Постановление от 20 июля 2025 г. по делу № А72-17212/2022

, № 11АП-4966/2025

Дело № А72-17212/2022
г. Самара
21 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 года


Постановление в полном объеме изготовлено 21 июля 2025 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В.,

судей Бондаревой Ю.А., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А.,

с участием до перерыва:

конкурсный управляющий ФИО1 - лично (паспорт),

с участием после перерыва:

иные лица не явились, извещены,

 рассмотрев в открытом судебном заседании 16 июля 2025 года в помещении суда в зале №2 апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 17 марта 2025 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, к ответчикам - ФИО4, ФИО3 и ФИО5

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК «Дом-сервис»,


                                                              УСТАНОВИЛ:

24.11.2022 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление ООО «Газпром межрегионгаз Ульяновск» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» ИНН <***>, ОГРН <***> (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.11.2022 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 08.06.2023 (резолютивная часть объявлена 07.06.2023) суд ввел в отношении ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» процедуру банкротства - наблюдение; утвердил временным управляющим ФИО1, члена Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Сведения о введении процедуры банкротства – наблюдение опубликованы в газете «КоммерсантЪ» №112 от 24.06.2023.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 12.01.2024 (резолютивная часть оглашена 11.01.2024) суд признал ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении должника конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим ФИО1, члена Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Сведения о введении процедуры банкротства – конкурсное производство опубликованы в газете «КоммерсантЪ» №10 от 20.01.2024.

25.04.2024 конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделки по увеличению заработной платы ФИО3 и ФИО4 которым изменено штатное расписание: Директор с окладом 50 000 руб.; замещено ФИО3, Зам.директора с окладом 50 000 руб.; замещено ФИО4, применении последствий недействительности сделок. Просил осуществить расчет заработной платы, компенсации при увольнении за неиспользованный отпуск ФИО3 и ФИО4 исходя из заработной платы. Также просил признать недействительными совокупность сделок в отношении ФИО3 по выплате заработной платы и премий за период с мая 2008 года по 31.12.2018 года и применить последствия недействительности сделок, определить размер заработной платы из расчета 25.000 рублей ежемесячно и взыскать размер соответствующих переплат с ФИО3 Просил признать недействительными сделки по начислению компенсации за отпуск в феврале 2023 года в размере 810 495 руб. 98 коп. и ее частичной выплате в размере 385 139 руб. 62 коп. Просил признать недействительными сделки по начислению компенсации при увольнении в феврале 2023 года в размере 287 500 руб.; начислению заработной платы в марте - мае 2023 года на общую сумму 118 624 руб. 10 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.12.2024 (резолютивная часть оглашена 03.12.2024) объединено в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры № А72-17212-29/2022 по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по начислению и выплате ФИО5 заработной платы в размере 687 537 руб. 95 коп., и № А72-17212-22/2022 по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными сделок в отношении заработной платы, премий и выплат к ответчикам – ФИО3 и ФИО4. Объединенному обособленному спору присвоен номер: № А72-17212-22/2022.

04.12.2024 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, согласно которому заявитель просил:

- признать сделку по увеличению заработной платы Ответчикам по приказу 1-ШР от 01.10.2019 года, которым изменено штатное расписание: Директор с окладом 50 000 рублей; замещено ФИО3, Зам.директора с окладом 50 000 рублей; замещено ФИО4

- признать сделку по увеличению заработной платы ФИО3 Приказом 1-ШР от 01.03.2021 года, которым изменено штатное расписание: Директор с окладом 57 500 рублей; замещено ФИО3

- признать совокупность сделок в отношении ФИО3: - заработной платы и премий за период с мая 2008 года по 31.12.2018 года и применить последствия недействительности сделок, определить размер заработной платы из расчета 25 000 рублей ежемесячно;

- признать сделку по начислению компенсации за отпуск в феврале 2023 года в размере 810 495 руб. 98 коп.;

- признать сделку по начислению компенсации в феврале 2023 года в размере 287 500 рублей; Применить последствия недействительности совокупности сделок и взыскать с ФИО3 в пользу Должника 6 439 628 руб. 35 коп.

- признать начисление заработной платы в марте – мае 2023 года ФИО3 в должности экономиста на общую сумму 118 624 руб. 10 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп. и взыскать с ФИО3 в пользу Должника 132 375 руб. 84 коп.

17.06.2024 в рамках обособленного спора №А72-17212-29/2022 конкурсный управляющий обратилась в суд с заявлением о признании недействительной сделки по начислению и выплате ФИО5 заработной платы в размере 687 537 руб. 95 коп.; применении последствий недействительности сделки и взыскании с ФИО5 в пользу должника 629 305 руб. 56 коп.

Усмотрев, что в рамках обособленных споров № А72-17212-22/2022 и № А72-17212-29/2022 фактически подлежат оценке доводы о размере установленной заработной платы и обстоятельств обоснованности начисления денежных средств, суд определением от 10.12.2024 объединил в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры № А72-17212-29/2022 по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по начислению и выплате ФИО5 заработной платы в размере 687 537 руб. 95 коп. и № А72-17212-22/2022 по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными сделок в отношении заработной платы, премий и выплат к ответчикам - ФИО3 и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.03.2025 заявления конкурсного управляющего, удовлетворены частично. Признана недействительной сделка по начислению в феврале 2023 года ФИО3 компенсации отпуска при увольнении с должности руководителя должника в части суммы, превышающей 548 418 руб. 43 коп. Признана недействительной сделка по начислению и выплате ФИО3 в рамках исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста заработной платы в размере 118 624 руб. 10 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Дом-сервис» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) денежных средств в размере 132 375 руб. 84 коп., выплаченных ему в рамках исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста. В остальной части заявление конкурсного управляющего, оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 и ФИО3 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение суда первой инстанции, в которых просят его отменить.

В обоснование апелляционных жалоб заявители ссылаются на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ.

Конкурсный управляющий ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает, что исходя из начислений и оплат по заработной плате, должник перед ФИО3 всегда имел непогашенный остаток, следовательно, данные сделки входят в десятилетний срок для оспаривания сделок как ничтожных с учетом приведенных в заявлении обстоятельств; ответчик ФИО3 необоснованно получал заработную плату в большем размере, чем заявлен доход в налоговом органе; кроме того, полагает, что материалы дела не содержат данных, подтверждающих факт исполнения ФИО5 своей трудовой функции.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе указывает, что выполнял свои трудовые обязанности в качестве экономиста в соответствии с трудовым договором, вводил в курс дела нового руководителя; полагает, что конкурсный управляющий не представил надлежащих доказательств о завышении установленного размера заработной платы экономиста в спорный период, ходатайство о назначении экспертизы не заявлял; необходимость привлечения экономиста была обусловлена наличием у должника хозяйственных операций, требующих определенных навыков, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие выполнение данных функций иными лицами, ссылается на нотариально заверенные показания бухгалтера должника ФИО6; указывает, что выплаты и перечисления в период наблюдения согласовывались с временным управляющим ФИО1; утвержденный штатным расписанием бюджет расходования денежных средств на выплату сотрудникам должника, не превышен; нет вреда кредиторам.    

