Приговор № 1-61/2017 от 26 ноября 2017 г. по делу № 1-61/2017

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации



№ 1-61/2017
27 ноября 2017 года
город Томск
Томский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Старикова М.А.,

при секретаре судебного заседания Суняевой С.А.,

с участием государственного обвинителя – военного прокурора Томского гарнизона подполковника юстиции ФИО1,

потерпевшей А.,

подсудимого и его защитников – адвоката Чемерзова Д.Н. и гражданина ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в присутствии личного состава в помещении военного суда уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего, проходившего военную службу по контракту в войсковой части 00001, ефрейтора запаса

ФИО3, родившегося ..., несудимого, ..., проходившего военную службу по контракту с ... года по ... года, безработного, зарегистрированного по , проживающего по ,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 около 22 часов 12 августа 2016 года на улице у автозаправочной станции «Газпромнефть» по улице Красноармейская, 1Б в городе Томск, желая наказать Б. за оскорбление и применённое насилие в виде удара, осознавая факт нахождения последнего в состоянии алкогольного опьянения, умышленно нанёс один удар кулаком правой руки в левую область головы Б., от которого последний упал. После того, как Б. встал на ноги, Наумкин вновь умышленно нанёс ему удар кулаком правой руки в левую область головы.

Около 23 часов, находясь на командном пункте наведения авиации войсковой части 00001 Б. пожаловался на головную боль и лёг спать, около 08 часов 13 августа 2016 года обнаружен мёртвым.

В результате умышленных противоправных действий ФИО4 в виде нанесения второго удара, он причинил Б. ..., которые по признаку опасности для жизни квалифицируются как причинение тяжкого вреда здоровью.

Кроме того, в результате причинения ФИО4 указанного повреждения здоровья Б. по неосторожности наступила смерть последнего.

Наумкин виновным себя не признал и показал, что 12 августа 2016 года, находясь у себя дома в городе Томск, созванивался с командиром войсковой части 00001 З., который с военнослужащими войсковых частей 00002 и 00001 праздновал День военно-воздушных сил России. Около 20 часов он договорился с З., что поможет ему и находящимся с ним военнослужащим попасть в ночной клуб, но необходимо его (ФИО4) личное присутствие. Около 21 часа 40 минут к нему домой подъехал автомобиль З. под управлением Г., в котором также находились З., Б., Д. и Е. По дороге в ночной клуб Б., находившийся в состоянии алкогольного опьянения, начал высказывать ему, ФИО4, претензии и оскорбления, связанные с тем фактом, что он едет с ними, а не на своём автомобиле, который он обещал приобрести. На неоднократные просьбы прекратить высказывать необоснованные претензии и оскорбления, Б. не реагировал, в связи с чем Г. остановил автомобиль у автозаправочной станции «Газпромнефть» по улице Красноармейская. Также ФИО4 показал, что на улице Б. ударил его кулаком по лицу, на это он в ответ нанёс средней силы удар кулаком левой руки в подбородок Б., от чего тот упал на спину и ударился головой. После этого Б. самостоятельно поднялся, а его (ФИО4) в сторону отвёл З., который потребовал прекратить конфликт. Далее ФИО4 показал, что когда подходил к автомобилю, к нему подбежал Б., левой рукой схватил за его правое плечо, а правой рукой обхватил за шею и повалил на землю, упав сверху. Также ФИО4 показал, что во время падения Б. ударился левой частью головы о его лоб, а он от этого ударился затылком об асфальт. В процессе борьбы, он смог перевернуться и оказался сверху на Б., когда его оттащил в сторону З. После этого, по требованию З. он отошёл с Б. в сторону, где договорились поговорить на следующий день и пожали друг другу руки. Далее ФИО4 показал, что его отвезли домой, а прибыв на следующий день в воинскую часть, он зашёл на пункт наведения авиации, где обнаружил Б. мёртвым.

Виновность подсудимого в содеянном полностью подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения и исследованных в суде доказательств.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 13 августа 2016 года (т. ... л.д. ...) в командном пункте воинской части, расположенной вблизи ..., обнаружен труп Б. без признаков насильственной смерти.

Допрошенный в качестве свидетеля участковый-уполномоченный полиции Ж. показал, что проводил осмотр места происшествия, в условиях искусственного освещения не увидел никаких телесных повреждений на голове и теле Б.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 28 марта 2017 года (т. ... л.д. ...) драка между Б. и ФИО4 12 августа 2016 года произошла у автозаправочной станции «Газпромнефть» по улице Красноармейская, 1Б в городе Томск.

