Постановление от 22 февраля 2024 г. по делу № А60-51249/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-8495/2022(12,13)-АК

Дело №А60-51249/2020
22 февраля 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 февраля 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, Т.Н. Устюговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

представитель собрания кредиторов должника - ФИО2, паспорт, протокол собрания кредиторов от 14.12.2021,

от конкурсного управляющего должника ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 27.03.2023,

от общества с ограниченной ответственностью «МСТ» - ФИО5, паспорт, доверенность от 17.11.2021,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы представителя собрания кредиторов общества с ограниченной ответственностью «РЭК» ФИО2 и конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «РЭК» ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 26 декабря 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными актов выполненных работ от 08.12.2020 №138 и от 08.12.2020 №139 и договора №С-002/20-С от 04.02.2020,

вынесенное судьей С.А. Курченко

в рамках дела №А60-51249/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «РЭК» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков общество с ограниченной ответственностью «МСТ» (ИНН <***>); общество с ограниченной ответственностью «Модульные Системы Торнадо» (ИНН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Комитеплоэнерго» (ИНН <***>),



установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 13.10.2020 поступило заявление уполномоченного органа ИФНС России по Ленинскому району г. Екатеринбурга (далее – уполномоченный орган, заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «РЭК» (далее – должник, ООО «РЭК») несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных свыше трех месяцев обязательств перед бюджетом в размере 16 341 146,94 рубля, в т.ч. 15 452 701,28 рубля основного долга, которое принято к производству суда определением от 19.10.2020, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

В Арбитражный суд Свердловской области 25.02.2021 поступило заявление закрытого акционерного общества «Производственно-техническое объединение «Атлант» (далее – ЗАО «ПТО «Атлант») о вступлении в дело о банкротстве ООО «РЭК».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2021 (резолютивная часть определения объявлена 03.03.2021) во введении наблюдения в ООО «РЭК» отказано, заявление инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району города Екатеринбурга о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.03.2021 судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления ЗАО «ПТО «Атлант» о вступлении в дело о банкротстве назначено на 15.04.2021.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.05.2021 (резолютивная часть от 19.05.2021) заявление ЗАО «ПТО «Атлант» признано обоснованным, в отношении ООО «РЭК» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6, член союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №96 от 05.06.2021, стр.180.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.01.2022 (резолютивная часть от 10.01.2022) ООО «РЭК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3), член некоммерческого партнерства саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Развитие».

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №11 от 22.01.2022, стр.169.

В Арбитражный суд Свердловской области 02.08.2023 поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО3 о признании договоров №С-002/20-С от 04.02.2020 и №С-004/20-С от 04.02.2020 мнимыми, признании отсутствующей задолженности ООО «РЭК» перед обществом с ограниченной ответственностью «Модульные системы Торнадо» (далее – ООО «МСТ» (ИНН <***>)) по актам №№138 и 139 от 08.12.2020.

Определением от 07.08.2023 указанное заявление принято к производству суда; ООО «МСТ» (ИНН <***>) привлечено к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.09.2023 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Модульные системы Торнадо» (далее – ООО «МСТ» (ИНН <***>).

В дальнейшем, 07.11.2023 конкурсным управляющим должника ФИО3 заявлено ходатайство об уточнении требований, в котором управляющий просил признать договор №С-002/20-С от 04.02.2020, акт №138 от 08.12.2020 акт №139 от 08.12.2020 мнимыми, признать отсутствующей задолженность ООО «РЭК» перед ООО «МСТ» по акту №138 от 08.12.2020.

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Кроме того, конкурсным управляющим должника ФИО3 заявлено о фальсификации доказательств (актов №138 от 08.12.2020, №139 от 08.12.2020, оригиналы которых у конкурсного управляющего отсутствуют).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.11.2023 ООО «МСТ» (ИНН <***>) исключено из состава третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, и привлечено к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика.

Этим же определением в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Комитеплоэнерго» (далее – ООО «Комитеплоэнерго»).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2023 (резолютивная часть от 19.12.2023) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО3 о признании сделки недействительной отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, представитель собрания кредиторов ООО «РЭК» ФИО2 (далее – ФИО2) и конкурсный управляющий должника ООО «РЭК» ФИО3 подали апелляционные жалобы.

Представитель собрания кредиторов ООО «РЭК» ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит определение суда от 26.12.2023 отменить, признать притворными сделками акты выполненных работ от 08.12.2020 №138 на сумму 2 660 000,00 рублей и от 08.12.2020 №139 на сумму 2 660 000,00 рублей, прикрывающими факт сдачи работ ООО «МСТ» в ООО «РЭК» по договорам №С-004/20-С от 04.02.2020, №С-002/20-С от 04.02.2020 на сумму 5 320 000,00 рублей до даты возбуждения дела о банкротстве ООО «РЭК».

