Апелляционное определение № 22-342/2026 22-6881/2025 от 20 января 2026 г. по делу № 22-342/2026

Судьи: ФИО179., дело №

ФИО47,

ФИО48


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ года

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего судьи Каляевой Ю.С.,

судей Меркуловой А.С., Гадельшиной Ю.Р.,

при секретаре судебного заседания Давоян Э.А,

с участием: прокурора Романовой О.В.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Полянской А.Н.,

осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Одельского Е.А.,

осужденного ФИО3, его защитника – адвоката Курляндчик И.В.,

осужденной ФИО4 к., ее защитника – адвоката Тарасовой Е.А.,

осужденного ФИО5 у., его защитника – адвоката Тихан Л.П.,

осужденной ФИО6, ее защитника – адвоката Максимова М.Д.,

осужденного ФИО7, его защитника – адвоката Занкиной М.Н.,

осужденного ФИО8, его защитника – адвоката Дмитриевой К.П.,

осужденного ФИО9 у., его защитника – адвоката Каркотки А.В.,

осужденного ФИО13, его защитника – адвоката Юдичева В.Н.,

осужденной ФИО14, ее защитника – адвоката Вострикова С.В.,

осужденного ФИО29 у.А., его защитника – адвоката Муратшиной Е.В.,

переводчиков ФИО15, ФИО16, ФИО17 у, ФИО18,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников-адвокатов Дмитриевой К.П. в интересах осужденного ФИО8, Полянской А.Н. в интересах осужденного ФИО1, Одельского Е.А. в интересах осужденного ФИО2, Тихана Л.П. в интересах осужденного ФИО5 у., Вострикова С.В. в интересах осужденной ФИО14, Муратшиной Е.В. в интересах осужденного ФИО29 у.А., Тарасовой Е.А. в интересах осужденной ФИО4 к., Каркотка А.В. в интересах осужденного ФИО9 у., Максимова М.Д. в интересах осужденной ФИО6, ФИО19 в интересах осужденного ФИО3, Юдичева В.Н. в интересах осужденного ФИО13, Занкиной М.Н. в интересах осужденного ФИО7 у., осужденных ФИО14, ФИО3, ФИО6, ФИО1, ФИО4 к., ФИО8 на приговор <адрес> в отношении осужденных ФИО1, Кенжебаева Нурбека, ФИО3, Хасановой Шохсанамхон Ботиржон кизи, Султонова Баходиржона Нематтило угли, ФИО6, Кодирова Асадбека Усмонжон угли, ФИО8, Хакёрова Фуркатбека Одилжон угли, ФИО13, ФИО14, ФИО29 уулу Алишера от ДД.ММ.ГГГГ.

Заслушав доклад судьи Каляевой Ю.С., выступления осужденных, их защитников и прокурора, проверив материалы дела с учетом доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 13 годам лишения свободы;

– за каждое из четырех преступлений, предусмотренных п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 12 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 11 годам лишения свободы;

– за каждое из трех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а, б» ч.4 ст.174.1 УК РФ, к 3 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 18 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО1 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.2 ст.210 УК РФ, к 7 годам лишения свободы;

– за каждое из четырех преступлений, предусмотренных пп. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 11 годам лишения свободы;

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО2 наказание в виде 13 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 12 годам 6 месяцам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО3 наказание в виде 16 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО3 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО3 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Хасанова Шохсанамхон Ботиржон кизи, <данные изъяты>,

осуждена:

– за преступление, предусмотренное ч.2 ст.210 УК РФ, к 7 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО4 к. наказание в виде 10 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима

Мера пресечения ФИО4 к. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО4 к. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Султонов Баходиржон Нематтило угли, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 12 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО5 у. наказание в виде 14 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО5 у. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО5 у. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО6, <данные изъяты>:

- ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей <адрес> по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ, к 8 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 8 месяцев;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> по ч. 2 ст. 228, ст.70, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от ДД.ММ.ГГГГ, приговор от ДД.ММ.ГГГГ) к 3 годам 2 месяцам лишения свободы в ИК общего режима;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> по п. «в» ч. 2 ст.158, ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от ДД.ММ.ГГГГ) к 3 годам 4 месяцам лишения свободы в ИК общего режима; ДД.ММ.ГГГГ освобождена условно-досрочно на основании постановления <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на 8 месяцев 20 суток;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> по ч. 1 ст. 228.1, ст.70 УК РФ (приговор от ДД.ММ.ГГГГ) к 4 годам 1 месяцу лишения свободы в ИК общего режима; ДД.ММ.ГГГГ освобождена условно-досрочно на основании постановления <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на № месяцев № дней; ДД.ММ.ГГГГ решением <адрес> установлен административный надзор с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

- ДД.ММ.ГГГГ <адрес> по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года,

осуждена:

– за преступление, предусмотренное ч.2 ст.210 УК РФ, к 7 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам 6 месяцам лишения свободы;

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО6 наказание в виде 12 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год.

В соответствии с ч.5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к вновь назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, и окончательно назначено наказание в виде 12 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии со ст. 53 УК РФ установлены ФИО6 после отбытия наказания в виде лишения свободы применительно к дополнительному наказанию в виде ограничения свободы следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где будет проживать осужденная. Возложена обязанность являться не реже 1 раза в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в дни и часы, установленные указанным органом.

Мера пресечения ФИО6 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО6 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Кодиров Асадбек Усмонжон угли, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 12 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО7 у. наказание в виде 15 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО7 у. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО7 у. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Юсупов Асадбек Уктамович, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.2 ст.210 УК РФ, к 7 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО8 наказание в виде 13 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО8 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО8 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Хакёров Фуркатбек Одилжон угли, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 12 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам 6 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО9 у. наказание в виде 14 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима

Мера пресечения ФИО9 у. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО9 у. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО13<данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.2 ст.210 УК РФ, к 7 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО13 наказание в виде 12 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО13 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО13 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО14, <данные изъяты>,

осуждена:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 12 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 9 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО14 наказание в виде 13 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО14 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО14 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Айтмамат уулу Алишер, <данные изъяты>,

осужден:

– за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, к 12 годам лишения свободы;

– за преступление, предусмотренное п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 11 годам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО29 у.А. наказание в виде 15 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО29 у.А. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок наказания ФИО29 у.А. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Обжалуемым приговором ФИО1 признан виновным в создании преступного сообщества (преступной организации) в целях совершения тяжкого и нескольких особо тяжких преступлений, руководстве таким сообществом (организацией) и входящими в него (нее) структурными подразделениями; двух незаконных пересылках наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; двух незаконных сбытах наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; трех покушениях на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере; незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой; легализации (отмывании) денежных средств, то есть в совершении финансовых операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения им преступлений, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, совершенных организованной группой, в особо крупном размере.

ФИО29 признан виновным в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением; двух незаконных пересылках наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; двух незаконных сбытах наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО3 признан виновным в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО5 у. признан виновным в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО7 у. признан виновным в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой.

ФИО9 у. признан виновным в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой.

ФИО14 признана виновной в руководстве входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой.

ФИО2 признан виновным в участии в преступном сообществе (преступной организации); двух незаконных пересылках наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; двух незаконных сбытах наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО4 к. признана виновной в участии в преступном сообществе (преступной организации); покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО6 признана виновной в участии в преступном сообществе (преступной организации); покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

ФИО8 признан виновным в участии в преступном сообществе (преступной организации); покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой.

ФИО13 признан виновным в участии в преступном сообществе (преступной организации); покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере; незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой.

Обстоятельства совершенных деяний изложены в описательно- мотивировочной части обжалуемого приговора.

В апелляционной жалобе с дополнением защитник-адвокат Полянская А.Н., действующая в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором. В обоснование доводов жалобы ссылается, что, согласно приговору, ФИО1 совместно с неустановленным лицом примерно ДД.ММ.ГГГГ создали преступное сообщество, представляющую структурированную организованную группу, включающую в себя пять функционально обособленных структурных подразделений, с четко построенной иерархической структурой, распределением функций и ролей между участниками. Однако, каким образом создавалось данное преступное сообщество, ни в ходе предварительного следствия, ни при рассмотрении уголовного дела судом, установлено не было. Оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1 не производились, показания подсудимых и свидетелей в данной части отсутствуют, в изъятых и осмотренных сотовых телефонах ФИО1 такой информации также не обнаружено, не было изъято ни средств связи, используемых участниками сообщества, ни записей с разработанными планами, ни наркотических веществ или их следов, ни предметов, предназначенных для хранения, фасовки, пересылки наркотических веществ.

Указывает, что при вынесении приговора судом не было учтено, что ФИО1 ранее не был знаком с остальными подсудимыми по данному уголовному делу, встретился и познакомился с ними только в судебном заседании. Ранее с ними не общался, что подтверждается детализациями телефонных звонков подсудимых, протоколами осмотров изъятых сотовых телефонов, соответственно, просто физически не мог вовлечь подсудимых по данному делу в какую-либо группу, тем более организованное преступное сообщество и руководить их действиями, вдохновлять к совершению преступлений. Доказательств обратного судом в приговоре не приведено.

Ссылается, что в приговоре использованы формальные тезисы из УК РФ, описывающие преступление, предусмотренное ст. 210 УК РФ, без приведения фактических доказательств и ссылки на показания конкретных лиц, письменные материалы дела, произведенные процессуальные и следственные действия.

Приводит показания ФИО1, указывая, что его показания подтверждаются представленным в материалы уголовного дела ответом ПАО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому возможна регистрация в мобильном приложении «<данные изъяты>» на двух и более мобильных устройствах, одномоментный вход возможен. Кроме того, банком представлены сведения о мобильных устройствах, с которых осуществлялся вход в мобильное приложение, это «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», из которых первые два - это сотовые телефоны, принадлежащие ФИО1 Сотовые телефоны «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» ни у ФИО1 ни у других подсудимых не изымались. Также из сведений об устройствах и ip-адресах, представленных ПАО <данные изъяты>, следует, что вход в мобильное приложение до ДД.ММ.ГГГГ осуществлялся с мобильных устройств ФИО1, ip-адреса территориально соответствуют диапазону Российской Федерации. После ДД.ММ.ГГГГ вход в мобильное приложение осуществляется с четырех вышеназванных устройств, но ip-адреса в момент входа с устройств «<данные изъяты>» территориально соответствуют диапазону Республики Таджикистан. Сведений о подмене ip-адреса в настройках мобильных устройств и установке VPN-приложений суду не представлено.

Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ судом с участием специалиста были осмотрены два сотовых телефона «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», изъятые у ФИО1, сведений о подмене ip-адреса специалистом обнаружено не было.

Обращает внимание, что в ходе сравнительного анализа сведений по движению денежных средств по банковским картам ФИО1 № и № за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что момент перевода денежных средств с банковских карт ФИО1 на имя ФИО11, ФИО56, ФИО57, ФИО58, ФИО59 и других лиц, вход в мобильное приложение осуществлялся с мобильных устройств «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», то есть другим лицом, имевшим доступ к мобильному приложению.

Ссылается, что показания ФИО1 подтверждаются показаниями свидетеля Свидетель №32 о том, что ФИО1 работал на его дачном участке. За работу он переводил ФИО1 денежные средства через «<данные изъяты>» на его телефон №.

Относительно банковской карты Халимова Фрутананджона № указывает, что согласно сведениям об ip-адресах, представленным ПАО <данные изъяты>, в момент перевода денежных средств на имя ФИО11, ФИО57 вход в мобильное приложение осуществлялся с ip-адреса, территориальное расположение которого - <адрес>. Сам же Халимов Фрутананджон в этот период времени находился в <адрес>. Наличие разных устройств и лиц, ими пользующимся, подтверждается коротким промежутком во времени входа в мобильное приложение с разных ip-адресов и их территориальное расположение (РФ <адрес> и <адрес>).

Обращает внимание, что в ходе осмотра сотового телефона <данные изъяты>, изъятого у ФИО146 Фрутананджона, VPN-приложений и сведений о подмене ip-адреса не обнаружено.

Считает, что данным доказательствам судом оценка дана не была, а иных доказательств, опровергающих доказательства стороны защиты, в ходе рассмотрения уголовного дела установлено не было.

Полагает, что доводы о распределении ФИО1 денежных средств, полученных от реализации наркотических средств, опровергаются выписками по движению денежных средств подсудимых ФИО1, ФИО3, ФИО29 у.А., ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО9, ФИО14, ФИО4, ФИО6, ФИО8, ФИО13, а также ФИО11, ФИО57, ФИО180, согласно которым каких-либо перечислений с указанных выше банковских карт подсудимого ФИО1 и его брата остальным подсудимым не производилось.

Указывает, что первый перевод денежных средств от предполагаемых приобретателей наркотических средств на банковскую карту ФИО1 № был произведен лишь ДД.ММ.ГГГГ. Переводы на банковские карты № производились с ДД.ММ.ГГГГ; № - с ДД.ММ.ГГГГ. Первый исходящий перевод денежных средств с карты № на карту ФИО11№ в размере 18 000 рублей только ДД.ММ.ГГГГ. А согласно выписке по движению денежных средств ФИО11X. №, переводы, аналогичные переводам с банковских карт ФИО1, как входящие, так и исходящие, производились с ДД.ММ.ГГГГ года. В то же время, с банковской карты ФИО11 на имя подсудимого ФИО7 денежные средства переводились уже ДД.ММ.ГГГГ в сумме 19 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 21 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 40 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 15 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ - 40 000 рублей.

Ссылается на показания свидетелей Свидетель №23, Свидетель №24, Свидетель №20 и подсудимой ФИО6 о том, что наркотические средства приобретались посредством «Интернет-магазина» через мессенджер Whatsapp по номеру №, владелец аккаунта в котором представлялся именами «ФИО181», «ФИО182», «ФИО183», «ФИО184», предоставлял номер банковской карты, на которую необходимо перевести денежные средства. После оплаты приходило сообщение с фотографией и координатами места «закладки». Указанный абонентский номер зарегистрирован на имя ФИО61, который установлен и допрошен не был. Согласно детализации соединений указанного абонента в графе «адрес базовой станции» имеется запись «роуминг», то есть абонент находился за пределами сети обслуживания оператором.

Указывает, что владельцы абонентских номеров +№, +№, +№, +№ которые, по версии стороны обвинения, использовало неустановленное лицо для связи с подсудимыми Айтмаматом у.А., ФИО2, ФИО27, ФИО9, ФИО13, ФИО3, ФИО4, ФИО6, также не были установлены и допрошены. Соединений (телефонных звонков, смс-сообщений) между ФИО1 и указанными номерами сотовых телефонов, а также мобильные устройства в которых использовались сим-карты с перечисленными номерами, не были установлены.

Полагает, что показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, и оглашенные в соответствии со ст. 281 УПК РФ, не указывают на ФИО1 как на лицо, которое организовало и руководило преступным сообществом в целях совершения тяжких и особо тяжких преступлений в сфере незаконного сбыта наркотических средств.

Ссылается, что в приговоре фактически отсутствуют сведения о том, почему суд принял одни доказательства, а другие отверг. При этом суд никаким образом не мотивировал свое решение, существенно нарушив уголовный закон.

Указывает, что судом было проигнорировано ходатайство о признании недопустимым доказательством показаний свидетелей Свидетель №34, Свидетель №35, Свидетель №36, которые являются оперативными сотрудниками УНК ГУ МВД России по <адрес>, касающиеся получения оперативной информации и дачи объяснений задержанных лиц при проведении следственных и процессуальных действий. Как следует из материалов уголовного дела, оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1 не проводились, допрошенные в качестве свидетелей оперативные сотрудники в своих показаниях не указали источник происхождения информации.

Кроме того, было проигнорировано ходатайство о признании недопустимым доказательством показаний следователя ФИО63 в части объяснений ФИО1 в момент проведения у него обыска в жилище ДД.ММ.ГГГГ, поскольку работник полиции может быть допрошен в суде только по обстоятельствам проведения следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний допрошенного лица, поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из их бесед либо во время допроса подозреваемого (обвиняемого), свидетеля, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.

Автор апелляционной жалобы полагает, что ни одно из доказательств, представленных в приговоре, не подтверждает факт виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений, связанных с созданием преступного сообщества и руководства им, а также совершении ряда тяжких и особо тяжких преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. Однако, при вынесении приговора, судом была принята позиция стороны обвинения, так как существенные и важные доказательства невиновности ФИО1, представленные стороной защиты в судебном заседании, были проигнорированы, не нашли своего отражения в приговоре.

Указывает, что суд не принял во внимание сведения о личности ФИО1, который <данные изъяты>.

Полагает, что осуждение ФИО1 является незаконным и необоснованным, назначенное наказание является чрезмерно суровым, не соответствует обстоятельствам уголовного дела, а также личности самого ФИО1

Кроме того, указывает, что суд удалился в совещательную комнату для вынесения итогового процессуального решения в отношении 12 подсудимых, дело в отношении которых судом рассматривалось более одного года в течение 46 судебных заседаний, всего на 20 минут.

Ссылается, что судом не отражены в приговоре доказательства стороны защиты об истребованных imei и моделях сотовых телефонов, с которых осуществлялся выход в мобильное приложение «<данные изъяты>» в момент вывода денежных средств с банковских карт ФИО1 о расположении ip-адресов. Не отражены результаты осмотра сотовых телефонов в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ с участием специалиста, в ходе которого не обнаружено контактов подсудимых и не установленного лица, представлявшегося именем «ФИО181», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», а также сведений о соединении с указанными лицами, в том числе, посредством мессенджера <данные изъяты>.

Указывает, что письменные материалы уголовного дела, представленные стороной обвинения в судебном заседании, фактически не были исследованы, а просто перечислены государственным обвинителем, соответственно, не были раскрыты и проанализированы при вынесении приговора.

Ссылается, что приговором не дана должная оценка доводам подсудимого. Критическое отношение к доводам подсудимого ФИО1 свидетельствует о том, что суд фактически самоустранился от оценки доказательств, приведенных стороной защиты, не смотря на то, что его показания, данные как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании, являются последовательными, с точностью описывают произошедшие события, с указанием лиц, причастных к совершению вмененных ФИО1 преступлений, и подтверждаются как показаниями ранее указанных свидетелей и подсудимых, материалами уголовного дела, так и доказательствами, представленными стороной защиты в судебном заседании.

Полагает, что показания ФИО64, в отношении которой уголовное дело было выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения, о якобы поступавших ей угрозах со стороны ФИО1, не свидетельствуют об организации организованной преступной группы и руководстве ею, а также совершении преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств. Кроме того, в судебном заседании ФИО64 не подтвердила свои показания в данной части.

Просит в отношении ФИО1 приговор отменить, вынести новое решение, которым оправдать ФИО1 либо передать материалы уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному разбирательству.

В апелляционной жалобе адвокат Одельский Е.А., действующий в интересах осужденного ФИО2, выражает несогласие с приговором. Полагает, что не имеется доказательств наличия в действиях ФИО2 признаков состава ст.210 ч.2 УК РФ, а также п. «а» и «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ. В обоснование доводов жалобы ссылается, что кроме ФИО29, с которым вместе приехал на заработки, ФИО2 никого из осужденных не знал, заранее роль ему никто не отводил, он ни с кем не объединялся в группу или сообщество, не находился ни у кого в подчинении, не распределял роли и доходы, не руководил. Ссылается, что ему просто предложили в интернете разовый заработок – за деньги переслать что-то другому адресату. Не имея средств к существованию, он согласился это сделать один раз. Уголовная ответственность по этой статье наступает, когда доказано, что все участники объединены единым умыслом на совершение тяжких или особо тяжких преступлений, при осознании ими общих целей функционирования такого сообщества.

Указывает, что ФИО2 признал первоначально только один эпизод с пересылкой наркотического вещества, скрытого в корпусе масляного радиатора. Доказательств пересылки и приобретения, хранения и сбыта, кроме одного эпизода, у следствия не было. Цели обогащения у ФИО2 не было, тот получил деньги за пересыл посылки.

Ссылается, что свидетель Свидетель №36 показал, что при обыске у ФИО2 наркотических веществ обнаружено не было, на вопрос адвоката об участии переводчика при обыске и допросе ответил неуверенно. ФИО2 в ходе судебного и первоначального следствия показал, что переводчик не присутствовал при обыске и допросе его в качестве свидетеля, а впоследствии участвовавший переводчик не знал киргизского, и он плохо понимал перевод с узбекского. Показания подтвердила следователь ФИО67

Указывает, что ФИО2 имеет <данные изъяты>.

Просит изменить приговор в отношении ФИО2, оправдав его по ч.2 ст.210 УК РФ, а п.п. «а,г» ч.4 ст.228.1 УК РФ переквалифицировать на ч.1 ст.228.1 УК РФ, назначив ему более мягкое наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Курляндчик И.В., действующая в интересах осужденного ФИО3, выражает несогласие с приговором, считает его незаконным. В обоснование доводов жалобы ссылается, что в приговоре суда указано, что доводы подсудимых и их защитников об отсутствии в их действиях состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, отсутствия доказательств создания ФИО1 преступного сообщества, отсутствии квалифицирующего признака «организованной группой», необоснованности вменения подсудимым преступлений, которые фактически не совершали, поскольку не выезжали для осуществления закладок наркотического средства, были проверены в судебном заседании и опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Однако, какие именно доказательства опровергают доводы стороны защиты, в приговоре не указано.

Указывает, что суд приводит показания подсудимых ФИО1, ФИО13, ФИО14, ФИО9, ФИО7, ФИО8, ФИО5, Тарасовой, ФИО4, ФИО29, ФИО2, а также показания ФИО141 по выделенному делу в связи с досудебным соглашением, показания более чем сорока свидетелей, заключения ряда экспертиз, протоколы обысков, протоколы осмотра предметов.

Из приведенных доказательств причастности ФИО3 к указанному преступлению к нему имеют отношение только показания сестер ФИО147, показания понятых при производстве обыска на квартире ФИО189. в <адрес>, показания свидетеля ФИО190 – собственницы квартиры по <адрес> в <адрес>, протокол осмотра телефона «<данные изъяты>», принадлежащего ФИО3, протокол осмотра банковской карты, принадлежащей ФИО3, протокол осмотра телефонов ФИО191. и ФИО64 Все остальные доказательства никакого отношения к ФИО3 не имеют.

Обращает внимание, что в изъятом у Мухамадова телефоне «<данные изъяты>» отсутствуют какие-либо сведения подтверждающие его причастность к распространению наркотических средств. Имеющиеся в телефоне контакты «ФИО25» № и № и ФИО192 №, вопреки выводам суда, сами по себе не подтверждают причастность к инкриминируемым преступлениям, так как с данными абонентами нет никакой переписки, подтверждающей занятие преступной деятельностью. Имеющаяся в телефоне фотография местности, пересланная посредством мессенджера «<данные изъяты>» не подтверждает причастность к преступлению в виде руководства деятельностью ФИО147, которые на тот момент уже были арестованы, также как и к остальным вменяемым преступлениям. Фото местности не имеет никаких информативных данных, позволяющих определить ее как место закладки наркотических средств.

Ссылается, что при осмотре телефона «<данные изъяты>», изъятого у ФИО147, обнаружена переписка с абонентским номером +№ с именем «ФИО193», имеются сообщения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, содержащие сведения о факте распространения наркотических средств под руководством лица с именем «ФИО194». Кроме того, в телефоне имеется переписка с сестрой ФИО64, а также с абонентским номером +№ с координатами мест закладок. Данный номер не является номером телефона ни ФИО3, ни ФИО1, обвиняемого в руководстве преступным сообществом. Также в данном телефоне имеются сообщения с номера № о переводе денежных средств от абонента ФИО25 на 40000 рублей, на 5000 рублей, также перевод некому ФИО196 на сумму 500 рублей, ФИО10 на сумму 50000 рублей ДД.ММ.ГГГГ.

Указывает, что вся эта информация подтверждает причастность лишь сестер ФИО147 к незаконной деятельности по распространению наркотических средств. Вместе с тем, никаких сведений о причастности к преступлению ФИО3 данная информация не содержит. Именно ФИО64 передавала и принимала сообщения с координатами закладок, получала и переводила денежные средства, вела переписку с неустановленным лицом. Никакой информации о руководстве деятельностью ФИО147 ФИО3 в вышеуказанных доказательствах не содержится.

Полагает, что переводы денежных средств от ФИО4 ФИО3 в суммах от 500 до 1800 рублей в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не подтверждают его причастность к распространению наркотических средств. ФИО42 утверждает, что данные денежные средства он просил в долг у ФИО64 Он не отдал долг, поэтому они поругались с ФИО64

Указывает, что ФИО3 обвиняют в руководстве деятельностью ФИО195., тогда как ФИО4 указывает, что встретила ФИО3 в <адрес> лишь ДД.ММ.ГГГГ г., потом видела ФИО3 всего 1 день в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что доказательств осуществления сбыта наркотических средств ФИО3 и ФИО147 в период времени до ДД.ММ.ГГГГ не представлено.

Полагает, что соединения абонентского номера ФИО3 на территории <адрес>, в <адрес> и <адрес> само по себе не подтверждает распространение им в данных городах наркотических средств. ФИО64 на предварительном следствии давала показания, что ездила с ФИО3 в <адрес>, однако, там они наркотические средства не распространяли.

Ссылается, что переводы денежных сумм ФИО3 от ФИО11 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в суммах от 500 до 15000 рублей также не подтверждают причастность ФИО3 к распространению наркотических средств, поскольку данные денежные средства могли поступить ему в качестве оплаты за продукты, которыми он торговал, проживая в <адрес>, работая на рынке. ФИО11 ему не знаком. Данные показания ФИО3 не были опровергнуты. Наркотические средства он не распространял. Членом организованной группы не являлся, никаких указаний ФИО147 по распространению наркотических средств не давал, наркотики им для распространения не передавал.

Автор жалобы приводит показания ФИО64 и их собственный анализ, указывая, что ее показания имеют противоречия и не могут быть достаточными доказательствами причастности ФИО3 к преступлениям. ФИО147 не является незаинтересованным свидетелем по данному делу. Она сама была признана виновной в совершении тяжких преступлений, ее недостоверные показания против ФИО3 явились средством смягчения своей вины.

Ссылается, что доказательств руководства деятельностью ФИО147 по распространению наркотических средств со стороны ФИО3 не представлено.

Указывает, что ФИО4 показала, что ФИО3 видела в <адрес> только ДД.ММ.ГГГГ. Он ее ничему не учил, все показания давала со слов сестры. Карту свою банковскую отдала сестре, никаких переписок с ФИО3 не вела, денежные средства не получала.

Ссылается, что в приговоре указано, что доказательствами причастности ФИО3 к вменяемым преступлениям являются показания ФИО197, Свидетель №20, ФИО146, Свидетель №24. Однако, информации о причастности ФИО3 к распространению наркотических средств вышеуказанные свидетели не сообщают. Свидетель ФИО198 подтверждает показания ФИО3 о том, что он пробыл в <адрес> только один день. Впоследствии снимали и оплачивали квартиру сестры ФИО147.

Автор апелляционной жалобы считает недопустимыми доказательствами показания оперуполномоченных Свидетель №2, Свидетель №35, Свидетель №34, участвовавших в производстве обыска в квартире ФИО3, а также показания свидетелей ФИО65 и ФИО66, которые участвовали в качестве понятых ДД.ММ.ГГГГ при производстве обыска в <адрес>, где проживал ФИО3, в части их показаний о пояснениях ФИО3 в ходе изъятия его телефона «<данные изъяты>», а именно, что в телефоне имеются изображения участков местности с тайниками-закладками. Иных доказательств причастности ФИО3 к инкриминируемым преступлениям не представлено. Указанные в приговоре обстоятельства совершения преступления носят общий характер, не конкретизированы, объективными доказательствами не подтверждены.

