Постановление от 2 декабря 2025 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4816/2025(3)-АК

Дело № А60-71277/2024
03 декабря 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 01 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 декабря 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Даниловой И.П., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ивановой К.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

в связи с неявкой лиц, участвующих в деле, аудиопротоколирование судебного заседания не ведется,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

арбитражного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 24 октября 2025 года

о прекращении производства по делу № А60-71277/2024 по заявлению ФИО2 о признании ФИО3 несостоятельной (банкротом); об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о взыскании процентов по вознаграждению арбитражного управляющего,

вынесенное в рамках дела № А60-71277/2024

о признании ФИО3 (ИНН <***>) несостоятельной (банкротом),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4,

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 16.12.2024 поступило заявление ФИО2 о признании ФИО3 (далее также - должник) несостоятельной (банкротом).

Определением от 09.01.2025 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу № А60-71277/2024 о банкротстве должника.

Определением от 07.05.2025 заявление ФИО2 о признании должника банкротом признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов должника, финансовым управляющим утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий), член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих "Эксперт", назначено судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего по результатам процедуры реструктуризации долгов на 27.08.2025.

06.08.2025 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление финансового управляющего о признании требований кредиторов, включенных в реестр, погашенными; прекращении производства по делу о банкротстве должника; перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области ФИО1 25 000 руб. единовременного вознаграждения за процедуру реструктуризации долгов; взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 353 893,15 руб., из которых: 346 829,23 руб. - процентное вознаграждение, 7 063,92 руб. - возмещение понесенных расходов; начислении процентов по ст. 395 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) с даты вступления в силу судебного акта по дату фактического исполнения.

26.08.2025 в арбитражный суд от должника поступило ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве № А60-71277/2024.

Определением от 27.08.2025 в порядке ст. 130 АПК РФ рассмотрение отчета финансового управляющего по результатам процедуры реструктуризации долгов и заявление финансового управляющего о прекращении процедуры банкротства объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В судебном заседании суда первой инстанции 08.09.2025 финансовый управляющий устно заявил ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором заявил о факте возмещения ему понесенных в процедуре расходов в сумме 7 063,92 руб., от требования об их взыскании отказался, поддержал ранее заявленные требования о прекращении производства по делу о банкротстве должника, перечислении ему с депозитного счета 25 000 руб. единовременного вознаграждения, взыскании с должника в его пользу 346 829,23 руб. процентного вознаграждения, начислении процентов по ст. 395 ГК РФ с даты вступления в силу судебного акта по дату фактического исполнения (уточнение принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением от 08.09.2025 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4

В судебном заседании 24.09.2025 от третьего лица поступило ходатайство о приобщении к материалам дела подписанного обязательства ФИО4 о передаче денежных средств в размере 1 300 000 руб. с целью погашения должником обязательств перед кредитором, которые могут возникнуть в результате удовлетворения судом требований кредитора об индексации присужденных денежных сумм.

Данный документ приобщен судом первой инстанции к материалам дела.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2025 производство по делу № А60-71277/2024 по заявлению ФИО2 о признании должника банкротом прекращено. Определено перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области ФИО1 25 000 руб. В удовлетворении заявления финансового управляющего о взыскании процентов по вознаграждению арбитражного управляющего отказано.

