Постановление от 29 октября 2025 г. по делу № А76-36929/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-9348/2025
г. Челябинск
30 октября 2025 года
Дело № А76-36929/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Максимкиной Г.Р., судей Лукьяновой М.В., Михайлова К.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Россети Урал» на

решение Арбитражного суда Челябинской области от 18.07.2025 по делу

№ А76-36929/20233.

В судебное заседание обеспечили явку представители:

истца - общества с ограниченной ответственностью «Интерсвязь-Север»: ФИО2 (доверенность № 44 от 01.01.2025, диплом), ФИО3 (доверенность № 45 от 01.01.2025, диплом),

ответчика – публичного акционерного общества «Россети Урал»: ФИО4 (доверенность № ЧЭ-46 от 01.09.2023, диплом), ФИО5 (доверенность № ЧЭ-64 от 01.09.2023, диплом).

К судебному заседанию в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) подключился представитель истца - общества с ограниченной ответственностью «Интерсвязь-Север»: ФИО6 (доверенность № 41 от 28.11.2024, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью «Интерсвязь-Север» (далее – истец, ООО «Интерсвязь-Север») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Россети Урал» (далее – ответчик, ПАО «Россети Урал») о понуждении к заключению договора № 2-«Интерсвязь-Север»/2023 размещения волоконно-оптической лини связи на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,

привлечены акционерное общество «Россети Цифра», Управление Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области, Прокуратура Челябинской области (далее – третьи лица, АО «Россети Цифра», УФАС по Челябинской области, Прокуратура Челябинской области).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.07.2025 урегулированы разногласия, возникшие между ООО «Интерсвязь-Север» и ПАО «Россети Урал» при заключении договора № 2-Интерсвязь-Север/2023 путем определения содержания спорных условий договора, а именно, пунктов 2.3, 3.1.6, 3.1.7, 3.2.4, 3.2.5, 3.2.6, 3.3.5, 3.4.2, 4.1, 4.2, 4.6, 5.3, 7.2, раздела 9 (пункты 9.1, 9.2, 9.3), , Приложений № 1, № 2, № 3, которые утверждены в редакции истца, в отношении раздела 14 судом определена нумерация пунктов (14.1, 14.2, 14.3, 14.4., 14.5), раздел 15 договора в редакции, предложенной ответчиком, исключен. Согласно мотивировочной части решения судом было отказано в дополнении раздела 1 договора пунктом 1.1.4, а также в дополнении раздела 6 договора пунктом 6.7 в предложенной ответчиком редакции.

ПАО «Россети Урал» (далее также – апеллянт, податель жалобы) с вынесенным судебным актом не согласилось, обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции изменить путем включения в договор пунктов 1.1.4, 6.7, раздела 15, а также утверждения условий пунктов 3.1.6, 3.2.6, 3.4.2, 4.1 договора, приложений № 1, № 2 и № 3 к договору в редакции ПАО «Россети Урал».

В обоснование апелляционной жалобы ответчик приводит доводы о несогласии с выводами суда первой инстанции в части исключения из условий договора определения понятия «точка доступа» (пункт 1.1.4 в редакции ответчика). Полагает неправомерной оценку судом данного условия как не относящегося к существенным, положенную в основу отказа во включении указанного пункта в договор. Обращает внимание, что в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к существенным относятся все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Апеллянт в развитие данного довода обращает внимание на то, что требования к сопряженным объектам инфраструктуры в целях обеспечения размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) на воздушных линиях электропередач, утвержденные Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 15.04.2022 № 327 (далее также - Требования Минэнерго № 327) устанавливают минимальные расстояния при размещении ВОЛС на ВЛ. Поэтому оператор связи размещает ВОЛС на определенных частях опоры ВЛ.

Податель жалобы указывает, что в силу пункта 18 Правил недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 22.11.2022 № 2106 (далее также - Правила недискриминационного доступа № 2106, Правила № 2106) владелец инфраструктуры при наличии технологической и экономической возможности не вправе отказать в

предоставлении доступа к ней обратившемуся пользователю инфраструктуры, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

Апеллянт, ссылаясь на положения пункта 2 Правил недискриминационного доступа № 2106, пункты 1, 11, 24 Требований Минэнерго № 327, указывает, что пользователи инфраструктуры размещают линии связи не на всей опоре ВЛ, а на определенных частях в зависимости от наличия технологической возможности, оператору связи предоставляется место на опоре для крепления ВОЛС на ВЛ.

Урегулирование разногласий в части отказа определения понятия «точки доступа» (пункт 1.1.4. Договора) установление цены за 1 опору (пункт 4.1. Договора, приложение 3 к Договору), урегулирование приложений об используемой инфраструктуре в редакции ООО «Интерсвязь-Север» (приложения № 1, 2 к Договору), по мнению подателя жалобы, влечет за собой передачу всей опоры ООО «Интерсвязь-Север» для размещения ВОЛС на ВЛ.

Ответчик обращает внимание, что опора является объектом электросетевого хозяйства и не может полностью передаваться в пользование одному пользователю инфраструктуры, обратный подход, в том числе, приведет к необоснованному ограничению доступа к инфраструктуре иным пользователям вопреки требованиям Правил недискриминационного доступа № 2106.

Кроме того, податель жалобы указывает на то, что суд не дал оценку письмам органов государственной власти и заключению ФГБОУ ВО «КГЭУ» по вопросу размещения одного оптического кабеля на одной точке крепления к опоре ВЛ 0,4 - 750 (далее - Заключение университета), согласно которому бесконтрольное размещение на одной опоре множества кабелей связи без согласования с собственником ВЛ может привести к такому последствию как привести к разрушению опоры, а, следовательно, нарушению электроснабжения потребителей (т. 13 л.д. 49-57).

Ответчик обращает внимание, что в соответствии с пунктом 38 Правил недискриминационного доступа № 2106 цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи устанавливаются владельцем инфраструктуры, ПАО «Россети Урал», такой единый тариф на размещение для всех пользователей его инфраструктуры установлен в соответствии с размещением 1 (одного) крепления связи на опоре.

С учетом изложенных мотивов ответчик настаивает, что условие о точке доступа является существенным, необходимость его урегулирования была заявлена стороной договора – собственником инфраструктуры, обоснована приведенным выше нормативным регулированием, необходимостью оценки технологической и экономической возможности предоставления доступа к инфраструктуре и в этой связи подлежало урегулированию судом первой инстанции.

В контексте этих же доводов ПАО «Россети Урал» настаивало на урегулировании приложений № 1 и № 2, посвященных вопросу об используемой инфраструктуре в целях размещения ВОЛС, в редакции ответчика.

Апеллянт также приводит доводы о несоответствии применимым нормам права вывода суда первой инстанции о том, что в отсутствие соглашения об ином, работы по обеспечению целостности линий связи проводятся истцом (оператором связи) самостоятельно.

По мнению ответчика, суд, делая обозначенный выше вывод, ошибочно ссылается на нормы пункта 4 статьи 6 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» (далее - Закон о связи), регулирующие иные отношения, а именно - перенос или переустройство линий связи и сооружений вследствие строительства, расширения территорий поселений, капитального ремонта, реконструкции зданий, строений, сооружений, дорог и мостов, освоения новых земель, переустройства систем мелиорации, разработки месторождений полезных ископаемых и иных нужд, которые могут осуществляться либо оператором связи либо заказчиком строительства самостоятельно по соглашению сторон.

Между тем, судом, по мнению апеллянта, не учтены положения статьи 209 ГК РФ, статей 35, 55 Конституции РФ, гарантирующие право частной собственности.

Ответчик обращает внимание, что ни Закон о связи, ни Правила недискриминационного доступа № 2106 не содержат прямого указания на обязанность владельца инфраструктуры допустить пользователя на электросетевое имущество для проведения работ. Более того, согласно пункту 4.2. Правил проектирования, строительства и эксплуатации волоконно- оптических линий связи на воздушных линиях электропередачи напряжением 0,4 - 35 кВ (СО 153-34.48.519-2002, утв. Минэнерго России 27.12.2002, Минсвязи России 24.04.2003) техническое обслуживание ОК и его ремонт, связанный с подъемом на опору, спуском и подъемом кабеля, закреплением соединительных муфт на опорах ВЛ, производится персоналом, обслуживающим ВЛ.

Податель жалобы акцентирует внимание на том, что электросетевое имущество является источником повышенной опасности, ответственность за причиненный вред возложена на владельца, в том числе, положениями статьи 1079 ГК РФ.

Кроме того, апеллянт, ссылаясь на положения статьи 1 Градостроительного кодекса РФ, Правил установления охранных зон, утвержденных постановлением Правительства РФ от 24.02.2009 № 160, обращает внимание на то, что охранные зоны электросетевого имущества являются зонами с особыми условиями использования территорий. Без согласования с сетевой организацией - владельцем объектов электросетевого хозяйства, запрещены любые работы в охранной зоне линий электропередачи всех классов напряжения.

Таким образом, в силу того, что объекты электросетевого хозяйства обладают специальным режимом, с учетом того, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (пункт 2 статьи

209 ГК РФ), а также в связи с отсутствием нормативно закрепленной обязанности сетевой компании предоставить право оператору связи осуществить переподвес ВОЛС на электросетевом имуществе сетевой компании своими силами, то пункты 3.1.6., 4.1. Договора и приложение № 3 к Договору, по мнению подателя апелляционной жалобы, судом первой инстанции необоснованно приняты в редакции ООО «Интерсвязь-Север».

Кроме того, применительно к условию пункта 3.1.6., утвержденному судом в редакции истца, апеллянт указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание отсутствие источника возмещения затрат ПАО «Россети Урал» в рамках исполнения обязательств по допуску персонала ООО «Интерсвязь-Север» на инфраструктуру сетевой организации.

Ответчиком в апелляционной жалобе также приводятся доводы о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта в части определения дифференцированных условий Договора применительно к утвержденной редакции пункта 4.1. Договора, приложения № 3 к Договору.

Так, по мнению апеллянта, судом в основу вывода об определении цены необоснованно принято заключение специалиста, представленное истцом.

Вопреки доводам ПАО «Россети Урал» об отсутствии законодательного положения о возложении обязанности по переподвесу на ООО «Интерсвязь- Север», суд первой инстанции урегулировал пункт 4.1. по Договору на основе заключения специалиста. Вместе с тем, данное доказательство, по мнению апеллянта, не отвечает признакам относимости и допустимости.

Так, апеллянт обращает внимание, что единственным уполномоченным лицом, обладающим полномочием по проверке стоимости размещения средств связи на объектах инфраструктуры, является антимонопольный орган, иное будет означать нарушение принципа разделения властей.

Пунктом 4 Правил № 2106 установлено, что государственный контроль за соблюдением требований, определенных настоящими Правилами, осуществляется Федеральной антимонопольной службой и ее территориальными органами в пределах установленных полномочий по вопросам соблюдения антимонопольного законодательства Российской Федерации и законодательства Российской Федерации о естественных монополиях.

Управлением Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (УФАС по Челябинской области) принято решение от 17.09.2024 по делу № 074/01/10-628/2024 (исх. от 18.09.2024 № АК/13517/24) о нарушении ПАО «Россети Урал» антимонопольного законодательства (т. 10 л.д. 33-56).

Данное решение является предметом рассмотрения в деле № А76-39495/2024. Однако в нарушение статьи 143 АПК РФ суд первой инстанции не приостановил производство по настоящему делу.

В рамках административного дела комиссия УФАС по Челябинской области осуществляла проверку тарифа, действующего в период с 01.01.2019 до 01.10.2021, а также тарифа, установленного с 01.10.2021 на основании Методики М МРСК-ДЭ-06-2021 «Расчет стоимости услуг, связанных с временным ограниченным пользованием (размещением) волоконно-оптических

кабелей операторов связи на воздушных линиях ОАО «МРСК Урала»» (далее - Методика М МРСК-ДЭ-06-2021).

Тариф, установленный в период с 01.01.2019 по 01.10.2021, был признан экономически необоснованным, однако тариф с 01.10.2021 УФАС по Челябинской области посчитала экономически обоснованным, указав, что ФАС России провела комплексную работу по приведению тарифов на услуги по предоставлению объектов инфраструктуры для размещения сетей связи к экономически обоснованному уровню, в связи с чем согласовала группе компаний «Россети» новую методику расчета тарифа на доступ к инфраструктуре (т. 10 л.д. 54 абз. 1).

Таким образом, УФАС по Челябинской области в Решении от 17.09.2024 пришло к выводу, что тарифы на размещение ВОЛС на ВЛ, рассчитанные на основании Методики М МРСК-ДЭ-06-2021, являются экономически обоснованными.

Податель апелляционной жалобы, акцентирует внимание, ссылаясь на пункт 2 статьи 426 ГК РФ, что в публичном договоре цена товаров, работ или услуг должна быть одинаковой для потребителей соответствующей категории. Иные условия публичного договора не могут устанавливаться исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения, за исключением случаев, если законом или иными правовыми актами допускается предоставление льгот отдельным категориям потребителей.

Указывая на разъяснения в пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», пункт 9 Правил недискриминационного доступа № 2106, апеллянт отмечает, что информация о дифференцированном доступе к инфраструктуре должна быть размещена способом, предполагающим свободный доступ к такой информации для всех пользователей инфраструктуры. Законом не предусмотрено деление пользователей инфраструктуры на категории. В разделе на официальном портале ПАО «Россети Урал», посвященном доступу к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи отсутствует информация о дифференциации потребителей по категориям. На данном интернет-ресурсе имеется дифференциация цены исключительно по объектам, принадлежащим ПАО «Россети Урал».

Таким образом, по мнению апеллянта, суд первой инстанции в нарушение гражданского законодательства, Правил недискриминационного доступа

№ 2106 разрешил дело, основываясь на документах, являющихся не относимыми доказательствами.

По мнению ответчика, суд, вопреки разъяснениям Федеральной антимонопольной службы России, применил положения Методических рекомендаций по установлению цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утвержденных приказом Федеральной антимонопольной службы России от 18.05.2023 № 289/23 (далее также – Методические рекомендации № 289/23), являющихся рекомендательным актом, в императивном порядке.

Апеллянт ссылается на письмо ФАС России от 26.12.2023 № ПИ/110444/23, согласно которому, в соответствии с пунктом 38 Правил недискриминационного доступа № 2106 применение Методических рекомендаций № 289/23 является рекомендательным и определяется владельцами инфраструктуры самостоятельно (т. 13, л.д. 48), из чего ответчик приводит довод о том, что переговорный процесс об обязанности по несению затрат, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капитального ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктур (затраты по переподвесу) возможен только при наличии согласия владельца инфраструктуры.

Ответчик дополнительно обращает внимание, что Методические рекомендации № 289/23 не зарегистрированы в государственном реестре в соответствии с Правилами подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.1997 № 1009.

Апеллянт не соглашается с приведенными в обжалуемом решении выводами суда, отклонившего доводы ответчика о противоречии исключения из цены договора затрат на обеспечение целостности линий связи положениям о публичности договора, о том, что применение к пользователям инфраструктуры разных условий напрямую вытекает из положений самих Правил (абзац 11 пункта 39 Правил № 2106) и является технологически обоснованным.

Приведенный вывод, по мнению апеллянта, постановлен без учета нормативных актов, имеющих большую юридическую силу.

Так, суд первой инстанции, как полагает ответчик, в нарушение статьи 426 ГК РФ не установил определенную волю законодателя на деление пользователей инфраструктуры по категориям.

Согласно второму предложению пункта 3 Правил недискриминационного доступа № 2106 недискриминационный доступ к инфраструктуре может допускать применение дифференцированных условий доступа, которые экономически и технологически обоснованы.

В силу пункта 2 статьи 426 ГК РФ в публичном договоре цена товаров, работ или услуг может различаться для потребителей разных категорий, например для учащихся, пенсионеров, многодетных семей. Категории потребителей могут быть установлены законом, иным правовым актом или определены лицом, обязанным заключить публичный договор, например правилами программы лояльности, исходя из объективных критериев, в том числе связанных с личными характеристиками потребителей, если названные критерии не противоречат закону (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее также – Постановление Пленума ВС РФ о заключении договора)).

Таким образом, по мнению апеллянта, категории могут выделяться

законом, иным правовым актом либо лицом, обязанным заключить договор.

ПАО «Россети Урал» неоднократно указывало, что толкование предложения 2 пункта 3 Правил недискриминационного доступа № 2106, устанавливающее возможность дифференцировать пользователей инфраструктуры на группы, противоречит пункту 2 статьи 426 ГК РФ.

Такое толкование нормы не отвечает признаку определенности и однозначности и нарушает требования статей 168, 426 ГК РФ.

Исходя из смысла пункта 2 статьи 168 ГК РФ и пункта 5 статьи 426 ГК РФ норма, определенная в пункте 2 статьи 426 ГК РФ, является по своей правовой природе императивной нормой, ограничивающей свободу определения условий сделки.

В предложении 2 пункта 3 Правил недискриминационного доступа № 2106 не выделяются категории пользователей инфраструктуры. Данному обстоятельству суд первой инстанции в нарушение статьи 71 АПК РФ не дал оценку.

