Постановление от 30 июля 2024 г. по делу № А70-7579/2016

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-7579/2016
30 июля 2024 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июля 2024 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Смольниковой М.В.,

судей Брежневой О.Ю., Целых М.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лепехиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6091/2024) ФИО1 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 03 мая 2024 года по делу № А70-7579/2016 (судья Мингалева Е.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявлений финансового управляющего ФИО2 об установлении процентов по вознаграждению в размере 220 570 руб.; арбитражного управляющего ФИО3 об установлении суммы процентов по вознаграждению в размере 243 269 руб. 60 коп.; финансового управляющего ФИО2 о разрешении разногласий с ФИО1, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней дочери ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании:

арбитражного управляющего ФИО3 посредством системы веб-конференции лично;



установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.09.2016 (резолютивная часть от 25.08.2016) заявление Банка СОЮЗ (акционерное общество) (после переименования – акционерное общество Ингосстрах Банк (далее – АО Ингосстрах Банк, Банк)) признано обоснованным, ФИО5 (далее – ФИО5, должник) признан несостоятельным банкротом, в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6 (далее – ФИО6).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 23.12.2016 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО5, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.08.2021 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО5

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.08.2022 финансовым управляющим ФИО5 утвержден ФИО2 (далее – ФИО2 финансовый управляющий).

В арбитражный суд 11.04.2023 обратился финансовый управляющий с заявлением, в котором просил установить ему проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 220 570 руб., взыскать с должника в его пользу 220 570 руб. процентов по вознаграждению финансового управляющего.

24.08.2023 от ФИО3 в арбитражный суд поступило ходатайство о вступлении в спор в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора (статья 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)), в котором он просил установить ему проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 243 269 руб. 60 коп., взыскать с должника в его пользу 243 269 руб. 60 коп. процентов по вознаграждению финансового управляющего.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 31.08.2023 указанные требования ФИО2 и ФИО3 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Кроме того, финансовый управляющий 29.09.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил разрешить разногласия между ним, залоговым кредитором АО Ингосстрах Банк и конкурсным кредитором ФИО1 (далее – ФИО1) по вопросу распределения денежных средств от реализации предмета залога - квартиры площадью 76 кв.м., с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, расположенной по адресу: <...>.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.10.2023 указанное заявление объединено в одно производство для совместного рассмотрения с указанными выше заявлениями ФИО2 и ФИО3

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.05.2024:

1) разногласия между ФИО1, финансовым управляющим и АО Ингосстрах Банк разрешены следующим образом:

- восемьдесят процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 2 520 800 руб. направить на погашение требований кредитора по основному долгу АО Ингосстрах Банк по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, сумма которых составляет 2 479 636 руб. 33 коп., оставшиеся денежные средства от распределения восьмидесяти процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 41 163 руб. 67 коп. исключить из конкурсной массы и передать ФИО1 (пункт 1 резолютивной части обжалуемого определения);

- десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 315 100 руб. направить на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога; денежные средства, оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, исключить из конкурсной массы и передать ФИО1 (пункт 2 резолютивной части обжалуемого определения);

- десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 315 100 руб., предназначенные для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований, исключить из конкурсной массы и передать ФИО1 (пункт 3 резолютивной части обжалуемого определения);

2) заявление финансового управляющего удовлетворено частично, ФИО2 установлены проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 55 142 руб. 50 коп. (пункт 4 резолютивной части обжалуемого определения);

3) заявление ФИО3 удовлетворено частично, ФИО3 установлены проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 188 127 руб. 10 коп. (пункт 5 резолютивной части обжалуемого определения).

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части пунктов 2 и 5 его резолютивной части, принять по делу в данных частях новый судебный акт о распределении десяти процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 315 100 руб., иным образом, отказе в удовлетворении заявления ФИО3 в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указала следующее:

- принимая во внимание, что на 1/3 долю ФИО5 приходится 1 050 333 руб. из вырученных от реализации денежных средств, а требования Банка погашаются на большую сумму, чем принадлежащая должнику доля, то есть частично за счет имущества ФИО1, ФИО4, разница в выручке 671 363 руб. 67 коп. в полном объеме подлежала распределению ФИО1; ФИО1 и ФИО4, не являющиеся должниками и не признанные банкротами, не могут отвечать за любые иные обязательства ФИО5, за исключением погашения долга по ипотеке, что исключает возможность расходования денежных средств от реализации предмета залога на погашение расходов должника по делу о банкротстве, а потому правомерным является распределение поступившей от реализации предмета залога суммы 3 151 000 руб. следующим образом: 2 479 636 руб. 33 коп. – на погашение требований Банка, в размере суммы, включенной в реестр требований кредиторов должника, 671 363 руб. 67 коп. – ФИО1, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней дочери ФИО4;

- ФИО3 неоднократно совершал неправомерные действия в рамках настоящего дела, был дисквалифицирован, что установлено имеющими преюдициальную силу при разрешении настоящего спора судебных актов по административным делам № А70-320/2020, № А70-3001/2020, № А70-22829/2020, на протяжении почти пяти лет исполнения обязанностей финансового управляющего в настоящем деле ФИО3 бездействовал либо проводил нецелесообразные мероприятия, которые повлекли дополнительные расходы в связи с публикациями и оплатой услуг электронных площадок, заявляемое ФИО3 как собственное действие по оспариванию сделки должника с ФИО7 (далее – ФИО7) было совершено исключительно в результате активного процессуального поведения ФИО5, в связи с чем ФИО3 не подлежит установлению процентное вознаграждение в настоящем деле.

Поддерживая доводы апелляционной жалобы, финансовый управляющий представил отзыв, в котором просил апелляционную жалобу удовлетворить, обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части пунктов 4 и 5 его резолютивной части, принять по делу в данных частях новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления ФИО3 в полном объеме, удовлетворить заявление ФИО2 в полном объеме.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 15.07.2024, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 17.07.2024, 23.07.2023, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

В заседании суда апелляционной инстанции после перерыва ФИО3 указал, что считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными, просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Апелляционная жалоба ФИО1 содержит доводы относительно незаконности и необоснованности определения суда первой инстанции в части пунктов 2 и 5 его резолютивной части, отзыв ФИО2 – относительно незаконности и необоснованности определения суда первой инстанции в части пунктов 4 и 5 его резолютивной части, в связи с чем проверка обжалуемого судебного акта осуществлена судом апелляционной инстанции в данных частях.

Исследовав материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.05.2024 по настоящему делу в обжалуемой части.

Как следует из дела, правильно установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.09.2016 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование Банка в размере 2 479 636 руб. 33 коп., в том числе: 2 332 469 руб. 17 коп. - основной долг, 147 167 руб. 16 коп. - проценты за пользование кредитом, как обеспеченное залогом имущества должника по кредитному договору <***> от 29.11.2013 – квартира площадью 76 кв.м., с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, расположенная по адресу: <...> (далее – квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685).

Вступившим в законную силу решением Третейского суда Торгово-промышленной палаты Тюменской области от 07.04.2017 по делу № ТС-04/17 квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 признана общей собственностью ФИО5, ФИО1 и ФИО4, прекращено право собственности ФИО5 на квартиру; за ФИО5, ФИО1 и ФИО4 признано право каждого на 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру.

Указанным решением установлено, что ФИО1 продала принадлежащую ей на праве собственности квартиру (свидетельство от 04.05.2005 серии 72 НЕ № 119347) по цене 2 550 000 руб. (договор купли-продажи от 29.11.2013). Денежные средства от продажи указанной квартиры ФИО1 переданы ФИО5 для приобретения квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 (расписка от 29.11.2013).

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на объекты недвижимости от 21.01.2019 за ФИО5, ФИО1 и ФИО4 зарегистрировано по 1/3 доли в общей собственности на квартиру с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 по настоящему делу утверждено Положение о порядке проведения торгов по продаже имущества должника, являющегося предметом залога Банка (далее - Положение), согласно которому на торгах подлежит реализации квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, начальная продажная стоимость 4 047 000 руб.

В дальнейшем ФИО1 и ФИО5 обращались в рамках дела о банкротстве с заявлениями об исключении из конкурсной массы 1/3 доли должника в праве общей собственности на квартиру, 2/3 доли ФИО1 и ФИО4 в праве общей собственности на квартиру, внесении изменений в реестр требований кредиторов должника в части указания предмета залога в пользу Банка в виде 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, урегулировании разногласий по Порядку и условиям проведения торгов по продаже имущества должника, являющегося предметом залога Банка, и внесении изменений в Положение, исключив из него положения о порядке продажи 2/3 доли в праве собственности на квартиру, принадлежащих ФИО8.

Вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Тюменской области от 05.09.2017, 04.04.2018, 18.12.2018, 21.05.2019 по настоящему делу в удовлетворении указанных заявлений отказано.

Данными судебными актами установлено, что Банк сохраняет специальные права залогового кредитора в отношении всей квартиры, а не 1/3 доли в праве должника на нее, выделенной и зарегистрированной за ФИО5 уже после возникновения залога; отчуждение должником долей в заложенном имуществе не повлекло трансформацию предмета залога, в связи с чем кредитор, требования которого обеспечены залогом такого имущества, вправе рассчитывать на погашение своих требований из средств, вырученных в ходе процедуры банкротства от продажи самого заложенного имущества, а не доли в праве.

В рамках дела о банкротстве 26.08.2019 ФИО3 были проведены открытые торги в электронной форме посредством публичного предложения по продаже квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 (публичное предложение № 8642), допущены два участника: ФИО9 и ФИО10, победителем признан ФИО9, цена предложения - 3 055 555 руб.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.05.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020, отказано в удовлетворении заявления ФИО1 о признании недействительными открытых торгов в электронной форме посредством публичного предложения по лоту № 1 от 26.08.2019 по продаже имущества должника (квартиры).

Однако ФИО1 обратилась в Центральный районный суд города Тюмени с иском к должнику о прекращении его права собственности на 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

Определением Центрального районного суда города Тюмени от 26.07.2019 (далее - определение суда общей юрисдикции) приняты обеспечительные меры в виде наложения запрета управляющему осуществлять действия, направленные на отчуждение 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, принадлежащей ФИО1 и 1/3 в праве общей собственности на квартиру, принадлежащей ФИО4, а также Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области производить государственную регистрацию прекращения, перехода, ограничения прав на вышеуказанную квартиру.

В связи с указанными обстоятельствами по результатам открытых торгов по лоту № 1 от 26.08.2019 договор купли-продажи квартиры не был заключен, в марте 2020 года от победителя торгов поступил письменный отказ от заключения договора купли-продажи по итогам проведенных торгов в связи с утратой заинтересованности по причине длительного периода (более шести месяцев) не снятия обеспечительных мер; на основании отказа победителя торгов и после возврата ему внесенного задатка торговой площадкой ФИО3 было принято решение об аннулировании результатов проведенных торгов.

В дальнейшем ФИО3 повторно объявил (сообщение № 5144341 от 25.06.2020) и провел публичные торги № 13616 в форме публичного предложения.

В соответствии с протоколом № 13616-1 от 27.07.2020 в торгах участвовали ФИО11, ФИО12, а также ФИО9, признанный победителем торгов с ценой предложения 3 151 000 руб., в связи с чем договор купли-продажи квартиры от 29.07.2020 заключен с последним.

ФИО1, ссылаясь на наличие у нее права преимущественной покупки, направила ФИО3 письменное заявление о намерении купить квартиру по цене, предложенной победителем торгов. Управляющий в ответе указал на необходимость обратиться к победителю торгов.

Считая, что торги от 25.06.2020 проведены с нарушениями правил, поскольку квартира реализована в период действия запрета на ее отчуждение на основании определения суда общей юрисдикции, в нарушение права преимущественной покупки, что у нее и у ФИО4 имеется право на перевод прав и обязанностей покупателя квартиры (победителя торгов), ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлениями о признании данных торгов недействительными, признании права преимущественной покупки квартиры за ФИО1 и ФИО4 и переводе на них прав и обязанностей покупателя.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021, в удовлетворении данных заявлений ФИО1 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.09.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 отменены в части, в отмененной части принят новый судебный акт, которым заявление ФИО1 о признании права преимущественной покупки квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 удовлетворено, за ФИО1 и ФИО4 признано право преимущественной покупки квартиры, на ФИО1 и ФИО4 переведены права и обязанности покупателя ФИО9, приобретшего квартиру в результате торгов на основании договора купли-продажи продажи от 28.07.2020 по цене 3 151 000 руб.

03.12.2021 ФИО1 произвела оплату в размере 3 151 000 руб. в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи спорной квартиры от 28.07.2020 (том 54, листы дела 11-17).

1. Относительно заявления финансового управляющего о разрешении разногласий между ним, АО Ингосстрах Банк и ФИО1 по вопросу распределения денежных средств от реализации предмета залога - квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой Х Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрено, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) подлежат рассмотрению заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов.

По результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб арбитражный суд выносит определение. Данное определение может быть обжаловано в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о разрешении разногласий, финансовый управляющий просил распределить денежные средства от продажи залогового имущества в порядке пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

По мнению ФИО2, денежные средства, оставшиеся от реализации залогового имущества, после погашения требований залогового кредитора в размере 80%, что составляет 41 163 руб. 67 коп., не подлежат выплате ФИО1, поскольку данная сумма относится к денежным средствам, оставшимся от суммы, вырученной от реализации предмета залога, в отношении суммы 630 200 руб. считает, что ФИО1 не имеет право на денежные средства, поскольку она не состояла в зарегистрированном браке с должником, между ними отсутствует судебный акт о разделе совместно нажитого имущества.

ФИО1 в свою очередь считает, что суммы 41 163 руб. 67 коп., 630 200 руб. подлежат выплате ей на основании пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

По мнению АО Ингосстрах Банк, ФИО13, денежные средства от реализации залогового имущества подлежат распределению следующим образом: 80%, вырученных от продажи залогового имущества, подлежат направлению залоговому кредитору, 10%, вырученных от продажи залогового имущества, также подлежат направлению залоговому кредитору в счет оплаты мораторных процентов, иные 10%, вырученные от продажи залогового имущества, подлежат направлению в соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве на погашение судебных расходов, а также расходов на выплату вознаграждения финансового управляющего, при наличии остатка от 10% направляются залоговому кредитору.

Разрешая приведенные разногласия, суд первой инстанции исходил из следующего.

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица-залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, в соответствии с которым восемьдесят процентов вырученных от продажи заложенного имущества средств подлежат направлению залоговому кредитору.

Денежные средства, оставшиеся от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет гражданина, открытый в соответствии со статьей 138 настоящего Федерального закона, в следующем порядке:

десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований;

оставшиеся денежные средства для погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

Денежные средства, предназначавшиеся для погашения требований кредиторов первой и второй очереди и оставшиеся на специальном банковском счете гражданина после полного погашения указанных требований, включаются в конкурсную массу.

Денежные средства, оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества гражданина требований конкурсных кредиторов, не погашенной из стоимости предмета залога в соответствии с настоящим пунктом. Денежные средства, оставшиеся после полного погашения расходов, предусмотренных настоящим абзацем, и требований кредиторов, обеспеченных залогом реализованного имущества, включаются в конкурсную массу.

При отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) и при условии, что первоначальные восемьдесят процентов не покрыли полностью обеспеченное залогом требование, указанные десять процентов по смыслу абзацев пятого и шестого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве направляются на расчеты с залоговым кредитором. Данные средства не могут быть выплачены иным кредиторам до расчета с залогодержателем.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве оставшиеся денежные средства (далее - иные десять процентов) направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

При этом из иных десяти процентов в первую очередь погашаются расходы, понесенные в связи с продажей имущества (статья 319 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и пункт 1 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон № 102-ФЗ)), в частности, на его оценку, проведение торгов, выплату финансовому управляющему вознаграждения, начисленного в результате удовлетворения требований залогового кредитора, оплату привлеченным лицам, услуги которых были необходимы для реализации предмета залога.

После этого оставшиеся средства при условии отсутствия общих обязательств, не связанных с залогом, делятся исходя из распределения долей в их совместной собственности (в данном случае по 1/3 доли в отношении должника, ФИО1 и ФИО4) и расходуются следующим образом:

1) часть, которая бы причиталась гражданину-банкроту, направляется на погашение указанных в абзаце четвертом пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве текущих расходов, непосредственно не связанных с реализацией заложенного имущества. Оставшиеся после этого средства в силу абзаца шестого названного пункта направляются залоговому кредитору. Если после этого долг перед залогодержателем был погашен полностью, то оставшиеся денежные средства подлежат включению в конкурсную массу;

2) часть, которая бы причиталась иным совместным собственникам, в силу названного абзаца шестого сразу направляется залоговому кредитору. Если после этого долг перед залогодержателем был погашен полностью, то оставшиеся денежные средства подлежат передаче иным собственникам.

