Решение № 2-327/2019 2-327/2019~М-31/2019 М-31/2019 от 17 мая 2019 г. по делу № 2-327/2019

Дело № 2-327/2019

УИД 26RS0024-01-2019-000087-98


Решение в мотивированном виде

изготовлено 18.05.2019г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 мая 2019 г. Невинномысский городской суд Ставропольского края в составе:

Председательствующего судьи Рахманиной Р.П.

при секретаре Казаченко И.Н.

с участием представителей истца ФИО2- ФИО3, ФИО4,

представителей ответчика – ООО «Технострой» ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Технострой» о взыскании заработной платы, денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратилась в суд с иском к ООО «Технострой» о взыскании заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 11367,71 руб., денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.08.2018г. по день вынесения решения суда, на момент подачи искового заявления размер денежной компенсации составляет 780,21 руб., и компенсации морального вреда в размере 4000 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО2 ссылается на то, что с ДД.ММ.ГГГГ. она работала в ООО «Технострой» в должности уборщика производственных и служебных помещений.

С ДД.ММ.ГГГГ она была уволена. Согласно справке о заработной плате, выданной ООО «Технострой», за июль 2018г. ей было начислено 27256,04 руб., в том числе: 5726 руб. – заработная плата, 21530,04 руб.– компенсация за неиспользованный отпуск.

Следовательно, с учетом удержания подоходного налога, ей должны были выплатить 23712,75 руб. Тогда как фактически ей было выплачено путем перечисления на ее счет в Сбербанке всего 12345,04 руб. Оставшаяся сумма в размере 11367,71 руб. до настоящего времени не выплачена.

В соответствии со ст.140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Кроме того, в соответствии со ст.236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя. Размер компенсации за период с 01.08.2018г. по 09.01.2019г. (день подачи искового заявления) составляет 780,21 руб.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Из разъяснений, содержащихся в абз.2 п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абз.3 п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. № 2). Принимая во внимание факт нарушения трудовых прав, выражающийся в незаконном лишении возможности получить заработную плату и гарантированные законодательством Российской Федерации льготы и компенсации при увольнении, что повлекло нравственные страдания, с учетом принципов разумности и справедливости, оценивает причиненный ей моральный вред в 4000 руб. Считает, что указанная сумма, определенная с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, степени нарушения трудовых прав, длительности невыплаты причитающейся ей заработной платы, будет способствовать восстановлению баланса между нарушенными правами и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Впоследствии ФИО2 обратилась в суд с уточненным иском к ООО «Технострой» о взыскании заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в размере 17174,44 руб., денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.08.2018г. по день вынесения решения суда, на момент подачи уточненного искового заявления размер денежной компенсации составляет 2307,39 руб. и компенсации морального вреда в размере 4000 руб.

Ссылаясь на то, что при изучении документов, представленных в суд ответчиком, она обнаружила, что расчет компенсации за неиспользованный отпуск исходя из представленных копий приказов о предоставлении ей отпусков за весь период работы, ей было предоставлено 90 дней отпуска, тогда как она имела право на 180 дней. Таким образом, при увольнении ей должны были выплатить компенсацию за 92 дня неиспользованного отпуска, тогда как компенсация была начислена за 84 дня отпуска.

Заработная плата за период с августа 2017г. по июль 2018г. включительно, которая должна быть рассчитана в соответствии со ст.139 ТКРФ составляет: Август 2017г. – 5726 руб.; Сентябрь 2017г. – 5726 руб.; Октябрь 2017г. – 5726 руб.; Ноябрь 2017г. – 5726 руб.; Декабрь 2017г. – 5726 руб.; Январь 2018г. – 9444,65руб.; Февраль 2018г. – 13359 руб.; Март 2018г. – 9291 руб.; Апрель 2018г. – 12215 руб.; Май 2018г. – 5726 руб.; Июнь 2018г. – 5726 руб.; Июль 2018г. –5726 руб. Итого за 12 месяцев: 90117,65 руб., 90117,65 руб.: 12 месяцев : 29,3 = 256,30 руб.; 256,30 руб. х 90 дней = 23579,60 руб.

