Постановление от 13 марта 2025 г. по делу № А60-20588/2024

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-999/2025-ГК
г. Пермь
14 марта 2025 года
Дело №А60-20588/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2025 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 14 марта 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Яринского С.А.,

судей Бородулиной М.В., Назаровой В.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Коржевой В.А.,

при участии:

от истца – общества с ограниченной ответственностью «Техносила» (ООО «Техносила»): ФИО1 (удостоверение, доверенность от 15.04.2024),

от ответчика – акционерного общества «Уралгидромаш» (АО «УГМ»): ФИО2 (паспорт  доверенность от 16.12.2024),

от третьего лица – акционерного общества «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом»): не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путём размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

истца – ООО «Техносила»

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2024 года

по делу №А60-20588/2024

по иску ООО «Техносила» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к АО «УГМ» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третье лицо: АО «Концерн Росэнергоатом» 

о признании отсутствующими исключительных прав на конструкторскую документацию,

установил:

ООО "Техносила" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к АО "УГМ" (далее – ответчик) о признании отсутствующими исключительных прав на конструкторскую документацию на насосы ОПВ и 600В производства ПО "Уралгидромаш", эксплуатируемые на Балаковской АЭС (с учётом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ).

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Концерн Росэнергоатом».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2024 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись, истец обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы истец, ссылаясь на то, что законные интересы заинтересованного лица, помимо нарушенных или оспариваемых субъективных прав, являются самостоятельным объектом судебной защиты, указывает, что защищаемый в рамках настоящего дела законный интерес истца в установлении отсутствующими у АО "УГМ" исключительных прав, основан на норме абзаца 2 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В силу сложившихся длительных отношений с АО "Концерн Росэнергоатом" по изготовлению и поставке запасных частей к насосам ОПВ и 600В производства советского предприятия ПО "Уралгидромаш" у истца возникли законные ожидания в том, что он и впредь может заниматься данной деятельностью и конкурировать с другими поставщиками на проводимых АО "Концерн Росэнергоатом" тендерах на поставку данной продукции. Принцип законных ожиданий как форма выражения законных интересов заинтересованного лица в судебной защите признается в практике Суда по интеллектуальным правам. ООО "Техносила" обладает законным интересом в устранении принципиальной неопределенности о существовании правоотношения по поводу исключительных прав на спорную конструкторскую документацию, о реальном существовании которого пришло к выводу АО "Концерн Росэнергоатом" на основании ложного письма АО "УГМ" исх.№0330/024 от 18.01.2024. Апеллянт приводит довод об отсутствии правопреемства между ПО "Уралгидромаш" и АО "УГМ", выражая сомнения в подлинности представленного ответчиком договора №1500-141-10 от 11.01.2010 купли-продажи конструкторской документации между ОАО "УЭТМ-УГМ" и ЗАО "Энергомаш (Сысерть)". Истец, указывая на удовлетворение судом ходатайства об истребовании у ответчика указанного договора, считает необоснованным отказ судом первой инстанции в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств и назначении по делу судебной экспертизы. По мнению истца, оснований для отказа в удовлетворении требований у суда первой инстанции не имелось, в том числе, исходя из того, что конструкторская документация в силу закона не является объектом исключительных прав и из этого следует, что у АО "УГМ" в действительности отсутствуют исключительные права на конструкторскую документацию на насосы, о реальности существования которой, на основании письма АО "УГМ" №0330/024 от 18.01.2024, пришло к выводу АО "Концерн Росэнергоатом", в связи с чем, ООО "Техносила" было отстранено от дальнейших закупок запасных частей к данным насосам.

В представленных отзывах на апелляционную жалобу ответчик и третье лицо просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Доводы, приведённые в отзывах на апелляционную жалобу, согласуются с выводами суда первой инстанции.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве.

ООО "Техносила" заявлено ходатайство о назначении судебной технико-криминалистической экспертизы документов, в качестве способа проверки печатной формы оттиска изображений ОАО "УЭТМ-УГМ" в договорах с ЗАО "Энергомаш (Сысерть)".