В настоящем случае требования АО Ингосстрах Банк в части приведенного им расчета сумм, подлежащих перечислению в его пользу, вырученных от реализации спорной квартиры, по сути, сводятся к утверждению Банка о наличии у последнего приоритетного права на погашение его требований об уплате мораторных процентов за счет указанных средств наравне с требованием об уплате основного долга.

Из материалов настоящего дела следует, подтверждено письменной позицией Банка, что сумма основного долга, включенная в реестр требований кредиторов должника, была погашена за счет средств, направленных из расчета 80%, вырученных от продажи предмета залога. В оставшейся сумме, на которую претендует кредитор, требования составляют сумму начисленных мораторных процентов.

По этому поводу суд первой инстанции отметил, что мораторные проценты по требованию залогового кредитора подлежат удовлетворению после погашения требований всех кредиторов третьей очереди (включая незалоговых) преимущественно перед удовлетворением необеспеченных требований кредиторов по мораторным процентам (согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 303-ЭС20-10154 (2)). Следовательно, требования Банка об уплате мораторных процентов не подлежали приоритетному погашению из сумм, вырученных на торгах, а должны были быть удовлетворены в порядке очередности из общих средств, включенных в конкурсную массу.

Принимая во внимание наличие судебного акта суда кассационной инстанции, которым за ФИО1 и ФИО4 признано право преимущественной покупки на квартиру, с учетом фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что за ФИО1 и ФИО4 зарегистрировано право на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, выступившую в настоящем случае предметом проведенных торгов, то есть фактически произведена реализации имущества, в том числе являющегося собственностью указанных лиц, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у последней права на оставшиеся средства.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции разрешил разногласия следующим образом:

- 80% суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 2 520 800 руб. направить на погашение требований АО Ингосстрах Банк по основному долгу по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, сумма которых составляет 2 479 636 руб. 33 коп., оставшиеся денежные средства от распределения 80% суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 41 163 руб. 67 коп. исключить из конкурсной массы и передать ФИО1 (пункт 1 резолютивной части обжалуемого определения);

- 10% суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 315 100 руб. направить на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога; денежные средства, оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, исключить из конкурсной массы и передать ФИО1 (пункт 2 резолютивной части обжалуемого определения);

- 10% суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 315 100 руб., предназначенные для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований, исключить из конкурсной массы и передать ФИО1 (пункт 3 резолютивной части обжалуемого определения).

Как указано выше, апелляционная жалоба ФИО1 не содержит доводов о незаконности и необоснованности вывода суда первой инстанции, касающихся частей 1 и 3 резолютивной части обжалуемого определения, в отзыве финансового управляющего также не содержатся доводы о незаконности и необоснованности обжалуемого определения в соответствующих частях.

В связи с этим обжалуемое определение в данных частях проверке судом апелляционной инстанции не подлежит.

В то же время ФИО1 в апелляционной жалобе указывает, что должник по кредитному договору <***> от 29.11.2013 с Банком только один из сособственников квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 – ФИО5, а ФИО1 и ФИО4, являясь сособственниками квартиры (по 1/3 доли), выступали солидарными залогодателями и не являлись должниками по кредитному договору.

Данное обстоятельство, по мнению ФИО1, влияет на порядок распределения денежных средств, вырученных от реализации предмета залога (квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685) в настоящем деле.

Согласно пункту 2 статьи 38 Закона № 102-ФЗ, если имущество, заложенное по договору об ипотеке, перешло по указанным в пункте 1 настоящей статьи основаниям к нескольким лицам, каждый из правопреемников первоначального залогодателя несет вытекающие из отношений ипотеки последствия неисполнения обеспеченного ипотекой обязательства соразмерно перешедшей к нему части заложенного имущества. Если предмет ипотеки неделим или по иным основаниям поступает в общую собственность правопреемников залогодателя, правопреемники становятся солидарными залогодателями.

При этом в соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Как указано в решении Третейского суда Торгово-промышленной палаты Тюменской области от 07.04.2017 по делу № ТС-04/17, доли в праве были получены ФИО1 и ФИО4 на основании соглашения о разделе долей от 17.07.2013, тогда как залог был зарегистрирован 05.12.2013. Поэтому спорное имущество в любом случае подлежит реализации в деле о банкротстве должника, при этом созалогодатели (в том числе от имени дочери законные представители) вправе представлять свои интересы в деле о банкротстве в целях контроля над реализацией залогового имущества и расчетов с залогодержателем.

В постановлении от 20.11.2017 по настоящему делу Восьмой арбитражный апелляционный суд указал, что при наличии разницы в выручке от реализации (после полного погашения требований Банка в порядке, установленном Законом о банкротстве) эта разница может быть распределена между сособственниками в соответствии с принадлежащими им долями.

ФИО1 и ФИО4, не являющиеся должниками и не признанные банкротами, не могут отвечать за любые иные обязательства ФИО5, за исключением погашения долга по ипотеке, что исключает возможность направления денежных средств от реализации квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 на погашение расходов должника по делу о банкротстве.

Поскольку денежных средств, вырученных от реализации квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, достаточно для полного погашения требований Банка, разница в сумме 671 363 руб. 67 коп. (3 151 000 руб. – 2 479 636 руб. 33 коп.), по мнению ФИО1, подлежит распределению между сособственниками в соответствии с принадлежащими им долями.

Принимая во внимание, что на 1/3 долю ФИО5 приходится 1 050 333 руб. из вырученных от реализации денежных средств (3 151 000 руб. / 3), а требования Банка погашаются на большую сумму (2 479 636 руб. 33 коп.), чем принадлежащая должнику доля, то есть частично за счет имущества ФИО1, ФИО4, разница в выручке 671 363 руб. 67 коп. в полном объеме подлежала распределению ФИО1, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней дочери ФИО4

Подробный расчет порядка распределения денежных средств, поступивших от реализации залогового имущества (квартиры) представлен ФИО1 в приложении № 1 к возражениям от 07.11.2023 (том 54, лист дела 89).

Учитывая изложенное, по мнению ФИО1, правомерным является распределение суммы 3 151 000 руб., поступившей от реализации предмета залога, следующим образом: 2 479 636 руб. 33 коп. – на погашение требований конкурсного кредитора по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, в размере суммы, включенной в реестр требований кредиторов должника, 671 363 руб. 67 коп. – ФИО1, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней дочери ФИО4

Относительно приведенных доводов ФИО1 суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1 не состояла и в настоящее время не состоит в зарегистрированном браке с ФИО5, квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 принадлежала ФИО5, ФИО1, ФИО4 на праве общей долевой собственности и в совместной собственности ФИО5 и ФИО1 не находилась.

В связи с этим положения Закона о банкротстве, регулирующие вопросы распределения выручки от реализации на торгах в деле о банкротстве общего имущества супругов (в том числе положения пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве), в настоящем деле применению не подлежат.

При этом исходя из смысла заявленных ФИО1 в апелляционной жалобе доводов, она полагает недопустимым направление десяти процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, в размере 315 100 руб. на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, поскольку ФИО1 и ФИО4, не являющиеся должниками и не признанные банкротами, не могут отвечать за любые иные обязательства ФИО5, за исключением погашения долга по ипотеке перед АО Ингосстрах Банк.

Однако, как верно заключил суд первой инстанции по итогам системного толкования норм права, содержащихся в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, соответствующие десять процентов выручки от продажи предмета залога направляются на погашение обозначенных выше расходов в обязательном порядке (независимо от того, составлял предмет залога личную собственность должника либо его совместную или долевую с иными лицами собственность).

В постановлении от 04.06.2024 № 28-П Конституционный Суд РФ признал взаимосвязанные положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пунктов 2 и 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3) и 40 (части 1 и 2), поскольку в системе действующего правового регулирования они не обеспечивают определенности в том, что касается условий распространения имущественного (исполнительского) иммунитета на денежные средства, вырученные от продажи в рамках процедуры банкротства принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности и обремененного ипотекой жилого помещения, которое является для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, единственным пригодным для постоянного проживания, и оставшиеся после расчетов с залоговым кредитором (пункт 1 резолютивной части постановления).

