Постановление от 17 сентября 2025 г. по делу № А38-1386/2022

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, <...>

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А38-1386/2022
город Владимир
18 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Полушкиной К.В., судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лариной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.05.2025 по делу № А38-1386/2022,

принятое по заявлению конкурсного кредитора ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 задолженности по денежным обязательствам по основному долгу в сумме 20 000 000 руб., процентам за пользование займом в размере 14 393 698,63 руб., всего в сумме 34 393 698,63 руб.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

по заявлению публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 31.03.2022 возбуждено производство по делу № А38-1386/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) после ее смерти.

Решением арбитражного суда от 21.11.2022 (резолютивная часть от 14.11.2022) ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Определением суда от 14.04.2023 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением суда от 30.06.2023 финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий).

В рамках дела о банкротстве ФИО3 в арбитражный суд с заявлением о включении требования в общем размере 34 393 698,63 руб. (основной долг –

20 000 000 руб., проценты за пользование займом –14 393 698,63 руб.), основанного на договоре займа от 10.10.2020, в реестр требований кредиторов должника обратился ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор, заявитель).

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 19.05.2025 (резолютивная часть от 13.05.2025) отказал кредитору во включении его требования в реестр требований кредиторов должника, сделав вывод о недоказанности реального существования между сторонами заемных правоотношений.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился

в Первый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и разрешить вопрос по существу.

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет» по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу указал на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта и несостоятельность доводов заявителя жалобы.

От представителя ФИО2 поступило ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы, мотивированное невозможностью явки в судебное заседание заявителя жалобы и его представителя.

Ходатайство об отложении судебного заседания рассмотрено апелляционным судом в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отклонено ввиду следующего.

В соответствии с частью 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

На основании пункта 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе, при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Названная норма не носит императивного характера, данный вопрос решается судом с учетом всех обстоятельств дела по своему внутреннему убеждению.

Исходя из указанной нормы права, отложение судебного заседания по ходатайству лица, участвующего в деле, является не обязанностью суда, а правом, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела, которое может быть реализовано при наличии к тому достаточных оснований. Вместе с тем данное право подлежит реализации с учетом прав лиц, участвующих в деле, в том числе, права на своевременное рассмотрение судом арбитражных споров.

Доводы, приведенные в ходатайстве об отложении, не свидетельствуют о наличии уважительных причин для отложения судебного разбирательства.

Невозможность явки представителя заявителя не представляется возможным отнести к числу уважительных причин для отложения судебного заседания, так как заявитель был вправе направить в суд иного представителя, наделив его соответствующими полномочиями, либо направить документы, подтверждающие обоснованность его доводов, по почте или иным способом. При этом апеллянт не заявил о наличии обстоятельств, свидетельствующих о невозможности рассмотрения апелляционной жалобы в его отсутствие. Из содержания ходатайства об отложении судебного заседания не следует, что представитель заявителя намеревался представить какие-либо конкретные дополнительные доказательства, которые не смог представить в суд первой инстанции, или дать новые пояснения, имеющие значение для дела.

Материалы дела располагают достаточным объемом доказательств, позволяющим рассмотреть спор по существу в отсутствие ФИО2 и его представителя, при этом отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства по делу.

Судом установлено, что определением арбитражного суда от 06.08.2025 по настоящему делу финансовый управляющий должника ФИО5 отстранен от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 Вместе с тем, отсутствие финансового управляющего не является препятствием для рассмотрения обоснованности требования кредитора.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе, публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов банкротного дела и установлено судом первой инстанции, 10.10.2020 между ФИО2 (займодавцем) и ФИО3 (заемщиком) заключен договор займа, в соответствии с условиями которого, займодавец передал заемщику денежные средства в сумме 20 000 000 руб. на срок 18 месяцев, а должник обязался возвратить сумму займа и уплатить проценты за пользование займом в размере 36 % годовых. В силу пункта 3.2 договора, проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно не позднее 10 числа каждого месяца равными суммами до дня возврата суммы займа.

Согласно пункту 5.2 договора, на момент его подписания обязательства займодавца по передаче суммы займа в размере 20 000 000 руб. выполнены.

Ненадлежащее исполнение должником обязательств по договору займа от 10.10.2020 послужило основанием для обращения ФИО2 в Арбитражный суд Республики Марий Эл суд с заявлением о включении его требований в общей

сумме 34 393 698,63 руб. (основной долг – 20 000 000 руб., проценты за пользование займом –14 393 698,63 руб.) в реестр требований кредиторов должника.