Исходя из разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда РФ в пункте 25 постановления от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при применении положения части 2 статьи 261 АПК РФ об определении времени и места судебного заседания арбитражным судам следует иметь в виду, что апелляционные жалобы на один судебный акт могут быть поданы несколькими участвующими в деле лицами в течение всего срока, установленного для подачи жалобы. С учетом этого обстоятельства, а также того, что апелляционная жалоба может быть подана в последний день срока на апелляционное обжалование, в определении о принятии жалобы к производству указывается дата судебного заседания, которое не может быть назначено ранее истечения срока на подачу апелляционной жалобы.

Все апелляционные жалобы, поданные на один судебный акт, должны назначаться к рассмотрению в одном судебном заседании.

Срок рассмотрения апелляционной жалобы, установленный статьей 267 Кодекса, исчисляется со дня поступления в арбитражный суд последней апелляционной жалобы на обжалуемый судебный акт.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2025 и от 21.04.2025 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание с учетом отложения и объявления перерывов назначено на 16.07.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

29.05.2025 от ФИО3 в материалы дела поступили письменные возражения на апелляционную жалобу.

25.06.2025 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные возражения на отзыв.

01.07.2025 от ФИО3 в материалы дела поступили письменные возражения.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2025 в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Гольдштейна Д.К. в судебном составе, рассматривающем настоящие апелляционные жалобы, произведена его замена на судью Львова Я.А.  После замены судьи рассмотрение апелляционных жалоб начато с самого начала.

В ходе судебного заседания до перерыва конкурсный управляющий ФИО1 поддержала доводы своей апелляционной жалобы, просила отменить определение суда первой инстанции в обжалуемой части.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае с целью более удобного исследования обстоятельств сделок и изложения выводов, суд посчитал возможным разделить требование конкурсного управляющего на четыре части:

1)     оценка доводов конкурсного управляющего в части сделок по установлению, начислению, выплате заработной платы руководителю - ФИО3, заместителю руководителя - ФИО4, начислению компенсации при увольнении ФИО3;

2)     оценка доводов конкурсного управляющего в части сделок по начислению и выплате заработной платы ФИО5;

3)     оценка доводов конкурсного управляющего в части сделок по начислению и выплате ФИО3 в рамках исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста заработной платы и компенсации;

4)     оценка доводов конкурсного управляющего в части сделок по начислению и частичной выплате компенсации ФИО3 за неиспользованный отпуск.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением с учетом уточнения, конкурсный управляющий указывал, что в результате изучения документации должника ей была проанализирована заработная плата бывшего руководителя должника - ФИО3, бывшего заместителя руководителя должника ФИО4, бывшего руководителя должника ФИО5.

1. Конкурсный управляющий посчитал, что увеличение в штатном расписании зарплаты директору ФИО3, введение в состав штата заместителя директора ФИО4 в 2019 году и увеличение заработной платы директору ФИО3 в 2021 году произведено в целях причинения вреда кредиторам должника.

Конкурсный управляющий полагал так же, что начисленная и выплаченная ФИО3, ФИО4 заработная плата за период с марта 2008 по февраль 2023 (включая компенсации при увольнении) является чрезмерно завышенной по сравнению со среднемесячной заработной платой на одного работника по региону Ульяновской области.

В своем заявлении конкурсный управляющий привел расчет должного, по её мнению, начисления, из которого следует, что за спорный период ФИО3 и ФИО4 излишне и необоснованно выплачено 6 439 628,35 руб.

Полагая, что выплата заработной платы и компенсаций в начисленных размерах произведено в целях причинения вреда кредиторам, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением.

Конкурсный кредитор ПАО "Т Плюс", поддерживая требования конкурсного управляющего и не заявляя самостоятельного требования относительно периода начисления ответчику заработной платы и компенсационных выплат, указывал также, что заработная плата ФИО3 превышает доходы руководителей иных организаций, осуществляющих тот же вид деятельности, что и должник, в пояснениях привел перечень таких аналогичных организаций.

Возражая против требований заявителя, ФИО3 не согласился с доводом о завышенном размере его заработной платы, указывал, что установленный размер заработной платы не превышал аналогичные средние показатели.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой       названного Закона.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться выплата заработной платы.

Таким образом, в силу прямого указания Закона о банкротстве и вышеуказанных разъяснений действия по выплате заработной платы могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Оспариваемым периодом начисления ФИО3 и ФИО4 заработной платы заявлен май 2008 - февраль 2023 включительно.

Как следует из разъяснений пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" по смыслу подпункта 1 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве в случае введения моратория периоды, предусмотренные абзацем вторым пункта 2 статьи 19, статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, по делам о банкротстве, возбужденным в трехмесячный срок, исчисляются исходя из дня введения моратория.

В частности, это означает, что при оспаривании сделок проверкой охватываются: периоды, предшествующие дню введения моратория, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (один месяц, шесть месяцев, год или три года); период действия моратория; период со дня окончания моратория до дня возбуждения дела о банкротстве; период после возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, законодателем фактически увеличен предел периода подозрительности оспаривания сделок должника на период действия моратория.

Целью такого регулирования является исключение предоставления неоправданных преимуществ и воспрепятствование изменению периода подозрительности для оспаривания сделок должника, обладающего признаками неплатежеспособности, не восстановившего свое экономическое положение и признанного банкротом несмотря на действие моратория. Иное толкование нарушает права и законные интересы независимого сообщества кредиторов должника, которые имеют правомерные ожидания относительно погашения задолженности за счет конкурсной массы, в том числе путем взыскания по недействительным сделкам.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" (далее - Постановление N 497) был введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе, индивидуальных предпринимателей.

В силу пункта 3 Постановления N 497, оно вступило в силу со дня его официального опубликования (01.04.2022) и действовало в течение 6 месяцев (до 01.10.2022).

