Постановление № 44У-79/2018 4У-541/2018 от 14 мая 2018 г. по делу № 1-59/2016

Председательствующий: Дмитренко Л.Ю. 44у-79/2018


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г.Красноярск 15 мая 2018 года

Президиум Красноярского краевого суда в составе:

председательствующий Фуга Н.В.,

члены президиума Афанасьев А.Б., Войта И.В., Заройц И.Ф., Малашенков Е.В., Носов В.В.,

при секретаре Санниковой Т.М.,

рассмотрел материалы уголовного дела по кассационным жалобам осужденного ФИО1 о пересмотре приговора Свердловского районного суда г.Красноярска от 28 сентября 2016 года в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, судимого:

- 16 февраля 2015 года по ч.1 ст.163, п."г" ч.2 ст.161, ч.3 ст.69 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ, условно, с испытательным сроком 1 год 8 месяцев,

осужденного:

за два преступления, предусмотренных ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1 УК РФ, к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 10.000 рублей за каждое;

за два преступления, предусмотренных ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 10.000 рублей за каждое;

по ч.3 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ к 4 годам 9 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 15.000 рублей;

на основании ч.2 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1; ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1; ч.3 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1; ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, к 4 годам 10 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 20.000 рублей;

в соответствии со ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию не отбытой части наказания по приговору от 16 февраля 2015 года, к 4 годам 11 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 20.000 рублей;

на основании ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием за преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1 УК РФ, окончательно к 5 годам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 25.000 рублей.

В апелляционном порядке приговор от 28 сентября 2016 года в отношении ФИО1 не пересматривался.

Заслушав доклад судьи краевого суда Малашенкова Е.В., мнения осужденного ФИО1 посредством видеоконференцсвязи и адвоката Емельянова В.В., поддержавших доводы кассационных жалоб осужденного по изложенным в них основаниям, а также выступление заместителя прокурора Красноярского края Нарковского О.Д., полагавшего приговор в отношении ФИО2 подлежащим изменению, президиум

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 осужден за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", группой лиц по предварительному сговору; за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору; за приготовление к незаконному сбыту наркотических средств, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере; а также за приготовление к незаконному сбыту наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Указанные преступления осужденным совершены в г.Красноярске в период с 25 декабря 2014 года по 10 марта 2015 года в составе группы лиц по предварительному сговору с ФИО30 осужденной приговором Свердловского районного суда г.Красноярска от 15 января 2016 года, и неустановленным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В кассационных жалобах (основной и дополнительных), а также в выступлении в заседании суда кассационной инстанции, ФИО1 просит приговор от 28 сентября 2016 года изменить и снизить наказание, назначенное ему как за каждое из совершенных преступлений, так и по совокупности преступлений и приговоров.

Свои требования автор жалобы мотивирует ссылками на то, что уголовное дело рассмотрено судом односторонне, а приговор основан на недопустимых доказательствах. Считает, что повторные оперативно-розыскные мероприятия проведены по делу незаконно, поскольку после первой проверочной закупки от 29 января 2015 года оперативные сотрудники должны были пресечь деятельность его и ФИО25 и не имели права 21 февраля и 10 марта 2015 года проводить в отношении тех же лиц повторные аналогичные оперативно-розыскные мероприятия, которые не вызывались необходимостью и не дали новых результатов.

Полагает, что оперативно-розыскные мероприятия в виде проверочных закупок проведены по делу при отсутствии предусмотренных законом оснований, так как в материалах уголовного дела отсутствуют данные о наличии у оперативных сотрудников информации о причастности его и ФИО3 к распространению наркотических средств, а значит, он был спровоцирован на совершение преступлений.

Указывает, что по изъятым по делу веществам в виде 2-пирролидиновалерофенона органом следствия не проведены надлежащие судебные химические экспертизы, в том числе для определения того, относятся ли они к наркотическим средствам или психотропным веществам, а также какова их масса с учетом сухого остатка. Приводит мнение о том, что для отнесения этих веществ к наркотическим по делу необходимо провести повторную судебную химическую экспертизу.

