Постановление от 27 февраля 2025 г. по делу № А70-2099/2017

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-2099/2017
28 февраля 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2025 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.

судей Аристовой Е.В., Дубок О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ауталиповой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  08АП-13359/2024) Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (конкурсный управляющий публичного акционерного общества «Татфондбанк»), (регистрационный номер 08АП-13360/2024) Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области, (регистрационный номер 08АП-13462/2024) Акционерного коммерческого банка «Пересвет» (публичное акционерное общество),

(регистрационный номер 08АП-13463/2024) ФИО1, (регистрационный номер 08АП-13464/2024) общества с ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания», (регистрационный номер 08АП-13465/2024) Правительства Удмуртской Республики, (регистрационный номер 08АП-13466/2024) конкурсного управляющего ФИО2, (регистрационный номер 08АП-13467/2024) Банка ВТБ (публичное акционерное общество) на определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 ноября 2024 года по делу № А70-2099/2017 (судья Сажина А.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника (вх.11345 от 03.02.2020), Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области (вх.113288 от 16.09.2020), публичного акционерного общества «Татфондбанк» (вх.135519 от 01.09.2021) о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при участии в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Банка ВТБ (публичное акционерное общество), ФИО1, общества с ограниченной ответственностью Совместное предприятие «Фоника», Правительства Удмуртской Республики, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мостострой-12» (ИНН <***>, ОГРН <***>),


при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

представителя ФИО3 - ФИО4 по доверенности № 77АД6509154 от 06.12.2024, сроком действия на три года;

представителей и.о. конкурсного управляющего АО «Волгомост» ФИО5 - ФИО6 по доверенности № 09/2024-08 от 10.09.2024, сроком действия один год; ФИО7 по доверенности № 09/2024-07 от 10.09.2024, сроком действия один год;

представителя ГК «АСВ» (конкурсный управляющий ПАО «Татфондбанк») - ФИО8 по доверенности № 16АА7209693 от 07.07.2022, сроком действия по 31.12.2025;

представителей ООО «РИК» - ФИО9 по доверенности № 12 от 14.01.2025, сроком действия один год; ФИО10 по доверенности № 30 от 06.09.2024, сроком действия один год; ФИО11 по доверенности № 8 от 09.01.2025, сроком действия один год; ФИО1 по доверенности № 10 от 09.01.2025, сроком действия один год; ФИО12 по доверенности № 13 от 28.01.2025, сроком действия один год; ФИО13 по доверенности № 38 от 05.12.2024, сроком действия до 31.12.2025; ФИО14 по доверенности № 32 от 14.10.2024, сроком действия три года; ФИО15 по доверенности № 32 от 14.10.2024, сроком действия три года;

заместителя начальника отдела Прокуратуры Тюменской области - ФИО16 на основании служебного удостоверения ТО № 336465 от 05.02.2024, действительно по 05.02.2028;

представителей Правительства Удмуртской Республики - ФИО17 по доверенности № 7-01-108/50 от 02.11.2024, сроком действия по 01.11.2027; ФИО18 по доверенности № 7-01-108/21 от 29.02.2024, сроком действия по 28.02.2027; ФИО19 по доверенности от 21.10.2024 № 7-01-108/48 сроком действия до 21.10.2027;

представителя Банка ВТБ (ПАО) - ФИО20 по доверенности № 350000/234-Д от 22.01.2024, сроком действия на пять лет;

представителя ИП ФИО21 - ФИО22 по доверенности № 107 от 10.07.2024, сроком действия один год;

представителей ФНС России - ФИО23 по доверенности № 20-30/004 от 15.01.2025, сроком действия по 14.01.2026); представителя ФИО24 (по доверенности № БВ-21-18/544 от 16.09.2024, сроком действия один год); ФИО25 по доверенности от 15.01.2025 № 20-30/003 сроком действия до 14.01.2026;

ФИО1 лично;

представителя ФИО1 - ФИО26 по доверенности № 77АД0119822 от 09.09.2022, сроком действия на три года;

представителей АКБ «Пересвет» (ПАО) - ФИО27 по доверенности № 85/19/1-24 от 21.05.2024, сроком действия по 20.05.2025; ФИО28 по доверенности № 75/19/1-24 от 23.04.2024, сроком действия по 21.04.2027; ФИО29 по доверенности № 02/19/1-25 от 09.01.2025, сроком действия по 31.12.2025;

представителей конкурсного управляющего ФИО2 - ФИО30 по доверенности б/н от 27.12.2024, сроком действия по 31.12.2025; ФИО31 по доверенности от 22.04.2024, сроком действия один год,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Мечел-Сервис» (далее – ООО «Мечел-Сервис», заявитель) обратилось 28.02.2017 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Мостострой-12» (далее – ООО «Мостострой-12», должник).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.03.2017 заявление принято, возбуждено производство по делу № А70-2099/2017, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления кредитора.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.06.2017 принят отказ ООО «Мечел-Сервис» и ООО «Фоника Авиа» (правопреемника по договору уступки права требования № 470217950027 от 13.03.2017) от заявления о признании ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом). Производство по заявлению прекращено.

Общество с ограниченной ответственностью «Передовые Строительные Технологии» (далее – ООО «ПСТ») обратилось 08.03.2017 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом), введении процедуры наблюдения, установлении требования в размере 506 161 руб. 83 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.03.2017 заявление ООО «ПСТ» принято как вступление в дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.06.2016 заявление ООО «ПСТ» назначено к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.08.2017 принят отказ ООО «Фоника Авиа» (правопреемника ООО «ПСТ» по договору уступки права требования) от заявления о признании ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом). Производство по заявлению прекращено.

09.03.2017 общество с ограниченной ответственностью «Л-Строй» (далее – ООО «Л-Строй») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением, в котором просит признать ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом); ввести процедуру наблюдения; утвердить временного управляющего из числа членов Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.03.2017 заявление ООО «Л-Строй» принято как вступление в дело о банкротстве ООО «Мостострой-12».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.07.2017 заявление ООО «Л-Строй» назначено к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.08.2017 заявление ООО «Л-Строй» о признании ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

В Арбитражный суд Тюменской области 16.03.2017 (посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» дата поступления 16.03.2017 в 00 час. 40 мин.) общество с ограниченной ответственностью «БашСтройТех» (далее – ООО «БашСтройТех») направило заявление о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мостострой-12».

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.04.2017 заявление ООО «БашСтройТех» принято как вступление в дело о банкротстве ООО «Мостострой-12».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.09.2017 заявление ООО «БашСтройТех» оставлено без рассмотрения.

Общество с ограниченной ответственностью «СвязьСтройСнаб» (далее – ООО «ССС») (посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от 16.03.2017 в 11 час. 26 мин.) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.09.2017 заявление ООО «ССС» оставлено без рассмотрения.

27.03.2017 в Арбитражный суд Тюменской области поступило заявление открытого акционерного общества «Порт Камбарка» (далее – ОАО «Порт Камбарка») о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Мостострой-12»; включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 15 286 130 руб. 61 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.03.2017 заявление принято в качестве заявления о вступлении в дело № А70-2099/2017.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 08.09.2017 назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления ОАО «Порт Камбарка» о признании ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом).

От общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Радиосвязь» поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве, замене АО «Порт Камбарка» на общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Радиосвязь» (далее – ООО «НПП «Радиосвязь»), поскольку 05.09.2017 указанными лицами был заключен договор № 1/09-Ц уступки прав требований. Представлены документы в обоснование данного заявления.

Далее в судебном заседании от ООО «НПП «Радиосвязь» поступило ходатайство об уточнении заявленных требований по делу №А70-2099/2017, в котором просит признать ООО «Мостострой-12» несостоятельным (банкротом), открыть конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.09.2017 произведено процессуальное правопреемство по делу № А70-2099/2017, указано считать ООО «НПП «Радиосвязь» правопреемником АО «Порт Камбарка» по денежному обязательству, подтвержденному решением Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу № А71-15026/2016 от 29.12.2016, оставленным без изменения постановлением от 14.03.2017 Семнадцатого арбитражного апелляционного суда.

Судебное заседание по проверке заявления ООО «НПП «Радиосвязь» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Мостострой-12» отложено на 18.10.2017.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.11.2017 (резолютивная часть объявлена 25.10.2017) ООО «Мостострой-12» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО32.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 210 от 11.11.2017.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.07.2018 ФИО32 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», конкурсным управляющим ООО «Мостострой-12» утвержден ФИО33.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.12.2019 арбитражный управляющий ФИО33 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», конкурсным управляющим ООО «Мостострой-12» утвержден ФИО34.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 27.01.2021 (резолютивная часть от 26.01.2021) ФИО34 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.03.2021 конкурсным управляющим ООО «Мостострой-12» утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, податель жалобы).

Акционерное общество «Волгомост» (далее – АО «Волгомост») обратилось 23.10.2019 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением (вх.121515) о привлечении ФИО35 (далее – ФИО35) к субсидиарной ответственности лиц по обязательствам ООО «Мостострой-12».

Конкурсный управляющий ФИО34 обратился 03.02.2020 в Арбитражный суд Тюменской области обратился с заявлением (вх.11345) о привлечении ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО35, общества с ограниченной ответственностью «Совместное предприятие «Фоника» (далее – ООО «СП «Фоника») к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.05.2020 заявления АО «Волгомост» (вх.121515) и конкурсного управляющего ФИО34 (вх. 11345) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Управление Федеральной налоговой службы по Тюменской области (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилось 16.09.2020 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением (вх.113288) о привлечении ФИО3, ФИО35, общества с ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания (далее – ООО «РИК», податель жалобы) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Публичное акционерное общество «Татфондбанк» (далее – ПАО «Татфондбанк») обратилось 01.09.2021 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением (вх.135519) с учетом уточнений от 10.01.2022) о привлечении ФИО35, ФИО3, ООО «РИК», Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (далее - Банк ВТБ (ПАО)) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.10.2021 объединено рассмотрение заявлений АО «Волгомост» (вх.121515), конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12» (вх.11345), ФНС России (вх.113288), ПАО «Татфондбанк» (вх.135519) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в удовлетворении ходатайства ООО «РИК» о приостановлении производства по заявлениям конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», АО «Волгомост», ФНС России, ПАО «Татфондбанк» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отказано.

Требования конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», АО «Волгомост», ФНС России, ПАО «Татфондбанк» удовлетворены частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12» солидарно привлечены ФИО3, ФИО35, ООО «РИК», ООО «СП «Фоника».

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Производство по заявлениям конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», АО «Волгомост», ФНС России, ПАО «Татфондбанк» в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО35, ООО «РИК», ООО «СП «Фоника» приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9025/2022) ООО «РИК» и (регистрационный номер 08АП-9027/2022) Банка ВТБ (ПАО) удовлетворены. Определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 изменено.

С учетом изменения третий и четвертый абзацы резолютивной части определения Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 изложены следующим образом.

Привлечь ФИО3, ФИО35, ООО «СП «Фоника» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Мостострой-12».

Производство по заявлениям конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», АО «Волгомост», ФНС России, ПАО «Татфондбанк» в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО35, ООО «СП «Фоника» приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В удовлетворении апелляционных жалоб (регистрационный номер 08АП-9026/2022) ФИО35, (регистрационный номер 08АП-9029/2022) ПАО «Татфондбанк», (регистрационный номер 08АП9030/2022) ФИО3 отказано. Определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в остальной части оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.11.2023 определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 отменены в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «РИК». В отмененной части обособленный спор отправлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области. В остальной части обжалуемые судебные акты оставлены без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

В ходе рассмотрения обособленного спора 14.11.2023 поступило ходатайство прокуратуры Тюменской области о вступлении в дело № А70-2099/2017.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.11.2023 назначено судебное заседание по рассмотрению заявлений конкурсного управляющего, кредитора и уполномоченного органа о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности после отмены судебного акта судом вышестоящей инстанции, к участию в деле привлечена прокуратура Тюменской области.