Дело о банкротстве Общества возбуждено 29.11.2022, то есть, в пределах трехмесячного срока с момента прекращения действия моратория, следовательно, к оспариваемым сделкам подлежат применению положения статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве с учетом п. 4 ст. 9.1 Закона о банкротстве и пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Таким образом, периоды оспаривания сделок должника по специальным основаниям следует исчислять из дня введения моратория, то есть с 01.04.2022.

Как указывалось выше, конкурсный управляющий в указанной части оспаривал начисления и выплаты, произведенные с марта 2008 года по февраль 2023 года.

Как видно из заявленных требований, часть спорных начислений заработной платы подпадают под период оспоримости по статье 61.3 Закона о банкротстве, поскольку совершены в пределах 6-месячного срока применительно даты введения моратория 01.04.2022, как и подпадают под период оспоримости по п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены в пределах годичного срока применительно даты введения моратория 01.04.2022, часть оспариваемых начислений, а именно сделки, совершенные с апреля 2019 по февраль 2023 подпадают под трехлетний период оспоримости по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Основная часть начислений и платежей (май 2008-март 2019) выходят за трехлетний период подозрительности.

Согласно пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5 и 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правамкредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должникак моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособностиили недостаточности имущества;

б)   имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацамивторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63 - в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

 При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом пункт 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве исходит из презумпции осведомленности другой стороны оспариваемой сделки о причинении данной сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника, а также лица, находящиеся к указанным лицам в отношении родства (абз. 3 п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве) и лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основании своих требований и возражений.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» было создано 01.08.2007.

Учредителем Общества являлся ФИО3.

В период с 02.08.2007 по 04.05.2023 директором Общества являлся ФИО3.

В период с 01.05.2008 по 03.02.2020 заместителем директора Общества являлся ФИО4.

Данное обстоятельство подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, трудовыми договорами, сторонами не оспаривается.

Из условий трудового договора с ФИО3 следует, что он заключен на неопределенный срок, начало работы с 02.08.2007.

Из условий трудового договора с ФИО4 следует, что он заключен на неопределенный срок, начало работы с 01.05.2008.

Из материалов дела и условий трудовых договоров следует, что размер должностного оклада ФИО3, ФИО4 определялся штатным расписанием на соответствующие периоды.

По сведениям конкурсного управляющего, за период мая 2008 - февраль 2023 (то есть за 15 лет) ФИО3 и ФИО4 начислено и выплачено 6 439 628,35 руб. (с учетом компенсации при увольнении).

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателям (статья 56 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьи 132 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации относят действия по установлению работнику размера заработной платы к полномочиям работодателя.

Под заработной платой понимается вознаграждение за труд, зависящее от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты (статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение трудового договора, иных соглашений, регулирующих правоотношение между работником и работодателем, представляет собой действия названных субъектов, направленные на возникновение у них прав и обязанностей в рамках указанных правоотношений (ст. 16 ТК РФ).

В силу положений статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата является вознаграждением за труд, зависящим от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты; окладом - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего распорядка, трудовыми договорами (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

По мнению конкурсного управляющего и кредитора ПАО «Т Плюс», размер должностного оклада ФИО3 не соизмерим с объемом его функций, в период его руководства у возглавляемой им организации имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

В отношении ФИО4 конкурсный управляющий и ПАО «Т Плюс» указывали, что исходя их численности сотрудников, заключения договоров подряда имеются сомнения в выполнении ФИО4 трудовой функции.

Суд первой инстанции отклонил указанные доводы, исходя из того, что специфика трудовых отношений состоит в том, что при заключении трудового договора (в отличие от гражданско-правовой сделки) отсутствует необходимость определения точного объема и размера встречного исполнения со стороны работника. В связи с этим такие базовые условия трудового договора, как оклад и социальные гарантии, не могут быть поставлены в зависимость от финансового результата, полученного работодателем в результате деятельности работника.

При этом работник, заключая трудовой договор, вправе руководствоваться своими интересами при определении размера заработной платы. Он не должен заботиться об интересах работодателя, если последний готов выплачивать работнику ту заработную плату, премии и выходные пособия, о которых они договорились. Исключение может быть только в случае сговора работника с работодателем (должником), что образует основание для признания такой сделки недействительной (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Это означает, что при заключении трудового договора работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение, только исходя из размера заработной платы и условий труда, то есть речь идет о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности.

Для опровержения данной презумпции необходимо установить, что работник не только был осведомлен о наличии признаков несостоятельности работодателя, но и, формально вступая в трудовые отношения с должником, преследовал цель вывода денежных средств.

Вместе с тем, материалы дела данный факт не подтверждают.

Конкурсным управляющим и кредитором ПАО «Т Плюс» в материалы дела не представлено достаточных и исчерпывающих доказательств неисполнения ФИО3 обязанностей руководителя должника и ФИО4 обязанностей заместителя директора вообще, равно как и доказательств номинального характера их полномочий. Об этом не может свидетельствовать также то, что в тот же период ФИО3 осуществлял полномочия руководителя других юридических лиц. При этом выводы, изложенные в судебных актах, не могут основываться на сомнениях и предположениях заявителей.

В материалах дела отсутствуют доказательства выполнения в спорный период обязанностей директора и его заместителя иным лицом.

Конкурсным управляющим и кредитором не опровергнут факт исполнения ответчиками трудовых обязанностей в соответствии с условиями трудового договора.

Доказательства того, что квалификация и профессиональные качества ответчиков не соответствовали необходимым требованиям для осуществления подобной деятельности, в материалы дела также не представлены.

Реальность трудоустройства ФИО3 в должности директора и ФИО4 в должности заместителя директора должника конкурсным управляющим не оспаривалась и подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Конкурсный управляющий и кредитор настаивали на несоразмерности начисляемой ответчикам заработной платы занимаемой ими должности.

Существенная неравноценность встречного исполнения со стороны работника и цель причинения вреда кредиторам отсутствуют в ситуации, когда заработная плата обычного работника повышена так, что она существенно не отличается от оплаты за труд по аналогичной должности, которую получают на других предприятиях, схожих с должником по роду и масштабу деятельности (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2020 N 305-ЭС17-9623(7) по делу N А4134824/2016).

Суд также указал, что оспариваемые начисления состоят исключительно из должностного оклада директора для ФИО3 и заместителя директора для ФИО4

Материалами дела не подтверждается, что в составе спорных начислений в трехлетний период подозрительности имеются премии, бонусы и иные выплаты стимулирующего и (или) поощряющего характера.

