Апелляционное определение № 10-2139/2026 от 22 марта 2026 г.

Судья Трофимова В.В. Дело № 10-2139/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

адрес 23 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего - судьи Тарджуманян И.Б.,

судей Мартыненко А.А. и Ларкиной М.А.,

при помощнике судьи Черной Е.В.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры адрес фио,

осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Христосова Е.И., представившего удостоверение № 745 и ордер № 000391 от 20 августа 2025 года,

представителя потерпевшей ФИО2 - адвоката Манюкина И.С., представившего удостоверение № 14461 и ордер № 3 от 18 февраля 2026 года,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного фио и его защитника – адвоката Христосова Е.И. на приговор Симоновского районного суда адрес от 05 августа 2025 года, в отношении:

ФИО1, паспортные данные, гражданина РФ, с высшим образованием, холостого, несовершеннолетних детей не имеющего, являющегося индивидуальным предпринимателем, зарегистрированного по адресу: адрес, ул. 65-летия Победы, д.16, кв.192, фактически проживающего по адресу: адрес, ранее не судимого,

осужденного:

- по ч.1 ст.303 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере сумма, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, освобожденного от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности, установленных п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ;

- по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года, на основании ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком в течение 4 лет, с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный государственный орган не реже одного раза в месяц.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу.

В случае отмены условного осуждения, зачтено ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 19.01.2022 года по 08.08.2022 года, и время содержания под домашним арестом в период с 09.08.2022 года по 14.12.2023 года.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Мартыненко А.А., выслушав выступление осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора и представителя потерпевшей, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

установила:

Приговором суда фио признан виновным в совершении покушения на мошенничество, то есть умышленных действий лица, непосредственно направленных на приобретение права на чужое имущество путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Он же, признан виновным в совершении фальсификации доказательств по гражданскому делу, представителем лица, участвующего в деле.

Преступления фио совершены в адрес при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании фио вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе осужденный фио выражает несогласие с приговором суда, указывает, что приговор не отвечает требованиями ст.297 УПК РФ, является незаконным, необоснованным, принятым при наличии процессуальных нарушений, допущенных органом следствии на стадии возбуждения уголовного дела и прокуратурой на стадии утверждения обвинительного заключения.

Полагает, что судом не доказан его корыстный мотив на совершение преступлений, судом неверно распределено бремя доказывания, так как имущество ФИО2 в рассматриваемой ситуации не поступает, и не могло поступить в его преступное владение. При этом, в случае поступления имущества потерпевшей в конкурсную массу должника фио, которая находилась в процедуре банкротства, она не имела возможности пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению, так как оно поступало в обладание кредиторов фио

Считает, что в его действиях отсутствует противоправность, поскольку финансовый управляющий фио и он, как представитель истца, действовали в рамках действительного или предполагаемого права, он осуществлял свои законные полномочия, предоставленные ему финансовым управляющим фио, что исключает наличие признака противоправности хищения, так как между сторонами (ФИО2 и фио) имели место договорные отношения. Указывает, что само по себе обращение финансового управляющего в суд с целью реализации права на возврат имущества в конкурсную массу должника не могло и не может считаться противоправным деянием, подпадающим под признаки хищения.

Указывает, что квалификация его действий как покушение на приобретение права на чужое имущество путем обмана, является неверной и не отвечает положениям уголовного закона и сложившейся правоприменительной практики, так как судом неправильно определен предмет преступного посягательства, поскольку согласно обвинению, в данном случае имеет место завладение имуществом – денежными средствами, а сама конструкция обвинения не позволяет говорить о возможности приобретения им, действовавшим как представитель по доверенности, то есть не являющегося будущим правообладателем истребованного по исковому заявлению, какого-либо имущества или денежных средств ФИО2

Ссылается на постановление Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», и считает, что приговор не содержит доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, у него возник до получения чужого имущества или права на него, и его действия в рамках реализации договорных отношений не могут расцениваться как умышленные.

Считает, что исходя из приговора, можно утверждать, что он дважды привлечен к уголовной ответственности за одни и те же действия, за мошенничество и фальсификацию доказательств, так как признание его виновным по ч.1 ст.303 УК РФ не основано на нормах материального права. Ссылается на ПП ВС РФ «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях против правосудия», ст.55 ГПК РФ, и считает, что в силу данных положений закона, установлен закрытый перечень доказательств по гражданскому делу, в связи с чем, из числа доказательств подлежат исключению: исковое заявление и его копия о расторжении договора уступки права (требования) от 09.04.2013 года и взыскании с ФИО2 денежных средств, направленное в Симоновский районный суд адрес, копии доверенностей на представление фио и им (ФИО1) интересов арбитражного управляющего фио в судебных спорах, оригинал доверенности на представление им (ФИО1) интересов арбитражного управляющего фио в судебных спорах, так как они служат лишь основанием для подтверждения полномочий определенных лиц или формулированием позиции стороны по делу. Другие перечисленные документы (копия претензии, копия уведомления, запрос, ответ на запрос) также не могут являться доказательствами, так как не входят в предмет доказывания, поскольку не могли не подтвердить или опровергнуть факт обязательства, который имел место между сторонами (ФИО2 и фио), они являются сопутствующими процессуальными документами, необходимыми для возбуждения процессуальной процедуры по делу.

Обращает внимание на то, что при вынесении приговора судом не обсуждался вопрос о наличии признаков добровольного отказа от доведения преступления до конца на основании ст.31 УК РФ, поскольку при установлении признаков добровольности и окончательности в ситуации, когда определения судов первой и апелляционной инстанции отменены судом кассационной инстанции и дело направлено в Симоновский районный суд адрес для рассмотрения по существу, можно усмотреть добровольный отказ от доведения преступления до конца в тот момент, когда у него по делу появилась реальная возможность заявить отказ от искового заявления и тем самым прекратить гражданско-правовой спор по существу, однако это обстоятельство проигнорировано и оценка этому факту дана не была.

Приходит к выводу о том, что суд без должной оценки отнесся к представленным стороной защиты заключениям специалистов, делая вывод о том, что специалисты не предупреждались об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, поскольку сторона защиты представила убедительные и достоверные данные, которые не позволяли усомниться в компетентности специалистов, которые вызывались в суд и были допрошены по существу данных ими заключений, а также предупреждались об уголовной ответственности. Считает, что суд не принял во внимание, что ст.307 УК РФ не предусматривает какой-либо ответственности специалиста за составление заведомо ложного заключения, а УПК РФ – обязанности предупреждать специалиста об этом. Полагает, что не предупреждение специалиста об уголовной ответственности не свидетельствует о том, что заключение получено с нарушением требований закона и влечет его недопустимым доказательством в соответствии со ст.75 УПК РФ.

Обращает внимание, что в обвинительном заключении и в приговоре в основу обвинения в качестве доказательств вины соучастников в мошенничестве перечислены решения судов общей юрисдикции утративших свою силу в связи с отменой вышестоящими судами и не приведены выводы решений указанных судов доказывающих правовую позицию стороны защиты об отсутствии нарушений ГПК РФ при подачи финансовым управляющим искового заявлений в Симоновский районный суд адрес. Кроме того, не оценены следствием и судом решения арбитражных судов в рамках рассмотрения дела о банкротстве фио Ссылается на нарушения, связанные с оценкой доказательств и нарушением права на защиту, поскольку судом в нарушение ПП ВС РФ «О судебном приговоре» не дана оценка всем исследованным доказательствам, не указаны правовые мотивы, по которым отвергаются доказательства защиты, в том числе показания осужденного, надлежащим образом не проверен сговор на совершение преступления, суд уклонился от установления ряда обстоятельств по делу, отсутствовала как таковая стадия исследования вещественных доказательств, судом самостоятельно оглашались доказательства обвинения, не разрешены ходатайства стороны защиты, в том числе о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Просит приговор суда отменить, а его оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Христосов Е.И. в защиту осужденного фио выражает несогласие с приговором суда, указывает, что приговор является незаконным, необоснованным, принят вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, правовым позициям Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, при наличии грубых процессуальных нарушений, допущенных органом следствия и судом, неверно применившим уголовный закон.

