Постановление от 24 апреля 2025 г. по делу № А03-8196/2024

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск                                                                                           Дело № А03-8196/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2025 г.

Полный текст постановления изготовлен 25 апреля 2025 г.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                 Назарова А.В.,

судей:                                                Аюшева Д.Н.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания проводимого в онлайн-режиме с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Горецкой О.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (№07АП-1741/2025) общества с ограниченной ответственностью «Агропромышленная строительная компания Союз» на решение от 06.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-8196/2024 (судья Прохоров В.Н.) по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Александровская» (656006, <...>, помещ. н1, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Агропромышленная строительная компания Союз» (658709, <...> зд. 62/2, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании задолженности, процентов,

при участии в судебном заседании:

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 20.02.2025,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Птицефабрика «Александровская» (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края к обществу с ограниченной ответственностью «Агропромышленная строительная компания Союз» (далее – ответчик, компания) с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании 12 502 779,10 рублей задолженности, в том числе 7 375 311,80 рублей основного долга, 5 127 467,30 рублей неустойки.

Решением от 06.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Ответчик с принятым судебным актом не согласился, в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование своих требований апеллянт указывает, что постановлением о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемого от 20.12.2024 установлено, что поставки от общества в адрес компании по настоящему делу были произведены в счет погашения основной задолженности. На этом основании ответчик считает, что исковые требования по настоящему делу не подлежат удовлетворению полностью, как по основному долгу (в связи с прекращением обязательства зачетом), так и по неустойке. Заявил о необоснованном отказе суда первой инстанции в снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). В апелляционной жалобе просит приобщить к материалам дела указанное постановление, обосновывая данное требование тем, что данный документ не мог быть получен компанией до вынесения арбитражным судом резолютивной части решения по настоящему делу.

Истец в порядке статьи 262 АПК РФ представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором указывает на отсутствие правовых оснований для ее удовлетворения.

Представители ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своих представителей не обеспечил.

На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей истца.

Рассмотрев ходатайство ответчика о приобщении дополнительных документов к материалам дела в порядке статьи 159 АПК РФ, суд апелляционной инстанции признал их подлежащими удовлетворению с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ, поскольку указанные доказательства необходимы для полного и всестороннего исследования обстоятельств, входящих в предмет настоящего дела.

Проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав участника процесса, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене или изменению, исходя из следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Решением Арбитражного суда Алтайского края от 19.03.2024 по делу № А03-1871/2023 в отношении общества введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Между обществом (поставщик) и компанией (покупатель) был заключен договор № 26/10 от 26.10.2021 (далее – договор), в соответствии с условиями которого, поставщик обязался в течение срока действия договора поставлять покупателю, либо по его письменному указанию иному лицу (грузополучателю) товар согласно приложениям и/или спецификациям к договору, являющимся его неотъемлемой частью, а также универсальным передаточным документам (УПД), подписанным сторонами и/или счетам-фактурам, выставленным поставщиком, а покупатель обязуется принимать и оплачивать товар.

Согласно пункту 1.2 договора наименование, количество, ассортимент, качество, цена за единицу и общая стоимость поставляемого товара определяются в приложениях и/или спецификациях к договору, УПД, выставляемых поставщиком. Спецификации являются неотъемлемой частью настоящего договора. При оформлении конкретной спецификации стороны вправе уточнить либо изменить условия договора. В таком случае к обязательствам, вытекающим из поставки товара по этой спецификации, положения договора применяются в той части, в которой они не изменены либо не уточнены спецификацией.

В соответствии с пунктом 3.1 договора расчет за товар производится в срок, устанавливаемый в приложениях к договору и/или спецификациях.

Определением от 26.01.2024 в реестр требований кредиторов общества включены требования компании на сумму 42 655 919,50 рублей об оплате задолженности за поставленный истцу комбикорм.

При рассмотрении указанного требования ответчиком, в качестве подтверждения приобретения сырья для производства комбикорма, были представлены книги покупок, в которых среди прочего отражены и поставки товара от истца в адрес ответчика в период с декабря 2021 года по декабрь 2022 года на сумму 7 375 311,80 рублей.

При рассмотрении требования, ответчик о данных поставках умолчал, о снижении размера своих требований из-за наличия задолженности перед истцом по встречной поставке не заявил.

29.03.2024 в адрес ответчика была направлена претензия истцом с просьбой оплатить полученный товар.

Ответом на претензию от 25.04.2024 ответчик отказался от оплаты товара, сославшись на то, что у истца имеется также задолженность перед ответчиком и заявил о зачете требований.

Согласно письму от 25.04.2024 конкурсный управляющий отказался от зачета встречных требований в связи с введением в отношении истца процедуры конкурсного производства и тем, что ранее ответчиком был избран способ защиты своего права - включение задолженности в реестр требований кредиторов на сумму 42 655 919,50 рублей.