Определениями Арбитражного суда Тюменской области от 12.01.2024, 12.03.2024 к участию в рассмотрении заявлений в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Банк ВТБ (ПАО), ФИО1 (далее – ФИО1), ООО СП «Фоника», Правительство Удмуртской Республики.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.11.2024 (резолютивная часть от 14.11.2024) в удовлетворении ходатайства ООО «РИК» о прекращении производства по обособленному спору отказано.

Заявленные требования удовлетворены частично. С ООО «РИК» взысканы убытки в пользу ООО «Мостострой-12» в размере 1 891 685 557 руб. 22 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Также с ООО «РИК» в пользу ООО «Мостострой-12» взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. в связи с принятием обеспечительных мер по заявлению конкурсного управляющего.

Не согласившись с указанным судебным актом, Государственная корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (конкурсный управляющий ПАО «Татфондбанк») (далее – ГК «АСВ»), ФНС России, АКБ «Пересвет» (ПАО), ФИО1, ООО «РИК», Правительство Удмуртской Республики, конкурсный управляющий ФИО2, Банк ВТБ (ПАО) обратились с апелляционными жалобами.

ГК «АСВ» (конкурсный управляющий ПАО «Татфондбанк») в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое определение в отказной части отменить и принять новый судный акт, которым взыскать с ООО «РИК» в пользу ООО «Мостострой-12» дополнительно к ранее взысканным денежным средствам в размере 1 891 685 557 руб. 22 коп. убытки в размере 2 208 085 218 руб.

В обоснование жалобы указывает, что все денежные средства, перечисленные со счетов ООО «РИК» на счета ООО «Мостострой-12» за период с 2014 по 2016 годы, являются оплатой полученных ООО «РИК результатов подрядных работ, а не возвратом денежных средств, выведенных со счетов должника; позиция ответчика об обратном должна быть отклонена со ссылкой на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку является изменением позиции, занятой при рассмотрении дела № А71-16579/2021. Считает, что в случае признания судом платежей со счета ООО «РИК» на счет должника в указанный период в размере 2 208 085 218 руб. возвратом выведенных по транзитной цепочке денежных средств, задолженность ООО «РИК» по договору подряда от 18.03.2014 должна быть увеличена на указанную сумму и включена в размер причиненных должнику убытков.

ФНС России в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить в части отказа в привлечении ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указать в мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции на ничтожность договоров займа (соглашений о кредите акционеров) № 1, 2 от 18.06.2014, заключенных между ООО «РИК» и Компанией «Келстено Менеджмент Лимитед» в силу статей 10, 168, 170 ГК РФ, принять по делу новый судебный акт, которым привлечь ООО «РИК» солидарно с ФИО3, ФИО35 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановить рассмотрение уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «РИК» в части определения размера суммы взыскания до окончания расчетов с кредиторами.

В обоснование жалобы подателем указано, что ООО «РИК» фактически получило экономически необусловленную (без вложения в проект строительства объекта концессии 4 099 770 775 руб. 22 коп., подлежавших уплате ООО «Мостострой-12» за реально выполненный объект работы (12 465 271 тыс.руб.)) выгоду за счет должника, размер который уже составляет 7 868 млн.руб., следовательно вред, причиненный ООО «РИК» должнику, составляет 5 153 041 866 руб. 15 коп., в том числе 4 099 770 775 руб. 22 коп. – в результате системного недофинансирования проекта, 1 053 271 090 руб. 93 коп. – в результате неоплаты задолженности за счет искусственного создания встречных обязательств, предъявленных к сальдированию.

Считает, что суд первой инстанции не применил нормы права, подлежащие применению, а именно пункт 8 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 1064, 1080 ГК РФ, а также абзацы первый и второй пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53); акт экспертного исследования от 21.10.2024 № 6775/15-6-24, учтенный судом при определении размера убытков, является не относимыми и недопустимым доказательством в силу статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Банк ВТБ (ПАО) в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, перейти к рассмотрению обособленного спора по правилам рассмотрения дела в суде первой инстанции с применением части 6.1 статьи 268 АПК РФ и принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления ФНС России и ПАО «Татфондбанк» о привлечении ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника или взыскании убытков отказать.

Считает, что настоящий обособленный спор рассмотрен Арбитражным судом Тюменской области в незаконном составе, поскольку полагает, что судья Сажина А.В. ранее находилась в служебной зависимости от лица, участвующего в деле (прокуратура Тюменской области) и его представителя (ФИО36), что порождает обоснованные сомнения в ее независимости и беспристрастности. Ходатайство прокуратуры Тюменской области о вступлении в дело было удовлетворение судом без учета мнения лиц, участвующих в деле, к представителям указанного органа не предъявлялись требования о подтверждении их полномочий в суде.

По существу спора отмечает, что судом первой инстанции не учтены договоренности сторон по финансированию сторон, подтвержденные судебными актами (определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06.03.2021 по делу № А81-1827/2017). Также, по мнению апеллянта, расчет убытков, произведенный судом, содержит ряд арифметических ошибок, которые привели к необоснованному выводу о наличии на стороне должника убытков как таковых.

Конкурсный управляющий ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым привлечь ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности ООО «РИК» приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

По мнению конкурсного управляющего, выводы суда о том, что ООО «РИК» в период с 16.07.2014 по 18.02.2016 за счет средств должника возвращено на счета должника средства в общей сумме 2 208 085 218 являются неправомерными и противоречащими выводу суда, изложенному в абзаце первом на странице 52 обжалуемого определения. Установив существенность влияния действий (бездействие) ООО «РИК» на финансовое положение должника, факт причинения со стороны ООО «РИК» вреда должнику, суд неправомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Полагает, что вывод со счетов ООО «Мостострой-12» в пользу ООО «РИК» денежных средств в размере 4 099 770 775 руб. 37 коп., впоследствии использованных ООО «РИК» в качестве средств расчета по собственным обязательствам из договора подряда от 18.03.2014, недоплата ООО «РИК» по обязательствам из договора подряда от 18.03.2014 на сумму 1 053 271 090 руб. 93 коп. явилось тем существенным обстоятельством, которое повлекло банкротство ООО «Мостострой-12», невозможность продолжать хозяйственную деятельность и исполнить обязательства перед своими контрагентами; общий размер финансовых потерь должника составил не менее 5,2 млрд.руб., что составляет 98,6 % реестра требований кредиторов должника (основной долг).

АКБ «Пересвет» (ПАО) в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции в части отказа в привлечении ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника изменить, привлечь ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно с иными контролирующими лицами, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности ООО «РИК» приостановить до окончания расчетов с кредиторами. В случае квалификации ответственности ООО «РИК» по обязательствам должника в виде убытков просит изменить обжалуемое определение суда первой инстанции в части размера убытков, взыскав с ООО «РИК» в пользу должника убытки в размере 3 017 393 920 руб.

В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции неправильно определен размер причиненного ООО «Мостострой-12» и его кредиторам имущественного вреда, что, в свою очередь, привело к неверному определению судом вида ответственности ООО «РИК» по обязательствам ООО «Мостострой-12».

Полагает, что бесспорная сумма вреда, причиненного ООО «РИК» должнику и его кредиторам, в любом случае составляет сумму не ниже 3 017 393 920 руб., учитывая размер перечислений денежных средств должника посредством прямого транзита, а также транзита с использованием счета аффилированного по отношению к ООО «Мостострой-12» и ООО «РИК» третьего лица – ООО «ИК «Конкорд».

Правительство Удмуртской Республики в своей апелляционной жалобе со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 270 АПК РФ указало, что судом первой инстанции не были истребованы векселя и основания их выдачи, которые могли подтвердить довод ООО «РИК» о выводе активов руководителем ООО «Мостострой» из ООО «Мостострой» на сумму порядка 800 млн.руб., также судом не вызван в судебное заседание ФИО3 для личного участия в деле, установления правдивости его письменных объяснений, в том числе о природе выданных векселей и выводе активов из ООО «Мостострой».

ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении ходатайства ООО «РИК» о прекращении производства по данному спору и в части взыскания с ООО «РИК» убытков в пользу ООО «Мостострой-12» отменить и принять по делу новый судебный акт, которым производство по обособленному спору прекратить, либо отказать во взыскании с ООО «РИК» убытков в полном объеме. Также просит признать обязательной явку в судебное заседание Восьмого арбитражного апелляционного суда по данному спору ФИО3

В обоснование жалобы указывает, что суд первой инстанции не указал конкретную правовую норму, на основании которой с ООО «РИК» взысканы убытки, что не позволяет проверить правильность выводов суда об основаниях их взыскания и подачи таких заявлений в пределах сроков исковой давности. Указывает на невозможность взыскания кредиторских убытков по требованиям более поздних кредиторов и истечение объективной трехлетней давности по кредиторским убыткам. Отмечает, что судом первой инстанции не учтена реальная стоимость строительства в размере 9,8 млрд.руб., а также функции ФИО1 как реального бенефициара ООО «РИК» и ФИО3 как временного номинального собственника ООО «РИК».

В обоснование ходатайства о признании обязательной явки ФИО3 в судебное заседание суда апелляционной инстанции ссылается на противоречивость поведения последнего в рамках настоящего спора, осведомленности представителя последнего о фактах лишь со слов ФИО3, а также нежелании представителя ФИО3 отвечать на вопросы представителя ФИО1

ООО «РИК» в своей апелляционной жалобы просит обжалуемое определение суда первой инстанции в части взыскания с ООО «РИК» в пользу должника убытков в размере 1 891 685 557 руб. 22 коп. отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований о взыскании с ООО «РИК» убытков отказать в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает, что суд первой инстанции пришел к неправомерному выводу о том, что действия ООО «РИК» повлекли убытки для должника и допустил ошибки при определении порядка, размера и источника движения денежных средств, а именно: взысканные судом 1,89 млрд.руб. представляют собой средства третьих лиц, но не должника, в связи с чем должнику не могли быть причинены убытки в этой части. Допущенная судом ошибка в расчетах привела к тому, что в имущественную массу должника взыскано больше, чем у него выбыло; с ООО «РИК» взыскано больше, чем он получил по цепочке и вернул (при максимально возможном взыскании в 0,2 млрд.руб. судом взыскано 1,89 млрд.руб.). Суд искусственно увеличил имущественную массу должника как минимум на 1 млрд.руб. за счет мультиплицирования круговых формальных транзакций и обязал ООО «РИК» ее восполнить. Также судом не учтен вывод экспертов по первому вопросу заключения РФЦСЭ, где установлен размер денежных средств, направленных должником в пользу ООО «РИК», при том, что суд принял данное заключение по второму вопросу, тем самым подтвердив его достоверность, то есть если бы суд принял данный вывод экспертов, то размер взысканных убытков не мог бы превышать 327,287 млн.руб. Суд принял анализ налогового органа, где средства третьих лиц были заявлены как средства самого должника без указания на то правовых оснований. Вывод суда о том, что предполагаемый вывод средств в размере 1,89 млрд.руб. связан с дефицитом средств ООО «РИК» из-за блокирования средств на депозите в Банке «Пересвет» явно не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Более подробно доводы изложены в апелляционных жалобах.

Определениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2024, 28.12.2024 апелляционные жалобы приняты и назначены к рассмотрению в судебном заседании на 19.02.2025.

ФИО3 представил письменный отзыв, в котором возражал против удовлетворения ходатайства о признании обязательной явки ФИО3 в судебное заседания суда апелляционной инстанции.

АКБ «Пересвет» (ПАО), возражая против доводов, изложенных в апелляционных жалобах ООО «РИК», ФИО1, Правительства Удмуртской Республики, Банка ВТБ (ПАО), представило письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении указанных жалоб отказать, обжалуемое определение суда первой инстанции изменить.

ООО «РИК», ФИО1 представили отзывы на апелляционные жалобы ФНС России, конкурсного управляющего ФИО2, ГК «АСВ» и АКБ «Пересвет» (ПАО), в которых возражают против доводов указанных жалоб.

ФИО1 представил 13.02.2025 и 14.02.2025 дополнения № 1 и № 2 к апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО2 представил 13.02.2025 письменный отзыв с возражениями на апелляционные жалобы ООО «РИК», ФИО1, Банка ВТБ (ПАО), Правительства Удмуртской Республики.

