Постановление от 30 августа 2022 г. по делу № А32-10577/2020

2325/2022-93331(2)



ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-10577/2020
город Ростов-на-Дону
30 августа 2022 года
15АП-13398/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 августа 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Емельянова Д.В.,

судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.06.2022 по делу № А32-10577/2020 о признании недействительным договора займа от 24.01.2018

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий ФИО3 с заявлением о признании недействительными следующих взаимосвязанных сделок:

- договор займа от 24.01.2018, заключенный между ФИО4 (далее – ответчик) и ФИО2;

- соглашение об отступном от 08.02.2019, заключенное между ФИО4 и ФИО2;

- действия по исполнению ФИО2 соглашения об отступном от 08.02.2019.

Применить последствия недействительности сделок в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу должника.

Определением суда от 23.06.2022 по делу № А32-10577/2020 договор займа 24.01.2018, соглашение об отступном от 08.02.2019, сделка по исполнению судебного акта Кавказского районного суда Краснодарского края по делу № 2-390/2021 от 27.05.2021 признаны недействительными (ничтожными) сделками. Суд применил последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу ФИО2 автотранспортное средство: - AUDI Q5, идентификационный номер


(VIN): <***>, тип ТС: легковой, 2012 года выпуска, цвет: серо- золотистый, государственный регистрационный знак: <***>.

Не согласившись с определением суда от 22.06.2022, ИП ФИО2 обратилась в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что вступившим в законную силу судебным актом – решением Кавказского районного суда Краснодарского края по делу № 2-390/2021 от 27.05.2021 признано за ответчиком право собственности на спорный автомобиль; указанный судебный акт в установленном порядке не оспорен. При этом денежные средства, полученный у ответчика по договору займа от 24.01.2018, были необходимы должнику для исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк», что подтверждается платежным поручением о переводе должником денежных средств на счет 29.01.2018. Ответчик и должник не являются заинтересованными лицами. Финансовая возможность ответчика подтверждена договором купли-продажи квартиры от 13.08.2017

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения от 22.06.2022 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением суда от 19.03.2020 заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу.

Решением суда от 17.06.2021 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

В ходе осуществления мероприятий процедуры реализации имущества в отношении ФИО2, из сведений и документов, предоставленных финансовому управляющему 29.06.2021 прокуратурой Кавказского района Краснодарского края, финансовому управляющему стало известно о вынесении 27.05.2021 Кавказским районным судом Краснодарского края по делу № 2-390/2021 решения по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2, согласно которому, принято признание иска ответчиком ФИО2, прекращено право собственности ФИО2 на транспортное средство: марка, модель: AUDI Q5, идентификационный номер (VEST): <***>, тип ТС: легковой, год выпуска: 2012, цвет: серо-золотистый, государственный регистрационный знак: <***> за ФИО4 признано право собственности на транспортное средство: марка, модель: AUDI Q5, идентификационный номер (VIN): <***>, тип ТС: легковой, год


выпуска: 2012, цвет: серо-золотистый, государственный регистрационный знак: <***>.

Из представленных 29.06.2021 прокуратурой Кавказского района Краснодарского края в распоряжение финансового управляющего фотокопий материалов дела № 2-390/2021 следует, что основанием к подаче ФИО4 вышеуказанного искового заявления к ФИО2 послужили следующие фактические обстоятельства.

Как указывает ФИО4, 24.01.2018 между ней и ФИО2 заключен договор займа, по условиям которого ФИО4 обязалась передать ФИО2 1 150 000,00 руб., а последняя обязалась возвратить сумму займа и уплатить проценты в срок до 24.01.2019 (пункты 1.1-1.3 договора займа от 24.01.2018).

В подтверждение передачи ФИО2 суммы займа в размере 1 150 000,00 руб. ФИО4 предоставлена рукописная расписка от 24.01.2018.

В соответствии с пунктом 7.2 договора займа заемщик вправе с согласия заимодавца прекратить все обязательства по договору займа путем подписания соглашения об отступном в части передачи в счет погашения обязательств транспортного средства: марка, модель: AUDI Q5, идентификационный номер (VEST): <***>, тип ТС: легковой, год выпуска: 2012, цвет: серо-золотистый, государственный регистрационный знак: <***> за ФИО4 признано право собственности на транспортное средство: марка, модель: AUDI Q5, идентификационный номер (VIN): <***>, тип ТС: легковой, год выпуска: 2012, цвет: серо-золотистый, государственный регистрационный знак: <***>.

