Постановление от 21 марта 2024 г. по делу № А23-7912/2021

1219/2024-8541(2)


ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-7912/2021 20АП-237/2024 Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2024 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мордасова Е.В., судей Большакова Д.В. и Тимашковой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПоставкаОпт» на решение Арбитражного суда Калужской области от 23.11.2023 по делу № А23-7912/2021 (судья Сахарова Л.В.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ПоставкаОпт» (г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>) к Калужской таможне (г. Калуга ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительными решений;

при участии в заседании: от Калужской таможни – ФИО2 (доверенность от 26.03.2023).

иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции своих представителей не направили, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом;

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ПоставкаОпт» (далее – ООО «ПоставкаОпт», общество) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с заявлением к Калужской таможне (далее – заинтересованное лицо) о признании недействительными решения от 04.06.2021 по результатам таможенного контроля

№ 10106000/210/040621/Т000008/001 о признании товаров незаконно перемещенными через таможенную границу Евразийского экономического союза.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 01.06.2022, оставленным без изменения Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022,

в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 01.03.2023 решение Арбитражного суда Калужской области от 01.06.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судом кассационной инстанции указано на то, что при новом рассмотрении дела необходимо установить, какой товар подлежал ввозу, какой фактически был ввезен и изъят таможней; в материалах дела отсутствовали

договор № 05.04.2018 № 07-04-18-Э и ДТ №№ 11206604/260219/0002208, 11206604/260219/0002214, 11206611/020319/0009839, 11206611/150319/0012577, 11206611/160319/0012605, 11216463/160319/0007927.

По результатам нового рассмотрения Арбитражным судом Калужской области было принято решение от 23.11.2023, которым в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, ООО «ПоставкаОпт» обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование своей позиции апеллянт ссылается на то, что факт отсутствия идентификационных сведений о товарах, указанных в ДТ № 11216463/160319/0007927, не приводит к выводу о том, что перечисленные товары должны считаться недекларированными; таможенный орган неправомерно определил таможенную стоимость товаров; общество не является лицом, на которое возлагается солидарная ответственность по уплате таможенных платежей; нарушены порядок проведения таможенной проверки и таможенного досмотра, а также сроки таможенной проверки; использование таможней результатов оперативно-розыскной деятельности, предшествовавшей таможенной проверке, является незаконным; ссылка на материалы, полученные по линии международного сотрудничества в части доказывания достоверности сведений о поставленных товарах, недопустима; в решении о признании товара незаконно перемещенным не содержится числовой информации, не позволяющей определить дату, на которую рассчитана таможенная стоимость и таможенные платежи; для определения веса отдельной категории товаров необходимо фактическое взвешивание, когда как таковое не было произведено, тем самым, подвергая полученные весовые характеристики сомнению.

Таможня в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, а жалобу – без удовлетворения.

Проверив в порядке, установленном ст. 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), законность обжалуемого судебного акта, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, в связи с наличием информации о возможных нарушениях таможенного законодательства, допущенных при перемещении товаров на автотранспортном средстве с регистрационными номерами АВ9348-4/А5786А-4 Центральной оперативной таможней (далее – ЦОТ) 18.03.2019 по адресу: г. Москва, п. Рязановское, вблизи <...> проведено обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств.

Изъятые товары переданы на ответственное хранение на Приокский тыловой таможенный пост Центрального таможенного управления (протокол изъятия предметов, материалов и сообщений от 18.03.2019 – том 7, л.д. 5).

Внутри транспортного средства «MAN TGA 24.440» (г.р.н. АВ9348-4/А5786А-4, пломба с маркировкой «Газ Венчуре»), в котором следовал товар (одежда, обувь, аксессуары, игровые автоматы, автодетали и прочее - весом брутто 10 853,7 кг, 664 грузовых мест), вместе с товаром находились два комплекта коммерческой документации на него - в том числе, инвойс/счет-фактура от 16.03.2019 № 46706, товарная накладная от 16.03.2019 № 0187765, международная транспортная накладная (CMR) от 16.03.2019 № 46706, международная транспортная накладная (CMR) от 15.03.2019 № 60924, книжка МДП (CARNET TIR) № ХЕ82460924, инвойс от 14.03.2019 № роо0174, спецификация от 14.03.2019 № роо0174 приложение от 14.03.2019 № роо0174 к договору от 28.04.2017

№ 28-04-17-I) (том 6, л.д 99-100, том 12, л.д. 46-97).

Согласно указанным документам отправителем товаров на территории ЕАЭС является ООО «Газ Венчуре» (РБ Беларусь), получателем - ООО «ПоставкаОпт».

Из обнаруженных документов (инвойс от 14.03.2019 № роо0174) также следовало, что данные товары сначала поступили в адрес ООО «Газ Венчуре» (РБ Беларусь) от компании OPEN AMBER LP (United Kingdom) в рамках внешнеторгового контракта от 28.04.2017 № 28-04-17-I с компанией «OPEN AMBER LP» (24 Station Square, Suite 16, Invernes, IV1 1LD, Scotland/Шотландия, United Kingdom/Соединенное Королевство), при содействии организации UAB «SakBar» (Minsko pl. 16 km, Bareikiskiskiu village, LT-13176, Lithuania/Литва), которое импортировало с территории Европейского союза на таможенную территорию ЕАЭС указанную товарную партию общим весом брутто 10 853,7 кг, 664 грузовых мест. Перевозка осуществлялась на транспортном средстве с регистрационными номерами АВ9348-4/А5786А-4 на условиях поставки CPT (BRUZGI).

