Постановление от 28 августа 2019 г. по делу № А60-57611/2016

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2350/2018(5)-АК

Дело № А60-57611/2016
28 августа 2019 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2019 года. Постановление в полном объеме изготовлено 28 августа 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Мухаметдиновой Г. Н. судей Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д., в судебном заседании приняли участие:

представитель Ларионова А.С.: Иванов С.И., паспорт, доверенность от 14.03.2019,

Стариков Л.А., паспорт,

представитель Старикова Л.А.: Шолохов Е.Е., паспорт, доверенность от 18.12.2017,

представитель конкурсного управляющего: Кичкичев А.Н., паспорт, доверенность от 17.09.2018,

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела

извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем

размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Ларионова Артема Сергеевича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22 мая 2019 года

об отказе в удовлетворении заявления единственного участника ООО «ССТВ» Ларионова А.С. о признании недействительными сделками кредитный договор № 17 от 28.08.2015 между ООО «ССТВ» и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» на сумму 1 625 000,00 рублей, а также последующее перечисление полученных денежных средств 28.08.2015 в пользу ООО «Лизинговая компания Восток»,


вынесенное судьей Кожевниковой А.Г. в рамках дела № А60-57611/2016

о признании общества с ограниченной ответственностью «ССТВ» (ОГРН 1117415002143, ИНН 7415073270) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков: и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк», ООО «Лизинговая компания Восток»

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Борисова Л.В.,

установил:

29.11.2016 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление акционерного общества «Первоуральский акционерный коммерческий банк» о признании общества с ограниченной ответственностью «ССТВ» (далее – ООО «ССТВ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2016 указанное заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «ССТВ».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2017 в отношении ООО «ССТВ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Ермилин Антон Валерьевич.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.07.2017 ООО «ССТВ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Ермилин Антон Валерьевич (далее – конкурсный управляющий).

17.01.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление единственного участника должника - Ларионова Артема Сергеевича о признании недействительными притворными сделками - кредитный договор № 17 от 28.08.2015, заключенный между ООО «ССТВ» и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» на сумму 1 625 000.00 рублей, а также последующее перечисление полученных денежных средств от 28.08.2015 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Восток», применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности общества с ограниченной ответственностью «Лизинговая компания Восток» перед акционерным обществом «Первоуральский акционерный коммерческий банк» в размере 1 625 000,00 рублей.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.05.2019 в удовлетворении заявления единственного участника ООО «ССТВ» Ларионова А.С. отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, единственный участник ООО «ССТВ» Ларионов А.С. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, заявление удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель отмечает, что характер платежей очевидно имело транзитный характер, указывает на то обстоятельство, что должник не воспользовался денежными средствами,


перечислив их обратно в АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» в течении нескольких минут с момента получения, суд не сделал какого- либо вывода и не дал оценку данным обстоятельствам, транзитный характер операций по перечислению денежных средств в отсутствие доказательств расходования денежных средств должником на собственные нужды и игнорирование этих доводов судами, уже само по себе является основанием для пересмотра судебного акта, принятого по итогам такого рассмотрения. Указывает, что разумные экономические мотивы предоставления должником денежных средств в столь крупном размере и их дальнейшее расходование не проверены. Отмечает, что единственный участник должника не приводил ссылок на основания недействительности, указанные в ст. 61.2 и 61.3 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002г., специальные, установленные Законом о банкротстве основания недействительности сделок не указывались заявителем при обращении с заявлением. Доводы о притворности не исследовались судом в принципе, а позиция о недоказанности факта причинения вреда кредиторам и злоупотреблении правом, не применима к настоящему спору, ведь Ларионов А.С. указывал на обстоятельства мнимости сделки и как следствие, на ее ничтожность, а не недействительность по основаниям ст. 10 ГК РФ, ст. 61.1, 61.2. Закона о банкротстве, диспозиция которых действительно предусматривает, что для признания их недействительными необходимо устанавливать наличие в действиях сторон злоупотребления правом и факта причинения имущественного вреда кредиторам. Полагает что судом не применены материальные нормы, регулирующие вопросы квалификации сделок должника как ничтожных по основаниям их мнимости или притворности (ст. 170 ГК РФ), а применены нормы, квалифицирующие сделку должника как ничтожную, по основаниям, указанным в ст. 10, 168 ГК РФ, и как недействительную, совершенную при злоупотреблении правом с целью причинения имущественного вреда кредиторам, в порядке ст. 61.1, 61.2. Закона о банкротстве. Обращает внимание, что Ларионовым А.С. оспаривается не перечисление денежных средств, а основания и экономическая целесообразность их выдачи и последующего перевода обратно в АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк». Указывает, что Борисова Л.В., как и лица действующие от ее имени, были подконтрольны АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк», как лицу, единственно получившему выгоды от цепи взаимосвязанных сделок. Доводы о том, что в результате совершения оспариваемых Ларионовым А.С. сделок АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» получил экономическую выгоду, чего нельзя сказать о других участниках сделка, также не исследовался и не оценивался судом первой инстанции.