Ходатайство ООО "Техносила" о проведении судебной экспертизы рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ и отклонено в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения, возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле; в случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое не имеет заранее установленной силы, и оценивается наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 АПК РФ).

С учётом изложенного, вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статье 82 АПК РФ, находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, поэтому требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда её назначить.

Учитывая, что назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 АПК РФ является правом, а не обязанностью суда, суд апелляционной инстанции полагает, что имеющиеся в деле доказательства позволяют рассмотреть спор по существу, являются достаточными и надлежащими, и приходит к выводу об отсутствии необходимости для проведения экспертизы.

В рассматриваемом случае истец заявляет о проведении экспертизы в отношении договоров, стороной которых не является. Между тем, с учётом предмета заявленного требования указанный истцом документ по существу не влияет на исход рассмотрения спора (абзац 3 пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 №46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции").

В судебное заседание третье лицо, извещённое надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, не явилось, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, что в соответствии со статьёй 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, установлено судом первой инстанции, ООО "Техносила" специализируется на производстве и продаже насосов и запасных частей к крупному и среднему насосному оборудованию для объектов водоснабжения, топливно-энергетического и агропромышленного комплексов, химической, металлургической отраслей промышленности.

АО "Концерн Росэнергоатом" закупало запасные части к насосному оборудованию производства ООО "Техносила", в том числе для ремонта насосов, изготовленных советским предприятием ПО "Уралгидромаш".

Как указывает истец, каких-либо претензий по несовместимости запасных частей ООО "Техносила" с насосами, изготовленными ПО "Уралгидромаш" и эксплуатируемыми на различных АЭС, не поступало.

С целью реализации изготавливаемой продукции, истец принял участие в очередной закупке АО "Концерн Росэнергоатом" товаров, согласно Федеральному закону от 18.07.2011№223-ФЗ, для нужд Балаковской АЭС в форме закрытого одноэтапного запроса предложений в электронной форме без предварительного квалификационного отбора на право заключения договора на поставку запасных частей к насосам ОПВ, 600В (закупочная процедура №235012600489, опубликованная на официальном сайте https://www.astgoz.ru/ page/index).

Заявка истца на участие в указанной закупке была отклонена как несоответствующая требованиям закупочной документации, согласно которой закупка являлась неконкурентной, поскольку ей предусматривалась возможность закупки запасных частей к насосам ОПВ и 600В исключительно производства АО "Уралгидромаш" (без указания слов «или аналог («или эквивалент»); закупка запасных частей к насосам ОПВ и 600В АО "Концерн Росэнергоатом" произведена у АО "Уралгидромаш" как у единственного поставщика.

Последующее выяснение причины, почему закупка по закупочной процедуре №235012600489 являлась неконкурентной (без указания слов при определении предмета закупки «или аналог («или эквивалент»), выявило, что ответчик представил в АО "Концерн Росэнергоатом" информацию о том, что он является "единственным законным правообладателем" конструкторской документации на используемые на Балаковской АЭС насосы ОПВ и 600В.

В письме 08.02.2024 №9/0702/31-ВК для цели определения предмета закупки по закупочной процедуре №235012600489 было изложено заключение о том, что "По результатам рассмотрения обращения от 08.02.2024 №9/0331/89-ВК о наличии/отсутствии прав у организации АО "Уралгидромаш" на рабочую конструкторскую документацию на эксплуатируемые на Балаковской АЭС насосы сообщаю, что в соответствии с дополнительно предоставленными документами имеются основания считать АО "Уралгидромаш" обладателем исключительных прав на рабочую конструкторскую документацию на эксплуатируемые на Балаковской АЭС насосы".

Поскольку, как утверждает истец, ответчик не является правообладателем конструкторской документации на насосы ОПВ и 600В, с учётом того, что конструкторская документация в силу закона не является интеллектуальной собственностью и объектом исключительных прав, а ответчик не является правопреемником советского предприятия ПО "Уралгидромаш", истец обратился в арбитражный суд с иском о признании отсутствующими исключительных прав АО "УГМ" на конструкторскую документацию на насосы ОПВ и 600В производства ПО "Уралгидромаш".

