Постановление от 24 сентября 2025 г. по делу № А07-20455/2024

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-9061/2025
г. Челябинск
25 сентября 2025 года
Дело № А07-20455/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Жернакова А.С.,

судей Камаева А.Х., Манаковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Анисимовой С.П.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.07.2025 по делу № А07-20455/2024.

В судебном заседании принял участие представитель главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 17.02.2025, срок действия до 31.12.2025, диплом).


Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (далее – истец, глава КФХ ФИО1) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к Администрации сельского поселения Нижнеташлинский сельсовет муниципального района Шаранский район Республики Башкортостан (далее – Администрация, ответчик 1), к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, ответчик 2) о признании недействительными торгов в форме аукциона, проведенного на электронной площадке РТС-Тендер – rts-tender.ru, процедура № 24000006710000000002, по продаже муниципального имущества сельского поселения Нижнеташлинский сельсовет муниципального района Шаранский район Республики Башкортостан, находящегося по адресу: <...>: нежилого здания коровника с кадастровым номером 02:53:010201:268, общей площадью 1390 кв.м, с земельным участком с кадастровым номером 02:52010201:296 общей площадью 7618 кв.м (далее также – спорное имущество); о признании ничтожной записи в Едином государственном реестре недвижимости (далее также – ЕГРН) от 22.10.2020 о праве собственности Администрации на спорное имущество; о признании недействительным в силу ничтожности постановление Главы сельского поселения Администрации от 07.05.2024 № 17; о расторжении договора, заключенного между сельским поселением Нижнеташлинский сельсовет муниципального района Шаранский район Республики Башкортостан и ИП ФИО3 по результатам торгов, состоявшихся 10.06.2024; о применении последствий признания сделок недействительными (с учетом уточнения предмета заявленных требований, т. 4 л.д. 5-7).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан (далее – Управление Росреестра), общество с ограниченной ответственностью «РТС-Тендер» (далее – ООО «РТС-Тендер»).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.07.2025 (резолютивная часть от 26.06.2025) в удовлетворении заявленных требований отказано.

С указанным решением суда не согласился  глава КФХ ФИО1 (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), подал апелляционную жалобу, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ее податель указал, что суд первой инстанции в нарушении части 1 статьи 16, части 1 статьи 96 АПК РФ, пункта 1 статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) неверно определил отсутствие существенных нарушений порядка проведения торгов при наличии судебного решения об обеспечительных мерах в отношении спорного имущества. Апеллянт отметил, что ответчик 1 первоначально отказался от проведения аукциона 26.02.2024, в последствии неправомерно, с нарушением норм АПК РФ спорное здание было выставлено и реализовано ответчиком на аукционе 07.06.2024 при наличии запрета суда на совершение действий, направленных на отчуждение спорного объекта, в виде обеспечительных мер по делу № А07-11989/2023, которые  были отменены лишь в октябре 2024 года. В силу того, что торги по реализации спорного имущества были проведены в период действия обеспечительных мер, до их отмены, ответчик 1, являясь организатором торгов, знал об их наличии, пытался отменить обеспечительные меры подачей 04.06.2024 ходатайства об их отмене, апеллянт полагал, что ответчик 1 был не вправе проводить торги, принимать заявки, заключать договор купли-продажи спорного имущества.

Податель апелляционной жалобы сослался на то, что истец не принял участия в указанных торгах, во-первых, будучи информированным об обеспечительных мерах в отношении муниципального имущества с кадастровым номером 02:53:010201:268, общей площадью 1 390 кв.м, а, во-вторых, являясь арендатором спорного здания, имеющим намерение воспользоваться правом преимущественного приобретения арендуемого имущества на основании статьи 3 Федерального закона от 22.07.2008 № 159-ФЗ «Об особенностях отчуждения движимого и недвижимого имущества, находящегося в государственной или в муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 159-ФЗ). Сразу после проведения оспариваемых торгов истец 13.06.2024 направлял заявление о признании торгов недействительными, по этому основанию, но получил незаконный и необоснованный отказ. Апеллянт полагал, что его доводы о существенном нарушении его прав допущенных при проведении торгов не были исследованы судом, тогда как права истца были нарушены и должны быть восстановлены с помощью применения статьи 167 ГК РФ (пункт 2 статьи 449 ГК РФ) в виде последствий недействительности торгов и заключённого договора купли-продажи муниципального имущества № 5-ОНФ от 14.06.2024 между ответчиком и ИП ФИО3, выигравшей торги.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не было принято во внимание и не была дана оценка незаконности проведения торгов при наличии у истца права преимущественного приобретения арендуемого имущества на основании статьи 3 Закона 159-ФЗ, вытекающего из фактических договорных отношений аренды, сложившихся между истцом и ответчиком период 2020 - 2024 гг. в отношении спорного имущества.

