Постановление от 19 марта 2021 г. по делу № А51-393/2020

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-393/2020
г. Владивосток
19 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 марта 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Гончаровой,

судей Н.Н. Анисимовой, Г.Н. Палагеша,

при ведении протокола до перерыва - секретарем судебного заседания А.А. Манукян, после перерыва - секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

Владивостокской таможни,

апелляционное производство № 05АП-946/2021

на решение от 08.06.2020

судьи Н.А. Беспаловой

по делу № А51-393/2020 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Авторай» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения от 08.12.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/061119/0230373,

при участии:

от Владивостокской таможни: ФИО2, по доверенности от 16.09.2020 сроком действия до 31.12.2021, диплом (регистрационный номер 2011/ОФ-07771 от 28.06.2011), удостоверение;

от ООО «Авторай»: после перерыва: ФИО3 по доверенности от 24.12.2019 сроком действия на 3 года, диплом (регистрационный номер 2000/ЮФ-732), паспорт.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Авторай» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) от 08.12.2019 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/061119/0230373 (далее – спорная ДТ). Также заявитель ходатайствовал о взыскании с таможни судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 08.06.2020 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, Владивостокская таможня обратилась в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда от 08.06.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование своей правовой позиции таможенный орган, со ссылкой на положения статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), приводит доводы о том, что проверка дополнительно предоставленных декларантом таможенных документов (в случае выпуска товара под обеспечение) должна быть завершена в течение 30 календарных дней с момента их предоставления. Настаивает на том, что по каждому запросу таможенного органа декларант должен представить один пакет документ единомоментно. В связи с этим полагает ошибочным вывод суда о том, что оспариваемое решение принято до истечения срока предоставления документов. Полагает, что декларантом не представлены документы об оплате товара, также как и мотивы их непредставления. Таким образом, поскольку заявленная в спорной ДТ стоимость товара является не подтвержденной, таможня обоснованно приняла решение о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2020 решение арбитражного суда от 08.06.2020 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 26.01.2021 постановление апелляционного суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Пятый арбитражный апелляционный суд. При этом суд кассационной инстанции указал на то, что при новом рассмотрении дела апелляционному суду следует полно и всесторонне исследовать доводы лиц, участвующих в деле, в том числе, с правильным применением разъяснений Постановления Пленума ВС РФ № 49, установить фактические обстоятельства относительно правильности либо неправильности заявленной декларантом таможенной стоимости.

ООО «Авторай», извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, о причине неявки не сообщило.

Поскольку представитель Владивостокской таможни не возражал против рассмотрения дела в отсутствие ООО «Авторай», суд, руководствуясь статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), провел судебное заседание в отсутствие неявившегося представителя ООО «Авторай».

Поступившие от Владивостокской таможни письменные пояснения к апелляционной жалобе приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

В судебном заседании представитель Владивостокской таможни поддержал доводы апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела. Решение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Суд, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, определил объявить перерыв в судебном заседании до 16.03.2021 до 14 часов 30 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

16.03.2021 после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда при участии представителей лиц, участвующих в деле.

Из материалов дела коллегия апелляционного суда установила следующее.

В ноябре 2019 во исполнение внешнеторгового контракта от 19.09.2019, заключенного между заявителем (покупатель) и иностранной компанией (продавец) на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки FOB QINGDAO были ввезен товар 8-ми наименований из Китая, общей суммой по счету 25 524 долларов США и с применением системы электронного декларирования задекларирован по ДТ № 10702070/061119/0230373 (далее – спорная ДТ).

Таможенная стоимость заявлена декларантом с применением основного метода определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», в подтверждение которой предоставил таможне сведения о контракте, коносаменте, паспорте сделки и иных документах, заявив их в графе 44 спорной ДТ и дополнению к ней.

В целях проверки полноты заявленных сведений и правомерности определения декларантом таможенной стоимости товара по спорной ДТ таможня решением от 07.11.2019 запросила документы и (или) сведения в срок до 15.11.2019, перечислив их перечень, также указав, что для выпуска товаров необходимо в срок до 16.11.2019 предоставить обеспечение по уплате таможенных пошлин, налогов и сообщив, что при выпуске товаров в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом, могут быть представлены после выпуска товаров в срок до 04.01.2020.

