Приговор № 1-126/2019 от 12 декабря 2019 г. по делу № 1-76/2019

Дело №1-126/2019

75RS0020-01-2019-000202-98


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Верх-Усугли 13 декабря 2019 года

Тунгокоченский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Затеевой Т.В.,

с участием государственного обвинителя - заместителя прокурора Тунгокоченского района Михаэлис Н.В.,

подсудимого ФИО1,

адвоката Королькова А.И., представившего удостоверение №, ордер адвоката №,

при секретаре Москвиной М.М.,

а также потерпевшего Л.А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, <данные изъяты> не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Л.В.В. в <адрес> при следующих обстоятельствах.

13 апреля 2019 года в период с 18 часов до 18 часов 48 минут на веранде <адрес> у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений с Л.В.В., возник преступный умысел на причинение последнему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни.

Реализуя задуманное, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в выше указанные дату, период времени и месте, с целью причинения тяжкого вреда здоровью Л.В.В., осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения Л.В.В. тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, и желая их наступления, не предвидя наступления общественно-опасных последствий в виде причинения смерти последнему, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, учитывая нанесение множественных ударов руками, сжатыми в кулак, в место нахождения жизненно-важных органов человека - голову, а также нахождение потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения и в связи с этим невозможность им осуществлять надлежащую координацию своих движений, должен был и мог предвидеть данные последствия, действуя умышленно, испытывая к Л.В.В. личную неприязнь, нанес последнему не менее 5 ударов кулаками по голове, от чего Л.В.В. с высоты собственного роста при падении ударился головой о твердую выступающую поверхность - край стола, находящегося на веранде указанного дома.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Л.В.В. открытую черепно-мозговую травму в виде перелома свода и основания черепа, субарахноидальных кровоизлияний в левую лобно-теменно-височную и правую теменно-височную доли, кровоизлияния в боковую поверхность левого полушария мозжечка, кровоизлияний в мягкие ткани внутренней поверхности головы (в лобной, височной и затылочной областях слева), рвано-ушибленных ран: в лобной области слева в центре левой надбровной дуги и в височной области слева волосистой части головы на 5 см выше ушной раковины; поверхностной рвано-ушибленной раны в височной области слева в проекции наружного края левой надбровной дуги; ссадин: в лобной области справа на 0,7 см выше внутреннего края надбровной дуги, в скуловой области слева на 2,5 см левее наружного угла левого глаза, в заушной области слева в проекции сосцевидного отростка; кровоподтеков: на спинке носа, на верхнем веке левого глаза, на внутренней и наружной поверхностях левой ушной раковины, в скуловой области слева, которые у живых лиц являлись бы опасным для жизни и по этому признаку квалифицирующиеся как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

Смерть Л.В.В. наступила 13 апреля 2019 года в период с 18 часов до 19 часов 05 минут на месте происшествия, в результате открытой черепно-мозговой травмы в виде перелома свода и основания черепа; субарахноидальных кровоизлияний в левую лобно-теменно-височную и правую теменно-височную доли; кровоизлияния в боковую поверхность левого полушария мозжечка; кровоизлияний в мягкие ткани внутренней поверхности головы (в лобной, височной и затылочной областях слева); рвано-ушибленных ран: в лобной области слева в центре левой надбровной дуги и в височной области слева волосистой части головы на 5 см выше ушной раковины; поверхностной рвано-ушибленной раны в височной области слева в проекции наружного края левой надбровной дуги; ссадин: в лобной области справа на 0,7 см выше внутреннего края надбровной дуги, в скуловой области слева на 2,5 см левее наружного угла левого глаза, в заушной области слева в проекции сосцевидного отростка; кровоподтеков: на спинке носа, на верхнем веке левого глаза, на внутренней и наружной поверхностях левой ушной раковины, в скуловой области слева, осложнившихся развитием отека - набухания вещества головного мозга с дислокацией ствола и сдавлением его в большом затылочном отверстии.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину не признал, суду показал, что 13 апреля 2019 года, находясь у себя дома, распивал спиртное со своим братом Л.А.В.. Позднее к ним пришел отец Л.В.В., с которым они продолжили употреблять спиртное. Отец находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивный и раздраженный, угрожал взрывом дома. Между ним и отцом произошла ссора. После чего отец вышел из дома в сени, продолжая высказывать в его адрес нецензурную брань. Он пошел следом за отцом. Брат Л.А.В. остался в зале дома. Отец вёл себя неадекватно, затем схватил его и прижал к стене, при этом в левой руке держал нож, лезвие которого упиралось ему в шею. Отец кричал, выражался грубой нецензурной бранью и высказал угрозу убийством, которую он воспринял реально. С целью защиты он схватил отца за руки, отвел от себя и зажатой в свою руку рукой отца, в которой был нож, стал наносить удары по голове последнего. Нанес около трех ударов. От ударов нож выпал на пол, он еще раз ударил отца, после чего тот упал. Затем он зашел в дом и рассказал о случившемся брату, и они вызвали скорую помощь. Умысла на причинение смерти отцу у него не было, всё произошло быстро и в ходе борьбы, при этом он защищался от нападения отца.

В связи с существенными противоречиями, по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия.