Согласно CMR от 15.03.2019 № 60924, местом формирования товарной партии перед отправкой на территорию ЕАЭС являлся консолидационный склад UAB «SakBar» (Литовская Республика). Погрузка товарных партий производилась в г. Вильнюс Литовской Республики. Пункт назначения товаров на таможенной территории ЕАЭС – склад временного хранения СВ-1601/0000273, пункт таможенного оформления «Брузги- ТЛЦ» Гродненской региональной таможни ГТК Республики Беларусь.

Таким образом, по документам, покупатель ООО «ПоставкаОпт» приобрело у ООО «Газ Венчуре» товар по договору № 07-04-18-Э от 05.04.2018, на который стоит ссылка в инвойсе от 16.03.2019 № 46706, товарной накладной от 16.03.2019 № 0187765.

В материалы дела таможней представлены к вышеуказанному договору: товарная накладная от 16.03.2019 № 0187765, инвойс, в котором указан перечень поставляемого товара (от 16.03.2019 № 46706), акт приема-передачи от 16.03.2019, подписанный сторонами.

Перечни товаров по иностранному инвойсу poo0174 (между OPEN AMBER LP и ООО «Газ Венчуре») и соответствующей накладной и инвойсу № 46706 от 16.03.2019 (между ООО «Газ Венчуре» и ООО «ПоставкаОпт») и соответствующей ему накладной совпадают.

В соответствии со статьей 328 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), мерами по минимизации риска, установленными целевым правоохранительным профилем риска № 21/10106/30102019/065776, в отношении товаров, перевозка которых осуществлялась на транспортном средстве АВ9348-4/А5786А-4 и находящихся на ответственном хранении на Приокском тыловом таможенном посту, Калужской таможней проведен таможенный досмотр, по результатам которого составлен акт таможенного досмотра (таможенного осмотра) от 30.12.2019 № 10106000/210/301219/А000059 (том 2).

В связи с чем, отделом таможенного контроля после выпуска товаров Калужской таможни с 30.01.2020 по 25.03.2021 в соответствии со статьей 333 ТК ЕАЭС проведена выездная таможенная проверка ООО «ПоставкаОпт» по вопросу факта помещения товаров под таможенную процедуру, о чем составлен акт выездной таможенной проверки от 25.03.2021 10106000/210/250321/А000008.

По результатам выездной таможенной проверки в соответствии со статьями 218, 237 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в отношении ООО «ПоставкаОпт» принято решение 04.06.2021 № 10106000/210/040621/Т000008/001 о признании товаров незаконно перемещенными ООО «ПоставкаОпт» через таможенную границу Евразийского экономического союза.

Не согласившись с решением от 04.06.2021 № 10106000/210/040621/Т000008/001 общество обратилось в Арбитражный суд Калужской области.

Рассматривая спор по существу, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200 АПК РФ и п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и органов местного самоуправления необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ орган, должностное лицо должны доказать соответствие их решения, действия (бездействия) закону; обязанность по доказыванию нарушения оспариваемым решением, действием (бездействием) прав и законных интересов возлагается на лицо, обратившееся в суд за его оспариванием.

Согласно подпункту 12 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС иностранные товары - это товары, которые не являются товарами Евразийского экономического союза.

Исходя из пункта 1 статьи 14 ТК ЕАЭС товары, ввозимые на таможенную территорию Евразийского экономического союза, находятся под таможенным контролем с момента пересечения таможенной границы ЕАЭС.

На основании пунктов 2, 7, 8 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенный контроль проводится в отношении объектов таможенного контроля с применением к ним определенных самостоятельных форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля. В целях проверки сведений, подтверждающих факт выпуска товаров, таможенными органами может проводиться таможенный контроль в отношении товаров, находящихся на таможенной территории Союза, при наличии у таможенных органов информации о том, что товары были ввезены на таможенную территорию Союза и (или) находятся на таможенной территории Союза с нарушением международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования. Таможенный контроль проводится в период нахождения товаров под таможенным контролем до истечения 3 лет.

Статья 311 ТК ЕАЭС определяет объекты таможенного контроля как товары, находящиеся на таможенной территории ЕАЭС, при наличии у таможенных органов информации о том, что такие товары были ввезены на таможенную территорию ЕАЭС и (или) находятся на таможенной территории ЕАЭС в нарушение международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 ТК ЕАЭС перемещаемые через таможенную границу товары подлежат таможенному контролю. Согласно пункту 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

Обязанность проведения таможенного декларирования также установлена статьей 95 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Подпунктом 25 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС установлено, что незаконное перемещение товаров через таможенную границу Союза это перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 ТК ЕАЭС должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации.

Согласно положениям подпункта 7 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС декларантом признается лицо, которое декларирует товары либо от имени которого декларируются товары.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 83 ТК ЕАЭС декларантом товаров, помещаемых под таможенные процедуры, может выступать лицо государства-члена:

- являющееся стороной сделки с иностранным лицом, на основании которой товары перемещаются через таможенную границу Союза;

- от имени и (или) по поручению которого заключена сделка, указанная в абзаце 2 подпункта 1 пункта 1 статьи 83 ТК ЕАЭС;

- имеющее право владения, пользования и (или) распоряжения товарами, - если товары перемещаются через таможенную границу Союза не в рамках сделки, одной из сторон которой является иностранное лицо;

- являющееся стороной сделки, заключенной с иностранным лицом или с лицом государства-члена в отношении иностранных товаров, находящихся на таможенной территории Союза;

- являющееся экспедитором, - при заявлении таможенной процедуры таможенного транзита.

