Приговор № 1-238/2023 1-27/2024 от 10 июня 2024 г. по делу № 1-238/2023

Дело № 1-27/2024

УИД: 23RS0024-01-2023-001964-38


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

Краснодарский край, г. Крымск 11 июня 2024 года

Крымский районный суд Краснодарского края в составе: председательствующего - судьи Савина М.Е.,

с участием: государственных обвинителей – Крымского межрайонного прокурора Шварца К.Ю. и ст. помощника Крымского межрайонного прокурора Тонапетьяна А.А.,

потерпевшей Потерпевший №1,

подсудимого ФИО2 и его защитника - адвоката Муртазаевой М.В., представившей удостоверение № и ордер № от 29.06.2023 года,

при ведении протокола судебного заседания секретарями Лысенко Е.А. и Черкасовой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении:

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> края, гражданина Российской Федерации, <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, <данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

установил:

ФИО2 совершил преступление –умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего при следующих обстоятельствах.

18 марта 2023 года в период времени с 10 часов 00 минут до 10 часов 30 минут, более точное время не установлено, ФИО2 находясь на территории домовладения по адресу: <адрес>, в ходе бытового словесного конфликта с ранее знакомым ФИО1, спровоцированного последним, в ходе которого ФИО1, высказался в адрес ФИО2 и его близких родственников грубой нецензурной бранью, в результате чего у ФИО2, оскорбленного словами ФИО1 и озлобленного его поведением, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к нему, возник умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1

Реализуя свой преступный умысел, действуя умышленно, то есть осознавая общественную опасность своих действий и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему, и желая этого, но не предвидя наступления его смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть ее наступление, ФИО2 с достаточной силой нанес не менее двух ударов кулаком правой руки в область лица ФИО1, причинив ему повреждения в виде: ссадины в правой скуловой области по нижнему краю глазницы, кровоподтеков на верхнем веке левого глаза, на красной кайме верхней губы справа, кровоизлияния в склеру левого глаза у его внутреннего угла, субдуральной гематомы объемом 130мл., в теменно-затылочной области справа, субарахноидальных кровоизлияний на боковой поверхности височной доли правого полушария, на базальной поверхности височной доли правого полушария, в затылочной доле правого полушария, с разрывом мягкой мозговой оболочки, которые в совокупности по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью потерпевшего.

В результате указанных противоправных действий ФИО2, потерпевший ФИО1 19 марта 2023 года в 09 часов 25 минут доставлен в ГБУЗ «Крымская ЦРБ», где в тот же день в 13 часов 31 минуту наступила его смерть от закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоизлиянием под оболочки головного мозга, разрывом мягкой мозговой оболочки с последующим сдавлением вещества головного мозга субдуральной гематомой и вклинением ствольной части в большое затылочное отверстие.

Выражая мнение по предъявленному обвинению в судебном заседании, подсудимый ФИО2 свою вину в совершении преступления признал частично, поскольку не желал причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и не наносил ему четырех ударов в голову как указано в фабуле обвинения. Действительно в ходе конфликта два раза ударил его кулаком в лицо, но от этих двух ударов не мог, и не хотел причинить ему тяжкий вред, а тем более не желал его смерти, раскаивается в том, что произошло, соболезнует представителю потерпевшего.

Несмотря на частичное признание своей вины, виновность подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ полностью доказана стороной обвинения, и подтверждается следующими непосредственно исследованными в судебном заседании доказательствами.

Показаниями допрошенного в судебном заседании подсудимого ФИО2, согласно которым ФИО1 его знакомый, он проживал в доме по <адрес> в <адрес> у Свидетель №2, которому помогал по хозяйству. Свидетель №2 обеспечивал жильем ФИО1 и помогал финансово, привозил ему различные таблетки и лекарства. При этом, Свидетель №2 запрещал ФИО1 злоупотреблять алкоголем и ругал его за это. ФИО2 он тоже запрещал вместе с ним выпивать, чтобы его не спаивать. Но со слов ФИО1 ему известно, что последнее время он испытывал сильные головные боли, а когда выпивал алкоголь, ему становилось легче. 18 марта 2023 года утром он проходил мимо дома потерпевшего, который его позвал, чтобы опохмелиться. По внешним признакам ФИО1 накануне злоупотребил алкоголем. У ФИО2 с собой была бутылка водки, в связи с чем, они вместе с ФИО1 выпили примерно по 100 грамм, и он ушел на ферму работать. При этом они договорились не сообщать Свидетель №2, что вместе выпивали с утра. Однако, через время, примерно в 09 часов 30 минутему позвонил Свидетель №2 и стал ругаться, что он напоил ФИО1, и сказал прийти к ним. Вернувшись обратно, находясь во дворе вышеуказанного домовладения, в присутствии Свидетель №2 и Свидетель №3, ФИО1 подтвердил, что утром он выпивал с ФИО2, что возмутило последнего, так как они договаривались об этом не рассказывать. Кроме того, ФИО1 в присутствии Свидетель №2 и Свидетель №3 высказался в адрес ФИО2 и его родственников грубой нецензурной бранью, используя очень оскорбительные выражения, что еще больше его разозлило, после чего он с размаха ударил потерпевшего кулаком в лицо, в область носа. После этого удара ФИО1 присел и у него из носа пошла кровь. Затем потерпевший привстал и еще больше стал его оскорблять. В ответ ФИО2 с размаха нанес еще один удар кулаком по лицу ФИО1, от которого он упал на землю. После этого Свидетель №2 прогнал ФИО2 В присутствии подсудимого ни Свидетель №2, ни Свидетель №3 ударов потерпевшему не наносили. ФИО2 был немного выпившим, но данное состояние не повлияло на совершение преступления. Он дважды ударил потерпевшего в лицо именно из-за оскорблений со стороны потерпевшего. При этом ФИО1 не пытался нанести ему удар в ответ. Сожалеет о случившемся, так как не хотел таких последствий. Считает, что от двух нанесенных им ударов, не мог быть причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего и наступить его смерть. Явку с повинной написал добровольно, без оказания какого-либо давления, сведения, изложенные в протоколе явки с повинной подтверждает. Никакого давления, насилия и недозволенных методов расследования в ходе следствия к нему не применялось.

Оглашенными по ходатайству гос. обвинителя показаниями ФИО2, данными им в качестве подозреваемого и обвиняемого 22.03.2022 г. в ходе предварительного следствия, согласно которым 18 марта 2023 года около 07 часов 30 минут по дороге на работу он зашел к своему знакомому ФИО1, с которым они выпили по одной рюмке самогона. Никаких видимых телесных повреждений на ФИО1 не было. Примерно в 09 часов 36 минут ему позвонил Свидетель №2, который попросил приехать, чтобы выяснить зачем он напоил ФИО1 Прибыв к дому, где проживал ФИО1 около 10 часов 30 минут, последний в присутствии Свидетель №2 и Свидетель №3 в грубой форме указал на ФИО2, который наливал ему утром самогон. При этом ФИО1 находился уже в состоянии сильного алкогольного опьянения. ФИО2 разозлили слова ФИО1, который в присутствии посторонних оскорбил его нецензурной бранью, в связи с чем, подойдя к нему он нанес ему два удара кулаками по лицу, от которых он упал на землю и у него из носа пошла кровь. При этом на вопрос следователя ФИО2 уточнил, что первый удар он с силой нанес кулаком правой руки, а второй удар ладонью в область лица(том 1 л.д. 74-78, 86-89).

Оглашенными показаниями ФИО2, данными им в качестве обвиняемого 17.05.2023 года, согласно которым конфликт с ФИО1 произошел 18 марта 2023 года в период с 10 часов до 10 часов 30 минут. При этом первый удар ФИО2 нанес кулаком правой рукой в нос ФИО1, а второй удар ладонью правой руки наотмашь в левую часть лица. Раскаивается, что нанес два удара и очень сожалеет о том, что ФИО1 умер. Явку с повинной давал сотрудникам полиции добровольно (том 1 л.д. 135-144).

После оглашения показаний ФИО2 их подтвердил и уточнил, что действительно нанес два удара в лицо потерпевшему, один кулаком, второй ладонью.