К апелляционной жалобе главой КФХ ФИО1 были  приложены дополнительные доказательства: копии определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.05.2023 по делу № А07-11989/2023, определения Арбитражного суда Уральского округа от 12.07.2024 по делу № А07-11989/2023, определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.09.2024 по делу № А07-11989/2023, расчетов годовой арендной платы за период с 2020 по 2024 гг., платежных документов, в приобщении которых к материалам дела судебной коллегией было отказано применительно к части 2 статьи 268 АПК РФ и в силу их наличия в материалах дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание представители ответчиков и третьих лиц не явились.

В отсутствии возражений представителя истца, в соответствии со статьями 123, 156, 159 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся представителей ответчиков и третьих лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов настоящего дела, а также было установлено судами при рассмотрении дела № А07-11989/2023 (т. 1 л.д. 158-184), 13.10.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Мирас» (продавец) и главой КФХ ФИО1 (покупатель) был подписан предварительный договор купли-продажи № 9, по условиям которого стороны обязуются в срок не позднее 03.12.2018, после оформления всех необходимых документов, заключить договор купли-продажи (основной договор) в отношении нежилого здания коровника, площадью 1390,0 кв.м, по адресу: Республика Башкортостан, <...> (т. 1 л.д. 56).

В соответствии с п. 1.2 договора по условиям основного договора купли-продажи продавец обязуется передать в собственность покупателя недвижимое имущество, а покупатель принять и оплатить его на согласованных условиях. Стоимость недвижимого имущества составляет 340 000 рублей.

В соответствии с п. 3.1 договора в подтверждение намерений заключить в будущем основной договор купли-продажи и в качестве обеспечения выполнения обязательств покупателя и продавца по приему-передаче недвижимого имущества, покупатель обязан уплатить продавцу обеспечительный платеж в сумме 20 000 руб., в течение трех дней с даты подписания предварительного договора.

Обеспечительный  платеж после заключения основного договора купли-продажи зачитывается в счет уплаты части стоимости недвижимого имущества (п. 3.2 договора).

По пояснениям сторон заключение основного договора купли-продажи и внесение стоимости имущества (за исключением обеспечительного платежа) не производилось.

Из предоставленных в материалы дела договоров купли-продажи и обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами по делам № А07-31252/2018, № А07-20777/21 следует, что до 15.12.2002 зданием коровника владел колхоз «Победа». После ликвидации колхоза, спорное имущество (в числе иных объектов недвижимости) последовательно переходило к сельскохозяйственному производственному кооперативу (СПК) «Победа», сельскохозяйственному производственному кооперативу (СПК) «Ташлы», обществу с ограниченной ответственностью (ООО) «Мирас», без осуществления государственной регистрации права собственности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-31252/2018 ООО «Мирас» было отказано в удовлетворении заявленных к Администрации требований о признании права собственности, основанных на заключении договора купли-продажи от 15.05.2014 с сельскохозяйственным производственным кооперативом «Ташлы».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-22244/2019 главе КФХ ФИО1 было отказано в оспаривании отказа Управления Росреестра в государственной регистрации права собственности на нежилое здание коровника, площадью 1 390,0 кв.м, с кадастровым номером 02:53:010201:268 (в числе иных объектов), по причине отсутствия зарегистрированного права ООО «Мирас».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-20777/2021 главе КФХ ФИО1 было отказано в признании права собственности на тот же объект в силу приобретательной давности  на основании статьи 234 ГК РФ. Основанием для такого решения послужил вывод о том, что  глава КФХ ФИО1 не является правопреемником общества ООО «Мирас», а срок давностного владения спорным имуществом, исчисляемый с 2017 года, не истек.