Согласно статье 56 ТК ЕАЭС, обязанность по уплате ввозных таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза возникает при ввозе товаров на таможенную территорию Союза. Обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза возникает у лиц, незаконно перемещающих товары. Лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе товаров на таможенную территорию Союза - также лица, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности их ввоза на таможенную территорию Союза, несут солидарную обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов с лицами, незаконно перемещающими товары. Обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза прекращается у лиц, указанных в пункте 2 статьи 56 ТК ЕАЭС, при наступлении следующих обстоятельств:

1) исполнение обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов и (или) их взыскание в размерах, исчисленных и подлежащих уплате в соответствии с пунктами 5 - 8 статьи 56 ТК ЕАЭС;

2) помещение товаров под таможенные процедуры в соответствии с ТК ЕАЭС.

Как следует из материалов дела, для передачи товаров по договору от 05.04.2018 № 07-04-18-Э ООО «Газ-Венчуре» был заключен договор б/н на оказание транспортных услуг от 15.01.2019, в соответствие с которым перевозку товаров осуществляла компания перевозчик ООО «ДимАвтоТранс» (РБ), нанятая экспедитором Elcomp Trade Limited (Гонконг). Исходя из транспортной документации (заявка Elcomp Trade Limited от 11.03.2019, акт выполненных работ от 20.03.2019 к заявке, счет № 101 от 20.03.2019) маршрут перевозки представляется следующим образом: Вильнюс, Литва – Красногорск, Московская область (через пункт Брузги, РБ).

В то же время по иностранному инвойсу poo0174 условия поставки поименованы как CPT BRUZGI (инкотермс 2019), то есть груз должен быть поставлен перевозчиком продавца (OPEN AMBER LP) в Республику Беларусь.

Из условий поставки FCA РБ Беларусь, указанных в договоре между ООО «Газ- Венчуре» и ООО «ПоставкаОпт» от 05.04.2018 № 07-04-18-Э следует, что по территории

ЕАЭС перевозка должна была организовываться или осуществляться ООО «ПоставкаОпт».

Однако в ответе на требование Калужской таможни от 12.02.201 № 07-24/2065, письмом от 17.03.2021 б/н ООО «ПоставкаОпт» сообщило об отсутствии документов об организации перевозки товаров. Таким образом, вся перевозка осуществлена одной компанией ООО «ДимАвтоТранс» на транспортном средстве с регистрационными номерами АВ9348-4/А5786А-4 по маршруту Литовская Республика – Республика Беларусь – Российская Федерация, по CMR от 16.03.2019 № 46706, в которой указан регистрационный номер транспортного средства АВ9348-4/А5786А-4 и CMR от 15.03.2019 № 60924, в которой, в свою очередь, указан регистрационный номер того же самого транспортного средства.

При этом CMR № 60924 от 15.03.2019 представлен ООО «ПоставкаОпт» и заверен им же, хотя общество сообщило об отсутствии документов об организации перевозки товаров.

Исходя из письма Ассоциации международных автомобильных перевозчиков (АСМАП) от 17.02.2020 № АСМАП-6/1-19/209 на запрос Калужской таможни от 12.02.2020 № 07-25/1914 после использования книжка МДП (Carnet TIR) № XE82460924 утрачена перевозчиком.

Основываясь на информации, размещенной в базе данных Международного союза автомобильного транспорта книжка МДП (Carnet TIR) № XE82460924 выдана перевозчику 25.02.2019, заявленный маршрут Литва – Беларусь, транзит в Республике Беларусь открыт на ПТО «Привалка-1» (код таможенного органа 16412), закрыт на ПТО «Брузги-ТЛЦ» (код таможенного органа 16463), таможенные операции совершены на ПТО «Брузги-ТЛЦ».

В письме б/н от 17.02.2021 поименованном как «Ответ на требование о предоставлении документов и сведений при выездной таможенной проверке» (направленная информация таможней не запрашивалась), общество сообщило, что перевозку из Литовской республики на территорию Республики Беларусь осуществляла компания-перевозчик UAB SakBar.

Однако указанное не соответствует представленным документам и фактическим обстоятельствам. Противоречия в организации и осуществлении перевозки подтверждаются полученными сотрудниками ЦОТ от водителя транспортного средства с регистрационными номерами АВ9348-4/А5786А-4 объяснениями (акт опроса от 18.03.2019 – том 7, л.д. 1), согласно которым загрузка транспортного средства иностранным товаром производилась в г. Вильнюс Литовской Республики на территории логистического склада UAB «Sak Ваr» (указан в качестве отправителя в CMR от

15.03.2019 № 60924), а разгрузка - на территории склада, расположенного по адресу:

<...>, без осуществления разгрузки на территории Республики Беларусь.

Исходя из CMR от 16.03.2019 № 46706, счет-фактуры от 16.03.2019 № 46706 и товарной накладной от 16.03.2019 № 0187765 (наименование и количество товаров, идентично указанному в инвойсе от 14.03.2019 № poo0174, спецификации от 14.03.2019 № роо0174 приложение от 14.03.2019 № роо0174 к договору от 28.04.2017 № 28-04-17-I), поименованная в них товарная партия ООО «Газ Венчуре» реализована в рамках взаимной торговли стран ЕАЭС по заключенному с ООО «ПоставкаОпт» договору от 05.04.2018 № 07-04-18-Э.

Перевозка не прерывалась и продолжилась от места назначения, указанного в CMR от 15.03.2019 № 60924 (ПТО «Брузги-ТЛЦ»), на том же транспортном средстве с регистрационными номерами АВ9348-4/А5786А-4, в том же (по документам) количестве664 грузовых места, весе, номенклатуре, до места разгрузки, указанного в CMR от 16.03.2019 № 46706 (1) <...>; 2) Московская область,

<...>). Стоимость товаров, на условиях поставки FCA Брузги, согласно счет-фактуре от 16.03.2019 № 46706, товарной накладной от 16.03.2019

№ 0187765 составила 38 410,52 долл.США.