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что заинтересованным лицом ООО «Модульные системы Торнадо», его правопреемником ООО «МСТ» и руководителем должника Ковальчуком С.В. через Арбитражный суд Свердловской области была реализована схема изменения (повышения) очередности погашения требований кредитора, из «реестровой» в «текущие». В декабре 2020 года, обладая сведениями о рассмотрении судом заявления о несостоятельности ООО «РЭК», с целью повышения очередности удовлетворения требований, ООО «Модульные системы Торнадо», ООО «Модульные системы Торнадо» и ООО «РЭК» в лице руководителя Ковальчука С.В. подписали акт №138 от 08.12.2020 на сумму 2 600 000,00 рублей о выполнении ООО «Модульные системы Торнадо» для ООО «РЭК» пуско-наладочных работ котла №7(8) Воркутинской ТЭЦ, акт №139 от 08.12.2020 на сумму 2 660 000,00 рублей о выполнении ООО «Модульные системы Торнадо» для ООО РЭК пуско-наладочных работ котла №9 Воркутинской ТЭЦ. ООО «Модульные системы Торнадо» оформлением актов выполненных работ №139 и №138, датами, отстоящими от дат фактического выполнения работ на 7 и на 4 месяца, имело цель повысить очередность удовлетворения своих требований, с третьей очереди в реестра требований кредиторов (в порядке статьи 100 Закона о банкротстве) до текущих (в порядке статья 134 Закона о банкротстве). ООО «Модульные системы Торнадо» уступило права требования к аффилированной организации ООО «МСТ»; 04.03.2022 с целью придания видимости добросовестности действиям по оформлению актов выполненных работ №139 и №138 ООО «МСТ» обратилось в настоящее дело с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 7 640 000,00 рублей, в том числе задолженности по договорам №С002/20-С и №С-004/20-С в размере 5 320 000,00 рублей, приложив к заявлению акты выполненных работ №139 и №138, датированные 08.12.2020. По мнению апеллянта, судом первой инстанции поведение заинтересованных лиц ООО «МСТ» и ООО «Модульные системы Торнадо» ошибочно квалифицировано как добросовестное. Сделки в виде оформления должником и ООО «Модульные системы Торнадо» актов выполненных работ №139 и №138 с датами, отстоящими от дат фактического выполнения работ на 7 и на 4 месяца, должны были быть квалифицированы судом как притворные (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), то есть признаны сделками, которые совершены с целью прикрыть факт сдачи работ в апреле и июле 2020 года, до даты возбуждения судом дела о банкротстве, с очередностью удовлетворения требований по ним в составе третьей очереди реестра требований кредиторов в порядке статьи 100 Закона о банкротстве. Суд перовой инстанции должен был квалифицировать действия ООО «Модульные системы Торнадо» и ООО «МСТ» по оформлению актов выполненных работ №138 и №139, и их предъявлению суду, как недобросовестное поведение с целью преимущественного, по отношению к иным кредиторам ООО «РЭК», удовлетворения требований ООО «МСТ» к должнику (статья 10 ГК РФ).

При подаче апелляционной жалобы ее заявителем уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, что подтверждается платежным поручением №2 от 16.01.2024, приобщенным к материалам дела.

Конкурсный управляющий должника ФИО3 в своей апелляционной жалобе просит определение суда от 26.12.2023 изменить, дополнив мотивировочную часть определения выводом о том, что работы по договору №С-004/20-С от 04.02.2020 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 9) выполнены в апреле 2020 года, работы по договору №С-002/20-С от 04.02.2020 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст. 8) выполнены в июле 2020 года.

Заявитель апелляционной жалобы ссылается на то, что с целю повышения очередности удовлетворения требования кредитора ООО «Модульные системы Торнадо», стороны договора подписали следующие акты выполненных работ: акт №138 от 08.12.2020 на сумму 2 660 000,00 рублей о выполнении ООО «Модульные системы Торнадо» для ООО РЭК пуско-наладочных работ котла №7(8) Воркутинской ТЭЦ; акт №139 от 08.12.2020 на сумму 2 660 000,00 рублей о выполнении ООО «Модульные системы Торнадо» для ООО РЭК пуско-наладочных работ котла №9 Воркутинской ТЭЦ. В уточнении к заявлению об оспаривании сделки должника конкурсный управляющий указывал, что акты по форме КС2 №97 и №98 подписаны 30.04.2020, следовательно, и работы сданы ООО «РЭК» в ООО «Воркутинские ТЭЦ» 30.04.2020. Согласно пункту 3.2 договора №С-004/20-С выполнение работ и расчет за них осуществляется в соответствии с утвержденным сторонами планом-графиком финансирования и выполнения работ. 04.02.2020 между теми же сторонами согласован план-график финансирования и выполнения работ, в соответствии с которым расчет за произведенные ПНР котла ст. №9 Воркутинской ТЭЦ-2 на угле, а также расчет за произведенные ПНР котла ст. №9 Воркутинской ТЭЦ-2 на газе, оплачиваются заказчиком в течение 30 календарных дней с даты подписания акта о приемке работ. Соответственно, срок оплаты по договору не позднее 30.05.2020. Однако, акт №139 был «подписан» сторонами только 08.12.2020, спустя 7 (семь) месяцев с даты фактического выполнения работ. По мнению апеллянта, указанный акт был «подписан» сторонами только с одной целью – повысить очередность удовлетворения требований (процедура банкротства в отношении должника введена 19.10.2020). Согласно подписанным актам формы КС-2 от апреля 2020 года данные платежи попадают в третью очередь реестра кредиторов, а не в текущие, как если бы акт был подписан в декабре, после введения процедуры.

При подаче апелляционной жалобы ее заявителем уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, что подтверждается платежным поручением №23 от 01.02.2024, приобщенным к материалам дела.