Во исполнение требований таможенного органа обществом до выпуска товаров посредством электронного обмена сообщениями 10.11.2019 направлен таможне ответ на указанное решение с целью выпуска товаров, а также 16.11.2019 предоставлены пояснения по запрашиваемым документам о том, что бухгалтерских документов о планируемой реализации партии товаров не имеется, так как договоры поставки не заключены, сообщив, что партия товаров является первой в рамках исполнения внешнеторгового контракта от 19.09.2019 б/н.

Товар выпущен таможней согласно заявленной таможенной процедуре 16.11.2019.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, 08.12.2019 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Полагая, что установив для общества сроки для предоставления документов с 7 по 16 ноября 2019 для выпуска товаров под обеспечение уплаты таможенных платежей и с 17 ноября 2019 по 04 января 2020 для реализации права для подтверждения заявленной таможенной стоимости, тем не менее таможней 08.12.2019 принято оспариваемое решение без предоставления обществу права реализовать возможность доказать заявленную таможенную стоимость по спорной ДТ, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, которое судом удовлетворено.

Повторно исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266 – 271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В статье 104 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары указываются сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 ТК ЕАЭС (подпункты 1, 4, 9, пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

На основании пунктов 9, 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС (пункт 15 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.

При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости) (Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 49).

Как следует из пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий: отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов.

На основании части 1 статьи 119 ТК ЕЭАС выпуск товаров должен быть завершен таможенным органом в течение 4 часов с момента регистрации таможенной декларации либо с момента наступления одного из обстоятельств, указанных в пункте 2 настоящей статьи, а в случаях, если таможенная декларация зарегистрирована менее чем за 4 часа до окончания времени работы таможенного органа либо одно из обстоятельств, указанных в пункте 2 настоящей статьи, наступило менее чем за 4 часа до окончания времени работы таможенного органа, - в течение 4 часов с момента начала времени работы этого таможенного органа, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

Выпуск товаров в силу части 3 статьи 119 ТК ЕАЭС должен быть завершен не позднее 1 рабочего дня, следующего за днем регистрации таможенной декларации либо за днем наступления одного из обстоятельств, указанных в пункте 2 настоящей статьи, если в течение времени, указанного в пункте 1 настоящей статьи, наступило в том числе следующее обстоятельство: таможенным органом в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 325 настоящего Кодекса запрошены документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) принято решение о проведении таможенного контроля в иных формах либо о применении мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля.

Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля.

Согласно пункту 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 указанной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС установлены сроки, в которые запрошенные в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС документы и (или) сведения либо объяснение причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, должны быть представлены декларантом.

В силу части 8 статьи 325 ТК ЕАЭС в случае, если запрошенные в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не представлены в сроки, установленные пунктом 7 настоящей статьи, и не соблюдено условие, предусмотренное статьей 121 настоящего Кодекса, таможенный орган отказывает в выпуске товаров в соответствии со статьей 125 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 9 статьи 325 ТК ЕАЭС, документы и (или) сведения, запрошенные в соответствии с пунктами 1 и 4 настоящей статьи, должны быть представлены лицами, у которых они запрошены, одним комплектом (одновременно) по каждому запросу. Одновременно с запрошенными таможенным органом документами и (или) сведениями лицами, у которых они запрошены, могут быть представлены иные документы и (или) сведения в целях подтверждения достоверности и полноты сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Как указано в пункте 13 статьи 325 ТК ЕАЭС, при выпуске товаров в соответствии со статьей 121 настоящего Кодекса проверка таможенных, иных документов и (или) сведений завершается после выпуска товаров в соответствии с пунктами 14 - 18 настоящей статьи.

В пункте 14 статьи 325 ТК ЕАЭС предусмотрено, что документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом и не представленные в срок, указанный в пункте 7 настоящей статьи, для завершения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений могут быть представлены декларантом после выпуска товаров в срок, не превышающий 60 календарных дней со дня регистрации таможенной декларации, за исключением случая, предусмотренного пунктом 2 статьи 314 настоящего Кодекса.

При этом проверка таможенных, иных документов и (или) сведений завершается таможенным органом не позднее 30 календарных дней со дня представления запрошенных документов и (или) сведений, а если такие документы и (или) сведения не представлены в срок, установленный абзацем первым настоящего пункта, - со дня истечения такого срока.

