, с учетом результатов судебного следствия, прений сторон.

Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным, непротиворечивым.

Приговор постановлен председательствующим в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления.

Квалификация действий осужденного ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, судом определена в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, который является обязательным для председательствующего.

Нарушений прав участников процесса во время обсуждения последствий вердикта, во вторых судебных прениях допущено не было.

Вид и размер наказания за совершенное преступление назначены ФИО1 судом в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления, вердикта коллегии присяжных заседателей о признании его незаслуживающим снисхождения, данных, характеризующих его личность, смягчающих наказание обстоятельств: наличия несовершеннолетнего ребенка и положительных характеристик с места жительства, работы, его состояния здоровья и его близких лиц, принесения соболезнований потерпевшей, иных положительных данных о его личности.

Судом в качестве данных о личности осужденного учтено, что осужденный трудоустроен, на учетах нарколога, психиатра не состоит.

Оснований полагать, что суд учел смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности осужденного формально, не имеется. Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено, не выявлены они и судебной коллегией.

Суд, принимая внимание отсутствие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. п. "и, к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, не применил положения ч.1 ст. 62 УК РФ.

Неприменение в отношении ФИО1 положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ судом мотивировано, оснований не согласиться с приведенными доводами у судебной коллегии не имеется.

Назначенное наказание является справедливым и судебная коллегия оснований к смягчению осужденному наказания не усматривает.

Вид исправительного учреждения осужденному определен верно на основании п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ - колония строгого режима.

Требования гражданского иска потерпевшей КМБ о компенсации морального вреда судом разрешены в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ правильно, размер компенсации морального вреда, с учетом характера полученных нравственных и моральных страданий КМБ, связанных с совершенным в отношении ее сына РАВ преступления, в результате которого последний скончался, а также с учетом материального положения осужденного.

Расходы на оплату услуг представителя в размере 150 000 рублей являются процессуальными издержками в соответствии с п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, их размер подтвержден документально и судом принято обоснованное решение об их возмещении из бюджета с последующим взысканием этой суммы с осужденного, который не утратил способности к труду.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга с участием присяжных заседателей от 20 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнения к ней адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб и представления в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу определения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении судом кассационной инстанции, поручать осуществление защиты избранному защитнику, либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий

Судьи