При этом Конституционный Суд РФ поручил федеральному законодателю урегулировать вопросы, связанные с распространением имущественного (исполнительского) иммунитета на денежные средства, вырученные от продажи принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности и обремененного ипотекой жилого помещения, которое является для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, единственным пригодным для постоянного проживания (пункт 2 резолютивной части постановления).

Одновременно Конституционный Суд РФ указал, что впредь до внесения федеральным законодателем в правовое регулирование изменений, вытекающих из настоящего постановления суды исключают из конкурсной массы гражданина-должника по его заявлению денежные средства, вырученные от продажи в рамках процедуры банкротства принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности и обремененного ипотекой жилого помещения, которое является для него и членов его семьи, совместно проживающих в этом жилом помещении, единственным пригодным для постоянного проживания (за вычетом сумм, направляемых на погашение требований залогового кредитора, а также на погашение требований и расходов, предусмотренных абзацами вторым - четвертым пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве), как защищенные имущественным (исполнительским) иммунитетом.

По смыслу приведенной правовой позиции Конституционного Суда РФ исключение из конкурсной массы гражданина денежных средств от продажи в рамках процедуры банкротства принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности и обремененного ипотекой единственного жилого помещения допустимо только в той части, которая остается после погашения требований залогового кредитора и расходов, предусмотренных абзацами вторым - четвертым пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

Исходя из данной позиции составляющие разницу между суммой, вырученной от продажи составляющей предмет залога квартиры, которая не является единственным жильем должника и членов его семьи (что установлено в ином обособленном споре), и суммой, подлежащей направлению на расчеты с залоговым кредитором, тем более передаются лицам, имеющим право претендовать на них (в настоящем случае – ФИО1), только после вычета из них суммы, необходимой для погашения соответствующих расходов.

При этом указанному никак не противоречит правовая позиция, содержащаяся в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2017 по настоящему делу, поскольку на порядок разрешения вопроса о распределении разницы в выручке от реализации (после полного погашения требований Банка в порядке, установленном Законом о банкротстве) в нем указано самым общим образом, вопрос об очередности направления оставшихся от погашения требований залогового кредитора средств на погашение расходов по делу о банкротстве и сособственникам данным постановлением не разрешался.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО1 в рассматриваемой части и признает обжалуемое определение суда первой инстанции в части пункта 2 его резолютивной части законным и обоснованным.

2. Относительно заявления ФИО2 об установлении ему процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 220 570 руб. и взыскании их с должника, заявления ФИО3 об установлении ему процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 243 269 руб. 60 коп. и взыскании их с должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право получать вознаграждение в размерах и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Согласно положениям статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

По правилам пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и процентов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 Закона о банкротстве, с учетом особенностей, предусмотренных указанной статьей.

Согласно пункту 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Как указано выше, порядок распределения денежных средств, поступивших от реализации предмета залога в процедуре банкротства гражданина, напрямую регулируется пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве восемьдесят процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, направляется на погашение требований кредитора по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника.

Денежные средства, оставшиеся от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет гражданина, открытый в соответствии со статьей 138 настоящего Федерального закона, в следующем порядке: десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований; оставшиеся денежные средства для погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога (10%).

Денежные средства, предназначавшиеся для погашения требований кредиторов первой и второй очереди и оставшиеся на специальном банковском счете гражданина после полного погашения указанных требований, включаются в конкурсную массу.

Денежные средства, оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества гражданина требований конкурсных кредиторов, не погашенной из стоимости предмета залога в соответствии с настоящим пунктом. Денежные средства, оставшиеся после полного погашения расходов, предусмотренных настоящим абзацем, и требований кредиторов, обеспеченных залогом реализованного имущества, включаются в конкурсную массу.

Не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.

Приведенные правила о направлении 10% выручки от реализации предмета залога на выплату вознаграждения управляющего и иных текущих расходов не касаются фиксированного вознаграждения (поскольку оно подлежит внесению должником на депозит ранее).

В соответствии с абзацем 2 пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок.

Таким образом, согласно пункту 17 статьи 20.6 и абзацу 4 пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению финансового управляющего определяются в размере 7% выручки, что находится в пределах 10% текущих платежей, подлежащих удовлетворению за счет реализации заложенного имущества.

Как указано выше, в ходе процедуры реализации имущества гражданина, проводимой в отношении ФИО5, реализована квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, находившаяся в залоге у АО Ингосстрах Банк.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.09.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 отменены, принят новый судебный акт, которым заявление ФИО1 о признании права преимущественной покупки квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 удовлетворено, за ФИО1 и ФИО4 признано право преимущественной покупки квартиры, на ФИО1 и ФИО4 переведены права и обязанности покупателя ФИО9, приобретшего квартиру в результате торгов на основании договора купли-продажи продажи от 28.07.2020 за 3 151 000 руб.

03.12.2021 ФИО1 произвела оплату в размере 3 151 000 руб. в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи спорной квартиры от 28.07.2020.

В связи с изложенным ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением об установлении ему процентов по вознаграждению в сумме 220 570 руб., исходя из расчета 3 151 000 руб. / 100% * 7 = 220 570 руб.

Согласно доводам ФИО3 ему подлежат выплате проценты в общем размере 243 269 руб. 60 коп., из них: 10 365 руб. 60 коп. (вознаграждение от поступления в конкурсную массу денежных средств в сумме 148 080 руб. в результате совершения оспаривания сделки должника с ФИО7 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 26.02.2018 по настоящему делу)), 12 334 руб. (от реализации на торгах в настоящем деле за 176 200 руб. транспортного средства), 220 270 руб. (от реализации на торгах в настоящем деле за 3 151 000 руб. залогового имущества – квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685).

Таким образом, на рассмотрение суда передан спор об определении размера процентов в связи с реализацией залогового имущества для каждого из арбитражных управляющих, принимавших участие в его реализации.

Как усматривается из пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» (далее – Постановление № 97), если в ходе одной процедуры банкротства полномочия арбитражного управляющего осуществлялись несколькими лицами, то проценты по вознаграждению за эту процедуру распределяются между ними пропорционально продолжительности периода полномочий каждого из них в ходе этой процедуры, если иное не установлено соглашением между ними. Суд вправе отступить от указанного правила, если вклад одного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства существенно превышает вклад другого.

Таким образом, с одной стороны, по общему правилу в случае осуществления в ходе одной процедуры банкротства полномочий арбитражного управляющего несколькими лицами при распределении процентов по вознаграждению за эту процедуру между ними применяется принцип пропорциональности, исходя из продолжительности периода исполнения полномочий каждым из них в ходе этой процедуры.

С другой стороны, у арбитражного суда имеется право отступить от данного общего правила, если вклад одного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства существенно превышает вклад другого.

В настоящем случае из материалов дела следует, что распределению между исполнявшими полномочия финансового управляющего ФИО5 лицами (ФИО2 и ФИО3) в соответствии с пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве подлежат проценты от размера выручки от реализации имущества ФИО5, которое находилось в залоге у Банка.

При этом реализация залогового имущества должника, как следует из положений пункта 4 статьи 213.26, пунктов 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пункта 3 статьи 111, статьи 138 Закона о банкротстве, предполагает проведение значительного количества различных мероприятий (от обеспечения поступления предмета залога в конкурсную массу до его передачи покупателю на основании договора купли-продажи, заключенного на торгах, либо залоговому кредитору, оставившему залоговое имущество за собой).

Суд апелляционной инстанции считает, что приведенные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для отступления от обозначенного выше общего правила распределения процентов по вознаграждению между лицами, исполнявшими обязанности финансового управляющего должника (пропорционально продолжительности периода исполнения полномочий каждым из них), и распределения таковых пропорционально размеру конкретного вклада каждого из таких лиц в проведение мероприятий по реализации предмета залога (исходя из объема и характера мероприятий, проведенных каждым из них, а также их результатов).

Такой подход позволит распределить проценты по вознаграждению финансового управляющего между исполнявшими его обязанности в конкретном деле лицами с соблюдением принципов разумности и справедливости, соразмерно реальному вкладу каждого из них в проведение реализации залогового имущества должника на торгах в деле о банкротстве последнего.

При этом указанный подход согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-9813 по делу № А41-36090/2017, согласно которой в отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Поэтому возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина.