Таким образом, недополученная сумма при увольнении составила: 5726 руб. (заработная плата за июль 2018г) + 23579, 60 руб. (компенсация за неиспользованный отпуск за период с августа 2017г. по июль 2018г.) = 29305,60 руб.- 12131,16 руб. (поступление денежных средств 13.08.2018г. согласно справке о состоянии вклада от 12.12.2018г. №297)=17174,44 руб.

Также указывает, что количество просроченный дней за период с 01.08.2018г. по 23.04.2019г. (день подачи уточненного искового заявления) в соответствии со ст.236 ТК РФ составляет 266 дней. В связи с чем, размер процентной ставки (денежной компенсации составляет) на дату подачи иска 2307,39 руб.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие, исковые требования поддержала в полном объеме, просит их удовлетворить.

Представители истца ФИО2 - ФИО3, ФИО4 в судебном заседании заявленные требования поддержали, просят взыскать с ООО «Технострой» в пользу ФИО2 заработную плату и компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 17174,44 руб., денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.08.2018г. по день вынесения решения суда, на момент подачи уточненного искового заявления 23.04.2019г. размер денежной компенсации составляет 2307,39 руб., и компенсацию морального вреда в размере 4000 руб.

Представитель ответчика - ООО «Технострой» ФИО5 в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признал, просил в иске отказать, ссылаясь на доводы изложенные в возражениях на исковое заявление. Согласно которым, ФИО2 работала в Обществе в должности уборщика производственных и служебных помещений на основании заключенного трудового договора. Согласно п.4.2 договора размер оплаты труда складывался из следующего расчета: 9162 руб. при 8 часовом рабочем дне и включал в себя должностной оклад, доплаты и надбавки в соответствии с действующим законодательством. Иными словами данный договор содержа фиксированную заработную плату за фактически отработанное время и не имел сдельных оснований, зависимых от объема производимых работ. Данное утверждение подтверждается п.4.4. настоящего договора: «оплата труда производится пропорционально отработанному времени». Согласно табелям учета рабочего времени, ФИО2 имела пятичасовой рабочий день.

Положением о премировании работников от 01.01.2015г. не предусмотрена обязательность дополнительных выплат и премий. Данные выплаты производятся исключительно по волеизъявлению работодателя.

Пунктом 2.3 Положения об оплате труда от 25.01.2012г. №03 предусмотрено, что для работников с повременно-премиальной системой оплаты труда по окладам - по установленным окладам за фактически отработанное время. Следует отметить, что в отличии от сдельной формы оплаты труда, повременная система предполагает, что зарплата начисляется за фактически отработанное время, независимо от результатов работы.

В период с января по апрель 2018г. ФИО2 выплачивалась премия на основании приказов о премировании. В апреле 2018г. руководством принимается решение об отказе от одного из направлений ведения бизнеса и поднимается вопрос об увольнении ряда сотрудников переводом в другую организацию (в данную категорию попала и ФИО2) с грядущим произведением компенсационных выплат за неиспользованные отпуска. Ввиду большого размера единовременной компенсационной выплаты и соответственно резкого увеличения финансовой нагрузки Общества на конкретный календарный месяц, главным бухгалтером было предложено производить компенсационные выплаты авансом с разбивкой. В мае 2018г. истцу было начислено 5726 руб. (заработная плата), отсутствие премии (приказ об отказе в премировании подписанный директором ФИО6), выплачено 11486 руб. с учетом аванса по компенсации за неиспользованный отпуск, переплата составила 6505 руб. В июне 2018г. начислено 5726 руб. (заработная плата) отсутствие премии (приказ об отказе в премировании подписанный директором ФИО6), выплачено 9845руб. с учетом аванса по компенсации за неиспользованный отпуск, переплата составила 4863 руб., общая сумма переплаты составила 11 368 руб.

В июле 2018г. всего начислено 27256,04руб., том числе: заработная плата - 5726 руб. (за 22 отработанных дня), 21530,04 руб. (компенсация за неиспользованный отпуск). Удержан НДФЛ в размере 3543 руб. Выплачено за вычетом переплаты: 12345,04 руб. (27256,04 руб.- 3543 руб.- 11368 руб.). Считает, что какая-либо задолженность перед ФИО2 у ответчика отсутствует.