Показаниями потерпевшей Потерпевший №1 данными в судебном заседании, установлено, что потерпевший ФИО1 приходился ей родным братом. 20 марта 2023 года ей позвонила его бывшая супруга ФИО20 и сообщила, что 19 марта 2023 года ее брат умер в больнице. Поскольку она проживает в <адрес>, то в основном с братом общалась по телефону, в том числе по видеосвязи. Ей известно, что ФИО1 проживал в доме у Свидетель №2, которому помогал работать на ферме. В ходе разговора с братом 27 февраля 2023 года по видеосвязи, последний сообщил ей, что Свидетель №2 избил его из-за постоянных пьянок, но он в больницу не обратился. Со слов брата ей известно они часто ругались с Свидетель №2 из-за пьянок ФИО1, но быстро мирились. После этого, в ходе телефонных разговоров брат жаловался на головную боль, говорил, что алкоголь помогает ему снизить болевые ощущения. Подсудимый ФИО2 ей не знаком, брат никогда о нем не рассказывал. Уже по приезду в <адрес> от следователя ей стало известно, что ФИО2 в ходе распития алкоголя два раза ударил брата в лицо, от чего он впоследствии умер в больнице. По характеру ФИО1 очень вспыльчивый, но добрый и очень работящий, поэтому Свидетель №2 и держал его у себя на ферме. ФИО1 служил в армии, являлся участником боевых действий, имел контузии.

Показаниями допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №2, согласно которым более 10 лет ФИО1 проживал у него в доме по адресу: <адрес>, где помогал ему по хозяйству. Свидетель №2 занимался домашним хозяйством разведением скота и птицы, выращивал, продавал, часть прибыли делил с ФИО1 Последнее время ФИО1 злоупотреблял алкоголем, с чем пытался бороться Свидетель №2, запрещая ему пить. ФИО1 жаловался на плохое самочувствие, говорил, что его беспокоит давление, глаза болят. В марте 2023 года, точную дату не помнит, утром он приехал по указанному адресу, чтобы наколоть дров. Во дворе обнаружил ФИО1, который уже находился в состоянии алкогольного опьянения. На предмет наличия телесных повреждений на лице ФИО1, он его не разглядывал. На его вопрос с кем он пил, ФИО1 ответил, что к нему приходил ФИО2, с которым они употребили алкоголь. Свидетель №2 позвонил ФИО2, чтобы выяснить зачем он спаивает ФИО1 и попросил приехать. Одновременно Свидетель №2 поехал к своему знакомому Свидетель №3, чтобы тот помог ему наколоть дров, так как ФИО1 был не в состоянии работать. По приезду ФИО2, между ним и ФИО1 завязался словесный конфликт из-за того, что ФИО1 сообщил Свидетель №2 о том, что употреблял алкоголь с ФИО2, против чего Свидетель №2 категорически возражал. В ходе конфликта ФИО1,А. стал оскорблять ФИО2 нецензурной бранью и ФИО2 нанес ему несколько ударов кулаком в лицо (3-4 удара), от которых он завалился на землю. Свидетель №2 сразу прогнал ФИО9 Когда ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, он становился конфликтным и часто дрался с теми, с кем употреблял алкоголь, мог кинуться с кулаками и на Свидетель №2После этого конфликта ФИО1 некоторое время просидел на деревянном пне, разговаривал, после чего завалился на землю и лежал. Свидетель №2 вместе с Свидетель №3 занимались рубкой дров. Через некоторое время они с Свидетель №3 перенесли ФИО1 в салон припаркованного во дворе автомобиля «ГАЗ» модели «2410», так как ФИО1 заснул во дворе на земле. Уезжая домой он попытался его разбудить, но он крепко спал и храпел в машине. Свидетель №2 думал, что он проспится и пойдет в дом, поскольку это часто бывало. Утром следующего дня приехав на тоже место, обнаружил, что ФИО1 спит в машине без сознания, после чего вызвал ему бригаду скорой помощи.

Показаниями свидетеля Свидетель №3, допрошенного в судебном заседании, из которых следует, что он являлся очевидцем конфликта между ФИО2 и ФИО1 во дворе у Свидетель №2 по <адрес> в <адрес>. Точную дату, когда это произошло не помнит. Ему позвонил Свидетель №2 и попросил приехать, чтобы помочь ему наколоть дров. По приезду во дворе он увидел подсудимого ФИО2 и ФИО1, у которого до этого он никаких телесных повреждений не видел. Свидетель №2 в его присутствии хотел выяснить с кем ФИО1 употреблял утром алкоголь. В ходе этого разговора ФИО1 выразился в адрес ФИО2 нецензурной бранью, между ними завязался словесный конфликт, в ходе которого ФИО2 с приличной силой нанес не менее двух ударов кулаком в область лица ФИО1 От ударов ФИО1 упал на землю. Свидетель №2 прогнал ФИО2 После этого они с Свидетель №2 кололи дрова во дворе.

Ст. следователь следственного отдела по Крымскому району СУ СК РФ по КК ФИО3, допрошенная в судебном заседании, показала, что в ее производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО2 19 марта 2023 года ею составлен протокол осмотра трупа ФИО1 Осмотр проводился в помещении Крымского отделения ГБУЗ «Бюро СМЭ» с участием судебно-медицинского эксперта ФИО13, которая указывала ей на видимые телесные повреждения на трупе, и убедившись в их наличии, она отразила их в протоколе осмотра. В ходе осмотра следователь применяла фотографирование. Допускает, что в ходе данного следственного действия установлены не все повреждения, поскольку осмотр проводился до вскрытия, через непродолжительное время после смерти, то есть без детального исследования трупа ФИО1 Все что было установлено в ходе осмотра, отражено ею в протоколе. Кроме того, материалы уголовного дела были представлены ею для ознакомления стороне защиты. На момент ознакомления с материалами уголовного дела, заключение эксперта № от 18.05.2023 года находилось в материалах уголовного дела. Никаким изменениям в части ответов экспертом на вопросы (в том числе на вопрос № 7 в части количества ударных воздействий), данное заключение не подвергалось.

Из показаний судебно-медицинского эксперта ФИО13, допрошенной в судебном заседании установлено, что она принимала участие в осмотре трупа ФИО1 следователем ФИО3 Осмотр проводился в помещении Крымского отделения ГБУЗ «Бюро СМЭ». Потерпевший скончался в больнице и доставлен в морг на каталке. На теле трупа имелись катетеры, медицинские наклейки и бинты. Это был внешний предварительный осмотр с целью установления наличия или отсутствия прижизненных внешних воздействий (ран, ссадин, кровоподтеков), в том числе ударных. То есть, ее задачей являлось указать следователю умер человек своей смертью, либо в результате воздействия каких-то факторов внешней среды. Грубых травм (ран, переломов) при внешнем осмотре эксперт не обнаружила. Внешние видимые повреждения на трупе, которые она увидела, следователь отразила в протоколе. Допускает, что могла сообщить следователю не все повреждения, поскольку это был предварительный осмотр, не детальный. Точное количество, локализация и характер повреждений указывается уже при детальном исследовании трупа при вскрытии с описанием повреждений, их размеров и т.д. Согласно фотоснимкам к протоколу осмотра трупа, она не видит внешних телесных повреждений в области височной (лобной) части головы. Повреждение определяется только после вскрытия кожного лоскута экспертом. В данном случае это возможно сравнить с фотоснимками эксперта, проводившего внутреннее исследование и будет понятно какие установлены повреждения.

