Апелляционное определение № 22-1307/2026 от 20 апреля 2026 г.

Судья Ползунов А.О. №22-1307/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Нижний Новгород 21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кисляк Г.А.,

судей Удаловой Н.П., Третьяковой А.Е.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области ФИО2,

потерпевшей Потерпевший №1

осужденного ФИО3 - посредством видеоконференцсвязи,

его защитника- адвоката Макарова С.А.,

при секретаре судебного заседания Войтовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой и дополнением к ней осужденного ФИО3, апелляционной жалобой защитника - адвоката Макарова С.А. и дополнением к ней на приговор Нижегородского районного суда г. Н. Новгорода от 28 января 2026 года в отношении ФИО3

Заслушав доклад судьи Удаловой Н.П., выслушав мнения участников процесса, изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Нижегородского районного суда г.Н.Новгорода от 28 января 2026 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключение под стражу осужденному ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбытия наказания ФИО3 исчислен со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено ФИО3 в срок лишения свободы время его задержания и нахождения под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО3 в счет компенсации морального вреда в пользу Потерпевший №1 денежные средства в размере 300000 рублей.

Также приговором сохранен арест, наложенный постановлением <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на денежные средства, принадлежащие ФИО3 в части удовлетворенных исковых требований в размере 300000 рублей, до исполнения приговора в части взыскания гражданского иска (т.5 л. д. 38-39, т. 7 л. д. 88- 90). На денежные средства в размере 200000 рублей арест отменен, указанные денежные средства возвращены ФИО3

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена.

Преступление совершено на территории <адрес> г. Н.Новгорода во время и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО3 вину в совершении инкриминируемого преступления не признал в полном объеме.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО3 выражает несогласие с обжалуемым приговором, считает его несправедливым и необоснованным. Указывает, что его вина в совершении инкриминируемого ему преступления не подтверждается собранными и исследованными по делу доказательствами, как в отдельности, так и в совокупности. Выражает несогласие с показаниями потерпевшей Потерпевший №1, положенными в основу приговору, считает их надуманными, в том числе и в силу наличия у потерпевшей психического заболевания, данными с целью его оговора. Считает, что судом не обоснованно было отказано в его ходатайстве о назначении в отношении потерпевшей судебно-психиатрической экспертизы, в связи с наличием у нее психического заболевания, факт наличия которого сама потерпевшая не отрицала в судебном заседании. Указывает, что сумма требования денежных средств в размере 5 000 000 рублей, указанная Потерпевший №1, которую якобы требовал у нее ФИО3, не подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами. Так, иск ФИО24 к ФИО3 содержал лишь требование о разделе имущества на основании брачного договора. Обращает внимание на то, что факт вымогательства в здании <данные изъяты> денежных средств у Потерпевший №1 и высказывании ей каких-либо угроз опровергаются показаниями свидетелей ФИО11 и ФИО7, которые являлись очевидцами происходящих событий. Свидетель ФИО8 также в своих показаниях пояснила, что о вымогательстве денежных средств с Потерпевший №1 ей ничего известно не было. Обращает внимание на то, что все представленные Потерпевший №1 скриншоты переписки, с якобы высказанными угрозами в ее адрес, являются картинками, фактически доказательствами по уголовному делу не являются, так как были добыты с нарушением закона, в связи с чем в основу приговора положены быть не могут. Обращает внимание на то, что при осмотре следователем с участием эксперта телефона ОРРО, в котором как указывает потерпевшая, хранились скриншоты переписки с высказыванием угроз в ее адрес, данные скриншоты обнаружены не были. Указывает, что видеозапись, на которой запечатлен якобы его звонок Потерпевший №1, в ходе которого в адрес потерпевшей высказывались угрозы, является постановленным. Показания свидетелей ФИО35 ФИО36 ФИО4, Потерпевший №1, ФИО24, засекреченного свидетеля под псевдонимом «Захаров», являются противоречивыми, недостоверными, и не могут быть положены в основу приговора. Обращает внимание на то, что доказательств того, что информация, содержащаяся на накопителе АДАТА, была скачана с телефона РОСО, принадлежащем ФИО3, не имеется, в связи с тем, что осмотреть данный телефон в судебном заседании ввиду его поломки, не представилось возможным. Указывает, что в стенограммах разговоров с телефона ФИО3, составленных сотрудником полиции ФИО37, содержится искаженная информация. Факт общения ФИО3 с ФИО38 материалами уголовного дела не подтверждается. Обращает внимание, что в его адрес со стороны ФИО39, ФИО31, ФИО40 а также потерпевшей Потерпевший №1 высказывались требования о передаче 10 000 000 рублей. Указывает, что протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ не доказывает вины ФИО3, так как свидетель ФИО41 ему не знакома. Считает, что сотрудники полиции, которые производили его задержание, а в последующем проводили обыск в его доме, и другие следственные действия находились в сговоре с ФИО42. ФИО3 получал угрозы от сотрудников полиции, в связи с чем его жена ФИО9 вынуждена была обращаться в ОСБ, прокуратуру. Также оказывалось давление и на его жену – ФИО9. Следователь ФИО43 в ходе предварительного следствия нарушала его права, отказывая ему в ознакомлении с материалами дела, в связи с чем он писал жалобы в прокуратуру. Обращает особое внимание на то, что в 2022 году на него также было написано заявление о вымогательстве неизвестной ему женщиной, а от ФИО42 он получал угрозы и требования о передаче денежных средств. Также акцентирует внимание на том, что личная переписка (т.5, л.д. 192-206) между ним и Потерпевший №1 подтверждает тот факт, что требования о передаче денег в сумме 10 000 000 рублей высказывала в его адрес именно Потерпевший №1, и именно она осуществляла ему неоднократные звонки, в связи с чем ему приходилось блокировать ее номер телефона. Считает, что вышеуказанная переписка доказывает его невиновность. Указывает, что обвинительное заключение было составлено с нарушениями, арест на денежные средства в размере 500 000 рублей, которые были изъяты у него в доме в ходе обыска, наложен незаконно. Кроме того, указывает, что судом при рассмотрении дела не были учтены положительные характеристики ФИО3 со стороны участников СВО и спортивных организаций г.Н.Новгорода. Считает, что доказательств его вины, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия добыто не было. На основании изложенного просит обжалуемый приговор отменить, ФИО3 оправдать.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный ФИО3 фактически излагает свои возражения на возражения, поданные гос.обвинителем ФИО17, в которых приводит аналогичные доводы своей невиновности в инкриминируемом ему преступлении, изложенные им в основной жалобе. Также осужденный ФИО3 фактически выражает свое несогласие с оценкой доказательств и установленными обстоятельствами дела.