Динамика изменений штатного расписания и анализ начислений заработной платы ФИО3 и ФИО4 указывал на то, что величина их должностного оклада периодически изменялась.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о том, что оклад ФИО3 превышал среднемесячную заработную плату, установленную на территории Ульяновской области, суд исходил из того, что официальные сведения о заработной плате являются средними по региону, исходя из конкретной сферы деятельности и должностей, соответственно, отличия (в большую или меньшую сторону) заработной платы ответчика от официальных показателей среднего размера заработной платы являются допустимыми, поскольку указанные данные являются средними, общими показателями по региону (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12.09.2022 N Ф06 -9683/2021 по делу N А65-27730/2020).

По тем же основанием суд отклонил довод кредитора ПАО «Т Плюс» о том, что заработная плата ФИО3 превышает доходы руководителей иных организаций, осуществляющих тот же вид деятельности, что и должник, учитывая избирательный подход кредитора к сравнению и, тем более, что большинство из приведенных примеров не отвечает признакам кратности превышения зарплаты ответчика по сравнению с зарплатами директоров этих организаций.

При этом суд также указал, что в целях проверки доводов конкурного управляющего и кредитора судом запрошены сведения в Ульяновскстат.

30.10.2024 от Ульяновскстат поступил ответ, в соответствии с которым сведениями о среднемесячной начисленной заработной плате работников руководящего звена (руководитель, заместитель руководителя, экономист) по кругу организаций -+ управляющих компаний за период с 29.11.20019 по июнь 2023 Ульяновскстат не располагает, поскольку ее формирование не предусмотрено Федеральным планом статистических работ, утвержденным распоряжением Правительства РФ от 06.05.2008 №671-р.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции указал, что трудовая функция ФИО3 и ФИО4 подтверждена, при этом повышение заработной платы руководителей должника в октябре 2019 года до 50000 руб., а с февраля 2020 руководителю ФИО3 в размере 57 500 руб. (с учетом того, что с февраля 2020 должность заместителя руководителя не замещалась), не свидетельствует о чрезмерности установленной заработной платы с целью вывода ликвидных активов должника.

Исчерпывающих доказательств кратного превышения заработной платы ответчиков относительно средней заработной платы сотрудников руководящего звена в регионе не представлено.

По мнению конкурсного управляющего и кредитора, в спорный период начисления заработной платы у должника имелись признаки неплатежеспособности.

Между тем, само по себе наличие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделок не свидетельствует об их недействительности.

Из системного толкования норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, является вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по такой сделке -непосредственно осуществление трудовой функции.

Заработная плата каждого работника в силу статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя.

В рассматриваемом случае должник являлся управляющей организацией, осуществляющей деятельность по управлению многоквартирными домами и предоставлению жилищно-коммунальных услуг.

Суд указал, что деятельность подобных предприятий носит убыточный характер, поскольку такое предприятие, как правило, имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность по потребленные коммунальные ресурсы.

Дебиторская задолженность населения по оплате за потребленные жилищно-коммунальные услуги обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности граждан, мероприятия по ее истребованию, как правило, характеризуются как низкоэффективные.

Таким образом, критерий наличия задолженности ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» перед ресурсоснабжающими организациями и иными кредиторами не может служить определяющим при оценке качества исполнения директороми его заместителем своих должностных обязанностей применительно к размеру его должностного оклада.

Согласно ст. 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 ТК РФ.

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В силу ст. 279 ТК РФ, в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 ТК РФ при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом РФ.

Согласно п.5.5. трудового договора с ФИО3 при расторжении трудового договора по инициативе работодателя до истечения полномочий работнику выплачивается денежная компенсация в сумме пяти окладов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.07.2023 №40-П «По делу о проверке конституционности части восьмой статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО7», по своей правовой природе выходное пособие, выплачиваемое работнику при увольнении, является гарантийной выплатой, которая, при том что само увольнение с выплатой выходного пособия, как правило, обусловлено  обстоятельствами, не зависящими от волеизъявления работника, призвана смягчить наступающие для него негативные последствия увольнения, связанные с потерей работы и утратой регулярного дохода (заработка), а также предоставить ему материальную поддержку на период поиска новой работы, способствуя тем самым реализации гражданином (работником) принадлежащего ему конституционного права насвободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности ипрофессии (статья 37, часть 1, Конституции Российской Федерации). Исходя из этогозакрепление в трудовом законодательстве такого рода гарантии согласуется и спредопределенной конституционными предписаниями (статьи 7 и 75.1 КонституцииРоссийской   Федерации)   социальной   направленностью     правового регулирования трудовых отношений.

Случаи, когда выплата работнику выходного пособия при расторжении трудового договора является безусловной обязанностью работодателя, а также размеры выходных пособий предусмотрены статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации (части первая и седьмая), которая вместе с тем предоставляет возможность установления трудовым договором или коллективным договором других случаев выплаты выходных пособий и повышения их размера, определенного законом (часть восьмая).

Тем самым, предоставляя сторонам трудовых отношений и сторонам социального партнерства право устанавливать соответственно в трудовом договоре и коллективном договоре повышенные - по сравнению с закрепленными непосредственно законодательством - гарантии для работников, подлежащих увольнению (в том числе расширять перечень случаев выплаты выходных пособий и увеличивать размер таких пособий), данное правовое регулирование отвечает не только целям трудового законодательства, к числу которых в первую очередь относится защита прав и интересов работника, но и предназначению договорного регулирования трудовых отношений, направленного на конкретизацию условий труда применительно к определенной сфере трудовой деятельности, конкретной организации и (или) отдельному работнику, а также согласуется с запретом ухудшения в договорном порядке положения работника по сравнению с предусмотренным законодательством.

По своей правовой природе дополнительная выплата при увольнении по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), предусмотренная трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении по данному основанию, вне зависимости от того, каким образом она поименована в самом трудовом договоре и (или) соглашении (выходное пособие, дополнительная денежная компенсация и т.п.), является выходным пособием, которое -хотя в данном случае увольнение и предполагает волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений - тем не менее призвано смягчить наступающие для работника негативные последствия увольнения, связанные с потерей им работы и утратой заработка.

При этом стороны трудового договора обладают свободой усмотрения (ограничивающее влияние на которое может, однако, оказывать бюджетное финансирование работодателя, его нахождение в состоянии ликвидации или в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, и пр.) не только в отношении включения данного условия в трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении (за исключением случаев, предусмотренных законом, в частности статьей 349.3 Трудового кодекса Российской Федерации), но и в отношении конкретного размера выходного пособия, выплачиваемого работнику при увольнении по соглашению сторон.