Таким образом, по мнению апеллянта, судом не сделан вывод об определенности или неопределенности нормы права, что повлекло принятие незаконного и необоснованного решения.

Согласно пункту 3 Правил недискриминационного доступа № 2106 недискриминационный доступ к инфраструктуре может допускать применение дифференцированных условий доступа, которые экономически и технологически обоснованы.

Такая формулировка («может допускать»), по мнению ответчика, не отражает должного смысла, в каких именно случаях и какому пользователю инфраструктуры предоставляется дифференцированный доступ, и посредством чьего волеизъявления предоставляется такой доступ.

В этой связи апеллянт полагает, что приведенная норма пункта 3 Правил дискриминационного доступа № 2106 предполагает, что дифференцированный доступ к инфраструктуре может быть предоставлен только на основании волеизъявления владельца инфраструктуры. Ограничением такого права являются пределы в виде экономических и технологических показателей.

Кроме того, ответчик полагает, что приведенный выше вывод суда, допускающий возможность определения урегулированными условиями договора дифференцированного доступа, противоречит принципу защиты конкуренции, установленному Законом о связи и Правилами недискриминационного доступа № 2106.

Суд, по мнению апеллянта, в нарушение абзаца 2 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ о свободе договора применил расширительное толкование предложения 2 пункта 3 Правил недискриминационного доступа № 2106, в то время как в силу приведенного нормативного регулирования, данная норма подлежит ограничительному толкованию.

Как следует из пунктов 2, 5 статьи 426 ГК РФ условия публичного договора не могут устанавливаться, исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения. Соглашение об ином является ничтожным.

Апеллянт, ссылаясь на монографическое исследование ФИО7, ФИО8, отмечает, что цель защиты конкуренции является важной составляющей публичного договора, поскольку создает гарантии функционирования свободного рынка и, что особенно важно, борьбу с монопольными тенденциями, а равно о развитии на рынке свободной конкуренции.

Как акцентирует внимание апеллянт, в соответствии со статьей 1 Закона о связи, подпунктом В пункта 7 Правил недискриминационного доступа № 2106 одной из целей законодательства о размещении ВОЛС на ВЛ является создание условий для развития конкуренции на рынке услуг связи.

В соответствии с пунктом 7 части 4 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) конкуренция - это соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Приведенное положение, как полагает апеллянт, не позволяет одному оператору связи в результате дифференцированного доступа к инфраструктуре, занять доминирующее положение на рынке (статья 5 Закона о защите конкуренции).

В нарушение цели законодательства о размещении ВОЛС на ВЛ суд первой инстанции допустил возможность нарушения конкуренции на рынке услуг связи, поскольку в результате урегулированных судом условий договора ООО «Интерсвязь-Север» будет исполнять обязательства по оплате размещения ВОЛС на ВЛ в размере стоимости 3,97 руб. (при размещении на опорах ВЛ 0,4 кВ), тогда как иные операторы связи будут исполнять обязательства по оплате размещения ВОЛС на ВЛ в размере стоимости 73,45 руб. (при размещении на опорах ВЛ 0,4 кВ).

Операторы связи, законодательно не разделенные на категории, по мнению апеллянта, поставлены судом первой инстанции в неравное положение, что нарушает цели Закона о связи и принципы Правил недискриминационного доступа № 2106 по обеспечению защиты конкуренции на рынке услуг связи.

В нарушение пункта 2 статьи 426 ГК РФ, предложения 2 пункта 3 Правил недискриминационного доступа суд первой инстанции применил расширительное толкование норм права, тогда как указанные нормы должны быть истолкованы ограничительно: владелец инфраструктуры вправе определять категории пользователей инфраструктуры, исходя из экономических и технологических обоснований.

Таким образом, судом первой инстанции неправильно истолкованы нормы материального права без учета основополагающих целей и принципов законодательства о связи.

Ответчик, кроме того, не согласен с выводами суда в части определения регулирования порядка допуска на инфраструктуру ПАО «Россети Урал» (пункты 3.2.6, 3.4.2., 6.7., раздел 15 Договора).

Так, отклоняя довод ПАО «Россети Урал» об одностороннем регулировании порядка допуска к его инфраструктуре, суд в нарушение подпункта Б пункта 28 Правил недискриминационного доступа № 2106 и публичных интересов в части безопасности объектов электросетевого хозяйства указал, что одностороннее регулирование нарушает принципы справедливости и баланса интересов сторон.

Судом первой инстанции в нарушении смысла и предписания норм материального права сделан вывод о двухстороннем регулировании допуска сотрудников пользователя инфраструктуры на объекты владельца инфраструктуры.

Ответчик отмечает, что в соответствии с подпунктом Б пунктом 28 Правил недискриминационного доступа № 2106 пользователь инфраструктуры обязан соблюдать установленные правила внутреннего распорядка на объектах инфраструктуры.

В противоречие указанной норме суд установил, что регламент, принятый в одностороннем порядке и в соответствии с подзаконным актом, является недопустимым, поскольку нарушает принципы справедливости и баланса интересов сторон.

Пунктом 18, абзацем Б пункта 7 Правил недискриминационного доступа Правил недискриминационного доступа определено, что доступ к инфраструктуре должен быть предоставлен любому пользователю инфраструктуры на основе недискриминационных условий. Правила недискриминационного доступа применяются в соответствии с принципом обеспечения недискриминационного доступа к инфраструктуре для пользователей инфраструктуры.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что в силу конституционного принципа равенства (статья 13, часть 4; статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) однородные по своей природе отношения должны регулироваться одинаковым (схожим) образом. Соблюдение этого принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает запрет вводить такие ограничения в правах лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях); любая дифференциация, приводящая к различиям в правах в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, ее статьи 55 (часть 3), в соответствии с которыми такие различия допустимы, если они объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а для достижения этих целей используются соразмерные правовые средства (постановления от 24.05.2001 № 8-П, от 03.06.2004 № 11-П, от 15.06.2006 № 6-П, от 05.04.2007 № 5-П, от 26.02.2010 № 4-П, от № 58-П, от 18.03.2025 № 12-П.

Ответчик полагает, что в нарушение указанных целей правового регулирования суд при урегулировании пункта 6.7. Договора руководствовался принципами справедливости и баланса интересов сторон.

При этом по смыслу пункта 5.3. Договора изменение пункта 6.7. Договора допускается по соглашению сторон.

В случае изменения порядка допуска к объектам электросетевого хозяйства, ПАО «Россети Урал» будет обязано допускать персонал ООО «Интерсвязь-Север» к своим объектам по порядку, предусмотренном Договором, в результате ООО «Интерсвязь-Север» получит допуск к инфраструктуре ПАО «Россети Урал», отличный от иных операторов связи, что приведет к нарушению подпункта Б пункта 7 и пункта 18 Правил недискриминационного доступа № 2106.

При этом апеллянт отмечает, что самостоятельное определение владельцем инфраструктуры порядка допуска к своей инфраструктуре не лишает права пользователя инфраструктуры обратиться в суд за признанием соответствующего положения незаконным.

По мнению подателя жалобы, суд в нарушение пункта 3 Постановления Пленума ВАС РФ т 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее также – Постановление Пленума ВАС РФ о свободе договора) не установил, что одностороннее регулирование допуска к объектам электросетевого хозяйства необходимо для защиты публичных интересов.

Абзацами 1 и 3 пункта 3 Постановления Пленума ВАС РФ о свободе договора определено, что при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лип, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов; при возникновении спора об императивном или диспозитивном характере нормы, регулирующей права и обязанности по договору, суд должен указать, каким образом существо законодательного регулирования данного вида договора, необходимость защиты соответствующих особо значимых охраняемых законом интересов или недопущение грубого нарушения баланса интересов сторон предопределяют императивность этой нормы либо пределы ее диспозитивности.

Под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Апеллянт обращает внимание, что Доктрина энергетической безопасности определяет стратегическое планирование в сфере обеспечения

национальной безопасности Российской Федерации, в котором отражены официальные взгляды на обеспечение энергетической безопасности Российской Федерации (далее - энергетическая безопасность) (пункт 1 Доктрины энергетической безопасности).

Кроме того, Федеральным законом от 21.07.2011 № 256-ФЗ «О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса» (далее - Закон о безопасности объектов ТЭК) установлены организационные и правовые основы в сфере обеспечения безопасности объектов топливно-энергетического комплекса в Российской Федерации в целях предотвращения актов незаконного вмешательства, определяет полномочия федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в указанной сфере, а также права, обязанности и ответственность субъектов топливно-энергетического комплекса (статья 1 Закона о безопасности объектов ТЭК).

ПАО «Россети Урал» относится к субъектам топливно-энергетического комплекса, в связи с чем, на него возлагается достижение целей и реализация задач обеспечения безопасности объектов топливно-энергетического комплекса, в частности, их устойчивое и безопасное функционирование, защита интересов личности, общества и государства в сфере топливно-энергетического комплекса от актов незаконного вмешательства (пункт 13 статьи 2, статьи 3 и 6 Закона о безопасности объектов ТЭК).

В этой связи невозможность в одностороннем порядке определять порядок допуска всем пользователям инфраструктуры, по мнению апеллянта, нарушает возможность достижения целей и реализации задач установленных законом. Таким образом, обжалуемое решение, как указывает ответчик, противоречит императивным нормам и нарушает пункт 3 Постановления Пленума ВАС РФ о свободе договора, поскольку не установило правовую природу подпункта Б пункта 28 Правил недискриминационного доступа.

Кроме того, ПАО «Россети Урал» обращало внимание суда, что при предоставлении доступа к своей инфраструктуре оно выдает технические условия в соответствии со Стандартом организации РГ РС-ДРЗАиАСУТП-09-2024 «Порядок взаимодействия структурных подразделений ПАО «Россети Урал» при предоставлении доступа сторонним лицам к объектам электросетевого хозяйства ПАО «Россети Урал», утв. приказом ПАО «Россети Урал» от 01.07.2024 № 347.

В соответствии с указанным актом на пользователя возлагается соблюдение норм, определенных владельцем инфраструктуры, в целях обеспечения безопасности инфраструктуры ПАО «Россети Урал» и реализация им основного вида деятельности (передаче электрической энергии).

Таким образом, невозможность самостоятельно определять регламент допуска пользователей инфраструктуры ПАО «Россети Урал» и отсутствие их обязанности соблюдения регламента негативно влияет на сохранность объектов топливно-энергетического комплекса. И, как следствие, возлагает на ПАО «Россети Урал» негативные последствия в виде ответственности за причинение вреда в результате совершения акта незаконного вмешательства на объекте

топливно-энергетического комплекса (статья 14 Закона о безопасности объектов ТЭК).

Более подробно доводы ПАО «Россети Урал» приведены по тексту апелляционной жалобы.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 24.10.2025.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», третьи лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

До судебного заседания через систему электронной подачи документов «Мой Арбитр» (20.10.2025 в 15:30 МСК) истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором приводит возражения по заявленным ответчиком доводам, полагает решение суда законным и обоснованным.

Представители ответчика в судебном заседании против приобщения к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу не возражали.

Апелляционный суд, руководствуясь положениями статьи 262 АПК РФ, приобщил к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представителями ответчика на стадии заявлений и ходатайств заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела письменных возражений на отдельные доводы отзыва на апелляционную жалобу, а также об отложении судебного разбирательства в связи с недостаточным временем для подготовки возражений на все доводы отзыва на апелляционную жалобу.

Представленные ПАО «Россети Урал» возражения на отдельные доводы отзыва на апелляционную жалобу в отсутствие возражений представителей истца приобщены апелляционным судом к материалам дела.

Против удовлетворения ходатайства ответчика об отложении судебного разбирательства, которое было повторно поддержано после заслушивания судом выступлений всех обеспечивших явку представителей по доводам апелляционной жалобы, отзыва на нее, имеющихся возражений, пояснений по вопросам суда, и дополнительно мотивировано представителями ответчика необходимостью представления суду апелляционной инстанции материалов наиболее свежей судебной практики – состоявшихся судебных актов судов разных регионов и инстанций, содержащих выводы по правовым вопросам, лежащим в основе разногласий сторон и по настоящему делу, представители истца в судебном заседании возражали.

В соответствии с частью 1 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных настоящим

Кодексом, а также в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о времени и месте судебного разбирательства.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Обсудив заявленное представителями ответчика ходатайство об отложении судебного разбирательства для целей представления дополнительного времени для подготовки письменных возражений по доводам отзыва истца на апелляционную жалобу, представления копий судебных актов, которые, по мнению апеллянта, должны быть приняты во внимание при рассмотрении настоящего дела, судебная коллегия не установила предусмотренных статьей 158 АПК РФ достаточных оснований для отложения судебного разбирательства, в связи с чем, в удовлетворении ходатайства ответчику протокольным определением отказано.

При этом судебная коллегия принимает во внимание, что доводы и возражения сторон, в том числе, приведенные в апелляционной жалобе и в отзыве на нее, в части, касающейся обоснования редакции спорных условий договора, в целом, воспроизводят позиции сторон, раскрытые в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, состоят в консолидации приводившихся на протяжении рассмотрения дела доводов, ссылок на те же нормативные акты, которые указывались каждой из сторон в ходе рассмотрения дела, с приведением дополнительных цитат и ссылок на их отдельные положения и положения взаимосвязанных с ними нормативных актов и разъяснений судов. Также в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции и на стадии апелляционного обжалования состоявшегося решения суда, обе стороны приводили неоднократные ссылки на судебные акты, содержащие, по их мнению, значимые выводы правоприменительного значения, подтверждающие обоснованность доводов соответствующей стороны.

В заседании суда апелляционной инстанции 24.10.2025, проведенном с использованием средств веб-конференции (онлайн-заседание), на стадии пояснений и ответов на вопросы друг друга и суда всем представителям была предоставлена возможность раскрыть имеющиеся доводы и возражения. Доводов, которые не заявлялись истцом в ходе рассмотрения дела судом первой

инстанции, и по этой причине могли бы обусловить необходимость для стороны ответчика дополнительной подготовки возражений по ним, озвучено не было, отзыв на апелляционную жалобу таких доводов также не содержит.

При таких обстоятельствах правовые основания для отложения судебного разбирательства по ходатайству ответчика судом апелляционной инстанции не установлены.

После отказа в отложении судебного разбирательства по ходатайству представителей ответчика, в отсутствие возражений представителей истца к материалам дела приобщены дополнительные письменные пояснения ответчика, представленные и оглашенные на стадии дополнений.

При этом судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела приложений к указанным дополнительным пояснениям: отзывов Минэнерго России от 13.10.2025 № 08-753, от 17.10.2025 № 08-761, исходя из следующего.

В силу части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Согласно части 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

В обоснование невозможности представления обозначенных выше отзывов Минэнерго РФ в суд первой инстанции, ответчиком указано на то, что данные документы датированы позже обжалуемого судебного решения.

В обоснование необходимости данных доказательств для правильного рассмотрения дела, ответчик обратил внимание, что судом первой инстанции отказано в привлечении Минэнерго России к участию в деле, в связи с чем, в материалах дела отсутствует письменная позиция данного органа.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что заявленные к приобщению ответчиком новые доказательства представлены суду и стороне непосредственно в судебном заседании, после окончания изложения каждой из сторон ключевых тезисов в обоснование поддерживаемых позиций по делу. Такое процессуальное поведение объективно исключает возможность не только заблаговременного ознакомления с такими документами, но и их изучения по ходу заслушивания пояснений стороны, желающей на данные доказательства ссылаться, в связи с чем, безусловно, не может быть признано отвечающим критерию добросовестности.

Не имея, таким образом, возможности подробного ознакомления с содержанием представлявшихся ответчиком документов, судебная коллегия, тем не менее, отмечает, что, исходя из имеющихся на них наименований и реквизитов, они представляют собой письменные отзывы Минэнерго России

направленные в рамках рассмотрения иных дел иными арбитражными судами, что исключает возможность их оценки в рамках настоящего дела, как с точки зрения окончательности позиции указанного органа, так и с точки зрения возможности ее распространения применительно к обстоятельствам настоящего дела, к участию в котором Минэнерго России не привлекалось.

Ссылаясь на то, что письменное мнение Минэнерго России по делу имеет существенное значение для правильного разрешения спора, представление такого мнения было бы возможно в случае участия названного органа в рассмотрении настоящего дела, тогда как судом первой инстанции в его привлечении было отказано, представителями ответчика также заявлено устное ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства энергетики Российской Федерации.

Представители истца против удовлетворения указанного ходатайства возражали.

В соответствии с частью 1статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

В силу пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Между тем, исходя из предмета и оснований рассматриваемых требований, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что итоговый судебный акт по настоящему делу не может повлиять на права или обязанности Минэнерго России по отношению к одной из сторон. Кроме того, из материалов дела судебной коллегией не усматривается наличие конкретных обстоятельств или вопросов в пределах компетенции указанного органа, требующих обязательного получения его заключения или письменного мнения.

