Постановление от 1 декабря 2023 г. по делу № А71-19320/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-12923/2023(1)-АК

Дело № А71-19320/2022
01 декабря 2023 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 29 ноября 2023 года. Постановление в полном объеме изготовлено 01 декабря 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей Л.В. Саликовой, Т.Н. Устюговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от истца управления Федеральной налоговой службы России по Удмуртской Республике – ФИО2, паспорт, доверенность от 23.05.2023,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца управления Федеральной налоговой службы России по Удмуртской Республике на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 29 сентября 2023 года, принятое судьей Е.И. Глуховой по делу № А71-19320/2022 по иску Федеральной налоговой службы России

к ФИО3, ФИО4

о взыскании убытков в виде взысканных с Федеральной налоговой службы расходов и вознаграждения арбитражного управляющего в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Современные строительные материалы»,

установил:

Федеральная налоговая служба в лице управления Федеральной налоговой службы России по Удмуртской Республике (далее – УФНС России по Удмуртской Республике, уполномоченный орган) 09.12.2022 обратилась в Завьяловский районный суд Удмуртской Республики с иском к Бармину Андрею Александровичу (далее – Бармин А.А.) о взыскании убытков в размере 99 472,05 рубля.

Определением Завьяловского районного суда Удмуртской Республики от 16.11.2022 дело № 2-3613/2022 передано на рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.12.2022 исковое заявление уполномоченного органа к ФИО3 о взыскании убытков принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.02.2023 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен последний учредитель и руководитель общества с ограниченной ответственностью «Современные строительные материалы» (далее – ООО «ССМ») ФИО4 (далее – ФИО4).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.05.2023 ФИО4 привлечен к участию в рассмотрении дела в качестве соответчика.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.09.2023 (резолютивная часть от 22.09.2023) в удовлетворении заявления Федеральной налоговой службы России о взыскании с ФИО4 и ФИО3 убытков в размере 99 472,05 рубля отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, уполномоченный орган подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда от 29.09.2023 отменить, заявленные требования удовлетворить.

Заявитель жалобы ссылается на то, что, поскольку расходы по делу о банкротстве ООО «ССМ» явились для налогового органа дополнительными издержками по получению от должника требуемого исполнения его обязанности по уплате обязательных платежей, у уполномоченного органа с момента возмещения расходов арбитражному управляющему возникает право требования выплаченной суммы с руководителя должника посредством взыскания убытков в порядке статьи 15 ГК РФ. В третьем квартале 2016 года, по итогам которого образовалась задолженность по обязательным платежам, послужившая основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), именно руководителем ФИО3 произведено отчуждение всего имущества, на которое возможно было обратить взыскание. Доказательства отчуждения имущества на возмездной основе отсутствуют. Имущество реализовано руководителю и его супруге (по цепочке сделок). О наличии совершенных должником сделок было указано в заявлении уполномоченного органа о признании ООО «ССМ»