Приводит положений ч.2 ст.297, ч.4 ст.302, в совокупности с ч.3 ст.14 УПК РФ, которые, по его мнению, учтены и соблюдены не были.

Полагает, что в уголовном деле имелись основания для возврата уголовного дела прокурору, поскольку предъявленное фио является неконкретным, обвинительное заключение не соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, поскольку: право требования денежных средств к физическому лицу, возникшее на основании судебного акта, не является и не может являться чужим имуществом, а, следовательно, не может являться объектом преступления по ст.159 УК РФ; в обвинительном заключении не содержится сведений о том, при каких обстоятельствах неустановленный соучастник обратился к фио и предложил ему в обмен на часть денежного вознаграждения, в каком именно размере и при наступлении каких именно обстоятельств после распределения денежных средств ФИО2 между кредиторами, в том числе ООО «Экспотрейд», принять участие в предстоящем преступлении; отсутствуют сведения, в какой момент времени, каким способом и при каких обстоятельствах ФИО1 организовал изготовление ряда фальсифицированных документов, которые он лично представил в Симоновский районный суд адрес; в тексте обвинительного заключения отсутствуют указания на то, каким способом и с какого времени обвиняемый получил бы возможность использовать похищенные денежные средства по своему усмотрению, что влияет на юридическую оценку предполагаемых деяний, как неоконченного преступления, то есть в форме покушения или приготовления.

Указывает на наличие процессуальных нарушений, допущенных судом первой инстанции при рассмотрении дела по существу. Приводит фабулу обвинения и описательно-мотивировочную часть приговора, полагая, что их содержание не подтверждено доказательствами. Ссылается на заявленные стороной защиты ходатайства об истребовании доказательств по делу, которые имеют существенное значение для объективного и всестороннего рассмотрения дела, в удовлетворении которых судом было необоснованно отказано. Приводит документы, которые были представлены в суде для приобщения (ответы ООО «Экспотрейд»), которые опровергали версию обвинения, в приобщении которых судом было незаконно отказано. Ссылается на исследованные судом почерковедческие экспертизы, имеющие существенные противоречия, и на необоснованный отказ суда в назначении по делу в связи с этим повторной почерковедческой экспертизы. Обращает внимание на положенный в основу приговора - протокол осмотра предметов от 10.09.2022 года – компакт диска, полученный в ответ на запрос Симоновского районного суда адрес с видеозаписью судебного заседания по иску фио к фио, и файлом судебного заседания, которые в суде не исследовались путем их воспроизведения, что ограничило право фио на защиту.

Ссылается на неверное применение уголовного закона, так как на предварительном следствии и в судебном заседании не установлены объективные и субъективные признаки преступлений в действиях фио, а предположения следствия, признанные судом, не подтверждают виновность фио по предъявленному обвинению. Считает, что в действиях фио отсутствуют составы преступлений, не имеется доказательств его вины, в том числе никто из допрошенных по делу лиц не дал изобличающих его показаний. Приводит показания допрошенных в судебном заседании: представителя потерпевшей – адвоката Федущака Р.В., свидетелей фио, фио, фио, фио, дает им оценку, и приходит к выводу, что данные лица не показали о том, известно ли им о возникновении, условиях и реализации преступного умысла у ФИО1 и наличие каких-либо «неустановленных лиц», приведенные в жалобе показания в суде не нашли своего отражения в тексте приговора, надлежащая оценка им судом не дана, что привело к вынесению незаконного итогового решения по делу. Считает, что аналогичным образом, материалы уголовного дела не содержат каких-либо документов, в соответствии с которыми у ФИО1 возникало бы право получения денежных средств из состава взысканных с ФИО2 в случае удовлетворения иска, в том числе из денежных средств в последующем распределенных в адрес ООО «ЭкспоТрейд», как кредитора фио

Обращает внимание, что фио не преследовал цели обратить чужое имущество в свою пользу, или распорядиться им, таким образом, когда бы он мог извлечь для себя материальную выгоду за счет изъятого или обращенного чужого имущества; имущество ФИО2 не могло поступить в какое-либо, в том числе преступное, владение фио, в связи с чем, у фио отсутствовала корыстная цель, однако данным обстоятельствам в приговоре надлежащей оценки не дано; позиция суда о том, что фио, представляя в обоснование исковых требований сфальсифицированные доказательства, был намерен ввести суд в заблуждение, является несостоятельной, поскольку Симоновский районный суд адрес собственником имущества, на получение которого мог быть направлен умысел, не являлся и являться не мог, в связи с чем, в действиях фио отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ.

Полагает, что аналогичным образом, вопреки положениям ст.73 УПК РФ, судом первой инстанции, при вынесении приговора в части признания ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.303 УК РФ, обстоятельства фальсификации представленных доказательств установлены и подтверждены не были, какие-либо показания свидетелей в данной части не получены, вывод суда о виновности не подтвержден доказательствами.

Приходит к выводу о том, что приговор суда вопреки положениям ч.4 ст.302 УПК РФ, ч.3 ст.14 УПК РФ, основан на предположениях и постановлен в отсутствие исследованных судом доказательств виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Просит приговор суда отменить, а фио оправдать по предъявленному обвинению в полном объеме.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель А.А. Демидова полагает приговор законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб несостоятельными.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам жалоб, вывод суда о виновности фио в совершении инкриминируемых ему преступлений соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

В частности, вина фио в совершении указанных преступлений подтверждается:

- показаниями представителя потерпевшей ФИО2 - Федущака Р.В., из которых следует, что в производстве Симоновского районного суда адрес находилось гражданское дело по иску финансового управляющего фио - фио к ФИО2 о расторжении договора уступки права (требования) от 09.04.2013 года и взыскании в пользу фио задолженности по данному договору в размере сумма фио, мотивировал свои требования тем, что между ФИО2 и фио 09 апреля 2013 года был заключен договор уступки права (требования), в соответствии с которым Цедент (ФИО2) уступает Цессионарию (фио) право требования уплаты части основного долга в размере сумма по договору займа от 31.10.2012 года, заключенному между ФИО2 (займодавец) и фио (заемщик). Платежным поручением № 1 от 09.04.2013 года фио перечислила ФИО2 денежные средства в размере сумма, с назначением платежа: «оплата по договору уступки права (требования) от 09.04.2013 года, эквивалентно в долларах США 3 000 000 по курсу 31,6144, без НДС.». По мнению истца (фио), ФИО2 не передала фио право требования, поскольку в 2017 году самостоятельно обратилась с заявлением о включении требований, основанных на договоре займа от 31.10.2012 года, в реестр кредиторов должника - фио Поскольку ответчик самостоятельно реализовал право (требование) к фио и повторно реализовать такое право невозможно (ответчику отказано в удовлетворении требований к фио), истец полагает, что он вправе отказаться от исполнения договора цессии и потребовать возмещения убытков, ссылаясь на положения ст.ст.463, 398 ГК РФ. При этом, фактически договора уступки права (требования) от 09.04.2013 года не существует, поскольку фио переводила вышеуказанные денежные средства в размере сумма за своего двоюродного дядю – фио по договору займа от 31.10.2012 года. Он направил в Симоновский районный суд адрес отзыв на исковое заявление, куда он поступил 07.12.2020 года, в котором, в частности, указал, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, а именно: финансовый управляющий фио не направил ФИО2 предложение о расторжении договора уступки права от 09.04.2013 года. В судебном заседании, состоявшемся в Симоновском районном суде 04.02.2021 года, истец представил в качестве доказательства соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора сфальсифицированную «претензию о расторжении договора, возврата денежных средств, переданных по договору», подписанную финансовым управляющим фио Из текста возражений на отзыв ФИО2 следовало, что претензия якобы была направлена ответчику 17.10.2018 года. Однако данная претензия, несмотря на ее фальсификацию, также не содержала предложения ФИО2 расторгнуть договор уступки, о чем он как адвокат сразу же заявил в судебном заседании. В судебном заседании, состоявшемся в Симоновском районном суде адрес 11.02.2021 года истец представил в качестве доказательств соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора следующие документы: ответ фио на запрос фио от 10.02.2021г., содержащий ложные сведения о том, что 17 октября 2018 года финансовым управляющим фио –фио якобы была направлена претензия, содержащая предложение расторгнуть договор уступки права от 09.04.2013 г., уведомление об отказе от его исполнения, требование о возврате суммы неосновательного обогащения в сумме сумма; сфальсифицированную претензию о возврате суммы неосновательного обогащения от 17.10.2018г., содержащая предложение ФИО2 расторгнуть договор уступки права требования от 09.04.2013 года. При этом представленная в суд претензия является сфальсифицированной, поскольку ее текстовка отличается от оригинала претензии, ранее направленного в адрес ФИО2 Учитывая тот факт, что у него имеются оригиналы направленного в 2018 году письма и всех документов в нем, а представленная в суд заверенная фио копия не соответствует по своему смыслу и тексту ранее действительно направленной в адрес ФИО2 претензии, 09.03.2021 он заявил о подложности доказательств. Определением Симоновского районного суда от 09.03.2021г. исковые требования фио к ФИО2 оставлены без рассмотрения в связи с несоблюдением досудебного порядка урегулирования спора. 26 марта 2021 года в Московский городской суд через Симоновский районный суд адрес истцом – фио в лице ее финансового управляющего фио подана частная жалоба на определение Симоновского районного суда адрес от 09 марта 2021 года по делу № 2-337/2021 об оставлении искового заявления без рассмотрения, которая была подписана представителем финансового управляющего имуществом фио фио – А.Г. Нерсисяном, который неоднократно принимал участие в судебных заседаниях Симоновского районного суда адрес. Ранее арбитражный суд истребовал у ФИО2 договор уступки прав требований от 09.04.2013 года, якобы заключенный между фио и ФИО2, а также иные документы, обосновывающие денежное перечисление по платежному поручению № 1 от 09.04.2013 года. Однако, в дальнейшем определением от 21.12.2021 года по делу № А40-81155/17-18-119 Арбитражный суд адрес признал причину непредставления договора цессии финансовому управляющему уважительной, указав на то, что договор цессии между ФИО2 и фио не заключался. Также суд пришел к выводу о том, что не опровергнуты сторонами доводы об ином, внедоговорном характере правовой связи между ФИО2, фио, фио, заявленными со ссылкой на то, что право требования к фио перешло от ФИО2 к фио в силу закона (пункт 5 статьи 313 ГК РФ), а не на основании сделки. Одновременно такой договор был истребован у ФИО2 в рамках дела о банкротстве фио;

- показаниями свидетеля фио, из которых следует, что он трудоустроился в ООО «Асто Консалтинг» 24.07.2020 года на должность юриста. В его трудовые обязанности входило: анализ документации, анализ юридической практики, анализ правоприменительной практики, составление процессуальных документов, участие в судебных заседаниях и т.д. Основным направлением деятельности ООО «Асто Консалтинг» является юридический консалтинг по вопросам гражданского права и арбитражного процесса. В ООО «Асто Консалтинг» он осуществлял свою трудовую деятельность непосредственно под руководством ФИО1, который являлся его непосредственным начальником, который давал ему указания, обязательные для исполнения, с ним он согласовывал все позиции по имеющимся проектам, а также судебным процессам. В обязанности ФИО1 входило ведение банкротного проекта фио, а также гражданский процесс в Симоновском районном суде адрес по исковому заявлению финансового управляющего фио – фио к ФИО2 от 14.06.2020 года о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности, которые были взаимосвязаны. Указанные проекты полностью возглавлял ФИО1, который давал сотрудникам задания, осуществлял контроль за их выполнением, согласовывал и утверждал позиции по указанным судебным процессам. При этом, договора уступки права (требования) не было, о чем ему сообщил ФИО1, однако у него имеется проект договора, не подписанный сторонами, с датой его составления 2015-2017 г.адрес, в рамках процедуры банкротства фио, через Арбитражный суд адрес у ФИО2 был истребован оригинал указанного договора, однако договор предоставлен не был, а представители ФИО2 в суде пояснили, что такой договор не существует, что в ходе судебного заседания опровергнуто не было. Он не видел положительной перспективы для фио в указанном судебном процессе, однако ФИО1 сказал ему, чтобы он следовал его указаниям, и принимал участие в судебных заседаниях при рассмотрении спора. Действовал он на основании доверенности, подписанной от имени фио, однако он не видел, чтобы фио сам подписывал доверенность. Фактически, процедуру банкротства фио, и судебный процесс в Симоновском районном суде адрес вел именно ФИО1, а примерно в середине осени 2020 года, в указанный судебный процесс в Симоновском районном суде адрес вместо него вступил фио фио указанию ФИО1 на компьютерах ООО «Асто Консталтинг» он обнаружил проекты претензий от фио и от фио к ФИО2, которые не содержали предложения о расторжении договора, а также обнаружил чеки, в которых имелась опечатка в фамилии ФИО2, так как была указана фамилия Буженко. По указанию ФИО1, он на основе старых претензий, подготовил новые, куда включил предложение о расторжении договора, откопировал чеки, после чего передал вышеуказанные документы фио Примерно в марте 2021 года ему стало известно о том, что указанное исковое заявление было оставлено судом без рассмотрения, а в последующем, в этом же месяце, он готовил по указанию ФИО1 несколько исковых заявлений, которые были подготовлены на основании старых документов и он считал, что указанные исковые заявления будут поданы, с целью соблюдения досудебного порядка, однако подавались ли указанные иски в действительности, он не знает. Ему также известно, что указанное судебное решение об оставлении искового заявления без рассмотрения было обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд. Он неоднократно видел ФИО1 совместно с представителем ООО «Экспотрейд» (мажоритарный кредитор фио, третье лицо по указанному исковому заявлению) фио, с которым ФИО1 постоянно обсуждал ход указанного гражданского процесса;

- показаниями свидетеля фио, из которых следует, что он осуществлял трудовую деятельность в ООО «Асто Консалтинг» примерно с 2012 года до апреля 2019 года в должности юрисконсульта. Он занимался сопровождением процедур банкротства, а именно подготовкой и предъявлением в суды процессуальных документов, касающихся процедур банкротства, сопровождение деятельности арбитражных управляющих и т.д. После того, как он получил специальность арбитражного управляющего, он стал заниматься процедурами банкротства физических и юридических лиц. В ООО «Асто Консалтинг» он познакомился с ФИО1, который примерно в 2018-2019 г.г., предложил ему стать финансовым управляющим фио, при этом сообщил ему, что сопровождать процедуру банкротства фио в полном объеме будет он сам. Инициатором подачи искового заявления о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности в Симоновский районный суд адрес, ответчиком по которому являлась ФИО2, являлся ФИО1, который сообщил ему о том, что имеется платежное поручение, подтверждающее перевод денег фио фио Е.В. ФИО1 также сообщил ему о том, что договор цессии между фио и ФИО2 существует, однако ФИО1 ему указанный договор цессии при этом не демонстрировал, пересказал ему его содержимое в общих чертах. У него было два представителя по доверенности – ФИО1 и фио, а одним из кредиторов фио являлось ООО «Экспотрейд». Документы, изъятые в ходе выемки в Симоновском районном суде адрес, содержавшиеся в материалах гражданского дела № 2-337/2021 (возражения на заявление ответчика об оставлении без рассмотрения требований истца о расторжении договора с приложениями, уведомление об отказе от договора уступки права (требования) от 09.04.2013 г.), им не готовились и не передавались в суд, а также ФИО1 или фио, запросов на имя фио он не готовил. Также, лица, представлявшие его интересы в ходе гражданского процесса по исковому заявлению о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности в Симоновском районном суде адрес, действовали на основании доверенностей, которые он не подписывал. Он ни с ООО «Асто консалтинг», ни с ФИО1, фио, никаких договоров на оказание услуг по представлению его интересов в Симоновском районном суде адрес по гражданскому делу, а также никаких договоров на оказание услуг по представлению его интересов в рамках процедуры банкротства фио, не заключал. Собственноручно исковое заявление о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности в Симоновский районный суд адрес, он не подписывал;