В то же время, суд апелляционной инстанции отмечает, что с учетом фактической длительности рассмотрения настоящего спора (с ноября 2023 года) ПАО «Россети Урал», в том числе, с учетом специфики его правового статуса, презумпции у него необходимых компетенций для квалифицированного формулирования вопросов правового характера с учетом конкретных обстоятельств рассмотренного спора, имело объективную возможность самостоятельно обратиться в Минэнерго России для получения требуемых, с позиции ответчика, разъяснений и их представления в материалы настоящего дела в порядке статей 65, 75 АПК РФ в суде первой инстанции, а при наличии соответствующих препятствий – обращения к суду с ходатайством в порядке статьи 66 АПК РФ.

По приведенным выше мотивам в удовлетворении ходатайства ПАО «Россети Урал» о привлечении к участию в деле Минэнерго России судом апелляционной инстанции отказано протокольным определением.

Ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу окончательного судебного акта по делу № А76-39495/2024 сторонами в суде апелляционной инстанции не заявлено и судебной коллегией не усматривается, принимая во внимание неоспариваемое сторонами обстоятельство неотносимости обжалованного в рамках указанного дела решения УФАС по Челябинской области к регулированию оспариваемых условий договора, рассмотренных в рамках настоящего дела.

В судебном заседании представители ответчика на удовлетворении апелляционной жалобы настаивали, аргументированно поддержав все приведенные в ней доводы, дополнительно акцентировав внимание, в том числе, отвечая на вопросы суда, что спорные условия договора подлежат определению судом, исходя из публичного характера данного договора, особого статуса объектов, предоставляемых для размещения ВОЛС, как источников повышенной опасности в собственности ответчика, императивных положений применимого правового регулирования в части порядка установления платы за размещение ВОЛС, закрепляющих в данном вопросе исключительную компетенцию собственника инфраструктуры – ПАО «Россети Урал», недопустимости установления цены такого размещения экспертным путем при наличии действующей утвержденной ответчиком цены, не признанной уполномоченным органом – УФАС России по Челябинской области незаконной. Кроме того, настаивали на необходимости урегулирования разногласий сторон с учетом того обстоятельства, что право владельца ВОЛС (истца по делу) на их размещение на объектах инфраструктуры в собственности ПАО «Россети Урал» (ответчик по делу) ограничено правомочием последнего определять наличие совокупности технологической и экономической возможности такого доступа по смыслу, придаваемому данным понятиям Правилами недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи (утвержденными постановлением Правительства РФ от 22.11.2022 № 2106). В этой связи и с учетом порядка определения действующей цены размещения, опубликованной на сайте ответчика, настаивали, в частности, на включении в договор понятия «точка доступа» и установления цены за каждую точку доступа.

В судебном заседании представители истца против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, также аргументированно поддержав все доводы, приведенные в отзыве на нее, дополнительно акцентировав внимание, в том числе, отвечая на вопросы суда, что Правилами недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи (утвержденными постановлением Правительства РФ от 22.11.2022 № 2106) допускается возможность отнесения условиями договора ответственности за сохранность ВОЛС на собственника данных сетей (истец по делу) с исключением из цены размещения соответствующих расходов, в рамках длительных фактических отношений сторон ответчиком регулярно направлялись письма в адрес истца о

необходимости демонтажа/монтажа ВОЛС в связи с необходимостью проведения работ на объектах инфраструктуры ПАО «Россети Урал», такие требования выполняются оператором связи собственными силами, представленный в материалы дела расчет цены, выполненный привлеченным специалистом, основан на данных ответчика, последним не опровергнут, установленная судом первой инстанции цена размещения, таким образом, не является индивидуальной, а определена с учетом отнесения ответственности за сохранность ВОЛС на истца. Кроме того, настаивали, что воля истца никогда не была направлена на получение конкретных опор в безраздельное пользование без ограничения количества возможного размещения ВОЛС на каждой опоре и с исключением возможности предоставления соответствующих опор наряду с истцом и иным операторам связи, в связи с чем, а также принимая во внимание сложившуюся практику взаимоотношений сторон по вопросу определения цены размещения, не имеется оснований для включения в договор, в том числе, понятия «точка доступа» с определением цены размещения за каждое место на опоре, занятое ВОЛС.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Интерсвязь-Север» является оператором связи (лицензия № 180173 от 06.05.2020 на оказание телематических услуг связи, лицензия № 180172 от 06.05.2020 на оказание услуг связи по передаче данных, за исключением услуг связи по передаче данных для целей передачи голосовой информации).

В целях оказания услуг связи потребителям у ООО «Интерсвязь-Север» имеется потребность размешать свои сети связи на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства, принадлежащих ПАО «Россети Урал».

ПАО «Россети Урал», являясь владельцем инфраструктуры для размещения линий связи на территории Челябинской области, оказывает услуги по размещению волоконно-оптической линии связи (ВОЛС) на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства (ВЛ).

С целью оформления договорных отношений истцом был подготовлен и направлен в адрес ответчика проект договора № 2-интерсвязь-север/2023 (далее – договор).

Ответчик отказался от подписания договора, указав, что предложенная редакция договора не соответствует типовой форме договора, утвержденной договором от 14.02.2015 № УВВ-77Д-2706-15 (43/2015) коммерческого представительства собственника объектов электроэнергетики для целей заключения и исполнения договоров размещения сетей электросвязи (их элементов) на объектах электроэнергетики, заключенного между АО «Россети Цифра» и ПАО «Россети Урал».

Поскольку ПАО «Россети Урал» отказалось заключить договор, истец обратился с настоящим иском в суд, в котором просил (с учетом дополнительных письменных пояснений по иску) урегулировать разногласия, возникшие при заключении договора. Ответчик, возражая против

удовлетворения исковых требований в редакции истца, представил письменные возражения с приведением собственной редакции по спорным условиям договора.

Из материалов дела также следует, что разногласия по отдельным условиям договора (пункты 4.7-4.11, пункт 6.2, а также раздел 14, в отношении которого суд ограничился уточнением нумерации пунктов раздела) урегулированы сторонами в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции урегулировал условия пунктов 2.3, 3.1.6, 3.1.7, 3.2.4, 3.2.5, 3.2.6, 3.3.5, 3.4.2, 4.1, 4.2, 4.6, 5.3, 7.2, раздела 9 (пункты 9.1, 9.2, 9.3), Приложений № 1, № 2, № 3 в редакции истца, определил нумерацию пунктов в разделе 14, раздел 15 договора в предложенной ответчиком редакции, исключен.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 АПК РФ, оценив фактические обстоятельства дела, доводы, заявленные сторонами в ходе апелляционного производства и представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 ГК РФ).

Арбитражный суд в соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ на основании имеющихся в деле доказательств устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Судебная коллегия отмечает, что при определении природы переданного на урегулирование договора, суд первой инстанции, верно определив правовую природу спорных правоотношений, пришел к обоснованному выводу о том, что процедура заключения договора о предоставлении доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи регулируется Правилами недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 22.11.2022 № 2106 (Правила недискриминационного доступа № 2106).

Согласно пункту 2 Правил недискриминационного доступа № 2106

«владелец инфраструктуры» - субъект естественной монополии, регулирование деятельности которого осуществляется в соответствии с Федеральным законом «О естественных монополиях» и который является собственником инфраструктуры и (или) распоряжается инфраструктурой на ином законном основании (абзац 8 пункта 2), применительно к обстоятельствам настоящего дела – ПАО «Россети Урал».

«Пользователь инфраструктуры» - лицо, заказывающее и (или) использующее доступ к инфраструктуре в целях размещения сетей электросвязи и (или) их отдельных элементов на основании возмездного договора о предоставлении доступа к инфраструктуре (далее - договор) с владельцем инфраструктуры (абзац 10 пункта 2 Правил недискриминационного доступа № 2106), применительно к обстоятельствам настоящего дела – ООО «Интерсвязь-Север».

В соответствии с пунктом 18 Правил недискриминационного доступа № 2106, владелец инфраструктуры при наличии технологической и экономической возможности не вправе отказать в предоставлении доступа к ней обратившемуся пользователю инфраструктуры, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации и настоящими Правилами. Доступ к инфраструктуре должен быть предоставлен любому пользователю инфраструктуры на основе недискриминационных условий.

Правильно применив приведенные положения Правил недискриминационного доступа № 2106, статей 421, 422, 426, 432, 445 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленный на урегулирование договор является публичным по признаку обязательности заключения для владельца инфраструктуры (ПАО «Россети Урал»).

В этой связи при урегулировании условий рассматриваемого договора в судебном порядке, суд не вправе устанавливать условия, отличные от предусмотренных нормативно-правовыми актами, действующими на момент вынесения решения суда, обратное приведет к прямому нарушению пункта 1 статьи 422, пункта 5 статьи 426 ГК РФ.

Дополнительно в целях определения ключевых принципов, определяющих основу регулирования рассматриваемого договора, суд апелляционной инстанции обращает внимание на следующее.

В соответствии с пунктом 26 Правил недискриминационного доступа № 2106 Договор о предоставлении доступа к инфраструктуре должен содержать следующие существенные условия:

а) указание объектов инфраструктуры, которые предоставляются по договору, а также цель их использования;

б) размер, порядок и сроки оплаты за пользование инфраструктурой;

в) условия технического обслуживания объектов инфраструктуры и условия размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) на объектах инфраструктуры, определенные сторонами договора с учетом методических рекомендаций, предусмотренных пунктами 5 и 6 настоящих Правил;

г) ответственность сторон договора за нарушение условий договора,

предусмотренных подпунктом «в» настоящего пункта;

д) срок действия договора; е) условия изменения и расторжения договора;

ж) порядок приостановления доступа к инфраструктуре по основаниям, указанным в пункте 32 настоящих Правил, а также уведомления пользователя инфраструктуры о намерении приостановить доступ к инфраструктуре;

з) условия демонтажа сети электросвязи после расторжения (прекращения) договора.

Кроме того, согласно пункту 27 Правил недискриминационного доступа № 2106 не допускается включать в договор условия, ограничивающие использование инфраструктуры, в том числе в части взаимодействия элементов сетей электросвязи различных пользователей инфраструктуры, размещенных на одних объектах инфраструктуры, если эти условия не носят технического или технологического характера, в том числе в целях обеспечения безопасности объектов, и (или) не предусмотрены законодательством Российской Федерации. В случае если владелец инфраструктуры является оператором связи, пользование инфраструктурой не может быть обусловлено обязательным использованием услуг связи владельца инфраструктуры либо присоединением сетей электросвязи пользователя инфраструктуры к сетям электросвязи владельца инфраструктуры.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что правовые основы деятельности в области связи на территории Российской Федерации и на находящихся под юрисдикцией Российской Федерации территориях, полномочия органов государственной власти в области связи, а также права и обязанности лиц, участвующих в указанной деятельности или пользующихся услугами связи, включая общие положения, регламентирующие право организаций связи осуществлять строительство, эксплуатацию средств связи и сооружений связи с использованием зданий, опор линий электропередачи, контактных сетей железных дорог, столбовых опор, мостов, коллекторов, туннелей, в том числе туннелей метрополитена, железных и автомобильных дорог и других инженерных объектов и технологических площадок, а также полос отвода, в том числе полос отвода железных дорог и автомобильных дорог, по договору с собственником или иным владельцем перечисленных объектов, регламентированы Федеральным законом от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» (Закон о связи).

В частности, право оператора связи на размещение своих кабелей связи на перечисленных выше объектах, включая сооружения связи, на договорной основе с собственником или иным владельцем такого имущества закреплено в статьях 6, 7 Закона о связи.

Между тем, Правила недискриминационного доступа № 2106 разработаны и утверждены Правительством РФ в развитие норм иного закона, а именно, в соответствии с частью 3 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (Закон о защите конкуренции).

В соответствии со статьей 1 Закона о защите конкуренции он определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе

предупреждения и пресечения

1) монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции;

2) недопущения, ограничения, устранения конкуренции федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации (часть 1 статьи 1).

Целями Закона о защите конкуренции являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (часть 2 статьи 1 Закона о защите конкуренции).

В силу части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, в том числе следующие действия (бездействие):

- установление, поддержание монопольно высокой или монопольно низкой цены товара (пункт 1);

- навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные и (или) прямо не предусмотренные федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования) (пункт 3);

- экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами (пункт 5);

- экономически, технологически и иным образом не обоснованное установление различных цен (тарифов) на один и тот же товар, если иное не установлено федеральным законом (пункт 6);

- создание дискриминационных условий (пункт 8);

- создание препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка другим хозяйствующим субъектам (пункт 9);

- нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования (пункт 10).

Согласно части 3 статьи 10 Закона о защите конкуренции в целях предупреждения создания дискриминационных условий могут устанавливаться федеральным законом или нормативным правовым актом Правительства Российской Федерации правила недискриминационного доступа на товарные рынки и (или) к товарам, производимым или реализуемым субъектами естественных монополий, регулирование деятельности которых осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», а также к объектам инфраструктуры, используемым этими субъектами естественных монополий непосредственно для оказания услуг в сферах деятельности естественных монополий.

В рассматриваемом случае ответчик по делу - ПАО «Россети Урал» является субъектом естественной монополии (по смыслу статей 3, 4 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях») в сфере услуг по передаче электрической энергии, в силу чего регулируемые условия рассматриваемого договора должны учитывать и специфику данного статуса ответчика.

Кроме того, заслуживают внимания доводы подателя жалобы о том, что по смыслу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ деятельность ПАО «Россети Урал», равно как и отдельные объекты инфраструктуры, доступ к которым предусматривается регулируемым договором, являются источниками повышенной опасности, что также определяет ограничительные особенности эксплуатации таких объектов, предоставления доступа к ним и должно учитываться при регулировании переданных в суд разногласий.

В то же время обязательность заключения регулируемого договора для ПАО «Россети Урал» обусловлена принципами законодательного регулирования именно в сфере защиты конкуренции, целями предупреждения создания дискриминационных условий доступа к объектам инфраструктуры, используемым ПАО «Россети Урал» как субъектом естественной монополии (часть 3 статьи 10 Закона о защите конкуренции).

Помимо указанного, обязательность заключения регулируемого договора для ПАО «Россети Урал» обусловлена гарантированным ООО «Интерсвязь- Север», имеющему статус оператора связи (пункт 12 статьи 2 Закона о связи), правом на размещение своих сетей связи на принадлежащем иным лицам имуществе, включая объекты инфраструктуры, используемые ПАО «Россети Урал» (статьи 6, 7 Закона о Связи, пункт 18 Правил недискриминационного доступа № 2106).

Как обоснованно отмечено в апелляционной жалобе, указанная гарантия предоставления оператору связи доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи ограничена особенностями правового статуса собственника инфраструктуры (субъект естественной монополии), правового режима

объектов инфраструктуры (в составе которых объекты, являющиеся источниками повышенной опасности), нормами Закона о защите конкуренции (в части обеспечения равных конкурентных условий иным субъектам, заинтересованным в доступе к инфраструктуре), а кроме того, прямо предусмотренными в пункте 18 Правил недискриминационного доступа № 2106 обязательными условиями наличия технологической и экономической возможности такого доступа.

Таким образом, суд апелляционной инстанции при проверке обоснованности доводов апелляционной жалобы и анализе оспариваемых апеллянтом условий договора исходит из того, что основные принципы, определяющие основу баланса интересов сторон данного договора, могут быть сформулированы следующим образом:

- недопустимость нарушения публичных интересов, - недопустимость нарушения принципов защиты конкуренции,

- необходимость учета особенностей правового статуса, как собственника инфраструктуры, так и оператора связи,

- необходимость учета особенностей правового режима источников повышенной опасности в составе объектов инфраструктуры.

Обобщенно суть сохраняющихся разногласий сторон в рамках регулируемых условий договора сводится к следующим двум вопросам:

1. что предоставляется в пользование и, как следствие, подлежит оплате - объект инфраструктуры или его часть («точка доступа»)?

2. допускается ли в рамках регулируемого договора отнесение работ по обеспечению сохранности ВОЛС в связи с проведением работ по ремонту, модернизации, реконструкции, замене объектов инфраструктуры или их части, не на владельца инфраструктуры, а на оператора связи (пользователя инфраструктуры) с исключением соответствующих расходов из цены (тарифа) доступа?

По первому вопросу суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

ПАО «Россети Урал» настаивает на дополнении раздела 1 Термины и определения, используемые в договоре, пунктом 1.1.4. в следующей редакции: «1.1.4 Точка доступа - место на опоре воздушных линий электропередачи (ВЛ), временно предоставляемое Пользователю объектов электроэнергетики для размещения (крепления) одной линии связи (в том числе волоконно- оптической).».

Отказывая во включении в раздел 1 договора предложенного ПАО «Россети Урал» пункта 1.1.4, суд первой инстанции исходил из того, что действующее законодательство и иные нормативно-правовые акты не содержат четкого определения предложенного ответчиком термина «точка доступа», при этом данное условие не относится к существенным и стороны не достигли согласия по нему.

Между тем, с таким выводом суд апелляционной инстанции согласиться не может и полагает решение в данной части подлежащим изменению по следующим основаниям.