несостоятельным (банкротом). После отчуждения имущества движение по счетам прекратилось (последняя операция 17.10.2016), налоговая отчетность не сдавалась (последняя представлена 27.10.2016), что свидетельствует о прекращении хозяйственной деятельности. При этом бывший руководитель Бармин А.А. не обращается в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а осуществляет смену руководителя и учредителя организации на иное лицо Ильдарханова Р.Р., который 01.02.2017 (спустя 3,5 месяца с даты внесения изменений в ЕГРЮЛ) лично обратился в регистрирующий орган с заявлением Р34001 о недостоверности сведений о нем, как об учредителе (участнике)/руководителе ООО «ССМ», о чем 08.02.2017 внесена запись в ЕГРЮЛ. 26.12.2017 (т.е. спустя почти год после внесения сведений о недостоверности в отношении руководителя/участника должника) в арбитражный суд поступило ходатайство ООО «ССМ» о прекращении производства по делу о банкротстве № А71-12142/2017, данное ходатайство подписано представителем Сорокиным А.Н. В судебном заседании по рассмотрению ходатайства о прекращении производства по делу о банкротстве, состоявшемся 05.02.2018, принимал участие от должника представитель Сорокин А.Н. по доверенности от 15.01.2017. Доверенность выдана директором Ильдархановым Р.Р., который вскоре после выдачи доверенности обратился в регистрирующий орган с заявлением о недостоверности сведений о нем. В ходатайстве о прекращении производства по делу о банкротстве указано, что поскольку у должника отсутствует расчетный счет, непосредственно платеж по обязательным платежам был совершен учредителем должника. При этом, к ходатайству приложены чек-ордера от 22.12.2017, в которых плательщиком указан Бармин А.А. Следовательно, реальным руководителем и учредителем ООО «ССМ» являлся Бармин А.А. и после 14.10.2016. Вознаграждение и расходы арбитражного управляющего Метелягина А.Е. после исключения ООО «ССМ» из ЕГРЮЛ подлежали взысканию именно с Бармина А.А. реального учредителя ООО «ССМ» и лица, погасившего задолженность перед единственным кредитором и заявителем по делу о банкротстве – уполномоченным органом. Полагает, что уполномоченным органом доказана противоправность действий (бездействия) ответчиков Бармина А.А. и Ильдарханова Р.Р., которая заключается в следующем: противоправность поведения Бармина А.А. заключается в выводе имущества должника с целью необращения взыскания на него со стороны налогового органа, бездействии по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ССМ» несостоятельным (банкротом) (а вместо этого осуществление смены руководителя и участника организации), бездействии по внесению достоверных сведений в ЕГРЮЛ, вследствие чего организация исключена из ЕГРЮЛ и арбитражный управляющий Метелягин А.Е. утратил возможность удовлетворения своего требования за счёт имущества должника. Противоправность поведения Ильдарханова Р.Р. заключается в бездействии по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ССМ» несостоятельным (банкротом) (при наличии задолженности перед налоговым


органом, отсутствии имущества и прекращении хозяйственной деятельности), бездействии по внесению достоверных сведений в ЕГРЮЛ, вследствие чего организация исключена из ЕГРЮЛ и арбитражный управляющий Метелягин А.Е. утратил возможность удовлетворения своего требования за счёт имущества должника. Неправомерные действия ответчиков привели к невозможности компенсировать расходы Метелягина А.Е. в деле о банкротстве ООО «ССМ», и, как следствие, с уполномоченного органа в пользу Метелягина А.Е. взысканы судебные расходы в сумме 99 472,05 рубля, в том числе 87 285,71 рубля вознаграждение временного управляющего, 12 186,34 рубля расходов. По мнению апеллянта, состав элементов гражданско-правовой ответственности, необходимый для взыскания убытков, доказан; установлены причинители вреда - руководитель и учредитель должника в одном лице - Бармин А.А., руководитель и участник должника, при непосредственном участии которого были внесены недостоверные сведения в ЕГРЮЛ и впоследствии обратившийся с заявлением о недостоверности сведений о нем - Ильдарханов Р.Р.; раскрыта противоправность поведения причинителей вреда - нарушение требований Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», в том числе - невнесение в ЕГРЮЛ достоверных сведений в установленный срок, нарушение требований Закона о банкротстве, выразившееся в выводе имущества должника с целью необращения взыскания на него со стороны налогового органа, а также в бездействии по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); установлена причинно-следственная связь - невозможность погашения расходов в деле о банкротстве ООО «ССМ», ввиду отсутствия имущества и исключения из ЕГРЮЛ ООО «ССМ», чему способствовало противоправное бездействие Бармина А.А. и Ильдарханова Р.Р.; вина причинителя вреда предполагается, исходя из выбранной им пассивной модели поведения; определен размер убытков, исходя из суммы, взысканной с налогового органа постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП-10205/2018(2)-АК суммы судебных расходов в сумме 99 472,05 рубля; факт их несения подтверждается платежными поручениями № 859183 от 18.02.2021, № 46584 от 12.03.2021 на сумму 99 472,05 рубля.