В связи с изложенным в настоящем случае необходимо отступить от общего правила распределения процентов по вознаграждению финансового управляющего между исполнявшими его обязанности лицами (в настоящем случае ФИО2 и ФИО3) исходя из продолжительности периодов исполнения ими обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве (ФИО5) и определить размер таковых с учетом конкретного вклада каждого из управляющих (ФИО2 и ФИО3) в проведение мероприятий по реализации предмета залога и их результатов.

Из материалов дела следует, что ФИО3 исполнял обязанности финансового управляющего ФИО5 в период с 23.12.2016 по 08.12.2021, ФИО2 - в период с 15.08.2022 по настоящее время.

Следовательно, как правильно указал суд первой инстанции, ФИО3, находясь в статусе финансового управляющего ФИО5, проводил процедуру банкротства в отношении должника более пяти лет, ФИО2 - около двух с половиной лет.

При этом в ходе ведения данной процедуры на протяжении указанного времени ФИО3 применительно к вопросу удовлетворения требований залогового кредитора последовательно были проведены мероприятия по инвентаризации и оценке имущества должника, подготовлено Положение о порядке продажи имущества должника, которое было направлено для утверждения в суд, проведены мероприятия по реализации залогового имущества в виде торгов, которые были в последующем признаны в судебном порядке правомерными.

В свою очередь, ФИО2 по причине перевода прав и обязанностей покупателя по договору купли-продажи от 28.07.2020 на ФИО1 совместно с последней были совершены действия по обращению в МФЦ г. Тюмени в целях подачи заявлений и документов для регистрации перехода права собственности на спорное имущества (квартиру), по результатам указанных действий 10.12.2022 регистрирующим органом зарегистрировано право собственности на квартиру, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (том 54, лист дела 7).

Суд апелляционной инстанции считает, что, оценив приведенный вклад каждого управляющего в достижение цели по удовлетворению требования залогового кредитора, с учетом состава, характера мероприятий, выполненных каждым управляющих, их значения для достижения конечного результата мероприятий, суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости распределения процентов по вознаграждению управляющего ФИО5, рассчитанных в соответствии с пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, в сумме 220 570 руб. (3 151 000 руб. х 7%), в следующем процентном отношении: 75% - ФИО3 (165 427 руб. 50 коп.); 25% - ФИО2 (55 142 руб. 50 коп.).

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно заключил, что ФИО3 подлежат установлению проценты по вознаграждению в размере 10 365 руб. 60 коп. (вознаграждение от поступления денежных средств в результате совершения действий по оспариванию сделок), а также 12 334 руб. (от реализации транспортного средства).

В связи с изложенным суд первой инстанции правильно удовлетворил заявление ФИО2 частично, установив ему проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 55 142 руб. 50 коп. (пункт 4 резолютивной части обжалуемого определения), заявление ФИО3 частично, установив ему установлены проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 188 127 руб. 10 коп. (165 427 руб. 50 коп. +10 365 руб. 60 коп. + 12 334 руб.) (пункт 5 резолютивной части обжалуемого определения).

II. ФИО1 в апелляционной жалобе, ФИО2 в отзыве на нее указывает на наличие оснований для отказа в удовлетворении требований ФИО3 об установлении ему процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО5

В пункте 5 Постановления № 97 указано, что согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. В связи с этим, а также с учетом того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ), применительно к абзацу третьему пункта 1 статьи 723 и статье 783 ГК РФ, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего суду следует учитывать, в частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

В связи с этим, а также с учетом того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер (пункт 1 статьи 328 ГК РФ), если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен. Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

Вопрос о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего рассматривается судом при наличии возражений лица, участвующего в деле о банкротстве или арбитражном процессе по делу о банкротстве, при рассмотрении заявления арбитражного управляющего о взыскании такого вознаграждения.

Указанные разъяснения подлежат применению как к фиксированной части вознаграждения, так и к процентам как стимулирующей выплате.

В обоснование своих доводов о необходимости отказа в установлении ФИО3 процентного вознаграждения финансового управляющего ФИО5 ФИО1 и ФИО2 указывают, что ФИО3 неоднократно совершал неправомерные действия в рамках настоящего дела, был дисквалифицирован, что установлено имеющими преюдициальную силу при разрешении настоящего спора судебных актов по административным делам № А70-320/2020, № А70-3001/2020, № А70-22829/2020.

Так, судебными актами по делу № А70-320/2020 установлено нарушение ФИО3 закона при проведении 23.04.2019 и 05.07.2019 торгов по продаже квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, ФИО3 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ) в виде предупреждения.

Судебными актами по делу № А70-3001/2020 установлено неисполнение ФИО3 обязанностей по направлению отчета финансового управляющего кредиторам, недостоверное ведение реестра требований кредиторов, нарушение сроков предоставления отчетов в суд, факты административных правонарушений ФИО3 установлены, в связи с признанием их малозначительными суд апелляционной инстанции ограничился устным замечанием.

Судебными актами по делу № А70-22829/2020 установлены следующие допущенные ФИО3 нарушения: недостоверные сведения в реестре требований кредиторов, нарушение срока предоставления отчета управляющего в суд, нарушение закона при проведении 26.08.2019 торгов квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, ФИО3 привлечен к административной ответственности в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев (по причине повторности допущенных им правонарушений).

Согласно доводам ФИО1 на протяжении почти пяти лет исполнения обязанностей финансового управляющего в настоящем деле ФИО3 бездействовал либо проводил нецелесообразные мероприятия, которые повлекли дополнительные расходы в связи с публикациями и оплатой услуг электронных площадок в связи с необходимостью повторного проведения торгов.

В частности в отношении квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 ФИО3 инициированы и профинансированы за счет конкурсной массы должника четыре раза торги (первые, повторные, публичное предложение, повторно публичное предложение), необходимость в которых отсутствовала (согласно отчету финансового управляющего на 31.03.2022 сумма расходов на такие торги составила 105 536 руб. руб. 80 коп. = 5 000 руб. + 5 000 руб. + 3 000 руб. + 5 000 руб. + 3 131 руб. + 10 524 руб. 80 коп. + 73 881 руб.).

При этом ФИО3 были аннулированы состоявшиеся торги № 8642 (на проведение которых денежные средства уже были затрачены) и проведены повторно торги № 13616 (на организацию которых понесены значительные затраты).

Одновременно ФИО3 не были соблюдены положения статьи 250 ГК РФ, что подтверждено постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.09.2021 по делу № А70-7579/2016.

Как указал в данном постановлении суд кассационной инстанции, при рассмотрении заявления в части перевода на ФИО1 и ФИО4 прав и обязанностей покупателя квартиры судами не учтено, что сособственнику должна предоставляться возможность воспользоваться преимущественным правом покупки этого имущества по цене, предложенной победителем торгов, посредством направления предложения о заключении договора. В случае отказа сособственника или отсутствия его волеизъявления в течение определенного срока с даты получения им предложения имущество должника подлежит реализации победителю торгов.

Следовательно, по мнению ФИО1, дальнейшие торги проведению ФИО3 не подлежали.

Добросовестный и компетентный финансовый управляющий еще по итогам первых торгов от 29.08.2019 предоставил бы сособственникам возможность воспользоваться преимущественным правом покупки и, соответственно, в 2019 году мог завершить процедуру (а не аннулировать результаты торгов, организовывать новые, нести дополнительные затраты, вновь нарушать закон и необоснованно затягивать банкротство, как поступил ФИО3 в настоящем деле).

ФИО3 в нарушение статьи 250 ГК РФ не только не было предложено сособственникам воспользоваться преимущественным правом покупки, более того, но и было умышленно проигнорировано полученное от сособственников уведомление о реализации преимущественного права покупки квартиры, что привело к значительному (более 4 лет) затягиванию производства по делу о банкротстве.

Фактически в результате такой деятельности ФИО3 проводимая в отношении должника процедура банкротства была затянута, были нарушены права сособственников квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, конкурсной массе причинен ущерб в сумме затрат на проведение ненужных торгов, а денежные средства так и не были распределены, текущие платежи не погашались.

Кроме того, заявляемое ФИО3 как собственное действие по оспариванию сделки должника с ФИО7, в результате которого в конкурсную массу поступило 148 080 руб., фактически было совершено исключительно в результате активного процессуального поведения ФИО5, и полученного управляющим требования ФИО5 от 05.12.2017 об оспаривании сделок с ФИО7 с изложением правового обоснования и расчетами, которые в последующем положены управляющим в основу своего заявления. Следовательно, личного вклада ФИО3 в достижение результата по данному действию нет.

