Постановление от 20 сентября 2018 г. по делу № А43-3538/2017

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017 http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) телефон 44–76–65, факс 44–73–10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владимир

20 сентября 2018 года Дело № А43–3538/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 13.09.2018. Постановление в полном объеме изготовлено 20.09.2018.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Рубис Е.А., судей Гущиной А.М., Москвичевой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.06.2018 по делу № А43–3538/2017,

принятое судьей Романовой А.А.

по заявлению финансового управляющего ФИО3 ФИО2 о признании сделки должника недействительной и применения последствий ее недействительности,

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО3 ФИО2 – лично, на основании паспорта гражданина РФ;

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 18.08.2017 № 52 АА 3471428 сроком действия три года.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник, ФИО3) финансовый управляющий должника ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительным договора купли–продажи доли в уставном капитале ООО «ИнвестСтрой» от 11.08.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности указанной сделки.

Определением от 29.06.2018 суд первой инстанции в удовлетворении заявления отказал исходя из того, что конкурсным управляющим не доказаны необходимые элементы состава недействительности сделки: совершение сделки в условиях неплатежеспособности должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, знание другой стороны сделки об указанной цели и реальное причинение вреда от совершения сделки.

При принятии судебного акта арбитражный суд первой инстанции руководствовался статьями 19, 32, 61.2, 61.3, 213.9, 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127–ФЗ (далее – Закон о банкротстве), пунктом 13 Федерального закона от 29.06.2015 N 154–ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 82, 87, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий должника обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 29.06.2018 и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий должника указывает, что выводы, изложенные в определении, не соответствуют обстоятельствам дела, определение принято с нарушением норм материального и процессуального права.

Полагает, что финансовым управляющим представлены достаточные доказательства неплатежеспособности должника. Указывает, что судом неправильно применена норма статьи 10 ГК РФ.

Экспертное заключение № 139, составленное экспертом ООО «Приволжский центр финансового консалтинга и оценки» ФИО6, не может быть принято судом, как достоверное и допустимое доказательство.

Заявитель считает, что в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы по делу финансовому управляющему отказано неправомерно.

Финансовый управляющий должника ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО4 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие участвующих в деле лиц.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257–262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 06.09.2017 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 финансовый управляющий должника ФИО2 обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора купли–продажи доли в уставном капитале ООО «ИнвестСтрой» от 11.08.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности указанной сделки.

Требования финансового управляющего основаны на положениях п. 2 ст. 61.2, п.3 ст. 19, ст. 213.6, ст. 19 Закона о банкротстве, статьях 10, 168, Гражданского кодекса Российской Федерации, и мотивированы тем, что в результате совершенной сделки кредиторам должника был причинен ущерб.

Определением от 11.09.2017 суд по ходатайству финансового управляющего суд принял обеспечительные меры в виде запрета УФНС России по Нижегородской области совершать регистрационные действия в отношении доли (части доли), а именно 20% уставного капитала ООО «ИнвесСтрой» номинальной стоимостью 5000 рублей.

Определением суда от 11.09.2017 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены УФНС России по Нижегородской области, ФИО7 город Нижний Новгород, ООО «ИнвестСтрой».

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству лиц, участвующих в деле, в порядке статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с целью определения рыночной стоимости доли в уставном капитале ООО «Инвестрой» в размере 20% на дату заключения сделки – 11.08.2015, суд назначил экспертизу, в связи с чем, определением от 24.02.2018 производство по делу приостанавливалось.

10.04.2018 в материалы дела поступило заключение ООО «Приволжский центр финансового консалтинга и оценки» № 139 от 09.04.2018, определением суда от 16.04.2018 производство по делу возобновлено, судебное заседание назначено на 31.05.2018.

От финансового управляющего поступили ходатайства о передаче экспертного заключения № 139 от 09.04.2018 на экспертизу в ООО «Российское общество оценщиков» для проведения оценки экспертного заключения № 139 от 09.04.2018 нормам ФЗ от 29.07.1998 № 135–ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ», а также ходатайство о назначении повторной экспертизы.