Таким образом, установлено, что по всему маршруту следования партии товаров от места загрузки в Литовской Республике до места изъятия товаров сотрудниками ЦОТ на территории Российской Федерации, количество мест, вес брутто, номенклатура товаров (код ТН ВЭД) и автотранспортное средство не менялись, выгрузка товаров не производилась.

ООО «ПоставкаОпт» в представленных ЦОТ (письмо ЦОТ о 24.10.2019 № 0717/15600, от 13.01.2020 № 07-17/185), а также в Калужскую таможню (письмо б/н от 17.02.2021, направленное по собственной инициативе и поименованное как «Ответ на требование о предоставлении документов и сведений при выездной таможенной проверке», фактически являющееся информационным письмом, а сам ответ на требование представлен письмом б/н от 17.03.2021), документах указана информация о таможенном декларировании проверяемых товаров в таможенных органах Республики Беларусь по декларациям на товары №№ 11206604/260219/0002208, 11206604/260219/0002214, 11206611/020319/0009839, 11206611/150319/0012577, 11216463/160319/0007927, 11206611/160319/0012605.

Между тем по указанным декларациям (кроме № 11216463/160319/0007927) в Республике Беларусь задекларированы отличные по периоду ввоза (поставка спорных товаров могла быть не раньше марта 2019 г. – поскольку иностранный инвойс № poo0174

датирован 14.03.2019, видам товаров (ДТ № 11206604/260219/0002208 – видеотюнеры (Китай), № 11206604/260219/0002214 – видеотюнеры (Китай),

№ 11206611/020319/0009839 – мебель (Китай), 11206611/150319/0012577 (арматура водопроводная (Китай), 11206611/160319/0012605 (арматура водопроводная (Китай)), по сравнению с какими бы то ни было товарами (указанными ли в вышеперечисленных товаросопроводительных документах, либо фактически находящимися в транспортном средстве и досмотренными товарами) (том 12, л.д. 112-123).

Таким образом, товар по данным декларациям не соответствует по виду ни одному товару из перечня, указанного в товаросопроводительных документах, находившихся в задержанном транспортном средстве, либо товару из акта досмотра.

Довод апеллянта, выражающийся в утверждении того, что факт отсутствия идентификационных сведений о товарах, указанных в ДТ № 11216463/160319/0007927, не приводит к выводу о том, что перечисленные товары должны считаться недекларированными, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным ввиду следующего.

В связи с тем, что при новом рассмотрении суд кассационной инстанции указал на необходимость изучения отсутствовавших в материалах дела документов, судом первой инстанции было произведено исследование перечня документов и товаров, указанных в ДТ № 11216463/160319/0007927, а также фотографий досмотра, которые были представлены таможней на 4-х дисках.

В результате анализа указанных документов, Арбитражный суд Калужской области верно установил, что в ДТ № 11216463/160319/0007927 отсутствуют товары с идентификационными признаками (артикулы, модель), указанными в изъятых ЦОТ товаросопроводительных документах (и обнаруженных в задержанном транспортном средстве) – в том числе, инвойсе от 14.03.2019 № poo0174, счет-фактуре от 16.03.2019 № 46706, товарной накладной от 16.03.2019 ЕЯ № 0187765, а также задекларированные товары не соответствуют товарам, обнаруженным в ходе досмотра. Было произведено сравнение по сведениям о товарах, заявленных в ДТ № 11216463/160319/0007927 – данные предоставленные таможней из ЦБД ЕАИС ТО, а также информация, поступившая из ЦИТТУ письмом № 12-09/09443 дсп от 02.11.2020 со сведениями об идентификации в соответствии с актом таможенного досмотра (том 14 л.д.152).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в рассматриваемом случае отсутствие идентификационных признаков товара в декларациях на товары (артикулы, модели) является нарушением подпункта 29 пункта 15 Порядка, утвержденного Решением

Комиссии таможенного союза от 20.05.2010 № 257 «Об Инструкциях по заполнению таможенных деклараций и формах таможенных деклараций».

Довод апеллянта о неправомерности определения таможенным органом таможенной стоимости товаров признается судом апелляционной инстанции ошибочным, поскольку в п. 4 Положения об особенностях определения таможенной стоимости товаров, ввезенных на таможенную территорию Евразийского экономического союза с недекларированием, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.08.2013 № 180 (далее – Положение) регламентируется порядок применения методов определения таможенной стоимости товаров. Так, таможенная стоимость товаров, ввезенных с недекларированием, будет определяться по резервному методу (метод 6), установленному статьей 45 ТК ЕАЭС, с учетом особенностей, определенных пунктами 5 - 7 настоящего Положения, если не установлены обстоятельства ввоза на таможенную территорию Союза товаров, ввезенных с недекларированием, позволяющие применить методы определения таможенной стоимости товаров, установленные статьями 39, 41 - 44 ТК ЕАЭС.

При определении таможенной стоимости товаров, ввезенных с недекларированием, в рамках метода 6 соблюдается установленная пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС последовательность применения методов определения таможенной стоимости товаров.