Полагает, что указанные в приговоре признаки преступного сообщества: дисциплина, структурированность, устойчивость, организованность, соблюдение мер конспирации, особый механизм руководства и материально-технической оснащенности не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия. Единое руководство преступным сообществом ничем не подтверждено. Обвинение носит не конкретизированный характер и не подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.

Считает, что выводы суда о причастности ФИО3 к преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 210 УК, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Не представлено достаточных доказательств руководства ФИО3, входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением в целях совершения тяжкого и нескольких особо тяжких преступлений.

Полагает, что выводы суда о причастности ФИО3 к совершению трех преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Данные, свидетельствующие о том, что ФИО42 получил от руководителя преступного сообщества сведения о месте расположения закладки, что ФИО42 получил денежные средства от руководителя преступного сообщества за передачу информации о закладке наркотических средств ФИО147 в исследованных материалах отсутствуют, также отсутствуют доказательства отчета о выполненной работе ФИО3 перед руководителем.

Ссылается, что не подтверждена причастность ФИО3 к покушению на сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных технологий организованной группой в крупном размере общей массой № грамма и общей массой № граммов, то есть к совершению двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Указывает, что единственным доказательством причастности к вышеуказанным преступлениям ФИО3 являются показания ФИО64, которая оговаривает его в связи с возникшими неприязненными отношениями по поводу невозврата долга, а также в связи с желанием смягчить свою вину и снизить наказание путем заключения досудебного соглашения и изобличения каких-либо иных лиц в причастности к преступлению. Её показания не являются достоверными и достаточными для признания ФИО3 виновным.

Ссылается, что в приговоре суда не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из них и отверг другие.

Просит приговор в отношении ФИО3 отменить, ФИО3 оправдать в связи с непричастностью.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Тарасова Е.А., действующая в интересах осужденной ФИО4 к., считает приговор незаконным и необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене.

В обоснование доводов жалобы ссылается на отсутствие сведений об участии ФИО4 к. в преступном сообществе с ДД.ММ.ГГГГ года. Так, ФИО4 к. сама ни с кем не общалась ни по вопросам раскладок, ни получения либо сбыта наркотических средств. Ее сестра пояснила, что никого из подсудимых кроме сестры и ФИО3 не знала, приехала в <адрес> сначала одна, чтобы заниматься распространением наркотических средств, а потом вызвала к себе ФИО200., сказав, что ей нужна помощь, и попросила ее разложить только один раз в день задержания. Все расчеты за наркотические средства получала только ФИО201, которая пользовалась ее банковской картой. Доказательств участия ФИО4 к. и какой-либо ее роли в преступном сообществе в материалах уголовного дела не содержится.

Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения проверки показаний ФИО64 на месте в <адрес> было изъято 2 пакета, в каждом из которых находилось по 50 свертков, общей массой № гр. В этот период ФИО4 к. уже год как содержалась под стражей. При этом, ФИО64 показала, что ФИО4 к. не знала, что наркотические средства хранятся в вытяжке на кухне.

Ссылается, что изначально в устойчивую группу с постоянными связями между собой объединились лишь ФИО3, ФИО4 к. и ФИО64, что не позволяет говорить об объединении указанных лиц для совершения преступлений в преступное сообщество, тем более в период нахождения ФИО4 к. в <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда преступление совершено ею в один день.

Указывает, что в качестве доказательств участия в преступном сообществе приведены те же самые доказательства, которые подтверждают виновность в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, при этом никаких других доказательств, подтверждающих объективную и субъективную стороны преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 210 УК РФ, в приговоре не приведено.

Ссылается, что нашло свое подтверждение в приговоре, что ФИО64 принесла домой большую закладку (100 свертков), которую должна была разложить сама. Так как почувствовала себя плохо, попросила сестру их разложить. Данные обстоятельства указывают, что ФИО4 к. была посвящена в детали плана конкретного преступления, а именно, разложить свертки ДД.ММ.ГГГГ, исполняла свою роль на протяжении определенного времени, что свидетельствует об устойчивости группы при совершении отдельно взятого преступления.

Указывает, что суд первой инстанции не сделал выводы о согласованности действий ФИО4 к., о наличии постоянных устойчивых связей между участниками внутри структурных подразделений, тщательности при планировании в подготовке и совершении преступлений. Вместе с тем, сделал ошибочный вывод о структурированности рассматриваемой группы, а потому счел, что она отвечает вышеназванным признакам преступного сообщества (преступной организации), предусмотренным ч. 4 ст. 35 УК РФ.

Полагает, что нельзя также сделать вывод, что участники группы вошли именно в состав структурированной организованной группы либо объединение организованных групп, действующих под единым руководством. Однако, перечисленные в приговоре действия осужденных были отнесены судом и к распределению ролей, характерному для организованной группы. При этом, приходя к выводу об участии осужденных в преступном сообществе, суд оставил без внимания то, что только наличие соподчиненности, разделение функций между соучастниками не может свидетельствовать о наличии структурированной организованной группы.

Считает, что отсутствуют доказательства того, что данная группа стабильно и в значительных объемах финансировалась, имела общую материальную базу, специальный фонд денежных средств, пополняемый за счет средств, полученных от преступной деятельности и предназначенных для обеспечения деятельности группы, при этом, установлено обратное. Отсутствуют доказательства осуществления ее руководителями материального обеспечения группы.

Ссылается, что судом в приговоре сделан вывод, что преступления совершены в соучастии с неустановленными лицами, в данном случае не может свидетельствовать о наличии преступного сообщества (преступной организации), поскольку из фабулы обвинения следует, что эти неустановленные лица действовали либо неустановленным способом и при неустановленных обстоятельствах, либо совершали действия аналогичные тем, которые вменяются подсудимым, которые привлекались для совершения преступления, для выполнения конкретной роли, что, безусловно, не свидетельствует о том, что эти неустановленные лица составляли структурно обособленные преступные подразделения преступного сообщества.

Полагает, что доказательств, свидетельствующих о том, что внутренняя структура организованной группы отличалась особой сложностью, обладала такими отличительными признаками преступного сообщества как иерархия, дисциплина, сплоченность и организованность, наличие установленных правил взаимоотношений и поведения, в материалах дела не содержится. Какие-либо объективные доказательства, достоверно свидетельствующие об участии осужденных в преступном сообществе, об осознании ими своей принадлежности к такому сообществу и общих целей его функционирования, органом предварительного расследования не получены и судом в приговоре не приведены.

Указывает, что поскольку участие осужденных в преступном сообществе обозначено через совершение конкретных преступлений, им не вменялось, что они выполняли функциональные обязанности по обеспечению деятельности преступного сообщества, следовательно, они должны были понимать, что совершили их не в составе группы лиц или организованной группы, а в составе преступного сообщества, обладающего всеми вышеизложенными признаками, и желали участвовать в его деятельности.

Ссылается, что в материалах уголовного дела не содержится доказательств того, что осужденные, совершая преступления в составе организованной группы, осознавали свою принадлежность к преступному сообществу, что в числе других является обязательным признаком участия в преступном сообществе. Все участники впервые встретились лишь в судебном заседании и там узнали о существовании вмененного им преступного сообщества.

Автор апелляционной жалобы считает, что ФИО4 к. не причастна к деятельности преступного сообщества. Преступления в части сбыта наркотических средств совершила в составе организованной группы лиц, в связи с чем, по ч. 2 ст. 210 УК РФ подлежит оправданию.

Защита считает, что присоединение эпизода по факту обнаружения ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения проверки показаний ФИО64 на месте в кухне <адрес> 2 полимерных пакетов, в каждом из которых находилось по 50 свертков, общей массой № гр, является незаконным. Никакие наркотические средства ФИО4 к. в квартире не хранила, по данному эпизоду должна быть оправдана, а назначенное наказание снижено.

Автор апелляционной жалобы полагает, что в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве иных обстоятельств смягчающих ответственность, суд первой инстанции не учел, что ФИО4 к. являлась <данные изъяты>.

Просит приговор изменить, по ч. 2 ст. 210 и ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ ФИО4 к. оправдать; по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - снизить размер назначенного наказания.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Тихан Л.П., действующий в интересах осужденного ФИО5 у., выражает несогласие с приговором, полагает его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы ссылается на нарушение права на защиту – суд необоснованно отвел вопросы адвоката Тихана Л.П. следователю ФИО67 о составе преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ, как «связанные с квалификацией». Указывает, что судом не исследованы доводы защиты, изложенные в прениях. Ссылается на отсутствие перевода речи прокурора в прениях не владеющему русским языком подсудимому ФИО5, что исключило возможность его участия в прениях.

Автор апелляционной жалобы полагает, что обвинение не установило субъективную сторону состава преступления. Объективная сторона в обвинении по ст.210 УК РФ представлена простым перечислением фактов, дат, фигурантов, не связанных с ФИО5, таким образом, относимость доказательств, предусмотренная ст.88 УПК РФ, отсутствует.

Ссылается, что изначально признавший вину в ходе предварительного следствия и в суде по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ ФИО5 прокурором в прениях представлен как не признавший вины, что существенно повлияло на меру наказания. Государственный обвинитель в прениях доказательств не исследовал, квалификацию не обосновал.

Указывает о несоблюдении презумпции невиновности. Показания допрошенных в суде свидетелей были поставлены прокурором под сомнение, в связи с чем, прокурор ходатайствовал об их оглашении. Вопреки возражениям защиты, ранее данные показания были оглашены полностью. Вызывающие сомнение показания свидетелей не могут быть положены в основу приговора.

Полагает, что вменяемое ФИО5 обвинением руководство третьим структурным подразделением, в которое по мнению следствия входила подсудимая Тарасова, в суде подтверждения не нашло. Доказательств контактов ФИО5 с Тарасовой материалы дела не содержат. Тарасова настаивала, что ФИО5 ей до суда не был известен, и никаких его поручений она выполнять не могла, поскольку их не получала.

Считает назначенное наказание чрезмерно суровым. ФИО5 у. полностью признал вину в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, не судим, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, на учете в НД и ПНД не состоит, положительно характеризуется, имеет на иждивении тяжело больную мать. Ссылается на стечение тяжелых жизненных обстоятельств.

Просит отменить приговор по ч.2 ст.210 УК РФ, вынеся в этой части оправдательный приговор, смягчить наказание, назначенное по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Максимов М.Д., действующий в интересах осужденной ФИО6, выражает несогласие с приговором, считая вину ФИО6 в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, не доказанной в полном объеме.

Указывает, что ФИО6 вину в совершении преступлений признала частично, а именно, в части хранения наркотического средства, выданного ею добровольно при задержании сотрудниками полиции, находившегося при ней для личного употребления, не согласившись с квалификацией содеянного. Приводит показания ФИО6, данные в судебном заседании, считает, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии у ФИО6 умысла на незаконный сбыт наркотических средств.

Ссылается, что у ФИО6 договоренности с потенциальным потребителем не было, не установлены лица, которым ФИО6 могла пытаться сбыть героин.

Считает, что доказательства, исследованные в ходе судебного следствия, не позволяют сделать вывод об участии ФИО6 в преступном сообществе. ФИО6 никого из подсудимых не знала, ранее ни с кем из них не общалась.

Полагает, что суд первой инстанции необоснованно отнесся критически к показаниям ФИО6, неверно квалифицировал ее действия. Действия ФИО6 подлежат квалификации по ч.2 ст.228 УК РФ.

Просит приговор в отношении ФИО6 отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе.

В апелляционной жалобе адвокат Семешкина (Занкина) М.Н., действующая в интересах осужденного ФИО7 у., выражает несогласие с приговором, указывая о непричастности ФИО7 у. к совершению преступлений, предусмотренных ч.1 ст.210, ч.3 ст.30,. п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и недоказанности его вины.

Ссылается, что в приговоре не описано и не раскрыто существо зафиксированных связей между лицами, подвергнутыми уголовному преследованию. Суд не приводит привязку к конкретным обстоятельствам, свидетельствующим о том, что между осужденными имелась договоренность об организации сообщества с целью совершения преступлений для извлечения материальной выгоды.

Отмечает, что осмотр телефона ФИО7 у., выписки с банковских счетов по картам, изъятым у ФИО7 у., детализации телефонных соединений свидетельствуют, что он поддерживал отношения только с ФИО8, с которым они совместно, без участия третьих лиц, предприняли попытку распространить наркотические средства путем тайников-закладок, изъятых по месту их проживания. В приговоре перечислено множество протоколов осмотра вещественных доказательств, допросов свидетелей, но ничего из этого не указывает на причастность ФИО7 у. к совершению указанных выше преступлений.

Указывает, что судом в приговоре изложено только содержание исследованных в судебном заседании доказательств без какой-либо их оценки, что свидетельствует о нарушении принципов презумпции невиновности и беспристрастности суда. Доводы ФИО7 у. о невиновности не получили должной оценки в приговоре и доказательствами, представленными стороной обвинения, опровергнуты не были.

Полагает, что не доказан признак предварительного объединения. Лица, которые являются фигурантами настоящего уголовного дела, изначально сообщали о том, что не знакомы между собой. Данный факт опровергнут не был.

Ссылается, что не установлены признаки длительности существования преступного сообщества, многократности совершения преступлений стабильной группой, технической оснащенности, подготовки к преступлениям. Опровергается материалами дела и наличие постоянного инструктажа участников преступного сообщества по мерам безопасности.

Указывает, что при назначении наказания ФИО7 у. не учтено наличие у него заболевания <данные изъяты>, о чем он сообщил в судебном заседании.

Просит изменить приговор, признать ФИО7 у. невиновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.210, ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, в связи с непричастностью, снизить назначенное по ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1 УК РФ наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Дмитриева К.П., действующая в интересах осужденного ФИО8, полагает приговор незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы указывает, что нет доказательств того, что ФИО8 состоял в преступном сообществе: в телефоне только контакт с ФИО7, с которым он познакомился в <адрес>, нет денежных переводов и нет фотографий с закладками. Нет сведений о том, что ФИО8 знал о наркотиках, спрятанных во дворе.

Ссылается, что в период изъятия ДД.ММ.ГГГГ № гр. героина у ФИО9, № гр. героина по месту проживания ФИО9, ФИО14, ФИО13 и сбыта № гр. наркотического средства героин Свидетель №20 в <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 и ФИО7 содержались в СИЗО-№, в связи с чем, не совершали преступления по трем эпизодам от ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает, что в отношении ФИО8 доказан только один эпизод от ДД.ММ.ГГГГ – изъятие № гр. героина, и он должен быть осужден только за приобретение, хранение наркотических средств в значительном размере без цели сбыта для личного употребления, т.е. по ч.1 ст.228 УК РФ.

Назначенное наказание считает суровым.

Просит изменить приговор, оправдать ФИО8 по ч.2 ст.210, ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ и переквалифицировать его действия на ч.1 ст.228 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Каркотка А.В., действующая в интересах осужденного ФИО9 у., выражает несогласие с приговором, полагает его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы указывает, что ФИО9 у. признал совершение покушения на незаконный сбыт наркотического средства героин в крупном размере, а именно № гр., т.е. преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «а, г»» ч.4 ст.228.1 УК РФ, поскольку после его задержания он добровольно выдал хранящиеся у него по месту жительства вышеуказанные наркотические средства. Сотрудничал со следствием, рассказав, откуда и для чего они были приобретены, однако, никто из тех, кто просто проживал с ФИО9 у. не знал, где и при каких обстоятельствах он их приобрел, он никого ничему не учил, никаких указаний для дальнейшего сбыта не давал, о чем свидетельствуют показания ФИО14 и ФИО13. Полагает, что действия ФИО9 у. необходимо переквалифицировать на ч.2 ст.228 УК РФ.

Ссылается, что доказательств причастности ФИО9 у. к преступлению, предусмотренному п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, не имеется. Отсутствие информации о том, каким образом закладка, которой воспользовался Свидетель №20, не подтвердивший факт покупки изъятого у него наркотического средства именно у ФИО9, необходимо принять как неопровержимый факт отсутствия его вины в инкриминируемом преступлении.

Указывает, что обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о сплоченности и организованности подсудимых, стороной обвинения не установлено. Установленные судом фактические обстоятельства совершенного преступления возможно свидетельствуют лишь о предварительном сговоре некоторых подсудимых, а не о преступном сообществе или организованной группе.

Полагает, что по ч.1 ст.210 УК РФ ФИО9 у подлежит оправданию, поскольку участники уголовного дела между собой знакомы не были, их присутствие в одном деле не обладает признаками преступного сообщества.

Считает, что нельзя сделать вывод о том, что ФИО9 у. имел умысел на сбыт наркотического средства героин, обвинение по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ подлежит переквалификации на ч.2 ст.228 УК РФ.

Просит признать смягчающими обстоятельствами по п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также наличие родителей пенсионного возраста и имеющиеся у них заболевания, наличие у ФИО9 у. ряда хронических заболеваний.

Просит смягчающие обстоятельства в совокупности, в том числе, связанные с мотивами преступления, поведением ФИО9 у. после совершения преступления, признать исключительными и назначить наказание с применением ст.64 УК РФ.

Просит приговор по ч.1 ст.210, п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ отменить, оправдать ФИО9 у. с признанием права на реабилитацию, в остальной части назначить наказание с учетом вышеуказанных смягчающих обстоятельств.

В апелляционной жалобе адвокат Юдичев В.Н., действующий в интересах осужденного ФИО13, считает приговор подлежащим изменению в связи с несправедливостью. В обоснование доводов жалобы указывает, что доказательства причастности к совершению преступлений, предусмотренных п. «а» ч.4 ст.228.1 и ч.2 ст.210 УК РФ, отсутствуют.

Ссылается, что ФИО13 прибыл в <адрес> за 10 дней до задержания, не знал никого, кроме ФИО14 и ФИО9, ни с кем из так называемых членов преступного сообщества не общался и не вел переписку по телефону. У него не было банковской карты для получения вознаграждения за проделанную работу. Надеясь на помощь ФИО14 и ФИО9 в трудоустройстве, узнал, чем они фактически занимаются и согласился помогать распространять наркотики, поскольку не знал русского языка и самостоятельно трудоустроиться не мог. Преследовал личные интересы заработать на пропитание и помощь близким. Занимался сбытом наркотических средств кратковременно. Полагает, что ФИО13 по ч.2 ст.210 УК РФ следует оправдать.

Указывает, что по покушению на сбыт наркотических средств по факту задержания около <адрес> и обнаружения наркотиков в <адрес>, ФИО13 вину признал. При этом, автор жалобы обращает внимание на пассивную роль ФИО13, т.к. при задержании у него при себе наркотические средства не были обнаружены.

Считает обвинение ФИО13 в сбыте наркотических средств Свидетель №20 бездоказательным, ссылаясь, что ФИО13 не знал <адрес> и русского языка, боялся удалиться от дома, в котором проживал, самостоятельно выехать в <адрес> не мог. Свидетель №20 вел переписку с ФИО1, на его же банковскую карту поступили денежные средства. ФИО13 отношения к данному преступлению не имеет.

Полагает, что в ходе судебного следствия не было установлено, что ФИО13 являлся членом преступного сообщества и выполнял в нем какую-либо роль.

Просит приговор изменить, опрадатьФИО13 по ч.2 ст.210 и п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, снизить наказание по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Востриков С.В., действующий в интересах осужденной ФИО14, выражает несогласие с приговором, полагает его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы указывает, что обвинение в совершении преступлений по 4 эпизодам ФИО14 не нашло своего подтверждения. Эпизод, связанный с наркотическим средством героин массой № гр., квалифицирован неверно, его следует квалифицировать по ч.2 ст.228 УК РФ.

Полагает, что обвинение по ч.1 ст.210 УК РФ не подтвердилось в ходе судебного следствия. Не представлены доказательства наличия признаков структурированной организованной группы и руководства преступным сообществом или входящим в него структурным подразделением, сговора, распределения ролей, наличия руководителей, конспирации, места всеобщего сбора, достаточной длительности по времени и устойчивости, в соответствии с ч.3 ст.35 УК РФ, умысла ФИО14 на совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.210 УК РФ.

Ссылается, что суду не представлено доказательств противозаконной конспирации участников структурных подразделений. Использование в общении мессенджеров «ВотсАпп»», «Телеграм», информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» является конституционным правом граждан, не обладающим признаками конспирации.

Полагает, что суд в приговоре дал неправильную оценку действиям ФИО14 в качестве субъекта, которая якобы возглавляла одно из преступных сообществ, а также о взаимозаменяемости ее с ФИО9 у.

Автор апелляционной жалобы выражает несогласие с выводом суда об отсутствии оснований для предоставления ФИО14 отсрочки отбывания наказания, поскольку последняя ранее не судима, не лишена родительских прав, является единственным родителем своей десятилетней дочери.

Просит оправдать ФИО14 по ч.1 ст.210, ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, изменить квалификацию с ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.2 ст.228 УК РФ, предоставить ФИО14 отсрочку отбывания наказания по ст.82 УК РФ.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Муратшина Е.В., действующая в интересах осужденного ФИО29 у.А., выражает несогласие с приговором. В обоснование доводов жалобы указывает, что суд, в нарушение ч.2 ст.6 УК РФ, признал виновным ФИО29 у.А. в совершении одного и того же преступления, предусмотренного п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, дважды (по 4 эпизодам).

Полагает, что обвинение по п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (2 эпизода) по факту пересылки и сбыта наркотического средства массой 15,91 гр. является необоснованным, т.к. не установлена причастность ФИО29 у.А. к совершению указанных преступлений. Ссылается, что отправка наркотических средств осуществлена по паспортным данным ФИО69, показания которой каких-либо сведений, указывающих на ФИО29 у.А., не содержат, опознание не проводилось, поэтому не имеется оснований полагать, что к данному преступлению причастен именно ФИО29

Указывает, что суд необоснованно положил в основу приговора показания свидетеля ФИО69, т.к. она является гражданкой Республики <данные изъяты>, при этом показания давала на русском языке без переводчика, примет внешности граждан <данные изъяты>, о которых идет речь в ее показаниях, не указала. По каким причинам суд пришел к выводу, что это были ФИО29 и ФИО2, неизвестно.

Ссылается, что непричастность ФИО29 у.А. к совершению преступления преступной организацией подтверждается сравнительной химической экспертизой, согласно заключению которой изъятые у ФИО91 наркотические средства не совпадают с изъятыми у других фигурантов.

Указывает, что незаконную пересылку наркотического средства героин массой № гр. ФИО29 совершил в связи с тяжелой материальной ситуацией. Обвинение по п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ по факту незаконного сбыта наркотического средства героин массой 15,91 гр. является излишне вмененным.

Обращает внимание, что суд в приговоре ссылается на показания ФИО2, где он якобы пояснил, что ФИО29 говорил ему, что занимался распространением наркотических средств. Такие показания в судебном заседании Кенжебаев не давал, ФИО29 не подтвердил это. ФИО2 пояснил суду, что при допросе следователем он не понимал переводчика, т.к. тот говорил на узбекском языке. Данные обстоятельства судом первой инстанции необоснованно признаны несостоятельными.

Полагает, что следственным органом и судом не установлено наличие умысла ФИО29 у.А. руководить входящим в преступное сообщество структурным подразделением, что является необходимым условием для привлечения к ответственности по ч.1 ст.210 УК РФ. Отсутствует субъективная сторона преступления. Суд не описывает, какие именно действия ФИО29 у.А. свидетельствуют о совершении им преступления, предусмотренного ч.1 ст.210 УК РФ. Доказательств руководства Айтмаматтом у.А. входящим в преступное сообщество структурным подразделением, осознания им своей принадлежности к такому сообществу и целях его функционирования не представлено.

Указывает, что не все смягчающие обстоятельства учтены судом. Суд фактически не учел состояние здоровья ФИО29 у.А., который имеет заболевание «<данные изъяты>» и нуждается в лечении, особом уходе и питании.

Просит приговор отменить, оправдать ФИО29 у.А. по ч.1 ст.210 УК РФ в связи с недоказанностью; по п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ по факту незаконной пересылки и сбыта наркотического средства героин массой № гр. – оправдать в связи с непричастностью; исключить из обвинения п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ – незаконный сбыт наркотического средства героин общей массой 530,99 гр. как излишне вмененный.

Осужденная ФИО14 в апелляционных жалобах с дополнениями выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. Указывает, что не признает вину по ч.1 ст.210 УК РФ. Никого кроме ФИО9 и ФИО13 до задержания она не знала. Объективных доказательств того, что она участвовала или являлась организатором или руководителем структурного преступного сообщества не установлено. Нет доказательств, что она осознавала, что является участником, организатором или руководителем структурного подразделения и выполняла функциональные обязанности.

Ссылается, что в предъявленном ей обвинении отсутствуют сведения об обязательных элементах состава преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ, характеризующих его объективную сторону, а именно, о времени, месте, обстоятельствах создания преступного сообщества, выработке преступного плана и распределения ролей между членами. Отсутствуют доказательства наличия у нее умысла на совершение преступления в составе преступного сообщества с целью сбыта наркотических средств. Полагает, что уголовное преследование по ч.1 ст.210 УК РФ подлежит прекращению за ее непричастностью к совершению данного преступления.

Указывает, что факт изъятия наркотического средства во время задержания ФИО9 у. не имеет к ней никакого отношения. Также не признает причастность к эпизоду по п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ, т.к. информации о месте данной закладки, фотографии и других данных у нее не обнаружено. Из показаний Свидетель №20 нельзя точно сказать, что те наркотики, которые он приобрел через «<данные изъяты>», имеют к ней отношение.

Ссылается, что во время задержания присутствовавший переводчик должным образом не донес до нее то, в чем ее обвиняют, и просто говорил ей, что и где подписывать.

Считает, что судом не учтено в полной мере обстоятельство, предусмотренное п. «д» ч.1 ст.61 УК РФ, поскольку приехать в Россию на заработки ей было жизненно необходимо, на ее иждивении находились дети и престарелые родители.

Указывает на незаконность приговора ввиду допущенных процессуальных нарушений. Так, перед удалением суда в совещательную комнату для постановления приговора не было объявлено время его оглашения. Приговор был вынесен после оглашения последним подсудимым последнего слова в течение 20 минут. В полученном ею приговоре имеется лишь одна подпись председательствующего судьи коллегиального состава.

Просит приговор отменить, оправдать ее по ч.1 ст.210, п. «а» ч.4 ст.228.1, 1 эпизоду ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, назначить наказание с учетом ст.64, п. «д» ч.1 ст.61 УК РФ и других смягчающих обстоятельств.

Осужденный ФИО3 в апелляционной жалобе считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, а также в связи с чрезмерной суровостью.

Полагает, что квалификация действий обвиняемых как совершение преступлений в составе преступного сообщества не обоснована, каких-либо доказательств того, что обвиняемые знали о существовании преступного сообщества, и каждый из них работал в преступном сообществе суду не представлено. Указывает на то, что нет состава преступления, объективная и субъективная стороны состава преступления не доказаны.

Обращает внимание, что было нарушено право на защиту.

Ссылается, что из всех доказательств к нему имеют отношение показание сестер ФИО147 и свидетеля ФИО202.