Представитель Государственной инспекции труда в Ставропольском крае, надлежаще уведомленный о слушании дела, в судебное заседание не явился.

Выслушав стороны, опросив свидетеля ФИО7, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу обоснованности заявленных ФИО2 исковых требований.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ. работала в ООО «Технострой» в должности уборщика производственных и служебных помещений.

В соответствии с п.5.4 Положения об оплате труда работников ООО «Технострой» выплата заработной платы осуществляется два раза в месяц. 30 числа текущего месяца за первую половину месяца (аванс); 15 числа за отчетным месяцем, окончательный расчет за вторую половину месяца.

Таким образом, заработная плата за июль 2018г. должна была быть выплачена истцу 30 июля 2018г. в виде аванса и 15 августа 2018г. в виде окончательного расчета за месяц.

Однако из материалов дела следует, что в нарушение требований ст.135 Трудового кодекса РФ и Положения об оплате труда работников ООО «Технострой» фактически заработная плата в 2018г. выплачивалась истцу ФИО2 всего один раз в месяц с 7 по 13 число месяца.

Принимая во внимание то, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была уволена, все начисленные ей денежные суммы при увольнении, в том числе заработная плата за июль 2018г., должны были быть выплачены ей в соответствии со ст.140 Трудового кодекса РФ в день увольнения, то есть ДД.ММ.ГГГГ

Согласно расчетному листку о начислении ФИО2 заработной платы за июль 2018г. ей было начислено всего 27756,04 руб., в том числе: оклад по дням в размере 5726 руб., компенсация отпуска за 84 дня в размере 21530,04 руб., удержан НДФЛ в размере 3543 руб.

Кроме того, из заработной платы, начисленной истцу за июль 2018г., были удержаны выплаченная ей 11.07.2018г. сумма заработной платы за июль 2018г. в размере 9845 руб. и долг работника на начало месяца в размере 1523 руб.

В результате произведенного работодателем расчета ФИО2 13.08.2018г. был выплачен окончательный расчет в размере 12345,04 руб. (27256,04 руб. – 3543 руб. – 11 368 руб.)

Однако, указанный выше расчет был произведен с нарушением действующего трудового законодательства.

Согласно ч.5 ст.37 Конституции РФ, каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск.

В соответствии со ст.114 ТК РФ работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней (ст.115 ТК РФ).

Исходя из того, что ФИО2 работала в ООО «Технострой» с 01.02.2012г. по 31.07.2018г., она имела право на предоставление за указанный период работы 182 дня трудового отпуска, исходя из следующего расчета:

- за период работы с 01.02.2012г. по 31.01.2013г. - 28 календарных дней,

- за период работы с 01.02.2013г. по 31.01.2014г. - 28 календарных дней,

- за период работы с 01.02.2014г. по 31.01.2015г. - 28 календарных дней,

- за период работы с 01.02.2015г. по 31.01.2016г. - 28 календарных дней,

- за период работы с 01.02.2016г. по 31.01.2017г. - 28 календарных дней,

- за период работы с 01.02.2017г. по 31.01.2018г. - 28 календарных дней,

-за период с 01.02.2018г. по 31.07.2018гг.-14 календарных дней;

Из представленных ООО «Технострой» копий приказов о предоставлении отпусков следует, что истцу фактически за весь период работы было предоставлено 90 дней отпуска, а именно:

- приказом № 67-о от 10.04.2013г. предоставлено 17 календарных дней отпуска,

- приказом № 181-о от 13.11.2014г. предоставлено 31 календарный день отпуска,

- приказом от 04.07.2016г. предоставлено 28 календарных дней отпуска.

- приказом №44-о от 30.05.2017г. предоставлено 14 календарных дней отпуска,

Таким образом, при увольнении ФИО2 должны были заплатить компенсацию за 92 дня неиспользованного отпуска (182 дня – 90 дней = 92 дня), тогда как согласно расчетному листку, представленному ответчиком, компенсация за неиспользованный отпуск была начислена за 84 дня.

Кроме того, было допущено нарушение действующего трудового законодательства и при исчислении компенсации за неиспользованный отпуск.