Кроме показаний подсудимого, потерпевшей, свидетелей и эксперта, виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления, подтверждается непосредственно исследованными в судебном заседании сведениями, содержащимися в письменных доказательствах, а именно в протоколах следственных действий и заключениях экспертов, иных документах, а также показаниями эксперта:

- протоколом явки с повинной ФИО2 от 21.03.2023 г., согласно которому, он собственноручно и добровольно, без оказания какого-либо воздействия со стороны сотрудников полиции, сообщил о том, что 18 марта 2023 года находясь по адресу: <адрес>, нанес несколько ударов рукой мужчине по имени ФИО1, от которых он упал на землю и у него из носа пошла кровь (том 1 л.д. 53-54);

- заключением эксперта № от 31.03.2023 года по проведенной судебно-медицинской экспертизе, при производстве которой эксперт в результате исследования и осмотра ФИО2 пришел к выводу о том, что видимых телесных повреждений не обнаружено (том 1 л.д. 239-240);

- копией карты вызова бригады скорой медицинской помощи ГБУЗ «Крымская ЦРБ», согласно которой 19 марта 2023 года в 07 часов 35 минут в экстренную службу поступил звонок с абонентского номера № сообщивший о том, что его друг ФИО1 после употребления алкоголя проспал 20 часов, дышит, но не просыпается. Вызов осуществлен на адрес: <адрес>, после чего в 09:25 ФИО1 доставлен в больницу (том 2 л.д. 77-78);

- протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от 19марта 2023 года, согласно которому осмотрена придомовая территория домовладения по адресу: <адрес>. Осмотром указанной территории установлено наличие одноэтажного домовладения с навесом и хозяйственные постройки. За двором обнаружен автомобиль «Волга» светло-голубого цвета, регистрационный знак №, в салоне которого обнаружена пачка сигарет, калоши черного цвета. Вблизи указанного автомобиля обнаружены колотые дрова (том 1 л.д. 15-21);

- протоколом проверки показаний на месте от 22.03.2023 г. и фототаблицей к нему, согласно которому обвиняемый ФИО2 в присутствии своего защитника добровольно сообщил о том, что 18 марта 2023 года в приблизительный период времени с 09 часов 30 минут до 11 часов, находясь по адресу: <адрес>, в ходе конфликта с ФИО1, который стал его оскорблять в присутствии Свидетель №2 и Свидетель №3, от злости нанес два удара в лицо ФИО1, один из которых ладонью, второй кулаком. От полученных ударов ФИО1 упал на землю, у него из носа пошла кровь. Свои действия на месте происшествия и нанесение ударов в лицо потерпевшему, ФИО2 продемонстрировал при помощи манекена (том 1 л.д. 93-105);

- протоколом проверки показаний на месте от 18.04.2023 г. и фототаблицей к нему, согласно которому свидетель Свидетель №2 при проведении данного следственного действия воспроизвел обстановку и обстоятельства совершенного ФИО2 преступления в отношении ФИО1, непосредственно указав и на месте продемонстрировав с помощью манекена, как 18.03.2023 ФИО2, находясь по адресу: <адрес>, в ходе словесного конфликта и после оскорблений со стороны ФИО1, разозлившись н апоследнего нанес ему три-четыре удара кулаком в область лица, от которых он упал на землю. После этого ФИО1 находясь в состоянии алкогольного опьянения лежал на земле, в связи с чем, Свидетель №2 вместе с Свидетель №3 перенесли его в салон автомобиля, где он спал. На следующий день 19.03.2023 года Свидетель №2 обнаружил ФИО1 на том же месте в автомобиле и вызвал скорую помощь (том 1 л.д. 172-187);

- протоколом очной ставки между свидетелем Свидетель №2 и обвиняемым ФИО2 от 23.03.2023 года, согласно которому Свидетель №2 подтвердил, что 18.03.2023 года в его присутствии ФИО2 после услышанных оскорблений в свой адрес со стороны ФИО1, нанес последнему 3-4 удара кулаком правой руки по лицу. После этих ударов ФИО1 упал на землю и у него из носа пошла кровь. В ходе очной ставки ФИО2 подтвердил показания свидетеля Свидетель №2 за исключением количества нанесенных им ударов и показал, что нанес потерпевшему всего два удара (том 2 л.д. 37-43);

- протоколом проверки показаний на месте от 18.04.2023 г. и фототаблицей к нему, согласно которому свидетель Свидетель №3 при проведении данного следственного действия воспроизвел обстановку и обстоятельства совершенного ФИО2 преступления в отношении ФИО1 Так, из показаний свидетеля установлено, что он являлся очевидцем как 18.03.2023 ФИО2, находясь по адресу: <адрес>, нанес около 3-4 ударов кулаком правой руки в область лица ФИО1, от которых он упал на землю. Конфликт произошел из-за того, что ФИО1 в присутствии ФИО2 рассказал Свидетель №2, что употреблял алкоголь вместе с ФИО2, при этом высказал оскорбления в адрес последнего. После этих оскорблений ФИО2 разозлившись на ФИО1 нанес ему удары. Действия ФИО2 и обстановку на месте преступления, свидетель Свидетель №3 продемонстрировал с помощью манекена. Кроме того, свидетель показал, что после этого он вместе с Свидетель №2 усадили ФИО1 в салон автомобиля Волга, который находился неподалеку, чтобы он не лежал на земле (том 1 л.д. 199-212);

- протоколом очной ставки между свидетелем Свидетель №3 и обвиняемым ФИО2 от 23.03.2023 года, согласно которому свидетель подтвердил, что 18.03.2023 года в его присутствии между ФИО1 и ФИО2 возникла ссора по поводу распития алкоголя, в ходе которой ФИО1 оскорбил ФИО2, в связи с чем, последний нанес 2-3 удара кулаком правой руки по лицу ФИО1, в том числе в область носа. От полученных ударов ФИО1 упал на землю и у него из носа пошла кровь. До этого свидетель не видел у ФИО1 телесных повреждений. В ходе очной ставки ФИО2 подтвердил показания свидетеля Свидетель №3 (том 2 л.д. 44-50);

- протоколом осмотра трупа от 19.03.2023 и фототаблицей к нему, согласно которому в Крымском отделении ГБУЗ «Бюро СМЭ» МЗ КК с участием эксперта ФИО13 при осмотре трупа ФИО1 установлены следующие телесные повреждения: на красной кайме верхней губы – кровоподтек сине-красного цвета, кровоизлияние в склеру у внутреннего угла левого глаза (том 1 л.д. 23-27);

- протоколом осмотра места происшествия от 19 марта 2023 года, согласно которому в ходе осмотра служебного помещения ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК по адресу: <адрес>, обнаружена и изъята медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь № на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 2 л.д. 51-53);

- протоколом осмотра предметов от 19 марта 2023 года, согласно которому осмотрена медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь № на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В ходе осмотра установлено время поступления ФИО1 в ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК (19.03.2023 в 09 часов 25 минут), диагноз при направлении: «Кома алкогольная», предварительный диагноз: «ЗЧМТ. Ушиб мозга, алкогольная кома», а также указано основное заболевание: «ЗЧМТ. Субдуральная большая гематома справа дислокация головного мозга?», а также установлены дата и время смерти ФИО1 (19.03.2023 в 13 часов 31 минуту) диагноз: «ЗЧМТ. Субдуральная гематома»(том 2 л.д. 54-66);

- постановлением следователя следственного отдела по Крымскому району следственного управления СК РФ по КК ФИО11 от 14ноября 2023 года, согласно которому по доводам защитника Муртазаевой М.В. о возможной фальсификации доказательств по уголовному делу, выраженной в изменении ответа на вопрос № экспертного заключения № от 18.05.2023 года в части количества ударных воздействий проведена проверка в порядке ст.144-145 УПК РФ (материал проверки КРСП №пр-23), по результатам которой на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ принято решение об в отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 303 УК РФ. Из описательно-мотивировочной части указанного постановления видно, что в ходе проверки каких-либо следов изменений текста в виде вставок, добавлений, подчистки и т.д. не установлено. Доводы защитника не нашли своего подтверждения (том 2 л.д. 247, Том 3 л.д. 1-3);

- заключением эксперта № от 12.04.2023 по проведенной судебно-медицинской экспертизе, при производстве которой эксперт в результате исследования трупа ФИО1 обнаружил следующие повреждения в области головы: ссадина в правой скуловой области по нижнему краю глазницы, кровоподтеки на верхнем веке левого глаза, на красной кайме верхней губы справа, кровоизлияние в склеру левого глаза у его внутреннего угла, субдуральная гематома объемом 130 мл., в теменно-затылочной области справа, субарахноидальные кровоизлияния на боковой поверхности височной доли правого полушария, на базальной поверхности височной доли правого полушария, в затылочной доле правого полушария, с разрывом мягкой мозговой оболочки, а также иные повреждения в области грудной клетки, живота и конечностей, которые причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, так как по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни. Смерть ФИО1 наступила 19.03.2023 года в 13 часов 31 минуту в реанимационном отделении ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК в результате закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоизлиянием под оболочки головного мозга, разрывом мягкой мозговой оболочки с последующим сдавлением вещества головного мозга субдуральной гематомой и вклинением стволовой части в большое затылочное отверстие. При производстве экспертизы от трупа получены образцы крови, образцы волос из 5-ти областей головы (Том 1 л.д. 228-233);