Условие трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, предусматривающее выплату работнику выходного пособия в определенном сторонами размере, - даже если его включение в трудовой договор и (или) соглашение явилось результатом действий руководителя организации, которые в конкретных обстоятельствах не в полной мере отвечали критериям добросовестности и разумности, но при этом оно формально не противоречит закону - никоим образом не влечет недействительность трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, причем ни полностью, ни в части. Напротив, будучи направленным на улучшение положения работника по сравнению с предусмотренным законодательством и подзаконными нормативными актами, такое условие подлежит применению, а значит, в силу принципа добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств порождает подлежащее безусловному исполнению обязательство работодателя о выплате работнику выходного пособия в согласованном сторонами размере, что, однако, не исключает - при наличии к тому оснований - последующего применения к руководителю данной организации, подписавшему содержащие подобное условие трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении, установленных законом правовых механизмов привлечения к ответственности за ущерб, причиненный юридическому лицу в связи с осуществлением в пользу работника такого рода выплаты.

Соответственно, если условия трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, предусматривающие выплату работнику выходного пособия при увольнении по соглашению сторон, не противоречат закону (не нарушают установленный для отдельных категорий работников запрет), то суд не имеет права отказать работнику во взыскании с работодателя выходного пособия в размере, установленном соответственно трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении, и тем самым освободить работодателя от исполнения соответствующих условий трудового договора и (или) соглашения о его расторжении.

Установленная аффилированность должника и ответчика не меняет содержания сформировавшихся между ними правоотношений.

Согласно сформировавшейся судебной практике, аффилированность сделки сама по себе не свидетельствует о наличии у сделки признаков недействительности (Определение Верховного суда Российской Федерации от 29.05.2020 по делу N 305-ЭС20-7078(1,2,3,4,5)).

Также заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3)).

Условия трудового договора, определяющие размер выходного пособия ответчика, определены сторонами в момент вступления в трудовые правоотношения в 2007 году, а не оформлены или изменены непосредственно перед увольнением ФИО3

С позиции изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности условий, достаточных для квалификации начислений заработной платы за период апрель 2019 - февраль 2023 и компенсационных выплат при увольнении в качестве недействительных сделок по специальным основаниям, предусмотренным п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абз. 4 п. 4 Постановление Пленума ВАС N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

На основании п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимся в п. 10 Постановление Пленума ВАС № 32 исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

В силу п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Вместе с тем принцип общего дозволения, характерный для гражданского права, не означает, что участники гражданского оборота вправе совершать действия, нарушающие закон, а также права и законные интересы других лиц.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (п. 3 ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного требования суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (п. 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Вопреки требованиям ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий должника не доказал факт злоупотребления правом при совершении оспариваемых сделок.

Оснований для квалификации оспариваемых сделок (начислений за апрель 2019 -февраль 2023) по статье 10 ГК РФ как совершенных с целью злоупотребления правом и во вред должнику и кредиторам у суда также не имеется.

В отношении остального периода начислений с мая 2008 г. по март 2019 г. (за пределами трехлетнего периода подозрительности) суд отмечает, что согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренные Законом о банкротстве.

Все указанные основания недействительности сделки (их совершение с целью вывода активов должника в пользу аффилированного с ним лица), которые приводит заявитель, охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротства, т.е. специальными нормами.

В настоящем случае доказательств наличия у оспариваемых начислений заработной платы с мая 2008 г. по март 2019 г. пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, участвующими в деле лицами не представлено и судом не установлено.

С учетом изложенного заявление конкурного управляющего о признании сделки недействительной в части установления заработной платы директору - ФИО3 и заместителю директора - ФИО4 и выплаты ФИО3 компенсации при увольнении в размере 287 500 руб. и применении последствий недействительности сделки суд первой инстанции оставил без удовлетворения.

Кроме того, суд учитывал доводы учредителя ФИО3 о том, что в феврале 2020 года трудовой договор с ФИО4 был расторгнут и впоследствии должность заместителя руководителя никем не замещалась, то есть в период формирования у должника задолженности, включенной в реестр, ФИО4 сотрудником должника уже не являлся. При этом, суд принимает во внимание, что исчерпывающих доказательств того, что до своего увольнения (февраль 2020 года) последний не выполнял трудовую функцию материалы дела не содержат. С учетом количества домов, находящихся в управлении должника, суд считает обоснованными доводы ФИО3 о необходимости у должника наличия трудовых резервов, достаточных для ведения работы с подрядчиками и контрагентами. ФИО3 отмечал, что ФИО4 наряду с ФИО3 лично принимал участие в переговорах с подрядными организациями, выезжал на объекты (жилые дома), и как только, с учетом количества обслуживаемых домов, общество перестало нуждаться в ещё одном руководящем звене, трудовой договор с ФИО4 был расторгнут.

При этом суд также учитывал, что с момента увеличения должностных окладов - октябрь 2019 года (штатное расписание представлено в томе 1, стр.41) ФИО4 проработал в организации всего 4 месяца, и начисление ему заработной платы в размере 50 000 руб не привело к существенному причинению вреда кредиторам должника.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий, предъявляя требования о необходимости перерасчета заработной платы ФИО4 и ФИО3 ввиду её, по мнению управляющего, несоразмерности, суд установил, что основная часть заявленного конкурсным управляющим периода с мая 2008 по март 2019 выходит за пределы подозрительности статьи 61.2 Закона о банкротстве, и может быть оспорена только в случае выхода обстоятельств сделки за дефекты подозрительности, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявляя о совершении сделок со злоупотреблением правом, конкурсный управляющий конкретные обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, не указывала.

Отмечал, что считает, что именно указанные сделки по выводу денежных средств впоследствии привели к несостоятельности организации.

Следовательно, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивает конкурсный управляющий, суд не находит оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в части сделок совершенных в период с 2008 по март 2019 года.

Указанные конкурсным управляющим нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

 С учетом изложенного, вопреки доводам конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел приходит к выводу, что оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ не имеется.

При разрешении настоящего спора суд учитывал актуальная судебная практика по спорам со схожими обстоятельствами (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12.09.2022 N Ф06-9683/2021 по делу N А65-27730/2020, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 10.06.2024 N Ф06-4062/2023 по делу N А57-26275/2022, Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 02.05.2023 по делу N А33-982/2020к19, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024 N 09АП-19634/2024 по делу N А40-127548/2021, Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2024 N 10АП-18715/2024 по делу N А41 -55081/2021).

Также суд первой инстанции отклонил и доводы конкурсного управляющего в части оспаривания сделок по начислению заработной платы и компенсаций ФИО3 на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий указывал, что начисления денежных средств, составляющих заработную плату и компенсации, носят преимущественный характер перед остальными кредиторами должника.