Так, в качестве подозреваемого ФИО1 15.04.2019 г. показал, что 13 апреля 2019 года употреблял пиво, водку совместно с братом Л.А.В. у себя дома на протяжении всего дня. Около 18 часов пришел отец Л.В.В., находящийся в состоянии алкогольного опьянения. Каких-либо телесных повреждений, синяков, крови у того на лице и голове не было. На одежде также следов крови не было. Помимо их троих никого в доме не было. Они находились в зале, распивали спиртное втроем. В ходе распития спиртного начал спорить с отцом, говоря, что тот его и Л.А.В. плохо воспитывал в детстве. У них произошел конфликт. Л.А.В. в конфликт не вмешивался. Спустя некоторое время отец сказал ему, что сейчас его ударит, но бить не стал, а пошел в сторону сеней дома, также сказав в его адрес нецензурную брань, в связи с чем, он встал с кресла и пошел за отцом, чтобы разобраться. Возле дверей начал выталкивать отца из дома, также в тот же момент хотел ударить отца за то, что тот выражался в его адрес нецензурной бранью. Когда вышли из дома в сени, отец продолжал высказывать в его адрес грубую нецензурную брань, из-за чего он разозлился. Они с отцом схватили друг друга руками за грудь, после чего он нанес отцу один удар с силой кулаком правой руки по левой части лица, куда именно пришелся удар, не помнит. Отец в ответ ударил его также кулаком по лицу. После того, как отец ударил его по лицу, он освободился, встал рядом с отцом. В этот момент мог оттолкнуть отца и уйти на улицу, либо зайти обратно в дом, но этого делать на стал. В этот момент у отца в руках ничего не было, слов угрозы убийством в его адрес не высказывал, ни за какими тяжелыми и острыми предметами в виде ножей и железных ключей не тянулся и не хватался. Так как в тот момент был очень сильно разозлен на отца, не менее 10 раз кулаком правой руки ударил отца по левой части лица и головы, точное количество ударов не помнит. Также не менее двух раз ударил отца по лицу кулаком левой руки. Удары наносил с силой прямые и боковые. Когда наносил удары отцу, тот стоял спиной к входной двери в сени, за спиной отца находился деревянный столик и деревянный сервант. От его множественных ударов кулаками по лицу и голове, отец упал. При падении отца на пол, услышал грохот. Не исключает, что от его ударов отец упал и ударился головой о столик, который стоит слева при входе в сенях дома. Как лежал отец - на спине или на животе, не обратил внимания, так как сразу же зашел в дом. На вопрос Л.А.В., где отец, ответил, что подрался с отцом, и отец должен сейчас зайти в дом. Л.А.В. сразу же пошел в сени, он пошел за ним. Выйдя в сени, увидели, что отец продолжает лежать на полу. В сенях никого не было. Л.А.В. подошел к отцу и взял его на руки, он в этот момент послушал сердцебиение. После чего они с Л.А.В. взяли отца и занесли в дом. Отец еще дышал, они начали приводить того в чувства, но отец в сознание не приходил, когда перестал дышать, Л.А.В. начал делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, но отец в чувства не приходил и не дышал. Затем Л.А.В. позвонил кому-то, чтобы вызвать скорую помощь. Л.А.В. спросил у него, что он наделал, на что он заплакал, так как понял, что отец умер от его ударов. Через некоторое время приехала скорая помощь, констатировали смерть отца. Отца он бил только руками (т.1 л.д.42-46).

Данные показания ФИО1 полностью подтвердил в ходе проверки показаний на месте, подробно продемонстрировав и рассказав с привязкой к месту происшествия о совершенном им преступлении в отношении Л.В.В., что 13 апреля 2019 года примерно в 18 часов к ним пришел отец в состоянии опьянения. На лице видимых телесных повреждений не было, кровоподтеков тоже. Когда отец пришел, они с Л.А.В. распивали спиртные напитки вдвоем, посторонних в гостях не было. После прихода отца, втроем продолжили распивать спиртные напитки в зале. Затем начал ругаться с отцом, хотел того проводить на улицу и отправить домой. Ссора началась из-за неправильного воспитания, отсутствия желания трудоустроиться, злоупотребления спиртным со стороны отца. После того, как произошла ссора, отец сказал ему нецензурную брань, и вышел из дома, он вышел за ним и пошел, чтобы проводить и хотел ударить за оскорбление. Выйдя с отцом на веранду, ударил отца по лицу, тот в ответ ударил его, после чего начал наносить отцу множество прямых и боковых скользящих ударов в область головы, так же наносил удары в лицо, удары наносил обоими руками. В тот момент, когда начал наносить удары отцу, у того ничего в руках не было, отец угроз, что его убьет, не высказывал, просто стоял и выражался в его адрес нецензурной бранью. Он ударил отца один или два раза. Затем отец его тоже ударил, куда-то в область головы. После того, как отец его ударил, ударил отца больше пяти раз. После того, как ударил отца, тот полетел в сторону комодов, трельяжа или столика. Отец полетел, наверное, от его ударов. Он не видел, обо что отец ударился. Услышал грохот, там еще был хлам, что-то загремело, развернулся и зашел в дом. Отец упал головой в сторону выхода, голова была в месте, где находится столик. В момент нанесения ударов и после нанесения ударов никого не было, в доме был его брат Л.А.В.. Когда зашел в дом, сказал Л.А.В., что поругался и подрался с отцом. Затем они с Л.А.В. пошли на веранду посмотреть, когда вышли, увидел, что отец не встает, лежит, ноги подогнуты. Отец лежал на спине, брат взял того на руки, он послушал сердцебиение, после чего они занесли отца в дом и положили на диван. Л.А.В. послушал, что сердце у отца не бьется и начал на него кричать, сказал вызвать скорую помощь. Л.А.В. делал отцу искусственное дыхание и массаж сердца. Он ответил Л.А.В., что не хотел ругаться и драться, не хотел, чтобы так получилось. Отец перестал дышать. Дома кроме него, отца и Л.А.В. никого не было (т.1 л.д.47-53).

В ходе просмотра видеозаписи суд имел возможность убедиться, что на записи зафиксированы показания ФИО1 в ходе проверки показаний на месте с привязкой к месту происшествия, где ФИО2 подробно демонстрирует действия и в свободной форме излагает обстоятельства совершения им в отношении Л.В.В. преступления.