Вывод суда о совершении осужденными преступлений в составе преступного сообщества основан лишь на показаниях лиц, в отношении которых уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения.

Указывает, что выполнение отдельными членами группы определенных функций, в том числе наряду с исполнением служебных обязанностей в различных организациях, свидетельствует о распределении ролей в организованной группе, а не создании структурных подразделений преступного сообщества при отсутствии организационной и функциональной обособленности.

Ссылается, что при совершении преступлений участники группы могли скрыть информацию о совершаемом преступлении и полученные в результате его совершения денежные средства, что свидетельствует об отсутствии внутренней жесткой дисциплины, строгого подчинения единым правилам взаимоотношений и поведения внутри группы.

Полагает, что отсутствуют доказательства, что данная группа стабильно и в значительных объемах финансировалась, имела общую материальную базу, специальный фонд денежных средств, пополняемый за счет средств, полученных от преступной деятельности и предназначенных для обеспечения деятельности группы, при этом, установлено обратное, что большая часть преступных доходов присваивалась (ФИО181, ФИО186, ФИО183, ФИО184) и использовалась ими в личных целях. Отсутствуют доказательства осуществления ее руководителями материального обеспечения группы.

Просит приговор отменить, оправдать его в связи с непричастностью к указанным преступлениям.

Осужденная ФИО6 в апелляционных жалобах (основной и дополнительной) выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным, излишне суровым. В обоснование доводов жалобы указывает, что большинство доказательств были истолкованы односторонне и основаны только на домыслах и предположениях. Выводы суда содержат существенные противоречия. Суд перенес в приговор показания допрошенных лиц и содержание других доказательств из обвинительного заключения без учета результатов судебного разбирательства.

Полагает, что у суда было подготовлено итоговое решение, т.к. приговор был вынесен после нахождения трех судей в совещательно комнате в течение 20 минут.

Автор жалобы полагает, что суд недостаточно мотивировал выводы, касающиеся умысла на хранение наркотических средств при ней в день задержания. Считает, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии умысла на незаконный сбыт наркотического средства героин массой № гр., изъятого в ходе личного досмотра ДД.ММ.ГГГГ. Она не совершала действий, непосредственно направленных на сбыт наркотического средства. Указывает, что потенциальные потребители наркотического средства, которым она могла бы сбыть героин, установлены не были.

Указывает, что умысел был направлен на незаконное приобретение и хранение наркотических средств без цели сбыта для собственного потребления.

Ссылается, что в день ее задержания при ней находился телефон, из которого изымалась информация, указывающая на форму ее вины. Содержащаяся в телефоне информация не указывает на сбыт. В ходе обыска ее квартиры атрибутика, указывающая на сбыт, обнаружена и изъята не была. Экспертиза подтверждает, что перевод оплаты за приобретенное ею у неизвестного лица наркотическое средство она производила с телефона.

Считает, что признаки преступного сообщества в ее действиях не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. До своего задержания никого из подсудимых она не знала, ни с кем их них не общалась, в том числе, при использовании информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», мессенджера «<данные изъяты>», что подтверждается детализациями телефонных звонков подсудимых, протоколами осмотра изъятых телефонов, соответственно, не могла входить в какую-либо группу, а тем более, в организованное преступное сообщество. Указывает, что является потребителем наркотических средств с ДД.ММ.ГГГГ года, поэтому приобретала в крупном размере для личного употребления, что подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние наркотического опьянения при задержании. Закладчиком в преступной группе организованного преступного сообщества она не являлась.

Ссылается, что связь между ней и ФИО5 не установлена. Не установлены время, дата и то, что она является участником преступного сообщества, имея умысел на сбыт наркотических средств.

Указывает, что в приговоре отсутствуют сведения о том, почему суд принял одни доказательства, а другие отверг, использованы формальные тезисы из УК РФ, описывающие преступление, предусмотренное ст.210 УК РФ, без приведения фактических доказательств.

Обращает внимание, что судом не были приняты имеющиеся в материалах дела сведения о смерти ее единственного родителя. Назначенное наказание считает не соответствующим обстоятельствам уголовного дела и ее личности.

Ссылается, что текст приговора, описание преступного деяния, перечень письменных доказательств полностью совпадают с текстом обвинительного заключения.

Просит приговор отменить, вынести по ч.2 ст.210 УК РФ оправдательный приговор, обвинение по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ переквалифицировать на ч.2 ст.228 УК РФ как незаконное приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором. В обоснование доводов жалобы ссылается на недоказанность объективной стороны преступления. Полагает, что эпизоды, совершенные совместно с Айтмаматом у.А. и ФИО2, подлежат исключению из приговора в связи с неустановленными объективными обстоятельствами, поскольку не установлено время, место, способ приобретения наркотического средства а также его роль в реализации данного вещества.

Указывает, что приговор вынесен до изготовления протокола судебного заседания. По мнению автора жалобы, суд не вправе делать выводы о виновности подсудимых при отсутствии протоколов судебных заседаний. Суд, удаляясь в совещательную комнату для вынесения приговора, не имел изготовленного протокола судебного заседания.

Ссылается, что по эпизодам пересылки и сбыта, совершенных совместно с Айтмаматом у.А. и ФИО2, суд привел в качестве доказательств показания свидетеля ФИО207 и содержимое его сотового телефона. При этом, мобильный телефон у ФИО207 был изъят с нарушением требований ст.164.1 УПК РФ. Из показаний Свидетель №37 непонятно, на правах какого процессуального статуса Свидетель №37 осматривал и изымал информацию из мобильного телефона ФИО207. Согласно материалов дела, ФИО207 осужден ДД.ММ.ГГГГ, однако, в приговоре не указано, было ли выделено в отношении ФИО207 дело в отдельное производство, почему данный участник в данном уголовном деле является свидетелем.

Автор апелляционной жалобы отрицает свое участие в преступном сообществе. Ссылается, что время, способ объединения в приговоре не указаны, только прописаны абстрактные даты и предположения. Многие из так называемых участников преступного сообщества не знали о существовании друг друга. Никаких договоренностей заранее не существовало.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

Осужденная ФИО4 к. в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы указывает, что доказательств наличия в ее действиях участия в преступном сообществе, а также умысла на совершение инкриминируемого преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ, не имеется. Никого из участников данного уголовного дела, кроме своей сестры ФИО64 и ФИО3, она не знала. Не имеется доказательств осознания ею деятельности преступного сообщества и ее принадлежности к нему. В обвинении по ч.2 ст.210 УК РФ не конкретизировано, в чем именно выражались ее действия в участии в преступном сообществе, каковы его признаки.

Просит отменить приговор в части ее осуждения по ч.2 ст.210 и ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ее оправдать. Назначить наказание с учетом ст.64 УК РФ и других смягчающих обстоятельств.

Осужденный ФИО8 в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы указывает, что не представлено доказательств, подтверждающих совершение им преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ. Ссылается, что цель совершения преступления, относящаяся к моменту создания преступного сообщества, в предъявленном ему обвинении сформулирована иначе, чем в УК РФ, а именно, «в целях совершения тяжкого и нескольких особо тяжких преступлений». Указывает, что уголовная ответственность за координацию преступных действий ч.2 ст.210 УК РФ не предусмотрена. Полагает, что не было добыто доказательств, что он входил в состав структурного подразделения преступного сообщества, им никто не руководил.

Автор жалобы ссылается, что суд проигнорировал показания других подсудимых, которые подтвердили, что с ним не знакомы, никогда не встречались. В изъятом у него телефоне отсутствуют какие-либо контакты, в том числе, переписки в мессенджерах.

Указывает, что ему вменяется координация преступных действий ДД.ММ.ГГГГ по фактам изъятия у ФИО9 № гр. наркотического средства героин, изъятия по месту проживания ФИО9, ФИО14 и ФИО13 № гр. героина и сбыта наркотического средства героин Свидетель №20. При этом, с ДД.ММ.ГГГГ он, ФИО8 и ФИО7 содержались в СИЗО-№, т.е. были изолированы от подсудимых.

Указывает, что на его иждивении находится малолетний ребенок, мать и две несовершеннолетние сестры, что подлежит признанию в качестве исключительных обстоятельств в соответствии со ст.64 УК РФ, таким образом, у суда имелись основания для назначения ему более мягкого наказания, чем предусмотрено санкциями статей.

Просит приговор отменить, оправдать его по ч.2 ст.210, двум эпизодам ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1, п. «а» ч.4 ст.228.1 УК РФ. В остальной части приговор смягчить путем применения ч.2 ст.64 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судебное разбирательство по настоящему делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона, объективно и с достаточной полнотой, в условиях состязательности и равноправия сторон, в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ.

Процессуальные права и обязанности, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, в ходе рассмотрения уголовного дела всем участникам судебного разбирательства разъяснялись своевременно.

Суд при рассмотрении дела исследовал все имеющиеся доказательства, проанализировал и проверил их в соответствии с положениями ст. 87 УПК РФ путем сопоставления с иными доказательствами, имеющимися в уголовном деле, без придания каким-либо из них заранее установленной силы.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. ст. 302 - 309 УПК РФ, выводы суда о доказанности вины осужденных основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, надлежащим образом мотивированы.

В приговоре отражены отношение осужденных к предъявленному обвинению, их показания и доводы.

Осужденный ФИО1 суду показал, что в ДД.ММ.ГГГГ г. ему по «<данные изъяты>» позвонил ФИО212, попросил найти карту Сбербанка, пояснив, что хочет работать валютчиком. Он дал тому одну свою карту, ФИО212 ее использовал с ДД.ММ.ГГГГ г. до ДД.ММ.ГГГГ. Код для входа в Сбербанк онлайн он сообщил ФИО212 через «<данные изъяты>». Они одновременно имели доступ к приложению. В ДД.ММ.ГГГГ он передал ФИО212 карту брата. Сфотографировал, отправил, когда пришел код подтверждения, сообщил ФИО212. С того момента, как передал банковские карты, на них приходили денежные средства. Он в личный кабинет не заходил, но видел, что приходили разные суммы от 3 000 руб. до 10 000 руб., 1 или 2 раза в день. Он спросил у ФИО212, не за наркотики ли перечисляют денежные средства. ФИО212 ответил, что занимается валютой. Предположил, что за наркотики, потому что брат ФИО212 сидел. Его работодатель иногда переводил деньги на карту, он с этой карты переводил их на другую свою карту. Деньги, которые не ему были адресованы, переводил ФИО212. В Таджикистане есть «валютчики», им отправляют рубли, а те их там переводят в таджикские деньги. Он сам много раз переводил рубли, чтобы знакомым выдали таджикские деньги. Один раз ему заблокировали карту, он пошел в Сбербанк, сотрудник Сбербанка сказал, что он сам заказал карту, а он ее не заказывал. Карта находилась с момента выдачи в Сбербанке, потом ее отдали ему. Ему нужна была карта для работы, чтобы не путались его деньги с этими. С подсудимыми познакомился в суде. Он никому из них денежные средства не переводил, указания о покупке и сбыте наркотических средств не давал. Наркотические вещества он никогда не употреблял, не приобретал. В России он проживает с ДД.ММ.ГГГГ г., работал водителем, поваром, на стройке. Денежные средства ему перечисляли Свидетель №32, ФИО221 с работы. У Свидетель №32 он работал с ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО70 переводила ему на карту денежные средства на строительство дома, на такси. С ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г. его родственники проживали в Таджикистане, он также переводил им денежные средства. Переводил ли он сразу на их карту, зависело от того, что иногда деньги сразу не выдавались, а «валютчик» в тот же день дает их и без процентов. ФИО222 – его знакомый, тот просил денежные средства в долг, поэтому он переводил ему деньги с карты, которой сначала сам пользовался, потом ФИО212. ФИО28 вернул деньги через карту. ФИО224 – также его знакомый. Он переводил ФИО224 денежные средства, они вместе работали, также он иногда переводил денежные средства брату ФИО224. Они сами не могли денежные средства на свой счет положить, так как если с хозяином договаривался он, то ему переводили деньги на карту, а он потом их переводил им. ФИО142 он переводил денежные средства много раз, так как у нее болела мама, он ей помогал. ФИО151, Свидетель №24 не знает.

В связи с наличием противоречий судом первой инстанции в соответствии со ст.276 УПК РФ исследованы показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования, содержание которых подробно приведено в приговоре. По существу оглашенных показаний подсудимый ФИО1 пояснил, что показания такие давал, подтверждает их.

Осужденный ФИО2 суду показал, что работу вместе с Айтмаматом нашли через «Интернет». Кроме ФИО29 никого из подсудимых не знал. ФИО183 предложил работу по пересылке бытовых товаров в другие <адрес>. Муслим заранее не говорил, что они должны закупить и что переслать. Первоначально не было речи о наркотиках, ФИО183 дал координаты, где взять товар, положить в прибор и отправить через компанию и куда отправлять, адрес получателя присылал по СМС. Указания ФИО183 они выполнял вместе с Айтмаматом. С ФИО183 общался он один посредством СМС на киргизском языке, были прямые звонки и через «<данные изъяты>» перепиской, частично понимали друг друга, ФИО29 никакие указания не давал. Денежные средства в размере 40 000 руб. они получали на карту, потом делили. Надо было взять с одного места, положить в прибор и отправить. Он признает эпизод - 500 грамм, что отправлял с масляным радиатором, другие эпизоды не признает. Один раз только отправили в <адрес> из <адрес>. У него изъяли два его телефона <данные изъяты>, <данные изъяты> и карту банка Сбербанк.

В связи с наличием противоречий в показаниях подсудимого ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции в соответствии со ст. 276 УПК РФ оглашены его показания, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он владеет узбекским языком, нуждается в услугах переводчика с узбекского языка. В ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО29 рассказал ему, что занимается распространением наркотического средства, получает наркотическое средство от человека по имени ФИО183 и отправляет. За каждое отправление он получал денежные средства. Таким образом, ФИО29 проработал в данном направлении примерно 1 месяц.

В ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО29 предложил ему работать с ним, а денежные средства делить поровну. ФИО29 в течение дня мог поступить звонок на его абонентский номер, в ходе телефонного разговора ему сообщалось о том, что им необходимо быть готовыми к вечеру к работе. Далее на его телефон поступала информация от ФИО183 с адресом, где необходимо забрать наркотическое средство и куда необходимо отправить. Все общение происходило в мессенджере «<данные изъяты>». Это мог быть звонок или смс-сообщение. После чего от ФИО183 поступала инструкция о необходимости приобрести различные бытовые приборы. ФИО183 перечислял денежные средства на банковскую карту, иногда на его, иногда на карту ФИО29 на приобретение бытовых приборов. После чего, он и ФИО29 покупали бытовые приборы. Далее от ФИО183 поступала информация о месте расположения тайника-закладки с наркотическим средством. Он и ФИО43 находили тайники-закладки со свертками, внутри которых находилось наркотическое вещество. Он и ФИО43 всегда ходили за бытовыми приборами и за наркотическим средством вместе. После того, как он и ФИО43 поднимали «закладки» с наркотическим средством, ФИО43 сообщал ФИО183 о том, что наркотик был ими найден. Далее от ФИО183 поступала информация о том, что свёрток с наркотическим средством необходимо поместить в бытовой прибор и отправить транспортной компанией «ПЭК» на определённый адрес и определённые данные лица - получателя. Действуя по инструкции, они выполняли указанные выше действия. После того, как посылка была отправлена, ФИО29 сообщал ФИО183. За каждую посылку на его банковскую карту или на карту ФИО29 поступали денежные средства в сумме 30 000-40 000 рублей. Денежные средства им перечисляли частями с разных банковских карт. Денежные средства они всегда делили пополам. Таким образом, он и ФИО29 по указанию ФИО183 отправили около 4 посылок. Посылки оправляли в <адрес>. В начале февраля он и ФИО29 по указанию ФИО183 купили бытовой прибор, в который положили свёрток с наркотическим веществом, которое нашли по указанию ФИО183 и отправили в <адрес> на его паспортные данные на имя ФИО91

Осужденный ФИО42 Т.М. суду показал, что в Самаре он снимал квартиру в ДД.ММ.ГГГГ г. в январе или марте на 3 суток по адресу: <адрес>. Он приезжал к ФИО64, с которой раньше встречался, улетел обратно на следующий день. Он узнал, что ФИО147 распространяет наркотические средства, пытался уговорить прекратить, они поссорились по телефону. Наркотические средства на <адрес> он не привозил. ФИО147 или других людей не просил распространять наркотические средства. Телефон куратора для связи по вопросам распространения наркотических средств ФИО64 не давал. Когда снимал квартиру на <адрес>, наркотиков там не было, ФИО147 потом сами аренду квартиры продлили. Он не рассказывал ФИО147 о том, что распространяет наркотические средства, является руководителем группы, подбирает людей для работы по распространению наркотических средств, о том, что нашел девушку для распространения наркотических средств, и за это ему куратор заплатил 30 тыс. руб. Он не руководил деятельностью ФИО147 по распространению наркотических средств, не давал ей указания по этому вопросу, не рассказывал и не показывал как делать закладки наркотических средств, не фасовал наркотические средства не отчитывался о проделанной работе в мессенджере Вотсап лицам, представляющимся именами ФИО181, ФИО183, ФИО184. Они ему не знакомы. На его карту от ФИО147 поступали денежные средства, он у нее просил денег в долг 20 000 руб., и та через сестру переводила, так как у ФИО64 не было карты. Он деньги не возвращал, поэтому они поссорились. По поводу перечислений на его карту с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с карты ФИО11, показал, что он работал на рынке, за день было 100 переводов. ФИО11 не знает. По поводу фотографий с участками местности, которые были у него обнаружены, пояснил, что не знает откуда они, телефон не работал, был разбит. Считает, что ФИО147 его оговаривает. Других подсудимых ранее не знал. В <адрес>, <адрес> и в других субъектах он был один, без ФИО147. Пока там находился, с ФИО147 не переписывался и не созванивался.

Осужденная ФИО4 к.суду показала, что ФИО181, ФИО247, ФИО183, ФИО184, ФИО146, ей не известны. Из подсудимых знает только ФИО3, как знакомого сестры. ДД.ММ.ГГГГ она приехала к сестре в <адрес>, чтобы помогать ей, так как сестра была беременная, трудоустраиваться не собиралась. О том, что сестра занималась распространением наркотических средств, узнала, когда пришла к ней в квартиру. Она не занималась никакой фасовкой, приобретением наркотических средств. Закладки оптовые не принимала и не делала. Переписки по «<данные изъяты>» с такими именами как ФИО181, ФИО186, ФИО183, ФИО184 у нее не было. По эпизоду 30 свертков героина показала, что они были у нее в кармане, ей их дала сестра дома. Она должна была делать закладки. До этого она ходила с сестрой, видела, как та делает закладки. К хранению наркотических средств в квартире она никакого отношения не имеет. Она не видела, не знала, что находилось в кухонных ящиках и за холодильником. В <адрес> она находилась неделю, переписку с организаторами не вела, ни с кем не связывалась. Сестра попросила карту, она отдала, при этом, сама ей также пользовалась через приложение, лично не получала никаких денег. ФИО42 Т.М. был в квартире в <адрес> всего один день. Он вместе с сестрой работал. ФИО42 ей деньги не переводил, она ему переводила, ей сестра сказала перевести.

В связи с наличием противоречий в показаниях ФИО4 к. в суде первой инстанции в соответствии со ст. 276 УПК РФ исследованы ее показания, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что в ДД.ММ.ГГГГ г. в <адрес> они встретились со знакомым ее сестры ФИО64 - ФИО254, сестра с ним поддерживала дружеские отношения давно. ФИО255 раньше занимался наркобизнесом в <адрес> со своими родственниками. После задержания сотрудниками полиции в <адрес> за наркотики, Хасан сбежал в Узбекистан, где поменял имя на ФИО21 и все документы. В ДД.ММ.ГГГГ <адрес> сказала ей, что ФИО254 уехал в <адрес>, оттуда позвонил ей и сказал, что для них есть хорошая работа, снял квартиру в <адрес>, то есть им будет где жить. ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО258 прилетели в <адрес>, стали проживать в квартире, которую арендовал ФИО254, по адресу: <адрес>, а ФИО254 на следующий день уехал в <адрес>. ФИО258 сказала, что ФИО254 оставил у них дома пакет с наркотиками, сказав, что заберёт его потом. ДД.ММ.ГГГГ ФИО258 на телефон через мессенджер «<данные изъяты>» позвонил ФИО254 и сказал, чтобы они брали свертки с наркотиками из мешка, который он оставил, и раскладывали в закладки, за что им будут платить деньги по 400-500 рублей за каждую закладку. Деньги приходили на банковскую карту «<данные изъяты>», оформленную на ее имя. ФИО30 сестре оставил номер телефона мужчины и пояснил, что по поводу этой деятельности они будут общаться теперь с этим мужчиной. Обычно утром он присылал СМС с количеством закладок, которые они должны сделать. По указанию мужчины они с сестрой ходили и делали закладки с наркотиком в разные места, а ФИО258 фотографировала это место и вместе с адресом отправляла куратору. В день они делали обычно 50 закладок в <адрес>, в <адрес>, в <адрес>х, <адрес>. Обычно мужчина им сообщал, в каком именно районе нужно делать закладки. ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 9-10 час., от куратора поступила СМС, чтобы они сделали 50 закладок с наркотиками в <адрес>. Сделав закладки, она делала фото на телефон, которые планировала переслать на телефон сестры, чтобы та отправила их куратору. Напротив <адрес> ее задержали, она добровольно выдала 5 свертков, перемотанных чёрной изолентой, которые должна была положить в закладки, выдала телефон, на который фотографировала места закладок. После этого в кармане ее джинс был обнаружен мешок еще с аналогичными свертками. После этого с сотрудниками полиции поехали к ним домой, где изъяли оставшиеся свертки с наркотиками.

ФИО266. давно занимается деятельностью, связанной с незаконным оборотом наркотических средств. Именно ФИО21 научил ее сестру работать, делать закладки. После того, как работа была выполнена, сестра, помимо куратора, сообщала о проделанной работе также ФИО21. ФИО21 все время был с ними на связи, даже после того как уехал. Несколько раз сестра по указанию куратора ездила одна на такси, по координатам, которые скидывал куратор, где забирала наркотик в виде закладки, после чего привозила его домой. О том, что она забрала закладку, она сообщала куратору и ФИО21. Наркотик всегда был расфасованный. Однажды она сказала ФИО21, что не будет делиться денежными средствами, полученными от сбыта наркотиков, и что она с сестрой не желает больше работать в данной деятельности. Тогда ФИО21 стал ей и сестре угрожать. Все денежные средства за сбыт наркотиков приходили на ее банковскую карту. Сестра ей говорила, что определенную сумму необходимо перевести ФИО21, после чего она переводила.

Осужденный ФИО5 у. суду показал, что не признает вину в руководстве входящим в преступное сообщество. Он полностью признает вину в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно–телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. От дальнейшей дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

Осужденная ФИО6 суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ списалась в «<данные изъяты>» с ФИО268 для приобретения наркотических средств. Тот ей прислал номер карты для перевода денежных средств. Через банкомат Сбербанка она перевела по номеру карты 25 000 руб. за 10 штук по 2 грамма на нерусское имя. Карты всегда были разные и имена тоже, иногда повторялись. После этого проехала на такси по координатам, которые ей прислали по «<данные изъяты>», которые показали адрес: <адрес>. То место, куда ее привела геолокация, она не нашла. Примерно 1-1,5 часа находилась там, не могла найти адрес. Неоднократно списывалась с ФИО268, тот ей повторял, чтобы она искала это место там. Она замёрзла, сказала, что больше искать не будет. На что ФИО268 ей написал, чтобы она не уходила, вопрос сейчас решится. Когда она стала уходить, то в соседнем дворе увидела этот гараж, сверилась с фотографией, подняла закладку. Закладка представляла собой комок в черной изоленте. Когда она отошла от гаража шагов на пять, к ней подошли сотрудники полиции, она была задержана. Они спросили, есть ли у нее запрещенные вещества. Она сказала, что есть. Ее спросили, как она это приобрела и почему так долго здесь кружилась. Она объяснила, что не могла найти. У нее был изъят телефон, сумка, все досмотрели. У нее спросили: «Ты связывалась?» Она ответила, что связывалась. Произошёл звонок от ФИО268, в этот момент подъехала белая машина, и от гаража к машине вышел мужчина, в процессе дальнейших следственных действий она узнала, что это ФИО5 у., который был задержан. Был вскрыт пакет, в котором обнаружено 100 свертков. Она пояснила, что приобрела наркотические средства для личного употребления. На следующий день приехали с обыском в квартиру, где ничего не обнаружили. У нее был изъят телефон <данные изъяты>. Наркотические средства - героин она употребляет с ДД.ММ.ГГГГ г. Ее ежедневная доза - 10 гр. Таджикский, Киргизский и Узбекский язык она не знает. Цели сбыта у нее не было, в сообществе она ни в каком не состояла. Подсудимые ранее ей знакомы не были, ни с кем из них не общалась. У ФИО268 она приобретала наркотические средства ежедневно на протяжении 6 месяцев. Во время следствия были восстановлены фото, которые также были приобретены ею для покупки наркотических средств, так как она неоднократно получала адреса, где уже продано. Ей поступали фото, она приезжала на адрес, но там уже ничего нет, она делала снимок и отправляла с претензией, что тут ничего не обнаружено, просила заменить адрес. За день до этого она нашла приложение, которое позволяло сфотографировать и указать геолокацию, либо участок к местности, скачала его в свой телефон, но не воспользовалась. Когда она делала заказ данного наркотического средства, спросила, можно не расфасованные, ФИО268 говорил, что у него все уже разложено и расфасовано. На момент задержания у нее было несколько карт: «<данные изъяты>» виза, «<данные изъяты>» маэстро и «<данные изъяты>» маэстро на имя ФИО71, всеми пользовалась. С ФИО268 расплачивалась с карты ФИО71 От ФИО146 денежных переводов ей не было. От нее ФИО146 был перевод с карты ФИО71 и с карты ФИО6 за наркотические средства. От других фигурантов тоже не получала денежные средства. Свидетель №20 ей не знаком. Когда знакомилась с материалами уголовного дела, то обнаружила, что у нее была с ним переписка, впервые увидела его, когда он давал показания.

Осужденный ФИО7 у. показал суду, что приехали в <адрес> с целью устроиться на работу. Его задержали ДД.ММ.ГГГГ. Вину в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1 УК РФ, признал в полном объеме. Никого из подсудимых, кроме ФИО8, ранее он не знал, в преступном сообществе не состоял. Дом на <адрес> он арендовал. ФИО8 приехал в <адрес> в гости, ФИО8 употреблял наркотические средства. Про наркотические средства, которые нашли на участке, ему ничего не известно. Когда его задержали, он хотел уехать в <адрес>. Ни он, ни ФИО8 закладки не делали. От дальнейшей дачи показаний отказался, пользуясь ст.51 Конституции РФ.

В связи с отказом от дачи показаний в соответствии со ст. 276 УПК РФ судом первой инстанции исследованы показания ФИО7 у., данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что он приехал в <адрес> из <адрес>, чтобы работать на стройке. В <адрес> у него были знакомые, которые пообещали ему работу. Он снял <адрес>. В данном доме стал проживать один. Через некоторое время ему позвонил ФИО8 и спросил, есть ли работа в <адрес>, он сказал, что найдет тому работу. ФИО8 приехал к нему в <адрес> и несколько дней проживал с ним. Все эти дни они гуляли, отдыхали на денежные средства, которые он заработал в <адрес>, на работу не успели устроится. На вопросы об обнаруженных наркотических средствах, а также о поступивших на его банковскую карту денежных средств от ФИО276 отвечать отказался, пожелал воспользоваться правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.