Считает назначенное ему наказание чрезмерно суровым, поскольку суд лишь формально указал на наличие у него смягчающих обстоятельств в виде признания вины, раскаяния в содеянном, чистосердечного признания, которое расценено в качестве явки с повинной, несовершеннолетнего возраста, состояния здоровья, но фактически не учел эти обстоятельства, а также данные о личности, его трудоспособности, занятости общественно полезной деятельностью, степени участия в совершенных преступлениях, которые в совокупности давали суду основания для назначения наказания в соответствии со ст.73 УК РФ, неприменения дополнительного наказания в виде штрафа, являющегося чрезмерно суровым, либо изменения категории совершенных преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Ссылается на то, что все преступления им совершены в несовершеннолетнем возрасте, в связи с чем, наказание, назначенное за эти деяния, необходимо снизить с применением положений ч.6 ст.88, ч.ч. 2, 3 ст.66 и ч.1 ст.62 УК РФ.

Указывает, что был задержан 10 марта 2015 года, с этого времени и до 12 марта 2015 года незаконно содержался под стражей и допрашивался с нарушением требований уголовно-процессуального закона, без участия защитника и законного представителя, а также с применением к нему незаконных методов морального и физического воздействия.

Полагает, что при квалификации его действий суд не учел, что к части наркотических средств, указанных в предъявленном обвинении, он не имел отношения и не совершал с ними никаких незаконных действий, а также не принял во внимание степень его участия в преступных деяниях ФИО25, фактически являющегося пособником в совершении последней незаконных сбытов наркотических средств.

Ссылается на то, что при назначении ему наказания суд не принял во внимание, что он совершил инкриминированные преступления, будучи несовершеннолетним, вовлеченным в незаконную деятельность взрослым лицом и действовавшим под влиянием и воздействием указанного лица.

Считает, что судом не верно определена судьба части вещественных доказательств по уголовному делу, так как ноутбук "НР" и жесткие диски "Seagate" и "Western Digital" подлежали возвращению по принадлежности его матери ФИО4, а сотовый телефон "НТС" – осужденному ФИО1

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб, президиум Красноярского краевого суда находит приговор от 28 сентября 2016 года подлежащим изменению по следующим основаниям.

В силу ч.1 ст.401.15 УПК РФ, основаниями изменения приговора суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

При этом проверка показала, что при постановлении оспариваемого приговора и назначении ФИО1 наказания судом допущено нарушение уголовного закона, которое является основанием для пересмотра приговора в кассационном порядке.

Согласно ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Вместе с тем, приговор суда от 28 сентября 2016 года данным требованиям закона соответствуют не в полной мере.

Фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений установлены судом по результатам судебного разбирательства, проведенного в порядке, предусмотренном главами 35-38 УПК РФ.

Выводы о виновности осужденного в совершении инкриминированных ему преступлений суд обосновал совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе признательными показаниями ФИО1 в судебном заседании, в которых он сообщил об обстоятельствах предварительного сговора с ФИО25 и совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, в том числе о своем участии в них; показаниями свидетеля ФИО25 о совместных с ФИО1 сбытах наркотических средств; показаниями свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, явками ФИО25 с повинной, чистосердечным признанием ФИО1, материалами о результатах проведения оперативно-розыскных мероприятий в виде наблюдения и оперативного эксперимента; протоколами осмотров мест происшествия, заключениями судебных химических экспертиз, протоколами выемок и осмотров, стенограммами телефонных переговоров между ФИО1 и ФИО25, заключениями судебных дактилоскопических и криминалистических экспертиз, другими материалами дела.

Изложенным в приговоре доказательствам судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности для правильного разрешения уголовного дела.