Арбитражный управляющий ФИО1, не согласившись с вынесенным определением в части отказа во взыскании процентного вознаграждения, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в данной части, взыскать с должника в пользу ФИО1 346 829,23 руб. процентного вознаграждения, проценты по ст.395 ГК РФ с даты вступления в силу судебного акта по дату фактического исполнения.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что выплата процентов по вознаграждению осуществляется в случае достижения предусмотренных законодательством о банкротстве целей процедуры; погашение требований третьим лицом, а не за счет конкурсной массы должника, само по себе не является основанием для отказа в установлении и выплате финансовому управляющему процентов по вознаграждению. Финансовым управляющим созданы для должника и заинтересованных к нему лиц условия, которые заставили принять меры к погашению задолженности до рассмотрения споров об оспаривании сделок. Только после того, как финансовый управляющий начал оспаривать сделки и устанавливать, кто конкретно получает денежные средства за аренду нежилого помещения должника (66:41:0204901:10372) от матери должника поступило заявление о намерении удовлетворить требования кредиторов, следовательно, именно действия ФИО1 привели к погашению реестра требований кредиторов – обязательств, которые возникли 9 лет назад; поскольку должник не раскрыл источник средств, за счет которых погасил требования кредиторов, с учетом того, что представитель должника представляет ее интересы по доверенности, удостоверенной по месту работы в ТСЖ «Бажова,53», где должник не является председателем, единственным источником денежных средств для погашения реестра может являться только ООО «СБМ-Система», учредителем которого является должник, то есть реестр был погашен за счет сокрытых активов и доходов самого должника. Должник сам обращался с заявлением о признании его банкротом и введении процедуры реализации имущества, то есть у должника не было намерений погашать свои обязательства, данные намерения возникли лишь после того, как финансовый управляющий начал выявлять сокрытые активы (доход) должника и оспаривать сделки. Судом не дана оценка недобросовестным действиям должника, конфликту между ФИО2 и должником, а также ФИО5 (сожитель должника), длящемуся на протяжении 9 лет, действиям должника, препятствующим погашению задолженности; ФИО5 и должником с помощью третьих лиц – ФИО6 и ФИО7 осуществлены действия (сделки) по сохранению залога на принадлежащий должнику автомобиль Porche 911 Carrera 4 Cabrio с целью избежать обращения на него взыскания, в связи с которыми кредитор на протяжении 9 лет не мог добиться погашения задолженности, поскольку должник ему всячески препятствовал; именно активные действия ФИО1 по формированию конкурсной массы сподвигли мать должника погасить требования кредитора.

21.11.2025 кредитор ФИО2 представил в апелляционный суд письменную позицию, указав, что именно благодаря активным действиям финансового управляющего достигнута цель возбуждения дела о банкротстве должника, должник активно уклонялся от погашения задолженности; управляющий оспаривал сделки должника, выявил схему сокрытия дохода должника от сдачи в аренду нежилого помещения, приобретенного у ФИО2 в 2016 году, по которой доход от аренды получает ООО «СБМ-Система», фактически безвозмездно переданное матери должника; отметив, что во избежание оспаривания сделки по отчуждению данного общества и взыскания денежных средств за аренду с 2021 года ФИО4 обратилась с заявлением о намерении удовлетворить требования кредиторов, при этом, после прекращения процедуры банкротства должник продолжает уклоняться от погашения задолженности.

Кроме того, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела копии письма о погашении задолженности, направленного в адрес ФИО4 и доказательство направления письма.

Указанное ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ч. 2 ст. 268, ст. 262 АПК РФ, к материалам дела приобщено письмо от 10.11.2025, скриншот о его направлении по электронной почте.

27.11.2025 от финансового управляющего поступили письменные объяснения, в которых он заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Данное ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ст. 156 АПК РФ.

28.11.2025 от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором должник просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указал, что управляющим совершены стандартные для процедуры действия, не требующие выплаты процентного вознаграждения. Поддерживает выводы суда первой инстанции.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, только в обжалуемой части (в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего о взыскании процентов по вознаграждению).

Как следует из материалов дела, определением от 07.05.2025 признано обоснованным заявление ФИО2 о признании должника банкротом, введена процедура реструктуризации долгов должника, утвержден финансовый управляющий.

Общая сумма задолженности перед кредитором ФИО2 на момент введения процедуры банкротства ФИО3 составляла 4712 246,42 руб.

Данная задолженность возникла из неисполнения должником обязательств по договору купли – продажи недвижимого имущества от 04.12.2016, подтверждена вступившим в законную силу заочным решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 25.10.2017 по делу № 2-3783/2017, определением Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 02.04.2019 по делу № 2-3783/2017, а также заочным решением Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 02.04.2019 по делу № 2-1580/2019.

В последующем, определением от 30.06.2025 в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди включены требования ФИО2 в размере 232 456,83 руб. процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 03.12.2024 о 28.04.2025.

Общий размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, составил 4 944 703,25 руб. (4 712 246,42 + 232 456,83 руб.).

Определением от 07.05.2025 с должника в пользу ФИО2 взыскана государственная пошлина в размере 10 000 руб., которая подлежит учету в порядке п. 3 ст. 137 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

17.06.2025 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО4 о намерении погасить требования кредиторов должника в размере 4 954 703,25 руб.