Осужденный ФИО8 суду показал, что в РФ он приехал в ДД.ММ.ГГГГ г., проживал в <адрес>, приехал на работу на стройке к другу ФИО7, по адресу: <адрес>. Наркотические вещества получали через «<данные изъяты>» (бот) на чужом телефоне, приобрел их в <адрес>, для личного употребления. Бот сам определяет, кому отправить деньги. В чате бота в переписке были только текстовые сообщения. Он употреблял наркотические средства в течении 4-5 месяцев по 1 грамму, 1 раз в день или в 3 дня. ДД.ММ.ГГГГ его задержали сотрудники полиции на улице и изъяли наркотики из сумки, было 7 или 8 свертков, обмотанных изолентой разного цвета. У ФИО7 тоже были наркотики. На улице около дома сотрудник полиции обнаружил еще наркотики, он о них не знал. Никого из подсудимых, кроме ФИО7, не знал ранее, ни от кого денежные переводы не получал. Он переводил денежные средства только ФИО7, а ФИО7 ему. Во двор дома был свободный доступ. Также у него были изъяты банковские карты Сбербанка, которые принадлежали его жене. Он приобрел 8 пакетов, а не один, чтобы каждый день не выходить на улицу. Он собирался ехать в Волгоград с ФИО7, так как его жене было плохо. У него изъяли телефон <данные изъяты>, пин-код от которого он сообщил сотрудникам полиции. До момента задержания в <адрес> он прожил 3-4 недели, работать не начал, так как были проблемы с регистрацией и паспортом. В покушении на сбыт № грамм героина, 54 свертка вину не признал. Свидетель №20 наркотические средства не сбывал, не знает его. Крупный размер 2 кг он не брал.

В связи с наличием противоречий в показаниях подсудимого ФИО8 в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции были оглашены в соответствии со ст. 276 УРК РФ его показания, данные в ходе предварительного расследования, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Осужденный ФИО9 у. суду показал, что в <адрес> он приехал в ДД.ММ.ГГГГ г., чтобы сделать вид на жительство. Сначала жил у брата, потом снял квартиру на <адрес>, где проживал со своей девушкой ФИО282. и ее братом ФИО283. С ФИО24 познакомился в <адрес>, она уже была в <адрес>, когда он приехал из <адрес>. В <адрес> он не работал, был недолго, дней 10-20. Потом его задержали. Такие имена как ФИО181, ФИО183, ФИО184 ему не знакомы. У него при себе примерно неделю в кармане было 10 штук, когда спускались в магазин из квартиры сотрудники остановили, спросили есть ли запрещенные вещества или нет, он отдал, это был героин для личного употребления. Данные свертки лежали у него в кармане дня 3-4, он носил их с собой как личные вещи. При задержании он был с ФИО283. В ходе обыска квартиры были изъяты наркотические средства обмотанные, они сами их отдали. Приобрели наркотическое средство с целью заработать и сделать документы. Наркотическое средство, которое было при нем, он хранил для личного употребления, а большое надо было отвезти, но они не успели. Наркотические средства употребляет примерно 1 раз в 10 дней, может в месяц 1 раз. Отвезти сказал тот номер, который у него нашли в «<данные изъяты>». Они общались с ним текстовыми сообщениями на узбекском языке, в сообщениях было сказано, что в дальнейшем надо будет куда скажут отвезти. Лично этого человека он не знает. Это был второй раз, когда они приобретали у данного контакта, за это получали денежное вознаграждение на свою карту. Покушение на сбыт № грамм героина он признает. Сбыт Свидетель №20 не признает, в <адрес> не был. В первый раз наркотическое средство было не штучно, а в большом размере. Действиями ФИО24, ее брата он не руководил, указания по раскладке не давал, вину в совершении преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, не признает, подсудимых ранее не знал. Знает узбекский и русский язык. ФИО283 приехал к ним в <адрес>, проживал с ними не долго. Они должны отвозить, куда им скажут мелкие свертки, обмотанные вместе в один сверток, фасовкой они не занимались, иногда он только делил на 2 части, для этого использовал весы. Последний раз они вместе забирали закладку. ФИО283 сам лично не забирал закладки, он его не просил ездить в <адрес>. ФИО290 не участвовала в фасовке героина, вместе они не работали.

В связи с наличием противоречий в показаниях ФИО9 у. в суде первой инстанции были оглашены его показания, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что в <адрес> он познакомился с девушкой по имени ФИО24. С ДД.ММ.ГГГГ г. стали жить вместе. В ДД.ММ.ГГГГ г. он решил переехать в другой город, чтобы оформить документы на право нахождения на территории. Они с ФИО24 поехали в <адрес>, пробыли там 2 дня и поехали в <адрес>. По приезду в <адрес> арендовали квартиру. В Телеграмм-канале «<данные изъяты>» он увидел объявление «есть работа, каждый день оплата». Он написал по телефону, указанному в объявлении. Ему ответили и объяснили, что он должен будет что-то забирать из одного места и перекладывать в другое, что это как наркотик, но не совсем и многие его употребляют. На тот момент они общались только СМС-сообщениями в приложении «<данные изъяты>». Ему обещали платить 3500 рублей за каждые 10 закладок. Когда он согласился на эту работу, ему уже в приложении «<данные изъяты>» перезвонил мужчина, абонентский номер записан в его телефоне, разговаривал с ним на узбекском языке. Мужчина представился именем ФИО184, и именно так он записал его контакт у себя в телефоне. Его номер телефона, с которого он звонил, №. После этого по поводу работы он стал общаться с ФИО184, общались голосовыми и СМС-сообщениями. Адреса с закладками ему присылали в форме фотографий с подписанным внизу адресом. Первую закладку он забрал дней 15-20 назад, адрес был в районе парка на <адрес> в <адрес>. Когда он пришел к указанному адресу, под деревом нашел пакет черного цвета, перемотанный скотчем. На месте его распаковывать не стал, а привез к себе домой. В пакете находилось 50 свертков, перемотанных изолентой черного цвета. Он вскрыл сверток и увидел, что внутри находится вещество, спрессованное в комок. Он предположи, что вещество является незаконным. Но, несмотря на это, решил продолжить заниматься этой деятельностью, так как нужны были деньги. ФИО24 не видела, что он привез домой. По указанию ФИО184, он разложил эти свёртки в разные адреса, которые сообщил ФИО184. Адреса он фотографировал с помощью специальной программы, которую он установил на свой телефон по указанию ФИО184. В этой программе сразу высвечивается адрес, где сделана фотография, он отправлял ФИО184 адреса. За первую партию ему заплатили 70 000 рублей двумя переводами на его банковскую карту. Дополнительно ему перевели 30000 рублей для оплаты аренды квартиры. Через два дня он, по указанию ФИО184, забрал вторую закладку с расфасованными средствами в том же парке. Там также был чёрный пакет, перемотанный скотчем. Дома он обнаружил, что внутри находится 50 свёртков. Эту партию он также частично разложил в разные адреса по своему усмотрению, фото с адресами отправил ФИО184. За эту партию он получил 50 000 рублей, эти деньги поступили на его карту.

Кроме того, он у ФИО184 попросил деньги в сумме 70 000 рублей в долг. Эти деньги пришли на карту ФИО24, при этом ей он не объяснял, что это за деньги и как он их зарабатывает. После второй партии ФИО184 ему сказал, чтобы он нашел себе постоянную квартиру, поэтому он нашёл квартиру по адресу: <адрес>, куда они с ФИО24 переехали. От последней партии у него осталось 17 свёртков, которые продолжил хранить у себя.

Ему позвонил ФИО184 и сказал, что в Самару приехал человек, который также ищет работу, чтобы он этого человека временно поселил у себя в квартире. Потом ему позвонил этот человек, представился ФИО23.

Когда ФИО23 приехал, сказал, что хочет сделать документы и найти работу. ДД.ММ.ГГГГ ему ФИО184 прислал адрес очередной закладки и сказал, чтобы за ней он ехал с ФИО23. Он нашел этот адрес в том же парке на <адрес>, также под деревом был закопан пакет, перемотанный скотчем. Данный пакет они принесли домой. Когда он высыпал свёртки из мешка на стол, в комнату зашла ФИО24, спросила, что это, но он ей отвечать не стал. Они с ФИО23 переложили свертки в светильник, на тот момент ФИО24 в квартире не было, что они прятали с ФИО23 свертки, она не видела. Оставшиеся 17 свертков он хранил в кармане своих брюк-трико и всегда носил с собой. По поводу данных свертков ему от ФИО184 никаких указаний не поступало.

ДД.ММ.ГГГГ вечером он с ФИО23 пошли в магазин за продуктами, 17 свертков были при нем. Их задержали сотрудники полиции. Он добровольно выдал 17 свертков с веществом, которые были у него в кармане трико, при этом пояснил, что в данных свертках находится наркотическое средство. Также у него было изъято 2 сотовых телефона, с помощью одного «<данные изъяты>» он поддерживал связь с Али. У ФИО304 также был изъят телефон. После этого прошли в квартиру, где они живут. Там на тот момент находилась ФИО24. Их также спросили, есть ли в квартире что-то запрещённое, он сразу показал, что в светильнике находятся свёртки с наркотическим средством. Свертков было больше ста. У ФИО24 также изъяли сотовый телефон.

Когда поехали с ФИО23 забирать партию с наркотиками, он пояснил тому, что они едут забирать такие же свёртки, какие хранятся у него в кармане. С того времени, как ФИО23 стал жить в их квартире, он неоднократно видел свёртки, которые хранились у него в кармане, так как он их периодически выкладывал, убирал назад. Он рассказал ФИО23, что в этих свёртках вещество, которое, скорее всего, является незаконным, но избавиться от него он не может. Он рассказал об этом ФИО23, так как думал, что ему в этом плане можно доверять, потому что его прислал к нему ФИО184. Когда он сказал ФИО23, что они вместе едут забирать такие же свертки, у того вопросов не возникло. Ранее с ФИО23 он знаком не был.

Он наркотические средства не употреблял. Денежные средства в качестве зарплаты за сделанные закладки приходили ему на карту и на карту ФИО14, которая знала, за какую работу ей приходят деньги.

Полученные свертки с расфасованными запрещенными веществами взвешивались, после чего несколько свертков объединялись в один и обматывались изолентой. Свертки делала и он, и ФИО13, и ФИО14

<адрес> ему не известен. Он туда не ездил.

Осужденный ФИО13 суду показал, что в <адрес> приехал работать в ДД.ММ.ГГГГ г. к родственнице - ФИО14. Он попросился у нее временно пожить. В Самаре он ничем не занимался. Узнал, чем занимаются ФИО14 и ФИО9, попросился с ними работать. Они вместе с ФИО9 пришли и забрали наркотики, свертки были расфасованные. Они с ФИО9 вышли на улицу, чтобы пойти в магазин. Сколько пакетиков было обнаружено у ФИО9, он не помнит, ФИО9 хотел использовать их для себя. Русским языком он не владеет, <адрес> и <адрес> не знает. Знал из подсудимых только ФИО9 и ФИО14. Он ни с кем не общался по поводу раскладки свертков с наркотическим веществом. В квартире сотрудники полиции нашли наркотические вещества. Человека по имени ФИО184 он не видел. Связывался с ним по телефону с целью закладки наркотического вещества. У них был единичный разговор, а так ФИО184 указания не давал. Вину по ст. 210 УК РФ не признает. То, что обнаружено в квартире, было покушение на сбыт. То, что изъяли у ФИО9, признает. Откуда ФИО9 их взял, не знает. Видел, что у ФИО9 имеются наркотические вещества. Куда их несли, для чего, он также не знает. ФИО9 хранил данные наркотики для себя и использовал сам. По № граммам, изъятым в квартире, они хотели сделать закладки. Данные наркотические средства с ФИО9 забрали и принесли домой. ФИО184 координаты ФИО9 прислал. За эту работу им деньги не заплатили, так как их задержали.

Осужденная ФИО14 суду показала, что приехала в Россию в ДД.ММ.ГГГГ г., чтобы работать с ФИО9. По ч. 1 ст. 210 УК РФ она вину не признает, по ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1. УК РФ, что нашли дома на кухне, признает. ФИО13 ее брат. Расфасовкой наркотических средств она не занимались. ФИО13 не знал, чем они занимались, никакого отношения не имел к сбыту наркотиков. Наркотики, которые были изъяты у них дома, принес ФИО9, где он их взял, она не знает. Она не получала ни от кого указания по сбыту этих наркотических средств. С женщиной по имени ФИО313 она познакомилась через интернет, она проживала у ФИО313 дома 1 месяц. ФИО313 предлагала ей заниматься сбытом наркотических средств, но она отказалась. В <адрес> проживали с ФИО9 на <адрес>, потом приехал ФИО13. Свертки были изъяты в квартире на кухне. Также была изъята карта Сбербанка, телефоны <данные изъяты> и <данные изъяты>. Когда она была в <адрес>, ФИО313 ей звонила, предложила еще раз, она согласилась, приехала обратно в <адрес>, вместе с ФИО313 приехала в <адрес>. Вместе с ней приобрели наркотические средства. ФИО313 показала ей, как работать, показывала наркотик, скотч, как фотографии делать, раскладывать, свертки делать с наркотиками. Свертков было 200 штук, она ждала ФИО313, когда та их забирала в <адрес>. Данные свертки они привезли в <адрес>, разложили штук 100, остальные ФИО313 ей отдала. Далее она раскладывала данные свертки с ФИО9. Деньги сначала получала она, ФИО313 отдала ей 3 000 руб. С ФИО184 она не общалась, он ей на карту перечислял денежные средства, первоначально 30 00 руб., потом 70 000 руб. ФИО9 два раза приносил наркотики. У ФИО9 были маленькие свертки, расфасованные, она помогла их взвесить. Она не ходила с ним раскладывать свертки. Наркотики, изъятые в подставке телевизора, принес ФИО9. Наркотиками занималась приблизительно два месяца. На телефоны <данные изъяты> и <данные изъяты> они фотографировали места закладок, когда ходили с ФИО9, потом эти фотографии отправляли ФИО184. Когда она отправляла фото закладок ФИО184, то связывалась с ним по телефону, так сказала ФИО313, ФИО9 тоже связывался с ФИО184. Она не видела, чтобы ФИО13 раскладывал наркотики. Свидетель №20 не знает. У ФИО9 карты нет, она отправила денежные средства через свою карту на счет его папы.

В связи с наличием противоречий в суде первой инстанции в соответствии со ст. 276 УПК РФ исследованы показания ФИО14, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что вину по ч. 3 ст. 30, п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ она признает в полном объеме. ДД.ММ.ГГГГ г. она приехала из Узбекистана в <адрес>. Знакомая по имени «ФИО313» предложила ей пожить у нее. ФИО313 предложила ей заниматься деятельностью, связанной с незаконным оборотом наркотических средств, но она отказалась и поехала в <адрес>. Там также не смогла найти работу. В ходе общения по интернету с ФИО313, та еще раз предложила ей заниматься распространением наркотических средств через интернет. Она согласилась. ФИО313 перевела ей на банковскую карту 10000 рублей на дорогу. Затем они с ФИО313 поехали в <адрес> на такси, которое вызывала ФИО313. Перед тем как ехать в <адрес>, в <адрес> ФИО313 куда-то сходила, забрала товар, который нужно будет реализовывать в <адрес>. Прибыв в <адрес>, они стали проживать в квартире, которую снимала ФИО313 посуточно. В квартире ФИО313 разложила на столе свертки, было 200 свертков. ФИО313 сообщила работодателю, что забрала 200 свертков, тот дал указания раскладывать по 20-30 закладок в день. ФИО313 пояснила, что предложила данную работу ее знакомому ФИО26, который находился в то время в <адрес>, предложила, чтобы ФИО26 приехал в <адрес>, помогать ей работать. ФИО313 показала как делать закладки. В первый раз ФИО313 разложила 30 закладок. В этот же день приехал ФИО26, ФИО313 также его обучала делать закладки. На следующий день после приезда ФИО341 она, ФИО313 и ФИО341 пошли снова делать закладки.

Далее ФИО313 сказала, что им необходимо разложить оставшиеся свертки, и что за каждый сверток они будут получать 200 рублей, расчет будет производиться после того, как они разложат 150 штук, и что она также будет скидывать деньги им на проживание, после чего уехала. ФИО341 снял квартиру посуточно. Она и ФИО341 продолжили заниматься распространением наркотических средств. Каждый делал по 10-15 закладок, фотографировал на свой телефон, фотографии отправляли ФИО313. Через 5 дней Луна скинула ей номер «ФИО184», сказала отчитываться перед «ФИО184» о проделанной работе. Фотографии с закладками они стали скидывать «ФИО184». После того, как она и ФИО341 разложили 150 свертков, Луна выплатили им 30000 рублей на ее банковскую карту. Им показалось, что заработок меленький, они решили возвращаться в <адрес>.

Находясь в <адрес>, ФИО341 сказал, что с ним связался «ФИО184» и предложил работать на условиях по 350 рублей за закладку. Они согласились, скинули паспорта «ФИО184», тот прислал им билеты на самолет до <адрес>.

В <адрес> ФИО341 снял квартиру на денежные средства, которые скинул «ФИО184». Связь с «ФИО184» поддерживали и она, и ФИО341. «ФИО184» скинул координаты, где лежит закладка с новой партией. ФИО341 привез пакет со свертками, разложил их на столе, они их пересчитали. ФИО341 отчитался о количестве свертков. Далее, по указанию «ФИО184», она, ФИО9, ФИО13 шли раскидывать, положив по 10-15 свертков в карманы. В день раскладывали примерно по 20-30 свертков. Фотографировали закладки каждый на свой телефон и каждый отправлял «ФИО184». Как только свертки заканчивались, ФИО341 снова привозил наркотик по указанию «ФИО184». Так было 5-6 раз. Обычно он привозил расфасованный по сверкам наркотик. Однажды он привез нерасфасованный наркотик. «ФИО184» сказал ФИО341, что необходимо купить детский чай, коньяк, весы электронные, сахар, изоленту, пакеты. Они с ФИО341 купили данные предметы. «ФИО184» учил ФИО341 по видео-вызову, как правильно смешивать наркотик для увеличения его массы и расфасовывать. ФИО341 смешал наркотик при помощи кофемолки с ингредиентами. Она помогала ему взвешивать и расфасовывать по пакетам.

За неделю до задержания к ним приехал ФИО13 В ходе разговора по телефону ФИО13 спрашивал, чем они занимаются. Она ему рассказала о своей деятельности. Он стал проситься работать с ними. «ФИО184» до этого спрашивал, есть ли люди, которые готовы работать. Она скинула «ФИО184» номер ФИО13. После общения «ФИО184» направил ФИО13 работать к ним. ФИО13 сказал, что у него нет карты, в связи с чем, денежные средства будут приходить на ее карту. ФИО13 приехал за неделю до задержания, стал работать с ними. Они все втроем ходили и каждый раскладывал закладки, фотографировали каждый на свой телефон, отправляли фото «ФИО184». Денежные средства за работу приходили на ее карту. Они денежные средства распределяли по количеству сделанных «закладок». Так как у ФИО13 не было карты, она сделала перевод в Узбекистан по его просьбе, а ФИО9 отправляла на карту. Спустя некоторое время «ФИО184» стал скидывать деньги ФИО9, а тот уже распределял деньги. ФИО13 также помогал им расфасовывать наркотик.

Последний раз ФИО9 уехал за очередной партией, привез 200 штук. Они втроем из разложили, посчитали. 100 штук оставили в квартире, 100 распределили между собой. Они пошли в парк, ФИО13 пошел раскладывать закладки отдельно. Она и ФИО9 тоже пошли раскладывать в парке. Она отдала все свертки ФИО9 и пошла домой, а ФИО9 со свертками уехал на самокате. Вечером ФИО9 и ФИО13 пошли в магазин, а она осталась дома. Спустя некоторое время в квартиру пришли сотрудники полиции и обнаружили наркотические средства, которые она, ФИО9 и ФИО13 должны были сбыть по указанию «ФИО184».

Осужденный ФИО29 суду показал, что в РФ приехал в ДД.ММ.ГГГГ г. для трудоустройства, работал на стройке в <адрес>. Из подсудимых знал ФИО2, больше никого не знал. Они с ФИО2 искали работу, наткнулись на работу по пересылке бытовых товаров в регионы России. Узнали, что это наркотические средства, когда доставили закладку, координаты которой прислали на телефон. Они внутрь бытового прибора поместили наркотические средства в целлофановом мешке, завернутом скотчем, и отправили по адресу, который прислал ФИО183. Указания Кенжебаеву не давал. За отправку денежные средства он получил, им отправили с ФИО2 частями и на его карту, и на карту ФИО2. Связь с ними обоими поддерживал ФИО183. ФИО183 давал указание, где забрать закладку. У него изъяли телефон и карточку Сбербанк. С ФИО183 они общались на киргизском языке голосовыми и письменными сообщениями через «<данные изъяты>». Признает только № гр. ДД.ММ.ГГГГ один раз отправил, покушение на сбыт № гр. не признает. По эпизодам от ДД.ММ.ГГГГ № грамм не признает. ФИО382 узнал, когда задержали.

Несмотря на занятую осужденными позицию, выводы суда об их виновности в совершении преступлений, за которые они осуждены, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Вина осужденных в совершении преступлений подтверждается подробно приведенными в приговоре, принятыми судом и положенными в основу приговора доказательствами, в том числе показаниями свидетелей ФИО72, ФИО73, Свидетель №7, Свидетель №37, ФИО74, ФИО75, Свидетель №6, Свидетель №5, ФИО76, ФИО77, Свидетель №9, ФИО78, ФИО91, Свидетель №10, ФИО79, ФИО80, Свидетель №13, ФИО66, Свидетель №33, Свидетель №2, ФИО81, Свидетель №1, Свидетель №15, ФИО82, Свидетель №16, ФИО83, ФИО84, ФИО85, Свидетель №17, ФИО86у., ФИО87, Свидетель №3, Свидетель №20, ФИО88, Свидетель №21, ФИО89, Свидетель №34 об обстоятельствах задержания осужденных, обнаружения и изъятия наркотических средств;

- показаниями свидетеля Свидетель №24, из которых следует, что наркотическое средство героин для личного употребления он приобретал через мессенджер «<данные изъяты>». Абонентский номер, с которым он связывался, был +№. Он стал периодически покупать у данного лица наркотическое средство следующим образом: при помощи своего мобильного телефона он связывался с абонентом +№, сообщал, что желает приобрести наркотическое средство героин. В ответ ему поступало смс-сообщение с номером банковской карты. После чего он со своей банковской карты при помощи мобильного приложения «<данные изъяты>» осуществлял операции по переводу денежных средств в сумме 2700 рублей на указанный в сообщении номер карты, отправил чек об операции лицу, пользующемуся абонентским номером +№. Далее ему приходило смс-сообщение с изображением участка местности и указанием координат, где находится тайник-«закладка» с наркотическим средством. Он много раз покупал у данного магазина наркотическое средство. Наркотическое средство было упаковано в липкую ленту, примотанную к гвоздю. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял перевод денежных средств на банковую карту №, которая оформлена на ФИО383, не более 7 операций. Все вышеуказанные операции были им осуществлены в счет оплаты за приобретение наркотического средства героин у магазина, пользующегося абонентским номером +№. Телефон, при помощи которого он осуществлял покупку наркотического средства, он потерял;

- показаниями свидетеля ФИО90, из которых следует, что наркотические средства для личного употребления он приобретал через мессенджер «<данные изъяты>». Однажды ему пришло смс-сообщение от ранее неизвестного номера с предложением приобрести наркотическое средство. В ходе переписки он представился как «ФИО181», «ФИО385». Абонентский номер +№. Он стал периодически приобретать у данного лица наркотические средства. При помощи своего телефона он связывался через мессенджер «<данные изъяты>» с абонентом по вышеуказанному номеру, сообщал о том, что желает приобрести наркотическое средство героин. В ответ поступало сообщение с номером карты, после чего он со своей банковской карты, при помощи мобильного приложения «Сбербанк Онлайн», осуществлял операции по переводу денежных средств в сумме 2500-3000 рублей, на указанные в сообщения номера карт, оформленных на ФИО386., ФИО383 Данные этих людей высвечивались в мобильном приложении «<данные изъяты>» при совершении операции. После чего он отправлял «ФИО181» чек об операции. Далее ему приходило смс-сообщение с изображением участка местности и указанием координат, где находился тайник-закладка с наркотическим средством. После чего он приходил к местности, указанной в координатах, находил наркотическое средство героин. Согласно банковским выпискам ПАО «<данные изъяты>» по банковским картам, в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял перевод денежных средств на банковскую карту №, которая оформлена на ФИО146 ФИО143, более 50 операций; в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял перевод денежных средств на банковскую карту №, которая оформлена на ФИО383., около 30 операций; ДД.ММ.ГГГГ он осуществил денежный перевод денежных средств на банковскую карту №, которая оформлена на ФИО383. Все вышеуказанные операции были осуществлены в счет оплаты за приобретение наркотических средств героина у «ФИО181».

- показаниями свидетеля Свидетель №20, из которых следует, что с начала ДД.ММ.ГГГГ г. он начал употреблять наркотическое средство героин. Данное наркотическое средство всегда им приобреталось на территории <адрес>, посредствам тайников-закладок. ДД.ММ.ГГГГ он решил приобрести наркотическое средство героин через мессенджер «<данные изъяты>», в котором он связался с абонентом под ником <данные изъяты> абонентский номер +№, который занимался продажей наркотических средств. Он выбрал наркотическое средство героин размером 1 гр., стоимость составляла 3000 рублей. Данную сумму он перевел через свою банковскую карту ПАО <данные изъяты>» №. Пользователь под ником <данные изъяты>», абонентский номер +№, подтвердил наличие наркотического средства героин и скинул ему реквизиты банковской карты. Он произвел перевод денежных средств на счет банковской карты, указанной в переписке, 3000 рублей, отправил фото чека об оплате абоненту под ником <данные изъяты>» в мессенджер «<данные изъяты>». В тот же день, примерно в 21 час 10 мин., ему пришло фото от пользователя под ником <данные изъяты>», на которой был указан участок местности закладки и её координаты. Далее он направился по координатам на участок около <адрес>, забрал на данном участке местности наркотическое средство - героин, которое было упаковано в сверток из изоленты в черном цвете. После того как он нашел сверток, он направился домой. Возле <адрес> был задержан. В тот же день сотрудниками полиции в присутствии понятых был произведен личный досмотр вещей, надетых на нем. Во время его досмотра он пояснил сотрудникам полиции, что в правом боковом кармане куртки, одетой на нем, имеется сверток с наркотическим средством героин, который был изъят. Кроме этого, у него были изъяты сотовый телефон марки «<данные изъяты>» и банковская карга ПАО «<данные изъяты>» №, оформленная на его имя.