До начала судебного заседания от ответчика ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что доводы уполномоченного органа о том, что убытки возникли по вине руководителей должника ввиду того, что именно в результате внесения ими недостоверных сведений о должнике общество было исключено из ЕГРЮЛ, что не позволило возместить взысканные определением суда от 21.02.2019 расходы и вознаграждение арбитражного управляющего, судом первой инстанции справедливо признаны несостоятельными. Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, на момент исключения ООО «Современные строительные материалы» из ЕГРЮЛ,


руководителем и учредителем должника являлся Ильдарханов Р.Р. Бармин А.А., не являющийся ни учредителем должника, ни его исполнительным органом, как на момент возбуждения дела о банкротстве, так и на момент исключения общества из ЕГРЮЛ, не мог повлиять ни на погашение задолженности по обязательным платежам в бюджет, ни на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ.

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержала, просила решение суда отменить, заявленные требования – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «ССМ» (ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 09.12.2012 управлением Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике.

С 09.02.2012 до 13.10.2016 единственным учредителем (участником) и руководителем ООО «ССМ» являлся ФИО3; 14.10.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись, согласно которой единственным учредителем (участником) и руководителем ООО «ССМ» является ФИО4

Впоследствии 08.02.2017 внесена запись о недостоверности содержащихся сведений в ЕГРЮЛ сведений в отношении ООО «ССМ» в части учредителя/руководителя.

Регистрирующим органом 19.06.2019 ООО «ССМ» исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Уполномоченный орган 26.07.2017 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании ООО «ССМ» несостоятельным (банкротом), которое определением от 02.08.2017 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве ООО «ССМ» с присвоением № А71-12142/2017.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.11.2017 по делу № А71-12142/2017 в отношении ООО «Современные строительные материалы» введена процедура наблюдения. Временным управляющим ООО «ССМ» утвержден ФИО6 (далее – ФИО6), член Союза «СРО АУ «Стратегия».

В рамках дела о банкротстве ООО «ССМ» должник обратился в арбитражный суд с ходатайством о прекращении производства по делу на основании абзаца 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.02.2018


по делу № А71-12142/2017 производство по делу о банкротстве ОООО «ССМ» прекращено в связи с погашением задолженности.

В рамках указанного дела 22.02.2018 арбитражный управляющий ФИО6 направил в арбитражный суд заявление о взыскании с уполномоченного органа - заявителя по делу о банкротстве ООО «ССМ» расходов, понесенных по делу о банкротстве в размере 99 472,05 рубля, в том числе вознаграждение 87 285,71 рубля, почтовые расходы в размере 302,00 рублей, расходы на публикацию в размере 11 884,34 рубля.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.06.2018 по делу № А71-12142/2017 отказано в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО6 о взыскании с Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике 99 472,05 рубля вознаграждения временного управляющего и понесенных в процедуре банкротства ООО «ССМ» расходов.

Арбитражный управляющий ФИО6 21.12.2018 направил в арбитражный суд заявление о взыскании с ООО «ССМ» расходов, понесенных по делу о банкротстве, в размере 99 472,05 рубля, в том числе вознаграждение 87 285,71 рублей, почтовые расходы в размере 302,00 рублей, расходы на публикацию в размере 11 884,34 рубля.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.02.2019 по делу № А71-12142/2017 с должника в пользу арбитражного управляющего ФИО6 взыскано 99 472,05 рубля, в том числе 87 285,71 рубля вознаграждения временного управляющего, 12 186,34 рубля понесенных в процедуре банкротства расходов.

Для принудительного исполнения определения суда от 21.02.2019 арбитражному управляющему ФИО6 выдан исполнительный лист серии ФС № 014276174 от 22.05.2019, который направлен в УФССП по Удмуртской Республике.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 12.08.2019, должник 19.06.2019 прекратил деятельность, исключен из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Ленинского РОСП г. Ижевска от 27.06.2019 исполнительное производство, возбужденное на основании исполнительного листа серии ФС № 014276174 от 22.05.2019, прекращено в связи с исключением должника из ЕГРЮЛ.