- протоколом осмотра предметов от 13.04.2023 года и фототаблицей к нему, согласно которому без вскрытия упаковки осмотрены шесть бумажных конвертов коричневого цвета с образцами волос из головы, крови ФИО1, полученные в ходе производства судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 (том 2 л.д. 69-72);

- заключением эксперта № от 18.05.2023 года по проведенной судебно-медицинской экспертизе по медицинским документам трупа ФИО1, при производстве которой эксперт в результате исследования документов пришел к аналогичным выводам о причине и давности смерти ФИО1 в результате закрытой черепно-мозговой травмы, изложенным им в заключении № от 12.04.2023 года, а также в части обнаруженных повреждений в области головы и разграничил их с иными повреждениями в области грудной клетки, живота и конечностей. При этом экспертом установлено, что повреждения в области головы: ссадина в правой скуловой области по нижнему краю глазницы, кровоподтеки на верхнем веке левого глаза, на красной кайме верхней губы справа, кровоизлияние в склеру левого глаза у его внутреннего угла, субдуральная гематома объемом 130 мл., в теменно-затылочной области справа, субарахноидальные кровоизлияния на боковой поверхности височной доли правого полушария, на базальной поверхности височной доли правого полушария, в затылочной доле правого полушария, с разрывом мягкой мозговой оболочки, в совокупности причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, так как по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни. Кроме того, эксперт пришел к выводам о том, что между полученными повреждениями в области головы и наступлением смерти имеется прямая причинная связь. Ссадина и кровоподтеки на голове являются точками приложения силы для образования черепно-мозговой травмы, их степень вреда здоровью оценена в совокупности с повреждениями оболочек головного мозга. После получения повреждений в области головы ФИО1 находился в состоянии оглушения, однако мог совершать самостоятельные действия – передвигаться, говорить, пока нарастало кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку, а после ее разрыва и кровоизлияние под твердую мозговую оболочку, с образованием субдуральной гематомы. Образование этих повреждений, с учетом их расположения в разных плоскостях головы в результате однократного падения с высоты собственного роста исключается. Все повреждения одной давности, около суток на момент наступления смерти и причинены от действия твердого тупого предмета, индивидуальные свойства которого не отобразились, не исключено образование их в результате не менее двух отдельных ударов рукой, обутой ногой и другими твердыми тупыми предметами. Повреждения в области грудной клетки, живота и конечностей не повлекли вреда здоровью и не состоят в причинной связи со смертью (том 2 л.д. 27-31);

- иным документом - актом судебно-гистологического исследования № от 06.04.2023 года и СД-диском с 9 файлами фотоизображений трупа ФИО1 исследованных в судебном заседании с участием судебно-медицинского эксперта ФИО12, согласно которым в результате гистологии органов от трупа установлено наличие гематомы твердой мозговой оболочки, субарахноидальное кровоизлияние. На фотоснимках изображен труп потерпевшего при производстве судебно-медицинской экспертизы. В ходе осмотра фотоснимков эксперт наглядно продемонстрировал и разъяснил давность и причины образования обнаруженных им внешних и внутренних повреждений в области головы с учетом гистологического исследования. При этом уточнил, что в области свода черепа потерпевшего повреждений не обнаружено(Том 3 л.д. 49-52).

- иным документом исследованным в судебном заседании с участием судебно-медицинского эксперта ФИО12 - СД-диском предоставленным следователем ФИО3 с фотоснимками к протоколу осмотра трупа от19.03.2023 (том 1 л.д. 23-27), согласно которому эксперт ФИО12 пояснил, что в лобно-височной области справа повреждений нет, на фотоснимках запечатлено не повреждение, а трупное пятно, которое повторяет форму сосудов и так проявляется. Трупное пятно - это ранний и достоверный признак смерти человека, когда кровь из кровеносных сосудов начинает выходить в ткани (Том 3 л.д. 47-48).

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО12 в целях разъяснения проводимых им экспертных исследованиях № от 12.04.2023 года и № от 18.05.2023 года, выводы которых изложены выше показал, что смерть ФИО1 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоизлиянием под оболочки головного мозга с образованием внутричерепной гематомы, которая сдавила головной мозг и вклинила стволовую часть в большое затылочное отверстие. Большое затылочное отверстие - это основание черепа и место перехода головного мозга в спинной мозг. Гематома образовалась в результате разрыва мягкой мозговой оболочки, которая непосредственно покрывает вещество головного мозга. В заключении это отражено как разрыв мягкой мозговой оболочки вместе с субарахноидальным кровоизлиянием под мозговую оболочку. При этом установлено два очага повреждения мягкой мозговой оболочки, один из которых привел к ее разрыву, в результате чего кровь устремилась между веществом головного мозга и твердой мозговой оболочкой. В итоге скопившаяся кровь сдавила головной мозг. В результате гистологического исследования было установлено, что гематома свежая, ее давность менее 24 часов, то есть примерно в пределах первых суток, поэтому период нарастания гематомы длился несколько часов. Иной, более старой по времени образования гематомы, им не обнаружено. Гематома образовалась в теменно-затылочной области головы справа. Точки приложения силы для образования данной травмы расположены на лице трупа ФИО1, это три повреждения: в области левого глаза, на красной кайме верхней губы справа и в правой скуловой области. Считает, что повреждения в области верхней губы и скуловой области справа, могли быть причинены в результате одного ударного воздействия, так как расположены в одной области. Таким образом, эксперт сделал достоверный вывод, что имело место не менее двух отдельных ударов в область лица (двух точек приложения силы). Один удар в область левого глаза, второй удар в область верхней губы (рта), от которых и был поврежден мозг. Не исключает, что ударов могло быть больше. При этом, им обнаружено два отдельных очага воздействия на повреждение мягких мозговых оболочек, один из которых и выдал ее разрыв. Вообще такая гематома могла образоваться даже от одного удара в лицо, либо в область глаза, либо в область рта. Травматических точек воздействия в области свода черепа, им не установлено, только в области лица. Отдельно оценивать степень вреда здоровью от повреждений(ссадины и кровоподтеков) на лице нельзя, потому как они являлись точками приложения силы для образования тяжелой травмы и повреждения оболочек головного мозга. Эти повреждения на лице, явились следствием образования тяжелой черепно-мозговой травмы и впоследствии привели к смерти. Такие повреждения не могли быть причинены в результате падения человека. Указание им в экспертном заключении, что эти повреждения обнаружены в области головы (а не лица), не является противоречием, потому как лицо – это передняя часть головы, а иные повреждения в области туловища и конечной, находятся за пределами головы. При производстве экспертного исследования № от 18.05.2023 года он разграничил повреждения в области головы трупа ФИО1, которые причинили ему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, от которых наступила его смерть, с иными повреждениями в области грудной клетки, живота и конечностей, которые не причинили вреда здоровью и не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. Никаких противоречий между двумя заключениями № от 12.04.2023 года и № от 18.05.2023 года не имеется. При судебно-медицинском исследовании он применял фотографирование повреждений.

Таким образом, виновность ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, доказана совокупностью непосредственно исследованных судом доказательств, изложенных выше, которые проверены и оценены судом в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Положенные в основу приговора доказательства добыты в соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд признает их допустимыми, так как они в силу ст. 73 УПК РФ содержат сведения о времени, месте и способе совершения преступления; количестве, характере, локализации и тяжести причиненных потерпевшему телесных повреждений, причинно-следственной связи причиненных повреждений с наступившими последствиями в виде смерти ФИО1

Изложенные в приговоре доказательства позволяют сформировать полную картину совершенного преступления.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 сослался на отсутствие у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1, тем более он не предвидел наступления его смерти. Считает, что должен нести ответственность за нанесенные 2 удара по лицу потерпевшего, которые не причинили ему тяжкий вред здоровью, и не могут находиться в прямой причинной связи со смертью.

Однако, доводы подсудимого и версию стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО2 состава инкриминируемого преступления и его непричастности к совершенному преступлению, суд считает не состоятельными, поскольку в судебном заседании установлено иное.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, характеризуется двойной формой вины: умыслом (прямым или косвенным) на причинение тяжкого вреда здоровью и неосторожностью по отношению к наступившему последствию - смерти потерпевшего.