Из совокупного анализа вышеприведенных положений статей 119, 325 ТК ЕАЭС следует, что в целях соблюдения сроков выпуска товаров таможенный орган, запросивший в порядке пункта 4 статьи 325 ТК ЕАЭС дополнительные документы, должен завершить проверку таких документов в срок, не позднее 30 календарных дней со дня предоставления запрошенных документов.

При этом, в силу прямого указания закона (пункт 9 статьи 325 ТК ЕАЭС), запрошенные таможенным органом в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС документы, должны быть предоставлены лицом (в рассматриваемом случае – декларантом), одним комплектом (одновременно) по каждому запросу.

Материалами дела подтверждается, что Владивостокской таможней 07.11.2019 на основании пункта 4 статьи 325 ТК ЕАЭС у общества в ходе проверки ДТ № 10702070/061119/0230373 были запрошены документы и сведения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений.

В ответ на указанный запрос декларант ответом б/н от 10.11.2019 направил в таможню в целях подтверждения заявленной стоимости товаров дополнительные пояснения и сведения.

Кроме того, 16.11.2019 декларант повторно в ответ на вышеназванный запрос от 07.11.2019 направил пояснения в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Направление указанных пояснений от 10.11.2019, продублированных 16.11.2019, коллегия апелляционного суда расценивает как реализацию обществом своего права на предоставление документов и сведений, необходимых для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации № 10702070/061119/0230373.

При этом то обстоятельство, что выпуск товара был осуществлен под условие уплаты обеспечения (статья 121 ТК ЕАЭС) не свидетельствует о том, что декларант приобрел возможность многократного направления документов после выпуска товара под обеспечение вплоть до установленного в запросе срока 04.01.2020, поскольку, как указано судом ранее, в силу пункта 9 статьи 325 ТК ЕАЭС, документы по каждому запросу таможни предоставляются одним единым комплектом, и свое право на предоставление ответа уже было реализовано декларантом путем направления письма от 10.11.2019.

При таких условиях, коллегия не может признать обоснованным вывод суда о том, что оспариваемое решение принято таможней до истечения срока, установленного до 04.01.2020.

Оценивая оспариваемое обществом решение таможни от 08.12.2019 по существу, апелляционный суд отмечает следующее.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Как усматривается из материалов дела, в том числе, контракта от 19.09.2019, инвойса от 22.10.2019, стороны внешнеторговой сделки достигли договоренностей о поставке колес в сборке, а также шин грузовых и других товаров в количестве и по ценам, определяемым в спецификации на каждую поставку, заявленных к таможенному оформлению по ДТ № 10702070/061119/0230373.

В подтверждение применения первого метода определения таможенной стоимости, обществом представлен пакет необходимых документов, указанных в графе 44 ДТ. В ходе таможенного контроля с использованием систем управления рисками таможней были выявлены риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа.

Так, по данным ИСС «Малахит» в зоне деятельности ФТС России и РТУ в спорный период осуществлялся ввоз товаров, аналогичных спорным товарам №№ 2-8, при этом выявленные отклонения по ним составили по ФТС от 27,3% до 68,44%, и по РТУ от 28,32% до 68,88% соответственно в меньшую сторону.

Учитывая столь значительные отклонения, коллегия приходит к выводу о наличии у таможенного органа объективных сомнений в достоверности заявленных обществом сведений в правомерности применения первого метода таможенной оценки и наличии оснований для истребования дополнительных документов и сведений от декларанта.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49, согласно которой отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения (пункт 11 Постановления Пленума ВС РФ № 49). В связи с этим судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ№ 49).

Между тем, анализ представленных в материалы дела документов подтверждает, что декларант не воспользовался своим правом и не исполнил свою обязанность по подтверждению сведений о стоимости сделки: не представил таможенному органу документы, содержание которых (исходя из факта значительного отличия стоимости спорных товаров в сравнении со сведениями об аналогичных товарах, имеющихся в базах данных таможенных органов), могло бы устранить послужившие основанием для проведения дополнительной проверки сомнения в достоверности сведений о таможенной стоимости, заявленной в спорной декларации, и правомерности ее определения по цене сделки.