Однако в указанной части конкурсным управляющим не предоставлены документальные доказательства того, что удовлетворение текущих платежей, в частности выплата заработной платы руководителю, не должно было быть поставлено в приоритет к выплатам имущественных прав кредиторов

В рассматриваемом случае выплата заработной платы совершалась при обычной хозяйственной деятельности, и, соответственно, конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания оспариваемых действий по начислению и выплате заработной платы недействительной сделкой по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Кроме того, к рассматриваемой сделке в указанной части (установление размера заработной платы, её начисление и выплата) подлежат применению положения статьи 61.4 Закона о банкротстве, которые являются самостоятельными основаниями для отказа в признании сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 и статье 61.3 Закона о банкротстве. Доказательства того, что оспариваемые платежи по выплате заработной плате совершены при неравноценном встречном исполнении, либо условия сделки в значительно худшую сторону отличаются от иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, либо того что действия ответчиков были направлены исключительно на причинение вреда имущественным правам кредиторов, конкурсным управляющим в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не предоставлено.

Доказательств, свидетельствующих о том, что при начислении заработной платы сотрудникам в части исполнения обязанностей руководителя ФИО3 и заместителя руководителя ФИО4 ответчики действовали исключительно с противоправной целью, и иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права, конкурсным управляющим также не представлено.

2. В части оспаривания начислений и выплаты заработной платы ФИО5 в размере 687 537 руб. 95 коп. суд учитывал следующее.

Конкурсный управляющий указывала, что начисления и выплата заработной платы в отношении ФИО5 считает недействительными и ничтожными, в связи с отсутствием фактической работы по указанной должности ФИО5, поскольку все функции исполнительного органа продолжил осуществлять ФИО3

Из материалов дела усматривается, что решением единственного участника ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» от 31 .01.2023 ФИО3 освобожден от должности директора ООО «Управляющая компания «Дом-сервис».

02.02.2023 ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» заключен трудовой договор № 1/2023 с ФИО5, в соответствии с условиями которого ФИО5 принят на должность директора, указанный договор является договором по основной работе, заключен на определенный срок - до 01.02.2026, за выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается должностной оклад согласно штатному расписанию. Впоследствии трудовой договор с ФИО5 был расторгнут в январе 2024 года в связи с введением в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Конкурсный управляющий ссылалась на номинальность руководства компанией ФИО5, ссылаясь, что он является сыном ФИО3. Полагала, что функции руководителя продолжал осуществлять ФИО3, указывая, что всю документацию ей передавал именно он, обращала внимание суда, что и в судебные заседания по делу является именно отец -ФИО3

Суд первой инстанции неоднократно пытался выяснить у бывшего руководителя ФИО3 причину смены руководителя организации при нахождении должника в процедуре банкротства - наблюдении.

В начальных заседаниях ФИО3 отмечал, что указанное обстоятельство было связано с тем, что он полагал о возможной его дисквалификации, в связи с чем, было принято решение сменить руководителя общества.

Впоследствии в материалы дела о банкротстве ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» кредитором - ПАО «Т Плюс» был представлен приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска от 20.01.2023 по делу №1-415/2022, в соответствии с которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, а также частью 1 статьи 187 УК РФ («Мой арбитр» от 30.10.2024 в 13:48).

С учетом всех представленных в материалах дела документов и обстоятельств суд усматривает, что смена руководства связана с наличием объективных обстоятельств, на основании которых ФИО3 принял решение не продолжать руководство организацией.

При этом судом учитывал, что даты смены руководства организации - 02.02.2023 и вынесения приговора - 20.01.2023 соотносимы.

Кроме того, доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО5 фактически не исполнялись работы по указанной должности опровергаются материалами дела.

Так, в материалах дела представлены соглашения о расторжении договоров между ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» и ООО «РКЦ-Ульяновск», которые со стороны должника подписаны ФИО5, договоры между ООО «Управляющая компания «Дом-сервис», ООО «РКЦ-Ульяновск» и ресурсоснабжающими организациями, счета - фактуры, акты выполненных работ, так же со стороны должника подписанными ФИО5

При этом, в рамках обособленного спора об обязании ФИО5 передать документы в отношении должника, судом установлен факт исполнения, в том числе и ФИО5, обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему.

Так, в материалы обособленного спора об обязании бывшего руководителя должника передать документы представлены акты приема передачи документов, подписанные ФИО5 и ФИО1, ФИО8 представлены акты весеннего осмотра от 23.03.2023 по МКД по ул. Рябикова, д. 60 А, паспорт готовности к отопительному сезону, акт проверки вентканалов, акт выполненных работ и смета на ремонт швов по МКД по ул. Рябикова д.60А.

Таким образом, материалами дела подтверждается фактическое исполнение ФИО5 обязанностей руководителя должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства выполнения в спорный период обязанностей директора иным лицом.

Конкурсным управляющим и кредитором не опровергнут факт исполнения ответчиком трудовых обязанностей в соответствии с условиями трудового договора.

Доказательства того, что квалификация и профессиональные качества ответчика не соответствовали необходимым требованиям для осуществления подобной деятельности, в материалы дела также не представлены.

Учитывая изложенное, принимая во внимание ранее изложенные положения действующего законодательства в части исследования обстоятельств осуществления лицом трудовой функции, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки с ФИО5 недействительной. Сведений, что ФИО5 не выполнял предусмотренные условиями трудового договора обязанности материалы дела не содержат, как и не содержат сведений о получении заработной платы руководителя в спорный период иным лицом.

3. В части заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки по начислению и выплате ФИО3 в рамках исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста заработной платы в размере 118 624 руб. 10 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп. суд указал следующее.

В соответствии с представленным в материалы дела документами, 02.02.2023 с ФИО3 заключен трудовой договор №1/2023, в соответствии с которым ФИО3 принят на должность экономиста.

В соответствии с приказом от 04.05.2023 трудовой договор от 02.02.2023 № 1/23 расторгнут.

При этом из представленных в материалы дела документов и пояснений конкурсного управляющего суд усматривает, что штатным расписанием ООО «Управляющая компания «Дом-сервис» должность экономиста была предусмотрена, так, приказами от 03.02.2020, от 01.03.2021, 01.09.2021 установлено штатное расписание, содержащее в себе должность экономиста с окладом 23 000 руб. на 0,5 ставки.

Приказом от 01.01.2023 изменено штатное расписание, должность экономиста не предусмотрена.