- показаниями свидетеля ФИО64, уголовное дело в отношение которой выделено в отдельное производство, данных ею как в ходе судебного следствия, так и в рамках заключенного досудебного соглашения о сотрудничестве, из которых следует, что в России она находится с ДД.ММ.ГГГГ г. В <адрес> она приехала с сестрой и ФИО3 работать. Работа заключалась в закладках с наркотиками. Указания давал ФИО21. Она прибыла на территорию РФ ДД.ММ.ГГГГ, искала работу в интернете. Ее знакомый ФИО393 предложил работу в <адрес>, оплатил поездку, когда ехали на такси. Он сказал, что занимается наркотиками на протяжении нескольких лет, является руководителем и куратором, что есть много людей закладчиков, что у него есть знакомый ФИО181, чтобы не рассекретить свои данные, он представляется ФИО184. Он разъяснил ей, как устроены несколько хорошо налаженных схем продажи наркотиков. Что есть люди, которые работают на него и доставляют наркотики в <адрес>, отправляют на поездах, самолетах, есть люди, которые занимаются фасовкой. После того, как они приехали в <адрес>, он снял им квартиру на <адрес> на неделю, научил делать закладки, после этого ее связали с ФИО181, который попросил называть его ФИО184, попросили ее карту банковскую. Карты у нее не было, сказали завести, поэтому она взяла карту у сестры. Ей сказали, что дальше она будет связываться напрямую, Хасан поедет работать обратно в <адрес>, искать других клиентов. Она работала вместе с ФИО21, тот приносил наркотики уже расфасованные. ФИО21 проживал в <адрес> дня, потом уехал в <адрес>. Она делала закладки одна примерно два месяца, делала фотографии закладки и отправляла ФИО21. Когда была беременна, попросила сестру, сестра не знала, что раскладывает, в этот же день сестру поймали. За закладку ей перечисляли по 400 рублей ФИО184, ФИО181, ФИО402. До задержания она сделала около 50 закладок с героином. Она перечисляла денежные средства ФИО21. В квартире, в которой они проживали вместе с сестрой и ФИО3, изъяли наркотики, которые ФИО42 оставил перед отъездом в <адрес>. Также был изъят ее сотовый телефон. ФИО42 рассказывал ей, что менял свои анкетные данные. ФИО393, ФИО21 - это ФИО42.

В связи с наличием противоречий в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции исследованы показания ФИО64, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что в Российскую Федерацию она приехала ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> работать, работала уборщицей. В <адрес> она приехала к сестре ФИО404., проживала у сестры в квартире. Когда она с сестрой жили в <адрес>, они поддерживали дружеские отношения с ФИО405. Ранее он с ее родственником занимались наркобизнесом в <адрес>. У ФИО393 есть родной брат ФИО407. В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО393 поменял имя на ФИО21, затем вернулся в <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ. ФИО409 уехал в <адрес> и стал проживать в арендованной квартире по адресу: <адрес>. Он предложил им с сестрой также переехать в <адрес>, так как для них есть работа. Они согласились. ДД.ММ.ГГГГ с сестрой прилетели в <адрес>, ФИО30 встретил их и привёз их в эту квартиру, а сам сразу уехал в <адрес>. Когда он вернулся, примерно ДД.ММ.ГГГГ, привез с собой и оставил у них дома пакет, в котором находились свёртки в количестве 300 или 350 штук. Он сказал, что теперь они будут работать на него, раскладывать эти свёртки. Она сразу поняла, что это наркотики, поэтому они с сестрой стали отказываться. ФИО409 стал угрожать, что сдаст их в полицию. Они вынуждены были согласится. ФИО409 научил их работать, рассказал, что они будут общаться с человеком, которому нужно будет пересылать фото и адреса с закладками с наркотиками, он этого мужчину называл «Шеф». ФИО409 дал номер ее телефона этому человеку, и тот сам связался с ней в «<данные изъяты>», его контакт записан в изъятом у нее телефоне под именем «Шеф». За эту работу им обещали платить 400 рублей за каждую проданную закладку. С «Шефом» она переписывалась по СМС, а также разговаривала один раз на узбекском языке. После этого ей на телефон от Шефа по утрам приходили СМС с указанием, сколько закладок в этот день они должны сделать. В день они делали по 20-25 закладок. Ходили она с сестрой вместе, сестра делала закладку, а она фотографировала и с адресом отправляла на номер Шефа. ФИО409, после того, как научил их работать, уехал в <адрес>. Там он нашел еще одну девушку, вместе с ней уехал в <адрес> также заниматься закладками с наркотиками. Девушка проработала один день и ее задержали, а ФИО409 удалось уехать в <адрес>. Когда ФИО409 уехал в <адрес>, он ей звонил, угрожал, чтобы они не переставали работать, и сказал, что за девушек, которых он развозит по разным городам России, чтобы они занимались закладками с наркотиками, ему доплачивают по 40000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ Шеф прислал СМС с указанием сделать 50 закладок. ФИО404. пошла делать закладки. Вечером ДД.ММ.ГГГГ к ним домой приехали сотрудники полиции. В квартире произвели обыск, изъяли оставшиеся свертки с наркотиком.

Кроме сестры и ФИО21 она никого не знает. Вовлек ее в данную деятельность ФИО417. В некоторых мессенджерах «<данные изъяты>» он использовал ник «ФИО186». Он также в реальной жизни выдавал себя под разными именами. Представлялся тем, кем не является. ФИО21, когда она приехала в <адрес>, научил ее работать, а именно учил ее фасовать наркотик, также показывал как делать закладки. Находясь в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ., ФИО21 делал закладки. Он сначала ей это рассказывал на словах, а после она несколько раз с ним ездила и видела, как ФИО21 делает закладки, фотографирует и отправляет их куратору. Он также рассказал ей «тонкости» данной деятельности. Помимо <адрес> она ездила с ним в <адрес> и <адрес> для работы в данной сфере. Когда она стала проживать в квартире с ФИО21, ФИО21 принес наркотик, сказал, что его необходимо расфасовать. Она и ФИО21 расфасовали его на маленькие свертки. ФИО21 сказал, что данный наркотик – метадон, должен пока полежать в квартире. После чего ФИО21 ей говорил, что необходимо ехать в определенное место поднимать закладку, в котором уже будет расфасованный наркотик, забирать закладку с несколькими свертками и делать далее закладки. Так ФИО21 несколько раз, находясь в <адрес>, сам поднимал большие закладки и раскладывал их в разные места на более мелкие. Она в это время ходила рядом с ним, училась. После приехала ее сестра ФИО22, которая также проживала с ней. ФИО21 дал ей телефон, при помощи которого она должна была работать. В данном телефоне был контакт куратора, перед которым она должна была отчитываться. Он был записан как Шеф. Сестра знала, чем она и ФИО21 занимались. Когда ФИО21 уехал, она по указанию ФИО21 подняла закладку, внутри которой были свертки, всего 100 штук. Данную закладку она принесла домой. Она разложила 100 штук по 25 штук в 4 пакета. Примерно 10-15 штук она сама разложила в разных местах в <адрес>. Сестра взяла 25 свертков, 5 из них успела разложить. О проделанной работе она отчитывалась перед куратором – Шефом, а также перед ФИО21. Деньги приходили на банковскую карту ее сестры.

ФИО419 (ФИО21) рассказал ей, что занимается распространением наркотиков на протяжении 5 или 6 лет, также что он является одним из руководителей и кураторов, вербовщиков новых людей – закладчиков. Также о том, что в интернет-магазине, куратором которого является, человек из Республики Таджикистан, с которым он в доверительных отношениях на протяжении 5 лет. Зовут его сокращенно «ФИО181». Он, чтобы не рассекретить свои данные и информацию о себе, представлялся именами «ФИО184», «ФИО183», «ФИО186»т. Также ФИО419 (ФИО21) рассказал ей, как устроена работа и насколько хорошо налажена схема по продаже наркотиков у «ФИО183», что есть люди, работающие на него, которые занимаются поставкой наркотиков в <адрес>, а также отправляют посылки, перевозят большими объемами на машинах, поездах, самолетах. Есть отдельные люди, которые занимаются фасовкой товара для дальнейшего сбыта путем закладок. Есть отдельные люди, которые занимаются раскладыванием товара для наркоманов, которые приобретают наркотики. Каждый из этих людей использует максимальную зашифрованность, в том числе абонентские номера, оформленные не на их данные, сотовые телефоны, купленные на чужие данные, пересекают границу Российской Федерации исключительно на такси. Приехав в <адрес>, он связался с «ФИО183», который сообщил, что в <адрес> не получается начать работу и ФИО419 (ФИО21) снова поедет в <адрес> для фасовки и обучения ее раскладывать закладки. ФИО419 рассказал ей, что его мама тоже занимает статус вербовщика а также фасовщика в магазине «ФИО183», и что она сейчас тоже обучает девушку на территории другого региона. После того, как они приехали в <адрес>, Хасан (ФИО21) снял квартиру на <адрес> несколько дней ждали, когда приедет его мама по имени ФИО430. После ее приезда ФИО419 (ФИО21) созвонился с «ФИО183», который сообщил ему место закладки, которую необходимо забрать, расфасовать и разложить. ФИО419 (ФИО21) и его мама уехали на такси за закладкой. Вернувшись домой, они начали обучать ее фасовке наркотического средства. Они все вместе купили весы, изоленту, кофемолку, пакетики, которые использовали для фасовки наркотика на свертки. После проделанной работы ФИО419 (ФИО21) позвонил «ФИО183» и сообщил, что все готово и они могут начинать. Первую партию раскладывал ФИО419 (ФИО21) и его мама, она наблюдала. После первой партии ФИО419 (ФИО21) связал ее с «ФИО183», который просил называть его «ФИО184», который просил ее банковскую карту. Так как карты у нее не было, он сказал завести ей карту «<данные изъяты>», на которую он будет присылать ей деньги за оплату работы. Она попросила карту у сестры – ФИО4 ФИО21 сказал, что дальше она будет связываться напрямую с «ФИО183», а он поедет в <адрес>. Когда ФИО419 (ФИО21) уехал, она все равно отчитывалась ему о своей работе. Хасан (ФИО21), сказал, что он в розыске и сказал, что он ездил в Узбекистан и поменял свои паспортные данные на ФИО3 Спустя некоторое время к ней приехала сестра. Она использовала карту сестры для получения зарплаты от «Бахи». Хасану (ФИО21) «ФИО183» платил по 40000 рублей за то, что ФИО419 (ФИО21) устроил ее на работу. Хасан (ФИО21) купил ей телефон для работы. «ФИО183» стал переводить ей деньги за работу. Деньги поступали на карту ее сестры от человека – ФИО11 Когда она первый раз спросила у ФИО419 (ФИО21) почему ФИО25, он сказал, что это «ФИО183». Также ФИО419 (ФИО21) пояснил ей, что с деньгами никогда проблем не будет. За каждую сделанную закладку она получала по 400 рублей. ФИО419 (ФИО21) попросил банковскую карту сестры. Ему она нужна была, так как своей карты у него не было. В квартире на <адрес> до настоящего времени находится наркотик – героин, который ФИО21 ранее принес и оставил;

- показаниями свидетеля ФИО1, из которых следует, что у него в пользовании имеется две банковские карты «<данные изъяты>», одна из которых №. Данные карты оформлял для личного пользования примерно 1 год назад. В ДД.ММ.ГГГГ г. к нему обратился его брат ФИО1 Фаррухжон и попросил его банковскую карту № для пользования ФИО57 Он дал брату свою пластиковую карту, заканчивающуюся на <данные изъяты>, передал код для доступа в «<данные изъяты>». В ДД.ММ.ГГГГ г. ему пришло смс -сообщение, что все карты, которые оформлены на его имя, заблокированы. В Сбербанке ему пояснили, что карты заблокированы по причине подозрительных операций. Брат ему ничего не пояснил. В ходе обыска он выдал свой сотовый телефон, ответ из Сбербанка, а брат выдал 4 банковские карты, в том числе оформленные на его имя. Недавно он давал своему брату вторую свою карту, поэтому все карты находились при нем. Вторую карту он ему отдал, когда у него были заблокированы карты. Также он выдал свой сотовый телефон, а ФИО20 добровольно выдал свои 2 сотовых телефона. В ходе обыска брат пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ г. он понял, что через карты, которые он предоставил в пользование ФИО57, переводятся денежные средства за наркотические средства, что он знал, что через карты осуществляются данные операции, однако попыток предотвращения данной деятельности он не предпринимал. По окончанию обыска все участвующие лица ознакомились с протоколом обыска, также протокол был переведен переводчиком на таджикский. В ходе проведения обыска никакого давления со стороны сотрудников полиции оказано не было;

- заключениями проведенных по делу судебных экспертиз, установивших массу и идентифицировавших изъятые наркотические средства, а также определившими, что наркотические средства могли иметь общий источник происхождения по сырью и технологии изготовления основного наркотически активного компонента;

- материалами оперативно-розыскной деятельности, протоколами следственных действий и иными процессуальными документами, в том числе, протоколами осмотра мест происшествия, выемок, досмотров вещей и обысков по месту жительства, пребывания, в ходе которых были изъяты мобильные телефоны участников преступного сообщества, банковские карты, наркотические средства, получены сведения о движении денежных средств на счетах, протоколами осмотра изъятых предметов, а также документов, которые свидетельствуют о наличии непосредственных и опосредованных контактов между участниками сообщества, а также с потребителями наркотических средств, о движении значительных денежных средств на счетах, открытых, в том числе, на иных лиц.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание всех доказательств, подробно изложил существо показаний осужденных, свидетелей, а также сведения, зафиксированные в письменных доказательствах.

Все доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточными для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию на основании исследованных доказательств в соответствии со ст. 73 УПК РФ установлены правильно.

Вопреки доводам жалоб органами следствия при производстве предварительного расследования и судом, при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденных на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Тихана Л.П. об отсутствии перевода речи прокурора в прениях подсудимому ФИО5 у., что лишило последнего возможности участия в прениях, судом первой инстанции было обеспечено участие в судебных заседаниях переводчиков с узбекского, таджикского и киргизского языков. Тем самым осужденным была предоставлена возможность реализации предусмотренного уголовно-процессуальным законом права воспользоваться помощью переводчика, как при выступлении государственного обвинителя в прениях сторон, так и самим подсудимым выступить на родном языке.

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд удалился в совещательную комнату для вынесения итогового судебного решения всего на 20 минут, являются ни чем иным, как субъективным мнением автора апелляционной жалобы, поскольку действующими положениями уголовно-процессуального закона время нахождения суда в совещательной комнате не регламентировано. Сведений, которые бы свидетельствовали о нарушении судебной коллегией тайны совещательной комнаты, смысл которой установлен ст. 298 УПК РФ, из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания не усматривается. Сам по себе факт непродолжительности, с точки зрения авторов апелляционных жалоб, нахождения судебной коллегии в совещательной комнате при постановлении приговора не может свидетельствовать о нарушении норм уголовно-процессуального закона.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений. Пределы, установленные ст. 252 УПК РФ судом не нарушены.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку показаниям осужденных, как в судебном заседании, так и на различных этапах предварительного расследования, и обоснованно положил в основу обвинительного приговора показания осужденных, в том числе данные ими в ходе предварительного расследования, где они допрашивались в присутствии адвокатов и с участием переводчика, после разъяснения им процессуальных прав, включая право не свидетельствовать против самого себя и предупреждения о том, что показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу и в случае последующего отказа от них, при этом эти показания полно и достоверно отражают фактические обстоятельства дела, в достаточной мере последовательны, не противоречивы и объективно подтверждаются иными исследованными судом доказательствами, о чем суд привел в приговоре подробные и мотивированные суждения, с которыми судебная коллегия полностью соглашается.

Проведенный судом анализ содержания показаний осужденных свидетельствует о том, что они даны добровольно, при этом каждый из них сообщал только им известные детали событий. Достоверность сведений и правильность их изложения в протоколах допросов удостоверена подписями допрошенных лиц, их адвокатов и переводчиков, замечаний от которых не поступало.

При этом, вопреки доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия отмечает, что на момент проведения допросов отводов переводчику не заявлялось, их личность и уровень профессиональной компетенции были установлены следователем, в материалах дела имеются копии соответствующих документов об образовании. Переводчики были предупреждены об уголовной ответственности за заведомо ложный перевод. Протоколы допросов подписаны всеми участвующими лицами без замечаний, в том числе, относительно неясности осуществляемого перевода.

С учетом изложенного у суда первой инстанции не имелось оснований сомневаться в достоверности показаний осужденных, данных ими в ходе предварительного расследования, судебная коллегия оснований к тому также не усматривает, полагая, что суд обоснованно положил в основу приговора показания осужденных, данные ими в ходе предварительного следствия.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами актов обследования, составленных при задержании осужденных по причине отсутствия при их составлении переводчика, не имеется, поскольку данные процессуальные документы составлены в соответствии с положениями УПК РФ, в присутствии понятых и с участием самих осужденных. Данными процессуальными документами фиксировались факты обнаружения и изъятия наркотических средств и иных предметов до возбуждения уголовного дела. Поскольку сам по себе факт обследования еще не свидетельствует о начале уголовного преследования в отношении какого-то конкретного лица, обеспечение участия переводчика на этой стадии не является обязательным.

Более того, осужденные по окончании предварительного расследования знакомились с материалами уголовного дела с участием переводчиков и при этом каких-либо заявлений от них о несоответствии содержания данных документов фактическим обстоятельствам, не поступало. Свидетельскими показаниями понятых подтверждена правильность отражения в указанных актах фактов изъятия наркотических средств и иных предметов. Пояснения осужденных, данные ими в ходе указанных оперативных мероприятий, судом в качестве доказательств не принимались.

Показания положенных в основу приговора свидетелей и лиц, в отношении которых материалы дела выделены в отдельное производство, судом проверены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и обоснованно признаны достоверными, подтверждающими вину осужденных в совершенных преступлениях. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось, поскольку их заинтересованности в исходе дела и причин для оговора осужденных не установлено, а их показания в ходе предварительного и судебного следствия последовательны и стабильны, согласуются между собой, дополняют друг друга, подтверждаются иными доказательствами, исследованными судом, которые подробно приведены в приговоре.

Доводы стороны защиты о незаконном использовании в качестве доказательств недопустимых показаний ФИО64, которая была осуждена приговором суда в порядке особого производства, в связи с заключением с ней досудебного соглашения о сотрудничестве, несостоятельны и отклоняются судебной коллегией в качестве надуманного средства защиты.

Процессуальный статус ФИО64 исключал возможность предупреждения ее при допросе об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, что, однако, не препятствовало использованию ее показаний в качестве доказательства по делу, при этом допрашивать ранее осужденного соучастника в качестве свидетеля по выделенному уголовному делу уголовно-процессуальным законом не запрещено.

Соответственно, также на законных основаниях суд оглашал показания, которые ФИО64 давала в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой, обвиняемой, поскольку перед допросами следователь разъяснял ей права, а также предупреждал о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства, при каждом допросе присутствовал защитник.

Таким образом, показания ФИО64 обоснованно признаны судом относимыми, поскольку они получены с соблюдением требований ст. 281.1 УПК РФ и согласуются с другими исследованными в суде доказательствами.

Таким образом, судебной коллегией не установлено нарушений закона в ходе допросов ФИО64, заключившей досудебное соглашение, а также оснований к оговору ею осужденных, о чем в приговоре приведено убедительное обоснование, не согласиться с которым оснований не имеется. Отказ ФИО64 в суде от части своих прежних показаний, по убеждению судебной коллегии обусловлен коллективной солидарностью и стремлением оказать помощь и содействие членам преступной группы в уклонении от уголовной ответственности либо смягчении юридической оценки их действий. Судебная коллегия также приходит к убеждению, что отказ ФИО64 от своих прежних показаний наглядно демонстрирует попытки создать благоприятные условия для отстаивания осужденными своей позиции.

Положенные в основу приговора материалы оперативно-розыскной деятельности, рапорта, иные документы об их проведении, сведения, содержащиеся в документах, составленных по их результатам, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом, и приобщены к делу с соблюдением предписанной законом процедуры.

Суд обоснованно признал результаты, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий допустимыми доказательствами и сослался на них в приговоре, как на доказательства вины осужденных, поскольку судом установлено, что оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при наличии к тому оснований, предусмотренных ст. 7 указанного закона.

Как следует из представленных материалов, действия оперативных сотрудников были направлены на проверку имеющихся в их распоряжении сведений о причастности осужденных к незаконному сбыту наркотических средств, выявление их соучастников, документирование преступной деятельности осужденных. При этом судом не установлено фактов применения противоправных действий, направленных на склонение осужденных к сбыту наркотических средств.

Таким образом, вышеприведенные доказательства в своей совокупности указывают на то, что умысел на сбыт наркотических средств формировался у осужденных независимо от действий сотрудников полиции. У суда не имелось каких-либо оснований полагать, что фиксирование результатов оперативно-розыскных мероприятий проведено недостоверно, равно как и считать, что оперативными сотрудниками преследовалась личная заинтересованность при проведении оперативно-розыскных мероприятий и фиксировании их результатов.

Таким образом, оснований для признания показаний осужденных, свидетелей и протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами судом не установлено.

Все доказательства обвинения были добыты в ходе предварительного следствия в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, соответствующими должностными лицами в пределах их полномочий, с составлением соответствующих протоколов. Оснований для признания недопустимыми доказательствами каких-либо протоколов следственных действий, не имеется, поскольку все они отвечают требованиям УПК РФ. Все следственные действия по делу были проведены уполномоченными на то должностными лицами.

Вместе с этим, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Полянской А.Н. об игнорировании судом ходатайства о признании недопустимым доказательством показаний следователя ФИО63 в части объяснений ФИО1 при проведении у него обыска в жилище, судом из числа доказательств исключены показания Свидетель №2, Свидетель №35, Свидетель №34, Свидетель №36, Свидетель №33, ФИО449. – сотрудников полиции, свидетелей Свидетель №13, ФИО66 в части изложения ими обстоятельств совершения преступления, ставших им известных со слов всех подсудимых

Заключения проведенных по делу судебных экспертиз мотивированы и понятны, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы, изложенные в них, не содержат противоречий. Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и производстве данных экспертиз допущено не было.

Из материалов дела следует, что экспертизы по делу произведены в федеральном органе исполнительной власти на основании постановлений следователя, вынесенных в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, квалифицированными экспертами, имеющими соответствующее образование и полномочия. Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписью эксперта записи, удостоверяющие факт разъяснения процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований сомневаться в квалификации экспертов, проводивших по делу экспертные исследования, как и полагать, что экспертизы проведены некомпетентными лицами, с нарушением установленной процедуры, у судебной коллегии не имеется.

Оснований не доверять результатам исследования, изложенным в справках и заключениях эксперта, которые отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, судебная коллегия не усматривает, а потому справки и заключения экспертов обоснованно положены в основу приговора. Оснований для сомнений в компетенции специалистов и обладании ими теми специальными познаниями, в области которых проводились экспертизы, не имеется.

В соответствии с заключениями экспертиз, наркотические вещества, изъятые в различные периоды времени у фигурантов настоящего уголовного дела, могли иметь общий источник происхождения по сырью и технологии изготовления основного наркотически активного компонента.

Данных о том, что предварительное расследование и (или) судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, из материалов дела не усматривается.

Право стороны защиты на представление доказательств, заявление ходатайств, высказывание своего мнения по всем рассматриваемым в суде вопросам не ограничивалось, и было реализовано в соответствии с требованиями закона и пределов судебного разбирательства.

Ходатайства, заявленные в ходе судебного разбирательства по существу уголовного дела, разрешались судом в соответствии со ст. 271 УПК РФ.

Несогласие осужденных и их защитников с данной судом оценкой собранных по делу доказательств, юридической оценкой их действий не делает ее автоматически неверной и незаконной, поскольку в силу ч. 1 ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Доводы апелляционных жалоб, при указанных обстоятельствах, сводятся к переоценке сделанных судом выводов и вытекают из несогласия осужденных и их защитников с юридической оценкой содеянного ими.

Трактовка имевших место событий в том виде, в каком она представлена в апелляционных жалобах, не может быть признана состоятельной, поскольку противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам, правильная оценка которым дана в приговоре.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при расследовании уголовного дела и рассмотрении дела судом первой инстанции, влекущих отмену приговора, в том числе, на которые обращается внимание в апелляционных жалобах, допущено не было. Судом полностью соблюдена процедура судопроизводства, общие условия судебного разбирательства и принципы уголовного судопроизводства, а также права осужденных.

Суд первой инстанции уделил достаточно внимания проверке представленных сторонами доказательств, исследованию обоснованности обвинения, мотивов, побудивших осужденных к совершению инкриминированных им деяний, а также форме их соучастия в процессе этой преступной деятельности.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения имеющих значение для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, протоколов следственных действий либо экспертных выводов или других документов таким образом, чтобы это искажало смысл исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Иная позиция осужденных и их защитников на этот счет основана ни на чем ином, как на собственной интерпретации исследованных доказательств и признания их важности для дела без учета установленных ст. ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

В силу предоставленных законом полномочий вопрос о достаточности доказательств для постановления приговора подлежит разрешению судом. Достаточность доказательственной базы, положенной в основу приговора, для признания факта событий преступлений, причастности к ним осужденных и их виновности у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Утвержденное в предусмотренном законом порядке обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. В нем отражено существо обвинения и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, приведена формулировка предъявленного обвинения, от которого осужденные имели возможность защищаться всеми средствами и способами, не запрещенными УПК РФ.

В целом, доводы, приведенные в апелляционных жалобах осужденных и их защитников, а также стороной защиты в суде апелляционной инстанции, сводятся к отсутствию доказательств наличия в действиях осужденных составов преступлений, предусмотренных ч. 1 и ч. 2 ст. 210 УК РФ, а также об исключении из квалификации их действий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств квалифицирующего признака «организованной группой», поскольку они действовали простой группой лиц аналогичны доводам, которые выдвигались в заседании суда первой инстанции и мотивированно отвергнуты в приговоре, при этом обоснованность суждений суда первой инстанции, у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Доводы осужденных и их защитников об отсутствии доказательств участия осужденных в преступном сообществе (преступной организации), поскольку они не знали не только руководителей и других участников преступного сообщества, но и друг друга, их действиями никто не руководил, судом обоснованно отнесены к числу заведомо несостоятельных средств защиты, поскольку они полностью опровергаются как показаниями лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, так и показаниями свидетелей, сотрудников правоохранительных органов, письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, на основании которых судом объективно установлены конкретные обстоятельства функционирования межрегиональной преступной группы, которой были организованы деятельность интернет-магазина и схема сбыта наркотических средств, отличавшиеся детальной проработкой, распределением обязанностей и хорошей конспирацией, обстоятельства участия в деятельности указанной преступной группы осужденных.

Наличие организатора и руководителя преступного сообщества, руководителей структурных подразделений, поддержание строгой иерархической структуры, использование элементов конспирации по предотвращению либо затруднению обнаружения преступной деятельности правоохранительными органами, исключение личного контакта, как с приобретателями наркотических средств, так и контактов между организатором и иными членами преступной группы, использование мобильных средств связи и съёмных квартир для совершения преступлений, свидетельствуют об организованности и структурированности преступного сообщества.

Действия организаторов, руководителей преступного сообщества и осужденных, а также неустановленных лиц, являющихся членами преступного сообщества, носили совместный характер и являлись необходимым условием наступления единых преступных последствий, то есть, выполняя порученное в соответствии с распределением ролей, каждый участник тем самым реализовывал общую цель преступного сообщества на получение доходов от незаконного распространения наркотических средств, при этом осужденные в составе преступного сообщества действовали в своих личных интересах и имели своей целью достижение собственного материального благополучия. Исходя из особенностей предмета преступления, участники группы были осведомлены о роли других участников лишь в необходимых случаях. Совместность умысла обусловлена согласованностью действий указанных соучастников, которая была достигнута в результате устного соглашения, все участники преступной группы осознавали, что участвуют в совместных преступных действиях, по указаниям координаторов, руководителей преступного сообщества, согласно разработанной организатором преступной схемы.