14.02.2025 от и.о. конкурсного управляющего АО «Волгомост» ФИО5 поступили письменные объяснения, в которых поддерживает доводы апелляционных жалоб ООО «РИК» и ФИО1, возражает против удовлетворения требований, заявленных в апелляционных жалобах конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», ФНС России, ПАО «Татфондбанк» и АКБ «Пересвет» (ПАО).

От ФНС России 14.02.2025 поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы ООО «РИК», ФИО1, Банка ВТБ (ПАО), Правительства Удмуртской Республики, в котором просит в удовлетворении указанных жалоб отказать.

Прокуратора Тюменской области представила письменный отзыв, в котором также просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт о привлечении ООО «РИК» солидарно с ФИО3 и ФИО35 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении апелляционных жалоб ФИО1, Правительства Удмуртской Республики, ООО «РИК» и Банка ВТБ (ПАО) просит отказать.

18.02.2025 от ООО «РИК» поступили письменные объяснения с учетом представленных в материалы дела отзывов участвующих в деле лиц на апелляционную жалобу ООО «РИК».

В заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего ФИО2 возражал против приобщения документов, приложенных к отзыву ООО «РИК» на апелляционную жалобу.

Представителем ФИО1 заявлено ходатайство о признании обязательной явки ФИО3 в судебное заседание суда апелляционной инстанции.

Представители АКБ «Пересвет» (ПАО), конкурсного управляющего ФИО2, ФНС России, ГК «АСВ», прокуратуры Тюменской области возражали против удовлетворения заявленного ходатайства.

Представители ООО «РИК», АО «Волгомост» не возражали против удовлетворения ходатайства ФИО1

Коллегией судей заявленное ФИО1 в апелляционной жалобе ходатайство об обязании явки ФИО3 в судебное заседание суда апелляционной инстанции рассмотрено и отклонено.

По смыслу частей 2, 3 статьи 194, частей 2, 3 статьи 200, частей 3, 4 статьи 205, частей 2, 3 статьи 210, частей 2, 3 статьи 215 АПК РФ арбитражный суд может признать обязательной явку в судебное заседание лиц, участвующих в деле, при рассмотрении отдельных категорий споров.

Между тем наличие в арбитражном процессуальном законодательстве норм, предусматривающих возможность обязательной явки лиц в судебное заседание при рассмотрении отдельных категорий дел (вытекающих из публичных правоотношений), не означает, что суд не вправе использовать этот институт и при рассмотрении иных споров.

Кроме того, признание арбитражным судом явки указанных лиц в судебное заседание обязательной или необязательной зависит от обстоятельств, которые судья арбитражного суда на стадии подготовки дела к судебному разбирательству сочтет имеющими значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Закрепление подобного права судьи в процессуальном законодательстве вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Рассматриваемый случай обязания ФИО3 явкой в судебное заседание не относится к числу тех, когда такая явка в силу положений АПК РФ является обязательной.

Согласно части 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В то же время, явка стороны для непосредственного участия в судебном заседании не является безусловной процессуальной обязанностью лица, участвующего в деле.

Более того, в соответствии с частью 1 статьи 59 АПК РФ граждане вправе вести свои дела в арбитражном суде лично или через представителей.

В рассматриваемом случае, как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего обособленного спора от ФИО3 участвовали представители по действующим доверенностям, что представляет собой реализацию стороной одного из процессуальных прав, регламентированных АПК РФ.

Представленные от имени ФИО3 письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ, представляют собой лишь один из видов доказательств, которое в порядке статьи 71 АПК РФ оцениваются судом в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами.

Само по себе несогласие возражающих лиц с письменными объяснениями, представительными в материалы дела от имени ФИО3 за подписью его представителей, не является достаточным основанием для отказа в их приобщении к делу и оценки изложенных в них обстоятельств по существу. Оснований полагать, что изложенные в письменные объяснениях и отзывах от имени ФИО3 пояснения, противоречат действительной процессуальной позиции последнего по настоящему обособленному спору, у суда не имеется.

ФИО1 не указано, чем конкретно обусловлена необходимость личного участия ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции, какие из имеющихся в деле доказательств могут быть опровергнуты или подтверждены лично ФИО3, а также не представлены доказательства, что занятая в рамках настоящего спора представителями ФИО3 процессуальная позиция противоречит действительной воле и позиции самого ФИО3 Кроме того, ФИО3 в настоящее время привлечен к субсидиарной ответственности п обязательствам должника, в то время как в рамках настоящего обособленного спора на новом рассмотрении находится лишь вопрос наличия оснований для привлечения к такой ответственности ООО «РИК», являющегося самостоятельным субъектом предпринимательской деятельности и отдельной стороной спора.

Таким образом, основания для обязания явкой ФИО3 в судебное заседание отсутствуют. Имеющиеся в материалах дела доказательства достаточны для рассмотрения апелляционных жалоб по существу.

Представителем ООО «РИК» заявлено устное ходатайство об истребовании доказательств - копии векселей.

Представители конкурсного управляющего ФИО2, АКБ «Пересвет» (ПАО), ГК «АСВ», возражали против удовлетворения заявленного обществом ходатайства.

Представители Банка ВТБ (ПАО) и ФИО1 не возражали против удовлетворения ходатайства.

Рассмотрев ходатайство ООО «РИК» об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции не установил оснований для его удовлетворения, принимая во внимание следующее.

Частью 4 статьи 66 АПК РФ предусмотрено, что лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Из приведенной нормы следует, что истребование доказательства является правом, а не обязанностью суда, и данный вопрос разрешается с учетом обстоятельств дела исходя из необходимости доказательства для рассмотрения дела.

Между тем, ответчиком не приведены идентифицирующие признаки истребуемых векселей, не обосновано доказательственное значение подлежащих истребованию документов применительно к предмету спора, в том числе не раскрыто, каким образом содержащаяся в указанных документах информация позволит установить значимые по делу обстоятельства.

Принимая во внимание изложенное, оснований для удовлетворения ходатайств коллегией судей не установлено.

По существу представители ФНС России поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считают определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просили его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ГК «АСВ поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель Банка ВТБ (ПАО) поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм процессуального и материального права. Просил его отменить, перейти к рассмотрению обособленного спора по правилам рассмотрения дела в суде первой инстанции и принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления о привлечении ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника или взыскании убытков.

Представители конкурсного управляющего ФИО2 поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считают определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просили его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель АКБ «Пересвет» (ПАО) поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его изменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представители Правительства Удмуртской Республики поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считают определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просили его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представители ООО «РИК» поддержали доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считают определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просили его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представители и.о. конкурсного управляющего АО «Волгомост» считают, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО1, являются состоятельными.

Представитель индивидуального предпринимателя ФИО21 считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель АКБ «Пересвет» (ПАО) высказался по доводам, изложенным в судебном заседании по апелляционной жалобе ООО «РИК». Поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы ООО «РИК», ФИО1, Правительства Удмуртской Республики и Банка ВТБ (ПАО).

Представитель прокуратуры Тюменской области поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Просил определение суда первой инстанции отменить, привлечь ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционные жалобы ООО «РИК», ФИО1, Правительства Удмуртской Республики, Банка ВТБ (ПАО) оставить без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ апелляционные жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Доводы Банка ВТБ (ПАО) о незаконном составе суда при рассмотрении заявления в суде первой инстанции подлежат отклонению как ошибочные по следующим основаниям.

В части 1 статьи 18 АПК РФ предусмотрено, что состав суда для рассмотрения каждого дела, в том числе с участием арбитражных заседателей, формируется с учетом нагрузки и специализации судей путем использования автоматизированной информационной системы. В случае невозможности использования в суде автоматизированной информационной системы допускается формирование состава суда в ином порядке, исключающем влияние на его формирование лиц, заинтересованных в исходе судебного разбирательства.

В соответствии с частью 2 статьи 18 АПК РФ дело, рассмотрение которого начато одним судьей или составом суда, должно быть рассмотрено этим же судьей или составом суда.

Замена судьи или одного из судей возможна в исключительных случаях, предусмотренных в законе, а именно заявленного и удовлетворенного в порядке, установленном АПК РФ, самоотвода или отвода судьи, а также длительного отсутствия судьи ввиду болезни, отпуска, пребывания на учебе.

В силу пункта 1 части 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела арбитражным судом в незаконном составе.

Как усматривается из материалов дела, объединенные для совместного рассмотрения заявления АО «Волгомост», конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», ФНС России, ПАО «Татфондбанк» приняты к производству и рассматривались судьей Арбитражного суда Тюменской области Сажиной А.В.

Оснований для отвода судьи Сажиной А.В., исчерпывающий перечень которых указан в части 1 статьи 21 АПК РФ, в том числе ввиду наличия конфликта интересов, не установлено, участвующими в деле лицами не заявлено.

Доводы Банка ВТБ (ПАО) о том, что Сажина А.В. до назначения на должность судьи Арбитражного суда Тюменской области находилась в служебной зависимости от лица, участвующего в деле (прокуратура Тюменской области) и его представителя (ФИО36), которым подписано ходатайство о привлечении прокуратуры Тюменской области к участию в рамках настоящего обособленного спора, а значит, указанное дело было рассмотрено с нарушением положений пункта 6 части 1 статьи 21 АПК РФ, признаются несостоятельными.

В соответствии с представленными 14.02.2025 (в электронном виде) прокуратурой Тюменской области суду апелляционной инстанции сведениями усматривается, что Сажина А.В. действительно состояла на службе в органах прокуратуры Тюменской области.

При этом приказом прокурора области от 23.01.2019 освобождена от занимаемой должности старшего помощника прокурора Центрального административного округа г.Тюмени и 25.01.2019 уволена из органов прокуратуры Тюменской области в отставку в связи с выходом на пенсию за выслугу лет (выписка из приказа приложена).

ФИО36, которым было подписано и подано ходатайство о привлечении прокуратуры Тюменской области к участию в рамках настоящего спора в качестве третьего лиц, назначен на должность заместителя прокурора Тюменской области приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 25.02.2019, что исключает служебное подчинение Сажиной А.В. в органах прокуратуры Тюменской области под руководством ФИО36

Банк ВТБ (ПАО) не представил прямых или косвенных доказательств нахождения судьи Сажиной А.В. в служебной или иной зависимости от представителя третьего лица ФИО36, а само по себе прохождение Сажиной А.В. службы в органах прокуратуры ранее не может служить препятствием для рассмотрения данного дела и не свидетельствует о рассмотрении дела в незаконном составе применительно к пункту 6 части 1 статьи 21 АПК РФ.

Помимо прочего, коллегия судей полагает необходимым отметить, что в соответствии с действующим законодательством беспристрастность судьи, рассматривающего дело, презюмируется, пока не доказано иное.

В соответствии с правовой позицией, неоднократно формулировавшейся Конституционным Судом Российской Федерации (Определения от 17.07.2007 № 566-О-О, от 18.12.2007 № 888-О-О, от 15.07.2008 № 465-О-О, от 19.12.2019 № 3482-О и др.), исходя из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти, а также учитывая, что в демократическом обществе участники судебного разбирательства должны испытывать доверие к суду, которое может быть поставлено под сомнение только на основе достоверных и обоснованных доказательств, свидетельствующих об обратном, законодатель установил механизм отвода судьи (статьи 21, 22, 24 - 26 АПК РФ).

Соответственно, беспристрастность судьи, рассматривающего дело, сопряженная с отсутствием оснований для его отвода или самоотвода, закрепленных в статье 21 АПК РФ, презюмируется, пока не доказано иное.

Из картотеки арбитражных дел «Мой Арбитр» по настоящему делу усматривается, что Банк ВТБ «ПАО» воспользовался своим правом заявить отвод судье Сажиной А.В., рассматривающей настоящее дело, заявление рассмотрено и отклонено.

Обстоятельства, вызывающие сомнения в объективности и беспристрастности судьи, его личной заинтересованности в исходе настоящего дела, судом апелляционной инстанции также не установлены. Субъективное мнение подателя жалобы о неверном рассмотрении судьей дела не может подтверждать отсутствие беспристрастности состава суда.