О наличии встречных обязательств или погашении долга путем встречной поставки ответчиком при рассмотрении его требований заявлено не было.

Таким образом, в настоящее время у ответчика имеется задолженность перед истцом на сумму 7 375 311,80 рублей.

Ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате по договору послужило основанием для предъявления настоящего иска.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок.

Договор купли-продажи является двусторонним, встречным, синаллагматическим договором, поскольку исполнение покупателем обязательств по оплате товара обусловлено исполнением продавцом своих обязательств по передаче товара покупателю (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

В соответствии со статьей 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать товар в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и оплатить за него определенную сумму (цену).

Договор купли-продажи является двусторонним, встречным, синаллагматическим договором, поскольку исполнение покупателем обязательств по оплате товара обусловлено исполнением продавцом своих обязательств по передаче товара покупателю (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Согласно статьям 454, 506 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору поставки состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства поставщика передать в обусловленный срок производимые или закупаемые товары для использования в предпринимательской деятельности или иных целях, не связанных с личным, семейным, или иным подобным использованием, а также обязательства покупателя принять и оплатить этот товар (пункт 1 статьи 328 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент: вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара (пункт 1 статьи 458 ГК РФ). В случаях, когда из договора купли-продажи не вытекает обязанность продавца по доставке товара или передаче товара в месте его нахождения покупателю, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент сдачи товара перевозчику или организации связи для доставки покупателю, если договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 458 ГК РФ).

В соответствии со статьей 513 ГК РФ покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки.

В силу пункта 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В силу пункта 1 статьи 408 ГК РФ предусмотрено, что только надлежащее исполнение прекращает обязательство.

По смыслу приведенных выше норм права и положений статей 9, 65 АПК РФ, при разрешении споров о взыскании задолженности, образовавшейся при исполнении сторонами синаллагматического (взаимного) по своей правовой природе договора поставки, поставщик доказывает факт передачи покупателю товара, а покупатель (при доказанности состоявшейся поставки) - факт его оплаты. При этом бремя доказывания надлежащего исполнения обязательства реализуется каждой из сторон с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

Согласно части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)). Отступления от него должны быть обусловлены весомыми обстоятельствами, указывающими на явное неравенство сторон в возможности доказывания значимых для дела обстоятельств (условиями банкротства, аффилированности и пр.).

Обычный стандарт доказывания предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

Согласно статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной деятельности подлежит оформлению первичным учетным документом. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Доказательством отпуска (получения) товарно-материальных ценностей является документ, содержащий дату его составления, наименование организации-поставщика, наименование организации-покупателя, содержание и измерители хозяйственной операции в натуральном и денежном выражении, а также подписи уполномоченных лиц, передавших и принявших имущество. К данным документам относятся накладные, товарно-транспортные накладные, акты приема-передачи и др.

В частности, наличие обязательств по передаче товара, как правило, связано с фактом оплаты стоимости товара, которая подтверждается в частности чеками-ордерами, платежными поручениями на оплату и т.д. Факт передачи товара обычно подтверждается подписанными сторонами товарными и/или товарно-транспортными накладными, универсальными передаточными документами. Именно такие документы являются наиболее распространенными в гражданском обороте (хотя и не единственными) юридическими актами, фиксирующими оплату продавцом и передачу поставщиком товара, поэтому наряду с другими доказательствами признаются надлежащим средством доказывания соответствующих обстоятельств.

Между тем доказательствами по делу могут являться и иные документы, опосредованно подтверждающие данный факт и достоверно указывающие на определенное событие, в том числе к таковым относится книги покупок и продаж, отражающие совершение хозяйственных операции.

Как следует из правовой позиции, сформулированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.09.2013 № 5793/13, от 15.10.2013 № 8127/13, если сторона не представляет письменных возражений против обстоятельств, на которые ее оппонент ссылается как на основание своих требований или возражений, такие обстоятельства в силу части 3.1 статьи 70 АПК РФ считаются признанными, и в случае принятия судом такого признания не проверяются в ходе дальнейшего производства по делу на основании части 5 статьи 70 АПК РФ.

По сути, часть 3.1 статьи 70 АПК РФ устанавливает возможность совершения стороной распорядительного действия пассивным способом (путем бездействия), вводя тем самым фикцию признания обстоятельств, на которые указывает оппонент, приравненную по правовым последствиям к их активному признанию (части 2, 3 статьи 70 АПК РФ).

Подобное регулирование продиктовано принципами процессуальной экономии и эффективности судопроизводства, не предполагающими неоправданное и лишенное смысла использование временных, финансовых и кадровых ресурсов государства.

При этом применение вышеуказанных положений всегда обусловлено отсутствием в материалах дела доказательств, ставящих под сомнение утверждение лица, участвующего в деле, на что явно указано в части 3.1 статьи 70 АПК РФ.