- показаниями свидетеля фио, из которых следует, что у неё есть двоюродный дядя – фио, а также хорошая знакомая – ФИО2, с которой она познакомилась примерно в 2012-2013 годах. На момент её знакомства с последней ФИО2 являлась супругой фио, являющегося генеральным директором ООО Компания «Тунайча». В 2012 году фио договорился с фио о том, что последний предоставит ему заем в размере сумма, который был выдан фио со стороны ФИО2 По факту выдачи ФИО2 займа фио 31.10.2020 года между ними был составлен договор займа в письменной форме. Денежные средства были перечислены последнему в размере сумма посредством безналичного перевода на расчетный счет фио в ООО КБ «Альба Альянс» 31.10.2012 года по курсу ЦБ РФ на указанный день 31,5252 руб., а всего в размере сумма, что подтверждается платежным поручением № 46381 от 31.10.2012. В последующем, в 2013 году фио обратился к ней с просьбой погасить часть долга перед ФИО2 посредством безналичного перевода денежных средств на расчетный счет ФИО2, открытый в адрес, с чем она согласилась. 09.04.2013 года с её расчетного счета открытого в КБ «Унифин» адрес был осуществлен безналичный перевод денежных средств на расчетный счет ФИО2, открытый в адрес в размере сумма с назначением платежа: «Оплата по договору уступки права (требования) от 09.04.2013. Эквивалент в долларах США 3 000 000 по курсу 31,6144, без НДС.». Указанные денежные средства были переведены ею ФИО2 по указанию фио и лично ей они не принадлежали. Она не помнит факта заключения договора уступки права (требования) от 09.04.2013, такой договор не подписывала. Считает необоснованной подачу искового заявления о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности в сумме сумма с ФИО2, поскольку денежные средства, переведенные ею в 2013 году на расчетный счет ФИО2 лично ей не принадлежали, а переведены по указанию фио;

- показаниями свидетеля фио, из которых следует, что у него есть двоюродная племянница – фио Также у него есть знакомая – ФИО2, с которой он познакомился в октябре 2012 года, и которая являлась супругой фио, являющегося на тот момент вице-президентом ПАО «Газпромбанк». В настоящее время, примерно с конца 2015 года, с ФИО2 он связь не поддерживает, ему только известно, что она в постоянно проживает за пределами адрес, после бракоразводного процесса с её бывшим супругом. В 2012 году он договорился с фио, что последний предоставит ему заем в размере сумма, поскольку указанная сумма ему была необходима для осуществления различных бизнес-процессов. Однако одним из условий фио выдачи ему денежных средств было то, что займ ему будет выдан его супругой – ФИО2 По факту выдачи ему со стороны ФИО2 займа 31.10.2012 года между ними был составлен договор займа в письменной форме, денежные средства были перечислены ему в указанном объеме (сумма) посредством безналичного перевода на его расчетный счет в ООО КБ «Альба Альянс» 31.10.2012 года по курсу ЦБ РФ на указанный день 31,5252 руб., а всего в размере сумма. В апреле 2013 года он решил погасить часть долга перед ФИО2 по указанному договору займа, а именно сумма он решил перевести ФИО2 путем безналичного перевода. Также он решил перевести ФИО2 дополнительно сумма, однако по какой-то технической причине, самостоятельно он этого сделать не смог, в связи с чем, он обратился к своей племяннице фио с просьбой осуществить указанный перевод за него, на что она ответила согласием. Так, 09.04.2013 года он безналичным переводом со своего расчетного счета, открытого в коммерческом банке «Пульс Столицы», перевел на расчетный счет ФИО2, денежные средства в рублях, в размере эквивалентном сумма в счет погашения части вышеуказанного долга. Более того, в этот же день, 09.04.2013 года, он передал фио денежные средства в размере сумма, то есть сумму, эквивалентную сумма по курсу на тот момент, которые фио внесла на свой расчетный счет в коммерческом банке «Унифин» и перевела их по его указанию на расчетный счет ФИО2 В назначении платежа, фио по его указанию указала: «Оплата по договору уступки права (требования) от 09.04.2013. Эквивалент в долларах США 3 000 000 по курсу 31,6144, без НДС», поскольку банк мог отказать в проведении указанного платежа без назначения и ссылки на тот или иной договор. Однако, фактически между фио и ФИО2 указанный договор уступки права (требования) от 09.04.2013 никогда не заключался и не подписывался, в том числе и им. До лета 2015 года, он неоднократно обращался к ФИО2 и её супругу фио с просьбой согласовать и подписать указанный договор, в виду чего и он, и фио неоднократно отправляли на электронную почту ФИО2 различные проекты указанного договора, однако под различными предлогами, ФИО2 отказывалась его подписывать. Тем самым, фактически, никакой уступки права требования фио совершено не было, поскольку она осуществила перевод с использованием принадлежащих ему денежных средств, за него, тем самым, в данном случае, выступив как агент. Никаких договорных отношений между фио и ФИО2 никогда не было и нет, также как и финансовых взаимоотношений. Договор уступки права требования от 09.04.2013 никогда сторонами не подписывался, то есть не подписывался ни им, ни фио, ни ФИО2 Переведенные денежные средства в размере сумма фио никогда не принадлежали, в виду чего она не может на них претендовать и обратить их в конкурсную массу фио, учитывая данный факт, нет законных оснований. Он считает необоснованным подачу искового заявления о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности в сумме сумма, ответчиком по которому указана ФИО2, поскольку денежные средства, переведенные фио в 2013 году на расчетный счет ФИО2 лично ей никогда не принадлежали, указанные денежные средства были переведены ФИО2 по его указанию и принадлежали лично ему;

- протоколами очных ставок, проведенных между представителем потерпевшей ФИО2 – Федущаком Р.В. и свидетелями фио, фио, а также ФИО1, в ходе которых Федущак Р.В., фио и фио подтвердили свои вышеуказанные показания;

- протоколом очной ставки, проведенной между представителем потерпевшей ФИО2 – Федущаком Р.В. и свидетелем фио, в ходе которой Федущак Р.В. подтвердил свои вышеуказанные показания, а также пояснил, что ранее видел фио в судах по делу, связанному с взысканием с ФИО2 судебной неустойки за непредставление фио несуществующего договора уступки права (требования);

- протоколом очной ставки, проведенной между представителем потерпевшей ФИО2 – Федущаком Р.В. и свидетелем фио, в ходе которой Федущак Р.В. подтвердил свои вышеуказанные показания, а фио не подтвердил обстоятельства направления в адрес финансового управляющего фио запроса о предоставлении ему претензии о возврате суммы неосновательного обогащения, равно как печать и его подпись на этих документах, а также получения ответа на запрос в его адрес от фио с последующей передачей его ФИО1;

- протоколом очной ставки, проведенной между свидетелем фио и свидетелем фио, в ходе которой фио и фио подтвердили свои вышеуказанные показания;