В письменных отзывах конкурсный управляющий и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» против доводов апелляционной жалобы Ларионова А.С. возражают.

Принявший участие в судебном заседании представитель Ларионова А.С.


на доводах апелляционной жалобы настаивал.

Представитель конкурсного управляющего против доводов апелляционной жалобы Ларионова А.С. возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, установлено судом первой инстанции и не оспаривается, лицами, участвующими в деле, 28.08.2015 между ООО «ССТВ» и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» (далее также Банк) заключен кредитный договор № 17, согласно которому ООО «ССТВ» на основании банковского ордера № 501 от 28.08.2015г. предоставлен кредит в сумме 1 625 000 руб., со сроком возврата до 26.08.2016г., с уплатой процентов за пользование 16 % годовых. Согласно кредитному договору, денежные средства предоставляются для пополнения оборотных средств ООО «ССТВ».

Согласно выписке по расчетному счету ООО «ССТВ» № 40702810100001038690 после получения кредитных денежных средств в размере 1 625 000.00 рублей, указанные денежные средства в размере 1 625 000,00 рублей перечислены ООО «ССТВ» в счет оплаты кредита за ООО «Лизинговая компания «Восток» по кредитному договору № 20 от 02.09.2009.

Полагая, что кредитный договор № 17 от 28.08.2015г. между ООО «ССТВ» и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» на сумму 1 625 000,00 рублей, а также последующее перечисление денежных средств 28.08.2015 в пользу ООО «Лизинговая компания Восток» является недействительной притворной сделкой, поскольку, по мнению Ларионова А.С. денежные средства АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» в размере 1 625 000,00 рублей были возвращены в день их получения должником, не расходовались на его хозяйственную деятельность и нужды, по сути, являются единой сделкой, направленной на перевод долга ООО «Лизинговая компания Восток» перед АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» на ООО «ССТВ» на безвозмездных для должника условиях, Ларионов А.С. обратился с рассматриваемым заявлением. Ларионов А.С. указывает, что ввиду совершения взаимосвязанных сделок, выгоду получили все, за исключением самого должника и Ларионова А.С., как единственного участника должника. Ларионов А.С. указывает, что ООО «ССТВ», в котором он являлся единственным участником, предоставило свой расчетный счет для зачисления и перечисления денежных средств в Банк, выдавший кредит.

Суд первой инстанции, исходя из отсутствия доказательств заключения


оспариваемых сделок злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам должника, притворности сделок, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для применения к возникшим правоотношениям сторон сделок положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ, в связи с чем, в отказал удовлетворении заявления Ларионова А.С.

Исследовав материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно положениям статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве, Закон сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

По смыслу ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о признании ничтожной сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлено заинтересованным лицом.

В связи с открытием конкурсного производства прекратились полномочия органов управления должника (п. 2 ст. 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"; далее - Закон о банкротстве).

Ларионов А.С., как единственный его участник приобрел в процедуре конкурсного производства процессуальные права участвующего в деле о банкротстве лица -представителя учредителей (участников) (п. 3 ст. 126 Закона о банкротстве). В отсутствие действующих органов управления должника, сформированных по корпоративным правилам, представитель учредителей (участников) не может быть лишен права защищать интересы должника как стороны договора в случае их нарушения другим субъектом. Представителю


учредителей (участников) должника должна быть предоставлена возможность оспорить соответствующую сделку и потребовать применения последствий ее недействительности.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

В пункте 4 постановления N 63 от 23.12.2010 и в пункте 10 постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" Пленум ВАС РФ разъяснил, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Оспаривая в рамках рассматриваемого спора сделки, заявитель ссылается на наличие оснований, предусмотренных статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ, для признания их недействительными.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 названной статьи).

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 названной статьи).

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 названного Постановления).


Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 названной статьи).

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.


В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Поскольку спорные сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключены ли сделки с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть были ли сделки направлены на уменьшение конкурсной массы.

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить


денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Как указывалось выше, 28.08.2015 между ООО «ССТВ» и АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» заключен кредитный договор № 17, согласно которому, ООО «ССТВ» на основании банковского ордера № 501 от 28.08.2015 предоставлен кредит в сумме 1 625 000 руб., со сроком возврата до 26.08.2016, уплатой процентов за пользование денежными средствами 16 % годовых. Согласно кредитному договору, денежные средства предоставляются для пополнения оборотных средств ООО «ССТВ».