Надлежащие доказательства, обосновывающие ссылку на процессуальные нарушения, Банком ВТБ (ПАО) не представлены.

Следовательно, обособленный спор обоснованно рассмотрен судьей Сажиной А.В.

Поскольку оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, для перехода к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, коллегией судей не установлено, соответствующие доводы Банка ВТБ (ПАО) подлежат отклонению за необоснованностью.

Само по себе привлечение судом первой инстанции к участию в настоящем споре прокуратуры Тюменской области не свидетельствует о нарушении прав Банка ВТБ (ПАО). Ссылки на предоставление судом преимуществ представителям прокуратуры Тюменской области основаны на субъективной оценке Банком обстоятельств рассмотрения спора, каким-либо образом не подтверждены. Доказательств того, что имеющиеся в материалах дела документы от прокуратуры Тюменской области были поданы неуполномоченными на то представителями, не представлено.

Изучив материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на них, дополнения и пояснения, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 18.11.2024 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Мостострой-12» (ИНН <***>) зарегистрировано Межрайонной ИФНС № 14 по Тюменской области в Едином государственном реестре юридических лиц 11.11.2004 с уставным капиталом 400 010 000 руб.

Основным видом экономической деятельности должника является – «Подготовка строительной площадки» (ОКВЭД 43.12), дополнительными видами деятельности являются: «Строительство жилых и нежилых зданий» (ОКВЭД 41.2), «Строительство автомобильных дорог и автомагистралей» (ОКВЭД 42.11), «Строительство железных дорог и метро» (ОКВЭД 42.13), «Строительство мостов и тоннелей» (ОКВЭД 42.99), «Строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие группировки» (ОКВЭД 43.12.3), прочие.

Руководителями должника с момента создания по дату возбуждения дела о банкротстве являлись: ФИО37 с 11.11.2004 по 21.07.2008, ФИО38 с 22.07.2008 по 22.04.2013, ФИО39 с 23.04.2013 по 24.05.2016, ФИО40 с 25.05.2016 по 13.09.2016, ФИО3 с 14.09.2016 по 11.05.2017, с 12.05.2017 по 26.11.2017 (ликвидатор).

Единственным участником ООО «Мостострой-12» с 18.01.2007 является ООО «СП Фоника» (ОГРН <***>, ИНН <***>), которое решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.01.2018 (резолютивная часть от 18.01.2018) по делу № А81-1827/2017 признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, срок которого определением суда от 14.10.2024 продлен до 19.04.2025.

Руководителями ООО «СП Фоника» с момента создания общества являлись: ФИО35 в период с 26.02.2006 по 20.05.2016 и с 22.07.2017 по 18.01.2018, ФИО3 в периоды: с 30.05.2016 по 19.04.2017, с 20.04.2017 по 22.07.2017 (ликвидатор).

ФИО35 также являлся до 06.02.2017 учредителем ООО «СП Фоника» с долей в уставном капитале 10%.

Помимо ФИО35 участником ООО «СП Фоника» до 06.02.2017 являлось АО «ФОНИКА Акциенгезелльшафт» (90 % доли в уставном капитале), зарегистрированное в Княжестве Лихтенштейн, его руководителем являлся Петер Вальзери, после 06.02.2017 принадлежавшая указанной иностранной организации доля перешла обществу с ограниченной ответственностью «Мостостроительная компания», 95 % доли участия в которой также принадлежит АО «ФОНИКА Акциенгезелльшафт».

При этом в рамках дела № А70-2347/2017 Арбитражным судом Тюменской области установлено, что ФИО3 являлся мажоритарным участником АО «ФОНИКА Акциенгезелльшафт» (90 % доли в уставном капитале), в то время как поименованный в документах в качестве руководителя данной организации Петер Вальзер числился в этой должности номинально.

Согласно данным уполномоченного органа совет директоров ООО «СП «Фоника» состоял из ФИО3 и ФИО35

Кроме того, ООО «СП Фоника» владело в спорный период 76 % акций Компании «Келстено Менеджмент Лимитед», активы которой в свою очередь составляли 51 % доли в уставном капитале ООО «РИК». Директором ООО «РИК» в период с 16.06.2016 являлся ФИО35

Согласно данным ЕГРЮЛ единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Тюменьстальмост имени Тюменского Комсомола» (ИНН <***>, ОГРН <***>) является ООО «СП «Фоника» (ИНН <***>).

Постановлениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2019 по делу № А81-1827/2017 и от 25.06.2020 по делу № А70-2347/2017 установлено, что ООО «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» и ООО «Арктикстроймост» являлись аффилированными между собой лицами, входили в одну группу лиц, объединенных общими экономическими интересами.

С учетом изложенных обстоятельств, суд отнес ООО «Тюменьстальмост имени Тюменского Комсомола» (ИНН <***>), ООО «Арктикстроймост» (ИНН <***>), ООО «СП «Фоника» (ИНН <***>), ООО «Мостострой-12» (ИНН <***>), ООО «РИК» (ИНН <***>) и компанию «Келстено Менеджмент Лимитед» к одной группе компаний по фактам их участия в уставных капиталах одного из указанных лиц в спорный период либо по факту наличия таких обществ (компаний) в числе участников (учредителей) либо по факту общности экономических интересов и контроля за деятельностью обществ (компаний) за одним из ответчиков.

Согласно сведениям о среднесписочной численности работников, в 2014 году численность работников ООО «Мостострой-12» составляла 221 человек, в 2015 году - 148 человек, в 2016 году - 819 человек.

Большая часть выручки (в среднем 96 %) ООО «Мостострой-12 получена от выполнения строительно-монтажных работ, при этом основными объектами строительства для ООО «Мострострой-12» являлись:

- «26000 Строительство и эксплуатация на платной основе мостовых переходов через реку Кама и реку Буй» - 34% выручки за период;

- «17002 Строительство транспортной развязки в разных уровнях на пересечении дороги «Москва-Владивосток»» - 20% выручки за период (заказчик Управление автомобильных дорог ГКУ Тюменской области (ИНН <***>).

В ходе осуществления основной деятельности ООО «Мостостостой-12» использовало лицензии, патент (по данным СПАРК-ИНТЕРФАКС - Металлическое пролетное строение моста – полезная модель № 85166); товарный знак (по данным СПАРК-ИНТЕРФАКС - товарный знак Мостострой-12 № 317542); домены (по данным СПАРК-ИНТЕРФАКС - 4 домена – мостострой12.рф; мс-12.рф; мс12.рф; ms12.ru).

Должник активно участвовал в торговых процедурах по заключению государственных контрактов (по данным СПАРК-ИНТЕРФАКС в 2014 было заключено 3 контракта, в 2015 – 12, в 2016 - 10), получал банковские гарантии (в 2014 - 2 банковские гарантии (ПАО «Сбербанк России»), в 2015 – 16 (8 – выдано ПАО «Сбербанк России», 3 – ПАО «Татфондбанком», 5 – АКБ «Пересвет» (ПАО)), в 2016 – 7 (АКБ «Пересвет» (ПАО)), являлся членом СРО (по данным СПАРКИНТЕРФАКС): Ассоциация «СРО Альянс строителей»; Ассоциация СРО «Совет Проектировщиков»; Ассоциация СРО «Лига изыскателей»), имел 9 обособленных подразделений.

Как установлено судом из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности должника размер его активов по состоянию на 31.12.2014 составлял 6 440 644 тыс. руб., включая: основные средства (66 711 тыс. руб.), запасы (394 854 тыс. руб.), финансовые вложения (328 898 тыс. руб.), дебиторскую задолженность (5 464 160 тыс. руб.), денежные средства (103 393 тыс. руб.) прочие (5408 тыс. руб.); по состоянию на 31.12.2015 составлял 8 041 796 тыс. руб., включая: основные средства (69962 тыс. руб.), запасы (368 873 тыс. руб.), финансовые вложения (1 414 622 тыс. руб.), дебиторскую задолженность (5 900 275 тыс. руб.), денежные средства (46708 тыс. руб.) прочие (4923 тыс. руб.); по состоянию на 31.12.2016 составлял 10 960 847 тыс. руб., включая: основные средства (38541 тыс. руб.), запасы (798 303 тыс. руб.), финансовые вложения (3 961 973 тыс. руб.), дебиторскую задолженность (6 141 771 тыс. руб.), денежные средства (15 872 тыс. руб.) прочие (4387 тыс. руб.); при наличии кредиторской задолженности на конец 2014 года в размере 2 879 235 тыс. руб., 2015 года - в размере 3 665 792 тыс. руб., 2016 года - в размере 6 098 839 тыс. руб.

Из указанного следует, что за период 2014-2016 годы активы должника превышали его краткосрочную задолженность, то есть в целом структура баланса предприятия была положительной.

В динамике изменений структуры баланса обращает на себя внимание почти двукратное сокращение с 66 711 тыс.руб. в 2014 году, до 38 541 тыс.руб. в 2016 году величины основных средств должника, а также более чем десятикратный рост финансовых вложений с 328 898 руб. в 2014 году до 3 961 973 руб. в 2016 году, что, по мнению суда, может свидетельствовать о целенаправленном отвлечении средств из основной деятельности и сокращение производственной активности предприятия в указанный период.

Финансовые показатели деятельности должника в спорный период 2014-2016 годы, а также факты обращения налоговым органом с 26.07.2016 взыскания на денежные средства, поступающие на счета должника, в связи с наличием задолженности, неисполнения должником обязательств по оплате аренды лесного участка за период с 27.05.2016 по 19.12.2016 в размере 449 530 руб. 96 коп., не оплаты по состоянию на 31.12.2016 страховых взносов, пени на общую сумму 118 440 882 руб. 42 коп., возбуждения уголовного дела № 201600306/73 в отношении ФИО3 по факту невыплаты заработной платы 905 работникам на общую сумму 148 246 180 руб. 70 коп., за период с сентября 2016 года установленные определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.11.2020 по настоящему делу, рост суммы кредиторской задолженности взысканной с должника по судебным актам с 19 774 559 руб. 86 коп. в 2015 году до 99 222 233 руб. 11 коп. в 2016 году (а также 108 752 490 руб. 69 коп. только за первые два месяца 2017 года, согласно сведениям, полученным на основании судебных актов размещенных в КАД «Арбитр»), в совокупности свидетельствуют о наличии негативных тенденций в финансовом состоянии должника на протяжении 2015 года и ухудшении финансового положения должника преимущественно в период 2016 года.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами ранее, между ООО «РИК», ООО «Мостострой-12» и ООО «Тюменьстальмост» заключен договор простого товарищества от 21.10.2011, который 31.07.2014 подписан в новой редакции – для участия в конкурсе на право заключения концессионного соглашения, в том числе с привлечением кредитных средств Банка ВТБ (ПАО).

На основании распоряжения Правительства Удмуртской Республики от 26.12.2011 № 1170-р между лидером простого товарищества «Консорциум Региональная Инвестиционная Компания» ООО «РИК» и Удмуртской Республикой заключено концессионное соглашение № 1-435/3 «О строительстве и эксплуатации на платной основе мостовых переходов через реку Кама и реку Буй у города Камбарка на автомобильной дороге Ижевск-Саранул-Камбарка (далее – концессионное соглашение). Простое товарищество «Консорциум Региональная Инвестиционная Компания» в порядке и на условиях, установленных концессионным соглашением, обязалось создать объект соглашения, право собственности на который будет принадлежать Удмуртской Республике, а осуществлять эксплуатацию объекта соглашения будет ООО «РИК».

Согласно пунктам 1.3.2 и 1.3 статьи 1 концессионного соглашения срок действия соглашения составляет 49 лет с даты его заключения.

Между ООО «РИК» (заказчик) и ООО «Мостострой-12» (подрядчик) заключен договор подряда от 18.03.2014 (далее – договор подряда), по условиям которого ООО «Мостострой-12» приняло на себя обязательство произвести инженерные изыскания, разработать и согласовать разрабатываемую техническую документацию, проверить передаваемую техническую документацию, получить необходимые разрешения для строительства, построить на земельных участках, осуществить ввод в эксплуатацию объекта «Мостовой переход через реку Кама и реку Буй у города Камбарка на автомобильной дороге Ижевск-Сарапул-Камбарка-граница Республики Башкортостан в Удмуртской Республике» (далее – объект) и передать ООО «РИК» соответствующую документацию и объект в срок до 20.09.2016.