Обстоятельства участия каждого из осужденных в совершении преступлений и объективно выполненные ими действия под руководством как известных им, так и неизвестных соучастников, в условиях тщательной конспирации с направленностью на незаконную реализацию наркотических средств, с получением дохода, фактически исключали какое-либо добросовестное заблуждение осужденных относительно их сопричастности к функционированию обширной по своему составу и иерархической по построению преступной организации, целью создания и функционирования которой являлся незаконный сбыт наркотических средств потребителям на территории Российской Федерации.

В результате стабильного взаимодействия соответствующих структурных подразделений при систематическом совершении преступлений участники преступного сообщества действовали слаженно и организованно, что подтверждается заключениями проведенных сравнительных экспертиз, согласно которым наркотические средства, изъятые в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении отдельных организованных групп, входящих в преступное сообщество могли иметь общий источник происхождения по сырью и технологии изготовления основного наркотически активного компонента, а также могли ранее составлять единую массу.

Тот факт, что руководитель преступного сообщества ФИО1, осуществлявший финансирование преступного сообщества, не имел непосредственных контактов с наркотическими средствами, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступлений, поскольку указанное лицо выполняло свои обязанности в соответствии с распределёнными ролями в общей схеме распространения наркотических средств.

Доводы осужденных о том, что с иными лицами, кроме членов непосредственной организованной группы, никогда знакомы не были, самостоятельно с ними не контактировали, свою преступную деятельность осуществляли обособленно от других лиц, никаких устойчивых связей с которыми не поддерживали, не исключают квалификации их действий как участие в преступном сообществе (руководство структурным подразделением), поскольку по смыслу уголовного закона, уголовная ответственность участника преступного сообщества (преступной организации) за действия, предусмотренные ч. 2 ст. 210 УК РФ, наступает независимо от его осведомленности о действиях других участников сообщества (организации), а также о времени, месте, способе и иных обстоятельствах планируемых и совершаемых преступлений.

Кроме того, ответственность по ч. 2 ст. 210 УК РФ наступает с момента вхождения в сообщество, независимо от того, что ряд участников присоединились к уже созданному преступному сообществу. Преступление в форме участия лица в преступном сообществе считается оконченным с момента совершения хотя бы одного из указанных преступлений или иных конкретных действий по обеспечению деятельности преступного сообщества. В результате исследованных доказательств суд обоснованно пришел к убеждению, что схема сбыта наркотических средств, ограничивающая информированность членов сообщества обо всех входящих в его состав участниках и контакт между ними, была специально разработана руководителями сообщества в целях безопасности и конспирации его преступной деятельности.

Таким образом, осужденные, вовлекаясь в состав преступного сообщества, понимали, что вступают в организацию, характеризующуюся устойчивостью, сложной структурой и общностью преступных замыслов и целей ее членов. Они были осведомлены о наличии других участников преступного сообщества, поскольку получали от них путем тайников, с целью последующего сбыта наркотические средства в крупном размере, вели с ними переписку выполняя их указания, в период своей деятельности отдельные осужденные имели разных кураторов, ездили по их поручениям в разные города РФ, где занимались сбытом наркотиков, соблюдали меры конспирации, были заинтересованы в функционировании преступного сообщества в связи с получением ими постоянного стабильного дохода от преступной деятельности.

Вопреки доводам жалоб неосведомленность отдельных осужденных о реальных данных участников преступного сообщества, в том числе об организаторе, обусловлена не их неучастием в деятельности преступного сообщества, а особенностями механизма совершения преступлений, не предполагающего непосредственных контактов руководителя преступного сообщества с его участниками, а также соблюдением в деятельности сообщества высокого уровня конспирации, при котором тесное межличностное общение не только не является необходимым, но и не приветствуется.

Проанализировав показания всех осужденных об обстоятельствах совершения лично ими преступлений и взаимодействия при их совершении с другими соучастниками, как лично, так и посредством переписок в интернет-приложениях, исследовав обнаруженные переписки, установив количество поставляемых наркотиков, организацию получения и сбыта наркотиков в различных субъектах РФ, распределение полученного преступного дохода в зависимости от роли в совершении преступлений, суд пришел к обоснованному выводу о том, что осужденный ФИО1 был создателем и руководителем преступного сообщества и его структурного подразделения, осужденные ФИО29 и ФИО7, ФИО3, ФИО5 у., ФИО9 у. и ФИО14 были руководителями структурных подразделений преступного сообщества, а остальные осужденные его участниками, поскольку судом установлено, что ФИО1 и другие неустановленные лица, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», создали преступное сообщество (преступную организацию), в которую вовлекли остальных подсудимых, осуществляли общее руководство деятельностью, распределяли роли, обеспечили материально-техническое функционирование деятельности преступной организации.

Так, ФИО1 и неустановленные лица, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», обладая необходимыми материальными средствами, были заинтересованы в создании преступного сообщества (преступной организации) и руководстве им (ею) в целях совместного осуществления незаконной деятельности путем совершения тяжкого и нескольких особо тяжких преступлений, связанных с незаконными сбытом и пересылкой наркотических средств, в значительном, крупном и особо крупном размерах, бесконтактным способом, путем организации тайников - «закладок» на территории Российской Федерации, с целью получения постоянных доходов, а ФИО29, ФИО3, ФИО7 у., ФИО5 у., ФИО9 у., ФИО14, наряду с ФИО1 руководили структурными подразделениями данного преступного сообщества, осуществляя контроль за их деятельностью, разработали способы совершения преступлений и сокрытия преступной деятельности, общие планы деятельности преступного сообщества, обеспечили конспирацию и распределение доходов между членами сообщества. Преступное сообщество функционировало в целях совместного осуществления незаконной деятельности, связанной с незаконными сбытом и пересылкой наркотических средств. Деятельность соучастников носила взаимодополняющий характер, была направлена на достижение общего корыстного результата - получение денежных средств от деятельности, связанных с незаконными сбытом и пересылкой наркотических средств.

Созданное ФИО1 и другими неустановленными лицами, представляющимися именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», преступное сообщество характеризовалось постоянством форм и методов преступной деятельности, имело иерархическую структуру, отличалось сплоченностью, устойчивостью преступных связей между структурными подразделениями, материально-технической оснащенностью, продолжительностью и масштабами преступной деятельности, целью которого являлось совершение преступлений, связанных с незаконными сбытом и пересылкой наркотических средств.

Преступное сообщество действовало на протяжении длительного времени - с ДД.ММ.ГГГГ до момента задержания его организатора ДД.ММ.ГГГГ, имела сложную внутреннюю структуру в виде функционально и территориально обособленных подразделений, руководителями которых являлись, в том числе ФИО1, а также ФИО29, ФИО3, ФИО7 у., ФИО5 у., ФИО9 у., ФИО14, выполнявшие организационные и управленческие функции в отношении преступного сообщества, его структурных подразделений, а также отдельных участников.

Каждое структурное подразделение имело внутреннюю структуру, между участниками были распределены функции, роли и обязанности для совершения преступлений, в соответствии с целями преступного сообщества, имеющего единое руководство. Конспирация обеспечивалась использованием в общении мессенджеров «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что исключало возможность прослушивания сотрудниками правоохранительных органов, а также разделением сбыта наркотиков территориально, что позволяло продолжать незаконную деятельность даже в случае выявления правоохранительными органами какого-либо из мест незаконного их сбыта.

Судом установлено, что ФИО2, ФИО4 к., ФИО6, ФИО8, ФИО13 - входили в состав преступного сообщества, которое занималось незаконным оборотом наркотических средств и имело сложную структуру со специальной системой иерархичности вовлеченных участников, внутри преступного сообщества существовали структурные подразделения (организованные группы), имеющие функциональную и территориальную обособленность. Деятельность структурных подразделений была разграничена по субъектам Российской Федерации, районам <адрес> и <адрес>, а между членами структурных подразделений распределены роли.

ФИО29, ФИО7 у. являлись руководителями структурного подразделения преступного сообщества, в состав которого входили ФИО2, ФИО8 и иные неустановленные лица, осуществлявшие хранение, фасовку и непосредственный сбыт наркотического средства – героин, через «закладки», с использованием информационно-телекоммуникационной сети, включая сеть «Интернет», на территории <адрес> и <адрес>, а также на территории <адрес>.

ФИО3 являлся руководителем структурного подразделения преступного сообщества, в состав которого входили ФИО64, осужденная приговором <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 к. и неустановленные лица, осуществлявшие хранение, фасовку и непосредственный незаконный сбыт наркотического средства – героин на территории <адрес> и <адрес>.

ФИО5 у. являлся руководителем структурного подразделения преступного сообщества, в состав которого входили ФИО6 и иные неустановленные лица, осуществлявшие хранение, фасовку наркотического средства и непосредственный незаконный сбыт наркотического средства – героин, через «закладки», с использованием информационно-телекоммуникационной сети, включая сеть «Интернет», на территории <адрес> и <адрес>.

ФИО9 у. и ФИО14 являлись взаимозаменяемыми руководителями структурного подразделения преступного сообщества, в состав которого входили ФИО13 и иные неустановленные лица, которые осуществляли хранение, фасовку наркотического средства и непосредственный незаконный сбыт наркотического средства – героин, через «закладки», с использованием информационно-телекоммуникационной сети, включая сеть «Интернет», на территории <адрес> и <адрес>.

ФИО1 и неустановленные лица являлись создателями сообщества (организации) и их руководителями, а также руководителями структурного подразделения, и, имея неустановленный канал поставки наркотического средства, приобретали крупные партии наркотика, которые передавали руководителям структурных подразделений преступного сообщества ФИО29 у.А., ФИО3, ФИО7 у., ФИО9 у., ФИО14 и неустановленным лицам. Для финансовых операций с денежными средствами ФИО1 на свое имя, на имя своего брата ФИО1, а также неустановленные лица, представляющиеся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184» открывали на иных лиц, не осведомленных о преступной деятельности преступного сообщества, расчетные счета в различных отделениях банков на территории России, куда зачислялись денежные средства, полученные от сбыта наркотического средства, была разработана и установлена схема распределения вырученных от продажи наркотических средств денежных средств, проводились банковские операции по распределению денежных средств между участниками преступного сообщества и их дальнейшему выводу на территорию Республики Таджикистан.

Участники преступного сообщества получали посредством указанных расчетных счетов заработную плату от создателей и руководителей преступного сообщества ФИО1 и неустановленного лица, представляющегося именем «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184».

В целях конспирации преступной деятельности, обмен сведениями о «закладках» наркотических средств, местах их расположения, видах и размерах, о получении крупных партий наркотических средств для последующего незаконного сбыта, об организации деятельности, мерах безопасности осуществлялся с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» посредством программ мгновенного обмена сообщениями «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». При расчетах с соучастниками, а также получении денежных средств от покупателей за наркотические средства, использовались банковские счета, зарегистрированные на третьих лиц, а также на ФИО1

Свидетели ФИО151, Свидетель №20, Свидетель №24 показали, что приобретали наркотическое средство героин в интернет-магазине с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Денежные средства в сумме 2500-3000 рублей за дозу переводили на указанные неизвестным лицом номера карт или по номеру телефона. Банковские карты были оформлены на разные фамилии, в том числе, на ФИО471., ФИО471. После этого отправляли чек на имя «ФИО183» и другие. После этого им присылали фото с координатами места, где находится закладка. Изложенное свидетельствует о длительности функционирования организованного преступного сообщества, едином механизме приобретения наркотических средств.

Судом, с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, письменных материалов уголовного дела, допросов свидетелей сделан верный вывод о том, что преступления совершены подсудимыми в составе организованной группы, возглавляемой ФИО1 и неустановленными лицом, представляющимся именем «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», которые осуществляли организационные, распорядительные и контролирующие функции, о четком распределении ролей между участниками организованной группы, выполнении определенных, свойственных только ему функций в рамках совершения преступлений каждым из участников организованной группы.

Не вызывает сомнений вывод суда о том, что все подсудимые были осведомлены о том, что кроме них самих в составе группы действуют и иные лица, при этом функции между членами организованной группы четко распределены, они отчитывались о проделанной работе перед другими лицами, получали на постоянной основе за выполнение преступной деятельности вознаграждение.

Отсутствие непосредственных контактов и личного знакомства между участниками группы, вопреки доводам апелляционных жалоб, свидетельствует о высокой степени конспирации и принятии мер для сохранения преступной деятельности втайне.

Судом верно установлено, что подсудимые осознавали свою принадлежность к организованной группе, заранее объединились для сбыта наркотических средств, в организованной группе имелись лица, выполняющие руководящую роль, каждый из подсудимых отчетливо понимал, что выполняя отведенную ему роль в организованной группе, реализовывал общую цель организованной группы, направленную на получение доходов от незаконного сбыта наркотических средств, также подсудимые понимали цели и задачи функционирования организованной группы, общественную опасность последствий от своей преступной деятельности, желая их наступления.

Указанные выводы суда первой инстанции судебная коллегия находит верными, исходя из показаний ФИО2 о том, что ФИО29 рассказал ему, что занимается распространением наркотического средства, пояснив, что получает «груз» - наркотическое средство от человека по имени Муслим. По объявлению в сети «интернет» нашли работу вместе с ФИО29. За каждое отправление он получал денежные средства. Подсудимый ФИО29 дал аналогичные показания.

Из показаний ФИО4 к. следует, что ФИО3 позвал ее вместе с сестрой работать. Позже стало понятно, что нужно раскладывать закладки с наркотиками.

Согласно показаниям ФИО8, последний приехал в <адрес> к другу ФИО7 на работу. Наркотики получали через Телеграмм. Деньги приходили только от ФИО7.

ФИО9 у. показал, что в сети «Интернет» нашел работу. Ему объяснили, что он должен будет наркотик забирать из одного места и перекладывать в другое. За 10 закладок пообещали 3500 рублей. Он раскладывал закладки, фотографировал и отправлял их неизвестному лицу «ФИО184». За это на банковскую карту перечислялись денежные средства. Аналогичные показания дал ФИО13, пояснив, что попросился работать с ФИО9 и ФИО27, которая его позвала на работу.

Из показаний ФИО27 следует, что в <адрес> она приехала вместе с ФИО9. Ей предложили работу – заниматься распространением наркотиков, на что она согласилась. Помогала ФИО9 смешивать наркотики. За неделю до задержания позвала работать ФИО13. Деньги получали на ее карту или ФИО9.

Созданное преступное сообщество (преступная организация) имело многоуровневую структуру с четкой иерархией, деятельность которого строилась на принципах совместного стремления к ежедневному увеличению прибыли от незаконного оборота наркотических средств; согласованности действий всех участников в период совершения преступлений для достижения общей преступной цели; характеризовалась масштабом преступной деятельности, заключавшейся в наличии постоянной сети незаконного сбыта наркотических средств на территории РФ, в том числе на территории <адрес> и <адрес>.

Совершение всех преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств на территории РФ, в том числе на территории <адрес> и <адрес>, было заранее спланировано, для этого использовалась сотовая связь, сеть «Интернет» и банковские расчетные счета, открытые в различных банках на различных физических лиц, что позволяло легализовывать денежные средства, поступившие от сбыта наркотического средства.

Приводя содержащееся в ч. 4 ст.35 УК РФ понятие соучастия в преступлении в форме преступного сообщества, последовательно анализируя разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в постановлении N 12 от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике рассмотрения уголовных дел от организации преступного сообщества или участия в нем», сопоставляя их с предъявленным обвинением защита подсудимых считает, что исходя из предъявленного обвинения, не установлено наличие руководителей структурных подразделений, а сами подсудимые не были осведомлены о характере и преступных планах неустановленных руководителей организованного преступного сообщества, в материалах дела отсутствуют доказательства существования самих структурных подразделений. При таких обстоятельствах ссылка в обвинении об устойчивости, организованности, наличии созданных по функциональному принципу обособленных групп, структурированности, иерархии и т.д., исключает квалификацию действий по ст. 210 УК РФ. Указывают, что никто из подсудимых не подтвердил, что кто-либо предлагал им вступил в преступное сообщество.

Вопреки доводам подсудимых и их защитников, в судебном заседании установлено, что деятельность по незаконному сбыту наркотического средства, заведомо для подсудимых осуществлялась в составе организованной группы и преступного сообщества, которым присущи все признаки указанных преступных формирований.

Исходя из анализа исследованных доказательств, выводов судебных экспертиз, имеются достаточные основания для вывода о том, что деятельность организованной группы, преступного сообщества рассчитывалась на длительное время и многократное совершение преступлений, характеризовалась элементами устойчивости, о чем свидетельствуют подбор участников, продолжительность существования, обусловленность преступного поведения ее членов единством умысла и четкости действий - путем распределения ролей, единство форм и методов противоправной деятельности, которые носили постоянный характер.

В процессе функционирования группы ее деятельность охватила территорию <адрес> и <адрес>, иных субъектов РФ, а организация обрела определенную структуру, состоящую из пяти структурных подразделений, обособленных функционально.

Таким образом, на протяжении всей деятельности преступного сообщества обеспечивалось функционирование одновременно не менее двух структурных подразделений, в каждом из которых помимо руководителя имелся один или несколько участников организованной группы.

Основополагающим фактором организации преступной деятельности являлась иерархичность и непосредственное подчинение неустановленным лицам, которые осуществляли руководство, координировали и планировали действия других членов группы, давая указания о необходимости получения очередной партии наркотического средства, районах размещения закладок с наркотическим средством и их общем количестве, отчитываться о количестве сделанных закладок и общем весе наркотического средства, полученного в результате его увеличения путем смешивания согласно инструкции, направляемой участникам преступного сообщества в виде видеоуроков. Руководителю преступного сообщества – ФИО1 и другими неустановленными лицами представляющихся именем «Баха», «Акам», «Муслим», «Али», были известны номера банковских карт, на которые поступали денежные средства от незаконного сбыта наркотического средства, при этом указанное лицо принимало решение о движении денежных средств – выплате вознаграждения участникам организованного преступного сообщества, легализации денежных средств.

Судом установлена структурированность сообщества, наличие территориально обособленных групп, роли отдельных его членов, в том числе, организаторов и рядовых членов. Судом достоверно установлено, что преступное сообщество создано для систематического совершения особо тяжких преступлений с целью получения финансовой выгоды, при этом именно руководителями структурных подразделений – ФИО1, ФИО29, ФИО3, ФИО7 у., ФИО5 у., ФИО9 у., ФИО14 определялись цели, разрабатывались планы совершения преступления после получения крупных партий наркотического средства, осуществлялась фасовка наркотического средства для осуществления последующих закладок, предназначенных для получения лицами, на которых была возложена функция дальнейшего распространения наркотического средства в разовых дозах для потребителей наркотика. Указанные лица определяли районы сбыта наркотического средства, давали указание членам организованного преступного сообщества, выполняющим функцию закладчиков, о размещении разовых доз наркотического средства в определенную дату и в обозначенном районе.

Из показаний подсудимых следует, что вышестоящие члены группы размещали информацию в интернете о возможной работе, которая заключалась в распространении наркотического средства, что свидетельствует о планах по расширению деятельности и вербовке новых членов.

При этом ФИО1, ФИО29, ФИО3, ФИО7 у., ФИО5 у., ФИО9 у., ФИО14 осознавали, что их указания как руководителей структурных подразделений организованной преступной группы, преступного сообщества согласно действовавшим в группе правилам поведения, обязательны для исполнения всеми подчиненными им участниками преступной деятельности.

По смыслу закона под участием в преступном сообществе (преступной организации) (часть 2 статьи 210 УК РФ) следует понимать вхождение в состав сообщества (организации), а также разработку планов по подготовке к совершению одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений и (или) непосредственное совершение указанных преступлений либо выполнение лицом функциональных обязанностей по обеспечению деятельности такого сообщества (финансирование, снабжение информацией, ведение документации, подыскание жертв преступлений, установление в целях совершения преступных действий контактов с должностными лицами государственных органов, лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческой или иной организации, создание условий совершения преступлений и т.п.).

Как установлено в судебном заседании, ФИО2, ФИО4 к., ФИО6, ФИО8, ФИО13 в преступном сообществе выполняли отведенную им роль, а именно - хранение и непосредственный сбыт наркотического средства потребителям. Подсудимые ФИО2, ФИО4 к., ФИО8, ФИО13 показали, что получив наркотическое средство из тайника-закладки, осуществляли сбыт наркотического средства путем пересылки либо помещения разовых доз наркотического средства в тайники-закладки, делали фото с указанием геолокации места нахождения наркотического средства, должны были пересылать указанные фото другим участника преступного сообщества для последующей передаче информации потребителям наркотического средства.

Вся преступная деятельность соучастников носила взаимодополняющий и нацеленный характер на достижение общего результата - получение денежных средств от незаконного сбыта наркотических средств, была согласованной и координировалась руководством преступного сообщества.

Таким образом, в рамках данного уголовного дела подтверждено наличие признаков, необходимых для квалификации действий подсудимых по ст. 210 УК РФ, а именно количественный состав участников, длительность существования и стабильность состава, единое руководство (организаторы и руководители структурных подразделений), цель создания - совместное совершение нескольких особо тяжких преступлений, масштабность преступной деятельности, ролей с выполнением конкретных задач и с разделением функций между ними.

При квалификации действий подсудимых судом учтены положения п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 12 "О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)" о том, что исходя из смысла части 5 статьи 35 УК РФ лицо, создавшее преступное сообщество (преступную организацию), его (ее) руководитель, а также лица, осуществляющие коллективное руководство таким сообществом (организацией), несут уголовную ответственность по части 1 статьи 210 УК РФ за совершение хотя бы одного из указанных в ней преступных действий, а также по соответствующим статьям Уголовного кодекса Российской Федерации за все совершенные другими участниками преступного сообщества (преступной организации) преступления без ссылки на часть 3 статьи 33 УК РФ и в том случае, когда указанные лица непосредственно не участвовали в совершении конкретных преступлений, но они охватывались их умыслом.

При этом в силу закона, уголовная ответственность за создание преступного сообщества (преступной организации) в целях совместного совершения тяжких и особо тяжких преступлений наступает с момента фактического образования указанного преступного сообщества (преступной организации). Если лицо или группа лиц присоединились к уже созданному преступному сообществу (преступной организации) в целях реализации преступных намерений, то их ответственность по ст. 210 УК РФ наступает с момента вхождения их в сообщество (организацию) в зависимости от фактически выполняемых ими действий. Уголовная ответственность участника преступного сообщества (преступной организации) за действия, предусмотренные ч. 2 ст. 210 УК РФ, наступает независимо от его осведомленности о действиях других участников сообщества (организации), а также о времени, месте, способе и иных обстоятельствах планируемых и совершаемых преступлений.

Поскольку, как установлено судом, преступное сообщество и его структурные подразделения были заведомо созданы для неоднократного совершения тяжких и особо тяжкого преступлений, основания для применения к подсудимым примечания 1 к ст. 210 УК РФ и освобождении их от уголовной ответственности за данное преступление не имеется.

Кроме того, согласно примечанию 2 к ст. 210 УК РФ условиями освобождения от уголовной ответственности по ст. 210 УК РФ является добровольное прекращение участия в преступном сообществе (организации) и активное способствование раскрытию или пресечению деятельности преступного сообщества (преступной организации) или входящего в него структурного подразделения и (или) раскрытию и (или) пресечению преступлений, совершенных преступным сообществом (преступной организацией) или входящим в него (нее) структурным подразделением. Между тем со стороны подсудимых подобных действий выполнено не было.

С учетом изложенного, действия осужденного ФИО1 суд обоснованно квалифицировал по ч.1 ст.210 УК РФ как создание преступного сообщества (преступную организацию) в целях совершения тяжкого и нескольких особо тяжких преступлений, руководство таким сообществом (организацией) и входящими в него (нее) структурными подразделениями.

Действия ФИО29 у.А., ФИО3, ФИО7 у., ФИО5 у., ФИО9 у., ФИО14 обоснованно квалифицированы судом по ч.1 ст.210 УК РФ как руководство входящим в преступное сообщество (преступную организацию) структурным подразделением.

Действия ФИО2, ФИО4 к., ФИО6, ФИО8, ФИО13 обоснованно квалифицированы по ч.2 ст.210 УК РФ как участие в преступном сообществе (преступной организации).

При этом суд привел в приговоре подробное обоснование такой юридической оценки.

Кроме того, при установленных судом обстоятельствах каждым из осужденных были совершены преступления, направленные против здоровья населения и общественной нравственности в сфере незаконного оборота наркотических средств.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 16 Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества или участия в нем», при совершении участником преступного сообщества тяжкого или особо тяжкого преступления его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210 УК РФ и соответствующей частью (пунктом) статьи УК РФ, с учетом квалифицирующего признака «организованной группой», в связи с чем, несостоятельность доводов осужденных и их защитников о необходимости исключения из юридической оценки совершенных ими преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств указанного квалифицирующего признака является заведомо очевидной.

Судом установлено, что неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», и ФИО1, создавая преступное сообщество (преступную организацию), распределили между собой преступные роли.

Так, неустановленное лицо создало в мессенджере «<данные изъяты>» интернет-магазин по реализации наркотических средств, вовлекло в преступное сообщество (преступную организацию) ее членов, как руководителей структурных подразделений, так и участников, имея неустановленный канал поставки наркотических средств, поставляло в преступное сообщество (преступную организацию) наркотические средства для последующей реализации, контролировало распределение денежных средств от преступной деятельности преступного сообщества (преступной организации), связанной с незаконным оборотом наркотических средств.

ФИО1 открывал банковские карты на свое имя и на третьих лиц, не осведомленных о преступной деятельности преступного сообщества (преступной организации), куда зачислялись денежные средства потребителями в счет оплаты за приобретенные наркотические средства, выводил поступившие денежные средства в легальный оборот, совершал финансовые операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения преступлений, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами.

В целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами, добытыми преступным путем, создатели и руководители преступного сообщества (преступной организации) - неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184» и ФИО1 разработали схему их легализации.

Судом установлено, что неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», и ФИО1 вовлекли в преступное сообщество (преступную организацию) ФИО3, ФИО4 к, ФИО64 (осужденную приговором <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО5 у., ФИО6, ФИО29, ФИО2, ФИО7 у., ФИО8, ФИО9 у., ФИО14, ФИО13, и неустановленных лиц.

В состав структурного подразделения преступного сообщества (преступной организации) под руководством Айтмамат уулу А. и ФИО7 у., входили ФИО2, ФИО8 и неустановленные лица, которых посредством мессенджера «<данные изъяты>», с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), вовлекло в преступное сообщество (преступную организацию) неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184». Айтмамат уулу А. и ФИО7 у. выполняли организационные, управленческие функции при незаконных приобретении, хранении, фасовке, перевозке, пересылке и сбыте наркотического средства, ФИО2, ФИО8 и неустановленные лица – незаконные приобретение, хранение, перевозку, пересылку и непосредственный сбыт, путем организации тайников – «закладок», наркотического средства потребителям, отправлением посылок с наркотическими средствами транспортной компанией ООО «<данные изъяты>».