Условия прекращения обязательства зачетом и случаи его недопустимости определены в статьях 410 - 412 ГК РФ, исходя из которых, зачет требований не допускается в случаях, предусмотренных законом или договором.

Такие ограничения, в частности, установлены Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 63, пункт 8 статьи 142), допускающим зачет требований в процедурах наблюдения и конкурсного производства только при соблюдении очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

В силу правовой позиции Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в пункте 14 информационного письма от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», зачет встречного однородного требования не допустим с даты возбуждения в отношении одной из его сторон дела о банкротстве.

Указанное ограничение направлено на недопущение возможности преимущественного удовлетворения требований отдельных кредиторов перед требованиями иных кредиторов должника и распространяется как на материально-правовой зачет (статья 410 ГК РФ), так и на процессуальный зачет первоначальных и встречных требований по решению суда (часть 5 статьи 170 АПК РФ).

Иными словами, законодателем установлено ограничение на совершение зачета встречных однородных требований в случаях нахождения одной из сторон в процедуре банкротства.

Указанное ограничение направлено на защиту интересов кредиторов, в частности на недопущение возможности преимущественного удовлетворения интересов отдельных кредиторов по текущим платежам перед иными кредиторами за счет конкурсной массы должника.

В настоящем случае ответчик фактически произвел не зачет однородных требований в соответствии со статьей 410 ГК РФ, а сальдирование расчетных операций в пределах одной договорной связи длящихся правоотношений.

Согласно сложившейся судебной практике сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа), сформированная по результатам установленной между ними единой договорной связи с двумя встречными магистральными обязанностями осуществить характерное исполнение, не предполагающее выбытие из имущественной сферы стороны по договору какого-либо актива и предусматривающего сверочный характер соотнесения стоимости осуществляемых сторонами предоставлений. При этом происходит сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которое возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), которое не может быть квалифицировано как зачет, не подлежит оспариванию как отдельная сделка. Соответственно в подобной ситуации не возникают встречные обязанности, а формируется лишь единственная завершающая обязанность одной из сторон договора (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 27.10.2020 № 305-ЭС20-10019, от 10.12.2020 № 306-ЭС20-15629, от 21.01.2021 № 305-ЭС20-18605, от 02.02.2021 № 305-ЭС20-18448 и др.).

По общему правилу сальдирование возможно в рамках одного договора, однако, в ряде случаев подобным образом могут сопоставляться обязанности сторон, зафиксированные в разных договорах, фактически являющихся элементами одного правоотношения, искусственно раздробленного на несколько договорных связей для удобства сторон или по причине нормативных предписаний в соответствующей сфере отношений (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2019 № 305-ЭС19-10064, от 15.10.2020 № 302-ЭС20-1275). Возможны также ситуации, когда стороны своей волей договариваются о подобном объединении расчетов по нескольким невзаимосвязанным договорам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 305-ЭС19-18890).

По смыслу указанной правовой позиции действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений, вытекающего из существа правоотношений и происходящего в силу встречного характера основных обязательств, не являются прекращением обязательств зачетом в его общегражданском понимании (статья 410 ГК РФ), так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак. В правовом аспекте расчетная операция сальдирования не отличается от зачета, так как, являясь квазизачетной конструкцией, также не предполагает необходимости согласования воль сторон по активному требованию для учета его в итоговом сальдо.

Таким образом, субъекты могут совершать акты сальдирования с несостоятельными контрагентами (банкротами) в случае, если:

обязательства носят встречный характер и возникают из одного договора. При этом допускается, что достижение конечной хозяйственной цели может быть оформлено сторонами заключением нескольких договоров;

в результате сальдирования не происходит реального движения (выбытия) актива от должника в пользу конкретного кредитора. Действия сторон носят сверочный характер, подтверждающий расчеты сторон, произведенные фактически еще до самого оформления такого сверочного сальдо;

предметом сальдирования могут выступать обязательства, если это предусмотрено договором, и при этом такая сверка носит, по сути, автоматический характер;

сальдирование обязательств вызвано не волей кредитора на получение предпочтения своих требований перед другими кредиторами, а нарушением договорных обязательств должником и наступлением соответствующих негативных финансовых последствий (уменьшение цены, компенсация расходов и т.д.).

Судебной практикой выработаны определенные критерии, применяемые для квалификации сделок в качестве взаимосвязанных, к которым, в частности, относятся: преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок (абзац первый пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

По смыслу приведенных разъяснений, взаимосвязанными могут быть признаны такие сделки, которыми опосредуется ряд хозяйственных операций, направленных на достижение одной общей (генеральной) экономической цели (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2021 № 305-ЭС20-9150(4-6).

Однако ни под одно из перечисленных условий отношения сторон, имеющих хозяйственные связи по нескольким договорам, вытекающим из разных правоотношений, не подпадают.