В связи с указанными обстоятельствами арбитражный управляющий ФИО7 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании данных расходов с уполномоченного органа.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.11.2019 по делу № А71-12142/2017 в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО6 о взыскании с уполномоченного органа 99 472,05 рубля, в том числе 87 285,71 рубля вознаграждения временного управляющего, 12 186,34 рубля понесённых в процедуре банкротства должника, отказано.


Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020 определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 11.11.2019 по делу № А71-12142/2017 отменено, требования Метелягина А.Е. удовлетворены, с уполномоченного органа в пользу Метелягина А.Е. взысканы судебные расходы в сумме 99 472,05 рубля, в том числе 87 285,71 рубля вознаграждения временного управляющего, 12 186,34 рубля расходов, понесенных в процедуре банкротства ООО «ССМ».

Во исполнение указанного судебного акта уполномоченный орган платежными поручениями от 18.02.2021 и от 12.03.2021 перечислил денежные средства арбитражному управляющему.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на то, что обращение с заявлением о признании ООО «ССМ» несостоятельным (банкротом) не являлось формальной реализацией функций уполномоченного органа, заявление было подано с целью достижения положительного экономического эффекта – удовлетворения своих требований к должнику за счет принадлежащего ему имущества, поскольку расходы по делу о банкротстве ООО «ССМ» явились для налогового органа дополнительными издержками по получению от должника требуемого исполнения его обязанности по уплате обязательных платежей, у уполномоченного органа с момента возмещения расходов арбитражному управляющему возникает право требования выплаченной суммы с руководителя должника посредством взыскания убытков в порядке статьи 15 ГК РФ, в связи с бездействием ФИО8 и ФИО3 как учредителя и руководителя ООО «ССМ» по внесению достоверных сведений в ЕГРЮЛ и исключением по данной причине из ЕГРЮЛ ООО «ССМ» арбитражный управляющий ФИО6 утратил возможность удовлетворения своего требования за счет имущества должника, а впоследствии расходы ФИО6 удовлетворены за счет уполномоченного органа, уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ФИО4 и ФИО3 убытков в размере 99 472,05 рубля.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлены необходимые доказательства, подтверждающие факт наступления убытков, размер причиненного ущерба, противоправность действий ответчиков, а также не установлена причинно-следственная связь между действиями ответчиков и причинением убытков; сведения о недостоверности сведений об ФИО4, как об учредителе и руководителе должника, внесены в ЕГРЮЛ 08.02.2017, то есть еще до возбуждения дела о банкротстве ООО «Современные строительные материалы», зная о наличии в ЕГРЮЛ указанных сведений, уполномоченный орган не мог не знать о возможных последствиях в виде исключения общества из ЕГРЮЛ, и как следствие, возложения на ФНС, как заявителя по делу, обязанности возместить расходы и вознаграждение арбитражного управляющего (учитывая при этом, что такое требование уже предъявлялось конкурсным управляющим еще в 2018 году), а, следовательно,


мог заявить свои возражения в установленном порядке, либо оспорить названное решение об исключении в течение года со дня, когда узнал о нарушении своих прав (пункт 8 статьи 22 Закона № 129-ФЗ).

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав представителя уполномоченного органа, участвующего в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Пунктами 1 и 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.


Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Однако, в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;


2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления от 21.12.2017 № 53 указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления


должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления от 21.12.2017 № 53, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет


значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации).

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы,


которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты,


если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности


необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как указывалось ранее, уполномоченный орган ссылается на то, что, поскольку расходы в деле о банкротстве ООО «ССМ» явились для налогового органа дополнительными издержками по получению от должника требуемого исполнения его обязанности по уплате обязательных платежей, то у ФНС России с момента возмещения расходов арбитражному управляющему возникает право требования выплаченной суммы в руководителя должника посредством взыскания убытков в порядке статьи 15 ГК РФ.


Из материалов дела следует, что заявителем по делу о банкротстве ООО «ССМ» являлся уполномоченный орган.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.02.2018 по делу № А71-12142/2017 производство по делу о банкротстве ОООО «ССМ» прекращено в связи с погашением задолженности.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2020 взысканы с уполномоченного органа в пользу ФИО6 судебные расходы в сумме 99 472,05 рубля.