В апелляционной жалобе адвокат Макаров С.А. выражает несогласие с постановленным приговором, находя его необоснованным и подлежащим отмене, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции и существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Указывает, что материалами уголовного дела опровергается событие вменного преступления. Так, ФИО3 не предъявлял потерпевшей Потерпевший №1 требований о незаконной выплате денежных средств в сумме 5 млн. рублей. Потерпевшая, как в ходе предварительного следствия, так и в суде неоднократно путалась в показаниях о том, когда ФИО3 потребовал от нее передачи денежных средств в сумме 5 млн. рублей. В показаниях, на которых потерпевшая настаивала в ходе допроса в судебном заседании, она указала, что ФИО3 потребовал от нее денежные средства ДД.ММ.ГГГГ в здании Кстовского городского суда <адрес>. Данные показания потерпевшей опровергнуты показаниями многочисленных свидетелей, как со стороны защиты, так и обвинения, а также последующими взаимоотношениями и перепиской между осужденным и потерпевшей. Помимо показаний потерпевшей, и показаний свидетеля ФИО24 о том, что Потерпевший №1 была приглашена в Кстовский городской суд специально для выяснения отношений с ФИО3, доказательств вины ФИО3 в материалах уголовного дела не имеется. Указывает, что многочисленные свидетели, как обвинения, так и защиты опровергли возможность предъявления ФИО3 требований о передаче денег в адрес потерпевшей в здании Кстовского городского суда. Выражает несогласие с выводом суда о том, что свидетели ФИО11 и ФИО12 могли не слышать разговор осужденного с потерпевшей, так как данные свидетели, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, показали, что в здании Кстовского городского суда <адрес> постоянно находились вместе с ФИО3. Указывает, что текст обжалуемого приговора содержит ссылки на множественные доказательства (показания свидетелей, письменные доказательства, вещественные доказательства), которые просто перечислены, но не подтверждают совершение осужденным вмененного преступления. Обращает внимание, что обжалуемый приговор основан на недопустимых доказательствах. Так, протоколы осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены с нарушением требований процессуального законодательства, а также имеются признаки искусственного формирования недостоверных доказательств. Так, первый лист протокола осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 29-37) свидетельствует о том, что осмотр проводился в помещении ГУ МВД по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в период нахождения предметов, изъятых в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ в Криминалистическом центре СК РФ (с дислокацией в Нижнем Новгороде). Факт нахождения осматриваемого доказательства ДД.ММ.ГГГГ в другом следственном органе, по другому адресу, свидетельствует о недостоверности протокола от ДД.ММ.ГГГГ. Обращает внимание на то, что электронные носители информации, изъятые в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ у свидетелей по данному уголовному делу, а также у обвиняемого ФИО3, которые являлись предметом осмотра, осматривались старшим о/у по ОВД 6 отдела ГУ МВД России по <адрес> ФИО5, якобы в присутствии специалиста ФИО13, однако фототаблица к протоколу осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д. 29-37), в нарушение требований УПК РФ не содержит подписи участвующего в осмотре - специалиста ФИО13, в связи с чем, рассматриваемое доказательство противоречит п. 7 ст. 166 УПК РФ, согласно которого протокол подписывается следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 189.1 УПК РФ. Обращает внимание на то, что суд первой инстанции не смог исследователь первоисточник информации, записанной на внешний накопитель «ADATA», поскольку мобильный телефон Xiaomi РОСО, с которого якобы перенесена информация перестал работать в период нахождения в камере хранения вещественных доказательств, в связи с чем проверить достоверность нахождения информации в мобильном телефоне Xiaomi РОСО до момента ее копирования на внешний накопитель «ADATA» не представляется возможным. Считает, что данное доказательство не может быть положено в основу обжалуемого приговора. Кроме того, в ходе исследования судом информации на внешнем накопителе «ADATA», с участием специалиста ФИО13 было установлено, что даты и время записи информации на внешнем накопителе «ADATA» не совпадают, существенно отличаются с датами и временем, указанным в протоколах от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, т.е. записи на внешнем накопителе «ADATA» выполнены значительно позднее, после составления протоколов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ На основании изложенного, просит обжалуемый приговор отменить, ФИО3 оправдать.