Согласно дополнительному соглашению № 1 срок исполнения обязательств в рамках договора подряда продлен до второго квартала 2017 года, к строительству привлечено ООО «Тюменьстальмост», 20.04.2017 к строительству объекта привлечено в качестве генподрядчика ООО «Проектное Управление Строительными Контрактами».

На основании акта приема-передачи объектов недвижимости от 25.08.2017 Правительство Удмуртской Республики передало из состава имущества казны Удмуртской Республики во владение и пользование ООО «РИК» в соответствии с условиями концессионного соглашения объекты: участки автодороги Ижевск-СарапулКамбарка, с кадастровыми номерами: 18:00:000000:139, 18:00:000000:140, 18:10:000000:1658, 18:18:024001:1017, строительство мостовых переходов через реку Буй с кадастровыми номерами: 18:10:000000:1656, 18:10:000000:1655, создание системы взимания платы 18:10:024001:1016, 10:10:000000:1657.

Наряду с указанным, между Банком ВТБ (ПАО) и должником заключен договор поручительства от 03.03.2014 с целью обеспечения исполнения обязательств ООО «РИК» по кредитному соглашению от 20.09.2013 № 3364 на сумму 3 500 000 000 руб. с возвратом до 19.09.2028 и кредитному соглашению № 3365 на сумму 1 538 000 000 руб. с возвратом не позднее 28.02.2017.

В дальнейшем ООО «Мостострой-12» по соглашению о выпуске переводных векселей от 06.06.2014 № 5/АСМ-ИК/14 перечислены денежные средства в пользу ООО «ИК «Конкорд» за 2014-2015 годы в общей сумме 6 725 152 000 руб.

При этом, директором ООО «ИК «Конкорд» и учредителем с долей 92,02 % с 16.02.2015 являлся ФИО35 Согласно сведениям ЕГРЮЛ деятельность компании прекращена 21.02.2017.

Между должником и ООО «СП Фоника» заключены договоры займа от 30.01.2014, от 22.10.2014 № 30/01-14, от 10.08.2015 №10/08-15, в рамках которых на счет ООО «СП Фоника» в период с 01.01.2014 по 31.12.2016 перечислены денежные средства на общую сумму 5 178 711 000 руб., которые, по мнению заявителей, впоследствии ООО «СП «Фоника» по договорам займа от 17.06.2014 № 1-17/06/14 и № 2-17/06/14 в период с 10.07.2014 по 10.11.2016 перечислены на банковские счета компании «Дидрико Лимитед» в сумме 4 102 755 481,37 руб.

Далее компанией «Дидрико Лимитед» по кредитным соглашениям от 02.06.2014, от 09.07.2014 и от 26.01.2016 перечислены в пользу компании «Келстено Менеджмент Лимитед» денежные средства в сумме 4 033 682 523 руб. 88 коп.

Конечным получателем в указанной цепочке сделок выступило ООО «РИК» (заемщик) в рамках договоров займа (соглашения о кредите акционеров) № 1 и № 2 от 18.06.2014 с компанией «Келстено Менеджмент Лимитед» (займодавец) на сумму 3 909 190 000 руб.

При этом фактический возврат денежных средств должнику по договорам займа произведен ООО «СП Фоника» в размере 264 841 000 руб. Частично обязательства перед ООО «Мостострой-12» погашены посредством передачи на основании соглашений от 31.12.2015 № 1/2015 и от 31.03.2016 № 2/2016 векселей ООО «Арктикстроймост» на общую сумму 1 753 219 000 руб.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.11.2017 ООО «Мостострой-12» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Общая сумма требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Мостострой-12», на дату рассмотрения заявлений в суде первой инстанции составляла 7 827 919 203 руб., в том числе требования уполномоченного органа второй очереди в размере 120 166 425 руб. основного долга и требования уполномоченного органа третьей очереди в общей сумме 489 262 347 руб.

Полагая, что в рамках реализации концессионного соглашения, заключенного между ООО «РИК» и Правительством Удмуртской Республики от 21.05.2012 с использованием участников группы компаний компании «Келстено Менеджмент Лимитед», Дидрико Лимитед, ООО «СП Фоника», ООО «АрктикСтройМост», контролирующими должника лицами создан центр прибыли (ООО «РИК») и центр убытков (ООО «Мостострой-12»), в результате чего ООО «РИК» стало выгодоприобретателем от деятельности должника, связанной со строительством моста, что повлекло возникновение кризисной финансовой ситуации у должника, привело к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, уполномоченный орган и ПАО «Татфондбанк» обратились в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Также уполномоченный орган ссылается на вывод активов должника: в 2014 году на счет ООО ИК «Конкорд» в размере 5 108 130 тыс. руб. с назначением платежа по соглашению о выпуске переводных векселей 5/АСМ-ИК/14 от 06.06.2014, процентные займы и в 2015 году в размере 1 617 022 тыс. руб. с назначением платежа процентный заем, которые также были перечислены в «СП Фоника» в сумме 1 145 730 тыс. руб. с назначением платежа «погашение векселей» с последующим перераспределением внутри группы.

В заявлении (вх.113288,113293) уполномоченный орган просит привлечь ООО «РИК» к субсидиарной ответственности за совершение сделок и не подачу заявления и признании должника банкротом.

Согласно заявлению ПАО «Татфондбанк» (вх.135519) с последующими пояснениями ООО «РИК» входило в группу компаний с должником и ООО «СП Фоника», являлось дочерней компанией Компании «Келстено менеджмент лимитед», которая в свою очередь являлась дочерней компанией ООО «СП Фоника» (что подтверждается договорами купли-продажи акций компании «Келстено Менеджмент Лимитед», от 22.12.2016, 30.12.2016). За счет выстроенной контролирующими должника лицами схемы ведения бизнеса, в том числе посредством совершения цепочки притворных сделок ООО «РИК» получало прибыль от реализации концессионного соглашения, при том, что значительная часть финансирования проекта осуществлялась за счет средств должника, являющегося центром убытков.

Конкурсный управляющий поддержал доводы уполномоченного органа и кредитора, полагая, что в результате создания ФИО35 и ФИО3 недобросовестной схемы бизнеса имело место перераспределение финансовых потоков внутри группы в ущерб интересам должника, при этом конечным бенефициаром схемы выступило именно ООО «РИК», которое также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, наравне с иными контролирующими должника лицами.

Отказывая в привлечении ООО «РИК» к субсидиарной ответственности, и взыскивая с него сумму убытков в размере изъятых активов в размере 1 891 685 557,22 руб., суд первой инстанции исходил из того, что необоснованное изъятие данной суммы средств хоть и способствовало развитию финансового кризиса должника, но не явилось его единственной или основной причиной банкротства и в сопоставлении с размером кредиторской реестровой задолженности (7 млрд.руб.) не попадает под критерии существенности в целях квалификации субсидиарной ответственности ответчика.

Поддерживая выводы суда первой инстанции, коллегия судей руководствуется следующим.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 данного закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц (пункт 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае с заявлением о привлечении контролирующих должника обратились кредиторы, которые, как верно отмечено судом первой инстанции и не оспаривается иными участниками процесса, в силу своего процессуального статуса обладают правом обращения в суд с рассматриваемыми заявлениями.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Такой же подход к действию закона во времени изложен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, а также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Рассматривая настоящий обособленный спор, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что вменяемые ответчику действия по неподаче заявления и совершению сделок, повлекшие возникновение кризисной финансовой ситуации должника и невозможность удовлетворения требований кредиторов возникли в период с 2014 года по апрель 2017 года, в связи с чем к заявленным требованиям подлежат применению нормы материального права в редакции статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (далее – Закон № 134-ФЗ).

При этом судом первой инстанции верно применен подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности, закрепленный в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, поскольку применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53.

По смыслу пунктов 4, 16 названного Постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из пунктов 16 и 17 Постановления № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. В равной степени контролирующее лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Пунктом 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Таким образом, в настоящем деле, подлежит доказыванию не только наличие у ООО «РИК» статуса контролирующего должника лица, но и последствия его поведения в виде либо наступления признаков объективного банкротства должника, либо существенного ухудшения финансового положения ООО «Мостострой-12» в период такового, а также причинная связь между действиями (бездействием) привлекаемого к ответственности лица и указанными последствиями.

В данном случае, уполномоченный орган просил привлечь ООО «РИК» к субсидиарной ответственности не только за совершение вредоносных сделок, но и за неподачу заявления о признании ООО «Мостострой-12» банкротом.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, руководитель мажоритарного участника должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по статье 9 Закона о банкротстве, как в редакции Закона № 134-ФЗ, так и в ныне действующей редакции, поскольку такая обязанность по общему правила возложена либо на руководителя юридического лица (непосредственно должника), либо, в исключительных случаях, его единственного или мажоритарного участника, контролировавшего такое юридическое лицо.

Основания для переоценки выводов суда первой инстанции в указанной части у судебной коллегии отсутствуют.

В отношении позиции о доведении должника до банкротства в рамках финансирования основного инвестиционного проекта должника применительно к пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве ООО «РИК» вменяется схема ведения бизнеса, в которой ООО «Мостострой-12» выступило в роли «центра убытков», а ООО «РИК» стало «центром прибыли», при этом все входящие в одну группу компаний с должником общества, за исключением ответчика, либо признаны банкротами, либо находятся в процедуре банкротства, либо прекратили свою деятельность по иным основаниям

Учитывая, что ответчикам вменяется совершение от имени должника вредоносных сделок в период 2014-2016 годы, судом первой инстанции верно применены положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с абзацем 1 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. По смыслу названных норм права для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Принимая во внимание, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статье 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а также в связи с тем, что статья 10 Закона (так же как и Закон в действующей редакции) содержала презумпцию доведения до банкротства в связи с совершением сделок, признанных недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве, - значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ (пункт 18 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в действиях ответчика противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

При этом, как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

То есть проверка наличия доказательств существенности невыгодных для должника сделок применительно к масштабам его деятельности осуществляется судом вне зависимости от того, в период действия статьи 10 в редакции Закона № 134-ФЗ или статьи 61.12. Закона о банкротстве в действующей редакции, были совершены невыгодные для должника сделки.

При этом презумпция, содержащаяся в абзаце 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, предполагает необходимость доказывания причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения соответствующих сделок.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В частности, как было указано ранее, 08.09.2011 распоряжением Правительства РФ № 1563-р утвержден паспорт регионального инвестиционного проекта «Строительство и эксплуатация на платной основе мостовых переходов через р. Каму и р. Буй у г. Камбарка на автомобильной дороге Ижевск-Сарапул-Камбарка – граница Республики Башкортостан и Удмуртской Республики» (Паспорт проекта строительства моста).

В Приложении № 1 к паспорту проекта утверждена общая сметная стоимость проекта в размере 13 942,65 млн. руб. и источники его финансирования: 5 083,21 млн. руб. – собственные средства инвестора (концессионер – ООО «РИК»); 5 000,00 млн. руб. – заемные средства инвестора; 1 343,41 млн. руб. – средства бюджета Удмуртской Республики; 2 516,03 млн. руб. – бюджетные ассигнования Инвестиционного фонда РФ.

В целях реализации данного концессионного проекта ООО «РИК», ООО «Мостострой-12» и ООО «Тюменьстальмост» заключили 21.10.2011 Договор простого товарищества (31.07.2014 подписан в новой редакции) для участия в конкурсе на право заключения Концессионного соглашения (том 495 л.д. 126-154).

21.05.2012 между ООО «РИК» и Удмуртской Республикой заключено Концессионное соглашение о строительстве объекта «Мостовой переход через р. Кама и р. Буй у г. Камбарка на автомобильной дороге Ижевск-Сарапул-Камбарка-граница Республики Башкортостан в Удмуртской Республике» (мост), право собственности на который будет принадлежать Удмуртской Республике, с правом осуществления ООО «РИК» его эксплуатации до даты подписания акта приема-передачи соответствующих работ. Срок действия Концессионного соглашения – 49 лет (том 434, л.д. 1-95).