Поскольку ФИО2 не обеспечила возврат суммы займа в установленные сроки, между ФИО4 и ФИО2 08.02.2019 заключено соглашение об отступном, по которому стороны достигли согласия, что в счет погашения обязательств по договору займа от 24.01.2018 ФИО2 передает в собственность ФИО4 спорное транспортное средство.

В соответствии с пунктом 2.4 соглашения об отступном от 08.02.2019, имущество и титул собственности на него переданы ФИО2 ФИО4 в момент подписания соглашения, которое одновременно признается передаточным актом.

Поскольку ФИО2 не исполнены условия пункта 2.6 соглашения об отступном от 08.02.2019, ФИО4 руководствуясь условиями пункта 3.6, 3.7 соглашения, обратилась с исковым заявлением в Кавказский районный суд Краснодарского края.

Полагая, что указанные сделки по заключению договора займа, соглашения об отступном и передача имущества ответчику представляют собой единую мнимую сделку, совершенную со злоупотреблением правом с целью вывода ликвидного актива должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении


интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2020 принято к производству заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), оспариваемые сделки совершены в 24.01.2018, 08.02.2019, 27.05.2021, то есть в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника, следовательно, сделка может быть оспорена применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

Коллегия учитывает, что на момент заключения спорных сделок, в том числе договора займа от 24.01.2018, у должника имелись неисполненные обязательства перед независимым кредитором, а именно перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» в размере 24 074 216 рублей долга и отдельно 4 611 058 рублей 90 копеек неустойки, которые в последующем включены в реестр требований кредиторов. Указанная задолженность не погашена с момента утверждения определением Кропоткинского городского суда Краснодарского края от 06.12.2017 по делу № 2-2124/2017 мирового соглашения по погашению перед банком задолженности.


Несмотря на наличие большого размера задолженности, должником не представлено доказательств получения дохода, позволяющего исполнить обязательства перед банком.

Из материалов дела следует, что ФИО2 на дату совершения спорной сделки наряду с основным должником (ООО «Символъ Регион»), соучредителем которого она является, перестала исполнять обязательства перед ПАО «Сбербанк России». При заключении мирового соглашения ФИО2 признано наличие задолженности, однако в результате неисполнения условий мирового соглашения, банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Оценивая доводы о наличии у ответчика финансовой возможности предоставить должнику денежные средства по договору займа от 24.01.2018, суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

В материалы дела должником представлен договор купли-продажи квартиры от 13.08.2017, заключенный между ФИО4 (продавец) и ФИО5, ФИО6, по условиям которого ответчиком реализована квартира по цене 1 430 000 руб.

В данном случае в материалы дела не представлены доказательства получения и сохранения денежных средств ответчиком в период с даты заключения договора купли-продажи до даты заключения договора займа с должником. Кроме того, ответчиком не приведены какие-либо экономические мотивы реализации недвижимого имущества с целью последующей передачи денежных средств по договору займа должнику.

Доводы должника о фактическом расходовании, полученных по договору займа от 24.01.2018 от ответчика, денежных средств на исполнение обязательств по кредитному договору перед ПАО «Сбербанк», не свидетельствуют об использовании денежных средств, полученных по договору займа. Фактически из представленного в материалы дела заявления о переводе от 29.01.2018 не представляется возможным установить источник происхождения денежных средств в сумме свыше 16 000 Евро, подлежащих перечислению. Не представлены и доказательства конвертации денежных средств в Евро.

По условиям пункта 7.2 договора займа от 24.01.2018 заемщик вправе с согласия заимодавца прекратить все обязательства по договору займа путем подписания соглашения об отступном в части передачи в счет погашения обязательств вышеуказанного транспортного средства.

Таким образом, на момент заключения договора займа, стороны предусмотрели возможность передачи спорного транспортного средства по соглашению об отступном.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.07.2018 N 308-ЭС18-11764, одним из обязательных признаков, позволяющих квалифицировать совершенные сделки как взаимосвязанные, является преследование при заключении сделок единой цели.

Сделки признаются взаимосвязанными, если их сторонами являются взаимозависимые лица, объекты сделок объединены в единый производственный комплекс, сделки влекут отчуждение основных активов должника и результатом совершения сделок является консолидация имущества в собственности одного лица (группы аффилированных лиц).

08.02.2019 между ФИО4 и ФИО2 с целью урегулирования вопроса о погашении задолженности по договору займа от 24.01.2018 заключено соглашение об отступном.