В дополнении к апелляционной жалобе адвокат Макаров С.А. приводит аналогичные доводы, указанным в своей основной апелляционной жалобе, а также дополняет, что в судебном заседании суда первой инстанции была исследована личная переписка между ФИО3 и Потерпевший №1, в том числе, которая велась ДД.ММ.ГГГГ, содержание данной переписки подтверждает тот факт, что ФИО3 никаких денежных средств у Потерпевший №1 не вымогал, конфликта между осужденным и потерпевшей в переписке не прослеживалось. Указывает, что доказательствами, опровергающими событие вмененного ФИО3 преступления, являются показания ряда свидетелей, в том, числе свидетелей ФИО14, ФИО11. Обращает внимание на то, что в материалах дела не содержится доказательств того, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ с неизвестного номера на номер потерпевшей Потерпевший №1 звонил именно ФИО3. Также в материалах дела не имеется доказательств того, что в период времени с 20.34 по 20.42 ДД.ММ.ГГГГ сообщения на номер потерпевшей были отправлены именно ФИО3. Обращает внимание на то, что у ФИО3 отсутствовал мотив для совершения преступления. Считает, что потерпевшая оговаривает ФИО3 на фоне личных неприязненных отношений. Просит суд апелляционной инстанции переоценить исследованные в суде первой инстанции доказательства, в том числе содержащиеся на электронных носителях. Обращает снимание на то, что ФИО3 отрицает принадлежность ему телефона ПОККО, изъятого у него в доме в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ, кроме того, органами предварительного следствия не были проведены процессуальные действия по установлению владельца данного телефона. Указывает, что доказательствами, исследованными в судебном заседании наличие корыстного умысла у ФИО3 на совершение вымогательства, как и то, что он действовал в составе группы лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом, не подтверждается. Также указывает, что исследованная в судебном заседании стенограмма переговоров якобы ФИО3 и неустановленного мужчины, находящихся в файлах на диске, не соответствует действительности, так как прослушанная в судебном заседания аудиозапись не совпадает с данной стенограммой. Кроме того, просит признать протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 138-144) недопустимым доказательством, в силу наличия в нем сведений и выводов, не соответствующих действительности. Добавляет, что сторона защита, просит отнестись критически к показаниям засекреченного свидетеля, так как считает их постановочными, данными с целью незаконного привлечения ФИО3 к уголовной ответственности в отсутствие самого события вмененного преступления. Также просит признать недопустимым доказательством протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку осмотр проводился не уполномоченным лицом. Обращает внимание на то, что по уголовному делу были нарушены инструкции по хранению вещественных доказательств, в связи с чем проверить достоверность нахождения информации в телефоне Xiaomi РОСО М5 <данные изъяты>, до момента ее копирования на внешний накопитель «ADATA» не представляется возможным. В связи с тем, что у суда отсутствовала возможность проверить действительно ли информация, содержащаяся на внешнем накопителе «ADATA» переписана с телефона Xiaomi РОСО М5 <данные изъяты> а не с иного устройства, просит суд признать недопустимыми доказательствами протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой фототаблицей; протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ; постановление следователя СЧ ГСУ ГУ МВД России по <адрес> майор юстиции ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, мобильный телефон Xiaomi РОСО М5 <данные изъяты>; внешний накопитель «ADATA» в корпусе черного цвета, на который скопирована информация, полученная с перечисленных мобильных телефонов и системного блока. Обращает внимание суда на то, что потерпевшая проходит лечение у психиатра, что имеет определяющее значение для рассмотрения настоящего дела. Отмечает исключительно положительные характеристики своего подзащитного ФИО3, на основании которых можно сделать вывод о добропорядочном образе жизни ФИО3, и об отсутствии у него склонности к совершению преступлений. Указывает, что судом неверно была разрешена судьба денежных средств в размере 500 тысяч рублей, изъятых в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ в жилом доме по адресу: д. Афонино, <адрес>, в связи с тем, что данные денежные средства принадлежат ФИО9. Принадлежность денежных средств ФИО9 подтверждена имеющимися в материалах уголовного дела доказательствами, а именно протоколом допроса свидетеля ФИО16 (т. 6 л.д. 11); постановлением о производстве выемки у ФИО16 (т. 6 л.д. 18); протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ (т. 6 л.д. 20); протоколом осмотра предметов и документов (т. 6 л.д. 34). Допрошенная в ходе судебного следствия ФИО9 также пояснил, что вышеуказанные денежные средства являются ее личным имуществом. Кроме того, считает, что сотовые телефоны Айфон 2 шт. подлежат возврату собственнику ФИО3 На основании изложенного просит приговор Нижегородского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить, ФИО3 оправдать.

В своих возражениях на апелляционные жалобы гос.обвинитель ФИО17 считает доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО3 и его защитника- адвоката Макарова С.А. необоснованными и не подлежащими удовлетворению, в связи с чем, просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, возражения государственного обвинителя, судебная коллегия не находит оснований к отмене либо изменению приговора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, предварительное следствие проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Судом и судебной коллегией не установлено нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования, которые ставили бы под сомнение законность расследования уголовного дела, оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ для возврата дела прокурору, не имеется, поскольку обвинительное заключение составлено в строгом соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, а также не установлено нарушений уголовно-процессуального закона при получении доказательств в ходе предварительного следствия, в том числе и тех на которые указывают в своих апелляционных жалобах осужденный и адвокат, и которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы послужить основанием для признания их недопустимыми, а также фальсификации доказательств и признаков искусственного создания доказательств обвинения.