Определением от 21.07.2025 заявление ФИО4 о намерении погасить в полном объеме требования кредиторов должника удовлетворено.

Ссылаясь на то, что 22.07.2025 на счет должника от ФИО4 поступили денежные средства для погашения требований кредиторов, в этот же день требования кредиторов были погашены в полном объеме; финансовый управляющий внес существенный вклад в формирование конкурсной массы, и именно его активные и оперативные действия способствовали погашению требований кредиторов; только после того, как финансовый управляющий начал оспаривать сделки, от матери должника (с которой также оспаривалась сделка) поступило заявление о намерении удовлетворить требования кредиторов, следовательно, именно действия ФИО1 привели к погашению реестра требований кредиторов, обязательств, которые возникли более 10 лет назад, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании требований кредиторов, включенных в реестр, погашенными; прекращении производства по делу о банкротстве должника; перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области ФИО1 25 000 руб. единовременного вознаграждения за процедуру реструктуризации долгов; взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 346 829,23 руб. - процентного вознаграждения, начислении процентов по ст. 395 ГК РФ с даты вступления в силу судебного акта по дату фактического исполнения (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

26.08.2025 в арбитражный суд от должника поступило ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве № А60-71277/2024.

Прекращая производство по делу № А60-71277/2024 по заявлению ФИО2 о признании должника банкротом, суд первой инстанции исходил из того, что требования единственного кредитора, включенные в реестр требований кредиторов должника, погашены (абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве); нерассмотренные требования могут быть удовлетворены вне рамок дела о банкротстве; у должника в собственности имеются активы, достаточные для погашения требований кредиторов; положения ст. 57, 125 Закона о банкротстве не ставят принятие судом решения о прекращении производства по делу о банкротстве в зависимость от наличия у должника неисполненных требований кредиторов, не включенных в состав реестра.

Определяя перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области ФИО1 25 000 руб. единовременного вознаграждения за процедуру банкротства, суд первой инстанции исходил из того, что производство по делу о банкротстве прекращено (процедура прекращена), вознаграждение финансовому управляющему ФИО1 за процедуру реструктуризации долгов гражданина не выплачивалось.

Вопросы прекращения производства по делу о банкротстве, выплаты управляющему фиксированного вознаграждения не являются предметом апелляционного обжалования, соответствующих доводов апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции проверяется в пределах доводов апелляционной жалобы только в части отказа во взыскании с должника процентов по вознаграждению финансового управляющего.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего о взыскании процентов по вознаграждению, суд первой инстанции исходил из того, что реестр требований кредиторов погашен не за счет сформированной финансовым управляющим конкурсной массы, а третьим лицом ФИО4; ФИО1 совершены стандартные, ординарные для процедуры действия, которые не являются основанием для установления дополнительного стимулирующего вознаграждения; все обстоятельства, установленные финансовым управляющим относительно имущества должника, были раскрыты кредитором и самим должником при рассмотрении обоснованности заявленных кредитором требований, при обращении должника с заявлением о признании себя банкротом (представлены судебные акты, подтверждающие задолженность, в том числе перед ФИО2 и ФИО7); направление финансовым управляющим запросов в отношении имущества должника относится к обязанностям финансового управляющего, за которые предусмотрено фиксированное вознаграждение; принятие мер по наполнению конкурсной массы должника и возврату имущества, в том числе путем оспаривания сделок, является обязанностью финансового управляющего и само по себе не свидетельствует о возникновении у него права на выплату процентов по вознаграждению; заявление об оспаривании сделки находится в стадии рассмотрения, что не позволяет говорить о наличии результативных действий управляющего; отсутствуют доказательства того, что действия управляющего привели к увеличению конкурсной массы или иным положительным результатам для кредиторов; учитывая пояснения матери должника о намерении восстановить платежеспособность дочери, имеются самостоятельные, не связанные с действиями управляющего, причины для погашения задолженности; финансовым управляющим не представлено доказательств того, что его деятельность каким-либо образом способствовала прекращению производства по делу о банкротстве.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) определения Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2025 в обжалуемой части связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

На основании п. 3 ст. 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Пунктами 1 - 3 ст. 20.6 Закона о банкротстве определено, что арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

Размер фиксированной суммы такого вознаграждения составляет для финансового управляющего – 25 000 руб. единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В силу п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" (далее - Постановление N 97) согласно пунктам 1 и 3 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, которое состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. Требования о выплате как фиксированной суммы, так и суммы процентов относятся к текущим платежам первой очереди (абзац второй пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве) в любой процедуре банкротства независимо от того, за какую процедуру начислено вознаграждение.

Фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура (п. 3 ст. 213.9 Закона о банкротстве).

В силу п. 4 ст. 213.9 Закона о банкротстве выплата фиксированной суммы вознаграждения финансовому управляющему осуществляется за счет средств гражданина, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Выплата суммы процентов, установленных статьей 20.6 настоящего Федерального закона, осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате исполнения плана реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В силу п. 9 ст. 20.6 Закона о банкротстве в случае, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего выплачивается ему в течение десяти календарных дней с даты завершения процедуры, которая применяется в деле о банкротстве и для проведения которой был утвержден арбитражный управляющий.

Сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации его долгов составляет семь процентов размера удовлетворенных требований кредиторов (п. 17 ст. 20.6 Закона о банкротстве).

Как следует из заявления арбитражного управляющего ФИО1, являющегося финансовым управляющим должника, он просил взыскать с должника в его пользу 346 829,23 руб. процентного вознаграждения, равного 7% от суммы удовлетворенных требований реестра требований кредиторов должника - 4 954 703,25 руб. (4 954 703,25* 0,07); начислить проценты по ст.395 ГК РФ с даты вступления в силу судебного акта по дату фактического исполнения.

Из материалов дела следует, что производство по настоящему делу о банкротстве прекращено на основании абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве ввиду погашения третьим лицом ФИО4 (мать должника) требований единственного кредитора – ФИО2, включённого в реестр требований кредиторов должника, на основании определения от 21.07.2025 об удовлетворении заявления ФИО4 о намерении погасить в полном объеме требования кредиторов должника.

Кроме того, в судебном заседании 24.09.2025 к материалам дела приобщено подписанное обязательство ФИО4 о передаче денежных средств в размере 1 300 000 руб. с целью погашения должником обязательств перед кредитором, которые могут возникнуть в результате удовлетворения судом требований кредитора об индексации присужденных денежных сумм.

Также судом было установлено, что в собственности должника имеются активы, достаточные для погашения требований кредиторов, в том числе нерассмотренных требований ФИО2

Прекращая производство по делу, несмотря на наличие нерассмотренных требований ФИО2, о включении в реестр которых он обратился в арбитражный суд 24.06.2025 и 30.06.2025, учитывая, что требование кредитора в размере 971 091 руб., не получившее судебной оценки в рамках настоящего дела, заявлено ФИО2 в Октябрьском районном суде г.Екатеринбурга (дело № 2-3971/2025), в настоящее время дело № 2-3971/2025 не рассмотрено, суд первой инстанции указал, что положения ст. 57, 125 Закона о банкротстве не ставят принятие судом решения о прекращении производства по делу о банкротстве в зависимость от наличия у должника неисполненных требований кредиторов, не включенных в состав реестра; в силу абз. 7 п. 1 ст.57 Закона о банкротстве для прекращения производства по делу необходимо установить факт удовлетворения требований кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр; нерассмотренные требования могут быть удовлетворены вне рамок дела о банкротстве.

С учетом изложенного, установив, что требования, включенные в реестр, погашены, суд первой инстанции прекратил производство по делу о банкротстве должника на основании абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве.

Таким образом, реестр требований кредиторов в сумме 4 954 703,25 руб. погашен не за счет сформированной финансовым управляющим конкурсной массы, а третьим лицом ФИО4 в результате удовлетворения арбитражным судом ее заявления о намерении погасить требования кредиторов включенные в реестр.