Из обстоятельств, установленных при рассмотрении Туймазинским межрайонным судом Республики Башкортостан дела № 2-2038/2019, следует, что Администрация сельского поселения Нижнеташлинский сельсовет Шаранского района Республики Башкортостан в 2018 году поставила на учет здание  спорного коровника (в числе иных объектов) в качестве бесхозяйного объекта.

Решением Туймазинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 26.08.2019 были удовлетворены исковые требования Администрации о признании муниципальной собственностью здания с кадастровым номером 02:53:010201:268 площадью 1 390 кв.м, расположенного по адресу Республика Башкортостан, <...> (ранее д. 45/1).

На основании указанного решения суда 22.10.2020 в Едином государственном реестре недвижимости была произведена государственная регистрация права муниципальной собственности Нижнеташлинского сельсовет муниципального района Шаранский район Республики Башкортостан.

В результате обжалования главой КФХ ФИО1 решения Туймазинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 26.08.2019 апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 02.11.2021 по рассмотренному гражданскому делу № 2-2038/2019 исковые требования Администрации в части признания права собственности на нежилое здание площадью 1 390 кв.м, с кадастровым номером 02:53:010201:268, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, Шаранский район, с. Верхние Ташлы, ул. им 70-летия Башкирии, д. 58 (ранее д. 45/1), были оставлены без рассмотрения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.08.2021 по делу № А07-33184/2020 установлено, что 26.02.2020 между Администрацией (ссудодатель) и главой КФХ ФИО1 (ссудополучатель) заключен договор № 2 о передаче муниципального имущества в безвозмездное пользование, по условиям которого ссудодатель передает, а ссудополучатель принимает в безвозмездное пользование муниципальное недвижимое имущество: нежилое здание с кадастровым номером 02:53:010201:268 общей площадью 1 390 кв.м, находящееся по адресу: Республика Башкортостан, <...>, для использования в целях сельскохозяйственного производства.

Решением по названному делу не определено оснований для признания недействительным договора о передаче муниципального имущества в безвозмездное пользование, с ответчика взыскана сумма неосновательного обогащения в размере платы за пользование муниципальным имуществом за период владения и пользования муниципальным имуществом с 27.03.2020 по 15.05.2021.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.02.2024 по делу № А07-11989/2020 было отказано в удовлетворении исковых требований главы КФХ ФИО1 о признании отсутствующим права собственности на нежилое здание (строение 1) площадью 1 390 кв.м, год постройки 1971, с кадастровым номером 02:53:010201:268, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...> (ранее д. 45/1) (т. 1 л.д. 158-165).

В период рассмотрения данного спора были приняты обеспечительные меры.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.05.2023 по делу № А07-11989/2023 Администрации и иным лицам было запрещено совершать действия, направленные на отчуждение спорного объекта – коровника площадью 1 390 кв.м., с кадастровым номером 02:52:010201:268, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, <...> (ранее д. 45/1) (т. 1 л.д. 84-85).

Указанные обеспечительные меры были отменены определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.09.2024 (т. 1 л.д. 179-182).

В период действия обеспечительных мер Администрацией было издано постановление от 07.05.2024 № 17 «Об условиях приватизации объектов муниципального нежилого фонда» (т. 1 л.д. 39-40), предусматривающее реализацию спорного имущества; была утверждена аукционная документация (т. 1 л.д. 42-66); был организован и проведен 07.06.2024 открытый аукцион по реализации спорного имущества на электронной площадке i.rts-tender.ru, процедура № 24000006710000000002-2 (т. 1 л.д. 38), для участия в котором была подана только одна заявка ИП ФИО3

 По результатам данного аукциона между Администрацией (продавец) и ИП ФИО3 (покупатель) был подписан договор купли-продажи муниципального имущества от 14.06.2024 № 5-ОНФ (т. 2 л.д. 26-27), который был исполнен сторонами, что подтверждается актом приема-передачи от 24.07.2024 (т. 2 л.д. 47) и платежными документами об оплате приобретённого имущества (т. 4 л.д. 62-64).