Суд первой инстанции, отказал в удовлетворении исковых требований, придя к выводу, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты, при том, что он не является ни правообладателем спорной конструкторской документации, ни оспаривает отсутствие у него вещных прав на спорную конструкторскую документацию.

Оценив в порядке, предусмотренном АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, заслушав в судебном заседании представителей сторон, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для изменения (отмены) обжалуемого судебного акта не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, рассмотрены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению как не влияющие на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта, в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены ГК РФ.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 указанного Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу приведённых норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нём не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица.

Из приведённых выше правовых норм также следует, что под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом, и целью его действий является обход установленных в целях защиты прав другого лица обязательных требований и ограничений.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в пункте 5 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127), непосредственной целью санкции статьи 10 ГК РФ является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления.

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика.

По смыслу статей 1, 11, 12 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения. Следовательно, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица посредством использования предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

В обоснование наличия у истца законных интересов в предъявлении заявленного требования к ответчику, истец указывает на то что, удовлетворение заявленного иска приведёт к восстановлению ранее существовавшей закупочной практики АО "Концерн Росэнергоатом", допускавшей закупку запасных частей к насосам ОПВ и 600В, в том числе у истца.

АО "Концерн Росэнергоатом" - филиал АО "Концерн Росэнергоатом" "Балаковская атомная станция" (далее также Балаковская АЭС) привлечено к участию в деле в качестве третьего лица и по существу спора поясняет следующее.

Закупки АО "Концерн Росэнергоатом" регулируется Федеральным законом от 18.07.2011 №223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (Закон о закупках №223-ФЗ).

Предприятие входит в группу предприятий Государственной корпорации по атомной энергии "Росатом" (Госкорпорация "Росатом"), закупочная деятельность которого регламентируется Единым отраслевым Стандартом закупок (Положение о закупке) Государственной корпорации по атомной энергии "Росатом" (утв. решением наблюдательного совета Госкорпорации "Росатом" от 07.02.2012 №37 с изменениями, утв. решением наблюдательного совета Госкорпорации "Росатом" (протокол от 31.01.2023 №174) (далее ЕОСЗ, Стандарт).), разработанным на основании Закона о закупках.

ЕОСЗ определяет правила осуществления закупочной деятельности в атомной отрасли и подлежит обязательному применению в Госкорпорации "Росатом", а также организациях Госкорпорации "Росатом", присоединившихся к нему в установленном порядке.

Участник закупки, подавая заявку на участие в торговой процедуре на установленных организатором условиях, добровольно принимает на себя обязательность применения всех положений ЕОСЗ.

Закупки проводятся в соответствии с ЕОСЗ, Положение о закупках размещено на официальном сайте www.zakupki.gov.ru.

В силу части 5 статьи 5.2.1 ЕОСЗ при проведении конкурентной закупки при указании в требованиях к продукции товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, наименования изготовителя указываются слова «или аналог» («или эквивалент») с указанием параметров определения соответствия аналогов (эквивалента), кроме ряда случаев, указанных в данной статье.

Так, согласно пункту б) части 5 статьи 5.2.1 ЕОСЗ исключением из правил описания продукции, указанной в части 5 данной статьи, является закупка запасных частей и расходных материалов к машинам и оборудованию, используемым заказчиком, в соответствии с технической документацией на указанные машины и оборудование.

При этом, Стандартом не определена степень императивности требований технической документации, являющая достаточной для установления запрета на поставку аналогов (эквивалентов).

Пунктом 3 части 6.1 статьи 3 Закона о закупках установлен исчерпывающий перечень исключений, при которых допускается включить в описание предмета закупки товарный знак без сопровождения словами «или эквивалент» (письмо ФАС России от 23.09.2022 №28/88423/22).

Таким образом, заказчик в целях удовлетворения собственных нужд, исходя из необходимости достижения результатов и эффективности закупки, самостоятельно с учётом требований Закона о закупках определяет и описывает предмет закупки, при условии, что такие требования не влекут за собой ограничение количества участников закупки.

Согласно части 10 статьи 4 Закона о закупках в документации о закупке должны быть указаны сведения, определённые положением о закупке, в том числе, установленные заказчиком требования к качеству, техническим характеристикам товара, работы, услуги, к их безопасности, к функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара, к размерам, упаковке, отгрузке товара, к результатам работы и иные требования, связанные с определением соответствия поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги потребностям заказчика.