18.03.2014 для выполнения Концессионного соглашения между ООО «РИК» и должником заключен договор подряда, по условиям которого должник принял на себя обязательство по твердой не подлежащей изменению цене 13 942 650 000 руб. произвести инженерные изыскания, разработать и согласовать разработанную техническую документацию, проверить передаваемую техническую документацию, получить необходимые разрешения для строительства, построить на земельных участках, осуществить ввод в эксплуатацию моста в срок до 2 квартала 2017 года (п.4.4. договора подряда).

Фактически на финансирование проекта ООО РИК» получил 9 859 451 808 руб. 69 коп. (том 520 л.д. 54), в том числе в соответствии с условиями Концессионного соглашения Правительство Удмуртской Республики предоставляло софинансирование в размере 3 859 440 000 руб. (Приложение № 7 к Концессионному соглашению) и Банк ВТБ представил финансирование в размере 6 000 011 808 руб. 69 коп. (том 495 л.д. 96-125).

В пункте 4.4 договора подряда сторонами определены следующие сроки выполнения работ: начальный – 01.11.2013, конечный – 20.09.2016 (срок завершения строительства).

В срок, установленный пунктом 4.4 договора подряда, выполнение работ на объекте не было завершено.

Между обществом «РИК», обществом «Мостострой-12» и обществом с ограниченной ответственностью «Тюменьстальмост имени Тюменского Комсомола» (далее – общество «Тюменьстальмост») заключено дополнительное соглашение от 16.12.2016 № 1 к договору подряда, в соответствии с которым стороны договорились привлечь общество «Тюменьстальмост» в качестве соисполнителя к выполнению работ по договору; при этом общество «Тюменьстальмост» и общество «Мостострой-12» совместно выступают в качестве генерального подрядчика и приобретают права и несут обязанности солидарно по договору.

Согласно дополнительному соглашению от 16.12.2016 № 1 срок исполнения обязательств в рамках договора подряда продлен до 2 квартала 2017 года, к строительству привлечено общество «Тюменьстальмост», 20.04.2017 к строительству объекта привлечено в качестве генподрядчика общество «ПУСК».

Между обществом «РИК», обществом «Мостострой-12» и обществом «Тюменьстальмост» заключено дополнительное соглашение от 17.04.2017 № 2 к договору подряда, согласно которому на дату его подписания выполнены и приняты заказчиком у общества «Мостострой-12» работы на сумму 12 372 118 722 руб. 50 коп., а оставшиеся работы на сумму 1 570 531 277 руб. 50 коп. выполняет общество «Тюменьстальмост». Работы, уже выполненные обществом «Мостострой-12», поименованы как «этап 1», а работы, которые должны быть выполнены для завершения строительства, как «этап 2».

Между обществом «РИК» и обществом «ПУСК» заключен договор от 20.04.2017 генерального подряда на достройку объекта (фактически на выполнение работ «этапа 2», как он поименован в дополнительном соглашении от 17.04.2017 № 2 к договору подряда).

Из материалов дела следует, что также не опровергнуто участвующими в деле лицами, эксплуатация объекта началась 25.08.2017.

На основании акта приема-передачи объектов недвижимости от 25.08.2017 Правительство Удмуртской Республики передало из казны Удмуртской Республики во владение и пользование обществу «РИК» объект в соответствии с условиями концессионного соглашения.

По состоянию на 30.09.2016 должником в рамках исполнения договора подряда были выполнены работы на общую сумму 12 372 118 722 руб. 50 коп., что подтверждается актом сверки от 30.09.2016, от ООО «РИК» в пользу должника перечислены средства в сумме 11 300 279 588 руб. 29 коп. – оплата РИК по Договору подряда (том 495 л.д. 65-95).

Как верно указанно судом, вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.11.2022 по делу № А71-16579/2021, от 22.01.2021 по делу № А71-735/2019 установлено, что общая стоимость строительства моста составила 13,9 млрд. руб., из которых ООО «Мостострой-12» выполнены работы на общую сумму 12 465 271 тыс. руб., ООО «Тюменьстальмост» - 175 755 тыс. руб., ООО «ПУСК» - 1 300 915 тыс. руб., что в сумме составляет 13 941 941 руб., где разница с утвержденной ценой договора подряда и концессионного соглашения составила 709 тыс. руб. (в меньшую сторону).

Как указано выше фактически на финансирование проекта ООО РИК» получил 9,8 млрд. руб. (том 520 л.д. 54), в связи с чем дефицит финансирования проекта составил 4,1 млрд. руб. (13,9-9,8).

В обоснование своей правовой позиции заявители ссылаются на то, что дефицит финансирования концессионного проекта был компенсирован за счет активов должника путем неоднократного перераспределения финансовых потоков внутри группы компаний в период 2014-2016 гг., что привело к финансовому кризису должника.

Так, по мнению заявителей, участие ООО «Мостострой-12» в убыточном для него концессионном соглашении осуществлено путем заключения следующих сделок:

- договора подряда от 18.03.2014 с ООО «РИК», задолженность по которому в сумме 1 127 003 845 руб. 77 коп. в результате заключения цепочки недействительных сделок новации, займов и зачета прекращена сторонами, несмотря на то, что должник на момент их совершения отвечал признакам неплатежеспособности;

- договоров займа с ООО «СП «Фоника» на общую сумму 5 178 711 000 руб., которые в полном объеме не возвращены должнику и по цепочке недействительных притворных сделок фактически получены конечным бенефициаром - ООО «РИК» от компании «Келстено Менеджмент Лимитед» в сумме 4 033 682 523 руб. 88 коп. и пошли на финансирование деятельности, осуществляемой в рамках концессионного соглашения.

Преимущества ООО «РИК» в итоге выразились не только в выполнении подрядных работ силами и иждивением должника, но и в частичном финансировании концессионного соглашения за счет ООО «Мостострой-12», в то время как все права выгодоприобретателя по концессионному соглашению приобрело ООО «РИК», получающее от его реализации и исполнения в настоящее время прибыль, которая за период 2017-2020 годов составила 1 300 000 000 руб., что подтверждается выписками по счетам последнего.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.11.2020, оставленным без изменения постановлениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.08.2021 по настоящему делу, сделки по новации обязательства по договору подряда в заемное с последующим зачетом и прощением долга признаны недействительными. Применены последствия их недействительности в виде восстановления задолженности ООО «РИК» перед должником на сумму 1 127 003 845,77 руб.

Трансформируя задолженность, возникшую из договора подряда, в заемное обязательство, стороны имели намерение прекратить обязательство ООО «РИК» перед ООО «Мостострой-12», установив новые более выгодные для ООО «РИК» условия исполнения, тем самым обеспечив его финансирование на длительный срок за счет средств должника.

Таким образом, по мнению заявителей в результате данной транзитной цепочки сделок у должника выбыл и не был возвращен ликвидный актив (денежные средства) в размере 4 099 770 775 руб. 22 коп. за счет которого впоследствии был покрыт дефицит финансирования указанного проекта, в том числе ООО «РИК» полученные денежные средства использовало в качестве исполнения собственных обязательств перед должником по оплате выполненных работ по договору подряда от 18.03.2014, заключенного в рамках Концессионного соглашения по строительству моста.

Возражая в данной части требований, ООО «РИК» указало на то, что выбранная схема финансирования концессионного проекта носила рыночный характер, создана задолго до банкротства должника и принесла ООО «Мостострой-12» прибыль.

По расчетам ООО «РИК» действительная стоимость работ составила 7,4 млрд. руб., поскольку должник допустил нарушение договора подряда и не выполнил свои работы в полном объеме; фактическая оплата по договору подряда составила 12,4 млрд. руб., «формальное финансирование» - 4,1 млрд. руб., чистый доход должника - 8,3 млрд. руб. с прибылью 0,9 млрд. руб.

ООО «РИК» настаивает на том, что общая сумма полученных должником средств составила 12 936 938 701 руб., включая:

11 300 279 588 руб. 29 коп. – оплата ООО «РИК» по Договору подряда (том 495 л.д. 65-95);

1 127 003 845 руб. 77 коп. – требования должника к ООО «РИК», в связи с признанием недействительной сделки новации, сальдирование которых было подтверждено по делу №А71-16579/2021 при выплате оставшейся части долга ООО «РИК»;

509 655 267 руб. – оплата от ООО «Арктикстроймост» по договору подряда № 8743.

Расходы должника составили 11 860 839 941 руб. 03 коп., с учетом возврата ООО «СП Фоника» денежных средств в размере 2 097 242 032 руб. (том 496(495) л.д. 1), включая:

8 118 240 223 руб. – оплата ООО «Арктикстроймост» за выполнение строительно-монтажных работ (СМР) по Договору подряда № 8743 (том 496(495) л.д. 1);

661 130 750 руб. 03 коп. – оплата АО «Волгомост» по договору подряда № 8558 от 29.05.2014;

5 178 711 000 руб. – оплата ООО « СП Фоника» в качестве предоставления займов по договорам от 30.01.2014, от 22.10.2014 № 30/01-14, от 10.08.2015 № 10/08-15 (в дальнейшем 2 097 242 032 руб. возвращены).

Позиция ООО «РИК» сводится к тому, что используемая схемы распределения средств внутри группы не повлекла негативных последствий для должника, поскольку источником недостающего финансирования в сумме 4,1 млрд. руб. стали иные источники (компании группы Забарского и иные аффилированные лица), а не сам должник, что подтверждается тем, что ООО «СП Фоника» перечислило в компанию Дидрико 4,1 млрд. руб., из которых: перечисления должника в ООО «СП Фоника» в сумме 3,1 млрд. руб. за счет средств РИК (1,9 млрд. руб.), ООО «АрктикСтройМост» (312 млн. руб.), ООО «Тюменьстальмост» (132 млн. руб.) и иных источников (ООО «Строительное управление-1», ООО «РММ-Норд», ООО «Региональные газораспределительные сети», АКБ «Пересвет», ООО «ССС» и др. на общую сумму 0,8 млрд. руб.), кроме того ООО «СП Фоника» получила более 608 млн. руб. напрямую от «компаний группы Забарского», минуя должника, который был лишь впоследствии использован в качестве транзитной компании в рамках второго и третьего «витка» транзакций на общую сумму 354 млн. руб. Общая сумма с учетом нескольких «витков» транзакций по мнению ответчика составила 962,4 млн. руб.

Суд первой инстанции, по результатам анализа представленных в материалы дела выписок по счетам группы компаний (включая ООО «СП «Фоника», ООО «Мостострой-12, ООО «РИК», компании «Келстено Менеджмент Лимитед»), пояснений сторон, данных акта экспертного исследования от 21.10.2024 № 6775/15-6-24, пришел к выводу о совершении данными лицами многочисленных цепочек транзитных операций по переводу денежных средств должника через нескольких юридических лиц в пользу ООО «РИК» как конечного выгодоприобретателя (4 099 770 775 руб. 22 коп.) при установленном факте поступления на счета должника в аналогичный период времени денежных средств лишь от независимых кредиторов, а также последующем возвращении (2014-2015 гг.) от компании «Келстено Менеджмент Лимитед» на счета должника ООО «Мостострой-12» денежных средств в общей сумме 2 208 085 218 руб., что, в конечном счете, повлекло выбытие активов должника на сумму 1 891 685 557 руб. 22 коп.

Доводы ГК «АСВ», конкурсного управляющего должника, АКБ «Пересвет» (ПАО) о том, что судом необоснованно приняты во внимание данные акта экспертного исследования от 21.10.2024 № 6775/15-6-24, представленного в материалы дела ООО «РИК», отклоняются, учитывая, что данное экспертное заключение как одно из доказательств по делу не оспорено допустимыми действующим законодательствам способами.

Оценив представленное в материалы дела досудебное экспертное исследование, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований не доверять его выводам.

Более того, по общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Вместе с тем такая обязанность не является безграничной. Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально не подтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (определение Верховного Суда РФ от 18.01.2018 № 305-ЭС17-13822).