Аналогичные показания ФИО1 дал в качестве обвиняемого 16.04.2019 г., пояснив, что 13 апреля 2019 года в течение всего дня употреблял спиртные напитки с братом Л.А.В. у себя дома. Не позднее 18 часов пришел отец Л.В.В., с которым они начали употреблять спиртное. В ходе употребления спиртного между ним и отцом произошла ссора. После чего отец встал и пошел в сторону выхода из дома, когда отец шел, высказывал в его адрес нецензурную брань. Он тоже вышел из зала и пошел за отцом. Брат Л.А.В. остался дома. Выйдя в сени, они с отцом схватили друг друга за грудь, после чего он нанес с силой удар правой руки, а именно кулаком, по лицу отца, отец в ответ ударил его. После чего он освободился от захвата отца, у которого в руках ничего не было, угрозы убийством не высказывал. После того, как освободился от захвата, правой рукой больше пяти раз ударил отца по лицу и голове, также левой рукой больше двух раз ударил по лицу и голове. Удары руками наносил с силой. От его ударов отец упал на пол, когда падал, он услышал грохот. Зайдя в дом, на вопрос Л.А.В., где отец, ответил, что они подрались и отец находится в сенях. Л.А.В. сразу же вышел в сени, он вышел за ним. Когда вышел, увидел, что отец лежал на полу, на спине, в области лба была кровь, после чего они с Л.А.В. занесли отца в дом и положили на кровать. Отец еще несколько раз вздохнул и перестал дышать. Л.А.В. начал делать отцу искусственное дыхание и массаж сердца. Отец не дышал, в чувства не приходил. Л.А.В. спрашивал у него, что он наделал, он ответил, что побил отца. Через некоторое время приехала скорая помощь и констатировала смерть отца (т.1 л.д.62-66).

Аналогичные показания ФИО1 дал в качестве обвиняемого 06.06.2019 г., дополнив, что в то время, как он вышел в сени дома вслед за отцом, отец продолжил оскорблять его грубой нецензурной бранью, ему это не понравилось, он схватил отца за одежду в области груди, отец также схватил его за грудки. Он ударил отца кулаком правой руки по левой части лица, отец также ударил его кулаком по лицу. Он сумел освободиться от отца и встав напротив, начал отталкивать отца и пытался вытолкать того из сеней на улицу, но у него это не получилось. Отец продолжил материться, унижать его грубой нецензурной бранью, из-за чего он разозлился, не выдержал оскорблений в свой адрес и ударил отца не менее 10 раз кулаком правой руки по лицу, также ударил отца не менее 2 раз кулаком левой руки. После его ударов отец упал и ударился головой либо о деревянный стол, либо о сервант. Он зашел в дом, на вопрос брата, где находится отец, ответил, что отец должен зайти, сказал, что они подрались. Брат сам вышел из дома на веранду, он вышел вслед за ним. Отец лежал на полу веранды, не шевелился. Они занесли отца в дом, начали приводить его в чувства, оказывали первую медицинскую помощь - делали искусственное дыхание, массаж сердца. Отец не дышал, не приходил в чувства. Брат позвонил кому-то и попросил вызвать скорую помощь. По приезду фельдшер констатировала смерть отца. Убивать отца не хотел, сожалеет о случившемся, раскаивается (т.1 л.д.109-114).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого 23.10.2019 г. ФИО1 вину в предъявленном обвинении отрицал полностью, пояснив, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью своему отцу у него не было, убивать его не хотел. 13 апреля 2019 года с братом в послеобеденное время распивали пиво у себя дома, около 18 часов пришел их отец в состоянии алкогольного опьянения, принеся с собой бутылку водки, был зол и ругался на свою сожительницу Т.. Выпив примерно три рюмки водки, отец начал перекладывать всю злость на него, вел себя агрессивно, кричал, стучал кулаками по столу, высказывал слова ревности по отношению его и сожительницы Т.. Они стали спорить, он говорил отцу, что претензии не обоснованны, на что отец сказал, что заложил куда-то взрывное устройство, и осталось соединить два провода, и от них с братом останется одна воронка. Во время разговора отец переключался на брата Л.А.В., на котором также срывал свою злость. После чего они с отцом пошли в туалет, и, выйдя из дома, в какой-то момент отец взял в руки нож, и, назвав его щенком, схватил за грудки. Он напугался за свою жизнь, поскольку отец был агрессивный, замахнулся на него ножом. Он, поймав руку с ножом, ударил рукой отца, в которой находился нож, по голове отца несколько раз. Второй рукой отца не бил. А отец, напротив, второй своей рукой наносил ему удары по голове, высказывая угрозы убийством. Когда нож выпал из руки отца, он ударил отца кулаком левой руки по лицу, отчего тот начал падать в сторону стоящего при входе в веранду дома столика. Как упал отец, не видел, так как развернулся и зашел в дом, сказав брату, что подрался с отцом. Попросил брата ничего не говорить следствию. Когда вышел с Л.А.В. на веранду, нож выкинул в огород, а когда уехала скорая, занес его в дом и положил на кухонный стол. Л.А.В. видел, что отец ходил по дому с ножом. Посягательства отца в момент замаха на него ножом, воспринял реально, так как опасался за свою жизнь, ввиду нахождения отца в пьяном и агрессивном состоянии, который мог реально нанести ему удары ножом. Они с братом боялись отца с детских лет, поскольку отец бил их и их мать. В состоянии алкогольного опьянения отец хватался за ножи и оружие. Угрозу, что отец мог взорвать дом, также воспринял реально (т.3 л.д.11-15).

После оглашения показаний, ФИО1, настаивая на показаниях в судебном заседании, подтвердил показания, данные им 23.10.2019 г., пояснив, что в ходе предварительного следствия он сообщил недостоверные сведения, не указав, что отец хотел ударить его ножом, поскольку во время допросов следователем на него оказывалось моральное и психическое давление, а допросы проводились в отсутствие защитника.

Несмотря на не признание в судебном заседании вины подсудимым ФИО1, его вина в предъявленном обвинении подтверждается показаниями потерпевшего Л.А.В., свидетелей Л.А.В., П.Н.Н., эксперта Е.И.А.