До начала судебного заседания от ООО «МСТ» и ООО «Модульные системы Торнадо» поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просят определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Указывают на то, что доводы апелляционной жалобы ФИО2 противоречат фактическим обстоятельствам дела и направлены на переоценку вступившего в законную силу судебного акта. В качестве якобы несоответствия дат сдачи работ фактически выполненным ФИО2 ссылается на акты КС-2, подписанные между ООО «Воркутинские ТЭЦ» и ООО «РЭК» о пусконаладочных работах: акт КС-2 №97 от 30.04.2020, акт КС-2 №98 от 30.04.2020, акт КС-2 №111 гот 31.07.2020, акт КС-2 №112 от 31.07.2020, вместе с тем, указанные акты не имеют никакого отношения к работам, выполненным ООО «Модульные системы Торнадо». Согласно условиям заключенных договоров подряда ООО «Модульные системы Торнадо» выполняло пуско-наладочные работы «верхнего» уровня автоматизированной системы управления технологическими процессами программно-технического комплекса «Торнадо-N». ООО «Модульные системы Торнадо» не проводило и не обязано было проводить пусконаладочные работы температурного контроля котлоагрегатов и автоматизации горения. ООО «МСТ» в материалы дела была приложена исполнительная документация между ООО «РЭК» и другим субподрядчиком ООО «Клевер». Согласно представленной документации ООО «Клевер» также проводило некие пусконаладочные работы на котлоагрегатах. Документы, на которые ссылается ФИО2, не имеют никакого отношения к работам, выполненным ООО «Модульные системы Торнадо». Кроме того, указанные акты КС-2 были предметом рассмотрения обособленного спора, в результате которого требования ООО «МСТ» были частично прекращены. Ранее указанным документам уже была дана надлежащая оценка. ФИО2, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не представлены относимые, достоверные, допустимые и достаточные доказательства того, что работы ООО «Модульные системы Торнадо» были выполнены задолго до сдачи этих работ заказчику. Напротив, ООО «МСТ» представлены исчерпывающие и достаточные доказательства факта сдачи работ по актам и их принятия должником в декабре 2020 года. Несостоятельны доводы представителя собрания кредиторов и о наличии в действиях ООО «МСТ» признаков злоупотребления правом, фактически выраженных в подаче искового заявления о взыскании текущей задолженности. Подача искового заявления была вызвана единственным способом реализации права на судебную защиту, предписанным вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2023 которым требования на сумму 5 320 000,00 рублей были признаны текущими, производство по ним прекращено. ФИО2 данный судебный акт не обжаловал, в том числе, в части прекращения производства по текущим обязательствам. Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, по сути, повторяют доводы ФИО2, противоречат фактическим обстоятельствам дела и также направлены на переоценку вступившего в законную силу судебного акта. Правовые основания для удовлетворения требований конкурсного управляющего и представителя собрания кредиторов о признании сделок мнимыми или притворными отсутствуют. Из материалов дела следует и апеллянтами подтверждается, что работы для ООО «РЭК» по наладке ПТК «Торнадо-N» на котлоагрегатах №8 (уголь) и №9 (уголь) выполнены ООО «Модульные системы Торнадо» надлежащим образом и в полном объеме. В оспариваемых сделках отсутствуют признаки ничтожности, а также обстоятельства, указывающие на злоупотребление сторонами правом, направленности действий сторон на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, их сговора для реализации противоправных целей и нарушения иных охраняемых законом прав лиц (статья 10 ГК РФ). ФИО2 не приведено доводов о том, какие сделки прикрывают заключенные между сторонами договоры подряда. Представленными доказательствами подтверждается реальность исполнения сделок со стороны ООО «Модульные системы Торнадо» в части выполнения работ по котлоагрегатам, воля сторон при заключении сделок была направлена именно на выполнения работ на котлоагрегатах в интересах генерального заказчика ПАО «Т плюс». Сторона ООО «Модульные системы Торнадо» совершила действия, направленные на возникновение именно тех правовых последствий, которые предусмотрены договорами на выполнение работ и сдачи их результатов должнику. В оспариваемых сделках не усматривается признаков мнимости, совершения их в целях создания искусственной задолженности перед должником в условиях неплатежеспособности должника (заинтересованности кредитора и должника), как следствие, для требований отсутствуют основания для оспаривания, следовательно, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспоренных сделок недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ. Предположения апеллянтов о недействительности сделок, как сделок, совершенных со злоупотреблением права, ввиду сдачи выполненных работ после инициирования процедуры банкротства должника, с целью, якобы, признания их текущими, противоречит фактическим обстоятельствам дела. Фактически апеллянты просят суд признать злоупотреблением права два правомерных действия ООО «МСТ»: обращение ООО «МСТ» в суд с заявлением об установлении размера требований кредиторов в составе третьей очереди, включая сумму по двум спорным актам, в результате которого было вынесено определение арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2023 по делу №А60-51249/2020, которым задолженность перед заявителем на сумму 5 320 000,00 рублей была признана текущей, производство в данной части прекращено, и кредитору предложено реализовать право на судебную защиту в порядке общеискового судебного процесса; обращение ООО «МСТ» в суд с исковым заявлением о взыскании с ООО «РЭК» задолженности ранее признанной судом текущей, т.е. единственно возможная реализация защиты нарушенного права, после вступления в законную силу определения Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2023. В указанных действиях полностью отсутствуют признаки злоупотребления права, указанные действия соответствуют закону и предписаниям вступившего в законную силу судебного акта. Обращение с исковым заявлением в суд о взыскании текущей задолженности является единственно возможным способом защиты нарушенного права. Предположения апеллянтов о выполнении работ ранее их фактической сдачи заказчику противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам и вступившему в законную силу судебному акту, а также не подтверждены относимыми, допустимыми достоверными и достаточными доказательствами. Вопреки доводам апеллянтов, определение арбитражного суда от 23.03.2023 устанавливает основополагающее юридически значимое преюдициальное обстоятельство - факт отнесения судом задолженности на сумму 5 320 000,00 рублей к текущим требованиям и прекращения по ним производства. Действующим процессуальным законодательством не допускается пересмотр вступившего в законную силу судебного акта иначе, кроме как обжалования акта в вышестоящие инстанции и пересмотр по новым и вновь открывшимся обстоятельствам; При этом, ни конкурсный управляющий ООО «РЭК», ни ФИО2 не обжаловали определение арбитражного суда от 23.03.2023 о признании требований текущими и прекращения производства по делу. По всем иным основаниям для оспаривания оспоримых сделок, предусмотренным, в том числе, Законом о банкротстве, на момент предъявления заявления в суд, истек срок исковой давности, о чем было заявлено ООО «МСТ» и ООО «Модульные системы Торнадо». Совокупностью представленных ООО «МСТ», Федеральной налоговой службой и ООО «Воркутинские ТЭЦ» в материалы дела доказательств подтверждается реальность всех заключенных сделок между ООО «Модульные системы Торнадо» и ООО «РЭК», а также их полного исполнения в заявленной части.