Поскольку в настоящем случае внесудебное заключение эксперта не оспорено, документальных доказательств, позволяющих усомниться в достоверности доказательства не представлено, сомнения в беспристрастности специалиста у апелляционного суда отсутствуют, соответствующие доводы иными лицами, участвующими в деле, не заявлены, апелляционный суд не находит оснований для исключения спорного внесудебного заключения эксперта из числа надлежащих доказательств по делу.

Иные доказательства, в том числе экспертные исследования, опровергающие выводы, изложенные в акте экспертного исследования от 21.10.2024 № 6775/15-6-24, суду первой инстанции представлены не были.

Оснований полагать, что возвращенные на счета должника различными транзитными платежами денежные средства в общем размере 2 208 085 218 руб. в действительности, являлись средствами должнику, ранее выведенными из имущественной сферы должника иным способом, сверх указанной ранее суммы в 4 млрд.руб., либо то, что данные платежи представляют собой оплату ООО «РИК» выполненных должником подрядных работ, не имеется, доказательств того не представлено.

Напротив, исходя из анализа денежных потоков, денежные средства оставались внутри группы компаний, учитывая, что финансовые вложения были неотъемлемой частью активов группы компаний и в соответствии со сложившимися обычаями делового оборота использовались для перераспределения денежных средств между компаниями – участниками такой группы. Доказательств того, что иных источников финансирования такой группы компаний, кроме как денежные средства должника, не существовало, суду не представлено.

Указанные обстоятельства в полной мере подтверждены представленными в материалы дела документами и надлежащими и допустимыми доказательствами возражающими лицами не опровергнуты.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, безосновательное изъятие из оборота должника средств в период 2014-2015 годы в размере 1 891 685 557 руб. 22 коп., стало отправной точкой развития финансового кризиса, наступившего в 2016 году, поскольку создало для должника дефицит собственных денежных средств для целей расчетов с контрагентами в текущей хозяйственной деятельности, что прослеживается по структуре изменения баланса должника за 2014-2016 гг.

Согласно бухгалтерской отчетности должника основную долю в структуре активов на протяжении 2014-2016 гг. занимали дебиторская задолженность и финансовые вложения (89 % на конец 2014 года и 90,3% – на конец 2016 года).

В составе финансовых вложений должника на 31.12.2016 года 62 % приходилось на ООО «Арктикстроймост». Векселя ООО «АрктикСтройМост» были получены ООО «Мостострой-12» на основании соглашений № 1/2015 от 31.12.2015 – 1 401 407 тыс. руб. (заключено за 3 месяца до подачи заявления о признании ООО «АртикСтройМост» несостоятельным (банкротом)) и № 2/2016 от 31.03.2016 – 650 000 тыс. руб. (заключено через 2 дня после подачи заявления о признании ООО «АртикСтройМост» несостоятельным (банкротом)).

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 26.07.2016 по делу № А81-1362/2016 в отношении ООО «АрктикСтройМост» введена процедура наблюдения по заявлению ООО «Уренгойгидромеханизация» на основании судебных актов от 10.04.2015 (оставленное в силе 25.08.2015) и 24.04.2015 (оставленное в силе 18.09.2015).

Заявление о признании ООО «АрктикСтройМост» банкротом принято к производству 11.04.2016, поступило в суд 28.03.2016.

С учетом сведений, установленных в рамках № А81-1362/2016, на момент заключения соглашений о передаче векселей ООО «АрктикСтройМост» не обладало каким-либо имуществом.

Контролирующими ООО «Мостострой-12» лицами с даты получения векселей до исключения ООО «АрктикСтройМост» из ЕГРЮЛ не принимались какие-либо действия по предъявлению и взысканию имеющихся денежных требований.

С учетом обстоятельств неосуществления ООО «Мостострой-12» каких-либо действий по установлению своих требований в реестр кредиторов ООО «АрктикСтройМост», аффилированности участников группы компаний, куда входили и должника и дебитор, результатов анализа финансово-экономического состояния ООО «Мостострой-12» от 09.04.2018, составленного конкурсным управляющим ФИО32, не имеется оснований полагать, что финансовые вложения должника в виде простых векселей ООО «Арктикстроймост» на сумму 1 401 408 тыс. руб. на конец 2015 года и 2 462 419 тыс. руб. на конец 2016 года являлись реальным активом должника, а не одним из инструментов создания видимости совершения конкретной хозяйственной операции с ООО «АрктикСтройМост» и более менее положительной структуры баланса общества за конкретный период времени, учитывая, что ООО «Арктикстроймост», являлось крупнейшим дебитором должника.

Вторым по значимости финансовым вложением должника на 31.12.2016 являлась задолженность по предоставленному ООО «РИК» займу в размере 1 153 526 тыс. руб., основная часть которого в сумме 1 127 004 тыс. руб. образовалась вследствие новирования дебиторской задолженности последнего (недоплата по договору подряда от 18.03.2014). Однако. Указанный актив, как верно указанно судом первой инстанции, не имел определяющего значения для имущественной сферы должника, поскольку, несмотря на платежеспособность ООО «РИК», данный займ возращен не был.

Дебиторская задолженность ООО «Северспецстрой» в размере 490 255 тыс. руб. также не погашена. Данный дебитор по результатам процедуры банкротства исключен из ЕГРЮЛ 28.01.2022 (дело о банкротстве № А81-1833/2017).

Данные обстоятельства по существу не опровергнуты. Суду не раскрыто наличие у должника в спорный период времени иного имущества, способного покрыть возникший дефицит в имущественной сфере должника, за счет которого предполагалось гасить кредиторскую задолженность ООО «Мостострой-12» в целях недопущения банкротства данного общества.

Довод ООО «РИК» о частичном возврате изъятых из оборота денежных средств на сумму 1 753 219 000 руб. в пользу должника векселями ООО «Арктикстроймост» на основании соглашений от 31.12.2015 № 1/2015 и 31.03.2016 № 2/2016 правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку каких-либо минимальных относимых и допустимых доказательств указанных обстоятельств ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено, характер правоотношений между должником и ООО «АрктикСтройМост» по вексельным обязательствам не раскрыт, учитывая также факт неплатёжеспособности последнего на дату заключения соглашений.

Доводы жалоб о необоснованном отказе судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства ООО «РИК» об истребовании спорных векселей отклоняются, учитывая, что конкурный управляющий отрицает факт передачи ему каких-либо векселей, в то время как ООО «АрктикСтройМост» в настоящее время ликвидировано.

Иные обстоятельства, свидетельствующие о возврате должнику неосновательно выбывших денежных средств, либо иной способ пополнения имущественной сферы должника в спорный период, в том числе за счет действий группы компаний, суду не раскрыты.

В отсутствии доказательств обратного, выводы суда первой инстанции о том, что значительное ухудшение финансового состояния должника в 2015-2016 гг., а также наличие устойчивой схемы по перераспределению денежных средств внутри одной группы компаний, находящейся под контролем конечного бенефициара ООО «РИК», направленной на получение средств на реализацию концессионного проекта, привели к развитию кризисной ситуации должника со значительной кредиторской задолженностью (более 7 млрд. рублей), не могут быть признаны необоснованными.

Само по себе несогласие с указанными выводами суда не может являться основанием для признания их неправомерными, противоречащими представленными в материалы дела доказательствам.

В тоже время согласно пункту 23 Постановления № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

На заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов не подтверждают совокупность обстоятельств, необходимых для возложения ответственности.

Таким образом, процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для заявителей посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины контролирующих должника лиц в доведении должника до банкротства, и на них перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков.

Соответствующая правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079.

Общим принципом привлечения к ответственности является исключительность данного института как механизма восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 Постановления № 53).

В пункте 20 Постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российского Федерального) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления № 53).

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы он сослался, суд применительно к статьям 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В случаях применения такого института, как субсидиарная ответственность, предусмотренного статьей 61.11 Закона о банкротстве, необходимо учитывать его правовую природу, поскольку она имеет не публично, а частноправовой характер, являясь мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов и восстановлении их имущественного положения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П и от 16.11.2021 № 49-П).

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (пункты 1, 2 Постановления № 53).

Таким образом, при рассмотрении соответствующих споров судам необходимо исходить из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено именно на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства и является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Такой иск направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору (уполномоченному органу), а генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса.

Именно поэтому, Верховный Суд Российской Федерации исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления № 53). На необходимость применения данного правового подхода при рассмотрении соответствующей категории дел Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал в определениях от 04.10.2021 № 307-ЭС21-17035, от 18.08.2023 № 305-ЭС23-17629(5-7) и др.).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера причиненных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

В данном случае, в обоснование позиции о наличии у ООО «РИК» возможности участвовать в деятельности должника, судом дополнительно приняты во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором Завьяловского районного суда от 12.10.2020 по уголовному делу № 1-2/2020, а именно:

- в целях участия в реализации регионального инвестиционного проекта «Строительство и эксплуатация на платной основе мостовых переходов через реку Кама и реку Буй у города Камбарка на автомобильной дороге Ижевск - Сарапул - Камбарка - граница Республики Башкортостан в Удмуртской Республике» ФИО3 совместно с ФИО1 08.06.2011 в г.Москве было учреждено ООО «РИК», распределив доли участия в нём в размере 50,5 % в пользу ФИО3 в лице представляемого им ОOO «Мостострой-12», 49 % в пользу ФИО1 лично и 0,5 % в пользу делового партнера ФИО3 – ФИО35, 05 октября 2011 года вышеуказанную долю ФИО1 приобрел ФИО3 через представляемое им ОOO «Мостострой-12», нарастив тем самым долю своего участия в обществе до 99,5%. Впоследствии в течение 2013-2014 гг., доли участия и участники в ООО «РИК» изменялись, однако доли участия ФИО3 через подконтрольные ему юридические лица в размере 50,5 % и ФИО35 в размере 0,5 % оставались неизменными, что обеспечивало прямую заинтересованность ФИО3, являющегося фактическим владельцем и бенефициаром ООО «РИК», в успешном ведении этим обществом предпринимательской деятельности при исполнении концессионного соглашения на территории Удмуртской Республики на стадии строительства (стр.7-8 приговора);

- 20.10.2011 ФИО3 обеспечивал возможность участия подконтрольного ему ООО «РИК» в конкурсе на право заключении концессионного соглашения, достижение победы в нём, заключения концессионного соглашения и его исполнение на основании договора простого товарищества (о совместной деятельности), создал простое товарищество (Консорциум «Региональная инвестиционная компания») в составе ООО «РИК» и подконтрольных ему ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост», при этом в силу статьи 1047 Гражданского колета Российской Федерации и ст.7 вышеуказанного договора представляемые ФИО3 организации обязались нести солидарную ответственность по всем общим обязательствам при ведении предпринимательской деятельности по исполнению концессионного соглашении, что, в свою очередь, существенно увеличило коммерческие риски ФИО3 в случае не ненадлежащего исполнения условий концессионного соглашения и, на против, обеспечило наличие у него заинтересованности в успешном ведении подконтрольными обществами в составе товарищества предпринимательской деятельности при исполнении концессионного соглашения на территории Удмуртской Республики, впоследствии в редакции этого договора от 31 июля 2014 года состав товарищей изменился, однако все бремя ответственности продолжили нести исключительно подконтрольные ФИО3 общества (стр.8-9 приговора);

- по состоянию на март 2014 года ФИО3 и подконтрольные ему ООО «РИК», ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» за свой счет и в отсутствие заемных средств, государственного финансирования строительства выполнили предусмотренные концессионным соглашением требования этапа финансового закрытия, ряд требований этапа выполнения предварительных условий начала строительства, относящегося к стадии строительства, в результате чего сам ФИО3 и подконтрольные ему организации понесли и продолжали нести значительные затраты и расходы, связанные с принятием во исполнение требований концессионного соглашения обременительных финансовых и иных обязательств, которые требовалось обслуживать, обеспечивая при этом надлежащее выполнение требований концессионного соглашения, необходимых для скорейшего получения заемных средств в Банке ВТБ (ОАО) и государственного финансирования строительства от Правительства Удмуртской Республики в лице ФИО41 (стр. 13 приговора);