ФИО4 и ФИО2 пришли к соглашению о прекращении обязательств предоставлением отступного в форме передачи ФИО4 спорного


транспортного средства и титула собственности на него (пункт 2.1 соглашения об отступном от 08.02.2019).

В данном случае в результате заключения договора займа от 24.01.2018, соглашения об отступном от 08.02.2019 и его исполнения из владения должника выбыло ликвидное имущество, за счет которого возможно было погашение требований независимых кредиторов.

В соответствии с пунктом 2.4 соглашения об отступном от 08.02.2019 транспортное средство и титул собственности на него переданы ФИО4 в момент подписания соглашения об отступном. Стороны согласны признать настоящее соглашение в качестве передаточного акта, подтверждающего передачу от должника кредитору транспортного средства и титула собственности на него без подписания отдельного акта приема-передачи и иных документов.

С момента подписания соглашения обязательство ФИО2 передать ФИО4 транспортное средство и титул собственности на него в качестве отступного считается исполненным (пункт 2.5 соглашения об отступном от 08.02.2019).

ФИО2 обязуется снять транспортное средство с учета в подразделении ГИБДД, в котором оно зарегистрировано, в течении двух рабочих дней с момента подписания соглашения и передачи транспортного средства в собственность ФИО4, обратившись совместно с ФИО4 непосредственно в соответствующее подразделение ГИБДД с заявлением о переходе права собственности на основании настоящего соглашения, совершить соответствующие записи об этом в паспорте транспортного средства, а также передать ФИО4 оригинал паспорта транспортного средства, запасные ключи от транспортного средства, а также все необходимые технические документы к транспортному средству (пункт 2.6 соглашения об отступном от 08.02.2019).

В пункте 3.5 соглашения об отступном от 08.02.2019 стороны предусмотрели, что соглашение является основанием перехода права собственности на транспортное средство от ФИО2 ФИО4, которая приобретает право собственности с момента получения транспортного средства.

В пункте 3.6 соглашения об отступном от 08.02.2019 стороны закрепили, что при уклонении ФИО2 от снятия транспортного средства с учета в ГИБДД постановка на учет транспортного средства за ФИО4 регистрируется на основании решения суда, при этом, путем обращения с иском о признании права собственности (пункт 3.7 соглашения об отступном от 08.02.2019).

Коллегия учитывает, что обращаясь 27.04.2021 в Кавказский районный суд Краснодарского края с иском о признании права собственности на движимое имущество, ФИО4 указала, что транспортное средство передано ФИО2 еще при заключении соглашения об отступном от 08.02.2019.

При этом из материалов дела следует, что фактически транспортное средство не выбыло из владения должника, его передача по соглашению не предполагалась.

Из материалов дела следует, что ФИО4 обратилась с претензией к ФИО2 только 08.10.2020, а с исковым заявлением в Кавказский районный суд Краснодарского края только 27.04.2021, то есть по истечении более двух лет с даты заключения соглашения об отступном.

При получении транспортного средства в отсутствие объективных причин ФИО4 не потребовала сразу же от ФИО2 передать на транспортное средство имеющиеся документы.

Судом первой инстанции высказаны обоснованные сомнения относительно того, что ФИО4 на протяжении более двух лет владела транспортным средством (управляла им) в отсутствие у нее документов на транспортное средство, в


отсутствие факта страхования своей ответственности как владельца транспортного средства, в отсутствие сведений о регистрации нового собственника в органах ГИБДД.

В соответствии с данными официального сайта Российского союза автостраховщиков, размещенными в свободном доступе в сети Интернет (электронный адрес: https://autoins.ru/), в отношении транспортного средства: марка, модель: AUDI Q5, идентификационный номер (VIN): <***>, тип ТС: легковой, год выпуска: 2012, цвет: серо-золотистый, государственный регистрационный знак: <***> выданы следующие полисы ОСАГО:

- 07.11.2019 ООО СО «ВЕРНА», полис ОСАГО МММ 5015973540, страхователь – ФИО2, собственник транспортного средства - ФИО2;

- 30.10.2020 ООО СО «ВЕРНА», полис ОСАГО РРР 5055500372, страхователь – ФИО2, собственник транспортного средства - ФИО2

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что после заключения соглашения об отступном от 08.02.2019 должник фактически продолжал пользоваться спорным автомобилем, транспортное средство не выбыло из владения ФИО2

В материалы дела ответчиком также не представлены какие-либо пояснения относительно причин, по которым транспортное средство, которое должно было быть передано ответчику в счет погашения исполнения обязательств по договору займа от 24.01.2018 оставалось в пользовании должника, не принимались в течение двух лет меры по получению у должника документов на имущество, а также не вносились изменения в регистрационные данные в органах ГИБДД.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным независимым участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Совершение сделки на условиях, которые недоступны иным независимым участникам гражданского оборота уже само по себе свидетельствует о наличии между сторонами заинтересованности.

