Постановление от 26 апреля 2019 г. по делу № А60-19648/2017

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-12618/2018-АК
г. Пермь
26 апреля 2019 года
Дело № А60-19648/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 апреля 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Васевой Е.Е., Зарифуллиной Л.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф.,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Кичеджи Павла Федоровича

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 12 февраля 2019 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего Кичеджи

П.Ф. о признании недействительным, незаключенным договора займа от 17.07.2017 между Верхоглядовым Игорем Павловичем и должником,

вынесенное судьей Веретенниковой С.Н. в рамках дела № А60-19648/2017

о признании несостоятельным (банкротом) Бугрова Вячеслава Анатольевича

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2017, после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления без движения, принято к производству заявление Лобочихина Евгения Константиновича (далее – Лобочихин Е.К.) о признании Бугрова Вячеслава


Анатольевича (далее – Бугров В.А., должник) несостоятельным (банкротом), производство по делу о банкротстве возбуждено.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2017 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Кичеджи Павел Федорович, члена Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица».

Публикация о введении в отношении должника конкурсного производства размещена в газете «КоммерсантЪ» от 07.10.2017 № 187.

24.09.2018 финансовый управляющий должника Кичеджи П.Ф. (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным (ничтожным) и незаключенным договора займа от 17.07.2017 между Верхоглядовым Игорем Павловичем (далее – Верхоглядов И.П., ответчик) и должником. В качестве правового основания заявленных требований финансовый управляющий ссылался на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.02.2019 (резолютивная часть объявлена 05.02.2019) в удовлетворении требований финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий Кичеджи П.Ф. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела; на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела; на недоказанность имеющих для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, и на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В апелляционной жалобы ее заявитель, с учетом дополнений к ней, указывает на то, что при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции не исследовался вопрос о наличии/отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) по иным, обозначенным финансовым управляющим в заявлении основаниям, а именно, по статьям 10, 168, 170 ГК РФ. Полагает, что в материалы дела не было представлено достаточных доказательств наличия у Верхоглядова И.П. (с учетом его доходов) финансовой возможности предоставить должнику заемные денежные средства. Указывает, что представленный ответчиком в материалы дела расходный кассовый ордер от 30.05.2017, подтверждающий получение денежных средства в сумме 520 597 руб. 88 коп. по завещательному распоряжению, не может быть принят в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего указанное обстоятельство, так как полученная ответчиком по данному документу сумма значительно меньше (почти на 40%) суммы, представленной должнику в качестве займа (860 000 руб.). Также указывает на


то, что в материалы дела не были представлены доказательства того, каким образом Бугров В.А. распорядился полученными в заем денежными средствами. Обращает внимание на то, что спорный заем от 17.07.2017 был представлен должнику через два месяца после возбуждения настоящего дела о банкротстве (при том, что размер указанной инициатором дела задолженности составлял 1 692 045 руб.) и за два месяца до принятия решение о признании должника несостоятельным (банкротом), при этом срок возврата займа был установлен до 17.08.2017. Поясняет, что аналогичный заем от 12.06.2017 на сумму 1 200 000 руб. 00 коп. со сроком возврата не позднее 10.08.2017, также оспариваемый финансовым управляющим, был предоставлен должнику Антоновым А.А., то есть через 27 дней после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) и за три месяца до признания его банкротом, при этом, представляется крайне сомнительным, что два физических лица уже после возбуждения в отношении Бугрова В.А. дела о банкротстве по заявлению кредитора предоставляют ему краткосрочные займы на крупные суммы, добросовестно ожидая возврата заемных денежных средств. Подобное поведение сторон, по мнению финансового управляющего, выходит за рамки разумного и экономически обоснованного поведения, то есть может быть квалифицировано как злоупотребление правом. В данном случае, по мнению финансового управляющего, намного более вероятным представляется совершение оспариваемых сделок с целью формирования искусственной текущей задолженности и, как следствие, нарушения прав и законных интересов кредиторов должника. С учетом изложенного, полагает, что в данном случае доказано наличие оснований признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 2 статья 61.2 Закона о банкротстве), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (статьи 10, 168, 170 ГК РФ). Также отмечает, что постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019 по настоящему делу № А60-19648/2017 признана недействительным абсолютно идентичная сделка должника – договор займа от 12.06.2017, заключенный между должником и Антоновым А.А.

Определением арбитражного суда апелляционной инстанции от 01.04.2019 в соответствии с абзацем 2 пункта 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по настоящему делу было отложено до 22.04.2019.

До начала судебного разбирательства от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании от 22.04.2019 в связи с нахождением судьи Мармазовой С.И. на основании пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена ее замена на судью Зарифуллину Л.М., о чем вынесено соответствующее определение от 22.04.2019. После замены судьи рассмотрение обособленного спора начато апелляционным судом с самого начала в составе председательствующего судьи Нилоговой Т.С., судей Васевой Е.Е., Зарифуллиной Л.М.


Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда не явились, в силу части 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 17.07.2017 между Верхоглядовым И.П. (Займодавец) и должником (Заемщик) был подписан договор займа с (далее – договор займа от 17.07.2017; л.д.22), по условиям которого Займодавец передает Заемщику в собственность денежные средства в размере 860 000 руб. 00 коп., а Заемщик обязуется возвратить указанную сумму с процентами за предоставление суммы займа в срок не позднее 17.08.2017.

Согласно пункту 2 указанного договора за предоставление займа Заемщик выплачивает Займодавцу проценты за пользование займом в размере 0,2% от суммы займа ежедневно. Проценты за пользование суммой займа выплачиваются Заемщиком в полном объеме единовременно вместе с возвратом суммы займа.

В соответствии с пунктом 4 договора займа от 17.07.2017 в случае просрочки возврата суммы займа Заемщик выплачивает Займодавцу пеню в размере 5% от суммы задолженности с учетом процентов за пользование суммой займа за каждый день просрочки.

В пункте 6 договора займа от 17.07.2017 стороны указали на то, что подписание настоящего договора фактически подтверждает получение заемщиком денежных средств в размере 860 000 руб. 00 коп. в полном объеме.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2017 на основании заявления Лобочихина Е.К. в отношении Бугрова В.А. было возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2017 в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Кичеджи П.Ф.

Полагая, что договор займа от 17.07.2017 является недействительным (ничтожным) и (или) незаключенными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьей 10, 168, 170 ГК РФ конкурсный управляющий Кичеджи П.Ф. обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

Рассмотрев спор, арбитражный суд первой инстанции не нашел оснований для признания сделки недействительной по указанным конкурсным управляющим основаниям. При этом суд исходил из того, что должник не оспаривал факт заключения договора займа, при знаков заинтересованности не установлено, принятие денежных средств подтверждает факт заключения договора займа и реальность предоставления денежных средств, доказательств совершения сделки в целях причинения вреда не имеется.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив


доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции подлежит отмене, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или статье 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст.10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п.3-5 ст.213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Поскольку оспариваемый договор займа заключен 17.07.2017, то есть после 01.10.2015, финансовый управляющий имел право оспорить данный договор по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из содержания заявления, в качестве одного из оснований для признания оспариваемой сделки недействительной финансовым управляющим были приведены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для признания спорного договора займа от 17.07.2017 незаключенным, не установив также наличия всей


совокупности условий для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда об отсутствии в данном случае оснований полагать, что оспариваемый договор займа является незаключенным. Вместе с тем, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая предмет спора и конкретные обстоятельства дела, не может согласиться с выводами суда первой инстанции относительно недоказанности финансовым управляющим условий для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статья 61.2 Закона о банкротстве, в силу следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности


были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзаце 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что


другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Заявление о признании Бугрова В.А. несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 16.05.2017. Оспариваемый договор займа заключен 17.07.2017, то есть после принятия заявления о признании должника банкротом, но до введения в отношении должника процедуры реализация имущества гражданина (дата оглашения резолютивной части решения – 25.09.2017).

Материалами дела подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед своими кредиторами, что подтверждается вступившими в законную силу определениями о включении требований кредиторов в реестр и, соответственно, решением о введении в отношении должника процедуры реализация имущества гражданина.

Исходя из доводов финансового управляющего, положенных в обоснование заявления и апелляционной жалобы, последний ставил под сомнение факт передачи денежных средств по договору займа, расценивая действия сторон, как направленные на формирование искусственной кредиторской задолженности с целью формирования искусственной текущей задолженности и, как следствие, нарушения прав и законных интересов кредиторов должника.

В силу пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно статьям 809, 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить сумму займа и выплатить проценты в соответствии с условиями, предусмотренными договором займа, при этом односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается в силу прямого указания статье 310 ГК РФ.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).


Квитанция к приходному ордеру, по сути, своей является распиской о получении заемщиком денежных средств по договору займа.

Как указывалось выше, в оспариваемом договоре займа от 17.07.2017 имеется указание на то, что подписание договора фактически подтверждает получение заемщиком денежных средств в размере 860 000 руб. 00 коп. в полном объеме.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточную и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.


Из материалов дела следует, что в подтверждение финансовой возможности предоставить должнику денежные средства Верхоглядовым И.П. в материалы дела был представлен приходный кассовый ордер от 30.05.2017 на сумму 520 597 руб. 88 коп. с указанием на выдачу денежных средств по завещательному распоряжению от 29.05.2017 серия 66 АА № 4346259 (л.д.24), заявления Верхоглядова И.П., Верхоглядовой Е.П., Верхоглядовой К.И. на имя председателя сельскохозяйственного потребительского кооператива «Урал- Арго» о принятии их в члены кооператива (л.д.48-50).