Изложенное выше свидетельствует о том, что, документация о закупках разрабатывается заказчиком самостоятельно и должна содержать показатели, связанные с определением соответствия поставляемого товара его потребностям.

Следовательно, основной задачей законодательства, устанавливающего порядок проведения закупок, является не столько обеспечение максимально широкого круга участников закупки, сколько выявление в результате закупки лица, исполнение договора которым, в наибольшей степени, будет отвечать потребностям заказчика и целям эффективного использования денежных средств в условиях добросовестной конкуренции.

При этом Закон о закупках не содержит норм, ограничивающих право заказчика включать в документацию о конкурентной закупке требования к товару, которые являются для него значимыми, равно как и норм, обязывающих заказчика устанавливать в этой документации, вопреки его потребностям, такие требования к товару, которые соответствовали бы всем существующим видам товаров, работ, услуг (Определение Верховного суда Российской Федерации от 27.04.2021 №305-ЭС20-24221 по делу №А40- 312524/2019).

Согласно Положению о Балаковской АЭС целью деятельности атомной станции является производство электрической энергии и тепловой энергии (мощности) при безусловном обеспечении безопасной, надежной, безаварийной и экономически эффективной работы энергоблоков, сооружение (капитальное строительство) объектов использования атомной энергии и социального назначения.

На Балаковской АЭС отсутствуют чертежи, при проведении закупок запасных частей к насосам ОПВ, 600В, изготавливаемым по чертежам.

Изготовителем закупаемой продукции является - АО "Уралгидромаш" г. Екатеринбург, Свердловская область.

Применение оригинальных запасных частей прямо предусмотрено технической документацией и способствует достижению цели удовлетворения потребности заказчика в продукции с необходимыми показателями качества и надежности.

В ответ на запрос Балаковской АЭС от 18.01.2024 №9/Ф010106/6492 АО "Уралгидромаш" направило в адрес АО "Концерн Росэнергоатом" письмо от 18.01.2024 №0330/024, в котором заверило, что на текущий момент является разработчиком и держателем конструкторско-технической документации на насосы (и оригинальные запчасти к ним): ОПВ 10-185ЭГ и 600В-1,6-100 и является изготовителем указанного оборудования, а также ответчик заверил Балаковскую АЭС, что является единственным законным правообладателем конструкторско-технической документации на данные насосы, не передавал и не при каких обстоятельствах не планирует её передачу сторонним организациям с целью изготовления своей продукции или запасных частей к ней.

Оснований сомневаться в добросовестности действий АО "Уралгидромаш" по состоянию на текущую дату у Балаковской АЭС не имеется.

При этом, судом первой инстанции указано, что Гражданский кодекс Российской Федерации содержит исчерпывающий перечень результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, которым предоставляется правовая охрана на основании и в порядке, предусмотренных частью IV ГК РФ (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Перечень, предусмотренный гражданским законодательством, является закрытым и не подлежит расширительному толкованию исходя из буквального смысла пункта 1 статьи 1225 ГК РФ.

Так, правовой охране как результату интеллектуальной деятельности подлежат: 1) произведения науки, литературы и искусства; 2) программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ); 3) базы данных; 4) исполнения; 5) фонограммы; 6) сообщение в эфир или по кабелю радио- или телепередач (вещание организаций эфирного или кабельного вещания); 7) изобретения; 8) полезные модели; 9) промышленные образцы; 10) селекционные достижения; 11) топологии интегральных микросхем; 12) секреты производства (ноу-хау); 13) фирменные наименования; 14) товарные знаки и знаки обслуживания; 14.1) географические указания; 15) наименования мест происхождения товаров; 16) коммерческие обозначения.

Конструкторская документация как самостоятельный вид результата интеллектуальной деятельности указанным перечнем не предусмотрена.

Конструкторская документация в соответствии с пунктом 4.1. ГОСТ Р 2.001-2023 "Национальный стандарт Российской Федерации. Единая система конструкторской документации. Общие положения" является товаром, и на неё распространяются все нормативные правовые акты, как на товарную продукцию.