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО29 получил посредством сети «интернет» от неустановленного лица, представляющегося именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», информацию о местонахождении тайника-закладки с наркотическим средством героин массой не менее № грамма. После чего, по указанию последнего, и ФИО2, по указанию руководителя структурного подразделения преступного сообщества (преступной организации) - ФИО29 у.А., перевезли неустановленный предмет в виде пылесоса, внутри которого находилось наркотическое средство – героин (диацетилморфин), общей массой не менее 15,91 грамма, то есть в крупном размере, в отделение транспортной компании ООО «<данные изъяты>», которое ДД.ММ.ГГГГ отправили посредством транспортной компании ООО «<данные изъяты>» посылкой на имя ФИО91 по адресу: <адрес>.

Аналогичным способом ФИО29 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ отправили посылку в виде радиатора отопления, внутри которого находилось наркотическое средство – героин (диацетилморфин), общей массой не менее № грамма, на имя ФИО91 по адресу: <адрес>. Вышеуказанные наркотические вещества получены ФИО500.

Установленные судом фактические обстоятельства подтверждаются исследованными доказательствами. Из показаний ФИО29 следует, что они с ФИО2 искали работу, наткнулись на работу по пересылке бытовых товаров в регионы России. Узнали, что это наркотические средства, когда доставили закладку, координаты которой прислали на телефон. Они внутрь бытового прибора поместили наркотические средства и отправили по адресу, который прислал ФИО183. Денежные средства за сбыт наркотического средства ФИО29 получал на свою карту, Кенжабаев на свою.

ФИО2 показал, что вместе с ФИО29 занимался сбытом наркотиков. На его карту приходили денежные средства за эту работу, думал, что от ФИО183.

Вес наркотического средства, изъятого у ФИО31, полученный от ФИО2 и Айтмамат установлен на основании справки об исследовании от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, а также приговора <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО91

При этом из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что вещества, изъятые в ходе личного досмотра ФИО91 и в ходе осмотра участка местности могли иметь общий источник происхождения по сырью и технологии изготовления основного наркотически активного компонента.

В ходе осмотра сотового телефона ФИО91 установлено, что ФИО91 осуществлял сбыт наркотического средства – героин (диацетилморфин), путем организации тайников-«закладок», связь поддерживал с абонентским номером +№, обнаружены фотографии с участками местности и географическими координатами. При осмотре телефонов ФИО29 обнаружены контакт «ФИО503» - а/н +№, входящие смс-сообщения о зачислениях денежных средств и снятии наличных денежных средств, а также связь с ФИО2. У ФИО2 установлена связь с абонентским номером +№, 248 фотографий с изображением участков местности и географическими координатами, а также отрезок бумаги с записями.

Вопреки доводам апелляционных жалоб адвокатов Одельского Е.А. и Муратшиной Е.В. в интересах ФИО2 и ФИО29 у.А. о непричастности последних к эпизодам по факту пересылки и сбыта наркотического средства массой № гр., из показаний свидетеля ФИО91 следует, что первый раз он получил посылку, в которой был пылесос, внутри которого находились свертки из черной изоленты.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №10, в конце ДД.ММ.ГГГГ двое мужчин, представившихся ей земляками из Киргизии, попросили ее отправить посылку с пылесосом через транспортную компанию «<данные изъяты>» в <адрес>, что она и сделала.

При этом, доводы о апелляционной жалобы адвоката Муратшиной Е.В. о том, что показания Свидетель №10 необоснованно положены судом в основу приговора, поскольку последняя является гражданкой Республики Кыргызстан, при этом показания давала на русском языке, являются несостоятельными, поскольку свидетель вправе давать показания на родном языке или языке, которым владеет, однако, обязательное участие переводчика при допросе в качестве свидетеля гражданина иностранного государства уголовно-процессуальным законом не предусмотрено.

Приведенные показания свидетелей ФИО91 и Свидетель №10 согласуются с показаниями ФИО2 о том, что он и ФИО29 по указанию «ФИО183» отправили около 4 посылок, в том числе, в <адрес>.

При осмотре сотового телефона ФИО29 у.А. обнаружен контакт «ФИО503» - абонентский номер +№. Связь с указанным абонентским номером обнаружена также при осмотре сотовых телефонов ФИО2 и ФИО91

Исследованными доказательствами установлено, что на банковские карты ФИО29 и ФИО2 поступали денежные средства с расчетных счетов банковских карт, подконтрольных ФИО1. ФИО29 и Кенжебаев не имели легального источника дохода, им было достоверно известно о поступлении на их банковские карты денежных средств от незаконного сбыта наркотического средства, что ФИО29 и ФИО2 подтвердили в судебном заседании.

Анализируя вышеизложенное в совокупности судебная коллегия приходит к выводу о несостоятельности указанных доводов апелляционных жалоб защитников.

Действия ФИО1, ФИО29 у.А. и ФИО32 по указанным фактам суд верно квалифицировал по:

- п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - незаконная пересылка наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (героин № грамма);

- п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (героин № грамма);

- п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - незаконная пересылка наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (героин № грамма);

- п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (героин № грамма).

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что обвинение в совершении незаконного сбыта наркотического средства героин является излишне вмененным, в силу ч. 1 ст. 17 УК РФ, совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, ни за одно из которых лицо не было осуждено, за исключением случаев, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части Кодекса в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. При совокупности преступлений лицо несет уголовную ответственность за каждое совершенное преступление по соответствующей статье или части статьи УК РФ.

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами", под незаконным сбытом наркотических средств понимается незаконная деятельность лица, направленная на их возмездную либо безвозмездную реализацию другому лицу - приобретателю. При этом сама передача лицом реализуемых средств приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно, путем сообщения о месте их хранения приобретателю, размещения закладки в обусловленном с ним месте.

В соответствии с п. 17 указанного постановления Пленума, под незаконной пересылкой понимаются действия лица, направленные на перемещение наркотических средств адресату, в том числе в почтовых отправлениях, посылках, багаже с использованием средств почтовой связи, воздушного или другого вида транспорта. При этом ответственность лица по статье 228.1 УК РФ как за оконченное преступление наступает с момента отправления посылки, багажа с содержащимися в нем указанными средствами, независимо от получения их адресатом. Исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств, признанных в приговоре доказанными, судом сделан правильный вывод о совершении Айтмаматом у.А. и ФИО2 в составе организованной группы, имеющей единый преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, самостоятельных преступлений (пересылки и сбыта).

По смыслу уголовного закона действия по пересылке и сбыту наркотических средств, ответственность за которые предусмотрена ст. 228.1 УК РФ, являются самостоятельными преступлениями, предусматривающими отдельную уголовную ответственность.

Действия ФИО29 у.А. и ФИО2 предполагали в каждом конкретном случае самостоятельное разрешение вопросов, связанных с пересылкой и сбытом полученного ими с этой целью наркотического средства, поскольку были совершены со значительным промежутком во времени, на индивидуально оговоренных условиях, в отношении разного объема наркотических средств, то есть указанные преступления не являются продолжаемыми.

Судом установлено, что в состав структурного подразделения преступного сообщества (преступной организации) под руководством ФИО3, входили ФИО4 к., ФИО64, осужденная приговором <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, и неустановленные лица, которых вовлек в преступную деятельность ФИО3 При этом, ФИО3 выполнял организационные, управленческие функции, контроль за деятельностью участников структурного подразделения при незаконном приобретении, хранении, фасовке и сбыте наркотических средств, ФИО4 к., ФИО64 и неустановленные лица – незаконные приобретение, хранение, расфасовку и непосредственный сбыт, путем организации тайников–«закладок» наркотического средства потребителям.

Исследованными доказательствами установлено, что ФИО3 обучал сестер ФИО147 незаконной деятельности по сбыту наркотических средств, при необходимости самостоятельно осуществлял доставку в <адрес> наркотических средств, арендовал квартиры, осуществлял фасовку наркотических средств самостоятельно или совместно с ФИО64 и неустановленными лицами на мелкие партии в арендованной квартире по адресу: <адрес>, для последующей реализации. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО64 по указанию ФИО3 незаконно приобрела путем извлечения из тайника–«закладки» сверток, внутри которого находилось не менее 30 свертков из изоленты черного цвета с наркотическим средством – героин (диацетилморфин), общей массой не менее № грамма, в крупном размере, которое переместила в <адрес>, по адресу своего проживания совместно с ФИО4 к. и ФИО3 В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 незаконно приобрел путем извлечения из скрытого тайника-«закладки» наркотическое средство - героин (диацетилморфин), общей массой не менее № грамма и общей массой не менее № грамма, в крупном размере, и наркотическое средство - метадон, общей массой не менее № грамма, в крупном размере, которые переместил в <адрес>, по адресу совместного проживания с ФИО4 к. и ФИО64, где расфасовал вышеуказанное наркотическое средство на более мелкие партии в количестве не менее 100 свертков, обернув каждый изолентой черного цвета и дал указания ФИО64 и ФИО4 к. о необходимости хранения наркотических средств в вышеуказанной квартире, с целью дальнейшего незаконного сбыта потребителям.

Не позднее 17 час. 55 мин. ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 к., согласно отведенной ей роли, поместила наркотическое средство героин (диацетилморфин) общей массой не менее № грамма, упакованное в 30 свертков, перемотанных изолентой черного цвета, в карманы своей одежды, где стала хранить, с целью дальнейшего незаконного сбыта.

Однако, неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», ФИО1, ФИО3, ФИО4 к., ФИО64, и неустановленные лица довести свои преступные действия, направленные на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно–телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере не смогли, по независящим от них обстоятельствам, так как ДД.ММ.ГГГГ, в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «<данные изъяты>», ФИО4 к. была задержана, в ходе исследования предметов ее одежды обнаружено и изъято наркотическое средство общей массой № грамма.

В тот же день в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «<данные изъяты>» по месту совместного проживания ФИО4 к., ФИО64 и ФИО3 по адресу: <адрес>, обнаружены и изъяты наркотические средства – метадон массой № грамма, героин (диацетилморфин) массой № грамма.

ДД.ММ.ГГГГ, в ходе проведения проверки показаний обвиняемой ФИО64 на месте, в вытяжке, расположенной в кухне <адрес>, обнаружено и изъято 2 полимерных пакета, в каждом из которых находилось по 50 свертков, в каждом из которых находилось наркотическое средство – героин (диацетилморфин) общей массой № г.

Установленные судом фактические обстоятельства подтверждаются исследованными доказательствами, а именно, показаниями ФИО4 к. о том, что она приехала в <адрес> к сестре, которая рассказала, что распространяет наркотики. ФИО147 стала ей помогать в этом. ДД.ММ.ГГГГ ФИО64 через мессенджер «<данные изъяты>» позвонил ФИО3 и сказал, чтобы они брали свертки с наркотиками из мешка, который он оставил, и раскладывали их в закладки, за что им будут платить деньги.

Показаниями ФИО64 установлено, что через ФИО3 она получила работу «закладчика» наркотических средств. ФИО3 снял им квартиру. Вместе с сестрой они раскладывали наркотики. Деньги поступали на карту сестры от ФИО11. ФИО3 сказал, что это «ФИО183».

Согласно акту исследования предметов одежды ФИО4 к. от ДД.ММ.ГГГГ, в кармане надетой на ней куртки обнаружено и изъято 5 свертков. В кармане джинс, надетых на ФИО4 к., обнаружен и изъят пакет из прозрачной полимерной пленки, внутри которого находилось 25 свертков.

Согласно акту «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ по месту проживания ФИО4 к. и ФИО64 с ФИО3 также изъяты наркотические вещества в 3-х полимерных пакетах, сотовые телефоны <данные изъяты>, <данные изъяты>, два телефона <данные изъяты>.

Вес наркотического средства, изъятого у ФИО147, а также по месту их проживания установлен заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом также установлено, что наркотическое средство, изъятое ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения обследования предметов одежды ФИО4 к. и в ходе проведения обследования жилища ФИО4 к., ФИО64 по адресу: <адрес>, и наркотическое средство, изъятое ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения проверки показаний ФИО64 на месте по адресу: <адрес>, могли ранее составлять единую массу, что свидетельствует о несостоятельности доводов апелляционной жалобы адвоката Тарасовой Е.А. в интересах ФИО4 К. о незаконности присоединения к обвинению ФИО4 к. факта обнаружения наркотического средства ДД.ММ.ГГГГ в ходе проверки показаний на месте ФИО64 в кухне квартиры по адресу: <адрес>.

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ в сотовом телефоне ФИО4 к. обнаружена связь с ФИО64 (Опам) о деятельности по незаконному обороту наркотических средств. В сотовом телефоне «<данные изъяты>» Свидетель №12у. обнаружены 20 фотографий от ДД.ММ.ГГГГ с изображением участков местности с координатами. По банковской карте, открытой на ФИО3, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись операции по зачислению и списанию денежных средств суммами от 500 до 18 000 рублей с банковской картой №, оформленной на ФИО4 к. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись операции по зачислению денежных средств суммами от 500 до 15 000 рублей с банковской карты №, оформленной на ФИО11 По банковской карте №, открытой на ФИО4 к., в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, обнаружены операции по зачислению денежных средств в сумме от 400 до 50 000 рублей с банковской карты №, оформленной на ФИО11, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ обнаружены операции по списанию денежных средств в сумме от 20 до 18 000 рублей на банковские карты №№, №, №, оформленные на ФИО92 и ФИО3

Обстоятельства, установленные при исследовании письменных доказательств подтверждаются показаниями свидетелей Свидетель №33, Свидетель №11у., Свидетель №12у. о том, что им известно о том, что ФИО147 занимались распространением наркотических средств, а также показаниями сотрудников полиции, свидетелей ФИО79, Свидетель №13, ФИО66

В ходе осмотра сотового телефона ФИО3 обнаружены контакты: «ФИО511» - а/н +№, «ФИО25» - а/н +№, а также фотографии с изображением участков местности.

Действия ФИО1, ФИО3 и ФИО4 к. по указанным фактам суд верно квалифицировал по ч. 3 ст. 30, п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (героин № гр., № гр., № гр., метадон № грамма).

В состав структурного подразделения преступного сообщества (преступной организации) входили ФИО5 у., ФИО6 и неустановленные лица. ФИО5 у. выполнял функции по незаконному приобретению, хранению, фасовке и сбыту наркотических средств, ФИО6 – незаконное приобретение, хранение и непосредственный сбыт, путем организации тайников – «закладок» наркотического средства потребителям.

ФИО5 к. и неустановленные лица, получив сообщение от неустановленного лица, представляющегося именами «ФИО183», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184» о месте нахождения крупной партии наркотического средства – героин (диацетилморфин), общей массой не менее № грамма, извлекли данную крупную партию наркотических средств из тайника-«закладки», которую переместили в <адрес>, где смешали с наполнителем, расфасовали на мелкие свертки в количестве 1000 штук, затем поместили в тайник-«закладку», о чем ФИО5 у. сообщил неустановленному лицу, представляющегося именами «ФИО181», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», которое, в свою очередь, сообщило о месте нахождения тайника-«закладки» другой участнице преступного сообщества ФИО6

ФИО6 получила посредством сети «интернет» от неустановленного лица, информацию о местонахождении тайника-закладки с наркотическим средством, после чего извлекла из тайника-«закладки» сверток из изоленты черного цвета, внутри которого находилось 100 свертков из изоленты черного цвета, с наркотическим средством — героин (диацетилморфин), общей массой не менее № грамма, в крупном размере, который стала хранить при себе с целью дальнейшего сбыта путем организации тайников–«закладок». Однако, неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО181», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», ФИО1, ФИО5 у., ФИО6 и неустановленные лица довести преступные действия, направленные на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно–телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, не смогли, по независящим от них обстоятельствам, так как ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 была задержана, в ходе исследования предметов одежды ФИО6 в полиэтиленовом пакете, находившемся при ней, обнаружен и изъят вышеуказанный сверток.

Установленные судом фактические обстоятельства подтверждаются исследованными доказательствами.

Согласно акту наблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, с 08.00 час. ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками полиции велось наблюдение за ФИО6, которая проследовала к углу металлического гаража, расположенного примерно в 15 метрах напротив последнего подъезда <адрес>, где была задержана.

Согласно акту исследования предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе исследования предметов одежды ФИО6 и предметов, находившихся при ней, обнаружены и изъяты сверток, перемотанный липкой лентой черного цвета, внутри которого 100 свертков, перемотанных липкой лентой черного цвета, с веществом; сотовый телефон марки «<данные изъяты>».

Согласно акту наблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, с 08.00 час. ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками полиции велось наблюдение за вышеуказанным участком местности. Примерно в 15 час. 50 мин. к данному участку местности подошли ФИО5 у. и ФИО524. и были задержаны.

Согласно акта обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, произведено обследование жилища ФИО5 у. по адресу: <адрес>, в ходе которого обнаружен и изъят блендер «<данные изъяты>», два сотовых телефона «<данные изъяты>», электронные весы серебристого цвета, электронные весы «<данные изъяты>», отрезки из полиэтилена черного цвета, прозрачные полиэтиленовые пакеты, 2 мотка черной липкой ленты.

В ходе осмотра сотовых телефонов ФИО5 у. обнаружена переписка с абонентом «ФИО525», в ходе которой ФИО5 у. дается инструкция по расфасовке 1 кг наркотического средства, путем смешивания с 200 гр нейтрального наполнителя в виде чая, измельчения при помощи кофемолки, взвешивания и расфасовки 1200 грамм, а также о необходимости расфасовки 50 грамм смешанного вещества на 100 свёртков по 0,5 грамма, геолокацией. Также обнаружен контакт «ФИО526» - а/н +№, а также фотографии с изображением участков местности, видеозаписи и голосовые сообщения на этническом языке о преступной деятельности по незаконному обороту наркотических средств.

В ходе осмотра сотового телефона ФИО6 обнаружена переписка с а/н +№, в которой имеется входящее сообщение с изображением участка местности у металлического гаража по адресу: <адрес> с пояснением: 100 штук. Также имеется переписка с абонентом +№, в которой имеется входящее сообщение с видеофайлом, обозначающим точное место у металлического гаража (аналогичная видеозапись имеется в телефоне ФИО5 у. в переписке с неустановленным лицом «ФИО186»). В папке фото «Скриншот» имеется 2 фотографии экрана мобильного телефона с указанием точного адреса: <адрес> (у металлического гаража) с пояснением 100 шт. В папке внутренняя память «Whats App - Media - Whats App – Images – Sent» находятся фотографии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на которых указаны точные места участков местности с обозначением точного места крестиком, указанием координат и адреса расположения участков местности. Также обнаружено мобильное приложение «SuzveyCam», с помощью которого производятся фотографии с указанием точных координат и адреса местоположения фотографируемого объекта.

Обстоятельства получения подсудимыми денежных средств за деятельность по распространению наркотических средств подтверждаются протоколами осмотров выписок по движению денежных средств. Так, в ходе осмотра движения денежных средств по счетам ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 осуществляла переводы денежных средств, в сумме 25000 рублей на банковскую карту ПАО «Сбербанк» №, оформленную на ФИО1, а также банковские карты, используемые неустановленным лицом, представляющимся именами «Баха», «Акам», «Муслим», «Али», а также ФИО1, оформленные на неустановленных лиц. Установлено, что на банковскую карту ФИО6 осуществились зачисления денежных средств с банковской карты ПАО «Сбербанк» №, оформленной на ФИО71, которая находилась в пользовании ФИО6

Вышеизложенными доказательствами опровергаются доводы апелляционной жалобы осужденной ФИО6 о ее непричастности к незаконному сбыту наркотических средств и деятельности преступного сообщества. Так, из показаний свидетелей Свидетель №20, Свидетель №24, ФИО151 следует, что абонентский номер +№, с которым обнаружена переписка в телефоне ФИО6, использовался лицом, которое занималось продажей наркотических средств посредством интернет-магазина в мессенджере «<данные изъяты>». Переписка с указанным абонентским номером обнаружена и в телефонах других участников преступного сообщества, в частности, ФИО29 у.А., ФИО3, а также ФИО91

Действия ФИО1, ФИО5 у. и ФИО6 по указанным фактам суд верно квалифицировал по ч. 3 ст. 30, п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (героин № гр.).

Судом установлено, что в состав структурного подразделения преступного сообщества под руководством ФИО7 у. входили ФИО8 и неустановленные лица. ФИО7 у. выполнял организационные, управленческие функции при незаконном приобретении, хранении, фасовке и сбыте наркотических средств, ФИО8 и неустановленные лица – незаконное приобретение, хранение и непосредственный сбыт, путем организации тайников–«закладок» наркотического средства потребителям.

ФИО7 у. и ФИО8 получили посредством сети «интернет» от неустановленного лица, представляющегося именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО531», наркотическое средство - героин (диацетилморфин), общей массой не менее № грамма, которое переместили в <адрес>, а также на прилегающую к нему территорию. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 у. и ФИО8, действуя согласно отведенной им роли, при помощи кофемолки, детского чая «<данные изъяты>», изоленты, электронных весов, с целью увеличения объемов наркотического средства, смешали героин (диацетилморфин) с наполнителем в виде детского чая «<данные изъяты>», после чего расфасовали часть наркотического средства на более мелкие партии в количестве не менее 829 свертков, обернув каждый изолентой, а часть наркотического средства оставили в не расфасованном виде. После чего, продолжали хранить указанное выше наркотическое средство в особо крупном размере для последующей передачи участникам структурного подразделения под руководством ФИО9 у. и ФИО14 и другим участникам преступного сообщества, с целью дальнейшего незаконного сбыта приобретателям, которые оплату за покупку наркотического средства должны были осуществить на банковские карты, находящиеся в пользовании ФИО1

Однако, довести преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотического средства не смогли, поскольку ДД.ММ.ГГГГ были задержаны, наркотическое средство было изъято.

Согласно акту обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе обследования жилища по адресу: <адрес>, в доме и на прилегающей территории изъяты упаковочный материал, мотки изоляционной ленты, кофемолка, банка с детским чаем «<данные изъяты>», свертки и банка с наркотическим веществом.

Согласно заключению эксперта установлено, что наркотические средства, изъятые по месту жительства ФИО7 у. и ФИО8, содержат в своем составе героин (диацетилморфин), могли иметь общий источник происхождения по сырью и технологии изготовления основного наркотически активного компонента.

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ в сотовых телефонах ФИО7 у. обнаружены фотографии, подтверждающие причастность к незаконному обороту наркотических средств, а также связь с ФИО8

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ в сотовом телефоне ФИО8 обнаружены фотографии, подтверждающие причастность к незаконному обороту наркотических средств, а также связь с ФИО7 у.

Согласно протоколам осмотра предметов, на ФИО8 открыты банковские карты №, №, по которым обнаружены операции на территории <адрес> и <адрес>, а так же операции между банковской картой № и банковской картой №, оформленной на ФИО7 у.

Согласно ответу из ПАО «Сбербанк» № от ДД.ММ.ГГГГ о движении денежных средств по банковским картам и счета, на ФИО7 у. оформлена банковская карта №. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись операции по зачислению денежных средств в сумме от 8000 до 56 000 рублей с банковских карт №№, №, оформленные на ФИО11

Исследованные письменные доказательства подтверждаются показаниями допрошенных свидетелей Свидетель №17, ФИО87

Действия ФИО1, ФИО7 у. и ФИО8 по указанным фактам суд верно квалифицировал по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ – как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере (№ гр.).

Судом установлено, что в состав структурного подразделения преступного сообщества (преступной организации) под руководством взаимозаменяемых руководителей ФИО9 у. и ФИО14, входили ФИО13 и неустановленные лица. Взаимозаменяемые руководители ФИО9 у. и ФИО14 выполняли организационные, управленческие функции, контроль за деятельностью участников структурного подразделения, при незаконном приобретении, хранении, фасовке и сбыте наркотических средств, ФИО13 и неустановленные лица – незаконные приобретение, хранение, фасовку и непосредственный сбыт, путем организации тайников–«закладок» наркотического средства потребителям.

Согласно акту наблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, в отношении ФИО9 и ФИО13 проводилось ОРМ «<данные изъяты>», в ходе которого последние были задержаны у <адрес>.

Согласно акту исследования предметов от ДД.ММ.ГГГГ, при исследовании предметов одежды ФИО9 у. в правом кармане надетых на нем брюк обнаружено и изъято 7 свертков из изоленты черного цвета, с веществом внутри; в трусах, надетых на нем, обнаружено и изъято 10 свертков из изоленты черного цвета, с веществом внутри. В левом кармане надетых на нем брюк обнаружено и изъято два сотовых телефона «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>».

Согласно акту обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, в жилище ФИО9 у., ФИО13, ФИО14 обнаружено и изъято 104 свертка, из которых 50 свертков из изоленты черного цвета с веществом внутри и 54 свертка из изоленты синего цвета с веществом внутри; электронные весы серебристого цвета, электронные весы «<данные изъяты>», 8 мотков изоленты синего цвета, кассовый чек ТЦ «<данные изъяты>», два сотовых телефона в корпусе черного цвета, банковская карта ПАО «<данные изъяты>» №.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, вещества, изъятые у ФИО7 у. и ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения обследования жилища по адресу: <адрес>, у ФИО9 у. ДД.ММ.ГГГГ в ходе исследования предметов одежды, на участке местности, расположенном у дома. <адрес>, у ФИО9 у., ФИО13 и ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения обследования жилища по адресу: <адрес>, у Свидетель №20 ДД.ММ.ГГГГ в ходе личного досмотра, могли иметь общий источник происхождения по сырью и технологии изготовления основного наркотически активного компонента.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, абонентский номер +№, находившийся в пользовании ФИО14, зарегистрирован на третье лицо, являющееся гражданином Республики Узбекистан. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обнаружено более 20 соединений с абонентом +№, находящимся в пользовании ФИО9 у., на территории <адрес>. 18 соединений с абонентом +№, находящимся в пользовании ФИО13, на территории <адрес>.

Вместе с тем, сведениями, предоставленными ПАО «<данные изъяты>» установлено, что данный абонентский номер в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ действовал на территории <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ действовал в районе адреса: <адрес>, то есть вблизи места, где Свидетель №20 приобрел наркотическое средство - героин, массой № г., что опровергает доводы апелляционной жалобы адвоката Юдичева В.Н. в интересах ФИО13 о недоказанности обвинения последнего в сбыте наркотических средств Свидетель №20, о том, что ФИО13 не знал <адрес> и не мог самостоятельно выехать в <адрес>.

Согласно протоколу личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, Свидетель №20 выдал сверток из изоленты черного цвета с веществом внутри, сотовый телефон «<данные изъяты>».

Согласно ответу из АО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО93 было осуществлено не менее 2 переводов с принадлежащей ему карты АО «<данные изъяты>» №******№ в сумме 3000 рублей (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) на банковскую карту ПАО «<данные изъяты>» №******№, находящуюся в пользовании ФИО1

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, установлены зачисления на банковские карты, принадлежащие ФИО9 у. и ФИО14 с банковской карты №, оформленной на ФИО11. Обнаружено движение денежных средств между банковскими картами, оформленными на ФИО9 у., ФИО14,

Исследованные письменные доказательства, подтверждаются показаниями допрошенных свидетелей Свидетель №3, Свидетель №36, Свидетель №34, Свидетель №35

Действия ФИО1, ФИО7 у., ФИО8 ФИО9 у., ФИО14, ФИО13 по указанным фактам суд верно квалифицировал по ч. 3 ст. 30, п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (№ гр., № гр.); по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – как незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно – телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой (1,40 гр.) – сбыт Свидетель №20

При этом, вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО8 и его защитника Дмитриевой К.П., то обстоятельство, что на момент изъятия наркотического средства героин у ФИО9, по месту жительства ФИО9, ФИО13 и ФИО14, а также сбыта наркотического средства героин Свидетель №20 ФИО8 и ФИО7 содержались в СИЗО, не свидетельствует о непричастности ФИО8 и ФИО7 к совершению указанных преступлений, поскольку, как установлено судом, ФИО8 и ФИО7 выполнили часть действий, составляющих объективную сторону незаконного сбыта наркотических средств, а именно, для последующей передачи участникам структурного подразделения под руководством ФИО9 и ФИО14 приобрели наркотические средства, смешали их с наполнителем, расфасовали, упаковали, после чего поместили в тайник-закладку.