В соответствии со ст. 25 УК РФ, преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Согласно статьи 27 УК РФ если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление, признается совершенным умышленно.

Так, судом установлено, что ФИО2 18 марта 2023 года умышленно с достаточной силой нанес ФИО1 не менее 2 ударов кулаком руки в область лица, в результате которых повредились оболочки головного мозга и образовалась гематома, что привело к тяжелой черепно-мозговой травме, которая явилась причиной смерти потерпевшего ФИО1 наступившей в больнице 19 марта 2023 года.

Вопреки позиции стороны защиты причина смерти потерпевшего, локализация и характер обнаруженных у него телесных повреждений в области головы, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, достоверно установлены заключениями судебно-медицинского эксперта № от 12.04.2023 года и № от 18.05.2023 года, содержание которых подробно изложено в приговоре (Том 1 л.д. 228-233, том 2 л.д. 27-31).

Судебно-медицинский эксперт ФИО12 в судебном заседании подтвердил свои выводы и разъяснил, что гематома у потерпевшего ФИО1 образовалась в теменно-затылочной области головы справа в результате травмирующих воздействий в области лица. С учетом установленных им точек приложения силы, потерпевшему нанесено не менее двух отдельных ударов в лицо. Один удар в область левого глаза, второй удар в область верхней губы (рта), от которых и был поврежден головной мозг.

Поэтому версию подсудимого о том, что тяжкий вред здоровью не мог быть причинен потерпевшему ФИО1 в результате двух ударов кулаком в лицо, суд оценивает критически и отвергает, поскольку лицо человека является передней частью головы, а рука (в том числе кулак и ладонь) также может выступать твердым тупым предметом, что отражено в заключении эксперта.

По мнению защитника Муртазаевой М.В. исследованные в судебном заседании заключения судебно-медицинского эксперта № от 12.04.2023 года и № от 18.05.2023 года, являются противоречивыми и не соответствуют медицинским критериям. Так, в частности, эксперт объединил в совокупность в заключении № признаки в отношении повреждений повлекших тяжкий вред здоровью и повреждений не причинивших вреда здоровью. В заключении № допустил противоречие в части того, что повреждения могли образоваться в результате воздействия тупого твердого предмета, либо падения о таковой (ответ на вопрос3). При этом в ответе на вопрос 8 эксперт полностью исключил образование повреждений при падении. В заключениях экспертом не разъяснена прямая причинная связь между обнаруженными повреждениями и наступлением смерти. Кроме того, выводы эксперта о давности субдуральной гематомы в пределах суток являются предположением, не могут быть признаны достоверными и обоснованными. Ответ эксперта на 7 вопрос заключения №, находящегося в материалах дела, отличается от ответа на тот же вопрос в копии заключения, которое получено защитником при ознакомлении с материалами дела. Защитник считает, что вышеуказанные заключения судебно-медицинского эксперта не могут быть положены в основу любого решения, в связи с чем, просит признать их недопустимыми доказательствами (том 2 л.д. 224-238).

Доводы защитника Муртазаевой М.В.о недопустимости доказательств в указанной части, суд считает несостоятельными и отвергает по следующим основаниям.

Согласно пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 N 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым по основаниям, указанным в пункте 3 части 2 статьи 75 УПК РФ, суд должен в каждом случае выяснять, в чем конкретно выразилось допущенное нарушение.

Те доводы, на которые указывает защитник, не могут являться основанием для признания экспертных заключений недопустимым доказательством.

Вопреки позиции защитника заключения судебно-медицинского эксперта № от 12.04.2023 года и № от 18.05.2023 года не содержат никаких противоречий. Заключения содержат в себе исследовательскую часть и выводы, из которых видно на основании каких сведений и данных, эксперт пришел к заключению о повреждениях обнаруженных на трупе ФИО1, механизме и причинах их образования, степени тяжести причиненного ему вреда здоровью, опасного для жизни и прямой причинной связи между полученными повреждениями и наступлением смерти.

В судебном заседании допрошенный судебно-медицинский эксперт ФИО12, достаточно подробно разъяснил свои заключения и ответил на все интересующие участников процесса вопросы. При этом судом в присутствии эксперта исследованы фотоснимки, полученные при проведении экспертизы трупа ФИО1, в ходе чего эксперт наглядно продемонстрировал почему и как возникла в голове гематома от полученных ударов в лицо, обосновал давность ее образования в пределах суток и не оставил никаких сомнений и неясностей сделанных им выводов.

Первоначально установленные в заключении № повреждения на трупе ФИО1 в области головы, грудной клетки, живота и конечностей, впоследствии разграничены экспертом, что отражено в заключении №. При этом экспертом определено какие повреждения причинили тяжкий вред здоровью опасный для жизни человека, а какие не повлекли вреда здоровью, что не является противоречием, а свидетельствует об обоснованности и полноте исследования (Том 2 л.д. 27-31).

Также, является ошибочным понимание адвоката выводов эксперта в части образования повреждений в результате падения, поскольку ответы эксперта на вопросы № и № содержат разную информацию о причинах образования повреждений и возможности их получения при однократном падении с высоты собственного роста.

Так, отвечая на 3 вопрос в заключении № экспертом указано о причинах образования черепно-мозговой травмы в результате ударов в лицо (точки приложения силы – ссадина и кровоподтеки). Аналогичным образом эксперт ответил, что повреждения грудной клетки, живота и конечностей, которые не причинили вреда здоровью потерпевшего и не состоят в прямой причинной связи с наступлением его смерти, могли образоваться от воздействия твердого тупого предмета, либо падении на таковой.

Давая ответ на 8 вопрос в том же заключении, эксперт исключил возможность образования вышеуказанных повреждений с учетом их множественности, расположения в разных плоскостях головы и анатомических областях тела, в результате однократного падения с высоты собственного роста.

Из этого следует, что никаких противоречий в ответах на вопросы не имеется.

Версия защитника о том, что проведенные по делу судебно-медицинские экспертизы носят предположительный характер, основана на не правильном толковании экспертных заключений и требований закона, и не может являться безусловным основанием для признания доказательств не допустимыми.

Позицию адвоката об изменении ответа на 7 вопрос заключения №, после ознакомления с материалами дела, суд считает несостоятельной и отвергает, поскольку допрошенная судом в целях проверки этих доводов следователь ФИО3 это опровергла и подтвердила, что никаким изменениям в части ответов экспертом на вопросы (в том числе на вопрос № в части количества ударных воздействий) данное заключение не подвергалось.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства по делу судом принимались достаточные и эффективные меры по проверке этих доводов защитника, которые также не нашли своего подтверждения в ходе проведенной проверки в рамках ст.ст. 144-145 УПК РФ, о чем в материалы дела представлено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 14 ноября 2023 года (том 2 л.д. 247, Том 3 л.д. 1-3).

Оценивая указанное постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 14 ноября 2023 года, суд приходит к выводу о том, что процессуальная проверка по доводам защитника проведена полно, объективно и всесторонне, что нашло свое мотивированное обоснование в вышеназванном постановлении.

Доводы защитника Муртазаевой М.В. на литературные издания о трактовании ссадин и кровоподтеков, которые как правило не причиняют вреда здоровью человеку, а также теоретической возможности происхождения субдуральной гематомы, носят общий и абстрактный характер, не связаны с экспертными исследованиями по настоящему уголовному делу, а поэтому не могут поставить под сомнение выводы судебно-медицинского эксперта ФИО12, который непосредственно проводил исследование трупа ФИО1

Вопреки доводам защитника гистологическое исследование органов от трупа ФИО1 никоем образом не противоречит выводам эксперта ФИО12, а наоборот подтверждает наличие гематомы твердой мозговой оболочки и субарахноидального кровоизлияния (Том 3 л.д. 49-52).

Положенные в основу приговора заключения эксперта № и № получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, отвечают требованиям положений ст.ст. 195, 196 и 204 УПК РФ, так как в них зафиксирован ход, условия и результаты исследований (в том числе гистологического), с указанием примененных методик, выводы по поставленным вопросам и их обоснование. Указанные заключения в совокупности с показаниями (разъяснениями) судебно-медицинского эксперта ФИО12 отражают объективную действительность и не вызывают сомнений в их достоверности. Кроме того, заключения содержат заверенные подписями эксперта записи, удостоверяющие разъяснение прав и обязанности, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, а также эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений по ст. 307 УК РФ.