Так, потерпевший Л.А.В. суду показал, что погибший Л.В.В. приходится ему родным братом, проживавший с ним вп. <адрес>, у которого имелось два сына - Е.В. и Л.А.В.. Брат часто выпивал, в состоянии алкогольного опьянения становился агрессивным, начинал беспричинно кричать и обвинять родственников и окружающих во всех своих проблемах. 12 апреля 2019 года около 20 часов Л.В.В. приехал домой из <адрес> вместе с сожительницей Т., оба были пьяные, с собой у них было спиртное, которое те, зайдя в свою комнату, продолжили употреблять. Он услышал, что между Л.В.В. и Т. началась словесная ссора, и спустя некоторое время, Т., вызвав такси, уехала в <адрес>. После отъезда Т. брат начал искать по дому остатки спиртного, не найдя которое, начал высказывать в его адрес претензии по различным поводам. Он сказал Л.В.В. успокоиться, но Л.В.В. сидел за столом, стучал кулаком по столу и продолжал высказывать в его адрес претензии до 04 часов утра, после чего успокоился и уснул. 13 апреля 2019 года около 10 часов брат проснулся, ничего не сказав, вышел из дома и уехал на попутной машине в <адрес>. Видимых телесных повреждений у Л.В.В. не видел, лицо было без синяков. Около 17 часов на сотовый телефон позвонил Л.В.В., по голосу он понял, что тот был пьяный, речь была невнятная, и попросил приехать за ним в <адрес>, он ему отказал. Около 22 часов позвонили родственники и сообщили, что племенник Е.В. убил его брата Л.В.В., то есть своего отца. Он сначала не поверил, но ему сказали, что Е.В. и Л.В.В. дома вместе выпивали спиртное, в ходе распития спиртного между ними началась ссора, которая переросла в драку, в ходе которой Л.В.В. упал и спустя некоторое время умер. Затем приехали сотрудники скорой помощи, которые констатировали смерть брата. Не знает, из-за чего произошла драка, но считает, что зачинщиком был Л.В.В., потому что в состоянии алкогольного опьянения тот вёл себя вызывающе, агрессивно, постоянно оскорблял тех, с кем употреблял спиртное. С людьми, которые физически сильнее, Л.В.В. в серьезные конфликты не вступал.

Свидетель Л.А.В., чьи показания оглашены в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ, в ходе предварительного следствия показал, что 13 апреля 2019 года на протяжении дня, начиная с обеденного времени, вдвоем с братом Е.В. распивали спиртное - пиво, водку. Около 18 часов пришел их отец Л.В.В., находящийся в состоянии алкогольного опьянения, у которого какие-либо ссадины, синяки, кровоподтеки на лице отсутствовали. Отец сказал, что поругался со своей гражданской супругой Т.. Они втроем стали употреблять спиртное в зале. Примерно через 30 минут Е.В. и отец начали между собой ругаться, выражаться в адрес друг друга нецензурной бранью. Кто из них был инициатором, из-за чего произошла ссора, не понял. После чего Е.В. и отец вышли из дома, он, подумав, что те пошли в туалет, сам из дома не выходил, остался сидеть в зале, смотрел телевизор и слушал музыку. Примерно через 2 минуты в дом зашел Е.В., у которого он спросил, где отец, на что тот ответил, что подрался с отцом, и отец сейчас зайдет. После чего он пошел в сени, Е.В. следом за ним. Открыв входную дверь, увидел, что отец лежит в сенях на полу, голова которого, немного повернутая в правую сторону, направлена в сторону порога входной двери в сени, а ноги - в сторону входной двери в дом. На лице у отца была кровь. Отец ничего не говорил, только тяжело дышал. В этот момент никого посторонних на крыльце не было. Они с Е.В. взяли отца на руки и занесли в дом, положив на диван. Отец еще сделал два или три вздоха. Он позвонил соседке Ж. и попросил вызвать скорую помощь. Когда звонил, отец перестал дышать, он начал делать искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, но отец в чувства не приходил и не дышал. Он говорил Е.В.: «Что ты наделал?», на что тот заплакал, сказав: «Как так-то? Что я наделал? Почему так произошло?». Он спросил, чем тот ударил отца, на что Е.В. ответил, что несколько раз ударил отца рукой по лицу. Через некоторое время приехала скорая помощь, констатировали смерть отца (т.1 л.д.67-70).

Свидетель П.Н.Н. суду показала, что работает <данные изъяты>». 13 апреля 2019 года, находясь на суточном дежурстве, выезжала по адресу: <адрес> по телефонному сообщению, поступившему около 19 часов в отделении скорой медицинской помощи, что по указанному адресу упал мужчина и находится без сознания. Когда подъехали к дому, из калитки ограды вышел Е.В., и сообщил, что отец уже умер. Зайдя в дом, увидела на диване слева от входа в зале лежащего на спине мужчину, ноги которого свисали с дивана на пол. На лице в области лба была запеченная кровь, также были две раны: одна рана в височно-теменной части на границе волосистой части головы и вторая рана была на левой брови. При пальпации ничего не почувствовала, также у потерпевшего за левым ухом была большая гематома. Она измерила пульс, сознание, артериальное давление, зрачки на свет не реагировали, в связи с чем, констатировала смерть. Во время осмотра спросила у Е.В., что произошло. На что тот ответил, что начал драться с отцом на веранде дома, несколько раз ударив отца кулаком по лицу и голове, от чего тот упал. Она спросила, ударялся ли отец о какие-либо предметы, на что Е.В. сказал, что не понял, обо что ударился отец. Со слов Е.В. и Л.А.В., после драки те вдвоем занесли отца в дом, который еще хрипел. Точно по времени нанесения ударов ни Е.В., ни Л.А.В. ничего пояснить не смогли. Л.А.В. в это время сидел в зале и плакал. Было видно, что Е.В. находился в растерянности от произошедшего.