Ссылаясь на то, что Администрацией аукцион по реализации спорного нежилого здания, с кадастровым номером 02:53:010201:268, проведен с нарушением закона, в период действия принятых Арбитражным судом Республики Башкортостан обеспечительных мер и при наличии сомнения в легитимности прав Администрации на спорный объект недвижимости, глава КФХ ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчик 1 реализовал спорное имущество (совершил действия, направленные на отчуждение спорного объекта) после отмены обеспечительных мер, тогда как истец заявок на участие в торгах не подавал; что истец не представил суду доказательства нарушения закона при проведении торгов, а также нарушения его прав, которые будут восстановлены в случае признания торгов недействительными.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда, оценив доводы апелляционной жалобы истца, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ); сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт 2 статьи 391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ); договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт 3 статьи 572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт 3 статьи 596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ). В силу пункта 5 статьи 426 ГК РФ условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктами 2 и 4 этой статьи, являются ничтожными.

Согласно пункту 74 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

На основании пункта 1 статьи 447 ГК РФ договор, если иное не вытекает из его существа, может быть заключен путем проведения торгов. Договор заключается с лицом, выигравшим торги.

В силу статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица.

Торги могут быть признаны недействительными в случае, если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов,  повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги.

Лицо, обращающееся с требованием о признании торгов недействительными, должно доказать как наличие защищаемого права или интереса с использованием мер, предусмотренных гражданским законодательством, так и то, восстанавливается ли его нарушенное право при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки.

При этом основанием для признания торгов недействительными может служить не всякое нарушение, а лишь имеющее существенное влияние на результаты торгов и находящееся в причинной связи с ущемлением прав и законных интересов заявителя.

Нарушения порядка проведения торгов не могут являться основаниями для признания торгов недействительными по иску лица, чьи имущественные права и интересы данными нарушениями не затрагиваются и не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки (пункты 1, 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными торгов, проводимых в рамках исполнительного производства»).

Правила, предусмотренные статьей 449 ГК РФ, применяются также к торгам, проводимым в целях заключения договоров на приобретение товаров, выполнение работ, оказание услуг или приобретение имущественных прав, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений (пункт 6 статьи 447 ГК РФ).

С учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, лицо, обращающееся в суд с требованием о признании торгов недействительными, должно доказать, что при проведении торгов допущены нарушения закона, проведенные торги повлекли нарушение его права, наличие причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и возникшим нарушением прав, которые будут восстановлены в случае признания торгов недействительными и применения последствий недействительности заключенной на таких торгах сделки.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения статьи 449 ГК РФ в их системной взаимосвязи направлены на соблюдение режима законности при проведении торгов и защиту интересов лиц, чьи права затронуты нарушением правил проведения торгов, в целях реального восстановления этих прав (определения от 16.07.2009 № 739-О-О, от 15.07.2010 № 948-О-О, от 29.01.2015 № 161-О).

В определении от 16.07.2009 № 739-О-О Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что положение пункта 1 статьи 449 ГК РФ о том, что торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица, по существу воспроизведенное применительно к процедуре размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд в части 5 статьи 10 Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», направлено - в системной связи с пунктом 2 статьи 449 ГК РФ, предусматривающим, что такое признание влечет недействительность договора, заключенного с выигравшим торги лицом, - на реальное восстановление нарушенных прав заинтересованного лица.

В пункте 2.2 определения от 15.07.2010 № 948-О-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положение пункта 1 статьи 449 ГК РФ, устанавливающее, что торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица, во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 166 данного Кодекса и частью 1 статьи 4 АПК РФ направлено на соблюдение режима законности при проведении торгов и защиту интересов лиц, чьи права затронуты нарушением правил проведения торгов, и как таковое не нарушает конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.