В соответствии со ст.139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Тогда как согласно представленной ООО «Технострой» копии записки-расчета при прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 31.07.2018г. при расчете ФИО2 среднего дневного заработка для исчисления компенсации за неиспользованный отпуск средний заработок за год делился не на 12 и 29,3, как это предусмотрено ст.139 Трудового кодекса РФ, а на количество дней расчетного периода в размере 351,60. При этом, каким образом рассчитано данное количество дней расчетного периода представители ответчика в судебном заседании пояснить не смогли.

Кроме того, за май и июнь 2018г. работодателем не учтены фактически выплаченные истцу в качестве заработной платы суммы, а именно: ФИО2 было выплачено за май 2018г. – 10 666,42 руб. (с учетом удержания подоходного налога) и за июнь 2018г. – 11 552,42 коп. (с учетом удержания подоходного налога), что подтверждается справкой ПАО «Сбербанк России» о состоянии вклада ФИО2 за период с 01.01.2018г. по 31.08.2018г. При этом ответчиком при исчислении среднего заработка за год учитывалась заработная плата за май 2018г. в размере 5726 руб. и за июнь 5726 руб.

В связи с чем, с учетом фактически выплаченной истцу заработной платы при исчислении среднего заработка за год необходимо учитывать следующие суммы без удержания подоходного налога: за май 2018г. - 13 202,30 руб. (11486 руб. : 87 х 100 = 13 202,30 руб.), за июнь 2018г. – 11 316,09 руб. (9845 руб. : 87 х 100 = 11316,09 руб.)

Таким образом, компенсация за неиспользованный отпуск составляет 103184,24 руб., исходя из следующего расчета:

Август 2017г. – 5726 руб.

Сентябрь 2017г. – 5726 руб.

Октябрь 2017г. – 6877,69 руб.

Ноябрь 2017г. – 4908 руб.

Декабрь 2017г. – 5726 руб.

Январь 2018г. – 9444,85 руб.

Февраль 2018г. – 13359 руб.

Март 2018г. – 9291 руб.

Апрель 2018г. – 12 215 руб.

Май 2018г. – 13202,30 руб.

Июнь 2018г. – 11316,09 руб.

Июль 2018г. – 5726 руб.

Итого за 12 месяцев: 103184,24 руб.

103184,24 руб. : 12 месяцев : 29,3 = 293,47 руб. (среднедневной заработок).

293,47 руб. (среднедневной заработок) х 92 дня= 26999,24 руб.

Таким образом, принимая во внимание то, что размер отпускных, начисленных за предоставление отпуска, истцом не оспаривается, за июль 2018г. ФИО2 должны были начислить заработную плату в размере 32725,24 руб., исходя из следующего расчета: 5726 руб. (оклад по дням) + 26999,24 руб. (компенсация за неиспользованный отпуск) = 32725,24 руб.

Соответственно, выплате подлежала сумма заработной платы в размере 29182,24 руб. (с учетом удержания подоходного налога в размере 13%), однако фактически было выплачено 12131,16 руб. Недоплаченная сумма составляет 17051,08 руб.

В соответствии со ст.126 Трудового кодекса РФ часть ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, по письменному заявлению работника может быть заменена денежной компенсацией. При суммировании ежегодных оплачиваемых отпусков или перенесении ежегодного оплачиваемого отпуска на следующий рабочий год денежной компенсацией могут быть заменены часть каждого ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, или любое количество дней из этой части.

В силу ст.127 Трудового кодекса РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выплата денежной компенсации за все неиспользованные отпуска служит специальной гарантией, обеспечивающей реализацию особым способом конституционного права на отдых теми работниками, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по инициативе работодателя или по иным основаниям и в силу различных причин не воспользовались ранее своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск (определения от 5 февраля 2004г. № 29-О, от 29 сентября 2015г. № 1834-О, от 25 октября 2018г. № 38-П).

Следовательно, исключительное право выплаты денежной компенсации за все неиспользованные отпуска работникам, у которых ежегодно оплачиваемый отпуск не превышает 28 календарных дней, предусмотрено только при увольнении работника.

Согласно ст.140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Таким образом, выплата компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении производится в день увольнения работника, при этом, размер данной компенсации определяется также на день увольнения.