В этой связи, суд приходит к убеждению, что заключения эксперта являются допустимыми доказательствами и могут использоваться в доказывании.

Анализируя и оценивая исследованные судом доказательства, суд приходит к выводу, что в судебном заседании установлено время, место и обстоятельства совершенного преступления, что нашло свое отражение как в показаниях самого подсудимого, так и показаниях потерпевшей, свидетелей по делу, а также в письменных доказательствах и иных документах, которые взаимодополняют друг друга.

В ходе осмотра места происшествия придомовой территории по адресу: <адрес>, установлено место совершения преступления – где ФИО2 18 марта 2023 года нанес два удара в лицо ФИО1 (том 1 л.д. 15-21).

19 марта 2023 года в 09 часов 25 минут ФИО1 бригадой скорой медицинской помощи доставлен в больницу, где установлен предварительный диагноз «ЗЧМТ. Субдуральная гематома» и в 13 часов 31 минуту наступила его смерть, что подтверждается копией карты вызова и протоколами осмотра (том 2 л.д. 77-78, 51-53, 54-66).

При первоначальном осмотре следователем ФИО3 трупа ФИО1 в Крымском отделении «Бюро СМЭ» 19.03.2023 года с участием судебно-медицинского эксперта ФИО13, обнаружены повреждения в области головы: на красной кайме верхней губы – кровоподтек сине-красного цвета, кровоизлияние в склеру у внутреннего угла левого глаза (том 1 л.д. 23-27).

По мнению защитника Муртазаевой М.В. в этом протоколе осмотра трупа, а также в заключениях эксперта № и № отражены не все повреждения. В частности при увеличении фотоснимков к протоколу осмотра трупа, защитником установлено наличие повреждений в правой лобно-височной области головы, на правой брови, на верхнем веке правого глаза и другие (том 2 л.д. 236-238).

Допрошенная в этой связи следователь ФИО3 в суде показала, что фиксировала в протоколе повреждения, которые ей называла эксперт и допускает, что не все повреждения были отражены, так как осмотр являлся предварительным, проводился до вскрытия трупа.

Судебно-медицинский эксперт ФИО13 в суде показала, что ее задачей при внешнем осмотре трупа ФИО1, являлось визуальное определение наличия признаков криминальной травмы. Поэтому детальное исследование в ходе осмотра не проводилось. При этом обозревая в суде фотоснимки к протоколу осмотра трупа, она не увидела внешних телесных повреждений в области височной (лобной) части головы. Все повреждения с достоверностью определяются только после вскрытия кожного лоскута экспертом.

Обозревая в судебном заседании СД-диск с фотоснимками к протоколу осмотра трупа от 19.03.2023, судебно-медицинский эксперт ФИО12, проводивший вскрытие трупа ФИО1 разъяснил, что в лобно-височной области справа повреждений нет, на фотоснимках запечатлено не повреждение, а трупное пятно. Тоже трупное пятно отражено на представленных для обозрения защитником увеличенных фотоснимках (Том 3 л.д. 47-48, Том 2 л.д. 237-238).

Таким образом, судом установлено, что в протоколе осмотра трупа от 19.03.2023 года действительно отражено меньше повреждений, чем обнаружено в результате вскрытия трупа ФИО1 и указано в заключениях эксперта № и №, однако это не ставит под сомнение указанные доказательства и не свидетельствует об их противоречивости.

По убеждению суда это вызвано самой природой следственного действия (осмотр трупа), которое не предусматривает детальное исследование трупа как при судебно-медицинском исследовании.

Ссылку защитника Муртазаевой М.В. на представленные ею увеличенные фотоснимки к протоколу осмотра трупа от 19.03.2023 года, как доказательства наличия иных повреждений, в том числе, в правой лобно-височной области головы ФИО1, суд оценивает критически и отвергает, поскольку как пояснил эксперт ФИО12 на фотографии запечатлены трупные пятна, которые повреждениями не являются и опроверг наличие иных повреждений, на которые ссылается адвокат.

После совершенного преступления ФИО2 обратился с явкой с повинной и добровольно сообщил о том, что 18 марта 2023 года нанес несколько ударов рукой ФИО1, от которых он упал на землю и у него из носа пошла кровь(том 1 л.д. 53-54).

В судебном заседании подсудимый подтвердил добровольность получения от него явки с повинной без оказания какого-либо давления и достоверность изложенных в нем сведений.

Отсутствие каких-либо телесных повреждений у ФИО2 подтверждается заключением судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 239-240).

Оценивая представленный стороной обвинения и исследованный в судебном заседании протокол явки с повинной, суд приходит к выводу он соответствует ст. 142 УПК РФ, отвечает требованиям допустимости, поскольку содержит сведения о разъяснении ФИО2 прав подозреваемого и положений ст. 51 Конституции РФ не свидетельствовать против самого себя. Добровольность написания явки с повинной подсудимым в суде не оспаривалось и не подвергалось сомнению, в связи с чем, права подсудимого при написании явки с повинной не нарушены.

Свои показания в части нанесения двух ударов рукой (кулаком и ладонью) в лицо ФИО1, ФИО2 подтвердил на месте преступления продемонстрировав свои действия с помощью манекена, что отражено в протоколе проверки его показаний на месте (том 1 л.д. 93-105).

Проанализировав показания подсудимого ФИО2, данные им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, проследив их изменения, а также сопоставив с другими исследованными судом доказательствами по делу, в том числе заключениями эксперта, показаниями судебно-медицинского эксперта, суд приходит к выводу о том, что в большей части показания ФИО2 являются последовательными и правдивыми, поскольку они в целом согласуются с показаниями свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, а также подтверждаются письменными доказательствами, положенными в основу приговора.

Суд считает, что показания ФИО2, данные им в ходе предварительного следствия в присутствии защитника, отраженные в протоколах его допроса в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также при проверке показаний на месте, не являются самооговором, а поэтому они должны быть приняты во внимание при постановлении приговора.

Как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, ФИО2 сообщил, что ударил потерпевшего в лицо кулаком дважды, а также менял показания в указанной части, указывая, что второй удар нанес ладонью.

Однако, эти противоречия в его показаниях суд считает не существенными, поскольку и кулак, и ладонь руки, являются твердым тупым предметом.

При этом с учетом исследованных доказательств и установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что подсудимый нанес потерпевшему не менее двух ударов в лицо именно кулаком.

Показаниями потерпевшей Потерпевший №1 установлено, что ее брат ФИО1 проживал в доме у Свидетель №2, который ругал его из-за постоянных пьянок, но они быстро мирились, ее брат был добрый и очень работящий, поэтому Свидетель №2 и держал его у себя на ферме.

Доводы защитника Муртазаевой М.В. о противоречивости допрошенных судом показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, данных как в суде, так и в ходе предварительного следствия, а также в ходе доследственной проверки в рамках получения от них объяснений, которые на ее взгляд вызывают сомнения в их правдивости, суд считает неубедительными и надуманными.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Свидетель №2 и Свидетель №3, каждый в отдельности показали, что ФИО2 в их присутствии в ходе словесного конфликта с ФИО1, нанес последнему не менее двух ударов кулаком в лицо, от которых у него пошла кровь из носа, и он завалился на землю.

Таким образом, свидетели Свидетель №2 и Свидетель №3 являлись непосредственными очевидцами совершенного ФИО2 преступления.

Обстоятельств, которые бы свидетельствовали о наличии оговора подсудимого со стороны этих свидетелей, судом не установлено.

Вопреки версии защитника никто из указанных свидетелей не сообщил о том, что ФИО1 возможно мог получить травму глаза при расколке дров. При этом каждый из них подтвердил, что до конфликта с ФИО2, видимые телесные повреждения на лице ФИО1 отсутствовали.

Свои показания свидетели Свидетель №2 и Свидетель №3 подтвердили на месте преступления продемонстрировав нанесение ФИО2 в их присутствии не менее двух ударов кулаком в лицо ФИО1, что отражено в протоколахпроверки показаний на месте (том 1 л.д. 172-187, 199-212).