Согласно п. 8 Постановления № 97 в случае прекращения производства по делу о банкротстве (пункт 1 статьи 57 Закона о банкротстве), в том числе в связи с исполнением обязательств должника третьим лицом (статьи 113 и 125 того же Закона), проценты по вознаграждению за процедуру банкротства, в ходе которой было прекращено производство, не выплачиваются, за исключением случаев восстановления платежеспособности должника в ходе финансового оздоровления или внешнего управления. В исключительных случаях, если арбитражный управляющий докажет, что он внес существенный вклад в достижение целей соответствующей процедуры банкротства (например, в результате его деятельности существенно увеличилась стоимость чистых активов должника), суд вправе увеличить размер фиксированной части его вознаграждения применительно к пункту 5 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

По общему правилу проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода, поэтому погашение требований уполномоченного органа, кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения (п. 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства. Поэтому возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина. При представлении должником доказательств, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей реабилитационной процедуры банкротства, препятствовал выработке экономически обоснованного плана реструктуризации, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 N 305-ЭС21-9813 по делу N А41-36090/2017).

Сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего, с одной стороны, должна соответствовать своей природе стимулирующего вознаграждения, обеспечивающего максимальную заинтересованность управляющего в результативности соответствующих мероприятий по реализации имущества или взыскании задолженности с дебиторов гражданина-должника, а, с другой стороны, являться компенсацией финансовому управляющему за труд при личном его участии в таких мероприятиях или при его активном содействии должнику-гражданину в осуществлении этих мероприятий по формированию конкурсной массы, с учетом разъяснений, сформулированных в пункте 5 Постановления N 97.

Как следует из пояснений финансового управляющего, им были предприняты действия, в результате которых третье лицо погасило реестр требований кредиторов в полном объеме, что явилось основанием для прекращения дела о банкротстве.

Возражая, ФИО4 ссылается на то, что она ранее не имела сведений о наличии задолженности у ФИО3 перед какими – либо лицами, узнала о наличии у дочери долговых обязательств только после возбуждения процедуры банкротства, в связи с чем и выступила с заявлением о намерении погасить требования кредиторов, включенных в реестр. Указывает, что целью погашения задолженности в рамках настоящего дела является помощь своей дочери в освобождении от бремени должника, а также в предотвращении возможных правовых последствий в случае признании дочери банкротом.

Оценив объем выполненных финансовым управляющим действий в процедуре банкротства, суд первой инстанции установил, что ФИО1 совершены стандартные, ординарные для процедуры действия, которые не являются основанием для установления дополнительного стимулирующего вознаграждения.

С указанным выводом суд апелляционной инстанции с учетом обстоятельств спора соглашается.

Арбитражным управляющим не подтверждено совершение им исключительных действий, способствовавших прекращению производства по делу о банкротстве.

Судом установлено, что все обстоятельства, установленные финансовым управляющим относительно имущества должника, были раскрыты кредитором и самим должником при рассмотрении обоснованности заявленных кредитором требований, при обращении должника с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) (были представлены судебные акты, подтверждающие задолженность, в том числе перед ФИО2 и ФИО7).

Направление финансовым управляющим соответствующих запросов в отношении имущества, принадлежащего должнику, относится к обязанностям финансового управляющего, за которые предусмотрено фиксированное вознаграждение.

При рассмотрении спора в первой инстанции финансовый управляющий указал, что погашению требований должника способствовало принятие им мер по оспариванию сделки должника.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указал, что им были созданы для должника и заинтересованных к нему лиц условия, которые заставили принять меры к погашению задолженности до рассмотрения споров об оспаривании сделок. При этом, в обоснование данного довода он сослался на то, что 22.05.2025 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по продаже доли в уставном капитале ООО «СБМ-Система», участником (по 25.06.2021) и директором (с 13.05.2014 по 08.05.2019) которого являлся должник, ФИО4 за 10 000 руб. при том, что чистая прибыть Общества за 2021 год составила 3 563 тыс. руб., что в 365,3 раз больше, чем цена продажи Общества; данная сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Между тем, суд первой инстанции справедливо отметил, что принятие мер по наполнению конкурсной массы должника и возврату имущества, в том числе путем оспаривания сделок должника является обязанностью финансового управляющего (п. 2 ст. 20.3, п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве) и само по себе не свидетельствует о возникновении у арбитражного управляющего права на выплату процентов по вознаграждению.

Оспаривание сделок является обычной обязанностью финансового управляющего в случае выявления оснований для оспаривания сделки.