Выплата компенсации за неиспользованный отпуск авансом, причем за несколько месяцев до увольнения и при отсутствии заявления работника об увольнении, действующим законодательством не предусмотрена. Более того, такие действия, противоречат действующему законодательству, поскольку лишают работника до его увольнения воспользоваться гарантированным ему Конституцией Российской федерации правом на предоставление отпуска.

ФИО2 согласие на выплату ей компенсации за неиспользованный отпуск авансом не давала. Сведений о том, что её знакомили с приказами № от ДД.ММ.ГГГГ. и № от ДД.ММ.ГГГГ. о выплате денежной компенсации, суду не представлено. Сторонами данный факт не оспаривается.

Более того, из показаний свидетеля ФИО1 следует, что она работала в ООО «Технострой» матером участка на внутризаводской территории. В ее обязанности входило ведение табелей, произведение расчетов по участку, закрепленному за ней за дополнительный объем работ и совмещение работ. По штатному расписанию на участке должно работать сто человек, в действительности работало около шестидесяти, остальные объекты она распределяла работникам с их согласия. По окончании каждого месяца производила закрытие актов и отчетов о выполненных работах за месяц, согласно договора с заказчиком, на основании чего рассчитывались суммы доплат, которые предоставлялись исполнительному директору ФИО8, который посредством электронной почты пересылал их в головной офис в г. Ставрополь для начисления заработной платы. В мае и июне 2018г. также на основании ее расчетов ФИО2 была начислена заработная плата и проведены все выплаты. Никаких премий они не получали, расчетные листы им не предоставлялись, доплаты рассчитывались по договоренности и устанавливались исполнительным директором, а она производила расчеты.

Кроме того, в расчетных листках за май и июнь 2018г. сведений о выплате какого-либо аванса не указано. Напротив, указано, о выплате заработной платы за май 2018г. в размере 10627 руб. и за июнь 11486 руб.

При этом, никакого расчета компенсации на момент выплаты заработной платы за май и июнь 2018г. ответчиком представлено не было.

Таким образом, доводы истца ФИО2 о том, что за май и июнь 2018г. ей кроме оклада была выплачена доплата за совмещение, а не компенсация за неиспользованный отпуск представителями ответчика фактически не опровергнуты.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст.59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

На основании ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В этой связи суд отмечает, что согласуясь с закреплёнными в статьях 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п.1 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч.1 ст.19, ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст.9 ГПК РФ принципе диспозитивности, приведённые выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объёма своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объёма предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч.2 ст.57, ст.62, ст.64, ч.2 ст.68, ч.3 ст.79, ч.2 ст.195, ч.1 ст.196 ГПК РФ).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2010г. № 478-О-О указано, что норма части первой статьи 12 ГПК Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом не могут быть приняты во внимание доводы представителей ответчика ООО «Технострой» о том, что работникам предприятия, в том числе и ФИО2 доплата за совмещение вообще не выплачивалась, а выплачивались премии, при этом, за май и июнь 2018г. руководством ООО «Технострой» было принято решение премии не выплачивать.

В соответствии с п.4.5.1 Положения об оплате труда работников ООО «Технострой» при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Согласно расчетным листкам за период с января по июль 2018г., представленным ООО «Технострой», ФИО2 за январь, февраль, март, апрель 2018г. начислялись не премии, а доплата за совмещение, что опровергает доводы представителей ответчика.

В соответствии со ст.136 Трудового кодекса РФ работодатель обязан при выплате заработной платы в письменной форме извещать каждого работника о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, размерах и основаниях произведенных удержаний, а также об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном ст.372 названного Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Таким образом, поскольку работодателем не представлено суду достоверных доказательств того, какие именно денежные суммы и в качестве чего были начислены и выплачены ФИО2, суд считает, что фактически перечисленные ей денежные средства были выплачены в качестве заработной платы, как об этом указано в расчетных листках.

В соответствии со ст.137 Трудового кодекса РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться:

- для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы;

- для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях;

- для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса);

- при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1,2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1,2,5,6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

Заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Предусмотренные ст.137 Трудового кодекса РФ правовые нормы согласуются с положениями Конвенции международной организации труда от 1 июля 1949г. № 95 «Относительно защиты заработной платы» (ст.8), ст.1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, обязательных для применения в силу ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации, ст.10 Трудового кодекса РФ и содержат исчерпывающий перечень случаев, когда допускается взыскание с работника излишне выплаченной ему заработной платы, в том числе, если допущенная ошибка явилась результатом неправильного применения трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. К таким случаям, в частности, относятся случаи, когда заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом, либо вследствие счетной ошибки.