На основании п. 7 Положения в случае, указанном в пункте 4 настоящего Положения, таможенная стоимость товаров, ввезенных с недекларированием, определяется на основе стоимости сделки с товарами того же класса или вида при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза, а в случае отсутствия такой сделки - на основе цены, по которой товары того же класса или вида продаются на таможенной территории Союза, либо определяется на основе иных данных, имеющихся на таможенной территории Союза, путем использования методов, совместимых с принципами и положениями главы 5 Кодекса, если:

отсутствуют документы, имеющие отношение к товарам, ввезенным с недекларированием, и содержащие сведения об обстоятельствах их ввоза и (или) продажи на таможенной территории Союза;

невозможно использовать сведения, содержащиеся в документах, имеющих отношение к товарам, ввезенным с недекларированием;

цена, по которой товары, ввезенные с недекларированием, были приобретены на таможенной территории Союза, не близка ни к одной из величин, указанных в абзацах третьем (стоимость сделки с товарами того же класса или вида при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза (стоимостью сделки с товарами того же класса или

вида является таможенная стоимость этих товаров, определенная по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), установленному статьей 39 Кодекса, и принятая таможенным органом государства - члена Союза, на территории которого обнаружены товары, ввезенные с недекларированием) и четвертом (цена, по которой товары того же класса или вида продаются в том же географическом регионе, в котором была осуществлена покупка товаров, ввезенных с недекларированием, лицам, не являющимся взаимосвязанными с продавцом) пункта 6 настоящего Положения;

отсутствуют необходимые сведения о величинах, указанных в абзацах третьем и четвертом пункта 6 настоящего Положения.

В силу того, что при проведении таможенной проверки не установлены все обстоятельства ввоза товаров на таможенную территорию ЕАЭС, при наличии обстоятельств, указанных в п. 7 Положения, в целях сопоставления с ценой, по которой незаконно ввезенные товары были приобретены, Калужской таможней использовалась ценовая информация о товарах того же класса или вида, обладающих характеристиками, максимально схожими с характеристиками незаконно ввезенных товаров из базы данных товаров «Мониторинг-Анализ», задекларированных другими участниками внешнеэкономической деятельности в период (90 дней), предшествующий ввозу товаров на таможенную территорию ЕАЭС. Дата ввоза спорных товаров установлена таможенным органом – 16.03.2019.

Таким образом, при определении таможенной стоимости товара таможенным органом не было допущено нарушения норм права, что исключает наличие неправомерности.

Довод общества о том, что оно не является лицом, на которое возлагается солидарная ответственность по уплате таможенных платежей, обоснованно отклонен судом первой инстанции, в силу того, что в определениях от 27.11.2001 № 202-О и от 08.02.2011 № 191-О-О Конституционного Суда Российской Федерации указывается, что уплата таможенных платежей - необходимое условие таможенного оформления товаров, оно представляет собой, по существу, не гражданско-правовое обязательство, а публично-правовую обязанность, лежащую на лицах, участвующих в таможенных операциях, прежде всего непосредственно на декларантах - лицах, перемещающих товары.

Согласно таможенному законодательству, ответственным за уплату таможенных платежей является декларант как лицо, которое декларирует товары либо от имени которого декларируются товары. Однако, если будет выявлено в порядке, установленном законом, незаконное перемещение товаров через таможенную границу, то согласно п. 2 ст. 56 ТК ЕАЭС при ввозе таких товаров на таможенную территорию обязанность по уплате

таможенных платежей возникает солидарно у лиц, которые приобрели незаконно ввезенные товары, если они знали или должны были знать о незаконности ввоза.

Как указывается в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.04.2001 № 7-П существует правовая связь между публично-правовыми таможенными отношениями, возникающие в связи с перемещением через таможенную границу товаров, и имущественными отношениями, в рамках которых на контрагентов возлагается обязанность по обеспечению и соблюдению таможенных требований, выражающаяся в зависимости исполнения таможенных обязанностей от исполнения имущественных обязательств соответствующих контрагентов.

Предоставленное субъекту таможенных правоотношений правомочие доказывать свою невиновность корреспондирует его возможности принимать меры по обеспечению выполнения контрагентами имеющихся перед ним обязательств, с тем чтобы в свою очередь не утратить возможность для исполнения своих публично - правовых (таможенных) обязанностей, которое не должно обеспечиваться в меньшей степени, чем выполнение обязательств в имущественных отношениях: на нем лежит забота о выборе контрагента и обеспечении выполнения последним принятых обязательств любыми законными способами, он отвечает за неисполнение публичных обязанностей, связанных в том числе с действиями (бездействием) контрагентов. Это, однако, не исключает, что в дальнейшем имущественные права привлеченного к ответственности субъекта таможенных отношений могут быть восстановлены путем предъявления иска контрагенту, действия (бездействие) которого повлекли наложение взыскания.

Таким образом, вступая в таможенные правоотношения, лицо должно не только знать о существовании обязанностей, установленных для каждого отдельного вида правоотношений, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона. При этом права лица как раз и определяют ту степень заботливости и осмотрительности, которая должна быть проявлена лицом.

Довод общества о нарушении сроков и порядка проведения таможенной проверки отклоняется в силу следующего.

Для осуществления таможенного контроля таможенным органом в целях проверки соблюдения лицами международных договоров и актов проводится таможенная проверка. Выбор вида таможенной проверки осуществляется таможенным органом в зависимости от конкретных мероприятий, которые будут проводиться ходе проверки, что лежит в сфере полномочий таможенного органа, а не проверяемого лица, и не подлежит согласованию с ним.

Исходя из обстоятельств дела, было необходимо произвести изъятие и арест товара, что невозможно при камеральной таможенной проверке.

Согласно таможенному законодательству, а именно п. 18 ст. 333 ТК ЕАЭС датой начала проведения выездной таможенной проверки считается дата вручения проверяемому лицу решения (предписания) о проведении выездной таможенной проверки, а если такое решение (предписание) о проведении выездной таможенной проверки доводится до проверяемого лица иным способом, - дата, определяемая в соответствии с законодательством государств-членов.

Способ вручения проверяемому лицу решения (предписания) о проведении выездной таможенной проверки определяется ч. 9 ст. 229 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которой направление указанного решения возможно посредством заказного почтового отправления с уведомлением о вручении.

