Постановление от 24 апреля 2024 г. по делу № А50-16187/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2997/2024(1)-АК

Дело № А50-16187/2021
24 апреля 2024 года
г. Пермь




Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 апреля 2024 года.



Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Охотниковой О.И.,

при участии:

финансового управляющего ФИО1, паспорт;

от ФИО2: ФИО3, удостоверение адвоката, доверенность от 24.11.2022,

иные лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Двинских Андрея Владимировича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 01 марта 2024 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 22.05.2021,

вынесенное в рамках дела № А50-16187/2021 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4,

третьи лица: Территориальное управление Министерства социального развития Пермского каря, ФИО2,



установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 08.07.2021 заявление ПАО «Банка ВТБ» о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) принято к производству. Этим же определением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края по г. Перми.

Определением от 27.09.2021 заявление ПАО «Банк ВТБ» признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина-должника; финансовым управляющим утвержден ФИО1, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная столица».

Объявление о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано на Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) 29.09.2021 и в газете «Коммерсантъ» № 179 (7141) от 02.10.2021.

Решением арбитражного суда от 28.02.2022 ФИО4 (должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Объявление о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано на ЕФРСБ 25.02.2022 и в газете «Коммерсантъ» № 39(7240) от 05.03.2022.

18 октября 2022 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи объекта (земельный участок, площадью 710 +/- 9 кв.м., расположенного в СНТ «Черемушки» мкр. Кировский г. Перми) от 22.05.2021, заключенного между ФИО2, ФИО4 и ФИО5; применить последствия недействительности сделки в виде признания указанного земельного участка, совместной собственностью ФИО4 и ФИО2, а также обязании ФИО5 передать спорный земельный участок финансовому управляющему (с учетом уточнений заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ)).

К участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО2

Во исполнение требований суда из ПАО «Сбербанк России», Межрайонной ИФНС № 22 по Пермскому краю, ОСФР по Пермскому краю, АО «Банк Русский Стандарт» поступила запрошенная информация.

При рассмотрении настоящего спора определением от 04.09.2023 судом назначено проведение судебной оценочной экспертизы, проведение которой было поручено эксперту-оценщику ООО «Регион-Эксперт» ФИО6.

По результатам проведения судебной экспертизы ООО «Регион-Эксперт» представлено заключение эксперта № 193-10/23 от 06.10.2023, а также заявление об оплате стоимости проведенной экспертизы.

В судебное заседание судом вызван эксперт для дачи пояснений по экспертному заключению.

Экспертом ООО «Регион-Эксперт» ФИО6 даны пояснения по проведенной экспертизе, ответы на вопросы финансового управляющего, представителя ФИО2 и суда.

В удовлетворении ходатайства финансового управляющего о назначении повторной экспертизы, было отказано.

Судом удовлетворено ходатайство о вызове ФИО7 в качестве свидетеля.

После установления личности явившейся в судебное заседание ФИО7, предупреждения ее об уголовно-правовых последствиях за дачу заведомо ложных показаний или отказ от показаний, были заслушаны показания свидетеля; судом и участвующими в судебном заседании лицами были заданы вопросы свидетелю.