Как указано выше, в силу пункта 18 Правил недискриминационного доступа № 2106 владелец инфраструктуры при наличии технологической и экономической возможности не вправе отказать в предоставлении доступа к ней обратившемуся пользователю инфраструктуры, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации и настоящими Правилами. Доступ к инфраструктуре должен быть предоставлен любому пользователю инфраструктуры на основе недискриминационных условий.

Согласно абзацам 2-7 пункта 2 Правил недискриминационного доступа № 2106 «инфраструктура для размещения сетей электросвязи» (инфраструктура) - специальные объекты инфраструктуры и (или) сопряженные объекты инфраструктуры.

«Специальные объекты инфраструктуры» - специально созданные или приспособленные для размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) объекты инфраструктуры, к которым относятся в том числе:

сооружения связи, в том числе линейно-кабельные сооружения связи (за исключением кабелей связи, в том числе их части);

здания, сооружения либо отдельные помещения в них, специально созданные для размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов);

столбовые и стоечные опоры.

«Сопряженные объекты инфраструктуры» - объекты инфраструктуры, в том числе созданные для целей, не связанных с оказанием услуг электросвязи, которые могут использоваться для размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, и к которым относятся в том числе воздушные линии электропередачи, столбовые опоры, мосты, туннели, прочие дорожные сооружения и коллекторы.

Согласно абзацу 9 пункта 2 Правил недискриминационного доступа № 2106 «доступ к инфраструктуре» - получение во временное пользование объектов инфраструктуры и (или) их части.

Таким образом, приведенными положениями Правил недискриминационного доступа № 210 разграничены и допускаются оба варианта предоставления доступа к инфраструктуре: в отношении объектов инфраструктуры или в отношении их части.

В силу абзаца 11 пункта 2 Правил недискриминационного доступа № 2106 «технологическая возможность доступа к инфраструктуре» - обеспечение соответствия объекта инфраструктуры технологическим требованиям и нормам инфраструктуры при предоставлении доступа к этому объекту инфраструктуры, в том числе для осуществления основной деятельности владельца инфраструктуры.

В соответствии с абзацем 12 пункта 2 Правил недискриминационного доступа № 2106 «экономическая возможность доступа к инфраструктуре» - обеспечение возмещения экономически обоснованных расходов и необходимой прибыли владельца инфраструктуры, связанных с предоставлением доступа к инфраструктуре, за счет пользователя инфраструктуры.

При этом, как указано выше, к числу существенных условий договора о

предоставлении доступа к инфраструктуре в соответствии с пунктом 26 Правил недискриминационного доступа № 2106 относятся, в частности:

а) указание объектов инфраструктуры, которые предоставляются по договору, а также цель их использования;

б) размер, порядок и сроки оплаты за пользование инфраструктурой.

Из взаимосвязанных положений приведенных пунктов Правил № 2106 следует, что отнесение термина «точка доступа» к существенным условиям договора, подлежащим урегулированию, в данном случае подлежит оценке с учетом порядка формирования цены доступа (в силу пункта 38 Правил № 2106 устанавливаемой владельцем инфраструктуры), а также особенностей определения владельцем инфраструктуры технологической и экономической возможностью доступа.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в настоящее время письменный договор на предоставление доступа к объектам инфраструктуры между сторонами отсутствует, между тем, на протяжении длительного времени ООО «Интерсвязь-Север» в отсутствие договора и без направления заявлений ПАО «Россети Урал» (пункт 20 правил № 2106) самовольно размещает принадлежащие ему ВОЛС на объектах инфраструктуры ответчика.

Стороны, в том числе, в период рассмотрения настоящего спора, путем составления двусторонних и односторонних актов обследования согласовали перечень объектов инфраструктуры, на которых фактически имеет место размещение принадлежащих истцу ВОЛС, однако между ними сохраняются разногласия относительно фактического количества ВОЛС на конкретных объектах ПАО «Россети Урал».

Так, согласно пояснениям ответчика ООО «Интерсвязь-Север» фактически уклоняется от фиксации двусторонними актами обследования количества размещенных линий связи на каждой используемой опоре, принадлежащей ответчику, более того, ввиду продолжения истцом самовольного размещения новых ВОЛС на объектах ответчика, количество кабелей связи, размещенных истцом на конкретных опорах ответчика постоянно меняется.

Судебная коллегия полагает заслуживающими внимания пояснения ответчика о том, что определение наличия технологической возможности предоставления доступа к инфраструктуре с учетом описанных выше особенностей этих объектов (специальные объекты инфраструктуры) определяется владельцем с учетом, в том числе, Требований к спряженным объектам инфраструктуры в целях обеспечения размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) на воздушных линиях электропередачи, утвержденных приказом Министерства энергетики РФ от 15.04.2022 № 327 (Требования № 327, зарегистрирован в Минюсте России 24.06.2022 № 68988, начало действия – 08.07.2022), положениями пунктов 1-22 которых, в частности установлены требования к порядку размещения кабелей связи при пересечении с ВЛ и требований к минимальным расстояниям между ними и до земли.

Также судебная коллегия обращает внимание, что согласно размещенным

в соответствующих разделах официального Интернет-сайта ответчика сведениям об утвержденных им ценах на предоставление доступа к объектам инфраструктуры в течение длительного времени цена пользования, исходя из буквального содержания размещавшейся информации, устанавливалась за опору.

Между тем, согласно сведениям, размещенным на странице официального Интернет-сайта ответчика с адресом rosseti- ural.ru/disclosure/other/vols/, цены (тарифы) на услуги предоставления доступа к инфраструктуре филиалов ПАО «Россети Урал» для размещения сетей электросвязи с 01.01.2025 установлены из расчета за 1 (одну) точку доступа к инфраструктуре в месяц (руб., без НДС). Указанные цены рассчитаны в соответствии с Методическими рекомендациями по формированию цены на предоставление доступа сторонним лицам к ВЛ для размещения ВОЛС, утвержденными приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409.

На этой же странице в рамках раскрытия понятия «точка доступа» приводится следующее ее определение: место на опоре воздушных линий электропередачи (ВЛ), временно предоставляемое Пользователю объектов электроэнергии под крепление линейной арматуры для размещения кабеля связи (в том числе волоконно-оптического) и/или иных элементов сетей электросвязи (оптических муфт, распределительных шкафов и прочего оборудования связи).

Судебная коллегия считает заслуживающими внимание пояснения ответчика о том, что введенные изменения при формировании действующей цены не за опору, а за предоставленное в пользование место на опоре, обусловлено объективными экономическими и технологическими причинами.

Так, исходя из технических характеристик взаимодействующих объектов технологическая нагрузка на объекты инфраструктуры и обоснованные расходы на содержание инфраструктуры объективно находятся в прямой зависимости от количества размещенных ВОЛС на одной опоре и способа их размещения на ней. Количество и способ размещения ВОЛС на объектах инфраструктуры также могут влиять на безопасность эксплуатации как самих ВОЛС, так и используемой для их размещения инфраструктуры.

В свою очередь, как указывалось выше, ответственность за безопасность эксплуатации инфраструктуры и обязанность оценивать критерии технологической и экономической возможности доступа при предоставлении его пользователям инфраструктуры лежат на ПАО «Россети Урал».

Кроме того, в силу обязанности ПАО «Россети Урал» при предоставлении доступа к инфраструктуре конкретному оператору связи не допускать необоснованного ограничения равных условий доступа для другого оператора связи, учет, предоставление в пользование и взимание платы именно за «точку доступа» в контексте приведенного выше нормативного регулирования, по мнению судебной коллегии, обусловлены технологическими и экономическими критериями предоставления доступа и принципами защиты конкуренции.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что оценка соответствия установленной владельцем инфраструктуры цены доступа на соответствие Правилам № 2106 и разработанным в соответствии с ними Методическим рекомендациям относится к компетенции антимонопольного органа.

Между тем, судебная коллегия принимает во внимание и то, что цена (тариф), утвержденная ПАО «Россети Урал» с 01.01.2025, в настоящее время не признана УФАС по Челябинской области не соответствующей обозначенным обязательным требованиям.

Кроме того, возможность установления тарифа за точку доступа к инфраструктуре и (или) за 1 (один) километр предусмотрена пунктом 32 Методических рекомендаций по установлению цен (тарифов) на предоставление доступа, утвержденных приказом Федеральной антимонопольной службы от 18.05.2023 № 289/23 (далее также – Методические рекомендации № 289/23).

Судебная коллегия принимает во внимание, что указанные Методические рекомендации № 289/23 не проходили регистрацию в реестре в соответствии с Правилами подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации (утвержденными Постановлением Правительства РФ от 13.08.1997 № 1009). Между тем, возможность их применения к спорным правоотношениям усматривается истцом, в том числе, согласно отзыву на апелляционную жалобу, а также рекомендательное значение данных Методических рекомендаций, принятых в пределах компетенции антимонопольного органа и в соответствии с пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 22.11.2022 № 2106 и пункта 38 Правил № 2106, не оспаривает ответчик.

В данном случае положения пункта 32 Методических рекомендаций № 289/23 судебной коллегией учитываются в качестве одного из доказательств экономической целесообразности и правомерности принятого ПАО «Россети Урал» подхода при установлении цены (тарифа) за точку доступа, а не за опору.

Более того, признание обоснованности данной цены косвенно усматривается из поведения истца по делу, согласно пояснениям которого, именно эту цену и предусмотренный порядок ее формирования (Методические рекомендации, утвержденные приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560), размещенные на указанной выше странице ответчика в сети Интернет, принимал к расчету привлеченный истцом специалист при подготовке заключения (расчета) в рамках разногласий по пункту 4.1 договора.

Апелляционная коллегия также полагает заслуживающим внимание представленное ответчиком в обоснование технологической и экономической обоснованности введения учета размещенных ВОЛС по точкам доступа заключение, подготовленное ФГБОУ ВО «Казанский государственный энергетический университет» (т. 13, л.д.49-57), в котором приведено подробное технико-экономическое обоснование влияния количества и способа размещения ВОЛС на объектах инфраструктуры ответчика на безопасность эксплуатации указанных объектов и увеличение затрат собственника

инфратсруктуры.

Поскольку, исходя из приведенного анализа, термин «точка доступа» тесно связан с оценкой владельцем инфраструктуры технологической и экономической возможности доступа, а также цены доступа, которые, в свою очередь, относятся к существенным условиям договора, кроме того, как справедливо отметил апеллянт, на значимость определения данного термина мотивированно указывал владелец инфраструктуры, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данное условие подлежит урегулированию в судебном порядке, раздел 1 договора следует дополнить определением термина «точка доступа».

В тоже время, обращая внимание на различие редакции термина «точка доступа», предлагавшейся ответчиком в ходе рассмотрения дела и редакции данного термина на официальном сайте ответчика с привязкой к порядку формирования цены доступа, судебная коллегия считает, что пункт 1.1.4 договора подлежит урегулированию в соответствии с редакцией, приведенной на сайте ответчика при опубликовании действующей цены доступа:

«п. 1.1.4. «Точка доступа» - место на опоре воздушных линий электропередачи (ВЛ), временно предоставляемое Пользователю объектов электроэнергии под крепление линейной арматуры для размещения кабеля связи (в том числе волоконно-оптического) и/или иных элементов сетей электросвязи (оптических муфт, распределительных шкафов и прочего оборудования связи)».

Такой подход, в том числе, обеспечивает единообразные условия доступа в соответствии с требованиями Закона о защите конкуренции.

В связи с изложенным, соответствующие изменения - в части определения цены именно за «точку доступа» - подлежат внесению и в пункт 4.1 договора.

Вместе с тем, не усматривая оснований для изменения обжалуемого решения в части утвержденной редакции приложений к договору № 1 - Перечень и характеристики используемого имущества, предоставленного для размещения волоконно-оптической линии связи Пользователя, № 2 – Акт предоставления используемого имущества, № 3 – Расчет стоимости размещения волоконно-оптической линии связи на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства – в редакции истца, судебная коллегия исходит из следующего.

Как указано выше, в настоящее время имеет место фактическое размещение истцом принадлежащих ему ВОЛС на инфраструктуре ответчика без соблюдения установленной Правилами № 2106 процедуры, в том числе, без направления заявлений собственнику инфраструктуры и без предоставления ответчиком своих объектов под то или иное количество ВОЛС.

Судебная коллегия учитывает, что сложившееся фактическое использование истцом инфраструктуры ответчика, обусловлено, в том числе, длительным наличием между сторонами неурегулированных разногласий по условиям такого размещения, при том, что право оператора связи на размещение своих ВОЛС на инфраструктуре владельца обусловлено, прежде

всего, выполняемой им функцией по обеспечению связи и доступа к сети Интернет в отношении неопределенного круга лиц, включая абонентов-физических лиц, в связи с чем, реализация такого права также подлежит оценке с учетом наличия в данной части защищаемых не только частных, но и публичных интересов.

При таких обстоятельствах указанное размещение истцом своих ВОЛС на инфраструктуре ответчика в отсутствие письменного договора не может быть однозначно оценено как недобросовестное, противоправное поведение, не подлежащее судебной защите.

В этой связи регулирование условий договора с позиции закрепления правомерного размещения только одной ВОЛС на каждой опоре только по причине несоблюдения истцом процедуры, предусмотренной пунктом 20 Правил № 2106 и в отсутствие письменного договора, не будет отвечать целям приведенного выше правового регулирования спорных отношений, в том числе, целям защиты конкуренции, публичных интересов.

Вместе с тем, согласно пояснениям представителей сторон, между сторонами сохраняется спор относительно фактического количества размещенных на каждой опоре ответчика ВОЛС истца.

Также, согласно пояснениям представителей ответчика, ПАО «Россети Урал» не проводилась оценка технологической и экономической обоснованности, в том числе, с учетом соблюдения принципов защиты конкуренции, фактически размещенных на конкретных опорах ВОЛС истца.

По материалам дела судебной коллегией также не установлено объективных доказательств фактического выполнения указанной оценки.

Между тем, в контексте приведенного выше регулирования, проведение оценки допустимости сохранения по перечисленным критериям и учет конкретного количества ВОЛС на объектах ответчика является, по мнению судебной коллегии, необходимым для приведения отношений сторон в соответствие с условиями регулируемого договора.

Установление в рамках рассматриваемого спора конкретного количества ВОЛС по опорам и идентификация конкретных «точек доступа» при регулировании редакции приложений № 1 и № 2 к договору признается судебной коллегией нецелесообразным, поскольку само установление такого фактического количества без проведения оценки соблюдения технологического, экономического и конкурентного критериев, не позволяет констатировать правомерность сохранения всех фактически используемых «точек доступа» в качестве предоставленных на условиях регулируемого договора.

Как указывалось ранее, ПАО «Россети Урал», к чьей безусловной компетенции Правилами № 2106 отнесено проведение соответствующей проверки, такая проверка не проводилась.

Таким образом, приведение фактических отношений сторон в соответствие с условиями регулируемого договора и применимого нормативного регулирования в данном случае зависит не от принятия судом той или иной редакции обсуждаемых условий, но от взаимной обязанности

сторон по проведению инвентаризации существующего количества размещений ВОЛС и обязанности владельца инфраструктуры – ПАО «Россети Урал» по оценке установленных размещений ВОЛС на соответствие перечисленным выше критериям.

Наличие обязанности по проведению такого обследования и проверки соблюдения критерия технической возможности предоставления доступа к объекту инфраструктуры именно на стороне ПАО «Россети Урал», в том числе, усматривается из абзаца 5 пункта 39 правил № 2106, предусматривающего включение в цену (тариф) доступа к инфраструктуре расходов на проведение таких обследований.

В этой связи приложения № 1 и № 2, включающие только перечень опор, предоставленных для размещения ВОЛС, с учетом конкретных обстоятельств дела подлежат урегулированию в редакции истца, что не означает понимание объекта доступа, отличного от регламентированного в п. 1.1.4 договора как «точка доступа» - места на опоре воздушных линий электропередачи (ВЛ), временно предоставляемое Пользователю объектов электроэнергии под крепление линейной арматуры для размещения кабеля связи (в том числе волоконно-оптического) и/или иных элементов сетей электросвязи (оптических муфт, распределительных шкафов и прочего оборудования связи).

Что касается редакции приложения № 3, обсуждаемой в контексте раздела 1 договора только в части включения в него указания на определение цены за точку доступа, судебная коллегия не усматривает такой специальной необходимости, принимая во внимание, что порядок установления цены (в рассматриваемом случае - за «точку доступа») определяется в силу пункта 38 Правил № 2106 и публичного характера договора, владельцем инфраструктуры (ПАО «Россети Урал»), в связи с чем, независимо от конкретной цены доступа, указанной в договоре, порядок ее определения (за «точку доступа» в значении, введенном в договор и придаваемом владельцем инфраструктуры) предполагается одинаковым для всех пользователей инфраструктуры и дополнительного урегулирования в приложениях к договору не требует.

По второму вопросу - о том, допускается ли в рамках регулируемого договора отнесение работ по обеспечению сохранности ВОЛС в связи с проведением работ по ремонту, модернизации, реконструкции, замене объектов инфраструктуры или их части, не на владельца инфраструктуры, а на оператора связи (пользователя инфраструктуры) с исключением соответствующих расходов из цены (тарифа) доступа, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии подпунктом б) пункта 26 Правил № 2106 размер, порядок и сроки оплаты за пользование инфраструктурой отнесены к существенным условиям договора предоставления доступа к инфраструктуре.