Повторно изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) определения суда первой инстанции по следующим мотивам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 100 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

Как указано в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (в редакции, действовавшей на момент подачи требования), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства

наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, требование о включении в реестр задолженности по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика введена процедура несостоятельности. Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Из представленных письменных документов и установленных по делу судом обстоятельств следует, что заявленные кредитором требования основаны на договоре займа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. При отсутствии иного соглашения проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно до дня возврата займа включительно (пункты 1, 3 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, намерения сторон по договору займа создать характерные для данной сделки правовые последствия обусловлены фактами передачи заимодавцем и получения заемщиком денежных средств, являющихся предметом договора займа.

Следовательно, наличие или отсутствие фактов передачи истцом, и получения ответчиком денежных средств, составляющих предмет названного договора займа,

являются обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного рассмотрения настоящего дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе, об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации. На заемщике лежит обязанность доказать факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа (вопрос 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом своего финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в документах, и невозврат их должником в установленный срок.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1), (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2) сформировал подход, в соответствии с которым при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем,

а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Между тем, при рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО2 не подтверждено наличие у него в спорный период денежных средств в размере, достаточном для предоставления суммы займа в долг должнику.

Судом первой инстанции исследованы дополнительные доказательства, предоставленные Управлением Федеральной налоговой службы России по Республике Марий Эл.

Установлено, что ФИО2 не зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, справки о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2020 год, налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2020 год в налоговый орган не представлялись.

В суде первой инстанции кредитор сослался на договор займа от 01.02.2020, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передал гражданину ФИО7 (заемщику) денежные средства 2 000 000 руб. на срок 9 месяцев, а заемщик обязался возвратить сумму займа и уплатить проценты на нее, а также расписку от 01.10.2020, согласно которой ФИО7 в качестве возврата заемных денежных средств и процентов за пользование займом передал ФИО2 2 480 000 руб.

Также кредитором в материалы дела представлен договор займа от 15.07.2020, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передал гражданину ФИО8 (заемщику) денежные средства 3 000 000 руб. на срок 2 месяца, а заемщик обязался возвратить сумму займа и уплатить проценты на нее, и расписка от 15.09.2020, согласно которой ФИО8 в качестве возврата заемных денежных средств и процентов за пользование займом передал ФИО2 3 180 000 руб.

Однако судом первой инстанции указанные доказательства были обоснованно отклонены со ссылкой на отсутствие документов, подтверждающих наличие у ФИО2 денежных средств для предоставления займов ФИО7 и ФИО8

Сведения о наличии у ФИО2 источника дохода в материалах дела отсутствуют, не представлены такие доказательства и в суд апелляционной инстанции.

ФИО2 также представлена расписка от 23.09.2020, подтверждающая получение кредитором денежных средств в размере 2 000 000 руб. от ФИО9 в виде беспроцентного займа на неопределенный срок. Вместе с тем, доказательств наличия у займодавца денежных средств в указанной сумме на момент выдачи займа ФИО2 в материалах дела не имеется. С ходатайством об истребовании указанных сведений от ФИО9 заявитель не обращался.

Ссылка кредитора на договор инвестирования от 07.10.2020, как доказательство получения ФИО2 денежных средств в сумме 9 000 000 руб. от ФИО10 (инвестора) также правомерно была отклонена судом первой инстанции.

Согласно условиям названного договора, инвестор передал инноватору (ФИО2) в собственность денежные средства в размере 9 000 000 руб. В силу пункта 1.2 договора, инвестиционные средства должны использоваться

инвестором на развитие бизнеса. ФИО2 обязан ежегодно уплачивать инвестору 50 % от суммы прибыли, полученной за счет использования инвестиционных средств; в случае, если ФИО2 не удалось извлечь прибыль от использования инвестиционных средств, полученные инноватором денежные средства являются займом и ФИО2 должен уплатить на данную сумму займа проценты в размере 12 % годовых (пункт 1.3 договора). Инвестиционные средства инвестор передает инноватору на срок до 07.10.2025 (пункт 2.1 договора). Пунктом 2.3 договора инвестирования установлено, что инноватор обязан обеспечить возможность осуществления инвестором контроля за целевым использованием инвестиционных средств путем предоставления инвестору ежеквартального письменного отчета о том, на какие цели были направлены инвестиционные средства. Ежеквартальный отчет должен быть представлен инвестору в срок не позднее 15 числа каждого месяца, следующего за отчетным.