Судом установлено, что структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации) под руководством ФИО1 и неустановленного лица, представляющегося именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», отвечало за финансовую составляющую преступного сообщества. ФИО1 и неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО528», «ФИО525», «ФИО183», «ФИО184» открывали банковские счета в ПАО «<данные изъяты>», как на участников преступного сообщества, в том числе ФИО1, так и лиц, не осведомленных о преступной деятельности преступного сообщества, проводили операции с денежными средствами, полученными от систематических незаконных сбытов наркотических средств, проводили банковские операции по распределению денежных средств между участниками преступного сообщества и их дальнейшему выводу на территорию Республики Таджикистан, а также осуществляли незаконный сбыт наркотических средств на территории Российской Федерации, в том числе, <адрес> и <адрес>.

Неустановленное лицо, представляющееся именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», ФИО1 и неустановленные лица совершили финансовые операции с денежными средствами на общую сумму 42 485 028 рублей, организованной группой, в особо крупном размере, полученными от незаконного оборота наркотических средств, то есть легализовали (отмыли) их.

В соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", под легализацией понимается придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученным в результате совершения преступления.

В соответствии с пунктами 6, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества заведомо добытого преступным путем" под финансовыми операциями для целей статей 174, 174.1 УК РФ понимаются любые операции с денежными средствами, в том числе наличные и безналичные расчеты, кассовые операции, перевод или размен денежных средств, обмен одной валюты на другую и т.п.

При этом, по смыслу закона, указанные финансовые операции заведомо для виновного маскируют связь легализуемого имущества с преступным источником его происхождения.

Судом первой инстанции было установлено, что подсудимые за свою преступную деятельность, связанную с незаконным сбытом наркотического средства, получали прибыль, что следует из показаний свидетелей Свидетель №20, ФИО151, Свидетель №24 о том, что они приобретали наркотическое средство в интернет-магазине, оплата производилась переводом на указанную неизвестным лицом банковскую карту

Полученные организованной группой денежные средства в сумме 42 485 028 рублей от незаконного сбыта наркотических средств выводились на счета банковских карт, подконтрольных участникам преступного сообщества. При этом владельцы карт, не обладали сведениями о совершенных преступлениях, и данные финансовые операции совершались именно с целью придания вида правомерности владения и возможности дальнейшего распоряжения полученными от незаконного сбыта наркотических средств. Подсудимыми и неустановленными лицами использовались технологии, позволяющие избежать процедуру банковского контроля.

Способ получения денежных средств путем проведения последовательных финансовых и банковских операций - перевод денежных средств на банковские карты, зарегистрированные на иных лиц, перевод в счет оплаты иностранной валюты – доллары США, с последующим возвратом на карты, подконтрольные членами организованного преступного сообщества, дробление сумм денежных переводов с целью сокрытия цели их получения, свидетельствует о наличии цели легализовать денежные средства.

Ответственность по ст. 174.1 УК РФ наступает при установлении самого факта совершения финансовых операций с целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, обязательного вовлечения легализуемых денежных средств в экономический оборот для наличия данного состава преступления не требуется.

Согласно предоставленных банковскими учреждениями сведений, установлены поступавшие на счета участников организованного преступного сообщества и лиц, не осведомленных о преступной деятельности, денежные суммы. Из показаний свидетелей Свидетель №26, Свидетель №27, Свидетель №25 следует, что через принадлежащие им банковские карты поступали различные суммы денежных средств, не принадлежащие им. Исследованными судом первой инстанции доказательствами установлены банковские карты, на которые переводились деньги потребителями наркотических средств, а также банковские карты, на которые указанные денежные средства поступали впоследствии.

Согласно показаниям подсудимых, денежные средства за незаконный сбыт наркотических средств поступали им на банковскую карту (их или членов преступного сообщества).

Судом установлено, что потребителями наркотических средств осуществлялись переводы денежных средств в счет оплаты за приобретенное наркотическое средство на банковские карты №№, №, оформленные на ФИО1, №, оформленную на ФИО12, не осведомленного о преступной деятельности преступного сообщества (преступной организацией), находившуюся в пользовании ФИО544.

По накоплении значительных сумм, ФИО1 и другие неустановленные лица, входящие в состав преступного сообщества, переводили денежные средства, приобретенные в результате совершения преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, на банковские карты №№, №, оформленные на ФИО11, находящиеся в пользовании неустановленного лица, представлявшегося именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», суммами от 15 000 до 100 000 рублей, с целью избежания блокировки срабатывания банковского мониторинга на подозрительные операции и конспирации преступных доходов, полученных от преступной деятельности, связанной с незаконным оборотом наркотических средств, членами преступного сообщества (преступной организации), с целью легализации (отмывания) денежных средств, приобретённых в результате совершения ими преступлений.

Накопившиеся денежные средства на банковских картах №№, №, оформленных на ФИО11, переводились на банковские карты ПАО «<данные изъяты>» №№, №, №, оформленные на ФИО94, ФИО57, ФИО95 и других неустановленных лиц, не осведомленных о преступных намерениях преступного сообщества.

Далее, денежные средства, полученные от систематических незаконных сбытов наркотических средств, с целью маскировки и придания официального характера переводились на банковские карты №№, №, №, №, №, №,№,№,№,№, №, №, оформленные на Свидетель №27, Свидетель №26, не осведомленных о преступных намерениях преступного сообщества в счет оплаты покупки иностранной валюты - долларов США по курсу выше установленного ЦБ РФ, которая приобреталась ФИО96 в <адрес>, по курсу ниже установленного ЦБ РФ, и привозилась последним на территорию РФ для дальнейшей передачи неустановленному лицу, представлявшемуся именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», находящемуся на территории Республики Таджикистан, с использованием схемы перевода денежных средств неформальной финансово-расчетной системы «<данные изъяты>».

Из показаний подсудимых следует, что в период совершения преступлений они не работали, законных источников дохода и накоплений не имели, нуждались в деньгах. ФИО1 имел доступ к мобильному приложению банка, и ему было достоверно известно о суммах денежных средств, переводимых на банковские карты, находящиеся в его пользовании в его мобильном приложении Сбербанк Онлайн с банковских карт потребителей, подсудимых и неустановленных лиц, представляющихся именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184».

С учетом изложенного судом сделан обоснованный вывод о том, что денежные средства, поступавшие от незаконного оборота наркотических средств, поступали на карты подсудимого ФИО1, его брата ФИО1, неустановленного лица, представлявшегося именами «ФИО528», «ФИО186», «ФИО183», «ФИО184», ФИО11 При этом ФИО1 была достоверно известна схема, использованная для легализации денежных средств.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Полянской А.Н. в интересах ФИО1 о том, что в момент перевода денежных средств с банковских карт ФИО1 на имя ФИО11, ФИО56, ФИО57, ФИО58, ФИО59 и других лиц, вход в мобильное приложение осуществлялся с устройств, которые у ФИО1 не изымались, т.е. другим лицом, заявлялись защитой в суде первой инстанции и получили оценку в приговоре, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает.

Сведения о движении денежных средств по расчетным счетам банковских карт, характер и суммы зачислений, длительность и периоды использования, систематичность свидетельствуют об использовании их в преступной деятельности.

Действия ФИО1 верно квалифицированы судом по п.п. «а, б» ч.4 ст.174.1 УК РФ, как легализация (отмывание) денежных средств, то есть совершение финансовых операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения им преступлений, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, совершенные организованной группой, в особо крупном размере.

Судом установлено, что организаторами и руководителями преступного сообщества при планировании, подготовке и непосредственном совершении преступлений по сбыту наркотических средств использовалась сеть «Интернет» и программы мгновенного обмена сообщениями, что следует из показаний самих осужденных, осмотров сотовых телефонов, изъятых у осужденных.

По смыслу закона незаконный сбыт наркотических средств, как незаконная деятельность, включает в себя ряд последовательных действий по приобретению, хранению наркотических средств и передаче их приобретателю, совершаемых с конечной целью реализации наркотических средств. Поскольку каждое из этих действий является элементом деяния, образующего объективную сторону незаконного сбыта, совершение любого из перечисленных действий с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», влечет квалификацию преступления по соответствующему признаку независимо от того, было ли доведено это преступление до конца, то есть завершилось ли оно передачей наркотического средства приобретателю или нет. Следовательно, все преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств в отношении каждого из осужденных подлежат квалификации по признаку «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть Интернет».

Размер обнаруженных и изъятых наркотических средств по каждому преступлению судом определён на основании справок и заключений экспертов с учётом п. 2 примечания к ст. 228 УК РФ и в соответствии с постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации».

С учетом установленных судом фактических обстоятельств действиям осужденных, связанным с незаконным оборотом наркотических средств дана правильная юридическая оценка. Все квалифицирующие признаки преступлений судом установлены и убедительно мотивированы со ссылками на исследованные доказательства.

Действия всех осужденных судом квалифицированы правильно, оснований для исключения из их обвинения ч.ч.1, 2 ст. 210 УК РФ и иной квалификации содеянного, о чем указано в жалобах, не имеется.

Разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества или участия в нем» и от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» при квалификации действий осужденных судом в полной мере учтены, мотивы квалификации действий и наличие отдельных квалифицирующих признаков приведены в приговоре и максимально подробно аргументированы.

С учетом личностей осужденных, материалов дела, содержащих заключения судебно-психиатрических экспертиз, характеризующих сведений, а равно с учетом их поведения в период предварительного и судебного следствия все осужденные обоснованно признаны судом вменяемыми и подлежащими уголовной ответственности за содеянное.

При назначении вида и размера наказания судом, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывались характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, мотивы и способ их совершения, данные о личности виновных и их отношение к содеянному, в том числе наличие или отсутствие обстоятельств, смягчающих. наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённых, условия жизни их семей и предупреждение совершения ими новых преступлений.

При этом судом обоснованно учтены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание:

– у ФИО1 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетних детей, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – оказание помощи матери и отцу пенсионного возраста, а также брату, имеющиеся хронические заболевания, наличие на иждивении супруги, положительную и удовлетворительную характеристики;

– у ФИО3 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – оказание помощи матери и младшему брату;

– у ФИО29 у.А. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие малолетнего ребёнка, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины по одному преступлению, предусмотренному п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ по факту пересылки героина массой № гр. и раскаяние в содеянном, по каждому преступлению – помощь родителям и несовершеннолетнему брату, наличие у ФИО29 у.А. хронических заболеваний, наличие на иждивении супруги, удовлетворительную и положительную характеристики;

– у ФИО2 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины по одному преступлению, предусмотренному п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ по факту пересылки героина массой № гр. и раскаяние в содеянном, по каждому преступлению – наличие на иждивении брата, сестры, матери, ее состояние здоровья и наличие инвалидности первой группы, состояние здоровья ФИО2, принесение им извинений, утрата отца за время нахождения под стражей, удовлетворительную и положительную характеристики;

– у ФИО5 у. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины по одному преступлению, предусмотренному ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и раскаяние в содеянном, по каждому преступлению – наличие на иждивении матери, имеющей хронические заболевания, утрату отца, удовлетворительную характеристику;

– у ФИО6 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – состояние здоровья ФИО6, имеющей тяжелые хронические заболевания, удовлетворительную и положительную характеристики, утрату матери за время нахождения под стражей;

– у ФИО4 к. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – частичное признание вины по ч.3 ст.30, п.п. «а,г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по каждому преступлению – удовлетворительные характеристики, принесение извинений;

– у ФИО7 у. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины и раскаяние в содеянном по ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1 УК РФ, по каждому преступлению – удовлетворительную характеристику, наличие на иждивении матери и брата, оказание им материальной помощи, принесение извинений.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличия у ФИО7 у. хронических заболеваний, поскольку документального подтверждения наличия таковых у осужденного в материалах уголовного дела не имеется, в суд апелляционной инстанции также представлено не было;

– у ФИО8 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины по ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1 УК РФ, частичное признание вины по ч.3 ст.30, п.п. «а, г»» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по каждому преступлению – наличие на иждивении матери, двух сестер, жены;

– у ФИО9 у. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – признание вины по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, по каждому преступлению – оказание помощи матери и отцу пенсионного возраста, имеющим хронические заболевания, наличие хронических заболеваний и ФИО9 у., удовлетворительную и положительную характеристики;

– у ФИО13 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие двоих малолетних детей, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ – признание вины, по каждому преступлению – наличие на иждивении матери и отца, удовлетворительные характеристики;

– у ФИО14 в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие малолетнего ребёнка, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – частичное признание вины и раскаяние в содеянном по ч.3 ст.30, п.п. «а, г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, состояние здоровья ФИО14 и ее родителей пенсионного возраста, имеющих хронические заболевания, принесение извинений, наличие удовлетворительной о положительной характеристик – по каждому преступлению.

Иных смягчающих обстоятельств, подлежащих безусловному учету при назначении наказания, но неустановленных судом первой инстанции, не усматривается. Все заслуживающие внимания обстоятельства, известные на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания осужденным.

Доводы осужденных и их защитников о том, что при назначении наказания учтены не все данные о личностях осужденных, их состоянии здоровья, степени влияния назначенного наказания на условия жизни их семей, что смягчающие наказание обстоятельства были учтены лишь формально и не в полной мере, не состоятельны.

Оснований констатировать наличие каких-либо дополнительных смягчающих наказание кого-либо из осужденных обстоятельства, в том числе дополнительных сведений об обнаруженных либо усугубившихся заболеваниях кого-то из них, не имеется.

Сведения об изменении состояния здоровья осужденных и их родственников после постановления приговора, о поведении осужденных после их осуждения, не являются основанием для смягчения назначенного кому-либо из осужденных наказания, поскольку при назначении наказания подлежат учету обстоятельства, имеющие место на момент постановления приговора, при этом развитие у осужденного тяжелой болезни, препятствующей отбыванию наказания, может являться основанием для рассмотрения в соответствии со ст. 396 УПК РФ вопроса об освобождении от наказания в соответствии со ст. 81 УК РФ.

Вопреки доводам осужденных, судебная коллегия не усматривает в действиях кого-либо из осужденных наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ – совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку доказательств, подтверждающих наличие таких обстоятельств, судом не установлено, при этом анализ показаний осужденных, обстоятельств совершения ими преступлений, свидетельствуют о том, что преступления совершались ими не с целью уменьшения либо ликвидации каких-либо тяжелых личных или семейных обстоятельств, а было обусловлено простыми корыстными мотивами, при этом испытываемые осужденными материальные затруднения, связанные с необходимостью оказания финансовой помощи родственникам, были вызваны обычными бытовыми причинами и не свидетельствуют о тяжелом стечении их жизненных обстоятельств.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к., ФИО5 у., ФИО7 у., ФИО8, ФИО9 у., ФИО13, ФИО14, ФИО29 у.А. в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом обоснованно не установлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание осужденной ФИО6, обоснованно признан рецидив преступлений, вид которого верно определен судом первой инстанции как особо опасный в соответствии с п. «а» ч.3 ст.18 УК РФ.

Все обстоятельства, которые могли повлиять на определение вида и размера наказания, в судебном заседании были исследованы и судом надлежаще учтены. Данные о личности каждого из осужденных, характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений также в полной мере учтены судом при решении вопроса о наказании, что обоснованно привело суд к убеждению об отсутствии оснований для применения в деле положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ст. 73 УК РФ.

Свои выводы о необходимости назначения каждому из осужденных наказания в виде реального лишения свободы суд в приговоре надлежаще мотивировал. Выводы об отсутствии оснований для назначения осужденным дополнительных наказаний судом в приговоре также приведены.

Каких-либо влияющих на наказание обстоятельств, которые не учтены судом, судебная коллегия из материалов дела не усматривает.

Назначенное осужденным ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к., ФИО5 у., ФИО6, ФИО7 у., ФИО8, ФИО9 у., ФИО13, ФИО14, ФИО29 у.А. наказание с учетом всех обстоятельств дела вопреки доводам апелляционных жалоб не является чрезмерно суровым и явно несправедливым. Его размер по неоконченным преступлениям находится в пределах, исчисленных с учетом последовательного применения положений ч. 3 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ, и обоснованно определен судом в результате применения указанных положений закона в размере ниже низшего предела, предусмотренного санкцией соответствующей статьи без ссылки на ст. 64 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами оконченных преступлений, ролью осужденных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, и позволяющих применить при назначении наказания правила ст. 64 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел, оснований к тому судебная коллегия также не усматривает.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и (или) "к" ч. 1 ст. 61 настоящего Кодекса, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Как видно из обжалуемого приговора, суд первой инстанции признал обстоятельством, смягчающим наказание осужденным, предусмотренное пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, между тем осужденным ФИО2, ФИО4 к., ФИО8, ФИО13 по ч. 2 ст. 210 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств, назначил наказание без учета положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, в связи с чем, размер назначенного наказания назначенного им как по ст. 210 УК РФ, так и на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ подлежит снижению.

В соответствии с п. 3 ст. 389.15 УПК РФ неправильное применение судом уголовного закона являются основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ при изменении приговора и иного судебного решения в апелляционном порядке суд вправе смягчить осужденному наказание.

При назначении наказания суд первой инстанции установил наличие у ФИО29 у.А. и ФИО14 обстоятельств, смягчающих наказание, в том числе предусмотренное п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

При указанных обстоятельствах, при назначении наказания указанным осужденным суд должен был руководствоваться также и требованиями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с санкцией ч. 1 ст. 210 УК РФ наиболее строгим наказанием за указанное преступление является лишение свободы на срок 20 лет.

При применении положений ч. 1 ст. 62 УК РФ наиболее строгое наказание в виде лишения свободы, могло быть назначено ФИО29 у.А. и ФИО14 на срок не более 13 лет 04 месяцев.

Суд апелляционной инстанции полагает, что назначенное осужденным ФИО29 у.А. и ФИО14 судом первой инстанции наказание является соразмерным содеянному, с учетом сведений о личности осужденных, отвечает целям, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ, и оснований для признания назначенного наказания несправедливым, чрезмерно суровым, а равно оснований для его снижения, не имеется.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести изменения в описательно-мотивировочную часть приговора, указав на применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания, однако, назначенное ФИО29 у.А. и ФИО14 наказание оставить прежним, поскольку не указание судом в приговоре на применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания заведомо не свидетельствует о том, что суд назначил наказание без учета требований данной нормы закона, поскольку из приговора очевидно усматривается, что назначенное судом наказание в виде лишения свободы не превышает верхней границы, установленной законом при применении требований ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть, в частности, указаны вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным. При этом наказание должно быть определено таким образом, чтобы не возникало никаких сомнений при его исполнении.

Поставленный в отношении осужденной ФИО6 приговор данным требованиям закона в полной мере не отвечает.

Как следует из приговора, суд признал ФИО6 виновной, в том числе, в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ УК РФ, по которому назначил наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет, с ограничением свободы сроком на 1 год, при этом, не возложив на нее обязанности и не установив конкретных ограничений за преступление.

В соответствии со ст. 53 УК РФ ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному ограничений и обязанностей на определенный срок.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 69 УК РФ при совокупности преступлений наказание назначается отдельно за каждое совершенное преступление.

Однако, суд при назначении дополнительного наказания указал лишь наименование наказания и его срок, не назначив при этом соответствующие ограничения, в том числе обязательные для назначения, составляющие существо ограничения свободы, без определения которых судом исполнение этого наказания невозможно.

По смыслу ст. 53 УК РФ, во взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 58 "О судебной практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", о необходимости указания в приговоре соответствующих ограничений и обязанности после назначения окончательного наказания, относятся к тем случаям, когда ограничение свободы назначено за совершение нескольких или всех преступлений, входящих в совокупность.

Как следует из приговора, при назначении ФИО6 наказания по ч.2 ст.210 УК РФ, суд, наряду с основным наказанием в виде лишения свободы, назначил ей дополнительное наказание в виде ограничения свободы, определил при этом лишь срок ограничения свободы - 1 год, но не указал содержание этого вида наказания, а именно, не установил ограничения и не возложил на осужденную обязанность, которые предусмотрены ст. 53 УК РФ.

В то же время, суд назначил ФИО6 ограничение свободы, установил ограничения и возложил обязанность при назначении ей наказания на основании ст. 70 УК РФ, несмотря на то, что они не были установлены при назначении наказания по ч.2 ст.210 УК РФ или другой статье УК РФ по настоящему приговору, а по приговору от ДД.ММ.ГГГГ наказание в виде ограничения свободы ФИО6 не присоединялось.

Таким образом, дополнительное наказание в виде ограничения свободы за совершенное ФИО6 преступление по ч.2 ст.210 УК РФ фактически не было назначено, а назначение дополнительного наказания в виде ограничения свободы по совокупности приговоров на основании ст. 70 УК РФ нельзя признать законным.

При таких обстоятельствах судебное решение в отношении ФИО6 подлежит изменению, а назначенное ей дополнительное наказание в виде ограничения свободы - исключению.

В отношении остальных осужденных положения уголовного закона при назначении им наказания соблюдены. Его вид и размер соответствуют характеру и степени общественной опасности содеянного, обстоятельствам совершения преступлений, личности осужденных, положениям ч. 1 ст. 56 УК РФ, принципу справедливости, целям наказания и вопреки доводам жалоб не являются чрезмерно суровыми.

Требования ч. 3 ст. 69 УК РФ о назначении наказания по совокупности преступлений всем осужденным применены судом правильно.

Оснований для предоставления ФИО14 отсрочки отбывания наказания до достижения ее ребенком ДД.ММ.ГГГГ г.р. возраста 14 лет, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, поскольку наличие у осужденной малолетнего ребенка само по себе не свидетельствует о необходимости применения к ней правил ст. 82 УК РФ. Более того, как установлено судом, ребёнок ФИО14, как до её задержания, так и после этого, проживает с ее родственниками за пределами РФ, где за ней осуществляется опека и уход. Учитывая, что ФИО14 на момент задержания в Российской Федерации, воспитанием малолетнего ребенка не занималась, судебная коллегия соглашается с выводами суда об отсутствии правовых оснований для предоставления осужденной отсрочки.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбывания наказания ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО5 у., ФИО7 у., ФИО8, ФИО9 у., ФИО13, ФИО29 у.А. суд верно определил исправительную колонию строгого режима.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО4 к., ФИО6 и ФИО14 обоснованно назначено в исправительной колонии общего режима.

Принимая решение о зачете осужденным в срок лишения свободы времени содержания под стражей, суд верно руководствовался положениями ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, поскольку время содержания под стражей лица, осужденного по ст. 228.1 УК РФ засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания.

При этом, в соответствии с ч.3 ст.128 УПК РФ, при задержании срок исчисляется с момента фактического задержания.

Как установлено судом первой инстанции и следует из приговора, ФИО5 у. и ФИО6 были фактически задержаны ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 к была фактически задержана ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 у. и ФИО8 фактически были хадержаны ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 у., ФИО13 и ФИО14 фактически были задержаны ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, имеются основания для зачета в срок отбытия наказания в виде лишения свободы времени содержания указанных осужденных под стражей с момента их фактического задержания.

Вопрос о вещественных доказательствах судом разрешен верно.

Кроме этого, устранению подлежит явная техническая ошибка, допущенная при описании преступного деяния, предусмотренного п.п. «а, б» ч.4 ст.174.1 УК РФ. Так, в приговоре указано: «…согласно заключению бухгалтерской судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ…», тогда как согласно заключению бухгалтерской судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, периодом поступления денежных средств на банковские карты являлся период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, описательно-мотивировочная часть приговора подлежит уточнению.

Иных нарушений, влекущих изменение приговора, помимо тех, на которые указано выше, по делу не установлено. В остальной части приговор является законным, обоснованным, соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13-389.28, ст.389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, Кенжебаева Нурбека, ФИО3, Хасановой Шохсанамхон Ботиржон кизи, Султонова Баходиржона Нематтило угли, ФИО6, Кодирова Асадбека Усмонжон угли, ФИО8, Хакёрова Фуркатбека Одилжон угли, ФИО13, ФИО14, ФИО29 уулу Алишера изменить:

- уточнить описательно-мотивировочную часть приговора при описании преступного деяния, предусмотренного п.п. «а, б» ч.4 ст.174.1 УК РФ, указанием о периоде совершения преступления с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно заключению бухгалтерской судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ;

- дополнить описательно-мотивировочную часть приговора указанием о применении при назначении наказания в отношении ФИО29 уулу Алишера и ФИО14 положений ч.1 ст.62 УК РФ.

Снизить Кенжебаеву Нурбеку размер наказания, назначенного по ч.2 ст.210 УК РФ до 6 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения, окончательно назначить Кенжебаеву Нурбеку наказание в виде лишения свободы на 13 лет 5 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Снизить Хасановой Шохсанамхон Ботиржон кизи размер наказания, назначенного по ч.2 ст.210 УК РФ до 6 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения, окончательно назначить Хасановой Шохсанамхон Ботиржон кизи наказание в виде лишения свободы на 10 лет 5 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Снизить ФИО8 размер наказания, назначенного по ч.2 ст.210 УК РФ до 6 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения, окончательно назначить ФИО8 наказание в виде лишения свободы на 12 лет 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Снизить ФИО13 размер наказания, назначенного по ч.2 ст.210 УК РФ до 6 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения, окончательно назначить ФИО13 наказание в виде лишения свободы на 12 лет 5 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исключить назначение ФИО6 по ч.2 ст.210 УК РФ, по правилам ч.3 ст.69 УК РФ, ст.70 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы на срок 1 год.

Зачесть ФИО5 у. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО6 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время ее содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО4 к. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время ее содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО7 у. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО8 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО9 у. в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО13 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО14 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы адвокатов Полянской А.Н. в интересах осужденного ФИО1, Вострикова С.В. в интересах осужденной ФИО14, Тихана Л.П. в интересах осужденного ФИО5 у., Муратшиной Е.В. в интересах осужденного ФИО29 у.А., Каркотка А.В. в интересах осужденного ФИО9 у., Максимова М.Д. в интересах осужденной ФИО6, ФИО19 в интересах осужденного ФИО3, Занкиной М.Н. в интересах осужденного ФИО7 у., осужденных ФИО14, ФИО3, ФИО6, ФИО1 – оставить без удовлетворения.

Апелляционные жалобы адвокатов Дмитриевой К.П. в интересах осужденного ФИО8, Одельского Е.А. в интересах осужденного ФИО2, Тарасовой Е.А. в интересах осужденной ФИО4 к., Юдичева В.Н. в интересах осужденного ФИО13, осужденных ФИО4 к., ФИО8 – удовлетворить частично.

Апелляционное определение судебной коллегии может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подпись/ /подпись/

Копия верна

Судья