В случае такого вручения проверяемому лицу решения (предписания) о проведении выездной таможенной проверки, датой начала проведения выездной таможенной проверки считается дата получения проверяемым лицом указанного решения (ч. 13 ст.29 ФЗ от 03.08.2018 № 289-ФЗ).

Относительно предъявления должностными лицами таможенного органа своих служебных удостоверений, п. 20 ст. 333 ТК ЕАЭС возлагает на указанных лиц обязанность по предъявлению руководителю проверяемого лица, лицу, замещающему руководителя, либо представителю проверяемого лица своих служебных удостоверений перед началом проведения выездной таможенной проверки на объекте проверяемого лица.

Иными словами, основываясь на правовых нормах таможенного законодательства, выездная таможенная проверка может быть начата без выезда на объект проверяемого лица, то есть без непосредственного контакта должностных лиц таможенных органов с проверяемым лицом и, соответственно, без предъявления своих служебных удостоверений, путем направления решения о проведении выездной таможенной проверки лицу почтовым отправлением.

Исходя из обстоятельств дела, таможенный орган, определяя вид таможенной проверки, исходил из местонахождения ООО «ПоставкаОпт» (<...>, офис 213). В связи с тем, что указанное местоположение находится на значительном расстоянии от нахождения таможенного органа, в регионе деятельности которого размещена товарная партия - Калужской таможни и наличием вероятности применения прав, которые предусмотрены только при проведении выездной таможенной проверки, таможенным органом была выбрана именно эта форма таможенного контроля с

направлением решения заказным почтовым отправлением, что не противоречит таможенному законодательству.

Таким образом, таможенный орган воспользовался правами, данными Таможенным кодексом ЕАЭС при проведении выездной таможенной проверки (арест, изъятие в ходе и по результатам таможенной проверки). Поскольку выезд к месту проведения таможенной проверки является правом таможенного органа, неосуществление такового не может являться нарушением в силу того, то это не является обязанностью таможенного органа. Исходя из этого, нарушения порядка проведения таможенной проверки отсутствуют.

Согласно пункту 22 статьи 333 ТК ЕАЭС срок проведения выездной таможенной проверки не должен превышать 2 месяца. В указанный срок не включается период времени между датой вручения проверяемому лицу требования о представлении документов и (или) сведений и датой получения таких документов и (или) сведений. Кроме того, срок проведения выездной таможенной проверки может быть продлен на 1 месяц по решению таможенного органа, который проводит такую проверку (пункт 23 статьи 333 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 3 статьи 340 ТК ЕАЭС установленный таможенным органом в запросе (требовании) о представлении документов и (или) сведений срок представления таких документов и (или) сведений может быть продлен на основании мотивированного обращения лица, которому направлен запрос (требование), в том числе для восстановления утраченных документов. Срок, на который продлевается представление документов и (или) сведений, определяется исходя из обращения лица, которому направлен запрос, но не должен превышать 2 месяца со дня истечения установленного таможенным органом срока представления документов и (или) сведений.

Действующее законодательство при этом не содержит запрета на направление требования о представлении документов и (или) сведений в период продления выездной таможенной проверки на 1 месяц.

Исходя из системного толкования вышеуказанных норм следует, что установленный таможенным органом в Требовании о представлении документов, направленном в период продления выездной таможенной проверки, срок может быть продлен до 2 месяцев на основании мотивированного обращения лица и как определено в пункте 22 статьи 333 ТК ЕАЭС не включается период времени между датой вручения проверяемому лицу требования о представлении документов и (или) сведений и датой получения таких документов и (или) сведений.

Исходя из материалов дела, решение о проведении выездной таможенной проверки было вручено обществу 30.01.2020;

11.02.2020 было вручено требование о предоставлении документов обществу; ответ на данное требование получен Калужской таможней 16.03.2020;

с 18.03.2020 после получения ответа, проведение таможенной проверки было приостановлено на основании п. 24. ст. 333 ТК ЕАЭС;

03.12.2020 проведение проверки было возобновлено в связи с необходимостью изъятия товара (акт изъятия от 03.12.2020);

с 04.12.2020 проведение проверки было приостановлено;

18.12.2020 проведение проверки было возобновлено в связи с получением части ответов на международные запросы и истечением допустимого срока приостановки;

далее было проведено продление таможенной проверки на 1 месяц в соответствии с внесением соответствующей записи в решении о проведении проверки с 01.02.2021 (поскольку 2 месяца выездной проверки истекли к тому времени с учетом приостановлений и изъятий на получение ответов по требованию);

19.02.2021 вручено второе требование о предоставлении документов; ответ на данное требование получен таможней 18.03.2021;

и 25.03.2021 проверка была завершена составлением акта выездной таможенной проверки.

Соответствующие отметки имеются в решении о проведении таможенной проверки, а также следуют из писем - ответов общества.

Таким образом, нарушений в сроках проведения проверки не имеется.

Довод общества, что таможенный досмотр проведен с нарушениями законодательства, поскольку в качестве понятых присутствовали должностные лица Приокского тылового таможенного поста, судом отклоняется.

Согласно п.п. 6, 7 ст. 328 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе проводить таможенный досмотр в отсутствие декларанта, иных лиц, обладающих полномочиями в отношении товаров, и их представителей в случаях:

1) неявки указанных лиц либо случаи, когда такие лица не установлены;

2) наличия угрозы национальной (государственной) безопасности, жизни и здоровью человека, животных и растений, окружающей среде, сохранению объектов национального культурного достояния государств-членов и наступление иных обстоятельств, не терпящих отлагательства, в том числе наличие признаков, указывающих на то, что товары являются легковоспламеняющимися веществами, взрывоопасными предметами, взрывчатыми, отравляющими, опасными химическими и биологическими веществами, наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими, ядовитыми, токсичными, радиоактивными веществами, ядерными материалами и другими подобными товарами, а также случаи, когда товары распространяют неприятный запах;

3) пересылки товаров в международных почтовых отправлениях;

4) оставления на таможенной территории Союза товаров в нарушение таможенной процедуры, предусматривающей их вывоз с таможенной территории Союза, или условий, установленных для использования отдельных категорий товаров, не подлежащих в соответствии с настоящим Кодексом помещению под таможенные процедуры.