Приказом от 02.02.2023, установлено штатное расписание, содержащее в себе должность экономиста с окладом 55 174 руб. Приказом от 05.05.2023 изменено штатное расписание, должность экономиста не предусмотрена. (копии штатных расписаний содержатся в томе 1, листы дела 39-50).

Так, в период действия трудового договора от 02.02.2023 № 1/23 с ФИО3, согласно штатному расписанию были предусмотрены должности: директор с окладом 57 500 руб., бухгалтер с окладом 36 800 руб., юрист с окладом 23 000 руб., экономист с окладом 55 174 руб.

Конкурсный управляющий в обоснование своих требований указывал, что ФИО3 не исполнялись обязанности экономиста, фактически ФИО3 продолжил осуществлять функции руководителя должника, так же, по мнению конкурсного управляющего начисление заработной платы за должность экономиста имело целью вывести денежные средств из конкурсной массы должника.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе. Правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В силу разъяснений, приведенных в пунктах 1, 17 постановления Пленума ВысшегоАрбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности(банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств; выплата заработной платы, в том числе премии; действия по исполнению судебного акта.

Целью расширения спектра распространения положений об оспаривании сделок на иные события, сделками не являющимися, является исключение таких действий должника, которые являются основанием для возложения на него дополнительных обязанностей, в нарушение охраняемых законом прав и интересов лиц, участвующих в деле о несостоятельности.

По правилам, установленным Законом о банкротстве, в таком случае оспаривается не трудовой договор как специальное соглашение субъектов трудовых отношений, а действия по формированию отдельных условий, включенных в трудовой договор, направленных, фактически, не на регулирование трудовых правоотношений, а на создание дополнительных обязанностей у должника, препятствующих осуществлению расчетов с кредиторами в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, в силу прямого указания Закона о банкротстве и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации действия по выплате заработной платы могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве, в том числе на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность оспаривания сделок по признакам подозрительности (при неравноценном встречном исполнении, с причинением вреда).

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления № 63, в соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в т.ч. недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления № 63).

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит совокупность двух условий, а именно: заключение спорной сделки в пределах периода подозрительности и факт неравноценного встречного исполнения сделки.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 29.11.2022.

Трудовой договор, а также оспариваемые выплаты совершены в период с 02.02.2023 по 04.05.2023, т.е. после возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем, данные сделки попадают в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом осведомленность учредителя и бывшего руководителя должника ФИО3 о наличии у должника в спорный период признаков неплатежеспособности очевидна.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками (действиями), которые могут быть оспорены по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии трудовым законодательством.

Статья 10 ГК РФ предусматривает, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Установление же судами фактического выполнения трудовых функций, пусть и в незначительном объеме, исключает возможность для квалификации трудового договора в качестве мнимой сделки.

Согласно п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Применительно к оспариванию действий по начислению и выплате заработной платы под неравноценным встречным исполнением обязательств другой стороной сделки, как работником должника, следует понимать несоответствие размера заработной платы объему выполняемых работником обязанностей или занимаемой должности, ненадлежащее исполнение (неисполнение) работником своих трудовых обязанностей, невыполнение (выполнение не в полном объеме) установленных норм труда и рабочего времени, ничем не обоснованная выплата премии или иные подобные обстоятельства, либо, например, факт установления размера заработной платы, существенно отличающегося от условий трудовых договоров иных работников с аналогичными обязанностями.

В рассматриваемом случае суд неоднократно пытался выяснить у ФИО3 чем вызвана необходимость возращения в штатное расписание должности экономиста, учитывая тот факт, что фактически в процедуре банкротства после увольнения учредителя должника с должности руководителя, ФИО3 начинает замещать должность экономиста.

ФИО3 в заседаниях пытался пояснить, что занял указанную должность с целью адаптировать нового руководителя организации ФИО5 к его должности.

После нескольких судебных заседаний ФИО3 начал пояснять, что фактически осуществлял трудовую функцию экономиста, однако документально свои доводы не раскрыл.

При этом согласно представленным ФИО3 письменным пояснениям от 18.12.2024 (том 4 лист дела 95) он как учредитель принял решение уйти с должности директора по состоянию здоровья и дать освоить работу руководителя молодому специалисту, имеющему соответствующее образование и квалификацию.

В названных письменных пояснениях ФИО3 указал, что для введения в курс и специфику работы компании ФИО5, предыдущий руководитель организации попросил принять его временно на освободившуюся и вакантную должность экономиста, где за несколько месяцев, показал новому директору как работать в программе РИЦ, как формировать и отправлять отчеты 22ЖКХ в Госкомстат, как производить начисления по коммунальным услугам , в том числе распределение ОДН по услугам ХВС, ГВС и Эл/энергии. Показал на практике как работать с нормативно-правовыми документами.

Пояснял, что считает, что для любой организации существует практика введения в курс дела нового руководителя и существование переходного периода.

Таким образом, в материалы дела не представлены доказательства осуществления ФИО3 трудовой функций экономиста.

В данном случае, исходя из совокупности представленных доказательств, с учетом всех фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что начисление и выплата заработной платы ответчику в качестве экономиста осуществлены при неравноценном встречном исполнении - при отсутствии доказательств выполнения ФИО3 трудовой функции экономиста.

Таким образом, суд посчитал неподтвержденной материалами дела целесообразность введения должности экономиста в штат организации(непосредственно перед принятием на должность ФИО3) в период нахождения её в процедуре банкротства-наблюдении, а также в отсутствии в материалах дела фактических доказательств осуществления ФИО3 трудовой функции экономиста.

В части указанной сделки конкурсный управляющий оспаривала именно начисления и перечисления денежных средств, не заявляя требования о признании недействительным трудового договора от 02.02.2023 № 1/23.

Конкретизация и формулирование предмета иска является исключительной прерогативой истца (статья 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Процессуальным законодательством только истцу предоставлено право путем подачи ходатайства изменять предмет или основание иска. Обратное означает нарушение принципа диспозитивности арбитражного процесса (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 09.08.2018 N 305-ЭС18-4373 по делу № А40-137393/2016).

Арбитражный суд при разрешении спора исходит из сформулированного заявителем предмета требований, и не вправе по своей инициативе его расширять и выходить за пределы заявленных требований.

Таким образом, в указанной части суд исходид из заявленных конкурсным управляющим требований. Считает доводы конкурсного управляющего в указанной части обоснованными, и подлежащей признанию недействительной сделки на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве по начислению и выплате ФИО3 в рамках исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста заработной платы в размере 118 624 руб. 10 коп. и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп.