Порядок возмещения экономически обоснованных расходов владельцев инфраструктуры на предоставление доступа к инфраструктуре и обеспечения необходимой прибыли владельцев инфраструктуры регламентирован Разделом VI Правил № 2106.

Так, согласно пункту 38 Правил № 2106 цены (тарифы) на

предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи устанавливаются владельцем инфраструктуры. Цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи в сопоставимых условиях устанавливаются владельцем инфраструктуры равными для всех пользователей инфраструктуры, заинтересованных в доступе к определенному виду объектов инфраструктуры или их части и предполагающих использовать объекты инфраструктуры или их часть.

Исходя из содержания приведенной нормы, по мнению судебной коллегии, подлежащей толкованию применительно к обстоятельствам настоящего дела с учетом предложенных выше принципов определения баланса интересов сторон регулируемого договора, следуют выводы:

- цена (тариф) на предоставление доступа устанавливается владельцем инфраструктуры;

- цена (тариф) на предоставление доступа в сопоставимых условиях устанавливается равной для всех пользователей инфраструктуры.

При этом в соответствии с абзацами 1-3 пункта 39 Правил № 2106 Цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи устанавливаются в российских рублях на уровне, обеспечивающем возмещение экономически обоснованных расходов владельцев инфраструктуры на предоставление доступа к инфраструктуре и получение необходимой прибыли владельцами инфраструктуры (абзац 1 пункта 39).

В состав цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи включаются расходы, которые несет владелец инфраструктуры на исполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 30 настоящих Правил (абзац 2 пункта 39).

Установление цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи осуществляется с учетом методических рекомендаций по установлению цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утверждаемых Федеральной антимонопольной службой (абзац 3 пункта 39).

Согласно абзацу 9 пункта 39 Правил № 2106 Методическими рекомендациями, указанными в абзаце третьем настоящего пункта, могут быть предусмотрены особенности установления цен (тарифов) и учета расходов владельцев инфраструктуры на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи на специальных и (или) сопряженных объектах инфраструктуры.

В свою очередь, в силу пункта 30 Правил № 2106 владелец инфраструктуры при предоставлении инфраструктуры в пользование обязан:

а) обеспечить соблюдение установленных договором условий технического обслуживания объектов инфраструктуры и условий размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) на объектах инфраструктуры;

б) в порядке и сроки, которые установлены договором, информировать пользователя инфраструктуры об аварийных ситуациях, ремонтных и профилактических работах, влияющих на исполнение обязательств по

договору;

в) обеспечить на безвозмездной основе беспрепятственный доступ уполномоченного персонала пользователя инфраструктуры к указанной в договоре сети электросвязи, в том числе к ее отдельным элементам, в соответствии с правилами внутреннего распорядка (при их наличии) на объектах инфраструктуры, на которых такие отдельные элементы сети электросвязи размещены.

При этом в соответствии с пунктом 9 Правил № 2106 владелец инфраструктуры обязан раскрывать пользователям инфраструктуры информацию об условиях и порядке доступа к инфраструктуре.

В силу пункта 10 Правил № 2106 в состав информации, подлежащей опубликованию владельцем инфраструктуры в соответствии с настоящими Правилами, входит, в том числе, порядок формирования цены (тарифа) за предоставление доступа к инфраструктуре, включая условия дифференциации цен (тарифов) (подпункт б) пункта 10).

Владелец инфраструктуры вправе дифференцировать цены (тарифы) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи в зависимости от количества объектов инфраструктуры или их части, к которым предоставлен доступ, сроков их использования, а также технологических особенностей размещения сети электросвязи или ее отдельных элементов (пункт 41 Правил).

В абзацах 4-8 пункта 39 Правил № 2106 регламентирован перечень групп расходов, которые могут быть учтены владельцем инфраструктуры.

Так, в силу абзаца 4 пункта 39 Правил № 2106 при установлении цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи учитываются следующие расходы владельцев инфраструктуры:

на проведение работ, связанных с обследованием объектов инфраструктуры на предмет наличия (отсутствия) технической возможности предоставления доступа к объекту инфраструктуры и на предмет соответствия объекта инфраструктуры дополнительным нагрузкам, возникающим вследствие размещения сетей электросвязи, в случае возникновения таких нагрузок (абзац 5);

на проведение работ, связанных с размещением (монтажом) сетей электросвязи на объектах инфраструктуры, включая затраты на устранение дефектов и повреждений, когда такое устранение является необходимым условием для размещения сетей электросвязи (абзац 6);

на проведение работ, связанных с техническим обслуживанием, ремонтом объектов инфраструктуры (абзац 7);

на проведение работ, связанных с модернизацией, реконструкцией, переустройством объектов инфраструктуры, работ, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капитального ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры, а также в случаях, предусмотренных пунктом 34 настоящих Правил (абзац 8).

При этом включение в состав цен (тарифов) на предоставление доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи расходов, обусловленных

или связанных с проведением работ по ремонту, модернизации, реконструкции, замене объектов инфраструктуры или их части, допускается в случае, если в соответствии с договором ответственность за проведение таких работ возлагается на владельца инфраструктуры (абзац 11 пункта 39 Правил № 2106).

Таким образом, по смыслу приведенных положений Правил № 2106, при определении которого судебная коллегия учитывает их взаимосвязь и все предложенные выше применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела принципы регулирования спорных условий договора, полномочия владельца инфраструктуры при установлении цены (тариф) на предоставление доступа, помимо требования установления равной цены в сопоставимых условиях (пункт 38 Правил № 2106), ограничена перечнем расходов владельца инфраструктуры, которые могут быть учтены в цене (тарифе), а в отношении части таких расходов – также установленными условиями возможности учета их в составе цены (тарифа).

Такие ограничения правомочий владельца инфраструктуры при установлении цены обусловлены целями Правил № 2106, принятых, как указано выше, в соответствии со статьей 10 Закона о защите конкуренции.

Правовой смысл положений пункта 39 Правил № 2106 раскрывается, в том числе, в отмеченном сторонами решении Верховного Суда РФ от 16.01.2024 по делу № АКПИ23-1000 по административным искам ООО «Битрэк», ООО «Мультисервис», ООО «Гуднэт», ООО «Компас Телеком», ООО «Компас Плюс», ООО «Оргтехсервис», ООО «Кубань-Телеком», ООО «Внет», ООО «Орбита», ООО «Группа МосЛайн», ООО «Фтлинк», ООО «Айтерика», ООО «Узел связи», ООО «Геркон», ООО «Электросвязь Монтаж и Сервис», ООО «Колтушский Интернет», ООО «Еврокабель», ООО «Технико-торговый центр «Радиотехника» о признании недействующими абзацев первого, четвертого, пятого, шестого, восьмого, одиннадцатого пункта 39 Правил № 2106, которым в удовлетворении административных исков было отказано, оспоренные положения пункта 39 Правил № 2106 признаны соответствующими нормативным правовым актам большей юридической силы (предмет рассмотрения с учетом оснований исков охватывал, прежде всего, проверку соответствия положениям Закона о связи и Закона о защите конкуренции) и не нарушающими прав и законных интересов административных истцов в упоминаемых ими аспектах.

В указанном решении Верховный Суд РФ, анализируя взаимосвязь оспариваемых положений пункта 39 Правил № 2106 с другими пунктами Правил, а также их соотношение с положениями нормативных правовых актов большей юридической силы, пришел, в частности, к следующим выводам.

Положения абзацев четвертого - восьмого пункта 39 Правил содержат перечень возможных расходов владельца инфраструктуры в связи с обеспечением доступа к инфраструктуре, не устанавливая при этом императивные требования к условиям договора, предусматривающие учет этих расходов в цене (тарифе) на предоставление доступа к инфраструктуре в обязательном порядке, и не лишают операторов связи возможности определить условия размещения сетей электросвязи в порядке, предусмотренном

гражданским законодательством, в том числе посредством урегулирования возникших с владельцем инфраструктуры разногласий относительно условий договора.

Данное правовое регулирование соответствует требованиям Закона о защите конкуренции, определяющего в пункте 4 части 3 статьи 10, что правила недискриминационного доступа должны содержать, кроме прочего, порядок возмещения экономически обоснованных расходов хозяйствующих субъектов, указанных в абзаце первом данной части, на производство и (или) реализацию соответствующих товаров и (или) организацию доступа на товарный рынок, осуществлено Правительством Российской Федерации в пределах предоставленных ему полномочий, направлено на формирование надлежащего механизма ценообразования в сфере доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, обеспечивающего баланс экономических интересов владельцев инфраструктуры и пользователей инфраструктуры.

Обозначенный перечень расходов владельца инфраструктуры является общим для всех субъектов, на которых распространяется действие Правил, вне зависимости от вида объектов инфраструктуры, которые могут использоваться для размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов). В то же время, как указано выше, Правила не содержат положений, обязывающих учитывать все упомянутые расходы владельцев инфраструктуры в каждом договоре о предоставлении доступа к инфраструктуре.

Таким образом, публичный характер регулируемого договора, а также особенности эксплуатации объектов инфраструктуры, относящихся к источникам повышенной опасности, не исключают возможность дифференцированного установления цены (тарифа) доступа, а также допускают определение ее с учетом конкретных подлежащих учету групп расходов, в отношении которых Правилами № 2106 прямо установлена возможность договорного регулирования.

Другими словами, судебная коллегия соглашается с обоснованностью доводов апеллянта о том, что цена (тариф) должна определяться владельцем инфраструктуры и быть равной в сопоставимых условиях для всех заинтересованных в доступе к инфраструктуре пользователей, право дифференциации цены (тарифа) в зависимости от количества объектов инфраструктуры или их части, к которым предоставлен доступ, сроков их использования, а также технологических особенностей размещения сети электросвязи или ее отдельных элементов (пункт 41 Правил № 2106) принадлежит владельцу инфраструктуры.

Проверка соответствия установленной владельцем инфраструктуры цены (тарифа) антимонопольному законодательству, в том числе, проверка экономической обоснованности установленной цены (тарифа), относится к компетенции антимонопольного органа.

ПАО «Россети Урал» в этой связи обоснованно указывает на то, что оспаривание установленной владельцем инфраструктуры цены (тарифа) не может быть достигнуто путем проведения экспертизы в рамках спора об урегулировании разногласий при заключении договора.

Между тем, вопреки суждениям апеллянта, в рамках настоящего дела речь не шла об установлении цены доступа индивидуально для сторон регулируемого договора экспертным путем, предметом рассмотрения в данной части являлось требование истца об исключении из цены (тарифа), установленной владельцем инфраструктуры, расходов на проведение работ, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи.

При этом возражения истца в указанной части не были связаны с оспариванием права ответчика на включение таких расходов в цену (тариф) доступа и в этой связи не подлежат оценке, как направленные на оспаривание установленной ответчиком цены (тарифа) доступа с нарушением нормативно установленного порядка ее оспаривания.

В основе требования истца об исключении из цены (тарифа) доступа обозначенных выше расходов, как усматривается из материалов дела, лежит требование истца, с учетом предложенной им редакции соответствующих условий договора, об отнесении на него ответственности за проведение соответствующих работ за свой счет.

Судебная коллегия, исходя из проанализированных положений пункта 39 Правил № 2106, приходит к выводу о том, что указанным пунктом, вопреки доводам апеллянта, предусматривается возможность ограниченного договорного регулирования цены (тарифа), что не противоречит публичному характеру договора и пунктам 38 и 39 Правил в части закрепленного порядка установления цены (тарифа), при условии соблюдения пределов такого допустимого договорного регулирования.

Так, согласно абзацам 6, 8, 11 пункта 39 правил № 2106 в состав цены (тарифа) могут быть включены расходы:

- на проведение работ, связанных с размещением (монтажом) сетей электросвязи на объектах инфраструктуры, включая затраты на устранение дефектов и повреждений, когда такое устранение является необходимым условием для размещения сетей электросвязи (абзац 6);

- на проведение работ, связанных с модернизацией, реконструкцией, переустройством объектов инфраструктуры, работ, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капитального ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры, а также в случаях, предусмотренных пунктом 34 настоящих Правил (абзац 8); расходы, обусловленные или связанные с проведением работ по ремонту, модернизации, реконструкции, замене объектов инфраструктуры или их части, могут включаться в состав цены (тарифа), если в соответствии с договором ответственность за проведение таких работ возлагается на владельца инфраструктуры.

Таким образом, к судебному урегулированию условия договора о цене (тарифе) доступа, по мнению судебной коллегии, подлежат принятию разногласия в части необходимых условий для размещения сетей электросвязи (абзац 6 пункта 39 Правил № 2106), а также в части определения стороны договора, на которую возлагается обязанность по проведению работ, влияющих на состав учитываемых в цене (тарифе) расходов (абзацы 8, 11 пункта 39

Правил № 2106).

Как отмечено в приведенном выше решении Верховного Суда РФ Правила № 2106 не содержат положений, обязывающих учитывать все упомянутые расходы владельцев инфраструктуры в каждом договоре о предоставлении доступа к инфраструктуре.

При этом пределы договорного регулирования ограничены также тем обстоятельством, что размер расходов по всем группам, обозначенным в пункте 39 Правил № 2106, рассчитывается владельцем инфраструктуры, а определение цены (тарифа) применительно к конкретному договору возможно только путем исключения или добавления тех расходов (размер которых рассчитан владельцем инфраструктуры), возможность отнесения которых альтернативно на владельца или пользователя инфраструктуры допускается положениями пункта 39 Правил № 2106.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, по мнению суда апелляционной инстанции, отнесение на пользователя инфраструктуры (истца по делу) обязанности по выполнению работ, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капительного ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры, с одной стороны, не противоречит ни Правилам № 2106, Закону о защите конкуренции, Закону о связи, публичному характеру договора, с другой стороны, объективно влияет на состав расходов, подлежащих учету при определении цены (тарифа) регулируемого договора.

Касаясь соотнесения положений пункта 4 статьи 6 Закона о связи, предполагающей отнесение расходов на перенос или переустройство линий связи и сооружений связи вследствие строительства, капитального ремонта, реконструкции используемых для их размещения объектов, на собственника (владельца) таких объектов (путем возмещения расходов владельцу линий связи или выполнения работ по их переносу заказчиком строительства за свой счет) с положениями пункта 39 Правил № 2106, предусматривающего отнесение схожих расходов на пользователя инфраструктурой (путем включения в цену (тариф) или возложения на него обязанности выполнения соответствующих работ за свой счет), судебная коллегия усматривает неидентичность предметов регулирования сравниваемых норм.

Вместе с тем, принимая во внимание, что истцом (пользователем инфраструктуры) в рамках настоящего дела не оспаривается правомерность отнесения на него расходов по выполнению работ, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капительного ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры путем их включения в тариф или отнесения на него обязанности проведения таких работ за свой счет, более детальная проверка доводов апеллянта в данной части не влияет на оценку законности и обоснованности обжалуемых выводов суда первой инстанции.

С учетом приведенных выше мотивов, судом апелляционной инстанции отклоняются доводы ответчика о том, что судом при определении спорных условий регулируемого договора обязанность по выполнению работ, связанных

с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капительного ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры, не может быть возложена на пользователя инфраструктуры, заявившего о готовности выполнять такие работы своими силами и за свой счет.

Поскольку возможность исключения соответствующих расходов из цены (тарифа) доступа обусловлена именно отнесением их на пользователя инфраструктуры в другой форме – путем возложения обязанности самостоятельного выполнения работ по переносу, переустройству сетей электросвязи вследствие капительного ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры, такое регулирование, вопреки суждениям подателя жалобы, не ставит истца в преимущественное положение перед остальными пользователями инфраструктуры, которые несут данные расходы в составе цены (тарифа) доступа.

Судебная коллегия также обращает внимание, что согласно сведениям об утвержденной ПАО «Россети Урал» цене (тарифе) с 01.01.2025, размещенным на отмеченной выше странице официального Интернет-сайта ответчика, действующие цены (тарифы) рассчитаны в соответствии с Методическими рекомендациями по формированию цены на предоставление доступа сторонним лицам к ВЛ для размещения ВОЛС, утвержденным приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409.