Из материалов дела следует и подтверждается лицами, участвующими в деле, что после получения кредита указанные денежные средства в размере 1 625 000,00 рублей были перечислены ООО «ССТВ» в счет оплаты кредита за ООО «Лизинговая компания «Восток» по кредитному договору № 20 от 02.09.2009. Данные обстоятельства подтверждаются выпиской по расчетному счету ООО «ССТВ» № 40702810100001038690, а также платежным поручением № 1 от 28.08.2019.

Платежное поручение подписано директором ООО «ССТВ» Борисовой Л.В., с проставлением печати ООО «ССТВ» (л.д. 128).

Сумма в размере 1 625 000,00 рублей, была возвращена в АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» в качестве погашения задолженности ООО «Лизинговая компания «Восток» по кредитному договору № 20 от 02.09.2009.

Указанная операция по мнению Ларионова А.С. носит транзитный характер.

Судом первой инстанции была дана надлежащая оценка проведённой операции по счету должника.

Как верно отмечает суд первой инстанции вышеуказанные сделки совершены в период, когда должник не отвечал признакам неплатежеспособности, в условиях обычной для должника деятельности и являлись частью финансовых отношений между должником и Банком.

Соответственно, банк, исполняя свои обязательства по кредитному договору, перечислил денежные средства на счет должника.

Должник, являясь действующим юридическим лицом, получив сумму кредита, предоставленного в целях пополнения оборотных активов, не ограничен в правах ведения хозяйственной деятельности и самостоятельно, по своему усмотрению распорядился указанной денежной суммой.

При этом ничтожность, притворность и мнимость заключенного договора опровергаются представленными в материалы дела платежными поручениями об оплате суммы процентов по кредиту (л.д.91-93).

Кроме того, обстоятельства заключения и исполнения кредитного договора установлены при рассмотрении искового заявления банка к ООО «ССТВ» в рамках дела № А60-59673/2015 (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2016). При этом, интересы ООО


«ССТВ» в рамках указанного дела представлялись по доверенности, выданной Ларионовым А.С., действующим в качестве директора ООО «ССТВ». Возражений относительно реальности заключенного кредитного договора, либо его притворного характера в рамках дела № А60-59673/2015 не заявлялось.

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что Ларионов А.С. являлся единственным учредителем должника с момента его создания и до настоящего времени. Соответственно контроль за деятельностью должника осуществлял единственный учредитель. Никаких изменений в составе участников в период совершения сделки не происходило.

Доводы Ларионова А.С. о наличии заинтересованности между банком и Борисовой Л.В., являющейся директором в момент совершения сделки, не подтверждены материалами дела. При этом, Борисова Л.В. назначена на должность Ларионовым А.С. Зная об обращении АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк» с исковым заявлением о взыскании задолженности по кредиту, Ларионов А.С. не предпринял никаких действий по оспариванию указанного кредитного договора, а также не оспорил платеж по перечислению ООО «ССТВ» в счет оплаты кредита за ООО «Лизинговая компания «Восток» до возбуждения дела о банкротстве.

Достаточных и убедительных обоснований почему единственным учредителем должника Ларионовым А.С. не были приняты меры к надлежащему контролю за деятельностью ООО «ССТВ», а также его директора суду не предоставлено.

Исходя из изложенного, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что заключение кредитного договора и погашение задолженности ООО «Лизинговая компания «Восток» не имели под собой цели и не нарушили имущественные права кредиторов должника (единственным кредитором должника является АО «Первоуральский акционерный коммерческий банк»).

Как верно отмечено судом первой инстанции, заключение оспоренных сделок, связанных, в конечном итоге, с погашением задолженности ООО «Лизинговая компания «Восток» перед Банком, само по себе о злоупотреблении правом и причинении вреда кредиторам должника не свидетельствует.

В отсутствие доказательств заключения оспариваемых сделок злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам должника, притворности сделок, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии достаточных оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании ст.10, 168, 170 ГК РФ.

Таким образом, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта судом были установлены все существенные для дела обстоятельства, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые


могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального права и направленные на переоценку доказательств. Кроме того, доводы апелляционной жалобы уже были предметом исследования суда первой инстанции, с оценкой которых согласна и апелляционная инстанция.

Судебные расходы распределяются судом апелляционной инстанции в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 22 мая 2019 года по делу № А60-57611/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Г.Н. Мухаметдинова

Судьи В.И. Мартемьянов

О.Н. Чепурченко