4. В части компенсации за неиспользованный отпуск конкурсный управляющий и кредитор ПАО « Т Плюс» указывали, что считают, что сведения о количестве дней неиспользованного отпуска, отраженные в документах по личному составу, не соответствуют действительности.

ФИО3, возражая против удовлетворения заявленных требований в указанной части, заявлял доводы о том, что не был в отпуске с момента создания ООО «Управляющая компания «Дом-сервис», а именно 413 дней.

Согласно представленным УФНС России по Ульяновской области в материалы дела сведениям, руководитель должника отразил коды нахождения ФИО3 в отпуске в периоды 30.09.2013, с 30.06.2014, с 31.07.2017, с 31.08.2017, с 30.09.2017. Следовательно, согласно представленным УФНС по Ульяновской области сведениям ФИО3 отражал в справке о доходах нахождение в отпуске в размере 134 дней.

При этом в остальных справках о доходах сведения об отпуске отсутствуют.

Конкурсный управляющий с учетом представленных сведений произвела расчет размера компенсации, согласно которому размер компенсации за 279 дней неиспользованного отпуска составил 548 418 руб. 43 коп.

Контррасчет компенсации, с учетом поступивших от УФНС по Ульяновской области сведений, ответчиком в материалы дела не представлен.

Таким образом, обоснованным в рассматриваемом случае являлось бы начисление компенсации за 279 дней неиспользованного отпуска в размере 548 418 руб. 43 коп. Однако руководителю общества ФИО3 при увольнении начислена компенсация за 413 дней в размере 810 495 руб. 98 коп.

Суд учитывал, что именно в части отпуска ФИО3 ссылался на тот факт, что не был в отпуске с момента заключения трудового договора, а не на то, что не получал отраженные в НДФЛ доходы.

При этом возможное нахождение ФИО3 в отпуске так же подтверждается и косвенными доказательствами. Так на запрос суда ОПК ФСБ России в МАП Шереметьево представлены сведения, из которых суд установил что в 2009, 2017, 2018 годах ФИО3 выезжал за пределы Российской Федерации.

Принимая во внимание, что сам расчет компенсации за неиспользованный период отпуска производился уже в период нахождения должника в банкротстве, начисление денежных средств, превышающих фактически необходимый за 279 дней неиспользованного отпуска размер, подлежит признанию недействительным на основании части 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, принимая во внимание установленные в рамках рассмотрения спора обстоятельства суд первой инстанции пришел к выводу, что имеется совокупность фактов для признания недействительной сделки по начислению в феврале 2023 года ФИО3 компенсации отпуска при увольнении с должности руководителя должника в части суммы, превышающей 548 418 руб. 43 коп. и исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста заработной платы в размере  118 624 руб. 10 коп.  и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп., при этом в остальной части заявление конкурсного управляющего о признании сделок недействительными суд оставил без удовлетворения

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010г. №63 разъяснено, что в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. В отношении удовлетворенного определением суда реституционного требования должника к другой стороне сделки суд выдает исполнительный лист.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При рассмотрении спора судом установлено, что денежные средства на сумму, превышающую признанный судом обоснованным размер компенсации за неиспользованный отпуск в сумме 548 418 руб. 43 коп. ФИО3 выплачены не были.

В качестве последствий признания сделок недействительными суд посчитал необходимым взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Дом-сервис» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) денежные средства в размере 132 375 руб. 84 коп. (заработная плата в размере 118 624 руб. 10 коп. и компенсация за неиспользованный отпуск в размере 13 751 руб. 74 коп.), выплаченных ему в рамках исполнения трудового договора от 02.02.2023 в должности экономиста.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего дела, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом отмечает следующее.

В отношении ФИО5 судом установлено, что должником получено равноценное встречное предоставление, не доказано, что сделки по выплате работнику должника заработной платы совершены с целью причинения вреда кредиторам, размер заработной платы, определенный трудовым договором, не являлся завышенным и соответствовал средним показателям заработной платы за выполнение аналогичных трудовых функций работниками подобного уровня организаций; являясь директором, осуществлял руководство текущей деятельностью общества и с учетом заключенного с ним трудового договора, получал за осуществление своих функций заработную плату. При этом отсутствие документального подтверждения каких-либо действий данного лица не является доказательством неисполнения трудовых обязанностей.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о правомерности начисления и выплаты ответчику заработной платы за осуществление им трудовых обязанностей.

В отношении ФИО3 судом не установлено обстоятельств реальности трудовых отношений и выполнения им возложенных трудовых функций в качестве экономиста после введения в отношении должника процедуры наблюдения, факт соответствия размера выплат внесенному работником трудовому вкладу; являясь родственником руководителя должника, зная о неплатежеспособности должника, нахождении его в процедуре банкротства, должен был знать о недопустимости осуществления соответствующих расходных операций по счету должника-банкрота без согласования с временным управляющим; перечисление заработной платы ответчику изначально не предполагало наличие встречного предоставления и было направлено на вывод денежных средств должника в адрес родственника руководителя должника, по распоряжению которого осуществлялись оспариваемые операции; перечисления денежных средств в виде заработной платы заинтересованным лицам являются убыточными для должника, поскольку совершены при неравноценном встречном исполнении обязательств, т.к. оспариваемые платежи не были направлены на реализацию нормальных экономических интересов должника и совершены в отсутствие какой-либо связи с хозяйственной деятельностью должника, получением реальной для него выгоды.

В данной части оспариваемые сделки привели к уменьшению имущества должника и причинению вреда имущественным правам кредиторов, имевшимся на дату спорных сделок, перечисления денежных средств совершены в период подозрительности в пользу аффилированного лица и в отсутствие письменного согласия временного управляющего, что свидетельствует о нарушении порядка принятия решения и совершения сделки применительно к пункту 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

При названных обстоятельствах данные платежи, совершенные должником ответчику, правомерно признаны судом недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве как совершенные при неравноценном встречном предоставлении со стороны ответчика и причинившие вред имущественным интересам кредиторов общества.

Выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам спора, судом в полном объеме исследованы и оценены доводы и возражения сторон применительно к заявленным требованиям.

Оснований для переоценки выводов суда, изложенных в обжалуемом судебном акте, по приведенным доводам апеллянтов, у судебной коллегии по материалам не дела не имеется.

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон и фактических обстоятельств дела, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 17 марта 2025 года по делу № А72-17212/2022 - оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий                                                               А.В. Машьянова         


         Судьи                                                                                             Ю.А. Бондарева


                                                                                                                 Я.А. Львов