С учётом изложенного, то обстоятельство, что истец является владельцем своего собственного комплекта конструкторской документации на насосы ОПВ 10-185ЭГ и 600В-1,6-100 производства советского предприятия ПО "Уралгидромаш", не позволяет суду сделать вывод, что ответчик направил в адрес третьего лица письмо от 18.01.2024 №033/024 о правообладании КТД на насосы, с целью ограничения конкуренции и в нарушении запрета, установленного абзацем 2 пункта 1 статьи 10 ГК РФ.

Следует отметить, что истец в обоснование исковых требований ссылается, в том числе, на пункт 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – Постановление №10/22).

Предъявление в исковом производстве требования о признании права отсутствующим предполагает наличие спора о праве между лицами, в отношении одного и того же объекта права.

Категория исков о признании права отсутствующим не указана в ГК РФ как способ защиты нарушенного права. Подобные иски предъявляются по правилам, указанным в пункте 52 Постановления №10/22. Обязательным условием для подачи иска о признании права отсутствующим является то, что у истца исчерпаны другие способы защиты.

Ответчиком выступает лицо, право которого (сделка с которым) неправомерно зарегистрировано(а) (пункт 53 Постановления №10/22).

  Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, иск о признании права отсутствующим на объект, не обладающий признаками недвижимой вещи, но права на который, зарегистрированы как на недвижимость, является разновидностью негаторного иска. Негаторный иск - это иск собственника имущества об устранении нарушений его права, не связанных с лишением владения.

Материалами дела не установлено и не оспаривается истцом, ООО "Техносила" не является правообладателем спорной конструкторской документации. Отсутствие у него вещных прав  на спорную конструкторскую документацию, также не оспаривается.

ООО "Техносила" фактически не согласно с определением предмета закупки по закупочной процедуре №235012600489, и с отклонением его заявки на участие в закупке.

Злоупотребления правом со стороны ответчика в рамках настоящего спора судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции согласен с позицией суда первой инстанции о том, что заявленный иск, целью которого является восстановлению ранее существовавшей закупочной практики АО "Концерн Росэнергоатом", допускавшей закупку запасных частей к насосам ОПВ и 600В, в том числе у истца, направлен не на восстановление нарушенного права ООО "Техносила", а направлен на будущее возможное нарушение.

В порядке статьи 65 АПК РФ нарушение ответчиком субъективного права истца, подлежащего защите на основании статьи 12 ГК РФ, статьи 4 АПК РФ не доказано.

В соответствии с частью 2 статьёй 7 АПК РФ арбитражный суд обеспечивает равную судебную защиту прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8 АПК РФ). То есть, разрешая дело по существу, суд должен исходить как из интересов истца, так и итветчика.

Исковые требования ООО "Техносила" сформулированы неоднозначно, поскольку одновременно предполагают как возможное наличие исключительного права на конструкторскую документацию, так и отсутствие исключительного права на конструкторскую документацию. Суд, руководствуясь логикой истца, должен признать это право отсутствующим, однако учитывая, что в силу закона конструкторская документация не обладает исключительными правами, нельзя признать отсутствующим то право, которое не может существовать в принципе и которое законом не предусмотрено.

Истцом выбран ненадлежащий способ защиты своего права. В случае выбора ненадлежащего способа защиты нарушенного или оспариваемого права основным последствием, которое наступает в соответствии с действующим законодательством, является отказ в удовлетворении исковых требований и вынесение соответствующего решения судом. Кроме того, избрание ненадлежащего способа защиты права является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Указанные выводы согласуются с позицией Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 14.10.2020 №302-ЭС20-14690, от 22.10.2020 №308-ЭС20-16542.

Оснований для удовлетворения заявленного ООО "Техносила" требования к АО "УГМ" о признании отсутствующими исключительных прав на конструкторскую документацию у суда первой инстанции не имелось.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объёме и не могут быть учтены, как влияющие на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

В соответствии со статьёй 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2024 года по делу №А60-20588/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


С.А. Яринский

Судьи


М.В. Бородулина


В.Ю. Назарова