Доводы жалобы осужденного о том, что следователь отказывал ему в ознакомлении с материалами уголовного дела, не свидетельствуют о нарушение права осужденного ФИО3 на защиту, поскольку судебной коллегией установлено, что осужденный и защитник были ознакомлены с материалами уголовного дела в полном объеме. Данных о том, что при выполнении требований ст. 217 УПК РФ и в ходе судебного разбирательства, ФИО3 и его защитник желали ознакомиться с материалами уголовного дела, однако им было в этом отказано, в материалах дела не имеется.

Все аргументы стороны защиты о невиновности ФИО3 были тщательно проверены как в ходе предварительного, так и судебного следствия и обоснованно отвергнуты.

Выводы суда о доказанности виновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст.163 УК РФ соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждены совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств, оцененных судом в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора.

Так, в подтверждение выводов о виновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст.163 УК РФ, суд первой инстанции обоснованно положил в основу принятого решения показания потерпевшей Потерпевший №1, данные ею, как в ходе судебного заседания, так и оглашенные на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, показания свидетелей ФИО8, ФИО26, ФИО14, под псевдонимом «ФИО18», ФИО23, данные ими, как в ходе судебного заседания, так и оглашенные на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, показания свидетелей ФИО24, ФИО19, ФИО11, ФИО7, данные ими в ходе судебного заседания, а также оглашенные на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, показания свидетеля ФИО20

Вопреки доводам жалоб допрос свидетеля под псевдонимом «ФИО18» в условиях, исключающих его визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства, проведен с соблюдением требований, предусмотренных ч. 5 ст. 278 УПК РФ, при этом обусловлен необходимостью обеспечения его безопасности. Решение о сохранении в тайне данных о личности указанного свидетеля органом следствия принято с соблюдением требований ч. 3 ст. 11, ч. 9 ст. 166 УПК РФ и положений Федерального закона N 118-ФЗ "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства". Сторона защиты в ходе судебного разбирательства без каких-либо ограничений реализовала свое право задавать ему вопросы, свидетель ответил на них и подтвердил свои показания, ранее данные в ходе предварительного расследования после их оглашения.

Оснований для признания недопустимым доказательством показаний свидетеля под псевдонимом «ФИО18» у суда не имелось, не находит их и судебная коллегия.

Изложенные показания потерпевшей и свидетелей были тщательно проверены в судебном заседании и обоснованно признаны допустимыми, поскольку они стабильны, последовательны, подтверждаются совокупностью иных доказательств, представленных стороной обвинения.

Кроме показаний вышеуказанных потерпевшей и свидетелей вина ФИО3 в инкриминируемом ему преступлении, также подтверждается письменными доказательствами, подробно изложенными в приговоре, а именно:

- протоколом предъявления лица для опознания по фотографии, согласно которого «ФИО18» опознал ФИО3, как лицо, предлагавшее ему за денежное вознаграждение высказывать угрозы в отношении женщины (т.2 л.д. 224-229);

- протоколом предъявления для опознания по фотографии, согласно которого «ФИО18» опознал ФИО6, который в середине сентября 2023 познакомил его с ФИО3 (т.2 л.д. 230-235);

- протоколом предъявления лица для опознания по фотографии от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО20 опознал ФИО21 как ФИО45, который в сентябре 2023 года обратился с просьбой оказать психологическое воздействие на Потерпевший №1 (т.2 л.д. 136-138);

- Протоколом предъявления лица для опознания по фотографии от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО20 опознал ФИО22 (т. 2 л.д.133-135).

- протоколом предъявления лица для опознания по фотографии от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО23 опознала ФИО22, который в сентябре 2023 года присутствовал при встрече, во время которой, мужчина по имени Алексей обратился с просьбой оказать психологическое воздействие на Потерпевший №1 (т. 2 л.д. 107-109);

- протоколом предъявления лица для опознания по фотографии от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО23 опознала ФИО21 как Алексея, который в сентябре 2023 года обратился с просьбой оказать психологическое воздействие на Потерпевший №1 (т.2 л.д. 110-112);