Удовлетворяя требования арбитражного управляющего о взыскании с уполномоченного органа, как заявителя по делу о банкротстве должника ООО «ССМ», расходов, понесенных вы процедуре, суд апелляционной инстанции исходил из того, что арбитражным управляющим ФИО6 утрачена возможность удовлетворения своего требования за счет имущества должника.

Предусмотренная Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность возместить причиненный вред, в том числе убытки - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину.

Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо как в сфере общегражданских правоотношений, так и в банкротстве. Пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан. При установлении причинно-следственной связи в вопросе о взыскании убытков, необходимо учитывать следующее. Причинно-следственная представляет собой то, что нарушение (неправомерное поведение ответчика) являлось необходимым условием возникших убытков, то есть объективно спровоцировало такие убытки. При этом необходимо учитывать, что на возникновение убытков могут оказывать влияние множество иных обстоятельств, которые имели место до нарушения или произошли после.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. При этом, сам по себе факт замещения должности руководителя организации должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность поведения соответствующего лица, а возникновение у уполномоченного органа расходов, связанных с делом о банкротстве, не может автоматически признаваться следствием противоправного поведения руководителя должника.

Порядок предъявления требований по уплате обязательных платежей в бюджеты всех уровней, а также в государственные внебюджетные фонды и


требований по денежным обязательствам перед Российской Федерацией в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, определен постановлением № 257, согласно которому уполномоченный орган принимает решение о направлении в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом. Вместе с тем указанное Постановление не может расцениваться как обязывающее уполномоченный орган обращаться с таким заявлением в любом случае, т.е. даже когда очевидно, что имущества должника недостаточно для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Процедура банкротства, осуществляемая в специальном судебном порядке, не должна возбуждаться лишь для формальной реализации функции уполномоченного органа по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Подобное понимание компетенции уполномоченного органа приводило бы к необоснованному, заведомо неэффективному использованию судебных механизмов, к бесперспективному расходованию значительных временных, трудовых и материальных ресурсов без реальной цели достичь экономических результатов, оправдывающих такие затраты, к бесполезному задействованию столь сложного инструмента, как банкротство.

Судом установлено, что процедура банкротства инициирована уполномоченным органом в связи с наличием у должника задолженности в размере 808 499,00 рублей.

При этом, согласно отчетности должника, размещенной на общедоступном сайте по проверке контрагентов https://www.list-org.com/ активы должника за 2015 год имели положительное значение, в том числе имелись основные средства в размере 7 407 тыс. руб., запасы 17 570 тыс. руб., дебиторская задолженность 5 527 тыс. руб., имелась выручка 61 457 тыс.

Таким образом, активы должника позволяли закрыть имеющуюся перед уполномоченным органом задолженность.

Как верно отмечено судом первой инстанции, возникновение у уполномоченного органа расходов на процедуру, поскольку уполномоченный орган не обязан во всех случаях обращаться с указанным заявлением при наличии соответствующей задолженности, связано как с инициативным поведением самого этого органа, адекватностью оценки им финансового состояния должника, так и с действиями и решениями иных лиц, в том числе арбитражного управляющего, который в силу пункта 4 статьи 20.3 данного Федерального закона при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Без исследования обстоятельств, подтверждающих или опровергающих разумность и осмотрительность действий (бездействия) всех лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве (самого руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других), невозможно


однозначно установить, что возникновение убытков у уполномоченного органа связано исключительно с противоправным поведением руководителя должника. Взыскание же с руководителя должника в полном объеме соответствующих расходов, возникших в том числе из-за неверной оценки уполномоченным органом и иными лицами возможности их погашения за счет средств должника, не отвечало бы общим принципам юридической ответственности, приводило бы к нарушению прав руководителя должника и тем самым противоречило бы статьям 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Таким образом, само по себе наличие задолженности перед одним кредитором, в данном случае ФНС России по оплате обязательных платежей, не является безусловным основанием для возложения на руководителя юридического лица обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и соответственно привлечения его к гражданско-правовой ответственности по возмещению уполномоченному органу понесенных расходов в деле о банкротстве, поскольку процедура банкротства, осуществляемая в специальном судебном порядке, не должна возбуждаться лишь для формальной реализации функции руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением при отсутствии совокупности всех условий возможности инициирования процедуры банкротства должником.