Свидетель ФИО7 пояснила, что о продаже земельного участка узнала от своей коллеги по работе – ФИО2, предложила купить данный земельный участок своей матери – ФИО5, первоначальная цена предложения продажи составляла 350 000 руб., после согласования цена продажи составила 300 000 руб., денежные средства хранились дома у ФИО5, передавались при заключении договора купли-продажи; свидетель присутствовал при подготовке к передаче и при передаче денег; с мая 2021 года земельным участком ФИО5 пользуется совместно с семьей свидетеля.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01 марта 2024 года в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании договора купли-продажи от 22.05.2021, заключенного с ФИО5 недействительной сделкой, применении последствий ее недействительности отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывает на то, что представленное в дело заключение оценочной экспертизы проданного супругой должника ФИО2 объекта недвижимости не может рассматриваться как доказательство рыночной стоимости спорного имущества; постройки на момент оценочной экспертизы на учет в качестве объектов недвижимости не поставлены, государственная регистрация права собственности на данные постройки также отсутствует; считает, что эксперт ФИО8, проводивший оценку имущества не обладает необходимыми специальными познаниями для установления строительно-технических характеристик построек, при этом такие характеристики оказывают существенное влияние на результат оценки; экспертом при определении стоимости были сделаны выводы, выходящие за пределы его профессиональных познаний. Также апеллянт отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства реального исполнения покупателем имущества – ФИО5, обязанности по оплате приобретенного земельного участка с постройками; наличие у ответчика финансовой возможности оплаты спорного имущества за счет средств полученных от продажи в 2018 году квартиры подтверждено только пояснениями представителя покупателя, вместе с тем, согласно выписке из ЕГРН, сразу после продажи квартиры, расположенной на ул. Генерала Черняховского, 52/8 г. Перми, была приобретена квартира по ул. Ласьвинская, в которой ответчик проживает в настоящий момент; сделка по продаже имущества была заключена с лицом, имеющим личную связь с продавцом имущества, такое лицо, по мнению управляющего, могло и должно было знать о введении в отношении супруга продавца процедуры банкротства; более того, апеллянт полагает, что при наличии личных связей между продавцом и покупателем имущества, такие обстоятельства расчетов за имущество должны оцениваться как отсутствие доказанности реальной передачи продажной стоимости от покупателя продавцу. Ссылается на то, что в своих показаниях ФИО7 не смогла пояснить, где в действительности находятся важные хозяйственные приспособления и устройства на приобретенном земельном участке (в частности, как включить электричество в строении), несмотря на утверждение о том, что участвует в пользовании имуществом совместно с покупателем; судом при рассмотрении вопроса о действительности оспариваемой сделки не была дана оценка доводу об отсутствии разумного экономического объяснения поведении продавца (непосредственно перед продажей им за счет собственных средств была выстроена на указанном земельном участке баня и беседка, при этом стоимость данного имущества при продаже земельного участка не учитывалось в итоговой цене продажи).

ФИО5 и ФИО2 представлены отзывы на апелляционную жалобу, в которых просили в удовлетворении ее отказать, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Финансовым управляющим ФИО1 представлено ходатайство о назначении повторной экспертизы, проведение которой просил поручить ООО «Капитал-Оценка», указывая на наличие сомнений в объективности заключения эксперта, представленного по результатам проведения судебной экспертизы.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО1 на ходатайстве о назначении повторной экспертизы настаивал, представил оригинал чека-ордера ПАО Сбербанк от 17.04.2024 о внесении на депозитный счет Семнадцатого арбитражного апелляционного суда денежных средств для оплаты эксперту в размере 20 000 руб.

Представитель ФИО2 против назначения повторной экспертизы возражал.

Рассмотрев ходатайство финансового управляющего о назначении повторной экспертизы в порядке ст. 159 АПК РФ судом апелляционной инстанции установлено следующее.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Оценив представленное в материалы дела заключение эксперта ФИО6 в совокупности с данными последним в суде первой инстанции пояснений и ответов на заданные ему вопросы, установив, что указанное заключение оформлено в соответствии с требованиями ст.ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в нем отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения, заключение эксперта является ясными, понятными, в выводах эксперта содержится полный ответ на поставленный судом вопрос, противоречия в выводах отсутствуют, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства и назначении повторной экспертизы, о чем вынесено протокольное определение.

Участвующие в заседании суда финансовый управляющий ФИО1 и представитель ФИО2 свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в ходе проведенных мероприятий в рамках дела о банкротстве в отношении должника, было установлено выбытие из собственности супруги должника – ФИО2 земельного участка, площадью 710 +/- 9 кв.м., расположенного в СНТ «Черемушки» мкр. Кировский г. Пермь.

В частности, 22.05.2021 между ФИО2, ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец передал, а покупатель принял в собственность земельный участок, общей площадью 710 кв.м., назначение – под садовые участки (категория земельного участка: земли населенных пунктов, разрешенное использование – для ведения гражданами садоводства и огородничества), расположенный в СНТ «Черемушки» мкр. Кировский г. Пермь (п. 1.1 договора).

Согласно п. 1.3 договора указанный объект принадлежит продавцу на основании распоряжения начальника Департамента земельных отношений Администрации г. Перми от 18.03.2015 № 634.