Судом первой инстанции установлено, и не опровергнуто кредитором, что в 2020 году ФИО2 предпринимательскую деятельность не осуществлял, не являлся учредителем или руководителем каких-либо организаций, трудоустроен не был. То есть, полученные от инвестора денежные средства, вопреки пункту 1.2 договора инвестирования, не были направлены ФИО2 на развитие бизнеса.

При этом в материалах дела не имеется доказательств уплаты ФИО2 процентов в размере 12 % годовых от полученной суммы займа, обязанность по уплате которых прямо следует из пункта 1.3 договора.

Судом первой инстанции произведен расчет суммы процентов, подлежащих оплате ФИО2 по договору инвестирования от 07.10.2020 за период с 2020 по 2023 гг., сумма составила 3 481 942,97 руб. Сведения о том, за счет каких денежных средств производится (производилось, предполагалось) погашение кредитором указанной задолженности перед ФИО10 в материалах дела отсутствуют.

Не имеется в деле и доказательств предъявления ФИО10 претензий к ФИО2 ввиду ненадлежащего исполнения условий договора от 07.10.2020.

Принимая во внимание изъятие из оборота инвестора денежных средств в столь крупном размере и предоставления их ФИО2 на длительное время без контроля по их освоению (иного из материалов дела не следует), у суда апелляционной инстанции возникли сомнения в реальности заключения сторонами договора инвестирования и передачи ФИО2 денежных средств в заявленной сумме.

Кроме прочего, предоставление займа должнику при наличии у ФИО2 потребности в денежных средствах для ведения собственного бизнеса (согласно условиям договора инвестирования) не отвечает критерию разумного поведения.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности ФИО2 реальной финансовой возможности предоставить должнику спорный заем. Доказательств аккумулирования денежных средств в достаточном размере для предоставления займа в дату подписания спорного договора займа кредитором не предоставлено. Заявителем по делу не доказано наличие у него по состоянию на 10.10.2020 наличных денежных средств в сумме 20 000 000 руб.

Судебная коллегия вместе с тем отмечает, что «передача» ФИО2 должнику значительной суммы займа по договору осуществлена без какого-либо обеспечения. Рассчитывая получить исполнение обязательства от ФИО3, апеллянт не осуществил даже минимальный сбор сведений о финансовом состоянии заемщика (например, выписки из Единого государственного реестра недвижимости, сведений о доходах и пр.) в подтверждение возможности такого исполнения (иного из имеющихся в материалах дела документов не следует). Вместе с тем, выдача займа на столь крупную сумму, без указанных выше составляющих не является обычным действием для физического лица как участника гражданского оборота, так как предоставление в заем такой суммы, даже в условиях доверительных отношений должно сопровождаться составлением документов объективного характера, позволяющих достоверно подтвердить факт наличия между сторонами гражданско-правовых отношений.

Требований к ФИО3 (а впоследствии к ее наследникам) о возврате спорной суммы долга после наступления срока исполнения обязательства по договору от 10.10.2020, ФИО2 не предъявлял, с требованием об уплате ежемесячных процентов за пользование займом в соответствии с пунктом 3.2 договора займа, не обращался, каких-либо мер по защите своих нарушенных прав не предпринимал.

Возражая в отношении удовлетворения заявленных ФИО2 требований, ФИО6 отрицал факт подписания должником договора займа с ФИО2, полагая, что договор составлен гораздо позднее и распечатан на листе формата А4 с нанесенной подписью ФИО3, ранее похищенном из офиса должника.

ФИО6 пояснял, что в офисных помещениях ФИО3, расположенных по адресу: <...>, хранились пустые листы формата А4 с подписью ФИО3 для платежных поручений. В период с 25.08.2016 по 26.08.2016 неустановленное лицо проникло в офисные помещения должника, совершило кражу, в том числе, пустых листов формата А4 с подписью ФИО3

По ходатайству заинтересованного лица определением арбитражного суда от 19.05.2023 назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено эксперту Федерального бюджетного учреждения Российской Федерации «Федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации» ФИО11, на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: соответствует ли дата, проставленная на договоре займа от 10.10.2020, периоду его составления?; рукописные подписи на договоре займа от 10.10.2020 проставлены в период составления печатного текста договора или в иной период времени?; в какой хронологической последовательности были нанесены на договоре займа от 10.10.2020 печатный текст, подпись займодавца, подпись заемщика?; имеются ли признаки агрессивного термического, светового или химического воздействия на реквизиты договора займа от 10.10.2020 и бумагу, на которой он выполнен? В распоряжение эксперта представлен оригинал договора займа от 10.10.2020.