Таким образом, по мнению ФИО1, ФИО2, объем выполненной ФИО3 в процедуре банкротства ФИО5 работы незначителен, проведенные им мероприятия являлись ненужными, и, как следствие, истребуемая им сумма процентного вознаграждения не соответствует его личному вкладу в достижение положительного результата в виде поступления денежных средств в конкурсную массу, в связи с чем ФИО3 не подлежит установлению процентное вознаграждение в настоящем деле.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с приведенными доводами ФИО1 и ФИО2 в связи со следующим.

Как усматривается из дела и указано выше, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 по настоящему делу утверждено Положение, согласно которому на торгах подлежит реализации квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, начальная продажная стоимость - 4 047 000 руб.

26.08.2019 ФИО3 проведены открытые торги в электронной форме посредством публичного предложения по продаже квартиры (публичное предложение № 8642), допущены два участника: ФИО9 и ФИО10, победителем признан ФИО9, цена предложения - 3 055 555 руб.

При этом ФИО1 от своего имени и в интересах ФИО4 22.10.2019 обращалась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными открытых торгов в электронной форме посредством публичного предложения по продаже имущества ФИО5: лот № 1 - квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, оконченных в 11:01:10 26.08.2019, оформленных протоколом № 8642-1 о результатах проведения открытых торгов (публичное предложение № 8642) от 26.08.2019.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.05.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020, в удовлетворении данного заявления ФИО1 отказано.

При рассмотрении соответствующего обособленного спора судами установлено отсутствие нарушений процедуры проведении торгов, принято во внимание, что наложение ареста определением суда общей юрисдикции по ходатайству самой ФИО1 правового значения для дела о банкротстве не имеет, в рамках дела о банкротстве должника неоднократно рассматривался вопрос в части включения квартиры в конкурсную массу должника, вступившими в законную силу судебными актами (определения Арбитражного суда Тюменской области от 04.04.2018, оставленное без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2018, определение Арбитражного суда Тюменской области от 05.09.2017, оставленное без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2017 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.02.2018, определение Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2018, определение Арбитражного суда Тюменской области от 21.05.2019) реализация спорной квартиры на торгах в деле о банкротстве признана правомерной, следовательно, обращение ФИО1 в целях в очередной раз приостановить реализацию залогового имущества в суд общей юрисдикции для разрешения вопроса, который уже разрешен в деле о банкротстве должника, добросовестным не является и защите судом не подлежит.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.05.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2020 по делу № А70-320/2020, установлено допущение ФИО3 следующих нарушений в ходе проведения указанных торгов, в частности:

- сообщение о результатах проведения торгов по лоту № 1 должно было быть опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) не позднее 17.05.2019, фактически сообщение опубликовано 24.05.2019, что позже установленного срока и является нарушением пункта 15 статьи 110 Закона о банкротстве;

- в сообщениях в ЕФРСБ № 3509655 от 22.02.2019 и № 3783124 от 24.05.2019 (объявления о проведении торгов и повторных торгов) указаны неверные реквизиты для перечисления задатка по лоту № 1 в размере 5% начальной цены продажи лота;

- протокол о результатах проведения открытых торгов должен был быть оформлен не позднее 05.07.2019, однако протокол оформлен только 08.07.2019, что является нарушением пункта 15 статьи 110 Закона о несостоятельности (банкротстве) и пункта 7.2 Порядка проведения торгов в электронной форме по продаже имущества или предприятия должников в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве (утвержденный приказом Минэкономразвития России от 23.07.2015 № 495);

- ФИО3, действуя добросовестно и разумно, должен был приступить к продаже имущества должника, являющегося предметом залога, с момента вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения разногласий, то есть с момента оглашения резолютивной части постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда (09.04.2019), однако в нарушение установленных требований ФИО3 22.02.2019 разместил в ЕФРСБ сообщение о проведении торгов, назначенных на 23.04.2019.

Между тем, как указано в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по настоящему делу, данные нарушения, на которые ФИО1 также ссылалась как на свидетельствующие о наличии оснований для признания торгов недействительными при рассмотрении судами соответствующего обособленного спора, существенными не являются, ФИО1 не доказано, что они ограничили доступ публики к торгам, повлияли на определение их победителя или повлекли за собой наступление иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 449 ГК РФ (существенным образом повлияли на процедуру проведения торгов, их результаты, нарушили права и законные интересы участвующих в деле лиц, в том числе ФИО1).

Подтверждающие данные обстоятельства (значительность допущенных ФИО3 при проведении торгов от 26.08.2019 нарушений для проводимой в отношении ФИО5 процедуры банкротства) доказательства не представлены ФИО1, ФИО2 и в материалы настоящего спора.

Далее, сообщением в ЕФРСБ № 5144341 от 25.06.2020 ФИО3 повторно объявил торги и провел торги № 13616 в форме публичного предложения.

В соответствии с протоколом № 13616-1 от 27.07.2020 в торгах участвовали ФИО11, ФИО12, а также ФИО9, признанный победителем торгов с ценой предложения 3 151 000 руб., в связи с чем договор купли-продажи квартиры от 29.07.2020 заключен с последним.

ФИО1, считая, что торги проведены с нарушениями правил, поскольку квартира реализована в период действия запрета на ее отчуждение на основании определения суда общей юрисдикции, в нарушение права преимущественной покупки, что у нее имеется право на перевод прав и обязанностей покупателя квартиры (победителя торгов), обратилась в арбитражный суд с заявлениями о признании данных торгов недействительными, признании права преимущественной покупки квартиры за ФИО1 и ФИО4 и переводе на них прав и обязанностей покупателя.

Отказывая в удовлетворении данных заявлений ФИО1 определением от 26.01.2021, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих нарушение процедуры проведения торгов, а также прав ФИО1, наличия в ее действиях по обращение в суд общей юрисдикции для разрешения вопроса о правомерности включения квартиры в конкурсную массу, который уже неоднократно рассматривался в деле о банкротстве должника, добросовестным не является и защите судом не подлежит, поскольку направлен в очередной раз на приостановление реализации залогового имущества; отсутствии у ФИО1 и ФИО4 права преимущественной покупки квартиры с учетом реализации данного имущества в деле о банкротстве должника как единого объекта и возможности получения в дальнейшем выплаты доли после расчета с кредиторами по общим обязательствам супругов-должников.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в постановлении от 20.04.2021 поддержал выводы суда первой инстанции, дополнительно отклонив ссылки ФИО1 на наличие у квартиры статуса единственного жилья у нее и ее дочери.

В постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.09.2021 указано, что выводы судов первой и апелляционной инстанций в части отказа в признании торгов недействительными являются правильными, суды на основе оценке представленных доказательств, заявленных доводов и возражений, установив отсутствие нарушений процедуры и порядка проведения торгов, а также прав и законных интересов ФИО1 и ФИО4, пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о признании торгов недействительными.

Вместе с тем, как указал суд кассационной инстанции, при рассмотрении заявления в части перевода на ФИО1 и ФИО4 прав и обязанностей покупателя квартиры судами не учтено, что, когда в рамках дела о банкротстве должника суд утверждает Положение о порядке реализации имущества должника, он не изменяет режим долевой собственности, установленный ранее вступившим в законную силу судебным актом, на режим общей совместной собственности; при этом в конкурсную массу входит имущество должника (1/3 доли в праве собственности с учетом вступившего в законную силу судебного акта), а реализация объекта целиком обусловлена балансом интересов конкурсной массы и залогового кредитора, обладающего специальными права в отношении всей квартиры. В данном случае Положение не прекращает долевую собственность, следовательно, не исключает применение статьи 250 ГК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-ЭС19-22343, Обзор Судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

В связи с изложенным постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.09.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 отменены в части, в отмененной части принят новый судебный акт, которым заявление ФИО1 о признании права преимущественной покупки квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 удовлетворено, за ФИО1 и ФИО4 признано право преимущественной покупки квартиры, на ФИО1 и ФИО4 переведены права и обязанности покупателя ФИО9, приобретшего квартиру в результате торгов на основании договора купли-продажи продажи от 28.07.2020 по цене 3 151 000 руб.

03.12.2021 ФИО1 произвела оплату в размере 3 151 000 руб. в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи спорной квартиры от 28.07.2020.