- заявлением Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ, из которого усматривается, что она просит привлечь к уголовной ответственности ФИО3, за вымогательство у нее денежных средств в сумме 5 000 000 рублей под угрозой применения насилия, причинения вреда в отношении неё и членов её семьи в период с ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 56);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого были осмотрены копия доверенности <адрес>0, согласно которой ФИО24 ДД.ММ.ГГГГ уполномочила Потерпевший №1 представлять ее интересы в суде; копия искового заявления ФИО24, в котором указано, что стоимость жилого дома, который является предметом спора составляет 5 000 000 рублей; копия ходатайства о принятии обеспечительных мер; скриншоты переписки, из которых усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 17 часов 52 мин. по 19 часов 04 мин. с абонентского номера +<данные изъяты> в мессенджере «Вотсап» Потерпевший №1 направлены сообщения с угрозой применения насилия к ней и членам её семьи; ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 29 мин. в приложении «Телеграмм» абонент под ником «ФИО48» отправил Потерпевший №1 сообщение с угрозой применения к ней насилия; ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 34 мин. до 20 часов 42 мин. в приложении «Телеграмм» абонент под ником «ФИО47», отправил Потерпевший №1 сообщение с угрозами применения насилия к ее дочери, а также фотографии ее дочери; входящее сообщение от абонента "ФИО46", с изображением женщины среди икон и свечей; флеш-накопитель, с видеозаписью, на которой запечатлен разговор Потерпевший №1 по телефону, в ходе которого ей высказывают угрозу убийством и применения насилия к ней и членам ее семьи в случае, если она не даст денежные средства и видеозаписью, на которых запечатлено как ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 39 мин. по 20 часов 45 мин. ФИО23 и ФИО20 около двери Потерпевший №1 разбросали куриные лапы и измазали фекалиями дверь ее квартиры (т.1 л.д. 65-93, 123-133, 134-141);

- протоколом обыска и протоколами осмотров предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым по месту жительства ФИО3 по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>, был изъят мобильный телефон «Ксиоми Поко», в котором обнаружены удаленные сообщения в мессендежре «Телеграмм», которые свидетельствуют, о том, что ФИО3 отчитывались о написанных угрозах и оказанном давлении на Потерпевший №1, в том числе, ФИО3 присылали видеозапись как у двери Потерпевший №1 положили куриные лапы и фекалии, а также персональные данные дочери Потерпевший №1 - ФИО25 и скриншоты диалогов с Потерпевший №1 с высказанными ей оскорблениями и угрозами (т.4 л.д. 29-105, 107-156 т.5 л.д. 12-26);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ и осмотренными в ходе судебного заседания сотовыми телефонами «Oппо A72» и «Инфиникс», согласно которых в сотовых телефонах имеется папка «Угроза», в которой обнаружены скриншоты и видеозаписи, подтверждающие высказанные угрозы и требование передачи денежных средств в адрес Потерпевший №1 (т.1 л.д. 218-219, 220-228);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ и исследованном в ходе судебного заседания диском с аудиозаписью, из которых следует, что в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров» получена аудиозапись разговора с ФИО3 <данные изъяты>) от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого ФИО1 сообщают: «жути нагнал, она испугалась, все нормально» (т.3 л.д. 51-71, 73);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому абонентский № зарегистрирован на ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ в 23:18 на номер № был установлен «Вотсап» и в 23:41 был совершен исходящий вызов ФИО3 Р№); ДД.ММ.ГГГГ в 23:42 с номера ФИО3 (№ был осуществлен вызов на номер № В момент соединения абонентский № находился по адресу: <адрес>А. ДД.ММ.ГГГГ в 10:58 и 15:50 с номера №, которым пользовалась ФИО23 и ФИО20, был осуществлен вызов Потерпевший №1 (№) (т.3 л.д. 138-144);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому абонентский номер № зарегистрирован на Потерпевший №1, а абонентский номер № зарегистрирован на ФИО20. ДД.ММ.ГГГГ в 10:58 и в 15:50 Потерпевший №1 осуществлен входящий звонок от ФИО23 (№); ДД.ММ.ГГГГ в 09:08:23, ДД.ММ.ГГГГ в 15:36:26, ДД.ММ.ГГГГ в 11:37:06, Потерпевший №1 осуществлены звонки от ФИО3 (№); ДД.ММ.ГГГГ в 17:56 и ДД.ММ.ГГГГ в 13:03 ФИО3 (№ осуществлял звонки ФИО20 (т.3 л.д. 161-170);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ (т.5 л.д. 178-212), согласно которому был осмотрен телефон «Айфон 13», в котором обнаружены диалоги ФИО3 с Потерпевший №1, подтверждающие показания Потерпевший №1, в том числе в части того, что ФИО3 демонстрировал потерпевшей личную неприязнь.

Суд первой инстанции дал должную оценку поведению ФИО3 в анализируемой ситуации и с приведением убедительных доводов опроверг выдвинутую им версию о невиновности, верно расценив ее как избранный способ защиты. Вина осужденного ФИО3 в совершении данного преступления подтверждается совокупностью приведенных выше доказательств.

Суд дал надлежащую оценку всем доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Такая оценка произведена судом в соответствии с требованиями ст. 87, 88, 307 УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного, стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Вопреки доводам жалоб, все положенные в основу приговора доказательства соответствуют положениям ст. 74 УПК РФ и собраны с соблюдением требований ст. 86 УПК РФ.

Позиция стороны защиты и осужденного об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного п. "б" ч.3 ст. 163 УК РФ, получила оценку в приговоре.

Приведенные стороной защиты в апелляционных жалобах доводы о невиновности осужденного в совершении инкриминируемого ему преступления, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным при ошибочной оценке судом доказательств, о недопустимости, противоречивости указанных ими доказательств, о наличии оснований для оговора осужденного, судебная коллегия находит несостоятельными.

Аналогичные доводы суд первой инстанции проверил в ходе судебного разбирательства и обоснованно отверг со ссылкой на совокупность доказательств, указав на получение их в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доводов стороны защиты и представленных ею доказательств у судебной коллегии оснований не имеется, поскольку она аргументирована и соответствует требованиям закона.