В п. 4.1 договора стороны определили, что договорная цена объекта составляет 300 000 руб.

На последней странице договора отражена расписка о получении ФИО2 300 000 руб.

Полагая, что договор купли-продажи от 22.05.2021 заключен в преддверье банкротства должника по заниженной цене с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании его недействительной на основании п.п. 1, 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в признании сделки недействительной, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

В силу п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Исходя из положений ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу п. 2 названной стати Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При наличии указанных в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму – пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ № 63)).

В п. 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33-34 ст. 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов); под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (п. 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Согласно п. 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, п. 4 Постановления № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Применительно к положениям ст. 10 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор купли-продажи заключен 22.05.2021 (переход права собственности зарегистрирован 04.06.2021), то есть в течении двух месяцев до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (определение от 08.07.2021) – в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывалось ранее, в оспариваемом договоре купли-продажи цена отчужденного имущества согласована сторонами в размере 300 000 руб.

Заявляя о неравноценности встречного исполнения ответчиком своих обязательств, финансовый управляющий ссылался подготовленное им решение об оценке от 15.10.2022, в соответствии с которым рыночная стоимость земельного участка составляла 870 772 руб.

Также финансовым управляющим представлен отчет об оценке № 066/23 определения рыночной стоимости земельного участка от 10.02.2023, подготовленный ООО «Вишера-Оценка», согласно которому рыночная стоимость спорного земельного участка по состоянию на 22.05.2021 составляет 200 000 руб., при этом указана справочно рыночная стоимость незарегистрированных объектов капитального строительства без учета стоимости земельных участков в сумме 1 170 000 руб.

ФИО2 представлен отчет № 0085/02/23-ОЦ об оценке рыночной стоимости земельного участка от 20.02.2023, подготовленный ООО «Пермский центр комплексных решений», согласно которому рыночная стоимость земельного участка, площадью 710 +/- 9 кв.м., расположенного в СНТ «Черемушки» мкр. Кировский г. Перми, по состоянию на 22.05.2021 составляет 329 000 руб.

Ввиду наличия больших расхождений по стоимости спорного земельного участка в представленных оценочных отчетах определением суда от 04.09.2023 была назначена судебная оценочная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного земельного участка и находящихся на нем строений, проведение которой было поручено эксперту-оценщику ООО «Регион-Эксперт» ФИО6

Согласно представленному по результатам проведения судебной экспертизы заключению эксперта № 193-10/23 от 06.10.2023 рыночная стоимость земельного участка площадью 710 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под садовые участки, расположенного в СНТ «Черемушки» мкр. Кировский г. Перми и находящихся на нем строений (баня и навес (беседка)) по состоянию на 22.05.2021 составила 480 000 руб.

Суд первой инстанции, проанализировав заключение эксперта № 193-10/23 от 06.10.2023, признав его оформленным в соответствии с требованиями ст.ст. 82, 83, 87 АПК РФ, содержит предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ, а содержащиеся в нем сведения ясными и полными, в отсутствие противоречивых выводов, обоснованно признал его надлежащим доказательством по делу.

Доводы апелляционной жалобы о том, что указанное заключение не может рассматриваться как доказательство рыночной стоимости спорного имущества подлежит отклонению как несостоятельные.

То обстоятельство, что постройки на момент оценочной экспертизы на учет в качестве объектов недвижимости не поставлены, государственная регистрация права собственности на данные постройки отсутствует, существенного значения для рассмотрения настоящего спора не имеет, поскольку наличие на спорном земельном участке построек было учтено экспертом ФИО6 при проведении судебной экспертизы.

Утверждение апеллянта о том, что эксперт ФИО8, не обладает необходимыми специальными познаниями для установления строительно-технических характеристик построек, которые оказывают существенное влияние на результат оценки, учитывая наличие ФИО6 квалификационного аттестата «Оценка недвижимости», нельзя признать достаточно обоснованным.

Из выводов сделанных экспертом ФИО6 и отраженных в указанном заключении следует, что ликвидность спорного имущества является низкой, вероятный срок его реализации 6-9 месяцев.