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель собрания кредиторов должника ФИО2 доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить, заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворить. Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника ФИО3 поддержал.

Представитель конкурсного управляющего должника ФИО3 доводы своей апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда изменить, дополнив мотивировочную частью определения выводом о том, что работы на котлоагрегатах были выполнены в апреле и июле 2020 года. Доводы апелляционной жалобы представителя собрания кредиторов должника ФИО2 поддержал.

Представитель ООО «МСТ» с доводами апелляционных жалоб не согласился, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ООО «РЭК» и ООО «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 09.12.2019 №С-026/19-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст.3 Воркутинской ТЭЦ 2 (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования, указана в Российских рублях и составляет 3 800 000,00 рублей с учетом НДС 20%. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 28.02.2020 №3.

Между ООО «РЭК» и ООО «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 04.02.2020 №С-001/20-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст. 6 Воркутинской ТЭЦ 2 (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000,00 рублей с учетом НДС 20%. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 09.04.2020 №20.

Между ООО «РЭК» и ООО «Модульные системы Торнадо» заключен договор от 04.02.2020 №С-002/20-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст. 7 Воркутинской ТЭЦ 2 (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000,00 рублей с учетом НДС 20%. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 08.12.2020 №138.

Между ООО «РЭК» и ООО «Модульные Системы Торнадо» заключен договор от 04.02.2020 №С-004/20-С, по условиям которого исполнитель обязался выполнить работы по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-Т для САУ котлоагрегата ст.9 Воркутинской ТЭЦ 2 (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена определена с учетом раздела 2 «Особые условия» настоящего договора. Стоимость работ и оборудования указана в Российских рублях и составляет 3 800 000,00 рублей с учетом НДС 20%. В подтверждение выполненных работ по указанному договору представлен акт от 08.12.2020 №139.

В последующем, 29.12.2021 между ООО «Модульные системы Торнадо» и ООО «МСТ» заключено соглашение об уступке прав (требований) №3.

В соответствии с пунктом 1.1 соглашения цедент, руководствуясь статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступает, а цессионарий принимает право требования к обществу с ограниченной ответственностью «РЭК», на общую сумму 7 640 000,00 рублей.

Цедент также передает цессионарию право взыскания с должника неустойки на сумму долга, а также любых иных денежных средств, подлежащих взысканию с должника в связи с неисполнением/ненадлежащим исполнением должником финансовых обязательств по договорам от 09.12.2019 №С-026/19-С, от 04.02.2020 №С-001/20-С, от 04.02.2020 №С[1]002/20-С, от 04.02.2020 №С-004/20-С.

Между цедентом и цессионарием подписано соглашение №5 от 11.01.2022 о зачете встречных однородных требований, согласно которому между сторонами произведен взаимный зачет встречных однородных требований на сумму 7 640 000,00 рублей. Зачтена задолженность ООО «Модульные системы Торнадо» перед ООО «МСТ» возникшая на основании договора подряда №С-003/20-К от 10.01.2020 в сумме 6 160 000,00 рублей и по договору №С-027/18-К от 01.08.2018 в сумме 1 950 000,00 рублей, а также задолженность ООО «МСТ» перед ООО «Модульные системы Торнадо», возникшая на основании соглашения об уступке прав №3 от 29.12.2021 на сумму 7 640 000,00 рублей (пункты 1, 2 соглашения).

Проведения зачета задолженность ООО «Модульные системы Торнадо» перед ООО «МСТ» составляет 470 000,00 рублей (пункт 5 соглашения).

В рамках дела о банкротстве должника, ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на наличие неисполненных денежных обязательств со стороны должника на общую сумму 7 640 000,00 рублей, кредитор ООО «МСТ» (ИНН <***>) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности в указанном размере в реестр требований кредиторов должника.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2023 требование ООО «МСТ» (ИНН: <***>) в размере 2 320 000,00 рублей включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «РЭК». В остальной части производство по требованию прекращено (в остальной части требования кредитора признаны текущими).