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированных преступлений, изложены в приговоре надлежащим образом, противоречий в данных доказательствах судом обоснованно не выявлено, возражений против представленных стороной обвинения доказательств стороной защиты в ходе судебного разбирательства не выдвигалось.

В силу ст.389.9, ст.389.13, п.1 ст.389.15, ст.389.16 УПК РФ проверка по апелляционным жалобам и представлениям не только законности, но и обоснованности приговора, входит в компетенцию суда апелляционной инстанции, в связи с чем, именно он обладает полномочиями по отмене или изменению судебного решения вследствие несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Вместе с тем, осужденным ФИО1, его защитником и законным представителем приговор от 28 сентября 2016 года по мотиву его необоснованности в апелляционном порядке не обжаловался. Адвокатом Емельяновым В.В. на приговор подавалась апелляционная жалоба с приведением доводов о чрезмерной суровости назначенного осужденному наказания, однако она впоследствии была отозвана автором в соответствии с ч.3 ст.389.8 УПК РФ.

Согласно ч.1 ст.401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке могут являться только существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таким образом, вопросы о соответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, в том числе о подтверждении выводов суда о виновности осужденного в инкриминированных преступлениях доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; об учете судом обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы; а также об обоснованности мотивов, по которым при наличии противоречивых доказательств суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, судом кассационной инстанции не проверяются и доводы жалоб относительно указанных обстоятельств основанием для пересмотра постановленного по уголовному делу приговора в кассационном порядке являться не могут.

В связи с этим, доводы кассационных жалоб осужденного о несоответствии фактическим обстоятельствам уголовного дела выводов суда о его причастности к незаконным действиям по сбыту отдельных указанных в предъявленном обвинении наркотических средств и о совершении преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору; о неподтвержденности исследованными в судебном заседании доказательствами выводов суда об этом и о роли ФИО1 как соисполнителя в инкриминированных ему преступлениях; а также о недоказанности факта отнесения веществ, в отношении которых совершены указанные в приговоре деяния, к числу запрещенных к обороту наркотических средств, не подлежат рассмотрению при разрешении кассационных жалоб на приговор от 28 сентября 2016 года, поскольку данные доводы не входят в предмет рассмотрения дела в кассационном порядке.

Кроме того, проверка показала, что выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированных преступлениях основаны на допустимых доказательствах, полученных в соответствии с требованиями закона.

По смыслу ст.ст. 75, 89 УПК РФ, ст.7 ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", результаты оперативно-розыскных мероприятий могут быть положены в основу приговора в случае, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла, направленного на совершение преступления и сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений.

Согласно положениям ст.7 указанного Закона, основаниями проведения оперативно-розыскных мероприятий, в числе прочего, являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших.

При этом из материалов настоящего уголовного дела следует, что в отношении осужденного не проводились повторные оперативно-розыскные мероприятия в виде проверочных закупок или оперативных экспериментов.

29 января 2015 года и 21 февраля 2015 года оперативными сотрудниками были проведены оперативно-розыскные мероприятия в виде наблюдения за лицами, незаконно приобретающими наркотические средства, по результатам которых выявлены факты приобретения ФИО13 и ФИО14 у ФИО1 и ФИО25 наркотиков и, соответственно, факты сбыта последними наркотических средств приобретателям.

В связи с этим, у органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, появились сведения о совершенных осужденными, а также подготавливаемых и совершаемых ими преступлениях в сфере незаконного оборота наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", которые давали им предусмотренные законом (ст.7 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности") основания для проведения в отношении ФИО1 и ФИО25 оперативно-розыскного мероприятия в виде оперативного эксперимента. По результатам этого мероприятия указанные лица были задержаны, выявлен факт совершения ими покушения на незаконный сбыт наркотиков, а также обнаружены приготовленные к сбыту наркотические средства.