Судебная коллегия находит, что исследованные доказательства в их совокупности были достаточны для разрешения дела по существу, а обстоятельства совершенного преступления установлены на доказательствах, непосредственно исследованных судом.

Вопреки доводам апелляционных жалоб у суда не имелось оснований для признания недопустимыми доказательствами протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ и протоколов осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Так, согласно материалам дела, судом достоверно установлено, что обыск в жилище ФИО3 проведен на основании постановления Нижегородского районного суда <адрес> в присутствии понятых и с участием ФИО3 и проведением фотосьемки. Требование ст. 182 УПК РФ при проведении обыска соблюдены, все изъятое имущество упаковано надлежащим образом. То обстоятельство, что при задержании ФИО3 и проведении обыска дополнительно проводилась видеозапись, не является существенным нарушением, влекущем признание протокола обыска недопустимым доказательством.

Несостоятельными являются доводы апелляционной жалобы защитника о признании протокола осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с отсутствием в фототаблице подписи участвующего в осмотре специалиста ФИО13. Установленный уголовно-процессуальным законом порядок оформления протоколов следственных действий по делу не нарушен. В соответствии с положениями ч. ч. 7 и 8 ст. 166 УПК РФ протокол следственного действия подписывается следователем и лицами, участвовавшими в следственном действии; к протоколу прилагаются, в частности, фотографические негативы и снимки, выполненные при производстве следственного действия. Протокол осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ подписан всеми лицами, участвовавшими в следственном действии, в том числе специалистом. Отсутствие подписей специалиста на снимках, являющихся приложением к протоколу, нарушением требований ст. 166 УПК РФ не является и не влечет признание полученного доказательства недопустимым. Приложение к протоколу заверено соответствующим должностным лицом, выполнившим их изготовление.

Также несостоятельными являются доводы стороны защиты о том, что указанные в протоколе осмотра от ДД.ММ.ГГГГ осматриваемые предметы фактически на момент осмотра, то есть в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находились в другом следственном органе, и не могли быть осмотрены в здании ГУ МД России по <адрес>, как это указано в вышеуказанном протоколе осмотра, а поэтому данный протокол осмотра не соответствует действительности и является недопустимым доказательством. Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ местом осмотра указан - служебный кабинет отдела криминалистического сопровождения следствия по Приволжскому федеральному округу (с дислокацией в <адрес>) управления криминалистического сопровождения следствия в федеральных округах Главного управления кримиалистики (Криминалистического центра) Следственного Комитета Российской Федерации по адресу: <адрес>, а не ГУ МВД России по <адрес>, как указал в своей апелляционной жалобе адвокат, а поэтому судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований для признания данного доказательства недопустимым не имеется.

Кроме того, судом бесспорно установлено, что осмотр изъятых телефонов и в последующем осмотр внешнего накопителя «Адата» проведены в полном соответствии со ст. 176 и 177 УПК РФ с применением средств фотофиксации при участии специалиста. Специалист был допрошен в судебном заседании и подтвердил, что информация с угрозами в адрес Потерпевший №1 была удалена, но им восстановлена с помощью программы «Мобильный криминалист просмоторщик». Не доверять показаниям специалиста у суда оснований не имелось, поскольку его показания последовательны и непротиворечивы, он предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ и каких-либо оснований оговаривать ФИО3 судом не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом верно сделан вывод о том, что факт неудачной попытки включения в судебном заседании телефона «Ксиаоми Поко» не отменяет законности проведения его осмотра и не свидетельствует, о том, что информации, изъятой с указанного телефона, в нем не находилось, поскольку момент изъятия информации с указанного телефона не запечатлен фотофиксацией. Факт нахождения информации изначально в телефоне «Ксиаоми ПОКО» подтвержден показаниями специалиста ФИО13. Более того, о том, что изъятый телефон был направлен для проведения осмотра в отдел криминалистического сопровождения следствия по ПФО свидетельствуют и исследованные сопроводительные письма (т. 4 л.д. 22-24, 25-27, 28).

Не имеется оснований для признания недопустимыми доказательствами протокола осмотра предметов (документов) от 10.07.2024г., диска с файлами телефонных переговоров ФИО3 и постановления о приобщении его в качестве вещественного доказательства, поскольку исследованные в судебном заседании документы оперативно-разыскной деятельности представлены в соответствии с требованиями действующего законодательства и соответствуют ему.

Лишены оснований доводы жалобы о признании недопустимыми доказательствами протокола осмотра предметов и документов от 26.04.2024г., фототаблицы к нему, информации, предоставленной ПАО «Мегафон» и постановления о приобщении ее в качестве вещественного доказательства, поскольку из материалов уголовного дела и исследованных в судебном заседании доказательств не установлено фальсификации указанных доказательств и таких данных не представлено стороной защиты. Указанные и исследованные доказательства получены в соответствии с нормами УПК РФ и обоснованно положены в основу обвинительного приговора в отношении ФИО3

Также оснований полагать, что видеозапись, на которой Потерпевший №1 звонит неустановленное лицо и требует денежные средства под угрозой применения насилия, является постановленной, у суда не имелось. Время проведения видеосъемки согласуется с детализацией телефонных соединений. Свидетель ФИО26, предупрежденный об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, подтвердил, что именно он проводил указанную запись на свой мобильный телефон во время поступившего звонка.