Е.И.А. суду показала, что являясь <данные изъяты>, проводила судебно-медицинскую экспертизу трупа Л.В.В. Учитывая локализации, то есть, рядом расположенные анатомические области и небольшое расстояние между повреждениями: раны №1 и №2 в центре левой надбровной дуги и в проекции наружного края левой надбровной дуги, раны №3 в височной области слева волосистой части головы, ссадины (1) в лобной области справа, кровоподтека (1) и ссадины (1) в скуловой области слева, ссадины в заушной области слева в проекции сосцевидного отростка (1) и кровоподтека на внутренней (1) и наружной (2) поверхностях левой ушной раковины, кровоподтека (1) на спинке носа можно сделать вывод, что данные телесные повреждения могли образоваться в результате не менее шести травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов). Из предоставленных для ознакомления протокола осмотра места происшествия с описанием и фототаблицей стола, находящегося на веранде дома, протокола допроса свидетеля Л.А.В., протокола допроса подозреваемого и обвиняемого ФИО1, может пояснить, что с учетом формы перелома - на чешуе левой височной кости в проекции раны №3 перелом неправильной овальной формы с плоской поверхностью, по правому краю которого имеется вдавленный оскольчатый перелом, образованный двумя костными отломками, расположенными компактно друг другу и выступающим в полость черепа участком углообразной формы, и формы угла деревянного стола, положения трупа по отношению к столу со слов очевидца Л.А.В. и общих показаний обвиняемого ФИО1, обнаруженной капли крови на ножке деревянного стола, расположенной ниже вышеописанного угла согласно фототаблице, можно сделать вывод, что данный перелом в проекции раны №3 в височной области слева мог образоваться при травматическом воздействии тупого твердого предмета, каковым мог быть кулак, в область лица потерпевшего с последующим падением с высоты собственного роста и ударом вышеописанной областью о твердую ограниченную поверхность тупого предмета, каковым мог быть угол деревянного стола. Зона противоудара при внутреннем исследовании головы Л.В.В. была выявлена в области правой теменно-височной доли. В данном случае зона противоудара могла образоваться как при неоднократном травматическом воздействии тупого твердого предмета, каковым мог быть кулак, так и при последующем ударе о твердую поверхность, поскольку каждое последующее травматическое воздействие отягощает течение черепно-мозговой травмы.

Оценивая показания потерпевшего и свидетелей обвинения, у суда нет оснований сомневаться в их достоверности, оснований для оговора указанными лицами подсудимого по делу не установлено. Показания данных лиц последовательны, не противоречат и дополняют друг друга, соответствуют обстоятельствам дела, кроме того, логично и последовательно подтверждаются протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1, а также другими письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании:

- телефонограммой, зарегистрированной в КУСП № от 13.04.2019 г., согласно которой в 19:05 часов фельдшер СМП ГУЗ «Вершино-Дарасунская РБ» П.Н.Н. сообщила по телефону в дежурную часть, что по адресу: <адрес> находится труп Л.В.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р. с признаками насильственной смерти (т.1 л.д.27);

- протоколом явки с повинной, зарегистрированной в КУСП № от 13.04.2019 г., написанной собственноручно ФИО1 в 19:45 часов 13.04.2019 г. в служебном кабинете № ОМВД России по Тунгокоченскому району, в которой последний сообщил о совершенном им преступлении, указав, что 13 апреля 2019 года около 18 часов у него дома по адресу: <адрес> в ходе распития спиртных напитков со своим отцом Л.В.В. произошла ссора на почве личной неприязни, в ходе которой он нанес два-три удара кулаками в область лица и головы отцу, после чего тот упал на пол и вскоре умер (т.1 л.д.29-30);

- протоколом осмотра места происшествия от 13.04.2019 г., согласно которому осмотрен жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> вход в который осуществляется через сени размером 2х4 м, в которых помимо прочих предметов слева направо расположена деревянная конструкция в виде стола высотой 60 см, длиной 75 см и шириной 36 см, на котором помимо прочих вещей обнаружена черная кепка, во внутренней части которой имеются подтеки вещества бурого цвета, похожие на кровь; на расстоянии 40 см от пола и 20 см от верхней части стола, а также на левом углу правой боковой стойки от верхней доски стола обнаружены подтеки вещества бурого цвета, похожие на кровь, с которых делается смыв на марлевый тампон; дом имеет кухню, зальную и две спальные комнаты; в зале слева направо расположен диван, на котором обнаружен труп мужчины возрастом 55-60 лет, со слов участвующего в осмотре Л.А.В., принадлежащий Л.В.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р., левая нога которого вытянута вдоль, правая согнута в коленном суставе, правая рука отведена от тела, левая рука, пальцы которой испачканы веществом бурого цвета, похожего на кровь, лежит рядом с бедром; тело на ощупь теплое, на спине выступают трупные пятна, каких-либо телесных повреждений на руках, спине, груди, ногах не обнаружено; на трупе надето: кожаная куртка, кофта темно-синего цвета, кофта черного цвета, футболка черного цвета, брюки черного цвета, трико черного цвета, пара носок черного и пара носок синего цвета; голова немного повернута в правую сторону, глаза, рот закрыты; лобная часть имеет наслоения подтеков вещества бурого цвета, похожего на кровь; на левом веке имеется слабо-видимый синяк, левая бровь имеет два рассечения - первое над глазом длиной 1,5 см, второе в углу брови длиной 1,5 см; на волосистой части головы выше левого уха на расстоянии 4 см от уха к макушке обнаружено рассечение части кожи размером 2х0,5 см, через которое видна кость, то есть череп, который на ощупь немного проваливается вовнутрь, виден раскол кости, при надавливании из которого сочится кровь; каких-либо других телесных повреждений на голове трупа не обнаружено; также зафиксирована обстановка в кухне и двух спальных комнатах, в которых каких-либо следов преступления не обнаружено; в ходе следственных действий изъяты кепка черного цвета, смыв с подтеков вещества бурого цвета, которые упакованы в полиэтиленовые пакеты, снабженные бирками, подписями понятых и оттиском печати; труп, принадлежащий Л.В.В. направлен в Шилкинское отделение ГУЗ «ЗКБ СМЭ» для производства судебно-медицинской экспертизы (т.1 л.д.5-16);