Кроме того, свидетели Свидетель №2 и Свидетель №3 подтвердили свои показания о нанесении ФИО2 не менее двух ударов кулаком в область лица ФИО1 в ходе проведенных с ним очных ставок. Со своей стороны ФИО2 не оспорил их показания, уточнив только на очной ставке с Свидетель №2, что нанес не 3-4 удара, как говорил Свидетель №2, а только два удара по лицу ФИО1(том 2 л.д. 37-43, 44-50).

Ссылка защитника Муртазаевой М.В. на объяснения Свидетель №2 и Свидетель №3, полученные от них в ходе доследственной проверки (том 1 л.д. 29-32, 36-39), в которых они указывали, что поместили ФИО1 на заднее сиденье автомобиля, отвергается судом, поскольку доказательствами в соответствии со ст. 74 УПК РФ являются полученные в установленном уголовно-процессуальным законодательством порядке показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, которые, согласно ст. 240 УПК РФ, подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании. Таким образом, оценивая представленные стороной защиты объяснения Свидетель №2 и Свидетель №3 наряду с их показаниями, данными в суде и другими доказательствами, суд считает, что указанные объяснения не могут являться допустимым доказательством виновности либо невиновности подсудимого.

Более того, на какое сиденье автомобиля (переднее или заднее) уложили свидетели потерпевшего ФИО1 после причинения ему повреждений ФИО2, никак не влияет на обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, подлежащие доказыванию.

Незначительные расхождения в показаниях очевидцев Свидетель №2 и Свидетель №3 в части количества нанесенных ФИО2 ударов в лицо ФИО1, не являются существенными, а связаны с индивидуальными особенностями восприятия событий на месте преступления. Кроме того, оба свидетеля показали о нанесении не менее двух отдельных ударов кулаком в лицо.

Версия защитника Муртазаевой М.В. о том, что возможно свидетель Свидетель №2 избил потерпевшего ФИО1 уже после конфликта с ФИО2, после чего они с Свидетель №3 в бессознательном состоянии положили его в салон автомобиля «Волга», судом отвергается, поскольку является голословным предположением защитника и ничем объективно не подтверждена.

По мнению адвоката свидетель Свидетель №2 ранее привлекался к уголовной ответственности за причинение вреда здоровью по ч. 2 ст. 112 УК РФ, а поэтому мог также совершить преступление в отношении ФИО1, в котором обвиняют ФИО2

В целях проверки этой версии стороны защиты, в судебном заседании исследованы материалы уголовного дела № в отношении Свидетель №2 и отказной материал КУСП №.

Вопреки доводам защитника, постановление Крымского районного суда от 24 мая 2018 года, которым прекращено уголовное дело № по обвинению Свидетель №2 в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим ФИО14, никак не оправдывает ФИО2 в совершенном преступлении в отношении ФИО1, и не свидетельствует о совершении данного преступления свидетелем по делу Свидетель №2 (том 3 л.д. 54-55).

На основании рапорта следователя ФИО3 от 19.05.2023 года, зарегистрировано сообщение по признакам преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ в части обнаружения на трупе ФИО1 повреждений в области грудной клетки, живота и конечностей, которые не причинили вреда его здоровью (том 2 л.д. 34).

По результатам проведенной на этом основании процессуальной проверки в рамках материала КУСП № от 30.05.2023 года, уполномоченным дознавателем Отдела МВД России по Крымскому району вынесено постановление от 09.06.2023 года об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 116 УК РФ на основании п.1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события указанного преступления. То есть противоправное событие образования указанных повреждений у потерпевшего ФИО1, не установлено (Том 3 л.д. 58-66).

Сам подсудимый ФИО2 в суде показал, что Свидетель №2 и Свидетель №3 не наносили ударов ФИО1

Показания потерпевшей Потерпевший №1 о том, что в ходе разговора с братом 27 февраля 2023 года он ей сообщил, что Свидетель №2 избил его из-за постоянных пьянок, никак не свидетельствуют о невиновности ФИО2 в совершенном им18 марта 2023 года преступлении.

Кроме того, достоверность сведений, которые ФИО1 якобы сообщил своей сестре Потерпевший №1 о его избиении Свидетель №2, ничем не подтверждена, никаких медицинских документов, а также обращений в органы полиции по данному факту, суду не представлено.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании опроверг свою причастность к избиению ФИО1, в том числе 27.02.2023 года.

Более того, обнаруженные у потерпевшего ФИО1 телесные повреждения в области лица и в голове образовались в пределах суток до его смерти, то есть не ранее 18 марта 2023 года, что достоверно установлено заключениями судебно-медицинского эксперта № и №.

Также защитником в качестве доказательств оглашены показания оперативного сотрудника ФИО15 об обстоятельствах преступления и количестве нанесенных потерпевшему ударов, которые ему стали известны в рамках бесед и опросов фигуранта по делу ФИО2, а также свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3 (Том 1 л.д. 220-224).

Относительно этих показаний суд отмечает, что по смыслу уголовного и уголовно-процессуального закона следователь осуществляет уголовное преследование соответствующего лица, а оперуполномоченный осуществляет раскрытие преступления и оперативное сопровождение по делу, и они могут быть допрошены в суде только по обстоятельствам того или иного процессуального действия (оперативного мероприятия) при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний опрошенного или задержанного лица. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из их бесед либо во время допроса подозреваемого (обвиняемого), свидетеля, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности или не виновности подсудимого. Тем самым, закон исключает возможность любого, прямого или опосредованного использования содержащихся в них сведений (Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2021 N 5-УД21-25).

Изложенное соответствует и правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении №-О от 06.02.2004 года и Определении №-О от 19.06.2012 года, согласно которой положения ст. 56 УПК РФ, определяющей круг лиц, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключает возможность допроса следователя и оперативных сотрудников в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных действий или оперативных мероприятий.

Согласно ч.1 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 УПК РФ.

Поэтому показания оперативного сотрудника ФИО15, не должны быть признаны допустимым доказательством и положены в приговор, поскольку не могут влиять на выводы суда о виновности либо невиновности подсудимого.

Иные доводы защитника Муртазаевой М.В. о допущенных нарушениях уголовно-процессуального закона на досудебной стадии производства по делу, суд также считает несостоятельными и отвергает.

По мнению адвоката постановления о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого от22 марта 2023 года и 17 мая 2023 года вынесены без достаточных сведений, определяющих характер и размер вреда, причиненного ФИО1, потому как заключения судебно-медицинского эксперта № и №, на которых основано обвинение окончены 12.04.2023 года и 18.05.2023 года соответственно, то есть после предъявления обвинения. Следователь указал в постановлении от 22 марта 2023 года о нанесении ФИО2 не менее двух ударов, хотя эти сведения о количестве ударов стали известны только 18.05.2023 года в заключении № ( том 1 л.д. 80-81, 128-129).

Вопреки этим доводам защитника экспертиза в отношении трупа ФИО1 начата 21.03.2023 года и уже проведено исследование трупа в период с 10 до 12 часов, что отражено в заключении эксперта №, то есть до первоначального предъявления обвинения 22 марта 2023 года (том 1 л.д. 228-233).

Окончательное обвинение ФИО2 предъявлено 17 мая 2023 года, то есть уже при наличии заключения судебно-медицинского эксперта №, которое окончено 12.04.2023 года, то есть до предъявления обвинения.

Повреждения на трупе ФИО1 установленные экспертом в результате судебно-медицинского исследования № не противоречат выводам эксперта, указанным в заключении №, о чем уже указано выше.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ, следователь уполномочен законом самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий. Поэтому на досудебной стадии формулировка обвинения относится к прерогативе следователя.

Таким образом, порядок привлечения ФИО2 в качестве обвиняемого не нарушен. Постановления от 22 марта 2023 года и 17 мая 2023 года о привлечении в качестве обвиняемого содержат надлежащее описание обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также другие, предусмотренные ч. 2 ст. 171 УПК РФ, сведения.

При таких обстоятельствах следует признать, что совокупность обстоятельств совершенного преступления, а именно: количество (не менее 2-х ) и характер нанесенных подсудимым ударов кулаком в лицо потерпевшего, суд приходит к выводу, что ФИО2 наносил удары умышленно, с достаточной силой и с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, осознавал общественную опасность своих действий и желал этого, но не предвидел наступления его смерти, хотя должен был и мог это предвидеть.

В соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством признается противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

По смыслу закона под противоправным поведением потерпевшего понимается насилие, издевательство, тяжкое оскорбление, психологическое давление со стороны потерпевшего, а под аморальным поведением - нарушение потерпевшим моральных норм и правил поведения в обществе.

Противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, в соответствии с п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ может быть признана в качестве смягчающего наказание обстоятельства, с учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств уголовного дела.

Как следует из показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3 в ходе конфликта ФИО1 оскорбил ФИО2 нецензурной бранью, после чего последний нанес ему удары в лицо.

Об этих обстоятельствах свидетели Свидетель №2 и Свидетель №3 показывали в ходе проведенных с их участием проверках показаний на месте и очных ставках с ФИО2

Аналогичным образом подсудимый ФИО2 как в судебном заседании, так и в ходе предварительного следствия утверждал, что нанес удары в лицо после высказанных потерпевшим оскорблений в свой адрес и адрес его близких родственников.

Поэтому с учетом взаимоотношений между подсудимым ФИО2 и потерпевшим ФИО1 и предшествующую этому обстановку, судом установлено, что мотивом к совершению преступления послужила личная неприязнь к потерпевшему, возникшая в ходе внезапного словесного конфликта, спровоцированного аморальным поведением потерпевшего, который высказал нецензурные оскорбления в адрес ФИО2, что и послужило поводом к совершению преступления.

Установленные судом обстоятельства совершения преступления, поводом для совершения которого явилось аморальное поведение потерпевшего, не были отражены в предъявленном обвинении, в связи с чем, должны быть указаны при описании преступного деяния, установленного судом (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № «О судебном приговоре»).

Кроме того, исходя из фабулы обвинения, изложенной в обвинительном заключении, ФИО2 вменяется нанесение не менее четырех ударов кулаком правой руки по голове ФИО1

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 307 УПК РФ, п.п. 18, 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № «О Судебном приговоре», описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. Всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора.

Однако, судом достоверно установлено, что ФИО2 нанес не менее двух ударов кулаком в область лица ФИО1, от которых возникли ссадина в правой скуловой области и кровоподтеки на верхнем веке левого глаза и на красной кайме верхней губы справа, которые явились точками приложения силы для образования черепно-мозговой травмы и в совокупности с повреждениями оболочек головного мозга причинили тяжкий вред его здоровью и состоят в прямой причинной связи со смертью.

Принимая во внимание, что лицо человека также является передней частью головы, суд, считает необходимым и правильным конкретизировать описание преступного деяния по ч. 4 ст. 111 УК РФ как оно установлено судом, в части нанесения ФИО2 не менее двух ударов потерпевшему ФИО1 в область лица.

Конкретизация объема обвинения в указанной части при описании преступного деяния, не ухудшает положение подсудимого ФИО2, не нарушает его право за защиту, не влечет изменения квалификации преступного деяния и соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Таким образом, с учетом исследованных в судебном заседании доказательств и установленных судом обстоятельств, действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Решая вопрос о вменяемости подсудимого ФИО2, суд принимает во внимание, что он не состоит на учете у врачей нарколога и психиатра (том 2 л.д. 93-94, 114-116).

При производстве комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрическая экспертизы, эксперты в результате исследования пришли к выводу, что ФИО2 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным психическим расстройством, временным болезненным расстройством психической деятельности лишавшими его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими не страдал в прошлом, в момент инкриминируемого ему деяния, ко времени производства по настоящему уголовному делу и не страдает ими в настоящее время. ФИО2 способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела давать о них показания, а также самостоятельно осуществлять свое право на защиту. В принудительных мерах медицинского характера он не нуждается. В момент реализации инкриминируемого преступления ФИО2 в состоянии физиологического аффекта, либо ином, значимом эмоциональном состоянии (стресса, растерянности, фрустрации) не находился (Том 2 л.д. 13-17).

Оценив данное заключение экспертов в совокупности с исследованными сведениями о личности подсудимого, учитывая его поведение, адекватное происходящему в судебном заседании, активное и последовательное осуществление своей защиты, у суда не возникает сомнений в психической полноценности ФИО2, а поэтому, по отношению к совершенному деянию, суд признает его вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

При назначении наказания суд учитывает требования ст. ст. 6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного им особо тяжкого преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Согласно сведениям о личности ФИО2 не женат, за время проживания в <адрес> характеризуется с положительной стороны, с соседями не конфликтует, в распитии алкогольных напитков не замечен (том 2 л.д. 96).

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ суд признает явку с повинной, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку до его задержания, а также на первоначальном и последующем этапе предварительного следствия он фактически сообщил обстоятельства совершенного им деяния в отношении ФИО1, впоследствии ему инкриминированного, что отражено в протоколах его допросов в качестве подозреваемого и проверке показаний на месте.

Кроме того, с учетом обстоятельств совершенного ФИО2 преступления, поводом для совершения которого явилось аморальное поведение потерпевшего ФИО1, который и спровоцировал конфликт, оскорбительно высказался нецензурной бранью в адрес ФИО2 и его родственников, суд считает возможным в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признать смягчающим наказание обстоятельством аморальность поведения потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления.

В силу части 2 ст. 61 УК РФ, суд учитывает смягчающими наказание обстоятельствами частичное признание вины и раскаяние в содеянном, принесение соболезнований потерпевшей в судебном заседании, состояние здоровья подсудимого и положительную характеристику с места жительства.

Оснований для применения статьи 64 УК РФ суд не усматривает, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по настоящему делу не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, установленных судом смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, применение положений статьи 73 УК РФ, суд полагает не целесообразным, так как приходит к выводу о не возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания.

Учитывая способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, умысла и цели совершенного деяния, характера и размера наступивших последствий в виде смерти потерпевшего, несмотря на наличие обстоятельств смягчающих наказание и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что фактические обстоятельства совершенного ФИО2 преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, а поэтому отсутствуют основания для изменения категории данного преступления на менее тяжкую, согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При указанных выше обстоятельствах, с учетом принципа индивидуализации и дифференциации наказания, суд приходит к выводу о том, что за совершенное преступление ему должно быть назначено наказание в виде лишения свободы в условиях изоляции от общества.

Назначение такого наказания является соразмерным содеянному, соответствует обстоятельствам совершенного преступления, данным о личности подсудимого, является справедливым, будет способствовать его исправлению и предупреждению совершения новых преступлений, что позволит обеспечить достижение целей наказания, предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Поскольку ФИО2 ранее не судим, положительно характеризуется по месту жительства, учитывая наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие у него отягчающих обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для назначения ему дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией уголовного закона, но не являющегося обязательным.

При наличии установленных судом смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствия отягчающих обстоятельств, наказание необходимо назначить по правилам части 1 статьи 62 УК РФ.

Вид исправительного учреждения следует определить в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, то есть в исправительной колонии строгого режима.

Назначая подсудимому наказание, связанное с лишением свободы, учитывая установленные судом обстоятельства дела и исходя из положений ч. 2 ст. 97 УПК РФ о необходимости обеспечения исполнения приговора, суд не находит оснований для отмены или изменения избранной меры пресечения и оставляет ФИО2 меру пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу.

Время предварительного содержания под стражей подсудимого после его задержания и в порядке меры пресечения, в силу ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, подлежит зачету в срок отбывания наказания в виде лишения свободы.

Потерпевшей Потерпевший №1 гражданский иск не заявлен, в связи с чем, суд считает необходимым разъяснить ей право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, связанного с преступлением.

Вопрос о вещественных доказательствах подлежит решению в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 296-299, 303-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 10 (десять) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей по настоящему делу с 22 марта 2023 года до вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Разъяснить потерпевшей Потерпевший №1 право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства за возмещением материального ущерба и компенсацией морального вреда, причиненного преступлением.

Вещественные доказательства по делу: копию медицинской карты на имя ФИО1 продолжить хранить в материалах уголовного дела; шесть бумажных конвертов коричневого цвета с образцами волос ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Крымскому району СУ СК Российской Федерации по Краснодарскому краю – после вступления приговора в законную силу - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Крымский районный суд Краснодарского края в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: подпись.