ФИО2 совместно с ФИО1 были совершены действия по обращению в МФЦ г. Тюмени в целях подачи заявлений и документов для регистрации перехода права собственности на спорное имущества (квартиру), по результатам указанных действий 10.12.2022 регистрирующим органом зарегистрировано право собственности на квартиру.

Таким образом, из приведенных обстоятельств следует, что:

- многочисленными судебными актами по настоящему делу, вступившими в законную силу, которые приведены выше, было установлено наличие необходимости и оснований для проведения финансовым управляющим торгов по продаже в настоящем деле квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, составлявшей общую долевую собственность ФИО5, ФИО1 и ФИО4,

- данное имущество реализовывалось ФИО3 на торгах в соответствии с утвержденным постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 по настоящему делу Порядком продажи, допущенные ФИО3 при этом нарушения существенными не являлись,

- рыночная стоимость составлявшего предмет залога имущества была в конечном итоге сформирована в ходе проведенных торгов в сумме 3 151 000 руб., по которой ФИО1 03.12.2021 выкупила квартиру с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, в настоящее время право собственности на квартиру принадлежит ФИО1 и зарегистрировано за ней в ЕГРН.

Указанное свидетельствует об отсутствии оснований считать ФИО3 ненадлежащим образом исполнявшим обязанности в настоящем деле в части мероприятий, касающихся реализации принадлежавшего должнику имущества – квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что судебная практика по вопросу о порядке учета преимущественного права сособственников на приобретение имущества должника в деле о банкротстве окончательно сложилась только в мае 2023 года – с принятием Конституционным Судом РФ постановления от 16.05.2023 № 23-П.

В данном постановлении Конституционный Суд РФ указал, что впредь до внесения в правовое регулирование необходимых изменений продажа на торгах доли в праве общей собственности на жилое помещение и земельный участок, на котором оно расположено, в рамках процедуры банкротства гражданина осуществляется с применением гарантий прав участников долевой собственности, предусмотренных абзацами вторым и третьим статьи 255 ГК Российской Федерации, что с учетом особенностей процедуры банкротства выражается в следующем. При продаже с публичных торгов доли в праве общей собственности, принадлежащей должнику, конкурсный управляющий направляет другим участникам долевой собственности предложение приобрести принадлежащую должнику долю с указанием ее стоимости, равной начальной цене на торгах. При наличии согласия конкурсный управляющий заключает договор купли-продажи с соответствующим участником (участниками) долевой собственности. При неполучении согласия в течение месячного срока доля в праве общей собственности, принадлежащая должнику, продается с торгов. При этом правило о преимущественном праве покупки участников долевой собственности не применяется в этом случае, а также при продаже с повторных торгов и продаже посредством публичного предложения.

С учетом того, что указанное постановление состоялось спустя более двух лет после периода времени, в котором имело место проведение в настоящем деле мероприятий по продаже квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, оснований оценивать поведение ФИО3, в рамках которого не были приняты предусмотренные указанным постановлением меры, направленные на соблюдение права ФИО1 и ФИО4, предусмотренного статьей 250 ГК РФ, как недобросовестное и незаконное, нет.

В связи с этим суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО1 и ФИО2 о том, что процентное вознаграждение не подлежит выплате ФИО3, поскольку при проведении всех торгов в настоящем деле не были соблюдены положения статьи 250 ГК РФ и поскольку ФИО14 не предоставил сособственникам возможности воспользоваться преимущественным правом покупки квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, что привело к значительному (более 4 лет) затягиванию производства по делу о банкротстве.

Тем более, как следует из дела, затягивание сроков проведения в отношении ФИО5 процедуры реализации имущества гражданина обусловлено не действиями (бездействием) ФИО3, а поведением самой ФИО1 и ФИО5, инициировавших многочисленные споры, касающиеся реализации в настоящем деле квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

Так, 18.07.2017 ФИО1, действующая от своего имени, а также от имени и в интересах ФИО4, обратилась в арбитражный суд с заявлением об исключении из конкурсной массы должника 2/3 доли в праве общей собственности на квартиру, расположенную с кадастровым номером 72:401:00:00:00:3/29, принадлежащие ФИО1 (1/3 доли), ФИО4 (1/3 доли).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.04.2018, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2018, в удовлетворении заявления ФИО1 отказано, поскольку по условиям кредитного договора <***> между Банком о должником кредит предоставляется для приобретения квартиры с кадастровым номером 72:401:00:00:00:3/29, при этом, на момент заключения кредитного договора, договора ипотеки должник и ФИО1 в зарегистрированном браке не состояли, о наличии соглашения между ФИО5 и ФИО1 о создании общей долевой собственности на жилое помещение, приобретаемое при использовании кредитных денежных средств, Банк в известность поставлен не был.

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением об утверждении реальной рыночной стоимости квартиры, которое суд первой инстанции оценил как ходатайство об урегулировании разногласий относительно начальной продажной стоимости предмета залога.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.04.2017 заявление ФИО5 об утверждении реальной стоимости имущества должника оставлено без удовлетворения.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2017 определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.04.2017 отменено; заявление ФИО5 направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области для рассмотрения по существу.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.11.2017 ходатайство должника о приостановлении рассмотрения заявления до рассмотрения гражданского дела № 2-7704/2017 оставлено без удовлетворения; в удовлетворении заявления ФИО5 об урегулировании разногласий отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2018 определение Арбитражного суда Тюменской области от 22.11.2017 отменено, заявление ФИО5 об урегулировании разногласий, ходатайство должника о приостановлении рассмотрения заявления должника об урегулировании разногласий направлены на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2018 заявление ФИО5 об урегулировании разногласий оставлено без удовлетворения.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2019 утверждено Положение о порядке проведения торгов по продаже имущества должника, являющегося предметом залога Банка, согласно которому на торгах подлежит реализации квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, начальная продажная стоимость 4 047 000 руб.

ФИО5 также обращался в арбитражный суд с заявлением о внесении изменений в реестр требований кредиторов в части указания предмета залога в пользу Банка – 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>, этаж 4, количество жилых комнат 3 (три), общей площадью 76,0 кв.м, в том числе жилая площадь 44,3 кв.м, назначение: жилое, с кадастровым (или условным) номером №72:401:00:00:00:3/29.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 05.09.2017, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2017 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.02.2018, в удовлетворении требований должника отказано, так как доли в праве были получены ФИО1 и ФИО4 на основании соглашения о разделе долей от 17.07.2013, тогда как залог был зарегистрирован 05.12.2013, поэтому спорное имущество в любом случае подлежит реализации в деле о банкротстве должника, при этом созалогодатели (в том числе от имени дочери законные представители) вправе представлять свои интересы в деле о банкротстве в целях контроля за реализацией залогового имущества и расчетов с залогодержателем; при наличии разницы в выручке от реализации (после полного погашения требований банка в порядке, установленном законом о банкротстве) эта разница может быть распределена между сособственниками в соответствии с принадлежащими им долями.

ФИО5 также обращался в арбитражный суд с заявлением об урегулировании разногласий по порядку и условиям проведения торгов по продаже имущества должника, являющегося предметом залога Банка, просил изменить Положение, исключив из него положения о порядке продажи 2/3 доли в праве собственности на квартиру, принадлежащих ФИО1, ФИО4

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2018 в удовлетворении заявления отказано, так как кредитор, требования которого обеспечены залогом имущества, вправе рассчитывать на погашение своих требований из средств, вырученных в ходе процедуре банкротства от продажи самого заложенного имущества, а не доли в праве.

Кроме того, ФИО5 обращался в арбитражный суд с заявлением об исключении из конкурсной массы имущества, не принадлежащего должнику - 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>, этаж 4, с кадастровым (или условным) номером № 72:401:00:00:00:3/29, принадлежащую ФИО1, 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...> д 3 кв. 29, этаж 4, с кадастровым (или условным) номером 72:401:00:00:00:3/29, принадлежащую ФИО4

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.05.2019, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2019, в удовлетворении заявления отказано по тем же основаниям.

ФИО1 обращалась в Центральный районный суд города Тюмени с иском к должнику о прекращении его права собственности на 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

Определением Центрального районного суда города Тюмени от 26.07.2019 приняты обеспечительные меры в виде наложения запрета управляющему осуществлять действия, направленные на отчуждение 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, принадлежащей ФИО1 и 1/3 в праве общей собственности на квартиру, принадлежащей ФИО4, а также Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области производить государственную регистрацию прекращения, перехода, ограничения прав на вышеуказанную квартиру.