- протоколом осмотра трупа от 15.04.2019 г., согласно которому в помещении Шилкинского межрайонного отделения ГУЗ «ЗКБ СМЭ» осмотрен труп Л.В.В., длина тела которого составляет 180 см, кожные покровы дряблые, бледные, при визуальном осмотре обнаружены следующие телесные повреждения: рана в лобной области слева размером 2х0,5 см с неровными краями, рана в височной области слева линейной формы размером 1,5х0,1 см с неровными краями, рана в височной области слева волосистой части головы размером 2,5х0,5 см с неровными краями, кровоподтеки на спинке носа, на верхнем веке левого глаза, на внутренней и наружной поверхностях левой ушной раковины, в скуловой области слева, ссадины в лобной области справа, в скуловой области слева, в заушной области слева, в проекции пястно-фаланговых суставах правой кисти (т.1 л.д.125-126);

- протоколом выемки от 25.04.2019 г., согласно которому в Шилкинском отделении ГУЗ «ЗКБ СМЭ» у судебно-медицинского эксперта Е.И.А. изъято: одежда, принадлежащая Л.В.В. - рубашка, кофта, футболка, джинсы, трико, трусы, носки, упакованы в полиэтиленовый пакет, снабженный биркой с подписями понятых, оттиском печати; кровь, принадлежащая Л.В.В., на марлевом тампоне, который упакован в бумажный конверт, снабженный записью, оттиском печати, подписями участвующих лиц (т.1 л.д.160-162);

- протоколом осмотра предметов, постановлением от 02.06.2019 г., согласно которым осмотрены: изъятая в ходе ОМП 13.04.2019 г. по адресу: <адрес> кепка черного цвета из ворсистой синтетической ткани с подкладкой из синтетической шелковистой ткани черного цвета, козырьком с застежкой, ношеная, загрязненная, при визуальном осмотре которой следов вещества бурого цвета, похожего на кровь, не обнаружено; изъятые в ходе выемки 25.04.2019 г. вещи Л.В.В.: рубашка черного цвета из полушерстяного материала, кофта черного цвета со вставкой синего цвета с логотипом и надписью «Карра» из трикотажа, футболка черного цвета из трикотажа, джинсы черного цвета, трико черного цвета со вставками серого цвета по бокам из х/б трикотажа, трусы мужские синего цвета, носки мужские черного цвета, все вещи ношеные, загрязненные, на которых при визуальном осмотре следов вещества бурого цвета, похожего на кровь, не обнаружено. Данные вещи признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.163-169, 170);

- заключением эксперта №49 от 07.05.2019 г., согласно которому на трупе Л.В.В. обнаружены следующие телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма в виде - перелома свода иоснования черепа; субарахноидальных кровоизлияний в левую лобно-теменно-височную и правую теменно-височную доли; кровоизлияния в боковую поверхность левого полушария мозжечка; кровоизлияний в мягкие ткани внутренней поверхности головы (в лобной, височной и затылочной областях слева); рвано-ушибленных ран: в лобной области слева в центре левой надбровной дуги (рана №1) и в височной области слева волосистой части головы на 5 см выше ушной раковины (рана №3); поверхностной рвано-ушибленной раны в височной области слева в проекции наружного края левой надбровной дуги (рана №2); ссадин: в лобной области справа на 0,7 см выше внутреннего края надбровной дуги (1), в скуловой области слева на 2,5 см левее наружного угла левого глаза (1), в заушной области слева в проекции сосцевидного отростка (1); кровоподтеков: на спинке носа (1), на верхнем веке левого глаза (1), на внутренней (1) и наружной (2) поверхностях левой ушной раковины, в скуловой области слева (1). Данные телесные повреждения могли образоваться в результате неоднократного травматического воздействия тупого твердого предмета (предметов), каковым могла быть кисть, сжатая в кулак; прижизненно и незадолго до наступления смерти (о чем свидетельствуют: наличие кровоизлияний в месте ран и отсутствие признаков их заживления, цвет кровоподтеков, характер и цвет поверхности ссадин), при этом каждое последующее травматическое воздействие отягощало течение черепно-мозговой травмы, поэтому раздельной квалификации данные телесные повреждения не подлежат, оцениваются в совокупности, у живых лиц являлись бы опасными для жизни и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Взаиморасположение потерпевшего и нападавшего могло быть любым, при котором обеспечивался доступ травмирующего предмета (предметов) к областям головы потерпевшего, на которых были обнаружены телесные повреждения. Ссадины в проекции пястно-фаланговых суставов 3-го (2) и 4-го (1) пальцев тыльной поверхности правой кисти - могли образоваться в результате травматического действия тупого твердого предмета (предметов) или при ударе о таковой, прижизненно и незадолго до наступления смерти (о чем свидетельствует характер поверхности ссадин), у живых лиц не повлекли бы кратковременного расстройства здоровья и по этому признаку квалифицируются, как повреждения, не причинившие вреда здоровью. Смерть ФИО3 наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы в виде перелома свода и основания черепа; субарахноидальных кровоизлияний в левую лобно-теменно-височную и правую теменно-височную доли; кровоизлияния в боковую поверхность левого полушария мозжечка; кровоизлияний в мягкие ткани внутренней поверхности головы (в лобной, височной и затылочной областях слева); рвано-ушибленных ран: в лобной области слева в центре левой надбровной дуги (рана №1) и в височной области слева волосистой части головы на 5 см выше ушной раковины (рана №3); поверхностной рвано-ушибленной раны в височной области слева в проекции наружного края левой надбровной дуги (рана №2); ссадин: в лобной области справа на 0,7 см выше внутреннего края надбровной дуги (1), в скуловой области слева на 2,5 см левее наружного угла левого глаза (1), в заушной области слева в проекции сосцевидного отростка (1); кровоподтеков: на спинке носа (1), на верхнем веке левого глаза (1), на внутренней (1) и наружной (2) поверхностях левой ушной раковины, в скуловой области слева (1), осложнившейся развитием отека - набухания вещества головного мозга с дислокацией ствола и сдавлением его в большом затылочном отверстии. Между полученной открытой черепно-мозговой травмой и наступлением смерти ФИО3 имеется причинно-следственная связь. При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО3 обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 3,81%, что у живых лиц обычно соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения (т.1 л.д.119-123);