Анализируя рынок дачных домов экспертом установлено, что средние цены предложения на дачи выросли за 2020 год только в популярных направлениях (Добрянский городской округ), в других муниципальных образованиях Пермского края сложилась иная ситуация, рост средних цен предложения во втором полугодии 2020 года фиксировался в пределах 1%, в целом за год средний ценник снизился также в пределах 1%.

Средние цены предложения земельных участков по садоводство и огородничество в первом квартале 2021 года продемонстрировали разноплановую динамики; рост средней цены предложения зафиксирован в г. Перми и Пермском микрорайоне, снижение отмечено в Добрянском городском округе и в других округах и микрорайонах Пермского края на 6,8% и 1,2% соответственно – максимальная цена 29-37 тыс. руб./сотку и выше за небольшие участки площадью до 20 соток в Краснокамском и Чайковском городском округе и в г. Березники.

Также экспертом отмечено, что на рынке сложилась ситуация, когда продавец, при наличии у покупателя денег, готов сбросит цену; скидка на торг зависит от объемов и активности соответствующего сегмента рынка – чем меньше активность рынка, те больше может быть скидка на торг.

Учитывая сделанные экспертом выводы о рыночной стоимости земельного участка с находящимися на нем строениями в размере 480 000 руб., суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии неравноценности встречного исполнения обязательств, а именно существенного превышения стоимости спорного имущества по отношению к цене, указанной в договоре.

При этом, судом учтено, что само по себе совершение сделки на иных условиях, нежели чем это предусмотрено альтернативными предложениями рынка, не может служить достаточным доказательством для вывода о неравноценности встречного предоставления, и, соответственно, основанием для признания сделки недействительной.

Также судом приняты во внимание показания свидетеля и данные участниками спора пояснения о том, что предложенная первоначальная стоимость спорного имущества была указана ФИО2 в сумме 350 000 руб. Учитывая реальность намерений покупателя, фактическое наличие денежных средств, согласование в последующем сторонами стоимости земельного участка иной стоимости в размере 300 000 руб. нельзя признать совершенной в ущерб кредиторам.

Таким образом, давая оценку представленным документам в совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доводы финансового управляющего о несоразмерности встречного предоставления по оспариваемому договору (заниженной стоимости отчуждения земельного участка), безусловно материалами дела не подтверждаются.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая, что спорный земельный участок расположен в зоне ЛЭП, что значительно снижает покупательский спрос, наличие на спорном земельном участке незарегистрированных построек, что в последующем может повлечь несение дополнительных расходов по их регистрации, суд апелляционной инстанции не может не согласиться с данным выводом суда.

Материалами дела подтверждено, что оплата спорного имущества произведена покупателем 22.05.2021 при подписании оспариваемого договора наличными денежными средствами, что подтверждается распиской отраженной ФИО2 собственноручно в договоре о получении ею наличных денежных средств в размере 300 000 руб.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о несостоятельности (банкротстве)» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В то же время как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в подтверждение финансовой возможности оплаты стоимости земельного участка ответчиком представлены договор купли-продажи земельного участка от 22.05.2013, договор купли-продажи квартиры от 24.07.2018, договор купли-продажи автомобиля от 01.11.2011; также судом были истребованы выписки по счетам ответчика в банковских организациях, сведения о получаемой ответчиком пенсии.

Несмотря на то, что ответчиком после продажи квартиры по договору купли-продажи от 24.07.2018 (была продана квартира по цене 1 660 000 руб.) был приобретена квартира по договору купли-продажи квартиры от 06.08.2018 (по цене 1 250 000 руб.), учитывая представленные ответчиком пояснения о хранении денежных средств дома, показания свидетеля (о месте хранения денежных средств, обстоятельствах передачи денежных средств при заключении договора купли-продажи спорного земельного участка), пояснения должника (о расходовании полученных денежных средств), а также представленные в дело сведения о размере получаемой пенсии, движении денежных средств по счетам ответчика, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности факта наличия у ответчика денежных средств в сумме необходимой для оплаты стоимости оспариваемого договора в размере 300 000 руб.