Суд первой инстанции в удовлетворении ходатайств отказал, рассмотрел заявление по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154–ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно положениям статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи, суд, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких–либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Для установления недействительности сделки на основании статьи 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам.

В соответствии с положениями ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как видно из представленных ИФНС России в материалы дела документов, содержащихся в регистрационном деле, общество с ограниченной ответственностью «ИнвестСтрой» создано на основании решения № 1 от 12.12.2008 единственного учредителя – ФИО8.

Уставной капитал общества при его учреждении составил 10000 руб. 00 коп. и внесен денежными средствами. Общество зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 22.12.2008.

В виду заключения договора купли–продажи доли в уставном капитале в размере 100% по номинальной стоимости – 10000 руб. 00 коп. гражданину ФИО9 (том 3, л.д. 101–102), в учредительные документы ООО «ИнвестСтрой» в январе 2011 года внесены соответствующие изменения.

Позднее, а именно, 22.08.2013 между ФИО9, ФИО3, ФИО10, заключен договор купли–продажи доли в уставном капитале ООО «ИнвестСтрой», по условиям которого, покупателям переданы в собственность доли в размере по 50% (том 3, л.д. 99–100).

При этом, продажа долей произведена по номинальной стоимости, а именно, по 5000 руб. 00 коп. Соответствующие изменения внесены в учредительные документы.

На основании заявления от 30.07.2014, протоколом общего собрания от 31.07.2014 в состав участников общества, путем увеличения уставного капитала за счет денежного вклада в размере 15000 руб. 00 коп. ФИО4 принят в состав участников общества (том 2, л.д. 2–4).

В результате принятия в состав общества нового участника и увеличения уставного капитала, размер долей был определен следующим образом: ФИО4 –60% (номинальная стоимость 15000 руб.), ФИО10 – 20% (номинальная стоимость 5000 руб.), ФИО3 – 20% (номинальная стоимость 5000 руб.).

15.10.2014 ФИО4 на основании договора купли–продажи приобрел у ФИО10 20% доли в уставном капитале общества по номинальной стоимости 20%, что подтверждается договором купли–продажи 52 АА 2007657.

Одобрение данной сделки было оформлено протоколом внеочередного общего собрания участников общества от 14.10.2014.

11.08.2015 Кузьмин Е.Г. на основании договора купли–продажи, удостоверенного нотариусом Воробьевым В.В., по номинальной стоимости – 5000 руб. 00 коп., приобрел у должника 20% доли в уставном капитале общества.

Одобрение данной сделки было оформлено протоколом внеочередного общего собрания участников общества от 10.08.2015.

В июне 2016 года 100% доли в уставном капитале общества продано ФИО7.

Как верно указывает суд первой инстанции, сделки по купле–продаже долей общества, одобрялись собранием участников, протокол собрания, на котором было принято решение о принятии ФИО4 в состав участников, равно как и протокол собрания от 10.08.2015, в установленном порядке не оспорены.

Кроме того, в материалы дела представлено решение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.02.2017 по делу № А43–28118/2016, вступившее в законную силу, в рамках которого, рассматривался иск ФИО3 к ФИО4 о признании договора купли–продажи доли от 11.08.2015 недействительным, по основаниям, предусмотренным статьями 166, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении указанного спора, суд дал оценку договору купли– продажи на предмет ничтожности и его заключения при запрете на распоряжение имуществом ООО «ИнвестСтрой» и пришел к выводу о том, что само по себе действие указанного запрета не достаточно для признания сделки недействительной.

При рассмотрении указанного о спора суд также установил отсутствие доказательств того, что на момент заключения договора ФИО4 был осведомлен об имеющемся запрете.

Кроме того, финансовым управляющим не представлено доказательств наличия у ФИО4 умысла на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

В ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции, по ходатайству финансового управляющего, с целью предоставления доказательства причинения кредиторам должника ущерба в виде реализации доли в уставном капитале общества по заниженной цене, суд назначил судебную экспертизу на предмет определения рыночной стоимости доли в уставном капитале ООО «Инвестрой» в размере 20% на дату заключения сделки – 11.08.2015.