При изложенных судом обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии причинно-следственной связи между возникшими у уполномоченного органа расходами и действиями руководителей должника.

Кроме того, в обоснование заявленных требований уполномоченный орган ссылался на то, что именно в результате внесения руководителями должника недостоверных сведений о должнике общество было исключено из ЕГРЮЛ, что не позволило возместить взысканные определением суда от 21.02.2019 расходы и вознаграждение арбитражного управляющего, что повлекло причинение уполномоченному органу убытков.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, на момент исключения ООО «ССМ» из ЕГРЮЛ руководителем и учредителем должника являлся ФИО4

Таким образом, как обоснованно указано судом, ФИО3, не являющийся ни учредителем должника, ни его исполнительным органом как на момент возбуждения дела о банкротстве, так и на момент исключения общества из ЕГРЮЛ, не мог повлиять ни на погашение задолженности по обязательным платежам в бюджет, ни на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ.

Из материалов дела усматривается, что ФИО4 являлся руководителем и учредителем должника с 14.10.2016. Запись о нем, как о руководителе, внесена на основании его заявления (разделы 10 - 11 выписки из ЕГРЮЛ от 16.09.2021).

В последующем, 08.02.2017 на основании его же заявления в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности о нем (раздел 12 -13 выписки).


Поскольку запись о недостоверности о нем внесена еще до возбуждения дела о банкротстве ООО «ССМ» (возбуждено определением от 02.08.2017), суд первой инстанции правомерно указал, что возникшие у уполномоченного органа расходы в связи с возбуждением дела о банкротстве, не могли являться следствием этих действий.

Таким образом, в рассматриваемом случае причинно-следственная связь между действиями ФИО9 по обращению в 2017 году с заявлением о недостоверности сведений о нем, и возникшими у уполномоченного органа расходами на процедуру, возбужденную уже после внесения названных сведений, и прекращенную в 2019 году до исключения общества из ЕГРЮЛ, отсутствует.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что обстоятельства настоящего спора не свидетельствует о совершении ответчиками каких-либо противоправных действий с нарушением принципов добросовестности и разумности, направленных на причинение убытков.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно учтены положения пункта 1 статьи 64.2 ГК РФ, пункта 1 и 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ), согласно которым регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица, к которым отнесены: непредставление в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и неосуществление операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо признается фактически прекратившим свою деятельность и может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

Предусмотренный статьей 21.1 Закона № 129-ФЗ порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в названном реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Внесение в ЕГРЮЛ записи о недостоверности содержащихся в указанном реестре сведений о юридическом лице осуществляется в отношении сведений об адресе юридического лица, об учредителях (участниках) юридического лица, о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица (пункт 6 статьи 11 Закона № 129-ФЗ).

Таким образом, в силу действующего правового регулирования применяется единый порядок исключения из ЕГРЮЛ недействующего


юридического лица и юридического лица, в отношении которого в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений, в том числе об адресе юридического лица.

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации в от 06.12.2011 № 26-П, определениях от 17.01.2012 № 143-О-О и от 17.06.2013 № 994-О, такое правовое регулирование направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), поддержание доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Вместе с тем в постановлении от 18.05.2015 № 10-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Отделсервис» Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ должно приниматься с учетом предусмотренных пунктами 3 и 4 данной статьи гарантий, направленных на защиту кредиторов и иных лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются таким исключением.

Указанные гарантии в части возможности предъявления регистрирующему органу возражений относительно предстоящего исключения юридического лица (как фактически недействующего) из ЕГРЮЛ направлены на выявление лиц, заинтересованных в сохранении правоспособности должника и в защите своих прав и законных интересов в судебном порядке, а в части судебного обжалования исключения – на обеспечение возможности восстановления регистрационного учета по обращению этих лиц на основании решения суда.