Поскольку ответчиком ООО «Технострой» не представлено суду никаких доказательств того, что при выплате истцу заработной платы за май и июнь 2018г. была допущена счетная ошибка либо имели место неправомерные действия со стороны работника, удержание из заработной платы ФИО2 начисленной за июль 2018г., якобы имеющегося долга перед предприятием в размере 1523 руб., является незаконным.

Таким образом, судом установлено, что фактически истцу было недоплачено 17051,08 руб.

Подлежат удовлетворению и исковые требования ФИО2 в части взыскания денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.08.2018г. по день вынесения решения суда.

Статьей 236 ТК РФ предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Принимая во внимание то, что в пользу истца подлежит взысканию заработная плата и компенсация за неиспользованный отпуск в размере 17051,08 руб., размер денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.08.2018г. по день вынесения решения суда составляет 2458,19 руб., исходя из следующего расчета:

17051,08 руб. : 100 х 7,25 х 1/150 х 47 дней (за период с 01.08.2018г. по 16.09.2018г.) = 387,34 руб.

17051,08 руб.: 100 х 7,50 х 1/150 х 91 дней (за период с 17.09.2018г. по 16.12.2018г.) = 775,82 руб.

17051,08 руб.: 100 х 7,75 х 1/150 х 147 дней (за период с 17.12.2018г. по 13.05.2019г.) = 1295,03 руб.

Рассматривая исковые требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о необходимости их частичного удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, содержащихся в абз.2 п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. № 2, следует, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абз. 3 п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. № 2).

Принимая во внимание то, что судом установлен факт нарушения работодателем трудовых прав ФИО2, учитывая характер и степень нравственных страданий, причиненных истцу, связанных с её индивидуальными особенностями, продолжительность нарушения трудовых прав истца, а также руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать в пользу ФИО2 в качестве денежной компенсации причиненного морального вреда 1000 руб.

Статья 100 ГПК РФ предусматривает возмещение расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор на оказание услуг по условиям которого, Исполнитель - ФИО3 обязался оказать ФИО2 следующие услуги: подготовить досудебные претензии, исковое заявление в суд, проводить консультирование заказчика, представлять интересы в суде, общественных и государственных структурах. Сумма вознаграждения за оказанные услуги составляет 20000 руб. (п. 3.1.1 договора).

Согласно квитанции об оплате № от ДД.ММ.ГГГГ. по условиям договора за оказание юридических услуг ФИО3 оплачено 20000 руб.

В судебном заседании представителем истца – ФИО3 были заявлены требовании о компенсации судебных расходов на оплату услуг представителей в размере 20000 рублей.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 N 382-0-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Суд при взыскании судебных расходов на участие представителей в суде учитывает следующие обстоятельства: степень сложности рассматриваемого дела, длительность его рассмотрения, объем работы, выполненной представителями и учитывая указанные обстоятельства, размер расходов на представителя с учетом расходов по составлению искового заявления подлежит снижению до 15 000 рублей.

При вынесении решения в соответствии со ст.103 ГПК РФ с ответчика ООО «Технострой» следует взыскать в доход государства государственную пошлину в размере 1115 руб.

Руководствуясь изложенным, ст.ст.194-198 ГПК РФ,

р е ш и л :

Исковые требования ФИО2 к ООО «Технострой» удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Технострой» в пользу ФИО2: заработную плату и компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 17051,08 руб., денежную компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы – 2458,19 руб. и компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, а всего 20509,27 руб.

Взыскать с ООО «Технострой» в пользу ФИО2 расходы на оплату услуг представителей в размере 15000 рублей.

В остальной части заявленных исковых требований - отказать.

Взыскать с ООО «Технострой» в доход государства государственную пошлину в размере 1115 руб.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Невинномысский городской суд в течение одного месяца со дня составления решения суда в мотивированном виде.

Судья

Невинномысского городского суда Р.П. Рахманина