Таким образом, оперативный эксперимент сотрудниками правоохранительных органов осуществлялся в отношении осужденного один раз и при наличии к тому предусмотренных законом оснований. При этом оперативно-розыскные мероприятия по делу проведены и результаты оперативно-розыскной деятельности переданы следователю в порядке, установленном законом, в связи с чем, основания для признания этих материалов недопустимыми доказательствами отсутствуют.

Вопреки доводам жалоб, вид и размер наркотических средств, являвшихся объектами преступной деятельности ФИО1, установлены на основании результатов судебных химических экспертиз.

Указанные экспертизы по делу проведены в соответствии с требованиями ст.ст. 195, 196, 198 УПК РФ, на основании постановлений следователя, в рамках возбужденного уголовного дела, экспертами, обладающим достаточными специальными познаниями. Составленные по результатам экспертиз заключения соответствуют положениям ст.204 УПК РФ, изложенные в них выводы мотивированы и подтверждаются иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при проведении экспертиз и составлении экспертных заключений не допущено. Предусмотренных ч.2 ст.207 УПК РФ оснований для назначения по делу повторной экспертизы не имеется, поскольку сомнения в обоснованности экспертных заключений и противоречия в выводах экспертов отсутствуют.

Как следует из заключений судебных химических экспертиз, вещества 2-пирролидиновалерофенон и 2-пирролидиногептанофенон, в отношении которых ФИО1, в числе прочего, совершались преступные деяния, являются производными наркотического средства N-метилэфедрон.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 30 июня 1998 года № 681 "Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ", а также Постановлением Правительства РФ от 01 октября 2012 года № 1002 "Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ", к числу наркотических средств, запрещенных к обороту в РФ, отнесены не только N-метилэфедрон, но и все его производные, в числе которых 2-пирролидиновалерофенон и 2-пирролидиногептанофенон.

В связи с этим, доводы жалоб о неопределенности отнесения вышеуказанных веществ к наркотическим средствам либо психотропным веществам, не могут быть признаны состоятельными.

Как следует из имеющихся в материалах дела протоколов допросов ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, в том числе от 12 марта 2015 года, все указанные следственные действия проведены и показания несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого получены с участием его защитника и законного представителя, не имевших, как и ФИО1, по окончании допросов заявлений и замечаний по поводу порядка проведения следственных действий и содержания составленных по их результатам протоколов.

Помимо этого, из приговора от 28 сентября 2016 года следует, что при его вынесении и обосновании выводов суда причастности ФИО1 к инкриминированным преступлениям и его виновности в их совершении, суд не использовал показания подозреваемого, обвиняемого, данные им в ходе предварительного следствия.

В связи с этим, доводы кассационных жалоб о том, что ФИО1 допрашивался при проведении предварительного расследования с нарушениями требований закона и применением к нему незаконных методов морального и физического воздействия, не ставят под сомнение законность и обоснованность постановленного по уголовному делу приговора, а значит, не имеют значения для правильного разрешения дела в кассационном порядке.

При наличии соответствующих оснований вопрос о зачете времени фактического задержания ФИО1 в срок назначенного наказания может быть поставлен и разрешен судом в порядке, предусмотренном п.11 ст.397 УПК РФ.

По результатам рассмотрения уголовного дела и оценки доказательств, признанных допустимыми, а также установленных на их основе фактических обстоятельств содеянного, действия ФИО1 по фактам совершения в составе группы лиц по предварительному сговору покушения на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет"; покушения на незаконный сбыт наркотических средств; приготовления к незаконному сбыту наркотических средств, в крупном размере; покушения на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в крупном размере; а также приготовления к незаконному сбыту наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в крупном размере, верно квалифицированы судом по ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1; ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1; ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1; ч.3 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 и ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, что соответствует положениям уголовного закона и фактическим обстоятельствам дела.

Как установлено судом, ФИО1 совершил инкриминированные ему преступления, предварительно вступив в сговор с ФИО25 и неустановленным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Кроме того, осужденный непосредственно участвовал в совершении указанных в описательной части приговора преступных деяний, непосредственно выполняя действия, направленные на незаконный сбыт наркотических средств, действуя при этом в соответствии с отведенными ему ролями в составе группы лиц по предварительному сговору.