В соответствии с пунктом 8 статьи 22 Закона № 129-ФЗ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются данными действиями, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Закрепленное Конституцией Российской Федерации право каждого на судебную защиту (статья 46) выступает гарантией реализации всех других 9 конституционных прав и свобод, носит универсальный характер и, в силу статьи 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, ограничению не подлежит.

Из системного толкования указанных выше правовых норм и разъяснений


следует, что наличие предусмотренных в статье 21.1 Закона № 129-ФЗ условий для исключения юридического лица из ЕГРЮЛ само по себе не может являться безусловным основанием для принятия такого решения, которое может быть принято только при фактическом прекращении деятельности хозяйствующего субъекта.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2021 № 305-ЭС20-16189.

Как установлено судом, на момент принятия инспекцией решения об исключении ООО «ССМ» из ЕГРЮЛ у него имелись неисполненные обязательства перед арбитражным управляющим, подтвержденные вступившим в законную силу судебным актом.

Наличие совокупности признаков, изложенных в подпункте «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, не влечет безусловное (обязательное) исключение из реестра лиц, поскольку применение указанных норм права не должно способствовать недобросовестному поведению, в том числе преследующему цель освобождения от последствий, предусмотренных гражданским законодательством об обязательствах.

Согласно пункту 3 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

В силу пункта 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 настоящего Федерального закона, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

В соответствии с частью 7 статьи 22 Закона № 129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 настоящего Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

Как следует из материалов дела, сведения о недостоверности сведений об ФИО4, как об учредителе и руководителе должника, внесены в ЕГРЮЛ - 08.02.2017, то есть еще до возбуждения дела о банкротстве ООО «ССМ» определением суда от 02.08.2017.

Таким образом, зная о наличии в ЕГРЮЛ указанных сведений, уполномоченный орган не мог не знать о возможных последствиях в виде


исключения общества из ЕГРЮЛ, и как следствие, возложения на ФНС, как заявителя по делу, обязанности возместить расходы и вознаграждение арбитражного управляющего (учитывая при этом, что такое требование уже предъявлялось конкурсным управляющим еще в 2018 году), следовательно, мог заявить свои возражения в установленном порядке, либо оспорить названное решение об исключении в течении года со дня, когда узнал о нарушении своих прав (пункт 8 статьи 22 Закона № 129-ФЗ).

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных уполномоченным органом требований о взыскании солидарно с ответчиков ФИО3 и ФИО4 убытков.

Исходя их совокупности установленных обстоятельств дела, представленных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судом дана надлежащая правовая оценка действиям ответчиков.

Вопреки доводам апеллянта, обращаясь с заявлением о банкротстве, лицо должно осознавать последствия своих действий, связанных не только с реализацией прав на возможное получение задолженности, предоставленных кредитору Законом о банкротстве, но и с принятием на себя соответствующих обязанностей, возложенных названных законом на заявителя, который в случае отсутствия у должника достаточных для погашения расходов по делу о банкротстве средств будет обязан погасить указанные расходы в порядке пункта 3 статьи 59 Закона о банкротстве.

Уполномоченный орган вправе не подавать заявление о банкротстве, если это повлечет лишь напрасные расходы. Банкротство - сложный, ресурсоемкий процесс, который не должен возбуждаться лишь формально.

Какие-либо доказательства того, что уполномоченный орган, обращаясь в суд с заявлением о банкротстве, разумно полагал (спрогнозировал) с учетом наличия административного ресурса (доступ к сведениям об имуществе организаций, доходам, финансовым потокам) получить какой-либо положительный экономический эффект от инициирования процедуры несостоятельности в материалы дела не предоставлены, соответствующие обстоятельства судом не установлены.

Выводы суда основаны на правильном понимании и толковании норм материального и процессуального права о распределении бремени доказывания. Доводы же апеллянта по существу сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, для переоценки которых оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену


оспариваемого решения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Основания для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах решение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации уполномоченный орган освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 сентября 2023 года по делу № А71-19320/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий Л.М. Зарифуллина

Судьи Л.В. Саликова

Т.Н. Устюгова