Из установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что ФИО3 совершил преступление группой лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом, данный факт нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения уголовного дела, и подтверждается всеми собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями Потерпевший №1 из которых усматривается, что требования передачи денежных средств и угрозы применения насилия ей высказывал ни только ФИО3, но и другое лицо в ходе телефонного разговора, а также показаниями ФИО20 и ФИО23, которым указания об оказания давления на Потерпевший №1 давало неустановленное лицо. Таким образом, совершение указанного преступления стало возможно только в результате совместных и согласованных действий ФИО3 с неустановленным лицом, каждый из которых действовал согласно заранее распределенных ролей.

Кроме того, судом достоверно установлено, что ФИО3 не только осуществлял звонки и направлял сообщения, но и, не посвящая в преступный умысел совместно с неустановленным лицом, привлекли ФИО23 и ФИО20, которые приходили в офис к Потерпевший №1, а после разбросали под дверь Потерпевший №1 куриные лапы и испачкали дверь фекалиями. Учитывая обстоятельства совершения преступления, в ходе которого ФИО3 и неустановленное лицо не просто высказали угрозу с целью получения требуемого имущества (денежных средств) в будущем, но и приняли конкретные действия для запугивания Потерпевший №1, установили ее место жительства, данные ее детей, направили к Потерпевший №1 ФИО20 и ФИО23, суд обоснованно пришел к убеждению, что у Потерпевший №1 были все основания опасаться осуществления этих угроз, которые воспринимались потерпевшей реально.

У судебной коллегии не возникает сомнений о наличии корыстных побуждений у осужденного, поскольку целью преступных действий было получение денежного вознаграждения в сумме 5000000 рублей (цена иска по гражданскому делу о разделе имущества), при этом сумма требуемого денежного вознаграждения составила более одного миллиона рублей, что в соответствии с п. 4 примечаний к ст. 158 УК РФ является особо крупным размером.

Судебная коллегия находит, что при совершении вымогательства умысел осужденного был направлен на передачу чужого имущества, а именно получения денежных средств. Судом сделан о том, что невыполнение потерпевшей требования о передаче денежных средств не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления, что соответствует п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2015 № 56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 Уголовного кодекса Российской Федерации)», согласно которому вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование, соединенное с указанной в части 1 статьи 163 УК РФ угрозой, доведено до сведения потерпевшего. Невыполнение потерпевшим этого требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления.

В связи с изложенным, соглашаясь с оценкой доказательств, данной судом в приговоре, судебная коллегия находит, что их совокупность бесспорно подтверждает выводы суда о доказанности вины ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ – как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в целях получения имущества в особо крупном размере.

Вопреки доводам жалоб, оснований для иной квалификации, оправдания осужденного, возращения дела прокурору не имеется.

Доводы стороны защиты о вымогательстве у ФИО3 10000000 рублей, проведении в связи с этим процессуальной проверки выходят за пределы судебного разбирательства, установленные ст.252 УПК РФ.

Судебная коллегия, полагает, что общие требования судебного производства и в частности ст. 244 УПК РФ судом выполнены. Судебное следствие проведено в соответствии с требованием ст. 233 - 291 УПК РФ.

Все представленные сторонами суду доказательства в полном объеме были исследованы, а заявленные ходатайства разрешены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Основанные на законе мнения и возражения стороны защиты судом были приняты во внимание.

Как видно из протоколов судебных заседаний, председательствующий судья, выполнив требования ст. 15 УПК РФ, создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом осужденный, как и сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Предвзятого, обвинительного уклона, психического воздействия, как в ходе предварительного расследования, так и ходе судебного разбирательства, не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, у суда не имелось оснований для назначения в отношении потерпевшей Потерпевший №1 судебно-психиатрической экспертизы. Как следует из материалов уголовного дела, Потерпевший №1 на учете у врача психиатра не состоит, согласно пояснениям потерпевшей в ходе судебного заседания, она лишь однажды обращалась к врачу психиатру, при этом жалоб на психическое здоровье Потерпевший №1 в судебном заседании не высказывала.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии с оценкой доказательств по делу, данной судом, не свидетельствуют о наличии нарушений закона, которые могут повлечь отмену судебного решения, и направлены на переоценку доказательств. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией сторон, не свидетельствует о нарушении судом требований УПК РФ и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Согласно положениям статьи 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании, сомневаться в доброкачественности которых судебная коллегия оснований не находит.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, судом установлены, верно. Материалы уголовного дела не свидетельствуют о предвзятости, оказании какого-либо давления либо иной заинтересованности потерпевшей и свидетелей, чьи показания положены в основу приговора.

Суд апелляционной инстанции в силу своих полномочий проверил полноту и правильность протокола судебного заседания с учетом доводов участников стороны защиты, материалов дела и исследованных доказательств в соответствии с правовой позицией, изложенной Конституционным Судом РФ в постановлении от 14 июля 2017 года N 21-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 260 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО49", согласно которой суд апелляционной инстанции вправе самостоятельно оценить содержание протокола судебного заседания суда первой инстанции в совокупности с другими доказательствами и материалами уголовного дела.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона обязательным является ведение протокола в письменной форме, который по настоящему уголовному делу имеется. Отсутствие по техническим причинам аудиопротокола отдельной части судебного заседания, вопреки доводам стороны защиты, не является нарушением, влекущим отмену судебного решения. При этом судебная коллегия отмечает, что письменный протокол судебного заседания не искажает смысла аудиозаписи допрошенных в ходе судебного следствия свидетелей под псевдонимом «ФИО18», ФИО24 не содержит каких-либо существенных недостатков протоколирования, которые могли бы повлечь формирование неправильного представления о фактических обстоятельствах преступления и тем самым привести к постановлению неправосудного приговора.