- заключением эксперта №116от 28.05.2019 г. кровь от трупа Л.В.В. и обвиняемого ФИО1 по системе АВО: В2 (III) группы. С целью возможного дифференцирования образцы крови от трупа Л.В.В. и обвиняемого ФИО1 были исследованы по системе MNSs на определение антигенов M и N. В процессе исследования было установлено, что в образце крови от трупа Л.В.В. и в образце крови обвиняемого ФИО1 содержится один антиген M. Таким образом, в пределах двух систем (ABO и MNSs) потерпевший Л.В.В. и обвиняемый Е.В. являются одногруппными. В смыве с правой боковой стойки стола в сенях дома и на кепке черного цвета, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес> обнаружена кровь человека В2 (III) группы, происхождение которой не исключается как от потерпевшего Л.В.В., так и от обвиняемого ФИО1 (т.1 л.д.137-142);

- иным документом - актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения №51 от 13.04.2019 г., согласно которому 13.04.2019 г. в 22:55 часов у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения - 0,71 мг/л (т.1 л.д.206).

Вышеприведенные доказательства не противоречат требованиям ст.74 УПК РФ, вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной для установления виновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния.

Действия ФИО1 находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями. Об умысле ФИО1, направленном на причинение тяжкого вреда здоровью Л.В.В. свидетельствует целенаправленное нанесение с силой множественных ударов руками, сжатыми в кулак, в место нахождения жизненно-важных органов человека - голову потерпевшего, находящегося в состоянии тяжелой степени алкогольного опьянения и в связи с этим не имеющего возможности осуществлять надлежащую координацию своих движений. При этом преступные действия ФИО1 по неосторожности повлекли смерть Л.В.В.

Причем действия ФИО1 в части причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть Л.В.В., следует признать умышленными. Мотивом совершенного преступления явилась неприязнь подсудимого к потерпевшему, возникшая вследствие ссоры и нанесенных ему оскорблений в виде нецензурной брани со стороны потерпевшего.

Какие-либо обстоятельства, указывающие на совершение преступления по неосторожности, причинение вреда при необходимой обороне либо при превышении пределов необходимой обороны, вопреки доводам подсудимого, отсутствуют.

Обосновывая свою позицию о совершении инкриминируемых действий в состоянии необходимой обороны, подсудимый ФИО1 ссылается на применение насилия со стороны потерпевшего, в руках у которого имелся нож. Вместе с тем, в своих собственных показаниях, данных на предварительном следствии, ФИО1 не сообщал о применении потерпевшим насилия по отношению к нему, использованию ножа и высказывании угроз убийством. Показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании о, якобы, имевшей место угрозе убийством и замахе рукой с ножом на него, суд признает недостоверными. Данные показания не имеют объективного подтверждения, являются непоследовательными, поскольку впервые даны в судебном заседании, и представляют собой форму защиты подсудимого от обвинения.

При этом суд принимает за основу показания, данные подсудимым в ходе предварительного следствия, так как они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и полностью согласуются между собой, а также с другими доказательствами по делу.

Как видно из протоколов допросов ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого все следственные действия с подсудимым проводились в присутствии защитника, ему разъяснялись права, в том числе право отказаться давать показания, он был предупреждён о том, что его показания могут использоваться в качестве доказательств, в том числе в случае последующего отказа от них. Правильность сведений, отражённых в протоколах, подтверждена подписями ФИО2 и его защитника, от которых как перед началом, в ходе либо по окончании следственных действий каких-либо заявлений, в том числе о применении недозволенных методов ведения следствия не поступало. Протоколы прочитаны лично ФИО2, замечаний к протоколам от него не поступило.

Явку с повинной подсудимый также написал собственноручно, каких-либо данных об оказании на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов суду не представлено, протокол заявления о явке с повинной составлен в соответствии с требованиями ст.142 УПК РФ, а изложенные в ней обстоятельства объективно подтверждаются иными собранными по делу доказательствами, содержание которых приведено в приговоре, суд признает предоставленные подсудимым сведения в явке с повинной достоверными и принимает их в качестве доказательств.

Таким образом, протоколы следственных действий с участием ФИО1 составлены в соответствии с требованиями УПК РФ и являются допустимыми доказательствами.

Как видно, в ходе расследования ФИО1 последовательно признавал свою причастность к инкриминируемому ему преступлению, при этом данные им на предварительном следствии показания согласуются с другими доказательствами по делу и оснований полагать, что ФИО1 оговаривал себя в совершении преступления в ходе предварительного следствия, не имеется.

Таким образом, судом с достоверностью установлено, что действия ФИО1 по причинению потерпевшему телесных повреждений в результате нанесения ударов не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а были совершены из чувства личной неприязни к потерпевшему, который в момент совершения преступления реальной угрозы для подсудимого не представлял, у подсудимого имелась возможность прекратить конфликт, покинув место происшествия, но он этого не сделал, поэтому его действия не являются необходимой обороной или превышением её пределов в соответствии с положениями статьи 37 УК РФ.

Непоследовательная позиция подсудимого ФИО1 касательно отношения к предъявленному обвинению, отрицание невыгодных для него показаний свидетельствует об активной защитной позиции.