Изучив данные документы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для вывода о доказанности наличия у ответчика финансовой возможности предоставить денежный заем в сумме 860 000 руб. 00 коп.

Представленный ответчиком приходный кассовый ордер от 30.05.2017 на сумму 520 597 руб. 88 коп. не может быть принят судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку не является достоверным подтверждением того, что по состоянию на 17.07.2017 Верхоглядов И.П. располагал свободными денежными средствами в размере 860 000 руб. 00 коп. для предоставления их в заем, поскольку полученная им по завещательному распоряжению от 29.05.2017 серия 66 АА № 4346259 сумма значительно меньше (почти на 40%) суммы займа, указанной в оспариваемом договоре.

Заявления Верхоглядова И.П., Верхоглядовой Е.П., Верхоглядовой К.И. на имя председателя сельскохозяйственного потребительского кооператива «Урал- Арго» о принятии их в члены кооператива также не подтверждают, что у ответчика были дополнительные источники денежных средств, при использовании которых Верхоглядов И.П., при необходимости несения обычных расходов для обеспечения собственной жизнедеятельности и жизнедеятельности членов своей семьи, смог саккумулировать сумму свободных денежных средств 860 000 руб. для передачи их на условиях займа лицу, в отношении которого было возбуждено дело о несостоятельности.

Иные доказательства, с достоверностью свидетельствующих о наличии у Верхоглядова И.П. достаточных доходов для предоставления должнику займа (заработной платы, выручки от предпринимательской деятельности, от выплаты подлежащих налоговому декларированию дивидендов по акциям и долям участия в хозяйственных обществах, получения в порядке наследования, и др.) в размере, соответствующем сумме займа на момент заключения договора, не представлены.

Таким образом, учитывая отсутствие в материалах дела бесспорных документов, с необходимой достаточностью подтверждающих фактическую передачу Верхоглядовым И.П. должнику заемных денежных средств, принимая во внимание отсутствие доказательств наличия у ответчика финансовой возможности (с учетом его доходов) предоставить должнику в качестве займа денежные средства в сумме 860 000 руб. 00 коп., отсутствие сведений о том, как полученные средства были использованы должником Бугровым В.А., апелляционная коллегия не усматривает оснований для признания доказанным


факта выдачи Верхоглядовым И.П. должнику займа в сумме 860 000 руб. 00 коп., в связи с чем, приходит к закономерному выводу о том, что договор займа был заключен только для создания искусственной кредиторской задолженности, при чем текущего характера.

В рассматриваемой ситуации ответчиком были представлены доказательства, свидетельствующие только о формальном исполнении сделки – договора займа от 17.07.2017.

В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В результате совершения оспариваемой сделки кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в искусственном увеличении денежных обязательств должника и в уменьшении потенциальной конкурсной массы.

Кроме того, изучив Заявления Верхоглядова И.П., Верхоглядовой Е.П., Верхоглядовой К.И. на имя председателя сельскохозяйственного потребительского кооператива «Урал-Арго» о принятии их в члены кооператива, судебная коллегия признает заслуживающими внимания доводы финансового управляющего, не опровергнутых стороной ответчика, о том, что между должником и Верхоглядовым И.П. может быть заинтересованность, поскольку каждый из них имеет деловые отношения с братом другого. Так, руководителем сельскохозяйственного потребительского кооператива «Урал-Арго», на чье имя были адресованы заявления Верхоглядовых, является Бугров О.А. (по утверждению управляющего – брат должника), согласно информации по движению денежных средств, должником производились расходные операции в пользу Верхоглядова Д.П. (л.д.52-53).

Обращает на себя внимание также и поведение должника, который после возбуждения в отношении него дела о банкротстве заключает два краткосрочных договора займа на значительные для него суммы 1 200 000 руб. и 860 000 руб.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о подтвержденности материалами дела наличия всех условий для признания договора займа от 17.07.2017 недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу

При этом согласно пункту 3 названной статьи кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на


основании пункта 1 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и ГК РФ, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве)

Поскольку договор займа от 17.07.2017 признан недействительной сделкой, в данном случае последствиями признания его недействительным будет являться прекращение соответствующих обязательств должника перед ответчиком.

Принимая во внимание вышеизложенное, обжалованный судебный акт подлежит отмене с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявления финансового управляющего Кичеджи П.Ф., в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ).

В связи с удовлетворением апелляционной жалобы и отменой определения суда первой инстанции на Верхоглядова И.П. в порядке статьи 110 АПК РФ относятся судебные расходы по оплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 12 февраля 2019 года по делу № А60-19648/2017 отменить.

Признать недействительным договор займа от 17.07.2017, заключенный между Бугровым Вячеславом Анатольевичем и Верхоглядовым Игорем Павловичем.

Взыскать с Верхоглядова Игоря Павловича в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу заявления в размере 6 000 (Шесть тысяч) рублей и за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 (Три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.С. Нилогова

Судьи Е.Е. Васева

Л.М. Зарифуллина