- заявлением представителя ФИО2 – Федущаком Р.В. о совершении преступления, которое было совершено путем подложности доказательств в Симоновском районном суде адрес;

- протоколом осмотра места происшествия – помещения офиса ООО «Асто Конслатинг» по адресу: адрес адрес, в котором осуществлял свою деятельность ФИО1;

- заключениями судебных почерковедческих экспертиз, согласно выводам которых, предметом исследований, в том числе являлись: подписи от имени фио, расположенные на листе с копией косового чека от 17.10.2018, на первом листе запроса исх. № 1 от 05.02.2021, на сопроводительном письме финансовому управляющему фио, на копии Претензии о возврате суммы неосновательного обогащения от 17.10.2018, вероятно, выполнены фио; подписи, расположенные на оборотной стороне копии претензии о расторжении договора, возврата денежных средств, переданных по договору: изображение подписи от имени фио между словами «Финансовый управляющий фио» и «ФИО3», подписи под словами «ФИО3», на оттиске штампа «Копия верна», выполнены не фио, а другим лицом с попыткой подражания каким-то подписям фио; подписи от имени фио, расположенные в доверенности № б/н от 12.07.2021 года, на листе с копиями кассовых чеков от 31.01.2020 года, на втором листе запроса исх. № 1 от 05.02.2021 года, в возражении на частную жалобу на определение от 14.07.2020 года, на 1 листе заверенной копии доверенности от 11.01.2021 года, выданной от имени фио на имя ФИО1, вероятно выполнены не фио, а другим лицом; изображение подписи от имени фио, расположенное на седьмой странице копии искового заявления о расторжении договора уступки права (требования), и взыскании задолженности, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», подпись от имени фио, расположенная на оборотной стороне доверенности № б/н от 12.07.2021 от имени фио на имя ФИО1, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», подпись, расположенная в нижней правой части листа с копиями кассовых чеков от 31.01.2020, на оттиске штампа «Копия верна», изображение подписи от имени фио, расположенное на оборотной стороне копии уведомления об отказе от договора уступки права (требования) от 09.04.2013, исх. № б/н от 31.01.2020, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», изображение подписи от имени фио, расположенное на оборотной стороне копии доверенности №б/н от 03.08.2020 от имени фио на имя фио, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», подпись от имени фио, расположенная на оборотной стороне запроса исх. № 1 от 05.02.2021, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», подпись от имени фиоВ, расположенная на третьем листе возражения на частную жалобу на Определение от 14.07.2020, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», подписи, расположенные в заверенной копии доверенности от 11.01.2021 от имени фио на имя ФИО1, изображение подписи от имени фио на оборотной стороне документа, между словами «Финансовый управляющий фио» и «Р.В. Черджиев», подпись у нижнего среза лицевой стороны документа, на оттиске штампа «Копия верна», выполнены не фио, а другим лицом (лицами) с подражанием каким-то подлинным подписям фио;

- протоколом выемки у представителя потерпевшей ФИО2 – Федущака Р.В. документов, направленных на имя ФИО2 почтой России, отправителем которых значится финансовый управляющий фио - фио, которые были осмотрены;

- протоколами выемки в Симоновском районном суде адрес документов из материалов гражданского дела, в том числе заверенной ксерокопии доверенности № б/н от 11 января 2021 года, выданной от имени фио на имя ФИО1, которые были осмотрены;

- протоколами обыска в жилище фио, фио, фио, в ходе которых были обнаружены и изъяты в том числе: мобильные телефоны, системный блок, ноутбук, которые были осмотрены,

- вещественными и иными доказательствами, приведенными в приговоре и исследованными в ходе судебного заседания.

Вышеприведенные доказательства соответствуют требованиям ст.74 УПК РФ, вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной для установления виновности осужденного в совершении инкриминируемых ему деяний, в связи с чем с доводами жалоб о том, что приговор основан на предположениях, при отсутствии достаточных оснований виновности осужденного, судебная коллегия согласиться не может.

Суд обоснованно признал допустимыми доказательствами по делу и привел в приговоре в обоснование вины осужденного показания представителя потерпевшей ФИО2 - Федущака Р.В. и свидетелей фио, фио, фио, фио, поскольку показания указанных лиц, изобличающие осужденного в содеянном, последовательны, не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств совершенных преступлений, согласуются как между собой, так и с материалами дела, в том числе с протоколами обысков в жилище свидетелей, в ходе которых были изъяты в том числе электронные носители информации, мобильные устройства, содержащие в том числе переписку осужденного ФИО1, из которых следует, что непосредственно ФИО1 совершены активные действия, направленные на попытку приобретения прав на имущество потерпевшей, для реализации чего фио были представлены в судебные органы в рамках рассмотрения гражданского дела не соответствующие действительности сведения и документы.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшей стороны и свидетелей в исходе дела либо об оговоре ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона и назначенное ему наказание, в представленных материалах не содержится и судебной коллегией не установлено.

Каждое доказательство, в том числе показания представителя потерпевшей ФИО2 - Федущака Р.В. и свидетелей фио, фио, фио, фио, оценено судом с точки зрения относимости, допустимости, достаточности и обоснованно положено в основу приговора, доводы стороны защиты об обратном, изложенные в апелляционных жалобах, являются несостоятельными.

Содержание показаний представителя потерпевшей Федущака Р.В. и свидетелей обвинения фио, фио, фио, фио, которые они давали в судебном заседании и на предварительном следствии, соответствует содержанию их показаний, приведенных в приговоре суда.

Показания представителя потерпевшей Федущака Р.В. и свидетелей фио, фио, фио, фио, которые они давали в ходе предварительного следствия, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, оглашены в суде первой инстанции на основании ч.3 ст.281 УПК РФ.

Суд первой инстанции, давая оценку показаниям представителя потерпевшей, положил их в основу приговора, как одно из доказательств виновности осужденного в совершении преступлений, поскольку полномочия представителя потерпевшего были подтверждены надлежащим образом, который фактически являлся очевидцем незаконных действий со стороны осужденного ФИО1 при предоставлении им не соответствующих действительности сведений и документов в ходе судебного разбирательства в Симоновском районном суде адрес, что явилось в свою очередь основанием для обращения в правоохранительные органы и возбуждения уголовного дела. При этом, отсутствие допроса потерпевшей ФИО2 по причине нахождения последней за пределами РФ, не препятствовало возможности реализовать потерпевшей свои права через своего представителя Федущака Р.В., учитывая также наличие в материалах дела достаточных доказательств, для постановления законного решения и установления фактических обстоятельств дела в отсутствие показаний непосредственно потерпевшей.

Судебные экспертизы по делу проведены с соблюдением требований ст.ст.195, 198, 199, 204 УПК РФ, Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года № 73, с предупреждением экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, компетентность и квалификация экспертов, обладающих специальными познаниями, сомнений не вызывает. Выводы проведенных по настоящему уголовному делу судебных экспертиз научно обоснованы и убедительны, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, имеется содержание и результаты исследований с указанием примененных экспертами методик, данные экспертизы не содержат противоречий. В ходе проведенных по делу экспертиз экспертами были исследованы необходимые документы, экспертами в рамках проведенных судебных экспертиз были даны ответы на все поставленные вопросы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, в сделанных выводах не содержится противоречий, требующих устранения путем проведения повторных или дополнительных судебных экспертиз, а потому оснований не доверять данным заключениям судебных экспертиз, а также оснований для признания данных заключений недопустимыми доказательствами, у суда первой инстанции не имелось, не находит таковых и судебная коллегия.

Судебная коллегия также отмечает, что выводы специалистов в заключениях, представленных стороной защиты, относящихся к оспариванию защитой заключений судебных почерковедческих экспертиз, по существу направлены на переоценку выводов имеющихся в деле экспертных заключений, при этом, исходя из положений ст.ст.58, 80, 88 УПК РФ, в компетенцию специалиста не входит оценка доказательств по уголовному делу, которая является прерогативой суда.