При этом из пункта 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 161-О следует, что с учетом сферы действия Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), как положения статьи 449 ГК РФ, так и статьи 32, 39 и 47 названного закона предполагают соблюдение конституционных принципов добросовестности, свободы договора и стабильности гражданского оборота в целях достижения справедливого баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в размещении и исполнении заказов для государственных нужд, государства и общества в целом.

В соответствии с позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 12573/11, признание торгов недействительными должно повлечь восстановление нарушенных прав лица, предъявившего иск; судебные акты должны быть исполнимыми и не нарушать принцип правовой определенности.

Указанный правовой подход также содержится в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.11.2012 № ВАС-11604/12.

Таким образом, для признания торгов недействительными необходимо выявить факт необоснованного отстранения заявителя (истца) от участия в торгах, установить нарушение закона при проведении торгов (нарушение правил, установленных законом), определить, являются ли допущенные нарушения существенными, способными повлиять на результат определения их победителя, а также выявить нарушение прав истца, которые будут восстановлены в случае признания торгов недействительными.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что глава КФХ ФИО1 не подавал заявки на участие в оспариваемых торгах, то есть не являлся  участником данных торгов, в силу чего по общему правилу не может быть признан лицом, заинтересованным в оспаривании проведенных Администрацией торгов.

С учетом результатов рассмотрения дел №№ А07-22244/2019, А07-11989/2020, А07-33184/2020, А07-20777/2021, А07-11989/2023 глава КФХ ФИО1 также не доказал наличие собственных, обоснованных правопритязаний на спорное имущество.

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что истец не принял участия в указанных торгах, будучи информированным об обеспечительных мерах в отношении муниципального имущества с кадастровым номером 02:53:010201:268, общей площадью 1 390 кв.м, что сразу после проведения оспариваемых торгов истец 13.06.2024 направил заявление о признании торгов недействительными, признаны необоснованными судом апелляционной инстанции, поскольку из материалов настоящего дела, из обстоятельств, установленных судами ранее в рамках рассмотрения дел №№ А07-22244/2019, А07-11989/2020, А07-33184/2020, А07-20777/2021, А07-11989/2023, усматривается, что глава КФХ ФИО1 никогда не рассматривал возможность приобретения спорного имущества на возмездной основе у Администрации, поскольку всегда считал спорное имущество принадлежащим истцу, а Администрацию – ненадлежащим собственником данного имущества.

Факт обращения истца к ответчику 1 с заявлением о признании торгов недействительными также не может служить подтверждением заинтересованности истца в приобретении спорного имущества на торгах, в результате конкурентной борьбы.

Доводы самого апеллянта о том, что, являясь арендатором спорного здания, глава КФХ ФИО1 имел намерение воспользоваться преимущественным правом на приобретение арендуемого имущества на основании статьи 3 Закона № 159-ФЗ, опровергают его позицию относительно возможного участия в торгах по продаже спорного имущества.

При этом апелляционный суд нашел несостоятельными доводы апеллянта о наличии у него преимущественного права на приобретение спорного имущества на основании статьи 3 Закона № 159-ФЗ.

Указанной статьей предусмотрено, что субъекты малого и среднего предпринимательства, за исключением субъектов малого и среднего предпринимательства, указанных в части 3 статьи 14 Федерального закона «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации», и субъектов малого и среднего предпринимательства, осуществляющих добычу и переработку полезных ископаемых (кроме общераспространенных полезных ископаемых), при возмездном отчуждении арендуемого имущества из государственной или муниципальной собственности пользуются преимущественным правом на приобретение такого имущества по цене, равной его рыночной стоимости и определенной независимым оценщиком в порядке, установленном Федеральным законом от 29 июля 1998 года № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». При этом такое преимущественное право может быть реализовано при условии, что:

1) арендуемое недвижимое имущество не включено в утвержденный в соответствии с частью 4 статьи 18 Федерального закона «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации» перечень государственного имущества или муниципального имущества, предназначенного для передачи во владение и (или) в пользование субъектам малого и среднего предпринимательства, и на день подачи заявления оно находится в их временном владении и пользовании или временном пользовании непрерывно в течение одного года и более в соответствии с договором или договорами аренды такого имущества, за исключением случая, предусмотренного частью 2.1 статьи 9 настоящего Федерального закона;

2) арендуемое движимое имущество включено в утвержденный в соответствии с частью 4 статьи 18 Федерального закона «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации» перечень государственного имущества или муниципального имущества, предназначенного для передачи во владение и (или) в пользование субъектам малого и среднего предпринимательства, в указанном перечне в отношении такого имущества отсутствуют сведения об отнесении такого имущества к имуществу, указанному в части 4 статьи 2 настоящего Федерального закона, и на день подачи заявления такое имущество находится в их временном владении и пользовании или временном пользовании непрерывно в течение одного года и более в соответствии с договором или договорами аренды такого имущества, за исключением случая, предусмотренного частью 2.1 статьи 9 настоящего Федерального закона;

3) отсутствует задолженность по арендной плате за движимое и недвижимое имущество, неустойкам (штрафам, пеням) на день заключения договора купли-продажи арендуемого имущества в соответствии с частью 4 статьи 4 настоящего Федерального закона, а в случае, предусмотренном частью 2 или частью 2.1 статьи 9 настоящего Федерального закона, - на день подачи субъектом малого или среднего предпринимательства заявления;

4) сведения о субъекте малого и среднего предпринимательства на день заключения договора купли-продажи арендуемого имущества не исключены из единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.11.2009 № 134 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об особенностях отчуждения недвижимого имущества, находящегося в государственной собственности субъектов Российской Федерации или в муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», при применении положений статьи 3 Закона арбитражным судам следует иметь в виду, что субъект малого или среднего предпринимательства пользуется правом на приобретение только при условии, что он является арендатором по договору аренды недвижимого имущества (заключенному как с указанием срока аренды, так и на неопределенный срок), действующему на момент принятия соответствующим органом решения о приватизации данного имущества (в том числе и по договору аренды, действие которого возобновлено на неопределенный срок по правилам пункта 2 статьи 621 ГК РФ). Если на момент принятия решения о приватизации недвижимого имущества срок договора его аренды истек, но арендатор, несмотря на возражения со стороны арендодателя, не вернул имущество арендодателю, права на приобретение у него не возникает.

В рассматриваемом деле с главой КФХ ФИО1 договор аренды спорного имущества не заключался.

Ранее, 26.02.2020 между Администрацией (ссудодатель) и главой КФХ ФИО1 (ссудополучатель) был заключен договор № 2 о передаче муниципального имущества в безвозмездное пользование, по условиям которого ссудодатель передает, а ссудополучатель принимает в безвозмездное пользование муниципальное недвижимое имущество: нежилое здание с кадастровым номером 02:53:010201:268 общей площадью 1 390 кв.м, находящееся по адресу: Республика Башкортостан, <...>, для использования в целях сельскохозяйственного производства.

При этом, решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.08.2021 по делу № А07-33184/2020 были удовлетворены исковые требования Администрации об обязании главы КФХ ФИО1 освободить занимаемое нежилое здание с кадастровым номером 02:53:010202:268 общей площадью 1 390 кв. м с земельным участком с кадастровым номером 02:53:01201:296 по адресу: Республика Башкортостан, <...>.

Последующее уклонение главы КФХ ФИО1 от исполнения данного судебного акта по делу № А07-33184/2020, что и повлекло выставление Администрацией расчетов для оплаты за фактическое пользование муниципальным имуществом и произведение главой КФХ ФИО1 такой оплаты, вопреки доводам апеллянта, не привело к возникновению фактических договорных отношений аренды в период 2020 - 2024 гг. в отношении спорного имущества, поскольку в данный период истец действовал недобросовестно (статья 10 ГК РФ).

В силу изложенного, отсутствия договорных (арендных) отношений между Администрацией и главой КФХ ФИО1, последний не приобрел преимущественного права на приобретение арендуемого имущества на основании статьи 3 Закона № 159-ФЗ. Обозначенное апеллянтом обстоятельство наличия такого права не могло служить препятствием для проведения Администрацией оспариваемых торгов.