Согласно заключению от 27.11.2023 № 4014, 4048/07-3-13, экспертом ФИО11 сделаны следующие выводы:

1) установить, соответствует ли дата, проставленная на договоре займа от 10.10.2020, периоду его составления не представилось возможным;

2) установить, проставлены ли рукописные подписи на договоре займа от 10.10.2020 в период составления печатного текста договора или в иной период времени не представилось возможным;

3) реквизиты, имеющиеся на втором листе в договоре займа от 10.10.2020, были выполнены в следующей хронологической последовательности: вначале на пустом листе бумаги была выполнена подпись от имени заемщика ФИО3, затем был напечатан печатный текст документа, после чего была выполнена подпись от имени заимодавца ФИО2;

4) штрихи подписи от имени ФИО3 на договоре займа от 10.10.2020 и бумага лицевой стороны первого листа этого документа подвергались агрессивному термическому и/или световому воздействию.

Выражая несогласие с выводами эксперта, ФИО2 представил рецензионное заключение специалиста от 10.01.2024 № 1983, выполненное Некоммерческим партнерством «Саморегулируемая организация судебных экспертов». Специалистами партнерства сделаны выводы о допущении экспертом ФИО11 при составлении заключения от 27.11.2023 № 4014, 4048/07-3-13 процессуальных и методических нарушений, касающихся методики проведения данного вида экспертиз и исследований; исследовательская часть и выводы эксперта не являются полными, всесторонними и объективными в нарушение статей 8, 16, 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Между тем, несогласие с результатами экспертизы, выводами эксперта само по себе не означает недействительность заключения эксперта и не является основанием для проведения повторной (дополнительной) экспертизы. Экспертом ФИО11 сделаны выводы на основании «физического состояния» представленного на исследование документа, выводы сделаны с использованием утвержденной экспертным учреждением Методикой; в заключении отражены причины, по которым эксперт пришел к тем или иными выводам. Допустимых доказательств, порождающих сомнение в полноте, обоснованности и объективности выводов судебной экспертизы, апеллянтом не представлено, достоверность сведений, отраженных в заключение, не опровергнута. В письменных пояснениях эксперт ФИО11 дал ответы на все возражения, отраженные в рецензии.

При этом действующее процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает составление внесудебной рецензии на заключение судебной экспертизы. Само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения в рамках судебной экспертизы, поскольку такие заключения фактически представляют собой рецензию (мнение) относительно проведенной экспертизы иным субъектом экспертной деятельности, и которым не может придаваться безусловное приоритетное значение. Заказчиком рецензионного заключения выступило лицо, заинтересованное в исходе настоящего обособленного спора; названное заключение не является заключением эксперта в смысле статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Признавая заключение от 27.11.2023 № 4014, 4048/07-3-13 надлежащим доказательством, суд первой инстанции, проанализировав заключение эксперта,

с учетом сопоставления представленных письменных доказательств, пояснений участвующих в деле лиц, пришел к обоснованному выводу о том, что указанное заключение оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение изготовлено экспертом, имеющим соответствующее образование, специальность и стаж работы, необходимые для производства данного вида работ. Заключение содержит необходимые пояснения и фотографические материалы, указаны способы проведения экспертизы и оборудование, с помощью которого экспертиза произведена. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Оснований для иных выводов апелляционный суд не усматривает.

Относимых и допустимых доказательств того, что эксперт ФИО11 был заинтересован в разрешении спора не в пользу кредитора, в материалы дела не представлено. Доказательств, свидетельствующих о личной заинтересованности эксперта в исходе настоящего дела, наличия иных обстоятельств, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности, а также иных установленных законом оснований, не имеется.