Таможенный досмотр в случаях, указанных в подпунктах 1, 2 и 4 пункта 6 настоящей статьи, проводится в присутствии 2 понятых, а в случае, указанном в подпункте 3 пункта 6 настоящей статьи, - в присутствии представителя назначенного оператора почтовой связи, а при его отсутствии - в присутствии 2 понятых.

Как следует из материалов дела, общество было уведомлено о проведении таможенного досмотра (уведомление о проведении таможенного досмотра от 21.11.2019), однако своего представителя для участия не направило.

При проведении таможенного досмотра спорных товаров присутствовали должностные лица другого таможенного органа – Приокского тылового таможенного поста, что не является нарушением таможенного законодательства.

Судебная коллегия отмечает, что в таможенном законодательстве не установлены требования, предъявляемые к лицам, которые наделяются статусом понятого. Однако из содержания термина «понятой», сложившегося в доктрине, следует, что основополагающим является отсутствие заинтересованности у такого лица. В данном случае досмотр осуществлялся на закрытой территории склада Приокского тылового таможенного поста должностными лицами одной системы таможенных органов, но с различным подчинением, что исключает возникновение заинтересованности. Кроме того, каких-либо доказательств, подтверждающих наличие заинтересованности у понятых, в материалы дела представлено не было.

Довод апеллянта о незаконном использовании таможней результатов оперативно-розыскной деятельности, предшествовавшей таможенной проверке отклоняется судебной коллегией ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, общество в ходе судебных заседаний представляло документы (переписка с прокуратурой) о незаконности проведения ОРМ, предшествовавших таможенной проверке, сотрудниками ЦОТ ЦТУ. Таможней были запрошены пояснения в Центральной оперативной таможне (письмо от 21.08.2023 № 0632/09014). Письмом ЦОТ от 29.08.2023 № 07-17/11151 сообщено, что факт незаконного перемещения товара на таможенную территорию ЕАЭС был выявлен сотрудниками ЦОТ, информация о противоправной деятельности подтверждена оригинальными товаросопроводительными документами, полученными посредством международного запроса в таможенную службу Италии и др.

Выявленные Московской межрегиональной транспортной прокуратурой нарушения, допущенные сотрудниками ЦОТ при изъятии товаров, были устранены и не повлияли на результаты проверки в целом.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что общество не проявило должную степень заботливости и осмотрительности, не воспользовалось своим правом на получение информации о факте декларирования товаров иностранного производства, приобретаемых у ООО «Газ Венчуре», не убедилось в достоверности сведений о приобретаемых товарах, свидетельствующей о том, что продукция прошла все установленные таможенным законодательством таможенные процедуры, установленные техническим регламентом Евразийского экономического союза процедуры оценки соответствия на территории любого из государств - членов Евразийского экономического союза, проигнорировало иные внешние признаки, свидетельствующие о незаконности перемещения товаров.

Также довод апеллянта о том, что ссылка на информацию и документы, полученные по линии международного сотрудничества в части доказывания достоверности сведений о поставленных товарах отклоняется судебной коллегией, так как указанные сведения получены в рамках международного сотрудничества; оснований сомневаться в их достоверности и относимости к спорным товарам у суда апелляционной инстанции не имеется. Помимо этого, подлежит отклонению довод заявителя об отсутствии перевода на русский язык приведенных выше документов, поскольку именно те письма, на которые ссылается общество и поступили в таможню как с текстом оригинала, так и в переведенной форме.

Довод о том, что в решении о признании товара незаконно перемещенным не содержится информации, позволяющей определить дату, на которую рассчитана таможенная стоимость и таможенные платежи, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Как следует из отзыва Калужской таможни, в результате технического сбоя информация из графы 3.2 Решения № 10106000/210/040621/Т000008/001 отразилась частично некорректно - несмотря на то, что в самом программном средстве, в котором происходили операции по оформлению результатов таможенной проверки (КПС «Постконтроль») данный символьный код присутствует. Данная строка уже не подлежит корректировке в связи с завершением таможенной операции.

При этом, исходя из материалов дела, эти данные содержатся в уведомлении о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, которое было выставлено Смоленской таможней от 21.06.2021 № 10113000/У2021/0001030, и в самом акте проверки.

Кроме того, в соответствии со ст. 57 ТК ЕАЭС сроки уплаты таможенных пошлин, налогов определяются в соответствии со статьями 56, 58, 91, 97, 103, 136, 137, 141, 153, 162, 174, 185, 198, 208, 216, 225, 232, 241, 247, пунктом 4 статьи 277, статьями 279, 280, 284, 288, 295 и 309 настоящего Кодекса.

Кроме того, исполнение обязанности по оплате доначисленных таможенных платежей начинается с момента получения соответствующего уведомления, а не с решения, вынесенного по результатам таможенной проверки, поскольку именно уведомление является извещением о неуплаченной задолженности, а не само решение. Именно с момента получения уведомления начинает отсчитываться срок на его добровольное исполнение и применяться последствия его неисполнения, именно уведомление содержит реквизиты для уплаты платежей.

Таким образом, права и интересы общества не были нарушены в результате того, что оно получило решение без указания кода случая исчисления таможенных платежей, срока уплаты таможенных платежей, дня применения ставок таможенных платежей. Эти данные содержатся в акте, в уведомлении, и не могут повлиять на признание товара незаконно перемещенным.