В свою очередь, согласно приказу ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409 расчет цены предоставления доступа к ВЛ производится по формуле:

Ц = (Зтоир + Зволс) * (1+Н) * (1+Р) / N, где:

Ц – цена на предоставление доступа к ВЛ, руб./(опора*мес.) без НДС;

Зтоир – дополнительные затраты при проведении работ по ТОиР ВЛ, руб./(км*мес.) без НДС;

Зволс – затраты на обеспечение целостности ВОЛС сторонних лиц, руб./(км*мес.) без НДС;

Н – уровень накладных расходов, принимается равным 0,30 (30%);

Р – уровень рентабельности (доходности), принимается равным 0,15 (15%);

уровень рентабельности (доходности), принимается равным 0,15 (15%);

N – среднее количество опор ВЛ соответствующего уровня напряжения на одном километре ВЛ среднее количество опор ВЛ соответствующего уровня напряжения на одном километре ВЛ

Расчет дополнительных затрат при проведении работ по ТОиР ВЛ производится по формуле:

Зтоир = Стоир * Дтоир /12, где:

Стоир - средняя годовая стоимость ТОиР одного километра ВЛ соответствующего уровня напряжения в зоне филиала ДЗО за три последних предшествующих года, руб./(км*год) без НДС; рассчитывается по формуле:

Стоир = ( Стоир 1 * Кинф + Стоир 2 * Кинф * Кинф 1 + Стоир 3 * Кинф *

Кинф 1 * Кинф 2) / 3, где:

Стоир 1, Стоир 2, Стоир 3 - средняя стоимость ТОиР одного километра ВЛ соответствующего уровня напряжения в зоне филиала ДЗО за первый, второй и третий предшествующий год, руб./(км*год) без НДС; каждая из Стоир 1...3 рассчитывается как результат деления суммы затрат на ТОиР всех ВЛ соответствующего уровня напряжения в зоне филиала ДЗО за соответствующий год на их суммарную протяженность в зоне этого филиала ДЗО;

Кинф, Кинф 1, Кинф 2 - коэффициенты инфляции за год расчета (за полный/ неполный год), первый и второй предшествующий год; определяются на основании публикуемых Федеральной службой государственной статистики индексов потребительских цен;

Дтоир - доля дополнительных затрат при проведении работ по ТОиР ВЛ от Стоир; принимается равной 0,025 (2,5%) для ВЛ всех уровней напряжения.

Расчет затрат на обеспечение целостности ВОЛС сторонних лиц производится по формуле:

Зволс = ( Ссмр * Днар ) / 12, где:

Ссмр - стоимость демонтажа и строительно-монтажных работ по подвесу определенного типа ВОЛС в зоне размещения используемой ВЛ, руб./км без НДС; рассчитывается по формуле:

Ссмр = УНЦволс * Крег * Кинф, где:

УНЦволс - базовый УНЦ 02-06-2 для ОКСН или 01-02-3 для ОКГТ по состоянию на 01.01.2018; для ОКФП и ОКНН применяется средняя рыночная стоимость СМР по их демонтажу и новому подвесу на В Л;

Крег - коэффициент перехода (пересчета) Ц2-хх-35 от базового УНЦ к уровню УНЦ субъектов Российской Федерации;

Кинф - коэффициент инфляции; определяется как произведение публикуемых Федеральной службой государственной статистики индексов потребительских цен для каждого года начиная с 2018 года до года включительно (за полный/неполный год), в котором определяется цена на предоставление доступа к В Л для размещения ВОЛС;

Днар - доля нарушения целостности ВОЛС при работах на ВЛ, связанных с ТОиР, реконструкцией, модернизацией и новом строительстве ВЛ; определяет среднюю долю протяженности ВЛ соответствующего уровня напряжения, на которой проводятся работы, приводящие к необходимости сохранения целостности ВОЛС, от общей протяженности ВЛ этого уровня напряжения; принимается равной 0,024 (2,4%) для ВЛ уровня напряжения 0,4-20 кВ, 0,013 (1,3%) для ВЛ уровня напряжения 35 кВ и выше.

Таким образом, применительно к структуре установленной владельцем цены (тарифа) доступа, расходы на проведение работ, на выполнении которых истец настаивает своими силами и за свой счет, заключены в показателе Зволс и

состоят из стоимости демонтажа и строительно-монтажных работ по подвесу определенного типа ВОЛС в зоне размещения используемой ВЛ (Ссмр), доли нарушения целостности ВОЛС при работах на ВЛ, определяемой средней долей протяженности ВЛ соответствующего уровня напряжения, на которой проводятся работы, приводящие к необходимости сохранения целостности ВОЛС, от общей протяженности ВЛ этого уровня напряжения и учтенных в составе формулы определения Зволс расчетных коэффициентов.

Принимая во внимание особенности объектов инфраструктуры, включающих объекты, относящиеся к источникам повышенной опасности, требования истца в исследуемой части могут быть признаны обоснованными по праву только в том случае, если им будет доказано наличие у него объективной возможности выполнения соответствующих работ с соблюдением всех квалификационных требований к персоналу, допущенному к их выполнению, а также с соблюдением режима доступа к объектам инфраструктуры, регламентированного обязательными требованиями нормативных актов, включая те из них, обязательность которых определена для проведения работ на своих объектах самим владельцем инфраструктуры, а также локальными актами владельца инфраструктуры (исходя из необходимости учета реализации правомочий собственника объектов и объема ответственности владельца инфраструктуры как субъекта естественной монополии).

Заявляя о наличии у него необходимых условий для выполнения соответствующих работ, истец, в том числе, ссылался на то обстоятельство, что в рамках фактических правоотношений сторон такие работы им проводятся регулярно в соответствии с получаемыми письмами ПАО «Россети Урал» о необходимости демонтажа/монтажа ВОЛС, размещенных на его объектах инфраструктуры для проведения работ (приложение к дополнению 2 к консолидированной позиции в электронном виде представленное 03.07.2025 в 11:07 МСК), кроме того, представил сведения о персонале, имеющем необходимые допуски для работы на объектах электросетевой инфраструктуры соответствующего уровня опасности (приложение к письменному ходатайству в электронном виде представленному 18.06.2025 в 10:31 МСК).

В свою очередь, ответчик достоверность представленных истцом сведений не опроверг.

При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание, что ответчиком не приведено конкретных норм, включая положения Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Постановления Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 и утвержденных им Правил, которые бы содержали прямой запрет выполнения соответствующих работ кому-либо, кроме собственника инфраструктуры.

Отклоняя ссылку апеллянта на положения Правил проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи на воздушных линиях электропередачи напряжением 0,4-35 кВ № СО 153-34.48.519-2002, утвержденных Минэнерго России 27.12.2002 и Мнсвязи России 24.04.2003, судебная коллегия учитывает, что согласно пункту 4.2 данных Правил техническое обслуживание оптического кабеля (ОК) и его ремонт,

связанный с подъемом на опору и спуском и подъемом кабеля, закреплением соединительных муфт на опорах ВЛ, производится персоналом, обслуживающим ВЛ; техническое обслуживание ОК без подъема на опору, соединение оптических волокон и монтаж муфт, производящиеся без подъема на опору, осуществляется связистами, обслуживающими эту линию связи.

Таким образом, сама возможность участия пользователя инфраструктуры в выполнении работ по переносу, монтажу, демонтажу ВОЛС не исключается и указанными ответчиком Правилами. При этом данные Правила СО 153-34.48.519-2002 могут применяться с учетом их разработки ранее (2002 год) принятия большинства нормативных актов большей юридической силы, применимых к спорным правоотношениям, включая Закон о связи, Закон о защите конкуренции, Закон об электроэнергетике, Правила, утвержденные Постановлением Правительства РФ № 861, однако их положения не позволяют сделать вывод о наличии законодательного запрета выполнения анализируемого вида работ силами пользователя инфраструктуры.

Кроме того, заслуживают внимание доводы истца о том, что данный документ также не прошел регистрацию в установленном порядке регистрации нормативных актов.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, признавшим обоснованными по праву требования истца в части отнесения на него обязанности по проведению работ обеспечению целостности ВОЛС (затраты на которые в составе цены доступа учтены в рамках показателя Зволс), судебная коллегия отмечает, что требования соблюдения необходимых мер безопасности проведения таких работ обеспечены путем включения в регулируемый договор пунктов 3.2.7, 3.3.5, подробно регламентирующих условия допуска к проведению работ сотрудников истца персоналом владельца инфраструктуры.

Согласно пояснениям представителя ответчика на вопрос судебной коллегии в редакции указанных пунктов учтены все ограничения, приведенные ответчиком, их соблюдение соответствует применяемым владельцем инфраструктуры требованиям к проведению работ на своих объектах и обеспечивает безопасность таких работ.

При этом суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами ответчика о том, что отнесение выполнения работ по обеспечению сохранности ВОЛС на пользователя инфраструктуры на условиях регулируемого отдельного договора ставит его в преимущественное положение перед другими пользователями. Напротив, по мнению судебной коллегии, наличие предусмотренной в пункте 39 Правил № 2106 возможности договорного урегулирования объема обязательств каждой из сторон по выполнению работ, влияющих на объем расходов, учитываемых в цене (тарифе), с соблюдением всех описанных выше ограничений такого договорного регулирования, направлено именно на защиту конкуренции и обеспечивает определение равной цены в сопоставимых условиях на основе расчетов, выполняемых владельцем инфраструктуры.

Регулируемыми условиями договора не создается новая категория пользователя инфраструктурой и не устанавливается индивидуальный тариф, в

том смысле, что выполненные в рамках утвержденной владельцем инфраструктуры цены (тарифа) расчеты, как по составу учтенных в ней расходов, так и по их количественному и стоимостному выражению, не являются предметом оспаривания, а дифференциация цены (тарифа) подлежит сохранению в соответствии с утвержденной владельцем инфраструктуры (за точку доступа, дифференцировано по уровню напряжения (ВЛ 0,4кВ, ВЛ6-20кВ, ВЛ 35 кВ, ВЛ 110-220кВ) и по территории размещения (Филиал Пермэнерго, Филиал Свердловэнерго, Филиал Челябэнерго)).

При таких обстоятельствах судебная коллегия признает обоснованными выводы суда первой инстанции, положенные в основу утвержденной им редакции пунктов 3.1.6 и 3.2.6 в части отнесения обязанности по выполнению работ выполнению работ, связанных с переносом, переустройством сетей электросвязи вследствие капительного ремонта, модернизации, реконструкции, переустройства объектов инфраструктуры (в объеме, учтенном при формировании показателя Зволс).

Так, условие пункта 3.1.6 судом первой инстанции утверждено в редакции:

«3.1.6. В случае, если для работ на ВЛ, в т.ч. по переустройству (реконструкции, модернизации, ремонту и т.п.) ВЛ, задействованной для размещения ВОЛС, требуется временный перенос или переустройство, демонтаж и монтаж ВОЛС, то Собственник обязан за 30 календарных дней до начала выполнения таких работ уведомить Пользователя о необходимости провести демонтаж линий связи с соответствующей ВЛ и последующий монтаж по окончании работ на ВЛ. Пользователь обязан произвести работы по переносу или переустройству (демонтаж и монтаж) ВОЛС - работы по обеспечению целостности размещенной ВОЛС, в согласованные с Собственником сроки. Если Пользователь не произвел указанные работы в срок – Собственник имеет право самостоятельно произвести такие работы с возложением на Пользователя расходов.».

Условия пункта 3.2.6 в обжалуемом решении утверждены в редакции: ««3.2.6. в течение всего периода эксплуатации ВОЛС обеспечивать их техническое обслуживание, в том числе выполнение ремонтных и аварийно-восстановительных работ ВОЛС, размещенной на ВЛ, в соответствии с требованиями действующих нормативных документов. При эксплуатации ВОЛС-ВЛ должны соблюдаться межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок;».

Доводы апеллянта в части изменения редакции пункта 3.2.6 по приведенным выше мотивам судебной коллегией отклоняются, с учетом остальных взаимосвязанных условий договора оспариваемый пункт, по мнению апелляционного суда, в достаточной мере определяет круг обязательных к соблюдению пользователем инфраструктуры требований.

Между тем, проанализировав фактически сложившийся между сторонами порядок выполнения работ, связанных с перемещением («переподвесом») ВОЛС по обращениям владельца инфраструктуры, в том числе, с учетом обозначенной выше переписки (приложение к дополнению 2 к

консолидированной позиции, в электронном виде представленное 03.07.2025 в 11:07 МСК), заслушав пояснения сторон в судебном заседании, судебная коллегия не может согласиться с утвержденной судом первой инстанции редакцией пункта 3.1.6 в части срока уведомления владельцем инфраструктуры (30 календарных дней) и срока выполнения пользователем инфраструктуры требуемых работ с ВОЛС (в согласованный срок), полагает, что такие сроки, не являются технологически обусловленными (в части 30 дней), а в части оставления необходимости дополнительного согласования пользователем срока выполнения работ – содержащими риск неисполнимости условия.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении решения в части пункта 3.1.6 договора, который считает необходимым принять в следующей редакции: «3.1.6. В случае, если для работ на ВЛ, в т.ч. по переустройству (реконструкции, модернизации, ремонту и т.п.) ВЛ, задействованной для размещения ВОЛС, требуется временный перенос или переустройство, демонтаж и монтаж ВОЛС, то Собственник обязан до начала выполнения таких работ уведомить Пользователя о необходимости провести демонтаж линий связи с соответствующей ВЛ и последующий монтаж по окончании работ на ВЛ, установив одновременно в таком уведомлении дату с указанием режима работы Собственника (время, в течение которого возможны к проведению работы), которая должна быть определена Собственником не ранее следующего рабочего дня за днем указанного уведомления, принятым сторонами способом, обеспечивающим фиксацию доставки уведомления. Пользователь обязан произвести работы по переносу или переустройству (демонтаж и монтаж) ВОЛС - работы по обеспечению целостности размещенной ВОЛС, в назначенный Собственником срок. Если Пользователь не произвел указанные работы в срок – Собственник имеет право самостоятельно произвести такие работы с возложением на Пользователя расходов.».

Ни в материалах дела, ни в заседании суда апелляционной инстанции сторонами не представлено доказательств, с достоверностью обосновывающих объективную необходимость установления более продолжительных сроков выполнения указанных в пункте 3.1.6 обязательств. Судебная коллегия учитывает, что сторонами налажены контакты оперативного оповещения уполномоченных представителей, выполнение указанных работ в течение следующего рабочего дня после получения уведомления технически возможно, поскольку согласуется со сложившейся практикой взаимоотношений владельца инфраструктуры с истцом и иными пользователями, при этом вносит определенность во взаимоотношения сторон в части не только сроков выполнения работ пользователем, но и сроков обеспечения допуска к проведению работ владельцем инфраструктуры, минимизируя возможность злоупотреблений каждой из сторон и устанавливая баланс их интересов.

Пункт 3.4.2 договора судом первой инстанции принят в редакции: «3.4.2. на беспрепятственный доступ к Используемому имуществу и его использование при условии соблюдения требований применимых нормативно-правовых актов Российской Федерации, регулирующих вопросы допуска к

Используемому имуществу, за исключением случаев, отдельно предусмотренных настоящим Договором».

Усматривая необходимость изменения приведенной редакции путем дополнения ее ссылкой на обязанность соблюдения также локальных актов собственника инфраструктуры, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что урегулированные условия договора, возлагающие обязанность по проведению обозначенных выше работ с ВОЛС, на пользователя инфраструктуры, не должны приводить к ограничению прав владельца инфраструктуры (ПАО «Россети Урал») как собственника таких объектов и как субъекта естественной монополии по установлению режима проведения работ на своих объектах, в том числе, по установлению повышенных требований к безопасности. Такой режим, определяемый, в том числе, локальными актами собственника инфраструктуры, направлен на обеспечение, в том числе, охраняемых публичных интересов и должен соблюдаться не только персоналом ПАО «Россети Урал», но и персоналом оператора связи, допущенным к проведению работ с ВОЛС.

В то же время судебная коллегия считает необходимым подчеркнуть, что все обозначенные в пункте 3.4.2 договора нормативные и локальные акты в данном случае подлежат применению в части, не противоречащей урегулированным условиям договора, закрепляющим обязанность и правомочие пользователя инфраструктуры на проведение работ, предусмотренных в расчете показателя Зволс.

С учетом изложенного, условие пункта 3.4.2 подлежит утверждению в редакции: «3.4.2. на беспрепятственный доступ к Используемому имуществу и его использование при условии соблюдения требований применимых нормативно-правовых актов Российской Федерации, а также локальных нормативно-правовых актов Собственника, регулирующих вопросы допуска к Используемому имуществу, за исключением случаев, отдельно предусмотренных настоящим Договором.».

По тем же мотивам и с учетом тех же выводов о порядке применения условий регулируемого договора, указывающих на обязательность соблюдения нормативных и локальных актов, суд апелляционной инстанции полагает заслуживающими внимания доводы апеллянта в части необходимости дополнения раздела 6 договора пунктом 6.7, введения в договор раздела 15 в составе пункта 15.1.

Таким образом, раздел 6 следует дополнить пунктом 6.7 следующего содержания: «Пользователь подтверждает, что ознакомлен, принимает и обязуется соблюдать (с учетом урегулированных условий настоящего договора) все условия и положения документа: «Допуск персонала организаций для выполнения работ на объектах ПАО «Россети Урал». Размещен по адресу: http://rosseti-ural.ru/company/documents/.».