В обоснование заявленных требований об оспаривании сделок конкурсный управляющий должника ФИО3 ссылается на следующие обстоятельства.

В качестве доказательства выполнения работ со стороны ООО «МСТ» представлены копии договора №С-002/20-С от 04.02.2020, а также акт №138 от 08.12.2020. Однако, вышеуказанный договор, представленный ООО «МСТ» в копии, подписан только со стороны исполнителя, подпись со стороны ООО «РЭК» отсутствует. Акт №138 от 08.12.2020 представлен ООО «МСТ» только в копии.

Неоднократные просьбы о предоставлении оригиналов данных документов ООО «МСТ» игнорируются.

Работы по договору №С-002/20-С от 04.02.2020 сторонами не выполнялись, а сама сделка является мнимой и была оформлена только на бумаге, что подтверждается следующими доказательствами:

1. В материалах дела, имеется отзыв бывшего руководителя должника Ковальчука С.В. от 02.06.2022. В данном отзыве ФИО7 прямо указывает, что «несмотря на это ПНР в отношении котла №7 также были заактированы сторонами ООО «РЭК» и ООО «Модульные системы Торнадо» (акт от 08.12.2020 на сумму 2 660 000,00 рублей), однако, указанный акт является мнимым, в связи с чем, и не был оплачен ООО «РЭК» (и не подлежал оплате) по следующим основаниям.

Данные работы (ПНР в отношении котла №7) были выполнены и приняты заказчиком ООО «Воркутинские ТЭЦ» от ООО «Модульные системы Торнадо» по замещающей сделке (как следует из пояснений ООО «МСТ» в отношении данного вида работ был заключен прямой договор с ООО «Воркутинские ТЭЦ» - этап 3 Расчета договорной цены - приложение №2 к договору №С-019/20-3 от 18.12.2020, стоимость аналогична стоимости, согласованной ранее с должником - 2 660 000,00 рублей).

От ООО «РЭК» заказчик ООО «Воркутинские ТЭЦ» данные работы не принимал (данный факт подтверждается отсутствием соответствующего акта формы КС-2).

Акт на фактически невыполненные работы был подписан ООО «РЭК» по указанию ФИО8 (бенефициар ООО «Клевер», с которым были заключены замещающие сделки по оставшимся работам на объекте ООО «Воркутинские ТЭЦ»),

Этапы ПНР с применением газа должен был выполняться ООО «РЭК» посредством привлечения субподрядчика ООО «Модульные системы Торнадо». Однако, ПНР не выполнены в связи с расторжением договора заказчиком ООО «Воркутинские ТЭЦ» с ООО «РЭК». После одностороннего расторжения договора ООО «Воркутинские ТЭЦ» с ООО «РЭК» оставшиеся объемы, в том числе по спорным котлам - ПНР с применением угля по котлу №7 и ПНР с применением газа по котлам №№3,6,7,9, были выполнены ООО «Модульные системы Торнадо» на основании самостоятельного договора с ООО «Воркутинские ТЭЦ». (Абзацы 1-5 страница 2 отзыва).

2. Отсутствие подписанных актов по форме КС-2 и КС-2 между ООО «РЭК» и ООО «Воркутинские ТЭЦ», хотя по выполненным работам на других котлах такие акты имеются.

3. В письме от 08.08.2022 №50405-01-01300 технический директор ООО «Воркутинские ТЭЦ» ФИО9, указывает, что «выполнение работ по договору №С-019/20-3 от 18.12.2020 в объеме ПНР АСУП котла ст.№7 Воркутинской ТЭЦ-2 на аварийном топливе (уголь) ПНР АСУП котла ст.№7 Воркутинской ТЭЦ-2 на основном топливе (газ), выполнялись силами специалистов ООО «Модульные системы Торнадо».

Иными словами, работы по ПНР котла ст.№7 были выполнены ООО «Модульные системы Торнадо» самостоятельно по отдельному (самостоятельному) договору №С-019/20-3 от 18.12.2020, о чем в своем отзыве и указывал ФИО7

4. В письме от 11.10.2022 №50405-08-01696 и.о. технического директора – главного инженера ООО «Воркутинские ТЭЦ» ФИО10 указывает, что «ПНР АСУТП котла ст.7 Воркутинской ТЭЦ-2 на аварийном топливе (уголь) и ПНР АСУП котла ст.№7 Воркутинской ТЭЦ-2 на основном топливе (газ), были приняты и оплачены в адрес ООО «Модульные системы Торнадо» в полном объеме в соответствии с условиями заключенного договора».

5. В письме от 08.07.2021 №50405-04-01560, адресованном в прокуратуру города «Воркута», ООО «Воркутинские ТЭЦ» сообщает, что ООО «РЭК» фактически перестало выполнять работы с ноября 2020 года, были заключены договоры на выполнение оставшихся работ по проекту с ООО «Клевер» и ООО «Модульные системы Торнадо».

Таким образом, ООО «РЭК» не могло выполнить работы и подписать акт №138 от 08.12.2020, так как фактически прекратило выполнение работ с ноября 2020 года.