Неисполнение обязательств по договору займа должником, предусмотренная условиями договора займа возможность передать автомобиль должника в целях исполнения обязательств по возврату суммы займа, последующее заключение соглашения об отступном от 08.02.2019, по которому автомобиль передается ответчику, однако сохранение пользования должником автомобилем, непринятие мер по регистрации ответчиком автомобиля за собой, а также непринятие мер по истребованию у должника документов на транспортное средство в своей совокупности свидетельствуют о заключении сделки на условиях явно недоступных для иных участников гражданского оборота.

Коллегия учитывает, что при обращении в суд с заявлением о признании недействительными сделок финансовый управляющий указал, что исходя из данных с официальной страницы Татьяны Бобошко (Щаульской) (в социальной сети


«Одноклассники» (адрес страницы в сети Интернет - https://ok.ru/profile/579661992508, номер профиля пользователя в социальной сети «Одноклассники»: 579661992508), размещенной в свободном доступе, среди ее друзей в данной социальной сети значится ФИО7 (адрес страницы в сети Интернет - https://ok.ru/profile/24757263504, номер профиля пользователя в социальной сети «Одноклассники»: 24757263504). При этом, ФИО2 до вступления в брак имела фамилию ФИО7, что очевидно предполагает, что ФИО7 приходится ФИО2 близким родственником. Кроме того, в категорию «Семья» официальной страницы ФИО7 в социальной сети «Одноклассники» под обозначением брат включен ФИО8 (адрес страницы в сети Интернет - https://ok.ru/profile/180376609604, номер профиля пользователя в социальной сети «Одноклассники»: 180376609604), и в друзьях находится ФИО9 (адрес страницы в сети Интернет - https://ok.ru/profile/146090752286, номер профиля пользователя в социальной сети «Одноклассники»: 146090752286), в категории «Семья» официальной страницы которого также имеется вышеуказанный ФИО8, и в друзьях имеется ФИО7. В категорию «Семья» официальной страницы ФИО8 также включен ФИО9. При этом ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является родным сыном должника, что подтверждается свидетельством о рождении от 04.07.1985.

При указанных обстоятельствах основания для признания ФИО4 и ФИО2 незаинтересованными лицами у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Таким образом, спорное имущество в результате заключения сделок отчуждено должником лицу, имеющему признаки заинтересованности, после заключения между ФИО2 и ПАО «Сбербанк России» мирового соглашения, утвержденного Кропоткинским городским судом Краснодарского края 06.12.2017, с целью вывода ликвидного имущества, недопущения обращения на него взыскания в рамках дела о банкротстве, в отсутствие встречного исполнения, однако при фактическом сохранении за должником пользованием автомобилем.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о признании спорных сделок недействительными.

В соответствии с правовой позиции Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, согласно которой баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2


Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

В рассматриваемом случае управляющим не доказано наличие обстоятельств свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы о том, что вступившим в законную силу решением Кавказского районного суда Краснодарского края по делу № 2-390/2021 от 27.05.2021 признано за ответчиком право собственности на спорный автомобиль, с учетом принятия судом общей юрисдикции судебного акта, основанного на признании ответчиком предъявленного требования, не исключают возможность оспаривания сделки, в том числе действий по исполнению судебного акта, в рамках дела о банкротстве.

С учетом положений статьи 167 ГК РФ судом первой инстанции обоснованно применены последствия недействительности сделки в виде возврата автотранспортного средства: - AUDI Q5, идентификационный номер (VIN): <***>, тип ТС: легковой, 2012 года выпуска, цвет: серо- золотистый, государственный регистрационный знак: <***> в конкурсную массу должника ФИО2.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).


В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины относятся на заявителя.

При принятии апелляционной жалобы к производству суд апелляционной инстанции предложил заявителю жалобы представить документы, подтверждающие уплату государственной пошлины в установленном порядке и размере. Ввиду того, что заявителем доказательств об уплате государственной пошлины в материалы дела не представлено, надлежит взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.06.2022 по делу № А32-10577/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Емельянов

Судьи Г.А. Сурмалян

Н.В. Шимбарева