Договор следует дополнить разделом 15 Требования к проектированию, строительству ВОЛС-ВЛ, включив в него пункт 15.1 следующего содержания:

«15.1. При проектировании, строительстве и эксплуатации ВОЛС-ВЛ необходимо руководствоваться следующими нормативными документами:

«Правила устройства электроустановок» (шестое, седьмое издания);

Требования к сопряженным объектам инфраструктуры в целях обеспечения размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) на воздушных линиях электропередачи (утв. приказом Минэнерго России от 15.04.2022 № 327);

О составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию (постановление Правительства РФ от 16.02.2008 № 87) (с изменениями на 15.09.2023);

ГОСТ Р 21.101-2020 Система проектной документации для строительства (СПДС). Основные требования к проектной и рабочей документации;

ГОСТ Р 21.703-2020 Система проектной документации для строительства (СПДС). Правила выполнения рабочей документации проводных средств связи;

СО 153-34.48.519-2002 «Правила проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи на воздушных линиях электропередачи напряжением 0,4-35 кВ»;

РД 153-34.0-48.518-98 «Правила проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи на воздушных линиях электропередачи напряжением 110 кВ и выше»;

РД 153-34.3-20.662-98 Типовая инструкция по техническому обслуживанию и ремонту воздушных линий электропередачи напряжением 0,38-20 кВ с неизолированными проводами;

СТО 56947007-33.180.10.171-2014 «Технологическая связь. Эталон проектной документации на строительство ВОЛС-ВЛ с ОКСН и ОКГТ»;

СТО 56947007-29.240.55.111-2011 «Методические указания по оценке технического состояния ВЛ и остаточного ресурса компонентов ВЛ»;

РД 153-34.3-20.573-2001 «Указания по учету и анализу в энергосистемах технического состояния распределительных сетей напряжением 0,38-20 кВ с воздушными линиями электропередачи»;

«Положение ПАО «Россети» о единой технической политике в электросетевом комплексе»;

«Техническая политика «ПАО «Россети Урал»;

инструкции производителей материалов, изделий и оборудования, применяемых при строительстве и эксплуатации ВОЛС-ВЛ.».

Как указано выше, все перечисленные документы подлежат применению в контексте обязанностей пользователя инфраструктуры, за которым урегулированными условиями договора закреплено обязательство по выполнению соответствующих работ, сопряженное, с одной стороны с правомочиями на получение доступа к их выполнению, с другой – с обязанностью соблюдения режима эксплуатации объектов инфраструктуры, установленного их владельцем (ПАО «Россети Урал»).

Судом первой инстанции пункт 4.1 договора принят в следующей редакции: «4.1. Стоимость размещения ВОЛС на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства (далее «Плата») определена в соответствии с Методическими рекомендациями по формированию цены на предоставление доступа сторонним лицам к ВЛ для

размещения ВОЛС, утвержденными приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409, и составляет в месяц за размещение ВОЛС: - на одной опоре ВЛ 0,4кВ - 3,97 рублей (три рубля 97 копеек), кроме того НДС 20%, - на одной опоре ВЛ 6-20кВ - 4,96 рублей (четыре рубля 96 копеек), кроме того НДС 20%. - на одной опоре ВЛ 35 - 6,88 рублей (шесть рублей 88 копейки), кроме того НДС 20%, - на одной опоре ВЛ 110 - 220 кВ - 10,32 рублей (десять рублей 32 копейки), кроме того НДС 20%. Налогообложение производится по налоговой ставке, указанной в п. 3 ст. 164 НК РФ».

Кроме того, согласно утвержденной судом первой инстанции редакции пункта 4.6: «4.6. Размер Платы может быть изменен Собственником не чаще 1 (одного) раза в календарный год и не более чем на коэффициент (уровень) инфляции, при условии изменения цены, в связи с изменением экономически обоснованных расходов Собственника на предоставление доступа к инфраструктуре, и с учетом того, что после изменения размер Платы должен соответствовать п.п. 30, 39 Правил недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, утв. Постановлением Правительства РФ от 22.11.2022 г. № 2106, в т.ч. с учетом исключения при расчете Платы затрат на переподвес ВОЛС при проведении Собственником работ по переустройству (реконструкции, модернизации, капитального ремонта) ВЛ. Плата (тариф), размер которой не подтвержден на соответствие нормам Правил недискриминационного доступа к инфраструктуре для размещения сетей электросвязи, для расчетов по настоящему Договору применяться не может. Об изменении размера Платы Пользователь должен быть уведомлен Собственником не менее чем за 30 (тридцать) календарных дней до начала действия нового размера Платы».

Судебной коллегией отклоняются доводы апеллянта о том, что судом при урегулировании пункта 4.1 не учтен публичный характер договора, нарушены пункты 38, 39 Правил № 2106 и не принята во внимание имеющаяся судебная практика, в силу которых цена (тариф) доступа устанавливается владельцем инфраструктуры (применительно к обстоятельствам дела – ПАО «Россети Урал»), может быть признана необоснованной только в установленном порядке уполномоченным органом – УФАС по Челябинской области, установление цены (тарифа) доступа экспертным путем в этой связи не допустимо, цена (тариф) доступа не может устанавливаться индивидуально, должна быть равной для всех пользователей, выделение категорий пользователей для целей дифференциации цены (тарифа) доступа относится к полномочиям владельца инфраструктуры, обратное противоречит нормам о защите конкуренции и нарушает публичные интересы.

С учетом приведенных выше мотивов судебная коллегия, признавая обоснованным требование ООО «Интерсвязь-Север» по отнесению на него обязательств по выполнению работ, предусмотренных в составе затрат по показателю Зволс расчета цены, выполненного ПАО «Россети Урал», также приходит к выводу об обоснованности по праву требования истца о регулировании цены (тарифа) доступа без учета в ней расходов на проведение

работ, возложенных на ООО «Интерсвязь-Север».

Повторно проанализировав расчет, положенный в основу утвержденных судом цен (тарифов) доступа, судебная коллегия обращает внимание на то, что он выполнен на основании приведенной выше формулы Методических рекомендаций, утвержденных приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409, с использованием расчетных данных, раскрытых ПАО «Россети Урал» в соответствии с требованиями раздела III Правил № 2106.

Расчет, выполненный специалистом ООО ЭПЦ «Бизнес-Консультант» ФИО9 и приведенный в заключении от 14.04.2025 (в электронном виде представлено в приложении к уточненному иску 16.04.2025 в 12:10МСК, т. 10, л.д.148-152), раскрывает методику расчета (с приведением всех элементов формулы в соответствии с приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409), раскрывает источники принятых к расчету данных (страница 4 заключения – опубликованные ПАО «Россети Урал», Росстат России сведения в открытом доступе по указанным электронным адресам в сети Интернет), содержит непосредственно расчет, выполненный специалистом и описание полученных результатов.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что представленный расчет в полной мере отвечает критерию проверяемости.

Согласно расчету специалиста ООО ЭПЦ «Бизнес-Консультант» ФИО9 в заключении от 14.04.2025, он выполнен по формуле, приведенной в Методических рекомендациях, утвержденных приказом ПАО «Россети» от 08.12.2020 № 560 с изменениями от 24.08.2021 № 409, то есть по той же формуле, что и цена (тариф), утвержденная с 01.01.2025 владельцем инфраструктуры – ПАО «Россети Урал», с использованием тех же опубликованных в установленном порядке сведений, участвующих в расчете.

Алгоритмически, таким образом, расчет выполненный специалистом ООО ЭПЦ «Бизнес-Консультант» ФИО9 и приведенный в заключении от 14.04.2025, соответствует расчету, положенному в основу цены (тарифа), утвержденной ПАО «Россети Урал», однако расчет специалиста выполнен без учета показателя Зволс.

Принимая во внимание приведенное выше содержание данного показателя и соответствие учитываемых в нем расходов работам, выполнение которых урегулированными условиями договора возложено на ОО «Интерсвязь-Север», судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанный расчет специалиста соответствует распределенным между сторонами работам и связанным с их выполнением расходам, отнесенным на каждую из сторон, не является в этом смысле изменяющим цену (тариф) владельца инфраструктуры или определяющим индивидуальную цену (тариф) для ООО «Интерсвязь-Север» или для какой-либо категории, не предусмотренной владельцем инфраструктуры, а представляет собой цену (тариф) ПАО «Россети Урал» без учета в ее составе показателя Зволс.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что полученные специалистом расчетные результаты значительно ниже цен (тарифов),

опубликованных ПАО «Россети Урал» и действующих с 01.01.2025, однако не усматривает в этом достаточных оснований для признания расчета специалиста некорректным и необоснованным.

Как указано выше, расчет специалиста представлен в материалы дела в электронном виде 16.04.2025, доступен к ознакомлению с момента опубликования, однако его арифметическая правильность вплоть до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции ответчиком не опровергнута. В частности, ответчиком не представлен контррасчет по использованному алгоритму (без учета показателя Зволс), не указано, какие расчетные данные, по мнению ответчика, использованы специалистом некорректно или не в полном объеме, в какой части ответчиком усматриваются арифметические ошибки (статьи 9, 65 АПК РФ). На вопрос судебной коллегии ответчик также затруднился сообщить, какой, по его мнению, должна быть цена (тариф), выполненная на основе данных и методики ПАО «Россети Урал», без учета показателя Зволс.

В то же время, с учетом приведенных выше выводов суда апелляционной инстанции о пределах регулирования цены (тарифа) доступа в договоре, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости закрепления описанной выше связи такой принимаемой на момент регулирования спорных условий цены с ценой (тарифом), опубликованной в установленном порядке на сайте владельца инфраструктуры. Цена (тариф), урегулированная в рамках настоящего дела для ООО «Интерсвязь-Север» должна соответствовать признанному обоснованным алгоритму и при изменении цены (тарифа), опубликованной в установленном порядке на сайте ПАО «Россети Урал», отличаясь от последней только исключением из расчета расходов, которые на момент регулирования спорных условий учтены в рамках показателя Зволс.

Только при таких обстоятельствах, по мнению судебной коллегии, обеспечивается баланс интересов сторон в пределах, допускаемых Правилами № 2106 и Законом о защите конкуренции, и не наступает угроза защищаемым публичным интересам.

Отклоняя доводы апеллянта о том, что при принятом порядке регулирования цены (тарифа) в рассматриваемом договоре на стороне ПАО «Россети Урал» образуются существенные дополнительные расходы, не имеющие источника компенсации, судебная коллегия обращает внимание на то, что заявленные дополнительные расходы, в том числе, поименованные по тексту апелляционной жалобы, в большей части связаны с организацией процедуры допуска пользователя инфраструктуры к его ВОЛС на объектах ответчика (выделение персонала ПАО «Россети Урал» для выезда на объект, инструктаж, проверка соответствия персонала истца требованиям допуска и т.д.). Апелляционная коллегия отмечает, что несение таких расходов предполагает, в том числе, и выполнение владельцем инфраструктуры обязательства по подпункту в) пункта 30 Правил № 2106, возможность их включения в расчет цены (тарифа) предусматривается, в частности, абзацем 2 пункта 39 Правил № 2106.

Между тем, как неоднократно указано выше, в рамках рассмотрения

настоящего дела ответчиком с учетом принятой им методики расчета цены (тарифа) и урегулированных судом условий о распределении между сторонами обязанностей по выполнению соответствующих работ на ВОЛС и объектах инфраструктуры, не доказана экономическая обоснованность определения цены (тарифа) по настоящему договору на момент его регулирования на уровне выше, чем в проанализированном расчете специалиста.

Кроме того, как указано выше, цена (тариф) подлежит установлению за точку доступа в значении, принятом владельцем инфраструктуры.

С учетом изложенного, апелляционный суд усматривает необходимость изменения редакции пункта 4.1 договора, а также взаимосвязанного с ним пункта 4.6 договора, хотя и не указанного в апелляционной жалобе в качестве оспариваемого, однако требующего приведения в соответствие с приведенными выше выводами суда апелляционной инстанции о порядке изменения цены (тарифа).

Таким образом, пункт 4.1 подлежит утверждению в редакции: «п. 4.1. Стоимость размещения ВОЛС на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства (далее «Плата») определяется на уровне действующей цены (тарифа), установленной Собственником, опубликованного на официальном сайте Собственника (на момент урегулирования условия: rosseti-ural.ru/disclosure/other/vols/) путем расчета без учета показателя «Зволс» (затраты на обеспечение целостности ВОЛС) и на момент урегулирования условия составляет в месяц за 1 точку доступа к инфраструктуре: - на одной опоре ВЛ 0,4кВ — 3,97 рублей (три рубля 97 копеек), кроме того НДС 20%, - на одной опоре ВЛ 6-20кВ — 4,96 рублей (четыре рубля 96 копеек), кроме того НДС 20%. - на одной опоре ВЛ 35 - 6,88 рублей (шесть рублей 88 копейки), кроме того НДС 20%, - на одной опоре ВЛ 110 - 220 кВ – 10,32 рублей (десять рублей 32 копейки), кроме того НДС 20%. Налогообложение производится по налоговой ставке, указанной в п. 3 ст. 164 НК РФ».

Пункт 4.6 договора подлежит утверждению в редакции: «4.6. Размер Платы может быть изменен Собственником в случае изменения цены (тарифа), (тарифа), установленной Собственником, опубликованного на официальном сайте Собственника (на момент урегулирования условия: rosseti- ural.ru/disclosure/other/vols/) путем расчета без учета показателя «Зволс» (затраты на обеспечение целостности ВОЛС) Об изменении размера Платы Пользователь должен быть уведомлен Собственником не менее чем за 30 (тридцать) календарных дней до начала действия нового размера Платы.».

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым сохранение приложения № 3 к договору в редакции истца, понимание и порядок применения приложения № 3 определяется с учетом приведенных выше выводов, положенных в основу урегулированной редакции условий раздела 1, пунктов 4.1, 4.6 договора.

В остальной части доводы апеллянта судебной коллегией подробно изучены и отклоняются по приведенным выше мотивам, как не опровергающие законность и обоснованность выводов суда первой инстанции, не образующие оснований для принятия оспариваемых условий договора в предложенной им

редакции, основанные на иной оценке обстоятельств дела и представленных доказательств, субъективном понимании регулирующих спорные отношения норм права.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы следует признать частично обоснованными, а решение суда первой инстанции - изменению на основании пункта 4 части 1, части 2 статьи 270 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 АПК РФ.

Поскольку апелляционная жалоба ПАО «Россети Урал» судом апелляционной инстанции признана частично обоснованной, понесенные ответчиком расходы на уплату государственной пошлины за ее подачу в размере 30 000 руб. 00 коп. подлежат отнесению на истца – ООО «Интерсвязь- Север».

Руководствуясь статьями 176, 267-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Россети Урал» удовлетворить частично.

Резолютивную часть решения Арбитражного суда Челябинской области от 18.07.2025 по делу № А76-36929/20233 изложить в редакции:

«Урегулировать разногласия, возникшие между обществом с ограниченной ответственностью «Интерсвязь-Север» и публичным акционерным обществом «Россети Урал» при заключении договора № 2-интерсвязь-север/2023 путем изложения спорных условий договора в следующей редакции:

Дополнить раздел 1 договора пунктом 1.1.4 следующего содержания: «Точка доступа» - место на опоре воздушных линий электропередачи (ВЛ), временно предоставляемое Пользователю объектов электроэнергии под крепление линейной арматуры для размещения кабеля связи (в том числе волоконно-оптического) и/или иных элементов сетей электросвязи (оптических муфт, распределительных шкафов и прочего оборудования связи).

Изложить пункт 2.3. Договора в редакции: «2.3. Стороны подтверждают, что Используемое имущество остается в собственности Собственника и он сохраняет за собой полный контроль над Используемым имуществом, его эксплуатацией и обслуживанием. Ни одно положение настоящего Договора не может толковаться как разрешающее или позволяющее Пользователю, Заказчику строительства (эксплуатации), Подрядчикам строительства (эксплуатации) каким-либо образом вмешиваться в процесс эксплуатации Используемого имущества, а также как ограничивающее право Собственника использовать любой и каждый из объектов Используемого имущества в ходе

его эксплуатации.».

Изложить пункт 3.1.6. Договора в редакции: «3.1.6. В случае, если для работ на ВЛ, в т.ч. по переустройству (реконструкции, модернизации, ремонту и т.п.) ВЛ, задействованной для размещения ВОЛС, требуется временный перенос или переустройство, демонтаж и монтаж ВОЛС, то Собственник обязан до начала выполнения таких работ уведомить Пользователя о необходимости провести демонтаж линий связи с соответствующей ВЛ и последующий монтаж по окончании работ на ВЛ, установив одновременно в таком уведомлении дату с указанием режима работы Собственника (время, в течение которого возможны к проведению работы), которая должна быть определена Собственником не ранее следующего рабочего дня за днем указанного уведомления, принятым сторонами способом, обеспечивающим фиксацию доставки уведомления. Пользователь обязан произвести работы по переносу или переустройству (демонтаж и монтаж) ВОЛС - работы по обеспечению целостности размещенной ВОЛС, в назначенный Собственником срок. Если Пользователь не произвел указанные работы в срок – Собственник имеет право самостоятельно произвести такие работы с возложением на Пользователя расходов.».

Изложить пункт 3.1.7. Договора в редакции: «3.1.7. В случаях, предусмотренных пунктами 3.3.2, 3.3.4, Собственник обязан в письменной форме уведомить Пользователя о намерении приостановить доступ в срок, не менее 10 рабочих дней до планируемой приостановки доступа, а в случае аварийной ситуации – уведомление направляется Пользователю незамедлительно.».