Исполняя указание кассационного суда в части установления фактических обстоятельств правильности/неправильности заявленной декларантом таможенной стоимости, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В контракте от 19.09.2019 стороны определили, что продавец продает, а покупатель покупает колеса в сборе, а также шины и иные товары в количестве и по ценам, определяемым в Спецификациях на каждую поставку (п. 1.1); количество, ассортимент, цена товара для каждой поставки согласуются путем переговоров и закрепляются в спецификации на поставку (п. 3.1).

При этом в контракте (п. 2.1) согласована лишь общая сумма контракта, которая составляет 400 000 долларов США.

В соответствии с требованиями статей 153, 161, части 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно условиям контракта от 19.09.2019 спецификация на поставку товара в рассматриваемом случае подлежала составлению по правилам совершения двусторонней сделки, позволяющей убедиться в волеизъявлении обеих ее сторон на приобретение определенного товара на определенных условиях с конкретной ценой.

Обстоятельства согласования условий поставки, в том числе в части стоимостных и количественных показателей на ассортиментном уровне, определение ее базиса в силу положений статьи 39 ТК ЕАЭС являются основополагающими для проверки соблюдения предусмотренных данной нормой условий применения основного метода таможенной оценки – метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Реализуя предусмотренное пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС право, таможенный орган 07.11.2019 запросил у декларанта в том числе банковские платежные документы об оплате товаров (п. 2 запроса), контракт со всеми дополнениями, приложениями, спецификациями (п. 9 запроса).

Между тем, ни в момент спорного декларирования 06.11.2019, ни при направлении 10.11.2019, 16.11.2019 ответа на запрос таможни обществом спецификация представлена не была.

При этом, в ходе судебного разбирательства общество представило в суд спецификацию № 1 от 22.10.2019, исходя из даты подписания которой коллегия суда приходит к выводу о том, что названный документ был в распоряжении общества как на дату спорного декларирования, так и на дату представления ответа на запрос таможни.

Доказательства наличия объективных причин, препятствовавших своевременному представлению декларантом спецификации до вынесения решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, суду не представлены.

В этой связи, представление обществом в суд спецификации № 1 от 22.10.2019 к контракту не может свидетельствовать о надлежащем выполнении декларантом обязанностей по определению условий поставки и оплаты товара согласно условиям контракта.

Делая указанный вывод, апелляционный суд руководствуется положениями пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ № 49, на основании которых судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа.

В частности, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости (пункт 15 статьи 325 Таможенного кодекса). Предоставляемые таможенным органом новые доказательства принимаются судом, если обоснованны объективные причины, препятствовавшие их своевременному получению до вынесения решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации.

Поскольку в отсутствие объективных причин, препятствующих предоставлению спецификации, указанная обязанность декларантом исполнена не была, коллегия суда приходит к выводу о том, что однозначное определенное условие количества, ассортиментного перечня товара, оплаты за спорный товар сторонами не согласовано, так как спецификация, как того требуют положения контракта, в представленном в таможню пакете документов отсутствовала.

Представление декларантом экспортной декларации не отменяет вышеуказанных выводов суда, поскольку экспортная декларация как документ, поданный непосредственно продавцом товара таможенному органу иностранного государства, не может иметь первостепенное значение перед двусторонне-согласованными сторонами документами, наличие которых прямо предусмотрено условия внешнеторгового контракта.

Кроме того, коллегия отмечает, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, в частности, если отсутствует информация об условиях оплаты товара (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Как установлено в контракте (п. 7.3) оплата производится покупателем на основании инвойса в соответствии с условиями, указанными в нем: 30% - в течение 7 дней после даты вступления в силу счета-проформы; 70% - в течение 15 дней после получения B/L копии.

Инвойс выставлен 22.10.2019, коносамент оформлен 26.10.2019, следовательно, с учетом установленного в п. 7.3 контракта срока, как на момент подачи спорной ДТ, так и на момент предоставления ответа на запрос таможни, общество должно было располагать документами об оплате.

Вместе с тем, в ответе от 10.11.2019 на запрос таможенного органа общество пояснило, что представить платежные документы по оплате декларируемой партии товара не может, так как была достигнута устная договоренность между сторонами об отсрочке уплаты на срок до 31.12.2019.

Доводы общества об отсрочке оплаты по устной договоренности с контрагентом не могут быть признаны состоятельными в отсутствие документальных доказательств указанного обстоятельства, учитывая что в силу п. 13.4 контракта все изменения и дополнения к контракту считаются действительными только при условии совершения их в письменной форме.