Протокол судебного заседания суда первой инстанции соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, а постановленный приговор положениям ст. 307 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного наказание ему назначено в пределах санкции соответствующей статьи УК РФ, по правилам ст. ст. 6, 7, 43, 60, 61 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, данных о личности осужденного, его возраста и состояния здоровья, имеющегося заболевания, состояния здоровья его семьи и близких лиц, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление осужденного, на условия жизни его семьи и близких родственников, а также на достижение других целей, таких как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу, что осужденному назначено справедливое наказание, которое смягчению не подлежит.

Все обстоятельства, которые могли бы повлиять на размер назначенного наказания, были судом надлежаще учтены, формального подхода при этом допущено не было. Новых данных о смягчающих наказание осужденного обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденному наказания, в материалах дела не имеется, и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Отягчающих наказание осужденного обстоятельств не установлено.

Судом первой инстанции не установлены исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем, не имелось оснований для применения ст. 64 УК РФ, таковых не находит и судебная коллегия.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 307 УПК РФ суд привел в приговоре мотивы решения всех вопросов, связанных с назначением наказания, и, дав справедливую оценку изложенным выше обстоятельствам, пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ, приведя мотивы принятого решения.

Судом вопрос о вменяемость осужденного проверен.

Выводы суда первой инстанции о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы в условиях реальной изоляции от общества и невозможности достижения целей наказания путем назначения более мягкого наказания, надлежащим образом мотивированы. Назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы, по своему виду соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, данным о личности осужденного и иным установленным судом обстоятельствам, влияющим на определение вида наказания, аргументированная оценка которым дана в приговоре. Оснований считать назначенное судом наказание чрезмерно суровым не имеется.

Вид исправительного учреждения, назначенный осужденному ФИО3 для отбывания наказания, судом определен верно в соответствии с ч.1 ст.58 УК РФ. Сведений, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы ФИО3, суду апелляционной инстанции не предъявлено.

Потерпевшей Потерпевший №1 заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО3 в счет компенсации морального вреда денежных средств в размере 5 000 000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, принял во внимание степень вины осужденного, обстоятельства совершенного преступления, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшей Потерпевший №1, которая в результате совершенного преступления понесла нравственные страдания, учел требования разумности и справедливости, и обоснованно пришел к выводу о том, что в пользу Потерпевший №1 необходимо взыскать денежные средства в размере 300 000 рублей.

В части заявленного потерпевшей гражданского иска судом первой инстанции выполнены требования ст. 1079, 1094 ГПК РФ, требования ст. ст. 42, 44, 299, 305, 309 УПК РФ. Судебная коллегия не находит оснований для отмены либо изменения судебного решения в этой части.

Доводы апелляционных жалоб о том, что изъятые в ходе обыска по месту жительства ФИО3 денежные средства в размере 500 000 рублей принадлежат его супруге ФИО9, а потому подлежат возвращению законному владельцу, судебная коллегия находит не состоятельными. Так, наличие в материалах уголовного дела копий чеков о снятии и переводах ФИО9 денежных средств, полученных от продажи доли квартиры, не свидетельствуют о том, что изъятые в жилище ФИО3 денежные средства принадлежат ей на праве собственности. Обыск в жилище ФИО3 проходил с участием самого осужденного и понятых. Как установлено из протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ при проведении данного следственного действия, ни сам ФИО3, ни другие участвующие лица замечаний к процедуре проведения обыска не высказывали, ходатайств не заявляли. Кроме того, как установлено из протокола допроса свидетеля ФИО31 (ФИО27) А.И. она также присутствовала во время проведения обыска, однако никаких заявлений по поводу принадлежности ей изымаемых денежных средств не делала. Последующая позиция, занятая ФИО9, верно расценена судом как способ помочь своему супругу ФИО3 уклониться от возмещения вреда потерпевшей Потерпевший №1.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судом обоснованно в целях исполнения приговора в части взыскания гражданского иска был сохранен арест, наложенный на денежные средства, принадлежащие ФИО3 в размере 300000 рублей, а на денежные средства в сумме 200000 рублей отменен.

Судьба вещественных доказательств определена в соответствии с УПК РФ. Принадлежность мобильных телефонов установлена правильно, они возвращены их собственникам.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, влекущих его безусловную отмену либо изменение, судебная коллегия не усматривает.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, а также озвученные стороной защиты в суде апелляционной инстанции, решающими для исхода дела не являются, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи, с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены либо изменения приговора.

При таких обстоятельствах апелляционные жалобы осужденного ФИО3 (с дополнением) и его защитника – адвоката - ФИО10 и дополнением к ней- удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Нижегородского районного суда г. Н. Новгород от 28 января 2026 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО3 (с дополнением) и его защитника – адвоката - Макарова С.А. и дополнением к ней– без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном гл. 471 УПК РФ, а осуждённым, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения и приговора с отметкой о вступлении его в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции, о чем должен указать в поданной им жалобе.

Председательствующий: Г.А. Кисляк

Судьи: Третьякова А.Е. Н.ФИО28