В соответствии с заключением № 139, составленным экспертом ООО «Приволжский центр финансового консалтинга и оценки» ФИО6, рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО «ИнвестСтрой» в размере 20% на дату 11.08.2015 составляла 1 рубль.

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» предусматривается оценка судом доказательств, в том числе заключения

эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Оценив заключение, составленное по итогам результатов судебной экспертизы, суд признает его соответствующим требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку экспертом даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленный вопрос, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, отводов эксперту не заявлено, иных оснований для исключения данного документа из числа доказательств по делу, в деле не имеется.

Таким образом, с учетом рыночной стоимости 20% доли в уставном капитале ООО «ИнвестСтрой» в размере 1 рубль, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в результате оспариваемой сделки, права и интересы кредиторов должника не могли быть нарушены, и оспариваемая сделка не привела к уменьшению конкурсной массы должника.

Согласно п. 3.2 договора ФИО4 произвел оплату доли в размере 5000 руб. полностью до подписания договора, то есть, сделка носила возмездный характер.

Кроме того, отклоняя доводы финансового управляющего о том, что оспариваемая сделка причинила вред кредиторам должника, суд принял во внимание, что размер доли в уставном капитале общества, являвшийся предметом оспариваемого договора, составил 20%.

Указанный размер доли, фактически, не позволяет ее владельцу влиять на хозяйственную деятельности общества, что в свою очередь, влияет на ее рыночную стоимость.

При указанных обстоятельствах, учитывая отсутствие в материалах дела иных доказательств, исходя из выводов, содержащихся в заключение № 139, суд первой инстанции пришел верному выводу о том, что продажа должником 20% доли в уставном капитале ООО «ИнвестСтрой» не могла причинить имущественный вред кредиторам должника.

При этом, все дальнейшие сделки по продаже долей общества участниками, совершены исходя из стоимости доли в размере номинала, таким образом, размер права аренды никогда не учитывался при определении стоимости доли.

Таким образом, оспариваемая сделка, совершена на аналогичных условиях, при которых совершались сделки по отчуждению долей, и стоимость доли определена также как и при совершении других сделок, исходя из номинальной стоимости.

Довод финансового управляющего о злоупотреблении правом при совершении сделки судом апелляционной инстанции отклоняется.

Достоверных и однозначных доказательств того, что оспариваемая сделка совершена в условиях злоупотребления правом как со стороны должника, так и со стороны ответчиков не имеется. Доказательств того, что ответчики были осведомлены о наличии признаков неплатежеспособности должника, не имеется. Доводы об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника носят предположительный характер.

Иных оснований для признания оспариваемой сделки недействительной коллегией судей не установлено.

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторная экспертиза по тем же вопросам может быть назначена в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличии противоречий в выводах эксперта. Назначение экспертизы, в том числе повторной, является правом арбитражного суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела, придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного разрешения спора.

Исходя из того, что поскольку экспертное заключение № 139 от 09.04.2018 отвечает предъявляемым требованиям, является ясным и полным, противоречия в выводах эксперта отсутствуют, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подлежит отклонению ходатайство конкурсного управляющего о проведении повторной экспертизы. Сам по себе факт несогласия с выводами эксперта не может служить основанием для признания доказательства недопустимым.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции на законных основаниях отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при рассмотрении апелляционной жалобы, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы распределены судом первой инстанции верно.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы,

понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят

судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По этим же правилам распределяются судебные расходы в связи с

рассмотрением апелляционной жалобы (часть 5 статьи 110 АПК РФ).

В доход федерального бюджета с должника подлежит взысканию

государственная пошлина в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального

кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.06.2018 по делу № А43–3538/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд

Волго–Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго–Вятского округа.

Председательствующий судья Е.А. Рубис

Судьи А.М. Гущина

Т.В. Москвичева