В числе прочего, ФИО1 совместно с ФИО25 приобретал необходимые для сбыта наркотические средства, незаконно хранил их вместе с последней в квартире, оборудовал данную квартиру компьютерной техникой, необходимой для сбыта наркотических средств с помощью информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", приобрел для этой цели электронный сайт, а также совместно с ФИО25 – иные предметы, необходимые для сбыта наркотиков, зарегистрировал сим-карты в платежной системе для получения денежных средств от сбыта наркотических средств, для получения наличных денег использовал банковскую карту на свое имя, доставлял ФИО25 в необходимые места для размещения наркотических средств в тайники, самостоятельно размещал наркотики в тайниках, а также вносил сведения о местах закладок с наркотиками на электронный сайт в сети "Интернет" для их сбыта.

Таким образом, согласно установленным судом фактическим обстоятельствам дела, ФИО1 являлся соисполнителем преступлений в виде покушений на незаконный сбыт наркотических средств и приготовлений к незаконному сбыту наркотиков.

В силу ч.1 ст.401.15 УПК РФ, оспаривать данные фактические обстоятельства при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке стороны, в том числе осужденный, не вправе.

При таких обстоятельствах доводы жалоб о том, что действия ФИО1 должны квалифицироваться с применением ч.5 ст.33 УК РФ как пособника в совершении преступлений являются необоснованными, поскольку противоречат обстоятельствам дела и не основаны на положениях уголовного закона.

Разрешая судьбу вещественных доказательств по уголовному делу, суд руководствовался положениями ч.3 ст.81 УПК РФ, согласно которым, орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются; предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются.

При этом данные о том, что указанные в жалобе предметы – ноутбук "НР" и жесткие диски "Seagate" и "Western Digital" принадлежали не осужденному, а другому лицу, в материалах дела отсутствуют.

При назначении ФИО1 наказания за содеянное судом в основном правильно учтены положения ст.ст. 6, 60, ч.ч. 2, 3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности виновного, смягчающие и иные обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания.

Смягчающими наказание осужденного судом признаны все имеющиеся по делу обстоятельства, а именно, признание вины, раскаяние в содеянном, чистосердечное признание, которое расценено как явка с повинной, несовершеннолетний возраст, состояние здоровья.

Оснований полагать, что преступления ФИО1 совершены в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, а равно, в результате физического или психического принуждения несовершеннолетнего взрослым лицом либо в силу материальной или иной зависимости, в том числе несовершеннолетнего от взрослого лица, из материалов дела не усматривается.

Доводы осужденного в указанной части опровергаются как его собственными показаниями в ходе производства по делу, так и показаниями ФИО25

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств по делу верно не установлено.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания осужденному. Назначение наказания в виде реального лишения свободы подробно мотивировано в приговоре.

Исключительных обстоятельств или их совокупности, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений по делу не установлено. Выводы суда об отсутствии оснований для назначения осужденному наказания с применением положений ст.ст. 64, 73 УК РФ, а также для изменения категории совершенных деяний в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, в приговоре в достаточной мере мотивированы и являются обоснованными.

Дополнительное наказание в виде штрафа ФИО1 назначено в пределах санкций статей уголовного закона и с учетом требований ч.3 ст.46 УК РФ. Оснований полагать данное наказание чрезмерно суровым не имеется.

При таких обстоятельствах наказание, назначенное осужденному за совершение преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1; ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1 и ч.3 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, является справедливым и снижению не подлежит.

Между тем, наказание за совершение двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1, ФИО1 определено без учета ряда положений Общей части Уголовного кодекса РФ, в связи с чем, оно не в полной мере отвечает установленному ст.6 УК РФ принципу справедливости.