По мнению конкурсного управляющего должника, все вышеуказанное говорит о мнимости данной сделки и о том, что акт №138 от 08.12.2020 был оформлен сторонами лишь для создания видимости выполненных работ, с целью неосновательного обогащения ООО «МСТ» за счет конкурсной массы должника.

Работы по договору №С-004/20-С от 04.02.2020 были действительно выполнены. Данный факт подтверждается соответствующими актами КС-2 №97 и №98 от 30.04.2020. Данные акты подписаны 30.04.2020. Следовательно, и работы сданы ООО «РЭК» в ООО «Воркутинские ТЭЦ» - 30.04.2020.

Согласно пункту 3.2 договора выполнение работ и расчет за них осуществляется в соответствии с утвержденным сторонами планом-графиком финансирования и выполнения работ.

Между теми же сторонами 04.02.2020 согласован план-график финансирования и выполнения работ, в соответствии с которым расчет за произведенные ПНР котла ст. №9 Воркутинской ТЭЦ-2 на угле, а также расчет за произведенные ПНР котла ст.№9 Воркутинской ТЭЦ-2 на газе, оплачиваются заказчиком в течение 30 календарных дней с даты подписания акта о приемке работ.

Соответственно, срок оплаты по договору не позднее 30.05.2020. Однако, акт №139 был «подписан» сторонами только 08.12.2020, спустя 7 (семь) месяцев с даты фактического выполнения работ. Данный акт был «подписан» сторонами только с одной целью - повысить очередность удовлетворения требований (процедура банкротства в отношении должника введена 19.10.2020).

Согласно подписанным актам формы КС-2 от апреля 2020 года данные платежи попадают в третью очередь реестра кредиторов, а не в текущие, как если бы акт был подписан в декабре, после введения процедуры.

Со стороны ООО «МСТ» прослеживается явное злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ) с целью обойти очередность погашения требований, действия заинтересованного лица (предоставление акта №139 от 08.12.2020) направлены исключительно на причинение вреда конкурсным кредиторам должника и говорит о злоупотреблении правом (статья 10 ГК РФ), что говорит о ничтожности данного акта.

Сам акт №139 от 08.12.2020 представлен только в копии, оригинал акта отсутствует и не предоставляется ООО «МСТ».

Ссылаясь на указанные обстоятельства, конкурсный управляющий должника ФИО3 обратится в арбитражный суд с заявлением о признании договора №С-002/20-С от 04.02.2020, акта №139 от 08.12.2020 мнимой сделкой, признании отсутствующей задолженность ООО «РЭК» перед ООО «МСТ» по акту №138 от 08.12.2020, признании мнимым акта №138 от 08.12.2020 применительно к положениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия совокупности всех условий для признания оспариваемых сделок недействительными по указанным конкурсным управляющим основаниям; в данном случае признаков недействительности сделок по мнимости судом не установлено, доказательства того, что воля сторон не была направлена на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенного между должником и ООО «Модульные системы Торнадо» договора, отсутствуют, при совершении оспариваемой сделки стороны намеревались достичь тех правовых последствий, на которые была направлена их воля, в связи с чем, оснований для признания спорной сделки мнимой не имеется; доказательств наличия противоправной цели не представлено, оснований для признания сделок, как совершенных со злоупотреблением правом, не имеется.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные указанной главой Закона о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Предъявляя требования об оспаривании сделок, конкурсный управляющий должника ссылается на то, что договор №С-002/20-С от 04.02.2020 является мнимой сделкой, акты № 138 и № 139 от 08.12.2020 были подписаны позднее только с одной целью – повысить очередность удовлетворения требований кредитора ООО «Модульные Системы Торнадо», данные действия являются злоупотреблением правом, направлены на причинение вреда конкурсным кредиторам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункты 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, последствием недействительности притворной сделки является применение к отношениям сторон не правил о реституции, а правил той сделки, которую они имели в виду. Реституция в соответствии со статьей 167 ГК РФ может быть применена в этом случае только тогда, когда сделка, которую прикрывает притворная, также недействительна. При оценке сделки выясняется действительная воля ее сторон, цель договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон. По смыслу статьи 170 ГК РФ притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон.

При совершении притворной сделки имеет место несовпадение совершенного волеизъявления с действительной волей сторон; в случае заключения притворной сделки целью сторон является достижение определенных правовых последствий, при этом воля сторон направлена на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений, но иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон.

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Как следует из материалов дела, между ООО «Модульные системы Торнадо» и ООО «РЭК» были заключены договоры подряда на наладку собственного программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-N» для систем автоматизированного управления (САУ) котлоагрегатов ст.№№3-9 Воркутинской ТЭЦ-2: договор подряда №С-026/19-С от 09.12.2019 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.3); договор подряда №С-027/19-С от 09.12.2019 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.4); договор подряда №С-028/19-С от 09.12.2019 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.5); договор подряда №С-001-20-С от 09.12.2019 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.6); договор подряда №С-002-20-С от 04.02.2020 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.7); договор подряда №С-003-20-С от 04.02.2020 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.8); договор подряда №С-004-20-С от 04.02.2020 (наладка (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.9).

Условиями договоров предусмотрена стоимость наладки на аварийном топливе (уголь) в размере 2 660 000,00 рублей, стоимость наладки на основном топливе (газ) – 1 140 000,00 рублей.