В отношении довода, касающегося обязательного взвешивания отдельной категории товаров, судебная коллегия отмечает следующее.

На основании пункта 18 Порядка, утвержденного Приказом ФТС России от 08.02.2019 № 226 «Об утверждении формы решения по результатам таможенного контроля, порядка ее заполнения и внесения изменений (дополнений) в указанное решение, формы решения о внесении изменений (дополнений) в решение по результатам таможенного контроля, а также порядка ее заполнения» в графе 8 «Код товара» таблицы, указанной в строке 3.3 решения, без пробелов указывается 10-значный код товара в соответствии с ТН ВЭД ЕАЭС, а в предусмотренных случаях, когда для целей исчисления таможенных и иных платежей допускается определение кода товара в соответствии с ТН ВЭД ЕАЭС на уровне не менее первых 4 знаков, - определенный таможенным органом код товара в соответствии с ТН ВЭД ЕАЭС на уровне не менее первых 4 знаков.

Согласно пункту 8 статьи 56 ТК ЕАЭС в случае если таможенный орган не располагает точными сведениями о товарах (характере, наименовании, количестве, происхождении и (или) таможенной стоимости), база для исчисления подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов определяется на основании имеющихся у таможенного органа сведений, а классификация товаров осуществляется с учетом пункта 3 статьи 20 настоящего Кодекса.

В случае если код товара в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности определен на уровне группировки с количеством знаков менее 10:

для исчисления таможенных пошлин применяется наибольшая из ставок таможенных пошлин, соответствующих товарам, входящим в такую группировку;

для исчисления налогов применяется наибольшая из ставок налога на добавленную стоимость, наибольшая из ставок акцизов (акцизного налога или акцизного сбора), соответствующих товарам, входящим в такую группировку, в отношении которых установлена наибольшая из ставок таможенных пошлин.

При установлении в последствии точных сведений о товарах таможенные пошлины, налоги исчисляются исходя из таких точных сведений, и осуществляется возврат (зачет) сумм излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных пошлин, налогов либо взыскание неуплаченных сумм в соответствии с главами 10 и 11 Кодекса.

В соответствии с пунктом 3 статьи 20 Кодекса если при классификации товаров у таможенного органа отсутствуют точные сведения о характеристиках товаров, их наименованиях или иная информация, необходимая для классификации товаров на уровне 10 знаков, допускается определение кода товаров в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности на уровне не менее первых 4 знаков исходя из имеющихся сведений о характеристиках товара, влияющих на классификационные признаки.

В соответствии с поручением на таможенный досмотр от 22 ноября 2019 г.

№ 10106000/210/221119/Р000059 при проведении таможенного досмотра взвешивание спорной партии товара не производилось, о чем свидетельствуют соответствующие отметки в графах «Степень таможенного досмотра» и «Применение технических средств таможенного контроля».

Таким образом, с учетом имеющихся у таможенного органа сведений, в соответствии с пунктом 8 статьи 56, 3 статьи 20 ТК ЕАЭС, определены классификационные коды ТН ВЭД ЕАЭС проверяемых товаров.

Кроме того, в силу п. 8 «Положения об особенностях определения таможенной стоимости товаров...» (утв. Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 августа 2013 г. № 180) характеристики товаров, ввезенных с недекларированием, на день выявления факта их ввоза на таможенную территорию Союза (например, материал, из которого они изготовлены, производитель, торговая марка, технические и функциональные свойства, степень физического износа, комплектность, собранный или разобранный вид, наличие (отсутствие) повреждений и пр.), которые необходимы для

выбора товаров того же класса или вида, определяются на основе фактического состояния товаров, ввезенных с недекларированием, посредством их внешнего визуального осмотра. Для определения указанных характеристик товаров, ввезенных с недекларированием, могут использоваться сведения, содержащиеся в технической и иной документации, имеющей отношение к таким товарам, а также результаты таможенной или иной экспертизы таких товаров.

Помимо этого, согласно пунктам 3-4 Положения, утвержденного решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 (ред. от 11.01.2022) «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» (вместе с «Положением об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза»), при проведении контроля таможенной стоимости товаров используется имеющаяся в распоряжении таможенного органа информация, в максимально возможной степени сопоставимая с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, включая сведения об условиях и обстоятельствах рассматриваемой сделки, физических характеристиках, качестве и репутации ввозимых товаров, в том числе:

а) о сделках с идентичными, однородными товарами, товарами того же класса или вида, полученная в том числе с использованием информационных ресурсов таможенных органов;

б) о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, сведения из ценовых каталогов. Информация, указанная в пункте 3 Положения, может быть получена таможенным органом в том числе от государственных представительств (торговых представительств) государств - членов Евразийского экономического союза (далее соответственно - государства-члены, Союз) в третьих странах, от государственных органов государств-членов, от организаций, включая профессиональные объединения (ассоциации), транспортные и страховые компании, поставщиков и производителей ввозимых, идентичных, однородных товаров, любым не запрещенным законодательством государств-членов способом, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Таким образом, отсутствие фактического взвешивания не влияет на достоверность весовых характеристик товара, ввезенных с недекларированием, так как такие данные были получены в ином установленном законе порядке.

С учетом изложенного, правовых оснований для удовлетворения жалобы и отмены решения суда первой инстанции не имеется.

Выводы суда первой инстанции основаны на нормах законодательства и обстоятельствах дела. Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка.

Доводы апеллянта, получившие надлежащую правовую оценку суда области, не могут быть признаны обоснованными, так как сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющегося в соответствии с ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 23.11.2023 по делу № А23-7912/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья Е.В. Мордасов

Судьи Д.В. Большаков Е.Н. Тимашкова