Таким образом, на запрос таможни общество по состоянию на 10.11.2019 прямо указало на невозможность представления платежных документов ввиду их отсутствия, в связи с чем коллегия не усматривает наличия у таможни обязанности для запроса дополнительных документов или сведений в порядке пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС.

Таким образом, на момент принятия оспариваемого решения у таможенного органа отсутствовали как документы, которые подтверждали согласование условий поставки, так и документы об оплате, либо иные доказательства, подтверждающие конклюдентные действия продавца и покупателя по поставке товара на согласованную сумму и его оплату.

В свою очередь, при рассмотрении дела общество в качестве доказательств оплаты спорной поставки представило в суд платежные поручения № 20 от 25.09.2019, № 24 от 24.10.2019, которыми, исходя из даты их составления, общество должно было обладать как на дату спорного декларирования 06.11.2019, так и на дату представления ответа от 10.11.2019 (в котором было указано на отсутствие названных документов).

В этой связи апелляционный суд приходит к выводу о том, что у общества имелась реальная возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости (пункт 11 Постановления Пленума ВС РФ № 49), которой декларант однако не воспользовался.

Таким образом, применительно к положениям пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ № 49, коллегия не усматривает оснований для принятия у общества новых доказательств по оплате спорной поставки.

Между тем, судебная коллегия отмечает безосновательность приведенного в решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ, замечания таможенного органа по поводу отсутствия в предоставленном счете по оплате международной перевозки от 01.10.2019 № 476 сведений о номере контейнера и номере коносамента, и не отражении вознаграждения экспедитору.

Как следует из материалов дела, в целях определения таможенной стоимости товаров на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС обществом, учитывая условие поставки FOB Циндао, были произведены дополнительные начисления на сумму понесенных транспортных расходов, величина которых подтверждена посредством предоставления таможне коносамента, договора международной перевозки от 12.03.2019 № VL-027/19, счета на оплату от 01.10.2019 № 476, совокупный анализ которых позволял соотнести их со спорной поставкой, учитывая маршрут следования, сторон контракта.

Доказательства того, что перевозчиком выставлялся отдельный счет на оплату соответствующих дополнительных услуг (вознаграждение), не оговоренных в заявке и по иной стоимости, не согласованной тарифами и ставками, а также того, что стоимость организации перевозчиком международной перевозки партии товара по спорной ДТ и фрахта занижена, материалы дела также не содержат.

Также подлежат отклонению доводы таможни, положенные в основание принятия оспариваемого решения, о не предоставлении декларантом прайс-листов, коммерческого предложения или публичной оферты, заказов продавца и изготовителя товара, поскольку существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ не подлежали согласованию в прайс-листе продавца или производителя товаров, коммерческом предложении.

Подводя итог изложенному, судебная коллегия отмечает, что ошибочность отдельных выводов таможни в целом не свидетельствует о незаконности принятого решения от 08.12.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ, поскольку документами, представленными в таможню, заявленная таможенная стоимость не была документально подтверждена обществом, так как не был доказан объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

По изложенному, коллегия находит обоснованным вывод таможни о том, что заявленная таможенная стоимость не была документально подтверждена обществом, поскольку не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости, что исключает возможность принятия таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

Проверяя соблюдение таможней принципа последовательного применения метода определения таможенной стоимости и сопоставимость примененной при корректировке информации, суд установил, что третий метод определения таможенной стоимости выбран таможней последовательно, а примененные источники ценовой информации сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации и обществом не оспорены.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Учитывая недоказанность имеющих для дела обстоятельств, которые суд первой инстанции посчитал установленными, судебная коллегия на основании пункта 2 статьи 269, части 1 статьи 270 АПК РФ считает необходимым отменить решение арбитражного суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Соответственно апелляционная жалоба таможни подлежит удовлетворению.

Нарушения норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого решения, судом апелляционной инстанции не установлено.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения заявленных требований судебные расходы по уплате государственной пошлины по заявлению и по уплате услуг представителя на основании статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на общество.

Суд апелляционной инстанции не распределяет судебные расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы, поскольку таможенный орган на основании статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от ее уплаты.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 08.06.2020 по делу № А51-393/2020 отменить.

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

А.В. Гончарова

Судьи

Н.Н. Анисимова

Г.Н. Палагеша