Изложить пункт 3.2.4. Договора в редакции: «3.2.4. демонтировать сети электросвязи и ее отдельные элементы после прекращения действия договора, а также в случае его досрочного расторжения;».

Изложить пункт 3.2.5. Договора в редакции: «3.2.5. выполнять технические, санитарные, противопожарные, экологические, градостроительные и иные специальные требования, требования охраны труда, правила обращения с отходами и опасными производственными объектами, самостоятельно обеспечивать пожарную, электрическую безопасность, обеспечивать соблюдение правил техники безопасности при строительстве, эксплуатации, демонтаже сети электросвязи и ее отдельных элементов на ВЛ;».

Изложить пункт 3.2.6. Договора в редакции: «3.2.6. в течение всего периода эксплуатации ВОЛС обеспечивать их техническое обслуживание, в том числе выполнение ремонтных и аварийно-восстановительных работ ВОЛС, размещенной на ВЛ, в соответствии с требованиями действующих нормативных документов. При эксплуатации ВОЛС-ВЛ должны соблюдаться межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок;».

Изложить пункт 3.3.5. Договора в редакции: «3.3.5. Порядок допуска персонала Пользователя инфраструктуры к объектам электросетевого комплекса Собственника Допуск персонала пользователя инфраструктуры к объектам электросетевого комплекса Собственника осуществляется на

основании разрешения на производство работ на воздушных линиях электропередач в соответствии с пунктом XLVI «Охрана труда при организации работ командированного персонала» Правил охраны труда при эксплуатации электроустановок, утвержденных Приказом Минтруда России от 15.12.2020 № 903н.

До начала производства работ Пользователь (далее в настоящем пункте – командирующая организация) направляет на имя руководителя Россети Урал (филиала, ПО) сопроводительное письмо о допуске своего персонала к работам на объектах Россети Урал, в котором указывается цель командировки, а также перечень работников, которым предоставляются права для работы в действующих электроустановках, с указанием группы по электробезопасности.

Командирующие организации, имеющие долгосрочные (переходящие на следующий год) договоры с Россети Урал, ежегодно до 20 декабря представляют Россети Урал (филиалу, ПО) уточненные списки персонала.

- Командированные работники должны быть аттестованы по нормативно-технической документации, действующей на территории РФ, и иметь при себе удостоверения о проверке знаний норм и правил работы в электроустановках, действующих на территории РФ, в том числе по смежным профессиям, с отметкой о гpyппe по электробезопасности, присвоенной комиссией командирующей организации.

- Командированные работники по прибытии на объект для прохождения инструктажей по безопасности труда должны предъявить представителю Россети Урал удостоверения личности, подтверждающие соответствие заявленным спискам.

- Командированные работники по прибытии на место командировки должны пройти вводный и первичный инструктажи по безопасности труда, ознакомиться с электрической схемой и особенностями электроустановки, в которой им предстоит работать. Командированные работники, которым предоставляется право выдачи наряда-допуска, исполнять обязанности ответственного руководителя и производителя работ, дополнительно проходят инструктаж по схеме электроснабжения электроустановки.

- Первичный инструктаж командированного персонала должен проводить представитель Россети Урал из числа административно- технического персонала, имеющий rpyппy V по электробезопасности при проведении работ в электроустановках напряжением выше 1000 В или группу IV - при проведении работ в электроустановках напряжением до 1000 В. Содержание инструктажа определяться инструктирующим работником на основании программ инструктажа, разработанным в CП для командированного персонала, в зависимости от характера и сложности работы, схемы и особенностей электроустановки.

- Инструктаж персоналу (в том числе по схеме электроснабжения, компоновке, электрической схеме, местным особенностям) заканчивать устным опросом на предмет усвоения, изучения материала, в том числе для лиц, которым могут быть предоставлены права выдающего наряд, ответственного руководителя, производителя работ.

- Инструктажи должны быть оформлены записями в журналах инструктажей с подписями командированных работников и работников, проводивших инструктажи.

- Организация работ в действующих электроустановках командированного персонала проводится по нарядам-допускам и распоряжениям.

- При выполнении командированным персоналом работ на высоте наряд - допуск на эти работы по форме приложения 2 ПОТ PB выдает ответственное лицо из числа командированного персонала, которому предоставлено такое право.

- Если работы на высоте проводятся одновременно с другими видами работ, требующими оформления наряда-допуска, то может оформляться один наряд-допуск с обязательным включением в него сведений о производстве работ на высоте и назначением лиц, ответственных за организацию и безопасное проведение работ на высоте, и обеспечением условий и порядка выполнения работ по наряду-допуску в соответствии с требованиями нормативного правового акта его утвердившего.

- При выполнении работ командированным персоналом в действующих электроустановках, вблизи ВЛ и т.д. назначается ответственный руководитель из числа командированного персонала.

- Подготовка рабочего места и допуск командированного персонала к работам в 23 электроустановках Россети Урал проводятся в соответствии с ПОТ ЭЭ и осуществляются работниками CП Россети Урал, в электроустановках которого производятся работы. Ежедневный допуск командированного персонала осуществляется оперативным (оперативно- ремонтным) персоналом Россети Урал. В ходе выполнения допуска командированного персонала допускающим в обязательном порядке проводится проверка наличия у командированного персонала средств индивидуальной защиты, инструментов, приспособлений, соответствующих характеру выполняемой работы, а также удостоверений проверки знаний и квалификационньх удостоверений, определяющих возможность выполнения требуемых работ в электроустановках.

Примечание - Ежедневный допуск на подготовленное рабочее место командированного персонала может осуществляться самим командированным персоналом при предоставлении ему права «повторного допуска в последующие дни на подготовленное рабочее место».

- На ВЛ всех уровней напряжения допускается совмещение ответственным руководителем работ или производителем работ из числа командированного персонала обязанностей допускающего в тех случаях, когда для подготовки рабочего места требуется только проверить отсутствие напряжения и установить переносные заземления на месте работ без оперирования коммутационными аппаратами.

- Персонал, привлеченный к проведению работ на объектах Россети Урал, должен быть обеспечен сертифицированными средствами индивидуальной защиты (спецодеждой, спецобувью, касками и т.п.), соответствующие

характеру выполняемой работы и правильно применять их в процессе производства работ.

- Ответственный руководитель (производитель) работ из числа командированного персонала несет ответственность за: безопасное выполнение работ; соблюдение членами бригады мер безопасности, указанных в наряде- допуске; обязательное применение при проведении работ командированным персоналом средств защиты, спецодежды и спецобуви; выполнение командированными работниками правил внутреннего трудового распорядка, установленного в Россети Урал; соблюдение производственной и технологической дисциплины членами бригады; - Командирующая организация несет ответственность за соблюдение командируемым персоналом действующего законодательства, требований нормативных документов.».

Изложить пункт 3.4.2. Договора в редакции: «3.4.2. на беспрепятственный доступ к Используемому имуществу и его использование при условии соблюдения требований применимых нормативно-правовых актов Российской Федерации, а также локальных нормативно-правовых актов Собственника, регулирующих вопросы допуска к Используемому имуществу, за исключением случаев, отдельно предусмотренных настоящим Договором.».

Изложить пункт 4.1. Договора в редакции: «4.1. Стоимость размещения ВОЛС на воздушных линиях электропередачи и других объектах электросетевого хозяйства (далее «Плата») определяется на уровне действующей цены (тарифа), установленной Собственником, опубликованного на официальном сайте Собственника (на момент урегулирования условия: rosseti-ural.ru/disclosure/other/vols/) путем расчета без учета показателя «Зволс» (затраты на обеспечение целостности ВОЛС) и на момент урегулирования условия составляет в месяц за 1 точку доступа к инфраструктуре: - на одной опоре ВЛ 0,4кВ — 3,97 рублей (три рубля 97 копеек), кроме того НДС 20%, - на одной опоре ВЛ 6-20кВ — 4,96 рублей (четыре рубля 96 копеек), кроме того НДС 20%. - на одной опоре ВЛ 35 - 6,88 рублей (шесть рублей 88 копейки), кроме того НДС 20%, - на одной опоре ВЛ 110 - 220 кВ – 10,32 рублей (десять рублей 32 копейки), кроме того НДС 20%. Налогообложение производится по налоговой ставке, указанной в п. 3 ст. 164 НК РФ.

Изложить пункт 4.2. Договора в редакции : «4.2. Оплата по настоящему Договору производится ежемесячно не позднее 15 (пятнадцатого) числа месяца, следующего за расчетным, на основании счета, выставленного Собственником.».

Изложить пункт 4.6. Договора в редакции : «4.6. Размер Платы может быть изменен Собственником в случае изменения цены (тарифа), (тарифа), установленной Собственником, опубликованного на официальном сайте Собственника (на момент урегулирования условия: rosseti- ural.ru/disclosure/other/vols/) путем расчета без учета показателя «Зволс» (затраты на обеспечение целостности ВОЛС) Об изменении размера Платы Пользователь должен быть уведомлен Собственником не менее чем за 30 (тридцать) календарных дней до начала действия нового размера Платы.».

Изложить пункт 5.3. Договора в редакции: «5.3. Договор может быть

изменен или расторгнут по соглашению Сторон.».

Раздел 6 дополнить пунктом 6.7 следующего содержания: «Пользователь подтверждает, что ознакомлен, принимает и обязуется соблюдать (с учетом урегулированных условий настоящего договора) все условия и положения документа: «Допуск персонала организаций для выполнения работ на объектах ПАО «Россети Урал». Размещен по адресу: http://rosseti- ural.ru/company/documents/.».

Изложить пункт 7.2. Договора в редакции: «7.2. При недостижении взаимоприемлемого решения по истечении 30 (тридцати) календарных дней со дня направления претензии (требования), спорный вопрос может быть передан в суд в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.».

Изложить раздел 9. Договора в редакции: «9. Конфиденциальность

9.1. Под конфиденциальной понимается любая информация технического, коммерческого, финансового характера прямо или косвенно относящаяся к взаимоотношениям Сторон, не опубликованная в открытой печати или иным образом не переданная для свободного доступа, и ставшая известной сторонам в ходе выполнения настоящего Договора или предварительных переговоров о его заключении.

9.2. Никакая такая конфиденциальная информация не может быть разглашена какой-либо из Сторон каким бы то ни было другим лицам или организациям без предварительного письменного согласия на это другой Стороны в течение срока действия настоящего Договора, а также в течение 5 (пяти) лет после его прекращения по любой причине. 9.3. Каждая Сторона обязана принимать все разумные меры, необходимые и целесообразные для предотвращения несанкционированного раскрытия конфиденциальной информации. При этом принимаемые меры должны быть не менее существенны, чем те, которые Сторона принимает для сохранения своей собственной информации подобного рода.».

Изложить раздел 14. Договора в редакции: «14. Антикоррупционные условия

14.1. Пользователю известно о том, что ПАО «Россети Урал» (далее – Общество) реализует требования статьи 13.3 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», принимает меры по предупреждению коррупции, присоединилось к Антикоррупционной хартии российского бизнеса (свидетельство от 25.05.2015 № 2086), включено в Реестр надежных партнеров, ведет антикоррупционную политику и развивает не допускающую коррупционных проявлений культуру, поддерживает 25 деловые отношения с контрагентами, которые гарантируют добросовестность своих партнеров и поддерживают антикоррупционные стандарты ведения бизнеса.

14.2. Пользователь настоящим подтверждает, что он ознакомился с Антикоррупционной хартией российского бизнеса и Антикоррупционной политикой ПАО «Россети» и ПАО «Россети Урал» (представленными в разделе «Антикоррупционная политика» на официальных сайтах ПАО «Россети» и ПАО «Россети Урал»), полностью принимает положения Антикоррупционной

политики ПАО «Россети» и ПАО «Россети Урал» и обязуется обеспечивать соблюдение ее требований как со своей стороны, так и со стороны аффилированных с ним физических и юридических лиц, действующих по Договору, в рамках которого Контрагент присоединился к настоящей Антикоррупционной оговорке, включая собственников, должностных лиц, работников и/или посредников.

14.3. При исполнении своих обязательств по Договору, в рамках которого Контрагент присоединился к настоящей Антикоррупционной оговорке, Стороны, их аффилированные лица, работники или посредники не выплачивают, не предлагают выплатить и не разрешают выплату каких-либо денежных средств или ценностей (прямо или косвенно) любым лицам для оказания влияния на действия или решения этих лиц с целью получить какие-либо неправомерные преимущества или достичь иных неправомерных целей. Стороны отказываются от стимулирования каким-либо образом работников друг друга, в том числе путем предоставления денежных сумм, подарков, безвозмездного выполнения для них работ (оказания услуг) и другими, не поименованными здесь способами, ставящими работника в определенную зависимость и направленными на обеспечение выполнения этим работником каких-либо действий в пользу стимулирующей его стороны (Контрагента и/или Общества).

14.4. В случае возникновения у одной из Сторон подозрений, что произошло или может произойти нарушение каких-либо положений пунктов 14.1. - 14.3. Договора, указанная Сторона обязуется уведомить об этом другую Сторону в письменной форме. После письменного уведомления Сторона имеет право приостановить исполнение Договора, в рамках которого Контрагент присоединился к настоящей Антикоррупционной оговорке, до получения подтверждения, что нарушения не произошло или не произойдет. Это подтверждение должно быть направлено в течение 10 (десяти) рабочих дней с даты направления письменного уведомления. В письменном уведомлении Сторона обязана сослаться на факты и/или предоставить материалы, достоверно подтверждающие или дающие основание предполагать, что произошло или может произойти нарушение каких-либо положений пунктов 14.1., 14.2. Договора любой из Сторон, аффилированными лицами, работниками или посредниками.

14.5. В случае нарушения одной из Сторон обязательств по соблюдению требований, предусмотренных настоящим пунктом Договора, и обязательств воздерживаться от запрещенных пунктом 14.3 Договора действий и/или неполучения другой Стороной в установленный срок подтверждения, что нарушения не произошло или не произойдет, Пользователь или Владелец имеет право расторгнуть настоящий Договор в одностороннем порядке полностью или в части, направив письменное уведомление о расторжении. Сторона, по чьей инициативе был расторгнут настоящий Договор, в соответствии с положениями настоящего пункта вправе требовать возмещения реального ущерба, возникшего в результате такого расторжения.».

Дополнить договор условиями раздела 15 Требования к проектированию,

строительству ВОЛС-ВЛ:

«15.1. При проектировании, строительстве и эксплуатации ВОЛС-ВЛ необходимо руководствоваться следующими нормативными документами:

«Правила устройства электроустановок» (шестое, седьмое издания);

Требования к сопряженным объектам инфраструктуры в целях обеспечения размещения сетей электросвязи (их отдельных элементов) на воздушных линиях электропередачи (утв. приказом Минэнерго России от 15.04.2022 № 327);

О составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию (постановление Правительства РФ от 16.02.2008 № 87) (с изменениями на 15.09.2023);

ГОСТ Р 21.101-2020 Система проектной документации для строительства (СПДС). Основные требования к проектной и рабочей документации;

ГОСТ Р 21.703-2020 Система проектной документации для строительства (СПДС). Правила выполнения рабочей документации проводных средств связи;

СО 153-34.48.519-2002 «Правила проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи на воздушных линиях электропередачи напряжением 0,4-35 кВ»;

РД 153-34.0-48.518-98 «Правила проектирования, строительства и эксплуатации волоконно-оптических линий связи на воздушных линиях электропередачи напряжением 110 кВ и выше»;

РД 153-34.3-20.662-98 Типовая инструкция по техническому обслуживанию и ремонту воздушных линий электропередачи напряжением 0,38-20 кВ с неизолированными проводами;

СТО 56947007-33.180.10.171-2014 «Технологическая связь. Эталон проектной документации на строительство ВОЛС-ВЛ с ОКСН и ОКГТ»;

СТО 56947007-29.240.55.111-2011 «Методические указания по оценке технического состояния ВЛ и остаточного ресурса компонентов ВЛ»;

РД 153-34.3-20.573-2001 «Указания по учету и анализу в энергосистемах технического состояния распределительных сетей напряжением 0,38-20 кВ с воздушными линиями электропередачи»;

«Положение ПАО «Россети» о единой технической политике в электросетевом комплексе»;

«Техническая политика «ПАО «Россети Урал»;

инструкции производителей материалов, изделий и оборудования, применяемых при строительстве и эксплуатации ВОЛС-ВЛ.».

Приложение № 1, Приложение № 2, Приложение № 3 к договору принять в редакции общества с ограниченной ответственностью «Интерсвязь-Север».

Взыскать с публичного акционерного общества «Россети Урал» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интерсвязь-Север» (ИНН: <***>, ОГРН <***>) расходы по уплате государственной пошлины 6 000 руб. 00 коп..».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интерсвязь- Север» (ИНН: <***>, ОГРН <***>) в пользу публичного

акционерного общества «Россети Урал» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в возмещение расходов на уплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы 30 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Г.Р. Максимкина

Судьи: М.В. Лукьянова

К.В. Михайлов