Суд обоснованно указал, что показания свидетелей защиты и заключения специалистов, представленных стороной защиты, опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств, приведенных в приговоре суда, при этом показания свидетелей защиты не несут какой-либо значимой информации, известны им со слов других лиц, непосредственными участниками событий они не являлись.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, при проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми. Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, которые надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Из материалов уголовного дела видно, что все следственные действия произведены в соответствии с требованиями закона. Собранные по делу доказательства полно отражают обстоятельства преступлений, совершенных осужденным. Признаков фальсификации материалы уголовного дела не содержат. Каких-либо ограничений прав осужденного, включая право на защиту, не допущено. На предварительном следствии допросы осужденного произведены с участием защитника и разъяснением осужденному прав.

Каких-либо нарушений при ознакомлении осужденного и его защитника при выполнении требований ст.217 УПК РФ, влекущих отмену приговора, допущено не было.

Не установлено судебной коллегией нарушений уголовно-процессуального законодательства на стадии предварительного расследования. Ссылки на неполноту предварительного расследования, отказ в ходатайствах стороне защите не могут быть приняты во внимание, поскольку тактика и методика проведения предварительного расследования является исключительной компетенцией следователя. Со всеми материалами дела, осужденный был ознакомлен, у него и его защитника имелась возможность обращать внимание суда на те, или иные моменты, в связи с чем, право осужденного на защиту нарушено не было.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ, следователем, в производстве которого находилось данное уголовное дело, принявшего его к производству и утверждено уполномоченным должностным лицом – прокурором, в нем, в частности, изложены все обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в том числе существо обвинения, место и время совершения преступлений, способы, мотивы, цели, последствия, а также формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи Уголовного кодекс Российской Федерации, предусматривающей ответственность за преступления; приведен перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания, ввиду чего оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имелось.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу установлены и нашли свое отражение в обвинительном заключении, в котором содержится описание преступных деяний, с указанием времени, места, способа их совершения, формы вины, мотива и цели преступлений. Эти обстоятельства подтверждаются исследованными по делу доказательствами.

Доводы стороны защиты о неполноте судебного следствия, необоснованном отказе в удовлетворении ходатайств стороне защиты, нарушении прав осужденного, в том числе, права на защиту, на справедливое разбирательство, признаются судебной коллегией несостоятельными.

Судебное следствие проведено с соблюдением принципов всесторонности, полноты и объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела. Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно. Процедура допросов представителя потерпевшего и свидетелей с точки зрения соответствия требованиям УПК РФ не нарушена, как следует из протоколов судебных заседаний, у стороны защиты и осужденного, имелась возможность задавать представителю потерпевшего и свидетелям вопросы по обстоятельствам дела. Как видно из материалов дела, в том числе, из протокола судебного заседания, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции и реализации права на защиту.

Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе, исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе об истребовании доказательств, о приобщении документов, о возвращении уголовного дела прокурору, о назначении повторной экспертизы, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела с принятием по ним должных решений и их мотивацией.

Судебная коллегия отмечает, что приговор суда не противоречит протоколу судебного заседания, и вопреки доводам апелляционных жалоб, смысл показаний допрошенных в суде лиц, исследованных материалов дела, приведены в приговоре в соответствии с данными, отраженными в протоколе судебного заседания.

Судебное следствие по делу было завершено судом только после того, как все имевшиеся у сторон доказательства были исследованы. Исследованная доказательственная база признана судом достаточной, чтобы прийти к выводам о виновности осужденного.

Кроме того, решение суда о достаточности доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, для решения вопросов, указанных в ст.299 УПК РФ, сомнений у судебной коллегии не вызывает и не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Их достаточность и фактическое содержание непосредственно изложенным в приговоре доказательствам были проверены и подтверждены в суде апелляционной инстанции.

Судебной коллегией тщательно проверено соблюдение требований ст.240 УПК РФ, в связи с чем, все доказательства (письменные материалы дела), приведенные в приговоре суда, согласно протоколу судебного заседания были исследованы непосредственно в судебном заседании районного суда, в том числе осмотрен компакт-диск, на котором содержится видеозапись судебного заседания, состоявшегося в Симоновском районном суде адрес при рассмотрении гражданского дела, то есть вопреки доводам апелляционных жалоб, в основу приговора судом положены лишь те доказательства, которые были исследованы в судебном заседании, и все они получили оценку в приговоре.

Таким образом, каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении права осужденного на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем влекут отмену приговора по существу, в материалах дела не содержится.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, достоверность которых у судебной коллегии сомнений не вызывает, соответствуют им.

Показаниям осужденного в приговоре суда также дана надлежащая оценка, судом первой инстанции правомерно положены в основу приговора согласующиеся с другими доказательствами показания осужденного в части, не противоречащей установленным по делу обстоятельствам преступлений.

Показания осужденного ФИО1 и доводы стороны защиты, в том числе содержащиеся в апелляционных жалоб, о непричастности ФИО1 к покушению на приобретение прав на денежные средства потерпевшей и фальсификацию доказательств по гражданскому делу, отсутствии у него умысла на совершение преступлений, а также о выполнении им лишь функций представителя, правомерно отклонены судом как несостоятельные, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, исследованных судом, в том числе: показаниями представителя потерпевшего, который являлся непосредственным участником судебного разбирательства в Симоновском районном суде адрес, куда ФИО1 были представлены гражданский иск и сфальсифицированные доказательства; показаниями свидетеля фио, из которых в том числе следует, что именно ФИО1 давал указания, распоряжения, а также полностью контролировал все по банкротному проекту фио и по исковому заявлению к ФИО2, пояснял ему об отсутствии договора уступки права (требования); показаниями свидетелей фио и фио, которые подтвердили отсутствие заключенного договора уступки прав (требования) от 09.04.2013 года между ФИО2 и фио; показаниями свидетеля фио о том, что именно ФИО1 предложил ему стать финансовым управляющим фио в арбитражном деле о банкротстве последней, что ФИО1 сам сопровождал всю процедуру банкротства фио, являлся составителем, а также инициатором подачи искового заявления о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности в Симоновский районный суд адрес, что представленные в материалы гражданского дела № 2-337/2021 ФИО1 доверенности им в адрес ФИО1 и фио не выдавались, равно как и документы, представленные ФИО1 в рамках рассматриваемого гражданского дела им ФИО1 не предоставлялись, подписи от его имени сфальсифированы; заключением почерковедческой экспертизы № 3/314 от 24.11.2021 года, согласно которому подписи от имени фио в доверенности № б/н от 12.07.2021, в копиях кассовых чеков от 31.01.2020 исх. № 1 от 05.02.2021, в возражениях на частную жалобу на определение от 14.07.2020, выполнены не фио, а другим лицом; - заключением почерковедческой экспертизы № 1191, 1192/06-1-22 от 18.04.2022, согласно которому подписи от имени фио на копии искового заявления о расторжении договора уступки права (требования) и взыскании задолженности, на доверенности № б/н от 12.07.2021 года на имя ФИО1, на листе с копиями кассовых чеков от 31.01.2020 года, на оттиске штампа «Копия верна», на копии уведомления об отказе от договора уступки права (требования) от 09.04.2013 исх. № б/н от 31.01.2020 года, на копии доверенности № б/н от 03.08.2020 года от имени фио на имя фио, на запросе исх. № 1 от 05.02.2021 года, на возражениях на частную жалобу на определение от 14.07.2020 года, на копиях доверенности от 11.01.2021 года на имя ФИО1, выполнены не фио, а другим лицом (лицами) с подражанием подлинным подписям фио