В отношении довода апеллянта о существенном нарушении порядка проведения торгов при наличии судебного акта об обеспечительных мерах в отношении спорного имущества апелляционный суд пришел к следующему.

В силу пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом.

Пунктом 2 статьи 174.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

В пункте 94 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» даны разъяснения о том, что по смыслу пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является действительной. Ее совершение не препятствует кредитору или иному управомоченному лицу в реализации прав, обеспечивающихся запретом, в частности, посредством подачи иска об обращении взыскания на такое имущество (пункт 5 статьи 334, 348, 349 ГК РФ).

В пункте 95 данного постановления отмечено, что в силу положений пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества. Само по себе размещение судебного акта в сети «Интернет» не означает, что приобретатель является недобросовестным.

В пункте 96 названного выше постановления также указано, что в случае отчуждения арестованного имущества лицу, которое не знало и не должно было знать об аресте этого имущества (добросовестному приобретателю), возникает основание для освобождения имущества от ареста независимо от того, совершена такая сделка до или после вступления в силу решения суда, которым удовлетворены требования кредитора или иного управомоченного лица, обеспечиваемые арестом (пункт 2 статьи 174.1, пункт 5 статьи 334, абзац второй пункта 1 статьи 352 ГК РФ).

Таким образом, законом предусмотрено, что сделка, заключенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом, наложенного в установленном законом порядке в пользу кредитора, влечет иные правовые последствия, не связанные с недействительностью сделки.

Следовательно, сам по себе факт проведения аукциона (процедура № 24000006710000000002-2), заключения по его результатам между Администрацией (продавец) и ИП ФИО3 (покупатель) договора купли-продажи муниципального имущества от 14.06.2024 № 5-ОНФ в период действия обеспечительных мер в виде запрета Администрации и иным лицам было запрещено совершать действия, направленные на отчуждение спорного объекта, принятых определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.05.2023 по делу № А07-11989/2023, не влечет недействительность совершенной сделки.

Доказательства того, что ИП ФИО3 знала или должна была знать о наличии указанного запрета, материалы дела не содержат.

Судом первой инстанции было установлено, что только после проведения открытого аукциона 14.06.2024 и вступления в силу судебного акта по делу № А07-11989/2023 истцом была внесена запись о запрещении регистрации сделок в отношении спорного имущества, что подтверждено выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 25.06.2024.

Апелляционный суд также отмечает, что меры по обеспечению иска, обеспечительные меры, меры предварительной защиты принимаются судом в целях предотвращения нарушения прав, свобод и законных интересов заявителя или неопределенного круга лиц, снижения негативного воздействия допущенных нарушений, создания условий для надлежащего исполнения судебного акта (глава 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, глава 8 АПК РФ, глава 7 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

По общему правилу, в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу. В случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта (частим 4, 5 статьи 90 АПК РФ).

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.05.2023 по делу № А07-11989/2023, были направлены на обеспечение имущественного интереса истца в получении спорного имущества.

Однако, поскольку на дату организации и проведения аукциона (процедура № 24000006710000000002-2), заключения договора купли-продажи муниципального имущества от 14.06.2024 № 5-ОНФ, решение Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу № А07-11989/2023 уже вступило в законную силу, в удовлетворении исковых требований главы КФХ ФИО1 было отказано, и суд кассационной инстанции подтвердил правомерность такого решения, апелляционный суд пришел к выводу, что, несмотря на формальное сохранение юридической силы обеспечительных мер,  глава КФХ ФИО1 утратил предмет обеспечения и имущественный интерес к их сохранению.

На основании вышеизложенного судом первой инстанции законно и обоснованной было отказано в удовлетворении всех заявленных главой КФХ ФИО1 требований.

Обстоятельства дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Апелляционная коллегия пришла к выводу, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.07.2025 по делу № А07-20455/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

А.С. Жернаков

Судьи:

А.Х. Камаев

А.Г. Манакова