Согласно пояснениям ООО «Модульные системы Торнадо», ООО «МСТ», ПТК «Торнадо-N» является программным обеспечением и интеллектуальной собственностью ООО «Модульные системы Торнадо», иные подрядчики не могли обеспечить наладку данного комплекса на котлоагрегатах. Выполнение пусконаладочных работ по договорам предполагает, что часть работ производится на площадке подрядчика, а часть работ – непосредственно на котлоагрегатах, все работы по договорам (при их заключении) планировалось закончить в ноябре 2020 года.

Как пояснил представитель ООО «МСТ» ООО «Модульные Системы Торнадо» выполнило для должника часть работ по наладке на аварийном топливе (уголь), часть работ оплачена должником, оставшаяся задолженность была предъявлена в рамках настоящего дела о банкротстве ООО «РЭК» ко включению в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2023 по делу №А60-51249/2020 требования правопреемника ООО «МСТ» признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника на сумму 2 320 000,00 рублей (котлоагрегаты ст.3 (уголь), ст.6 (уголь).

Судом установлено, что сумма задолженности в общем размере 5 320 000,00 рублей, основанная на актах от 08.12.2020 №138 на сумму 2 600 000,00 рублей и от 08.12.2020 №139 на сумму 2 660 000,00 рублей, является текущей задолженностью, производство в данной части по требованию заявителя прекращено.

Судом доводы конкурсного управляющего, конкурсного кредитора ООО «Электрические технологии» и собрания кредиторов о том, что работы по актам от 08.12.2020 № 139, от 08.12.2020 №138 произведены в период фактического прекращения отношений должника и ООО «Воркутинские ТЭЦ»; ООО «Воркутинские ТЭЦ» ПНР котлов №7 и №9 у должника не были приняты и не подлежали оплате, по существу не рассматривались, поскольку в указанной части производство по требованию подлежало прекращению, а оценка судом названных обстоятельств в рамках настоящего дела о банкротстве может привести к предрешению рассмотрения спора в общеисковом производстве, что недопустимо. В связи с этим суд также отклонил доводы ООО «МСТ» о необходимости оценки в рамках данного дела представленных им в обоснование своей позиции документов касающихся работ по актам от 08.12.2020 №138 и №139.

Из пояснений лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, следует, что работы на газе для ООО «РЭК» не выполнялись ввиду отсутствия строительной готовности, впоследствии ООО «Воркутинские ТЭЦ», отказавшееся от договора подряда с ООО «РЭК», в связи с необходимостью обеспечения работоспособности котлоагрегатов ст.№№3-9 Воркутинской ТЭЦ-2, 18.12.2020 заключило с ООО «Модульные системы Торнадо» договор по выполнению работ, в частности на котлоагрегате ст. №7 на аварийном топливе (уголь) и на основном топливе (газ), на котлоагрегате ст.№8 - на основном топливе (газ), на котлоагрегате ст.№9 - на основном топливе (газ).

ООО Воркутинские ТЭЦ в письмах подтвердило факт выполнения по договору от 18.12.2020 работ по котлу №7 (уголь, газ), котлу №8 (газ), котлу №9 (газ). Работы по котлу №8 (уголь) выполнялись в рамках исполнения договора генерального подряда между ООО «Воркутинские ТЭЦ» и ООО «РЭК» (ответ от 11.10.2022). Все вышеуказанные работы, как указано ООО «Воркутинские ТЭЦ», выполнялись силами специалистов ООО «Модульные системы Торнадо».

В последующем, между ООО «Модульные системы Торнадо» и ООО «МСТ» заключено соглашение об уступке прав (требований) №3.

В настоящее время работы на котлоагрегатах №№3-9 выполнены, что подтверждается документами, представленными ООО «Воркутинские ТЭЦ» (в настоящее время - ООО «Комитеплоэнерго»).

Как установлено судом и следует из представленных документов, в том числе документов, представленных ООО «Воркутинские ТЭЦ», работы на котле №7 по наладке на топливе уголь и газ выполнены ООО «Модульные системы Торнадо» на основании договора, заключенного напрямую с ООО «Воркутинские ТЭЦ» 18.12.2020.

При этом ООО «МСТ» на протяжении рассмотрения настоящего обособленного спора последовательно ссылалось на то, что в договоре и акте были допущены описки – вместо котла №8 был ошибочно указан котел №7.

В материалы дела ООО «МСТ» направлено уведомление об описке, согласно которому при сдаче ст.8 (уголь) по акту №138 от 08.12.2020 в акте была допущена описка: вместо выполненных работ на ст.8 (уголь), ООО «Модульные Системы Торнадо» ошибочно указало ст.7.

На вопрос суда, выполнялись ли ООО «РЭК» для ООО «Воркутинские ТЭЦ» работы на котле №8 по наладке на топливе уголь, конкурсный управляющий, представитель собрания кредиторов ответили утвердительно.