Доводы апелляционных жалоб об отсутствии доказательств, которые бы были сфальсифицированы по гражданскому делу № 2-337/2021 в ходе рассмотрения Симоновским районным судом адрес искового заявления о расторжении договора уступки права (требования) от 09.04.2013 и взыскания с ФИО2 денежных средств в размере сумма в пользу фио, также опровергаются приведенными судом первой инстанции доказательствами, в том числе: копией доверенности № б/н от 03.08.2020, согласно которой фио уполномочил фио осуществлять все процессуальные действия от его имени, заверенной от имени фио копией доверенности № б/н от 11.01.2021, копией претензии о расторжении договора, возврата денежных средств, переданных по договору от финансового управляющего фио в адрес ФИО2, копией уведомления № б/н от 31.01.2020 об отказе от договора уступки права (требования) от 09.04.2013, запросом № 1 от 05.02.2021 от имени фио в адрес фио, ответом на запрос от 10.02.2021 от имени фио на имя фио с прилагаемыми к нему копией претензии о возврате суммы неосновательного обогащения от 17.10.2018 и копией кассового чека от 17.10.2018, доверенностью № б/н от 12.07.2021, в которых записи и подписи от имени фио, выполнены не фио, а другим лицом.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что каких-либо оснований сомневаться в наличии у осужденного ФИО1 умысла на совершение мошенничества в отношении потерпевшей ФИО2 и фальсификацию доказательств по гражданскому делу, не имеется, поскольку судом достоверно установлено, что преступления совершены ФИО1 путем инициирования судебных процессов с целью получения судебных решений на основании представленных в суд недостоверных сведений и документов.

Данную судом первой инстанции оценку доказательств по делу судебная коллегия находит правильной.

Несогласие же стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, само по себе не свидетельствует о противоречивости и недопустимости изложенных в приговоре доказательств, равно как и о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, неправильном применении уголовного и уголовно-процессуального закона.

Таким образом, судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона, в рамках требований ст.252 УПК РФ, только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, все сомнения в обстоятельствах инкриминируемых осужденному преступлений, на которые указано в жалобах, судом проверены и оценены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Суд, установив значимые по делу обстоятельства и справедливо придя к выводу о доказанности вины осужденного ФИО1, правильно квалифицировал его действия по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, так как он совершил покушение на мошенничество, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на приобретение права на чужое имущество путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а также по ч.1 ст.303 УК РФ, так как он совершил фальсификацию доказательств по гражданскому делу представителем лица, участвующего в деле.

Оснований для иной правовой оценки преступных действий осужденного, а также для оправдания осужденного, не имеется.

Судом приведены мотивы, подтверждающие наличие в действиях осужденного ФИО1 данных составов преступлений, с которыми судебная коллегия соглашается.

Так, неустановленное лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, располагало информацией о том, что на основании решения Арбитражного суда адрес от 07.08.2017 года фио признана несостоятельной (банкротом) и что в отношении последней введена процедура реализации имущества, а также располагало информацией о том, что 09.04.2013 года фио по поручению фио осуществляла перевод денежных средств в размере сумма, принадлежащих фио, в качестве возврата части долга ФИО2, со своего счета на счет ФИО2, с указанием назначения платежа: «оплата по договору уступки права (требования) от 09.04.2013. Эквивалент в долларах США 3 000 000 по курсу 31,6144, без НДС.». Тогда как в действительности указанный договор уступки права (требования) между фио и ФИО2 никогда не заключался, а фио при осуществлении указанного перевода, фактически выступала в роли посредника при передаче денежных средств, принадлежащих фио в качестве возврата части долга ФИО2, а не распоряжалась принадлежащими ей (фио) денежными средствами. Обладая вышеуказанной информацией, неустановленное лицо, действующее в интересах ООО «Экспотрейд», требование которого, на основании определения Арбитражного суда адрес от 07.12.2017 года включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника - фио в размере сумма, доподлинно осознавая, что договор уступки права (требования) от 09.04.2013 года в действительности между фио и ФИО2 никогда не заключался, решило воспользоваться полученной информацией в корыстных целях и добиться, путем обмана, принятия судом общей юрисдикции решения о расторжении вышеуказанного договора и взыскания с ФИО2 денежных средств в размере сумма, с целью последующего их обращения в конкурсную массу по делу и распределения между кредиторами фио, в том числе ООО «Экспотрейд», в связи с чем, обратилось к ФИО1, который, являлся действующим арбитражным управляющим и членом Союза арбитражных управляющих «Авангард», фактически осуществляя руководство рядом лиц из числа сотрудников юридической компании – ООО «Асто Консалтинг», фактически осуществлявших юридическое сопровождение процедуры банкротства фио фио, по предложению неустановленного лица, в обмен на часть денежного вознаграждения, которое он намеревался получить после распределения денежных средств ФИО2 между кредиторами, в том числе ООО «Экспотрейд», вступил с неустановленным лицом, в преступный сговор, направленный на приобретение, путем обмана, права на имущество, принадлежащее ФИО2, а именно денежные средства в размере сумма, а также на фальсификацию доказательств по гражданскому делу. При этом, ФИО1, организовав изготовление документов, необходимых для принятия иска к производству суда и его рассмотрения, которые содержали недостоверные, несоответствующие действительности сведения, предоставил их в Симоновский районный суд адрес, которые были приняты судом к производству. Вместе с тем, преступные действия ФИО1 и неустановленного лица, выявлены в ходе рассмотрения Симоновским районным судом адрес гражданского дела представителем ответчика ФИО2 – Федущаком Р.В., что послужило основанием вынесения определения об оставлении без рассмотрения искового заявления к фио Несмотря на принятое судом решение и явный характер своих преступных действий, ФИО1, обратился в Московский городской суд с частной жалобой на вышеуказанное определение, которое было оставлено без изменения, а частная жалоба без удовлетворения.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о совершении противоправных действий фио в составе группы лиц, поскольку они действовали по предварительной договоренности, о чем свидетельствуют последовательность и согласованность их действий, которые были направлены на достижение единого преступного результата, распределение ролей между ними, каждый из которых выполнял определенные действия. При этом, судом правильно определены роли каждого в группе, верно установив, что соучастник фио выполнял обязательства по финансовому обеспечению действий ФИО1 и предоставлению ему информации, необходимой для составления и подачи искового заявления в суд, а ФИО1 взял на себя обязательства по организации подготовки и подачи иска, подготовке правовых позиций и участию в судебных заседаниях, а также непосредственному изготовлению и предоставлению в суд различных, в том числе фальсифицированных и содержащих не соответствующие действительности сведения, документов. При этом ФИО1, согласно достигнутой с соучастником договоренности, привлек к совершению указанного преступления ряд лиц из числа сотрудников юридической компании – ООО «Асто Консалтинг», в том числе фио, не осведомленных о противоправном характере его действий и вводя их в заблуждение относительно своих истинных преступных намерений. Также ФИО1, пользуясь своими приятельскими отношениями с финансовым управляющим фио - фио, ввел последнего в заблуждение относительно своих истинных преступных намерений и убедил в правомерности его действий, получил от последнего доступ к электронно-цифровой подписи и фактическую возможность совершать действия от имени фио

Также является правильным вывод суда о том, что обман при приобретении права на имущество потерпевшей заключался в умышленных действиях ФИО1 по предоставлению в суд заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений и документов, о якобы заключенном договоре уступке права (требования) между фио и ФИО2, в целях получения судебного решения о взыскании с потерпевшей денежных средств, однако указанные преступные действия не были доведены до конца, в результате их своевременного пресечения представителем потерпевшей ФИО2 – Федущаком Р.В.

В ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждение квалифицирующий признак мошенничества «в особо крупном размере», исходя из требований, содержащихся в примечании 4 к статье 158 УК РФ, поскольку сумма денежных средств, на которую путем обмана покушался ФИО1, превышает сумма.