Так, судом не учтено, что указанные преступные деяния совершены осужденным в несовершеннолетнем возрасте.

В силу ч.6 ст.88 УК РФ, наказание в виде лишения свободы назначается несовершеннолетним осужденным, совершившим преступления в возрасте до шестнадцати лет, на срок не свыше шести лет. Этой же категории несовершеннолетних, совершивших особо тяжкие преступления, а также остальным несовершеннолетним осужденным наказание назначается на срок не свыше десяти лет.

Согласно ч.6.1 ст.88 УК РФ, при назначении несовершеннолетнему осужденному наказания в виде лишения свободы за совершение тяжкого либо особо тяжкого преступления, низший предел наказания, предусмотренный соответствующей статьей Особенной части УК РФ, сокращается наполовину.

По смыслу закона, положения ч.ч. 6, 6.1 ст.88 УК РФ применяются при назначении несовершеннолетнему осужденному наказания не только по совокупности преступлений, но и за каждое преступное деяние.

При этом в случае назначения несовершеннолетнему наказания за неоконченное преступление, а также при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. "и, к" ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств, наказание должно назначаться при последовательном применении положений ч.6 ст.88, ч.ч. 2, 3 ст.66 и ч.1 ст.62 УК РФ.

При применении указанных положений Общей части УК РФ наказание ФИО1 за совершение каждого из преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, не могло превышать 3 лет 4 месяцев лишения свободы.

По смыслу закона, если в результате применения статей 66 и (или) 62 УК РФ срок или размер наказания, который может быть назначен осужденному, окажется менее строгим, чем низший предел наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, то наказание назначается ниже низшего предела без ссылки на ст.64 УК РФ. В таких случаях верхний предел назначаемого наказания не должен превышать срок или размер наказания, который может быть назначен с учетом положений указанных статей.

Между тем, вопреки требованиям закона осужденному за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, назначено основное наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы, превышающее вышеуказанные пределы.

При таких обстоятельствах наказание в виде лишения свободы, назначенное ФИО1 за каждое из преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, следует смягчить.

Оснований для аналогичного снижения наказания в виде лишения свободы, назначенного осужденному за совершение преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1 УК РФ и ч.3 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, не имеется, поскольку в указанных случаях оно ему определено в пределах, предусмотренных ч.6 ст.88, ч.3 ст.66 и ч.1 ст.62 УК РФ.

Вместе с тем, вследствие снижения наказания за преступления, предусмотренные ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, ФИО1 следует назначить в меньшем размере наказание по правилам ч.2 ст.69, ст.70, ч.5 ст.69 УК РФ.

Изложенное в силу ч.1 ст.401.15 УПК РФ является основанием для пересмотра приговора Свердловского районного суда г.Красноярска от 28 сентября 2016 года в отношении ФИО1 в кассационном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 401.13, 401.14 УПК РФ, президиум Красноярского краевого суда

П О С Т А Н О В И Л :

Кассационные жалобы осужденного ФИО1 удовлетворить частично.

Приговор Свердловского районного суда г.Красноярска от 28 сентября 2016 года в отношении ФИО1 изменить.

Снизить наказание, назначенное ФИО1 за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, до 3 лет 3 месяцев лишения свободы, со штрафом в размере 10.000 рублей.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1; ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1; ч.1 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 и ч.3 ст.30, п."г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 наказание в виде 4 лет 9 месяцев 15 дней лишения свободы, со штрафом в размере 20.000 рублей.

В соответствии со ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию не отбытой части наказания по приговору от 16 февраля 2015 года, назначить ФИО1 наказание в виде 4 лет 10 месяцев 15 дней лишения свободы, со штрафом в размере 20.000 рублей.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием за преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, п."а" ч.3 ст.228.1 УК РФ, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 4 лет 11 месяцев лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 25.000 рублей.

В остальной части оставить судебное решение без изменения, кассационные жалобы осужденного без удовлетворения.

Председательствующий Н.В. Фуга