Несмотря на то, что поведение потерпевшего в ходе совместного распития спиртного, выразившееся в оскорблении подсудимого, суд признает аморальным, данные обстоятельства не привели подсудимого в такое состояние, при котором он не мог осознавать характер совершаемых действий и руководить ими. При этом, последующее поведение ФИО2 после нанесения множественных ударов кулаком в область головы потерпевшего, осознание им происходящего, рассказа о случившемся сотрудникам полиции спустя непродолжительное время после совершения преступления, свидетельствует о том, что действия ФИО2, совершенные после преступления носят последовательный, целенаправленный, адекватный содеянному характер. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, признаков какого-либо временного психического расстройства, в том числе и патологического опьянения, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не обнаруживал. Находился в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют материалы уголовного дела об употреблении им в день содеянного спиртных напитков, отсутствие психотических расстройств на тот период времени, сохранность ориентировки в окружающей обстановке, поддержание адекватного речевого контакта с окружающими.

Так, согласно заключению комиссии экспертов первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы <данные изъяты> (т.1 л.д.148-156).

Учитывая профессиональный стаж работы экспертов, проводивших вышеуказанную экспертизу, их квалификацию, обоснованность заключения выводов экспертов у суда сомнений не вызывает, поскольку они основаны на объективном обследовании подсудимого, всестороннем анализе данных о его личности и полностью подтверждаются последовательным поведением подсудимого как в момент совершения противоправных действий так и в суде. Поэтому суд признает ФИО1 ответственным за свои действия и, принимая во внимание имеющийся в деле характеризующий материал на него, а также поведение в зале судебного заседания, которые в своей совокупности дают основания для вывода о том, что психическая полноценность ФИО1 не вызывает сомнений, суд признает его вменяемым за инкриминируемое ему деяние.

Таким образом, исследовав в совокупности собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что каких либо привилегированных составов преступлений в данном событии не усматривается, вина подсудимого ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть Л.В.В., доказана, поэтому суд квалифицирует его действия по ч.4 ст.111 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд учитывает признание вины в ходе предварительного следствия, раскаяние в содеянном, явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, наличие троих малолетних детей на иждивении, положительную характеристику с места работы, аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове скорой медицинской помощи и принятии мер для оказания первой медицинской помощи, отсутствие судимостей.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, на основании ч.1.1 ст.63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, направленного против жизни и здоровья, обстоятельств его совершения ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, поскольку именно состояние алкогольного опьянения повлияло на его поведение, сняло внутренний контроль над ситуацией, вызвало агрессию к потерпевшему, обусловило общественную опасность его действий, что привело к совершению особо тяжкого преступления против личности.

В связи с наличием отягчающего вину обстоятельства, суд при назначении наказания не применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п.п. «и, к» ч.1 ст.61 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления, а также иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, и дающих основания для применения ст.64 УК РФ при назначении наказания, суд не усматривает.

При определении вида и размера наказания ФИО1, суд учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, направленного против жизни, тяжесть содеянного, личность подсудимого, посредственно характеризующегося по месту жительства, участковым уполномоченным полиции, как лицо, имеющее неоднократные доставления в отдел полиции, в связи с чем, оснований для применения ст.73 УК РФ не находит, с учетом наличия смягчающих вину обстоятельств, в частности признания вины в ходе предварительного следствия, раскаяния в содеянном, явки с повинной, активного способствования расследованию преступления, поскольку в ходе предварительного следствия давал правдивые показания, сообщив об обстоятельствах преступления, известных только ему, подтвердив их полностью при проверке на месте, наличия малолетних детей на иждивении, положительных характеристик с места работы, аморальности поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове скорой медицинской помощи, принятии мер для оказания первой медицинской помощи, и в целях исправления подсудимого, предотвращения совершения им новых преступлений, полагает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы, с отбыванием наказания в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима, полагая, что данное наказание будет соответствовать целям уголовного судопроизводства и социальной справедливости.

С учетом личности подсудимого, обстоятельств совершения преступления, суд не назначает ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Согласно ст.15 УК РФ совершенное ФИО2 преступление отнесено уголовным законом к категории особо тяжких преступлений.

В связи с наличием в действиях подсудимого отягчающего вину обстоятельства, оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступления по ч.4 ст.111 УК РФ на менее тяжкую не имеется.

Поскольку защиту интересов подсудимого в судебных заседаниях по назначению суда осуществляли адвокаты Березин А.В. и Корольков А.И., а оснований для признания подсудимого имущественно несостоятельным либо для его освобождения от уплаты процессуальных издержек ввиду его трудоспособного возраста, не установлено, расходы, связанные с участием адвокатов в суде в течение 4-х дней каждым в сумме 11.592 рублей, в соответствии с ч.1 ст.132 УПК РФ надлежит взыскать с ФИО1

Суд считает необходимым ФИО1 меру пресечения в виде содержания под стражей оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, поскольку назначает наказание в виде реального лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ суд считает, что вещественные доказательства по делу: ДВД-диск с видеофиксацией проверки показаний подозреваемого ФИО1 - следует хранить при уголовном деле; изъятые в ходе выемки кровь Л.В.В. на марлевом тампоне, вещи Л.В.В. - кепку, кофту, рубашку, футболку, джинсы, трико, трусы и носки, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Шилкинского МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю - следует уничтожить.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет без дополнительного наказания с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачесть в срок наказания время содержания под стражей с 15 апреля 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 11.592 (одиннадцать тысяч пятьсот девяносто два) рубля за участие адвокатов Березина А.В. и Королькова А.И. по защите интересов подсудимого в течение 4-х дней, каждым.

Вещественные доказательства по делу: ДВД-диск с видеофиксацией проверки показаний подозреваемого ФИО1 - хранить при уголовном деле; кровь Л.В.В. на марлевом тампоне, вещи Л.В.В. - кепку, кофту, рубашку, футболку, джинсы, трико, трусы и носки, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Шилкинского МСО СУ СК РФ по Забайкальскому краю - уничтожить по вступлении приговора в законную силу.

Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня провозглашения в Судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда через Тунгокоченский районный суд Забайкальского края, осужденным - в тот же срок, с момента получения им копии приговора.

Осужденный вправе, в случае подачи апелляционной жалобы, ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо подать заявление в тот же срок.

Председательствующий - судья

Тунгокоченского районного суда Т.В. Затеева