Согласно статье 12 ГК РФ взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

Пунктом 1 статьи 329 ГК РФ установлено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Пункт 1 статьи 332 ГК РФ устанавливает, что кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

По правилам пункта 1 статьи 333 ГК РФ подлежащая уплате неустойка может быть уменьшена судом, если она явно несоразмерна последствиями нарушения обязательства.

Особенности применения положений статьи 333 ГК РФ разъяснены в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7).

Следуя правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 263-О от 21.12.2000, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

В пункте 71 Постановления № 7 разъяснено, что, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против неупотребления указанным правом, то есть, по существу - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

К выводу о наличии оснований для снижения суммы неустойки суд при рассмотрении конкретного дела приходит в каждом конкретном случае.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (пункт 73 Постановления № 7).

Согласно пункту 74 данного Постановления, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления № 7).

Согласно пункту 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно.

Вопреки доводам ответчика, спорные правоотношения сторон не являют собой единое обязательство, возникновение которых обусловлено единой целью (иного из материалов дела не следует). Между тем сальдирование не может быть произвольным, должно иметь определенный экономический смысл, заложенный сторонами при вступлении в обязательства, либо явно следующий из его природы. Иное позволяет применять подобный правовой механизм в любой ситуации, подразумевающей наличие встречных обязательств.

Ответчиком не представлено допустимых и бесспорных доказательств того, что поставка товара и оказания услуг с техникой являются элементами одного правоотношения, доказательств четкого волеизъявления сторон о возможности сальдирования обязательств, сложившихся из спорных отношений, что опосредует правомерную квалификацию судом первой инстанции заявление ответчика в качестве зачета встречного однородного требования (статья 410 ГК РФ), который в настоящем случае недопустим принимая во внимание наличия возбужденного в отношении общества дела о несостоятельности (банкротстве).

Ссылка подателя жалобы на постановление о ФИО3 в качестве обвиняемого от 20.12.2024 само по себе не может свидетельствовать о наличии взаимосвязанности между сделками сторон, поскольку данный документ не может быть принят судом в качестве относимого и допустимого доказательства, так как постановление не является тем актом, на основании которого арбитражный суд может признать установленными какие-либо обстоятельства в рамках арбитражного дела.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что указанный вопрос уже был предметом рассмотрения обособленного спора в рамках дела № А03-1871/2023 о банкротстве общества. Суд, рассматривая вопрос о возможности произведения сальдирования, в определении от 23.10.2024 указал, что доводы заявителя о том, что договоры поставки являются взаимосвязанными сделками какими-либо конкретными либо совокупностью косвенных доказательств не подтверждаются. В обоснование взаимосвязанности сделок в материалы спора представлены лишь пояснения представителя заявителя уже после предъявления к компании материальных правопритязаний со стороны конкурсной массы.

Основная сумма поставок от общества в пользу компании осуществлялась с 14.09.2022 по 25.11.2022, т.е. спустя год после заключения договора.

Указанный выше судебный акт имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела, исходя из состава участвующих в данных делах лиц, в силу части 2 статьи 69 АПК РФ.

На основании части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

На основании изложенных норм права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что факт поставки и ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате подтверждены представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком надлежащими доказательствами не опровергнуты, равно как и не представлено в материалы дела доказательств оплаты ответчиком, суд первой инстанции правомерно взыскал в пользу истца основную задолженность в заявленном размере.

В рассматриваемом случае размер взыскиваемой неустойки (пени) соответствует последствиям нарушения обязательства, взысканный размер не противоречит приведенным нормативным актам, условиям договора и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в части имущественной ответственности за нарушение договорных обязательств. Доказательств несоразмерности взыскиваемой суммы пени последствиям нарушения обязательств, ответчиком в материалы дела не представлено.

Нежелание стороны представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие доводы ее процессуального оппонента, представившего доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).

Негативные последствия, наступление которых законодатель связывает с неосуществлением лицом, участвующим в деле своих процессуальных прав и обязанностей (статья 41, статья 65 АПК РФ), для ответчика следуют в виде рассмотрения судом первой инстанции спора по существу на основании имеющихся в материалах дела доказательств, предположения ответчика без ссылок на конкретные доказательства, опровергающие доводы истца в основу судебного акта приняты быть не могут.

Ответчик при рассмотрении дела таким правом не воспользовался, не проявил какой-либо инициативы по сбору и представлению суду доказательств, заявление ходатайств для надлежащего обоснования занимаемой по делу правовой позиции (статьи 9, 41, 65, 66 АПК РФ).

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено. Основания для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренные статьей 270 АПК РФ, не установлены.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение от 06.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-8196/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.


Председательствующий                                                                 А.В. Назаров


Судьи                                                                                               Д.Н. Аюшев


                                                                                                          ФИО1