Судебная коллегия не может признать состоятельными доводы стороны защиты об излишней квалификации действий осужденного по ч.1 ст.303 УК РФ, поскольку действия фио были направлены, как на приобретение права на имущество потерпевшей путем обмана, так и на фальсификацию доказательств по гражданскому делу, в рамках которого рассматривался иск к потерпевшей, с учетом того обстоятельства, что последствия от данных преступных действий осужденного наступают разные, так как при совершении мошенничества преступные действия считаются оконченными с момента приобретения права на чужое имущество, а при фальсификации доказательств считаются оконченными с момента предоставления таких доказательств суду, при этом не имеет значение, повлияли ли сфальсифицированные доказательства на содержание судебного решения или нет.

При таких обстоятельствах, выводы суда относительно квалификации действий осужденного носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений. При этом судом дана надлежащая оценка характеру действий осужденного, направленности его умысла, квалифицирующим признакам.

Доводы апелляционных жалоб о том, что перечисленные в обвинении документы, которые согласно приговору были сфальсифицированы по гражданскому делу, не относятся к числу доказательств, подлежащих оценке с точки зрения относимости и допустимости, в связи с чем, отсутствует состав преступления по ч.1 ст.303 УК РФ, суд находит несостоятельными. Так, фио в суд были представлены документы, позволяющие принять исковое заявление судом к рассмотрению, и дать оценку изложенным в нем доводам, а также дать оценку документам, которые были представлены в подтверждение требований иска, а именно: копии претензии о расторжении договора, возврата денежных средств, копии уведомления об отказе от договора уступки права (требования) от имени финансового управляющего фио – фио, запросу от имени фио, ответу на запрос от имени фио с копией претензии о возврате суммы неосновательного обогащения, которые содержат факты, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих исковые требования, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, что соответствует определению понятий доказательств согласно ст.ст.55-57 ГПК РФ.

Таким образом, в действиях ФИО1 содержатся признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.303 УК РФ, в том числе объективная сторона, которая заключается в том, что ФИО1 умышленно представил суду по гражданскому делу в качестве доказательств заведомо поддельные документы.

Сторона защиты, настаивая на невиновности осужденного в суде первой инстанции, и в своих апелляционных жалобах, указывала на отсутствие корыстного умысла у ФИО1, то есть на невозможность получения им денежных средств в случае их взыскания судом, поскольку они должны были быть включены в конкурсную массу должника фио, которая находилась в процедуре банкротства, в связи с чем, она не имела возможности ими пользоваться и распоряжаться по своему усмотрению, так как они поступали в обладание её кредиторов. Однако, исследовав все материалы дела в совокупности, оснований согласиться с этими доводами судебная коллегия не находит, поскольку приведенные в приговоре доказательства свидетельствуют о том, что умысел ФИО1 был направлен на приобретение права путем обмана на имущество потерпевшей ФИО2 для включения его в конкурсную массу кредиторов, среди которых было ООО «Экспотрейд»., в интересах которого действовал соучастник ФИО1

Признаков добровольного отказа от доведения преступления до конца на основании ст.31 УК РФ, в силу того, что решения судов первой и апелляционной инстанций были отменены и дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с чем, появилась возможность отказаться от исковых требований, как на то указывается в жалобах, не имеется, поскольку данные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии состава преступлений в действиях ФИО1, поскольку осужденный уже выполнил объективную сторону преступлений.

Указания защиты на правовой характер действий осужденного в суде по гражданскому делу опровергаются установленными судом обстоятельствами, связанными с умышленными действиями ФИО1 на фальсификацию доказательств по делу, содержащих недостоверные сведения, а также подделку подписи лиц, неосведомленных о преступном характере ФИО1, для принятия и рассмотрения искового заявления, то есть направленные на приобретение права на денежные средства потерпевшей ФИО2

Данные действия ФИО1 по применению правовых инструментов при совершении преступлений, обусловлены желанием осужденного придать видимость их законности, затруднить доказывание и создать подобие обычного гражданско-правового спора.

Фактически доводы жалоб о необоснованности осуждения ФИО1 сводятся к выгодной для стороны защиты интерпретации доказательств и односторонней их оценке, с чем не может согласиться судебная коллегия.

Кроме того, эти доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанции, с выводами которого о наличии событий преступлений и виновности в них осужденного полностью согласна судебная коллегия.

При этом не имеют существенного правового значения для данного дела обстоятельства, связанные с последствиями банкротства для фио, поскольку эти обстоятельства выходят за рамки вопросов, подлежащих выяснению и доказыванию по настоящему делу.

Ссылки в жалобах на принятые судом решения судов общей юрисдикции утративших свою силу в связи с отменой вышестоящими судами и на решения арбитражных судов в рамках рассмотрения дела о банкротстве фио значения для разрешения вопросов виновности лица, правовой оценки деяния в рамках уголовного судопроизводства не имеют преюдициального значения, поскольку уголовно-правовая квалификация действий (бездействий) лица определяется исключительно в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, и в данном случае не может ставиться в зависимость от иных видов судопроизводства, в связи с чем, судебные решения не могут предрешать вопросы виновности или невиновности лиц, участвовавших в частности в гражданском судопроизводстве, и не могут служить средством оправдания по обвинению в совершении уголовно наказуемого деяния.

Таким образом, судебная коллегия, с учетом изложенного, полагает, что в рамках рассмотрения настоящего уголовного дела судом первой инстанции правильно определен круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, и суд первой инстанции пришел к правильным выводам.

Оснований сомневаться во вменяемости осужденного ФИО1 у суда не имелось, нет таких оснований и у судебной коллегии, так как осужденный на учете у нарколога и психиатра не состоят, активно защищался и в период рассмотрения дела в судах первой и второй инстанций демонстрировал поведение, адекватное обстановке.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом положений ст.ст.6, 43, 60 УК РФ, исходя из степени тяжести и общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, наличия смягчающих наказание обстоятельств, которые суд привел в приговоре, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначаемого наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими, которые не были признаны таковыми судом первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, фактические обстоятельства дела и данные о личности виновного, суд пришел к выводу о невозможности применения к нему положений ст.64 УК РФ, а также для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ на менее тяжкую, при этом назначив ФИО1 наказание по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ в виде лишения свободы, обоснованно усмотрев основания для применения к нему положений ст.73 УК РФ об условном осуждении.

Принятое судом решение о применении к ФИО1 положений ст.73 УК РФ и о назначении ему наказания в виде лишения свободы условно так же отвечает целям, указанным в ст.ст.6, 7 и 43 УК РФ, является справедливым, соразмерным содеянному и данным о личности осужденного.

Оснований для смягчения назначенного судом испытательного срока судебная коллегия не усматривает.

Предусмотренные положениями ч.5 ст.73 УК РФ обязанности суд первой инстанции возложил на ФИО1 правильно.

Судебная коллегия также не усматривает оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст.64 и ч.6 ст.15 УК РФ.

Таким образом, судебная коллегия находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенных им преступлений и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденной и предупреждения совершения им новых преступлений, и не находит оснований для отмены или изменения приговора суда, в том числе и по доводам апелляционных жалоб.

При этом, назначив ФИО1 наказание по ч.1 ст.303 УК РФ в виде штрафа, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости освобождения его от наказания на основании ч.8 ст.302 УПК РФ, поскольку совершенное ФИО1 преступление относится к категории небольшой тяжести, срок давности уголовного преследования по которому составляет два года, который на момент принятия решения истек.

Судьба вещественных доказательств по делу верно разрешена в соответствии с положениями ст.ст.81-82 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены, либо изменения приговора, как по доводам апелляционных жалоб, так и с учетом пояснений, данных стороной защиты в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ,

определила:

Приговор Симоновского районного суда адрес от 05 августа 2025 года в отношении фио оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через суд постановивший приговор в течение шести месяцев со дня вынесения. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст.401.3 УПК РФ, кассационная жалоба или представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: