Определение № 33-16177/2025 от 14 декабря 2025 г.

Мотивированное
определение изготовлено 15.12.2025

Дело №33-16177/2025

УИД 66RS0006-01-2024-006796-84

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 12.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Кокшарова Е.В.,

судей Мурашовой Ж.А.,

Ершовой Т.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Волковым К.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ЭнергоРостСтрой», индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 16.09.2025.

Заслушав доклад судьи Кокшарова Е.В., объяснения, представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3, представителя общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоРостСтрой» - ФИО4, третьего лица ФИО5, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «ЭнергоРостСтрой» (далее - ООО «ЭнергоРостСтрой»), в котором, с учетом уточнения заявленных требований (т.1 л.д.4-5, т. 2 л.д. 52), просил:

установить факт нахождения в трудовых отношениях в период с 01.06.2023 по 02.12.2024 в качестве прораба;

взыскать задолженность по заработной плате в размере 202500 руб., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.

В обоснование иска указал, что в период с 01.06.2023 по 02.12.2024 в качестве прораба выполнял работы по строительству блочно-модульной котельной мощностью 32,5МВт, на объекте, расположенном в г.Волчанск, на котором осуществляли хозяйственную деятельность индивидуальный предприниматель ФИО2, ООО «ЭнергоРостСтрой». При приеме на работу трудовые отношения с истцом надлежащим образом не оформлены, приказ о приеме на работу не издавался, в письменной форме трудовой договор не заключался, запись о приеме на работу в трудовую книжку не вносилась. Соглашением сторон ФИО1 установлена заработная плата в размере 4500 руб. за смену, определено рабочее место, режим рабочего времени и отдыха. Допуск работника к работе произведен уполномоченным работодателем лицом. На момент прекращения трудовых отношений (02.12.2024) работодатель не исполнил обязанность по своевременной и в полном объеме выплате заработной платы за весь период нахождения сторон в трудовых отношениях. Вследствие неправомерных действий работодателя, нарушены личные неимущественные права ФИО1

Решением Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 16.09.2025 иск ФИО1 удовлетворен частично.

Судом постановлено:

установить факт трудовых отношений между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в период с 01.06.2023 по 23.09.2023 в качестве прораба;

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 202500 руб., с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц, компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.;

в удовлетворении иска в стальной части отказать;

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджета государственную пошлину в размере 10075 руб.

Не согласившись с решением суда, индивидуальным предпринимателем ФИО2 подана апелляционная жалоба, содержащая просьбу отменить судебное постановление, принять по делу новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку выводы суда, изложенные в судебном постановлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального права.

На апелляционную жалобу от ООО «ЭнергоРостСтрой» поступили письменные возражения, согласно которым решение суда является законным и обоснованным, вынесенным с учетом обстоятельств, имеющих значение для дела, с правильным применением норм материального и процессуального права.

В суд апелляционной инстанции явились представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3, настаивавший на доводах апелляционной жалобы, представитель ООО «ЭнергоРостСтрой» - ФИО4, указавшая на законность и обоснованность решения суда, не подлежащего отмене по доводам апелляционной жалобы, третье лицо ФИО5, не возражавший против отмены решения суда по доводам, приведенным в апелляционной жалобе.

ФИО1, третьи лица ФИО6. Государственная инспекция труда в Свердловской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции посредством заблаговременного (21.11.2025) размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет», направления электронных писем, извещения на адрес электронной почты, в судебное заседание не явились, явку своих представителей, наделенных в установленном порядке полномочиями, не обеспечили.

Судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения решения суда, которым правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применены нормы материального права, регулирующие возникшие между сторонами правоотношения, на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделан обоснованный вывод о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно положений ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ст.56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч. 2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 8 и в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель (или его уполномоченный представитель) обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из совокупного толкования положений ст. ст. 15, 15, 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер.

Разрешая спор, суд первой инстанции на основании объяснений сторон, дав правовую оценку всем представленным в материалы дела доказательствам по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст.37 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 15, 16, ч. 1 ст.20, ст.ст. 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 с 01.06.2023 фактически допущен уполномоченным представителем индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО5 к исполнению обязанностей прораба, приступил к работе, которая выполнялась им в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем, получал заработную плату в порядке, как и другие работники, что в силу ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации свидетельствует о заключении с ним трудового договора.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются доказательствами, имеющимися в деле, которые оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности.

В силу разъяснений, содержащихся в п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст.ст. 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Согласно положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Деятельность по предоставлению доказательств, в подтверждение своей правовой позиции по делу напрямую связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В нарушение перечисленных выше положений, на момент рассмотрения дела судом первой инстанции, индивидуальный предприниматель ФИО2 не представил доказательств отсутствия между сторонами, начиная с 01.06.2023 трудовых отношений, не выполнив тем самым обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств, необходимых для разрешения настоящего иска, в том числе истребованных от него судом в порядке подготовки дела к судебному разбирательству.

При занятии стороной ответчика пассивной позиции по настоящему делу, суд первой инстанции, дал должную оценку объяснениям истца о выполнении им в интересах индивидуального предпринимателя ФИО2 работы с ведома работодателя, которые подлежат оценке наряду со всей совокупностью имеющихся доказательств, свидетельствующими о выполнении ФИО1 обязанностей по указанной им трудовой функции.

Суд надлежащим образом оценил представленные стороной истца письменные доказательства, результаты оценки отразил в своем решении, привел мотивы, по которым они приняты в качестве средств обоснования выводов суда.

Исследованные судом доказательства последовательны, конкретны, не противоречивы, согласуются с объяснениями истца, которые в силу ст.ст.55,68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам ст. 67 названного Кодекса, а также с другими материалами дела.

Устанавливая фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции учел, что обстоятельства допущения работника к работе, выполнения им определенной трудовой функции на основании соглашения сторон трудовых отношений, могут подтверждаться любыми видами доказательств, указанными в ч.1 ст.55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к каковым могут быть отнесены доказательства, представленные истцом, являющимся в данном случае наиболее слабой стороной возникших между сторонами правоотношений, которые в силу положений ч. 3 ст. 19.1. Трудового кодекса Российской Федерации при наличии неустранимых сомнений при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, свидетельствует о том, что между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в период с 01.06.2023 по 23.09.2023 включительно фактически сложились трудовые отношения, отвечающие требованиям ст.ст.15,56 Трудового кодекса Российской Федерации, основанные на личном выполнении истцом трудовой функции в качестве прораба, доказательств, обратного, как указывалось выше, ответчиком не представлено.

Суд принял во внимание, что ФИО1 обладал необходимой квалификацией для выполнения функциональных обязанностей прораба.

Исходя из надлежащей оценки письменных доказательств, содержащихся в материалах дела, судом обоснованно установлен факт допуска истца к работе ответчиком, постоянный характер этой работы, с определением места работы, выполнением трудовой функции в интересах работодателя за выплачиваемую заработную плату.

Отсутствие оформленного трудового договора, приказа о приеме на работу, записи о приеме на работу в трудовой книжке за период трудовой деятельности истца с 01.06.2023 по 23.09.2023, само по себе не подтверждает отсутствие между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанности по оформлению трудовых отношений (ст.ст. 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Определяя дату окончания периода нахождения ФИО1 с индивидуальным предпринимателем ФИО2 в трудовых отношениях (23.09.2023), суд исходил из обстоятельств наличия волеизъявления истца на прекращение между сторонами трудовых отношений, недоказанности обстоятельств осуществления им после указанной даты функциональных обязанностей прораба в интересах данного ответчика.

Несогласие апеллянта с выводом суда о наличии между сторонами трудовых правоотношений, направлено на иную оценку исследованных судом доказательств и установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, для которой судебная коллегия оснований не усматривает.

Вопреки возражениям апеллянта обстоятельства нахождения ФИО1 с ФИО5, выступавшего в качестве лица, уполномоченного действовать от имени индивидуального предпринимателя ФИО2 в гражданско-правовых отношениях, надлежащими средствами доказывания не нашли своего подтверждение, в том числе посредством представления соответствующего договора, заключенного в установленной форме.

Инициируя обращение в суд с настоящим иском, ФИО1 также указывал на обстоятельства не исполнения ответчиком обязанности по выплате заработной платы, причитающейся истцу в качестве вознаграждения за труд, в рамках существовавших между сторонами трудовых отношений.

В силу положений ст.ст. 135, 136 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность по оформлению документов об оплате труда работника, в том числе о размере его заработной платы и её выплате работнику, в связи с чем такие документы должны находиться у работодателя, который в силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч.2 ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации обязан доказать, что установленная работнику заработная плата выплачена своевременно и в полном объеме. При этом выплата денежных средств может подтверждаться в силу закона только допустимыми письменными доказательствами.

По смыслу приведенных выше норм права оплата труда работника производится работодателем за исполнение трудовых обязанностей. При отсутствии работника на рабочем месте и неисполнении им трудовых обязанностей в течение рабочего времени указанное время работодателем не оплачивается, если только в указанный период за работником не сохранялся средний заработок (оплачиваемый отпуск, служебная командировка, направление на медицинский осмотр, повышение квалификации и т.п.) или это время не оплачивалось в ином размере (неисполнение трудовых (должностных) обязанностей по причинам, не зависящим от работодателя и работника, время простоя и т.п.).

Обстоятельства исполнения ФИО1 функциональных обязанностей по замещаемой должности в интересах индивидуального предпринимателя ФИО2 в период, имевший место с 01.06.2023 по 23.09.2023, нашли своё подтверждение совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств.

Определяя размер вознаграждения за труд, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд, в отсутствие доказательств, подтверждающих выплату ему заработной платы за спорный период времени согласился с произведенным истцом расчетом вознаграждения за труд, который в установленном порядке, стороной ответчика не опровергнут.

Судебная коллегия находит произведенный расчет правильным, мотивированным, основанным на системном анализе норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым судом дана надлежащая правовая оценка.

Как видно из постановленного решения, каждое представленное суду доказательство (в том числе, письменные доказательства, объяснения сторон) оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Судом первой инстанции оценены достаточность и взаимная связь всех собранных по делу доказательств в их совокупности, в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном решении.

Выраженное индивидуальным предпринимателем ФИО2 в апелляционной жалобе несогласие с оценкой доказательств не может повлечь отмену решения, поскольку в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Возлагая на индивидуального предпринимателя ФИО2 обязанность по возмещению ФИО1 морального вреда, причиненного вследствие неисполнения обязанностей по надлежащему оформлению трудовых отношений, своевременной и в полном объеме выплате заработной платы, суд правильно руководствовался положениями ст.ст. 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системной взаимосвязи со ст. ст. 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Неправильное применение работодателем норм трудового законодательства, вследствие неисполнения обязанностей по надлежащему оформлению трудовых отношений, своевременной и в полном объеме выплате заработной платы, послужило причиной обращения истца в суд с настоящим иском, который ответчиком в добровольном порядке не признан обоснованным. Право работника восстановлено в судебном порядке.

Учитывая характер причиненных ФИО1 нравственных страданий, вследствие неисполнения работодателем обязанностей по надлежащему оформлению трудовых отношений, своевременной и в полном объеме выплате заработной платы, повлекших необходимость судебной защиты, характер допущенного ответчиком нарушения личных неимущественных прав истца, степень вины работодателя, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по соблюдению трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальные нормативные акты, соглашений и трудовых договоров (ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации), ненадлежащее исполнение которой корреспондирует к возникновению обязанности компенсировать ФИО1 в денежном выражении причиненный ему вред за нарушение личных неимущественных прав, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, судебная коллегия соглашается с размером компенсации морального вреда, определенного судом (30000 руб.).

Оценивая обоснованность требований истца относительно размера компенсации морального вреда, судебная коллегия, руководствуется в первую очередь положениями закона, устанавливающими необходимость индивидуальной оценки нравственных и физических страданий.

Определенный размер компенсации морального вреда в полной мере соответствует требованиям разумности и справедливости, конкретным обстоятельствам дела.

Каких-либо доводов, опровергающих выводы суда в остальной части, апелляционная жалоба не содержит. Её содержание по существу содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием к отмене решения явиться не может.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Возражения апеллянта относительно его ненадлежащего извещения о времени и месте судебного разбирательства по существу, основанием для отмены судебного постановления не являются.

В соответствии с п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п.1 ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (п.68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25).

Из материалов дела следует, что индивидуальному предпринимателю ФИО2 заблаговременно, в порядке ст.113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (заказной почтой с уведомлением) неоднократно направлялись судебные извещения по месту его регистрации (<адрес>), как после привлечения его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (определение от 27.01.2025), так и в качестве соответчика (определение от 05.03.2025).

Указанная корреспонденция организацией почтовой связи возвращена в суд с отметкой «истек срок хранения».

Таким образом, с учетом приведенных выше положений закона и разъяснений высшей судебной инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания извещения ответчика ненадлежащим, поскольку индивидуальный предприниматель ФИО2 не обеспечил получение поступающей почтовой корреспонденции по месту своей регистрации, не проявил должную степень осмотрительности, в связи с чем на нем лежит риск возникновения неблагоприятных последствий в результате неполучения судебной корреспонденции.

Учитывая, что лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, а определив, реализует их по своему усмотрению, неполучение ответчиком почтовой корреспонденции по извещению организации почтовой связи, о чем свидетельствует возврат конверта в суд по истечении срока хранения, применительно к ч.2 ст.117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует расценивать как отказ индивидуального предпринимателя ФИО2 от её получения, в связи с чем у суда имелись основания считать ответчика надлежаще извещенным о рассмотрения дела.

Препятствий для реализации апеллянтом процессуальных прав, предусмотренных ст.35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе по предоставлению доказательств, в подтверждение юридически значимых обстоятельств, необходимых установлению по настоящему делу, на которые указывает ответчик, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 16.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий: Е.В. Кокшаров

Судья: Ж.А. Мурашова

Судья: Т.Е. Ершова