При этом, судом первой инстанции верно учтено, что на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции заявление об оспаривании сделки находилось на стадии рассмотрения, что не позволяло говорить о наличии результативных действий управляющего, которые могли бы послужить основанием для выплаты дополнительного вознаграждения.

Таким образом, доказательства того, что действия управляющего привели к увеличению конкурсной массы или иным положительным результатам для кредиторов, отсутствуют.

Учитывая пояснения ФИО4, являющейся матерью должника, о намерении восстановить платежеспособность дочери, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии самостоятельных, не связанных с действиями управляющего, причин для погашения задолженности.

Таким образом, причинно-следственная связь между оспариванием сделки и погашением реестра не доказана, что исключает возможность признания действий управляющего результативными в контексте увеличения конкурсной массы или иных положительных последствий для кредиторов.

При изложенных обстоятельствах, учитывая наличие самостоятельных мотивов погашения задолженности, принимая во внимание, что все осуществленные управляющим действия являлись его прямыми обязанностями в рамках процедуры банкротства и не выходили за пределы стандартного функционала, предусмотренного законодательством о банкротстве, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для выплаты процентного вознаграждения финансовому управляющему.

В апелляционной жалобе управляющий сослался на то, что выплата процентов по вознаграждению осуществляется в случае достижения предусмотренных законодательством о банкротстве целей процедуры.

Вместе с тем, как ранее было указано, погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2023 N 306-ЭС21-13461(4) по делу N А12-43663/2019, к мероприятиям, включенным Законом о банкротстве в обязанности арбитражного управляющего, относятся: принятие имущества должника, проведение его инвентаризации и оценки; принятие мер, направленных на обеспечение сохранности данного имущества и его эффективное использование до момента реализации; выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (в том числе посредством оспаривания сделок с предпочтением и подозрительных сделок, истребования имущества из чужого незаконного владения и т.п.); взыскание дебиторской задолженности; формирование и ведение реестра требований кредиторов, подача возражений относительно требований кредиторов, необоснованно предъявленных к должнику; организация и проведение торгов по реализации имущества должника; погашение требований кредиторов (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2023 N 306-ЭС20-12147(14), N 306-ЭС20-14681(13))

За надлежащее выполнение всех мероприятий управляющий применительно к пункту 1 статьи 781 ГК РФ вправе получить как фиксированное, так и процентное вознаграждение в полном размере, указанном в пунктах 3, 3.1 и 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве.

Управляющий, оказавший лишь часть услуг из тех, что предусмотрены Законом о банкротстве, по причинам объективного (например, отсутствие необходимости в проведении тех или иных мероприятий) или субъективного характера (например, выполнение ряда мероприятий кредитором), не вправе рассчитывать на получение полной (максимальной) выплаты.

В настоящем случае судом не установлено, что финансовый управляющий совершил действия, выходящие за пределы обычной деятельности финансового управляющего, оплата которой предусмотрена законодателем в виде фиксированного вознаграждения; реализация имущества должника в процедуре банкротства не производилась.

Помимо этого, в материалы дела не представлены доказательства наличия у финансового управляющего ФИО1 объема работы, отличающегося от обычно выполняемой работы, либо доказательства, свидетельствующие о ее особой сложности, при том, что он осуществлял регулируемую Законом о банкротстве профессиональную деятельность.

Действительно, погашение требований третьим лицом, а не за счет конкурсной массы должника, само по себе не является основанием для отказа в установлении и выплате финансовому управляющему процентов по вознаграждению.

Между тем, то обстоятельство, что именно действия финансового управляющего повлекли принятие должником мер по погашению задолженности через третье лицо, учитывая, что у третьего лица имелась самостоятельная цель погасить требования единственного кредитора, достоверно не установлено.

Таким образом, поскольку финансовым управляющим не доказано, что именно его деятельность способствовала прекращению производства по делу о банкротстве, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований финансового управляющего об установлении ему процентного вознаграждения, о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами.

Довод апеллянта о том, что только после того, как финансовый управляющий начал оспаривать сделки и устанавливать, кто конкретно получает денежные средства за аренду нежилого помещения должника (66:41:0204901:10372) от матери должника поступило заявление о намерении удовлетворить требования кредиторов, следовательно, именно действия ФИО1 привели к погашению реестра требований кредиторов – обязательств, которые возникли 9 лет назад, отклоняется, поскольку данные действия управляющего не имели исключительного характера и достоверно не влекли удовлетворение требований кредиторов до оспаривания сделок. Прямая причинно-следственная связь между указанными действиями и погашением требований кредиторов в данном случае не прослеживается.