Как верно отмечено судом первой инстанции, отсутствие доказательств расходования полученных должником по оспариваемой сделке денежных средств не свидетельствует о ее безденежности. Более того, как пояснял должник, денежные средства были потрачены на приобретение продуктов питания, оплату счетов по жилищно-коммунальным услугам. Обстоятельства расходования денежных средств являются следствием волеизъявления самого должника, и не может влечь негативные последствия для ответчика.

Материалами дела подтверждено и заявителем апелляционной жалобы не опровергнуто, что ФИО5 и члены ее семьи фактически пользуются спорным имуществом с момента его приобретения.

Указанные обстоятельства, подтверждающие исполнение договора купли-продажи от 22.05.2021 обеими его сторонами, свидетельствуют о реальности правоотношений вытекающих из оспариваемой сделки.

Доказательств наличия противоправного интереса в совершении данной сделки у ФИО5 в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не представлено, как не представлено и доказательств наличия у ФИО5 по отношению к должнику признаков заинтересованности.

Утверждение апеллянта о том, что сделка по продаже спорного имущества была заключена с лицом, имеющим личную связь с продавцом имущества, в связи с чем такое лицо могло и должно было знать о введении в отношении супруга продавца процедуры банкротства не нашло своего подтверждения в суде апелляционной инстанции.

Как справедливо отмечено судом, вменять ФИО5 как лицу, имеющему намерение приобрести земельный участок для личного пользования, в обязанность установление финансового положения продавцов, одним из которых является должник, является чрезмерным.

При этом нельзя не принимать во внимание, что осуществление расчетов наличными денежными средства прямо предусмотрено действующим законодательством и является обычной практикой между физическими лицами.

Относительно доводов управляющего об отсутствии разумного экономического объяснения поведении продавца (непосредственно перед продажей им за счет собственных средств была выстроена на указанном земельном участке баня и беседка, при этом стоимость данного имущества при продаже земельного участка не учитывалось в итоговой цене продажи), ФИО2 пояснила, что сруб бани со стропилами был передан вместе с участком, после чего баня была достроена; навес был также сооружен за несколько лет до продажи имущества. Указывает на то, что продажа имущества в ситуации нахождения семьи в тяжелом финансовом положении по реальной сделке и является разумным экономическим объяснением.

Принимая во внимание установленные выше обстоятельства реальности совершения оспариваемой сделки и предоставление по ней равноценного встречного предоставления, что исключает вывод о причинении кредиторам в результате ее совершения вреда, отсутствие доказательств заинтересованности между ее сторонами, суд первой инстанции обоснованно отказал в признании договора купли-продажи от 22.05.2021 недействительным ввиду недоказанности финансовым управляющим свей совокупности условий влекущих признание сделки недействительной на основании п.п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку финансовым управляющим не представлено доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, приведенные в обоснование заявленных требований обстоятельства в полной мере укладываются в диспозицию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов, оснований для признания оспариваемого договора недействительной (ничтожным) сделкой применительно к положениям ст.ст. 10, 168 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что спорный земельный участок является ее единоличной собственностью, суд первой инстанции исходил из того, что право собственности у ФИО2 на спорный участок возникло после регистрации брака с должником не на основании безвозмездной сделки, в связи с чем нельзя отнести данное имущество к личной собственности ФИО2 в порядке ст. 36 Семейного кодекса Российской Федерации (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.11.2017 № 64-КГ17-10). Более того, судом учтено, что оспариваемый договор купли-продажи от 22.05.2021 был подписан как ФИО2, так и должником, которые вместе выступали в качестве продавца спорного земельного участка.

Доводов выражающих несогласие с данной судом оценкой в апелляционной жалобе финансовым управляющим не приведено.

Иные доводы апелляционной жалобы, установленные по делу обстоятельств не опровергают, в связи с чем основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, влекущее отмену обжалуемого судебного акта судом апелляционной инстанции не выявлено.

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В силу положений ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на их заявителей.

Поскольку доказательств уплаты государственной пошлины ни при подаче апелляционной жалобе, ни до установленной апелляционным судом даты предоставления документов финансовым управляющим не представлено, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд




ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 01 марта 2024 года по делу № А50-16187/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО4 в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.




Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


Т.Ю. Плахова





С.В. Темерешева