Кроме того, ФИО1 от своего имени и в интересах ФИО4 22.10.2019 обращалась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными открытых торгов в электронной форме посредством публичного предложения по продаже имущества ФИО5: лот № 1 - квартира с кадастровым номером 72:23:0217001:2685, оконченных в 11:01:10 26.08.2019, оформленных протоколом № 8642-1 о результатах проведения открытых торгов (публичное предложение № 8642) от 26.08.2019.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.05.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020, в удовлетворении данного заявления ФИО1 отказано, так как установлено отсутствие нарушений процедуры проведении торгов, наложение ареста определением суда общей юрисдикции по ходатайству самой ФИО1 правового значения для дела о банкротстве не имеет, в рамках дела о банкротстве должника неоднократно рассматривался вопрос в части включения квартиры в конкурсную массу должника, вступившими в законную силу судебными актами реализация спорной квартиры на торгах в деле о банкротстве признана правомерной, следовательно, обращение ФИО1 в целях в очередной раз приостановить реализацию залогового имущества в суд общей юрисдикции для разрешения вопроса, который уже разрешен в деле о банкротстве должника, добросовестным не является и защите судом не подлежит.

Помимо этого, ФИО1, действующая от своего имени и в интересах несовершеннолетней дочери ФИО4, обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными открытых торгов в электронной форме посредством публичного предложения по продаже квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 и применении последствий недействительности сделки, признании права преимущественной покупки квартиры за ФИО1 и ФИО4 и переводе на них прав и обязанностей покупателя.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2020, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021, в удовлетворении данных заявлений ФИО1 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.09.2021 определение Арбитражного суда Тюменской области от 25.11.2020 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 отменены по причине необходимости соблюдения права преимущественной покупки ФИО1 и ФИО4 квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685.

При этом в данном постановлении указано на правильность выводов суда первой и апелляционной инстанции о соответствии торгов закону и об отсутствии, вопреки доводам ФИО1, оснований для признания соответствующих торгов недействительными.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что длительное проведение в отношении ФИО5 процедуры реализации имущества гражданина было обусловлено, прежде всего, поведением самой ФИО1 и ФИО5

Вменение ФИО1 при таких обстоятельствах ФИО3 затягивания проведения мероприятий по продаже квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 в настоящем деле в частности и процедуры банкротства в целом в качестве основания для отказа в установлении ему процентного вознаграждения финансового управляющего является недобросовестным.

В то же время по смыслу пункта 2 статьи 10 ГК РФ недобросовестное поведение судебной защите не подлежит.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не считает доводы ФИО1 и ФИО2 о необходимости отказать в установлении ФИО3 процентного вознаграждения финансового управляющего по причине ненадлежащего исполнения им обязанностей в части проведения в настоящем деле мероприятий по продаже залогового имущества – квартиры с кадастровым номером 72:23:0217001:2685 – обоснованными.

Относительно доводов ФИО1 и ФИО2 об иных нарушениях, допущенных ФИО3, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.06.2020 по делу № А70- 3001/2020 ФИО3 действительно привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением ему административного наказания в виде дисквалификации на срок шесть месяцев.

Из указанного судебного акта следует, что согласно протоколу об административном правонарушении № 00097220 от 25.02.2020 ФИО3 вменялись следующие нарушения:

- пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, выразившееся в неисполнении обязанности по ежеквартальному направлению отчета конкурсному кредитору (датами совершения административного правонарушения обозначены даты, следующие за крайними датами, когда соответствующие обязанности должны были быть исполнены: 01.10.2019, 09.01.2020);

- пункта 6 и 7 статьи 16, пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, выразившееся в не указании достоверных сведений в реестре требований кредиторов (датами совершения административного правонарушения являются даты составления реестров требований кредиторов 22.07.2019, 19.02.2020);

- пункта 7 статьи 213.12, пункта 3 статьи 143, пункта 2 статьи 52 Закона о банкротстве, выразившееся в нарушении срока представления отчета о своей деятельности в арбитражный суд (датами совершения административного правонарушения являются даты, следующие за крайними датами, когда соответствующие обязанности должны были быть исполнены 25.07.2019, 25.10.2019, 09.01.2020).

Однако, установив в соответствующих действиях (бездействии) ФИО3 событие административного правонарушения, Восьмой арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что они являются малозначительными (статья 2.9 КоАП РФ), и постановлением от 22.10.2020 отменил решение Арбитражного суда Тюменской области от 19.06.2020 по делу № А70-3001/2020, отказал в удовлетворении заявления Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области к ФИО3 о привлечении к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, ограничившись устным замечанием.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 24.03.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2021, постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.11.2021 по делу № А70-22829/2020, ФИО3 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Между тем из данных судебных актов следует, что дисквалификация ФИО3 была обусловлена повторностью совершения им правонарушения, предусмотренного статьей 14.13 КоАП РФ, решением Арбитражного суда Тюменской области от 29.07.2019 по делу № А70-7638/2019, решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.05.2020 по делу № А70-320/2020, решением Арбитражного суда Тюменской области от 29.10.2020 по делу № А70-13894/2020 (два из которых касались нарушений, допущенных управляющим не в настоящем деле, а в других делах о банкротстве, а одно, как указано выше, касалось нарушений, признанных судебными актами по настоящему делу не являющимися существенными для проводимой в отношении ФИО5 процедуры банкротства).

В связи с изложенным, вопреки позиции ФИО1 и ФИО2, факты, установленные судебными актами по делам № А70-320/2020, № А70-3001/2020, № А70-22829/2020, на неисполнение (ненадлежащее исполнение) ФИО3 обязанностей в настоящем деле, свидетельствующих о наличии оснований для отказа в утверждении ему вознаграждения финансового управляющего ФИО5 в виде процентов, не указывают.

Доводы ФИО1 и ФИО2 о том, что мероприятия по оспариванию сделки должника с ФИО7, в результате которого в конкурсную массу поступило 148 080 руб., были проведены исключительно в результате активного процессуального поведения ФИО5, направившего ФИО3 требование от 05.12.2017 об оспаривании такой сделки, и о том, что никакого личного вклада ФИО3 в достижение результата по данному действию нет, отклоняются судом апелляционной инстанции как надлежащим образом не обоснованные и не подтвержденные.

Как следует из дела, определения Арбитражного суда Тюменской области от 26.02.2018 по настоящему делу и надлежащим образом не опровергнуто ФИО1, ФИО2, ФИО3 в соответствии с положениями главы III.1 Закона о банкротстве принял все необходимые меры для оспаривания сделки должника с ФИО7, принял активное процессуальное участие в рассмотрении судом соответствующего спора (в том числе лично участвовал в судебных заседаниях по его рассмотрению), активно заявлял в обоснование своего заявления доводы, а также возражения на доводы ФИО7

Какие-либо доводы относительно причин, по которым они считают не подлежащим выплате ФИО3 процентного вознаграждения от реализации на торгах в настоящем деле за 176 200 руб. транспортного средства, в сумме 12 334 руб., ФИО1, ФИО2 не приведены.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает оснований для отказа в удовлетворении заявления ФИО3 об установлении ему процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 188 127 руб. 10 коп.

Тем более суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отнесения данного вознаграждения на ФИО2, который, как верно указал суд первой инстанции, с учетом внесенного им вклада в реализацию имущества должника в настоящем деле, вправе претендовать только на 25% процентного вознаграждения, составляющие 55 142 руб. 50 коп., но не на причитающиеся ФИО3 75% (165 427 руб. 50 коп.) (которые даже в случае, если бы судами были установлены основания для отказа ФИО3 в их выплате в связи с ненадлежащим исполнением им обязанностей в настоящем деле, выплате ФИО2 не подлежали бы).

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 03 мая 2024 года по делу № А70-7579/2016 (судья Мингалева Е.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявлений финансового управляющего ФИО2 об установлении процентов по вознаграждению в размере 220 570 руб.; арбитражного управляющего ФИО3 об установлении суммы процентов по вознаграждению в размере 243 269 руб. 60 коп.; финансового управляющего ФИО2 о разрешении разногласий с ФИО1, действующей от своего имени и от имени несовершеннолетней дочери ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН <***>), в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6091/2024) ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Председательствующий


М.В. Смольникова

Судьи


О.Ю. Брежнева

М.П. Целых