Ссылка апеллянта на то, что поскольку должник не раскрыл источник средств, за счет которых погасил требования кредиторов, с учетом того, что представитель должника представляет ее интересы по доверенности, удостоверенной по месту работы в ТСЖ «Бажова,53», где должник не является председателем, единственным источником денежных средств для погашения реестра может являться только ООО «СБМ-Система», учредителем которого является должник, то есть реестр был погашен за счет сокрытых активов и доходов самого должника, отклоняется, поскольку эти обстоятельства на данный момент достоверно не установлены и не подтверждены, являются предположительными. Кроме того, Закон о банкротстве не предъявляет требований к третьим лицам раскрывать источник происхождения денежных средств, за счет которых погашаются требования кредиторов.

Ссылка апеллянта на то, что должник сам обращался с заявлением о признании его банкротом и введении процедуры реализации имущества, то есть у должника не было намерений погашать свои обязательства, данные намерения возникли лишь после того, как финансовый управляющий начал выявлять сокрытые активы (доход) должника и оспаривать сделки, отклоняется.

Закон о банкротстве предусматривает возможность погашения требований кредиторов должника третьим лицом в ходе самих процедур банкротства. Указанное право может быть реализовано в любое время в ходе процедур банкротства. Данной возможностью третье лицо, в данном случае мать должника, воспользовалось. Каких-либо препятствий к произведению погашения, злоупотребления при совершении данных действий третьим лицом не установлено.

Вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 21.07.2025 заявление ФИО4 о намерении погасить в полном объеме требования кредиторов к должнику удовлетворено (ч. 2 ст. 69 АПК РФ). При этом, суд указал, что правовые основания для отказа в удовлетворении заявления о намерении погасить требования кредиторов судом не установлены. Закон о банкротстве не содержит норм, запрещающих рассмотрение заявления о намерении погасить требования кредиторов в случае наличия ранее поданных и не рассмотренных по существу требований кредиторов о включении денежной суммы в реестр требований кредиторов должника. В действиях ФИО4 признаков злоупотребления правом судом не установлено, иного не доказано (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, обращение должника с заявлением о признании себя банкротом не является условием, исключающим возможность третьего лица погасить требования кредиторов, включенных в реестр.

Доводы апеллянта о том, что судом не дана оценка недобросовестным действиям должника, конфликту между ФИО2 и должником, а также ФИО5 (сожитель должника), длящемуся на протяжении 9 лет, действиям должника, препятствующим погашению задолженности; ФИО5 и должником с помощью третьих лиц – ФИО6 и ФИО7 осуществлены действия (сделки) по сохранению залога на принадлежащий должнику автомобиль Porche 911 Carrera 4 Cabrio с целью избежать обращения на него взыскания, в связи с которыми кредитор на протяжении 9 лет не мог добиться погашения задолженности, поскольку должник ему всячески препятствовал; именно активные действия ФИО1 по формированию конкурсной массы сподвигли мать должника погасить требования кредитора, отклоняются, поскольку в данном случае в целях решения вопроса об установлении/отказе в установлении процентного вознаграждения финансового управляющего само по себе недобросовестное поведение должника по уклонению от погашения задолженности правового значения не имеет, установлению подлежат исключительные, выходящие за рамки привычных, действия управляющего, послужившие успешному завершению процедуры банкротства с погашением требований кредиторов за счет проведения таких мероприятий финансовым управляющим.

В данном случае суд первой инстанции не усмотрел действий финансового управляющего, позволяющих установить процентное вознаграждение, поскольку объем мероприятий полностью охватывается обязанностями арбитражного управляющего, оплата выполнения которых осуществляется посредством фиксированного вознаграждения арбитражного управляющего.

Следовательно, применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора и природе процентов по вознаграждению финансового управляющего основания для выплаты соответствующих процентов финансовому управляющему ФИО1 отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 октября 2025 года по делу № А60-71277/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.В. Саликова


Судьи


И.П. Данилова


Т.Н. Устюгова