При этом апелляционная коллегия отмечает, что заключение экспертизы представляет собой один из видов доказательств по делу (часть 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и оценивается арбитражным судом наряду с другими представленными сторонами доказательствами по правилам, установленным статьей 71 данного Кодекса. В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии в данном случае доказательств, бесспорно подтверждающих фактическую передачу денежных средств должнику в размере 20 000 000 руб., о недоказанности ФИО2 реальности заемных отношений, и, соответственно, об отсутствии правовых оснований для включения его требований в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно частям 1 и 2 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, специалистам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей. Денежные суммы, причитающиеся экспертам и свидетелям, выплачиваются с депозитного счета арбитражного суда.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», денежные

суммы, причитающиеся эксперту, согласно части 1 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выплачиваются после выполнения им своих обязанностей в связи с производством экспертизы, за исключением случаев применения части 6 статьи 110 Кодекса.

Перечисление денежных средств эксперту (экспертному учреждению, организации) производится с депозитного счета суда или за счет средств федерального бюджета финансовой службой суда на основании судебного акта, в резолютивной части которого судья указывает размер причитающихся эксперту денежных сумм. Суд выносит такой акт по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта.

Как следует из материалов обособленного спора, экспертное заключение от 27.11.2023 № 4014, 4048/07-3-13 приобщено судом первой инстанции к материалам дела. Суд оценил в судебном заседании представленное заключение, в том числе, его исследовательскую часть, выводы эксперта, наряду с другими доказательствами по делу, в результате чего пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 требований.

Придя к выводу о том, что поступление в материалы дела заключения эксперта является основанием для оплаты проведенного исследования, суд первой инстанции удовлетворил ходатайство о перечислении денежных средств за проведение экспертизы.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном взыскании с ФИО2 полной стоимости экспертизы с учетом выводов эксперта о невозможности дачи ответа на вопросы № 1 и № 2, подлежат отклонению.

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», если эксперт ответил не на все поставленные перед ним вопросы или провел исследование не в полном объеме в связи с тем, что выявилась невозможность дальнейшего производства экспертизы и подготовки заключения (например, объекты исследования непригодны или недостаточны для дачи заключения и эксперту отказано в их дополнении, отпала необходимость в продолжении проведения экспертизы), эксперту (экспертному учреждению, организации) оплачивается стоимость фактически проведенных им исследований с учетом представленного экспертом финансово-экономического обоснования расчета затрат.

Исходя из буквального толкования данных разъяснений, можно сделать вывод о том, что оплате не подлежит только такая экспертиза, которая содержит ответы не на все вопросы вследствие непроведения непосредственно экспертных действий.

В данном случае экспертом были проведены необходимые исследования, по результатам которых были сделаны соответствующие выводы.

Факт оказания услуги по проведению экспертного исследования подтвержден материалами дела, заключение принято судом и оценено наряду с иными доказательствами по делу, стоимость экспертизы составила 187 220,25 руб.

Счет на оплату расходов по проведению экспертизы экспертным учреждением был выставлен по факту выполнения работ. Экспертное учреждение с учетом объема выполненных работ оценило стоимость экспертизы в пределах заявленной предварительной стоимости, указанной экспертной организацией в информационном письме от 27.04.2023 № 7-3795. Так, предварительная стоимость производства

судебно-технической экспертизы документов в целях установления времени выполнения реквизитов документа (оттиска печати, подписей, печатного текста, нанесенного чернилами для струйной печати), соответствия / несоответствия времени выполнения реквизитов документа указанной дате; установления факта воздействия на документ при исследовании одного документа (вопрос № 4) составляет 83 209 руб.; установление последовательности выполнения реквизитов в документе (вопрос № 3), идентификационного исследования бумаги документа составляет 104 011,25 руб.

Возражений при согласовании стоимости судебной экспертизы апеллянт не представлял.

Основания полагать, что стоимость экспертизы с учетом проделанного объема работ не соответствует заявленной экспертной организацией сумме, отсутствуют.

ФИО2, не соглашаясь с предъявленной экспертом стоимостью проведения экспертизы, соответствующего расчета, который, по его мнению, является разумным, не представил.

Учитывая изложенное, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства в совокупности, подтверждающие необоснованность требований ФИО2, расходы по оплате экспертизы правомерно отнесены судом на заявителя.

Суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка. Указанная оценка суда первой инстанции признана судом апелляционной инстанции правомерной. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебного акта, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.05.2025 по делу № А38-1386/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу

ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья К.В. Полушкина

Судьи О.А. Волгина

С.Г. Кузьмина