- ФИО42 было известно об имеющейся у ФИО3 являющегося фактическим собственником и бенефициаром ООО «РИК», ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» заинтересованности в результатах осуществляемой этими обществами предпринимательской деятельности в Удмуртской Республике и получении прибыли от исполнения условий концессионного соглашения, в связи с чем затягивание приемки выполненных работ и расчетов за них, проведение по его указанию подчиненными должностными лицами ФИО41, иными должностными лицами правоохранительных и контрольных органов в Удмуртской Республике проверок в рамках контрольных и надзорных полномочий над строительством объекта концессионного соглашения с последующим внесением предписаний об устранении выявленных нарушений неизбежно приведет к несению ООО «РИК» в составе простого товарищества с ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» дополнительных непредвиденных расходов на устранение выявленных нарушений и обслуживание своих финансовых и иных обязательств перед кредиторами, что как следствие вызовет несоблюдение установленных концессионным соглашением объемов и сроков строительства, может повлечь временное приостановление строительства объекта концессионного соглашения и производственной деятельности вышеуказанных организаций, в результате чего эти общества понесут значительные финансовые потери. При таких обстоятельствах у ФИО42 имелись обоснованные основания полагать, что ФИО3 под контролем которого находилось ООО «РИК» и остальные общества в составе простого товарищества будет вынужден согласиться выполнить его (ФИО42) незаконное требование (стр.14-15 приговора);

- ФИО3 с октября по декабрь 2014, с сентября по октябрь 2015, в декабре 2015, июне 2016 желая избежать негативных для себя и представляемых им ООО «РИК», ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» последствий, руководствуясь имеющейся заинтересованностью в результатах экономической деятельности контролируемых организаций и намерением продолжить получать прибыль от реализации им концессионного соглашения, обеспечивая выполнение ранее достигнутой с ФИО42 преступной договоренности о получении и даче взятке поручал ФИО35, выступающему в качестве посредника во взяточничестве, подготавливать и передавать денежные средства (стр. 30-31, 38, 43 приговора);

- передача денежных средств от ФИО3 как контролирующего лица и бенефициара ООО «РИК», ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» в целях получения прибыли от реализации им концессионного соглашения осуществлялась в период времени с марта 2014 года по 15 февраля 2017 (стр. 50-51 приговора).

Таким образом, оснований для исключения ООО «РИК» из числа реальных выгодоприобретателей в созданной схеме ведения бизнеса, при которой ООО «РИК» по результатам заключения договора простого товарищества от 21.10.2011 (новая редакция от 31.07.2014), договора подряда от 18.03.2014, договора поручительства от 03.03.2014, не только восполнил за счет должника дефицит финансирования проекта, но и распределил на других участников группы, включая должника нагрузку по кредитным обязательствам, коллегией судей также не установлено.

Более того, обстоятельства того, что в ходе реализации концессионного соглашения возникла ситуация при которой 21.09.2016 истек срок действия банковской гарантии ПАО «Татфондбанк», обеспечивающей соглашение, а также приказом Банка России от 21.10.2016 № ОД-3629 введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов Банка «Пересвет», в результате чего ООО «РИК» было лишено возможности распоряжения собственными средствами в размере 1,8 млрд. руб. (в апреле 2017 года указанные средства ООО «РИК» были частично списаны Банком «Пересвет» и частично конвертированы в облигации с длительным сроком погашения), в суде апелляционной инстанции не опровергнуты.

В связи с указанным, судом первой инстанции обоснованно могла быть допущена ситуация, при которой избранный механизм перераспределения денежных средств должника в пользу ООО «РИК» о цепочке транзитных платежей на аналогичную сумму денежных средств (1,8 млрд.руб.) в действительно являлся способом восполнения имущественной сфера ООО «РИК» в ущерб интересам должника, входившего в ту же группу компаний.

В условиях риска предъявления требований со стороны ПАО «Банк ВТБ» к ООО «РИК» и должнику и необходимости дополнительного финансирования мероприятий в рамках концессионного соглашения ООО «РИК» новирует долговые обязательства перед должником в сумме 127 003 845 руб. 77 коп. посредством заключения 16.12.2016 соглашения о новации долгового обязательства по договору подряда от 18.03.2014 в заемные (договор займа № 1 от 16.12.2016 между ООО «Региональная Инвестиционная Компания» (заемщик) и ООО «Мостострой-І2» (займодавец) на сумму 563 501 922 руб. 85 коп.; договор займа №2 от 19.12.2016 между ООО «Региональная Инвестиционная Компания» (заемщик) и ООО «Мостострой-12» (займодавец), на сумму 563 501 922 руб. 85 коп.

При этом только за период 2017-2020 гг. доходы ООО «РИК» от осуществления деятельности по предоставлению платного проезда по объектам концессионного соглашения составили 1,3 млрд. руб., что подтверждается выписками по счетам ООО «РИК», включая 411 млн. руб. по итогам 2020 года: 343 073 тыс. руб. (наличная выручка, эквайринг), 1 111 тыс. руб. (АО «Дорожное предприятие «Ижевское» оплата за проезд по платным участкам моста), 12 905 тыс. руб. (ООО «Радонеж», оплата по договору №Р-163 от 02.03.2020 за организацию проезда), 8203 тыс. руб. (АО «Белкамнефть им. А.А. Волкова, договор №Р-52 от 15.01.2019), 5 297 тыс. руб. (ООО «Технологический транспорт, договор от 27.12.2019), 4 363 тыс. руб. (ОАО Милком», договор №Р-68 от 16.01.2019), 3 491 тыс. руб. (ООО «ТТН», договор № Р-78 от 21.01.2019), 2 737 тыс. руб. (ООО «УДС Нефть», договор №Р-50 от 18.12.2018), 2 121 тыс. руб. (ООО «Ника-Петротэк», договор №Р-77 от 21.01.2019), 1 788 тыс. руб. (ООО «Химмонтаж», договор №Р-100 от 24.05.2019), доходы от платы за проезд от прочих контрагентов.

С учетом совокупности установленных в рамках настоящего спора фактических обстоятельств, коллегия судей также исключает ситуацию, при которой взаимодействие ООО «Мостострой-12» и ООО «РИК» носило исключительно хозяйственный характер, ограничиваясь взаимовыгодным сотрудничеством при строительстве моста, а на стороне должника не возникло негативных последствий от участия ООО «РИК» в распределении финансовых ресурсов должника в свою пользу.

В тоже время, как правомерно отмечено судом первой инстанции, размер изъятых активов в сумме 1 891 685 557 руб. 22 коп., хоть и способствовал развитию финансового кризиса должника, но не явился его единственной или основной причиной банкротства и в сопоставлении с размером кредиторской реестровой задолженности (7 млрд руб.) не попадает под критерии существенности в целях квалификации субсидиарной ответственности ответчика.

Так, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.10.2022, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2023 и Арбитражного суда Уральского округа от 29.05.2023 по делу № А71-16579/2021, в результате проведенного судом сальдирования неисполненных встречных обязательств по договору подряда расчет завершающей обязанности ООО «РИК» перед должником составил 73 732 754 руб. 84 коп. основного долга, 6 017 804 руб. 85 коп. процентов и 9 669 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В связи с этим в настоящее время размер непогашенной задолженности ООО «РИК» перед ООО «Мостострой-12» составляет около 80 000 000 руб., поэтому учитывая установленный судами факт получения должником по концессионному соглашению прибыли в сумме более 11 000 000 000 руб., наличие указанной задолженности не могло явиться причиной банкротства должника, тем более в сравнении с иными суммами, выведенными КДЛ по недействительным сделкам.

Таким образом, суд первой инстанции, с учетом ранее изложенных в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.11.2023 по настоящему делу выводов, пришел к верным суждениям о том, что само по себе участие должника в реализации договора простого товарищества и концессионного соглашения не причинило должнику убытков и не могло послужить причиной его банкротства. Получение платы в связи с эксплуатацией мостовых переходов в результате реализации ООО «РИК» концессионного соглашения изначально определялось его условиями, полученные денежные средства направляются на погашение кредитных обязательств перед Банком ВТБ, а совершение с должником ООО «РИК» в последующем недействительных сделок выходит за рамки концессионного соглашения и о его недействительности или убыточности не свидетельствует.

Исходя из анализа упомянутых сделок, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о том, что совершение указанных сделок, не повлекли объективное банкротство и по масштабам деятельности существенно не ухудшили положение должника для целей привлечения ООО «РИК» к субсидиарной ответственности.

В тоже время имеются основания считать, что действия ООО «РИК» свидетельствуют о выводе активов должника на определенную сумму денежных средств (1 891 685 557,22 руб.), что фактически представляет собой причинением убытков должнику и его кредиторам, требования которых впоследствии не были погашены.

Доводы об отсутствии вины ООО «РИК» в причинении убытков, об убыточном характере деятельности общества не могут быть учтены апелляционным судом, поскольку указанное опровергается установленными по настоящему делу обстоятельствами и представленными в материалы дела доказательствами, которым судом первой инстанции дана развернутая оценка.

Выводы суда первой инстанции соответствуют вышеуказанным нормам права и правовой позиции суда вышестоящей инстанции, в том числе в части правовой природы убытков.

Доводы жалобы со ссылкой на судебную практику подлежат отклонению, поскольку обстоятельства, установленные в рамках приведенных в жалобе дел, не являются тождественными обстоятельствам, установленным в рамках настоящего дела.

Результаты рассмотрения иных дел, по каждому из которых устанавливаются фактические обстоятельства на основании конкретных доказательств, представленных сторонами, сами по себе не свидетельствуют о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права. Какого-либо преюдициального значения для настоящего дела судебные акты, указанные в апелляционной жалобе не имеют, приняты судами по конкретным делам.

Ссылка ответчика и возражающих лиц на иную правовую природу убытков отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку недобросовестными действиями ООО «РИК» по выводу денежных средств из собственности должника, созданию схемы по уклонению от возврата таких средств должнику, непредставлении доказательств иного способа пополнения имущественной сферы должника, причинены убытки кредиторам должника, которая могут быть восполнены в рамках процедуры банкротства с помощью института взыскания убытков (как компенсация необоснованных имущественных потерь).

Иные доводы апелляционных жалоб относительно оснований субсидиарной ответственности и правовой природы убытков, их наличия или отсутствия рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются необоснованными по изложенным мотивам.

Выводы суда первой инстанции относительно соблюдения срока исковой давности признаются апелляционным судом обоснованными. Поскольку с учетом редакции, подлежащей применению в период вменяемого ответчику нарушения, право на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности у конкурсного управляющего и кредиторов возникало только в процедуре конкурсного производства, а в настоящем деле о банкротстве решение о признании банкротом состоялось 25.10.2017, обратившись с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «РИК» 16.09.2020, уполномоченный орган предельный срок давности не пропустил.

Срок исковой давности для взыскания убытков с ООО «РИК» уполномоченным органом также не пропущен.

Приведенные подателями жалобы доводы оснований для иной даты начала исчисления срока исковой давности не подтверждают.

Доказательств иного в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, основания для прекращения производства по настоящему обособленному спору в части, касающейся требований, заявленных к ООО «РИК», у суда первой инстанции отсутствовали.

Ссылка заявителей на то, что судом не дана оценка всем представленным доказательствам, подлежит отклонению, поскольку неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. При этом данное обстоятельство не привело к принятию неправильных судебных актов по существу спора и не является безусловным основанием для их отмены.

В целом доводы заявителей апелляционных жалоб отражают субъективную оценку обстоятельств настоящего дела, входящих в предмет доказывания, и не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм процессуального и материального права либо о наличии выводов, не соответствующих обстоятельствам дела. Несогласие заявитеейя с результатами оценки исследованных судом первой инстанции доказательств и установленных обстоятельств не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Доводы заявителей жалоб, по существу повторяют позицию а, изложенную в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области. Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителей жалоб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 ноября 2024 года по делу № А70-2099/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.


Председательствующий


О.Ю. Брежнева

Судьи


Е.В. Аристова

О.В. Дубок