Конкурсный управляющий пояснил, что, даже приняв во внимание факт описки, и выполнения работ фактически на котлоагрегате №8, то данные работы были в любом случае выполнены до декабря 2020 года, соответственно, акт выполненных работ, составленный в декабре 2020 года, имеет признаки мнимой сделки. Относительно выполнения работ по договору С-004/20-С от 04.02.2020 по наладке программно-технического комплекса (ПТК) «Торнадо-N» для САУ котлоагрегата ст.9, подписания акта №139 от 08.12.2020 на сумму 2 660 000,00 рублей, конкурсный управляющий, представитель собрания кредиторов указали, что указанные работы действительно производились, но были произведены в иной период, так же ранее декабря 2020 года. Оформление актов выполненных работ в декабре 2020 года имело намерение необоснованно повысить очередность удовлетворения своих требований, с третьей очереди в реестре требований кредиторов до текущих.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при подписании договора по выполнению работ по наладке (ПТК) «Торнадо-N» на котлоагрегате ст.7 стороны имели намерение заключить сделку, заключение договора было направлено на достижение результата и правовых последствий.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, в рассматриваемом случае оформление актов выполненных работ по котлоагрегату №7 (при этом, ООО «Модульные системы Торнадо» могла быть допущена описка в наименовании номера котла - №8), котлоагрегату №9, было связано с намерением сторон оформить документы в связи с оказанными услугами.

В настоящее время работы на котлоагрегатах №№ 3-9 выполнены, то есть при заключении договора стороны имели намерение выполнить работы по наладке ПТК на котлоагрегатах.

Реальность финансово-хозяйственных отношений, сложившихся между сторонами, подтверждается, в том числе данными налоговой отчетности должника по НДС в 2020 году, запросом конкурсного управляющего ООО «РЭК» ФИО3 исх. №4/П-В/03-22 от 04.04.2022, данными, представленными налоговым органом (данные отражены в книге покупок и продаж, направленной ИФНС России по Ленинскому району г. Екатеринбурга в материалы настоящего дела 15.11.2021).

Доводы конкурсного управляющего должника ФИО3 о невозможности фактического выполнения указанных в акте работ в декабре 2020 года (акты подписаны 06.12.2020), поскольку ООО «РЭК» прекратило выполнение обязательств на Воркутинской ТЭЦ ранее декабря 2020 года, проанализированы судом первой инстанции и правомерно отклонены, поскольку акты о выполнении работ могли быть оформлены после фактического выполнения работ со стороны ООО «Модульные системы торнадо». Как поясняли лица, участвующие в обособленном споре, работы могли производиться как непосредственно на Воркутинской ТЭЦ, так и удаленно.

Доказательства, свидетельствующие о том, что воля сторон не была направлена на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенного между должником и ООО «Модульные системы Торнадо» договора, в материалах дела отсутствуют.

Поскольку спорный договор исполнялся сторонами, при отсутствии доказательств обратного, оснований полагать, что оспариваемые сделки были совершены для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, волеизъявление сторон сделок не соответствовало их внутренней воле, являлись мнимыми, не имеется.

Вместе с тем, непосредственно дата выполнения работ, объем выполненных работ, факт наличия/отсутствия задолженности по выполненным работам подлежит рассмотрению в общеисковом порядке, при рассмотрении спора о взыскании задолженности по договору подряда.

В настоящее время в Арбитражном суде Свердловской области рассматривается дело №А60-25595/2023 по иску ООО «МСТ» к ООО «РЭК» о взыскании задолженности по оспариваемым в настоящем деле актам. На момент рассмотрения обособленного спора решение о взыскании долга принято не было.

В настоящее время вышеуказанное дело рассмотрено (решение от 21.01.2024, иск удовлетворен), однако решение в законную силу не вступило (обжаловано в апелляционном порядке, назначено к рассмотрению на 19.03.2024).

Как верно отмечено судом, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес

Вместе с тем, доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

В материалы дела также не представлено доказательств того, что целью совершения оспариваемых сделок являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов и должника. Как не представлено и доказательств того, что подписание актом было направлено на сокрытие фактической даты совершения работ в рамках заключенного договора.

В рассматриваемом случае оспариваемыми актами зафиксировано выполнение работ в рамках заключенного договора с должником, реальность выполнения которых сторонами не оспаривается.

При этом, основания для изменения судебного акта, в т.ч. его мотивировочной части и дополнения выводом о том, что работы по оспариваемым актам были фактически выполнены до принятия арбитражным судом заявления о признания должника банком, не имеется.

Вопреки доводам апеллянтам, апелляционный суд также не усматривает оснований для признания оспариваемых сделок мнимыми либо притворными, поскольку факт выполнения работ установлен допустимыми доказательствами. Из чего следует, что вред имущественным правам должника и его кредиторов причинен не был.

Как верно указал суд первой инстанции, период выполнения работ (оказания услуг) подлежал установлению в рамках рассмотрения спора о взыскании задолженности по вышеуказанному договору.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по заявленным основаниям (на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ) и правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом отсутствие у конкурсного управляющего должника первичных документов, подтверждающих правоотношения сторон, в том числе оспариваемых актов №138, №139 от 08.12.2020, не может являться достаточным основанием, свидетельствующем об отсутствии у сторон сделок намерений по выполнению условий договоров и мнимости сделок.

В связи с чем, доводы апеллянтов подлежат отклонению, как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Доводы заявителей апелляционных жалоб повторяют доводы заявления об оспаривании сделки, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Вопреки доводам апеллянтов, судом первой инстанции проанализированы все представленные в материалы дела доказательства, в т.ч. доказательства, подтверждающие наличие правоотношений по оспариваемым сделкам, указанным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, сделаны выводы об отсутствии вреда интересам кредиторов в результате совершения сделок, и, соответственно, оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителей апелляционных жалоб в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалоб отказано.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 декабря 2023 года по делу №А60-51249/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина




Судьи


Т.В. Макаров



Т.Н. Устюгова