Свидетель З. показал, что около 15 часов 12 августа 2016 года по приглашению военнослужащих, проходящих военную службу в войсковой части 00002, прибыл на празднование Дня военно-воздушных сил России, которое проводилось на лесной поляне, возле территории воинской части. Около 20 часов с целью продолжить празднование вместе с военнослужащими войсковой части 00002 – Б., Д. и Е. решил поехать в город Томск. Поскольку все находились в состоянии алкогольного опьянения, он (З.) доверил управлять своим автомобилем рядовому Г., который алкогольные напитки не употреблял. Далее З. показал, что по дороге в город он созванивался с ФИО4, с которым договорился, что тот поможет попасть в ночной клуб, в связи с чем они забрали его из дома. По пути следования в ночной клуб, Б. инициировал конфликт с ФИО4, предъявив тому претензии по поводу так и не приобретённого автомобиля, а также оскорбил нецензурным словом. Также З. показал, что для урегулирования конфликта около 22 часов Г., с его разрешения, остановил автомобиль у автозаправочной станции на улице Красноармейская, где все вышли на улицу. В ходе словесного конфликта Б. по предложению ФИО4 снял китель, а затем подошёл к нему и нанёс правой рукой удар в плечо, который по касательной попал также в голову ФИО4. В ответ ФИО4 незамедлительно нанёс удар правым кулаком Б. в левую щёку, от которого тот попятился назад и упал спиной на твёрдую поверхность, ударившись головой. После этого, он (З.) увёл ФИО4 в сторону, где последний пообещал, что больше продолжения конфликта не будет. Далее ФИО4 подошёл к Б., однако тот применил к нему борцовский приём и повалил на землю, а сам упал сверху. После того, как ФИО4 сумел оказаться сверху на Б., он (З.) оттащил ФИО4 в сторону, где еще раз потребовал прекратить конфликт и примириться. После того, как Б. и ФИО4 пожали друг другу руки, ФИО4 отвезли домой, а Б. в командный пункт воинской части, поскольку он находился на дежурстве. Также З. показал, что на улице возле командного пункта он, Б., Д. и Г. стояли и общались, при этом Б. высказал жалобу на головную боль, однако отказался ехать в лечебное учреждение, взяв болеутоляющую таблетку. Утром около 08 часов 30 минут Б. обнаружен мёртвым.

Согласно протоколу проверки показаний на месте с участием свидетеля З. от 16 августа 2016 года (т. 1 л.д. ...) последний указал место на улице у автозаправочной станции «Газпромнефть» по улице Красноармейская, 1Б в городе Томск, где произошёл конфликт между Б. и ФИО4.

Свидетель Г. показал, что вечером 12 августа 2016 года по просьбе З. на автомобиле последнего отвозил его, Б., Д. и Е. в город. Также Г. показал, что в городе они заехали за ФИО4, который сел шестым в автомобиль, в связи с чем Б. начал предъявлять тому претензии, что он не выполнил своего обещания купить автомобиль лучше, чем у Б., а также обозвал нецензурным словом. Поскольку начинался словесный конфликт, он (Г.) с согласия З. остановил автомобиль у автозаправочной станции, где все вышли на улицу. На улице ФИО4 предложил Б. подраться один на один без кителя, а Б. сняв китель, подошёл к тому и нанёс удар в область лица, на что ФИО4 в ответ нанёс удар правым кулаком в область челюсти. Б. от удара упал назад и ударился головой об асфальт. Когда Б. поднялся, ФИО4 нанёс ему ещё один удар кулаком правой руки в висок, после чего они стали бороться, упав на асфальт, где их разняли. После того, как конфликт был исчерпан, он (Г.) отвёз З., Д., Е. и Б. к командному пункту, где последний пожаловался на сильную головную боль, но отказался от поездки в больницу. З. дал Б. таблетку, которую он взял с собой и ушёл в командный пункт. Также Г. показал, что утром 13 августа ему стало известно о том, что Б. умер.

Кроме того, Г. показал, что вечером 12 августа З., Б., Д. и Е. находились в состоянии алкогольного опьянения, при этом ФИО4 ему сообщил, что выпил литр пива, однако признаков опьянения у него, свидетель не усматривал.

Также свидетель показал, что вечером 12 августа после драки ФИО4 и Б. видел у последнего слева на лбу покраснение.

Свидетель Д. показал, что вечером 12 августа 2016 года в автомобиле З. по пути следования в ночной клуб между Б. и ФИО4 произошёл словесный конфликт, в ходе которого Б. оскорбил ФИО4. На улице, у автозаправочной станции, где Г. остановил автомобиль, ФИО4 предложил драться один на один, Б. снял китель, подошёл к ФИО4 и ударил его в плечо, на что последний ответил ударом правой рукой в челюсть Б., тот попятился назад и упал, ударившись затылком. Когда Б. поднялся, ФИО4 нанёс ему ещё один удар кулаком правой руки в область левого виска, после этого они схватили друг друга и в ходе борьбы ФИО4 упал на асфальт, а Б. на него сверху. Далее ФИО4 перевернулся и оказался сверху на Б., после чего их разняли. Также Д. показал, что ФИО4 отвезли домой, а сами поехали в воинскую часть, поскольку Б. находился на дежурстве, а ему (Д.) необходимо было заступать на дежурство с утра. Возле входа в командный пункт, в ходе разговора, Б. пожаловался на боль в голове и ушёл отдыхать. Когда он (Д.) зашёл в командный пункт Б. попросил его принести воды, что он и сделал, а потом ушёл спать в другое помещение.

Кроме того, Д. показал, что вечером 12 августа 2016 года он, З., Е. и Б. находились в состоянии алкогольного опьянения.

Из протоколов, проведённых в ходе предварительного следствия, 24 апреля и 17 мая 2017 года следственных экспериментов с участием свидетелей Д. (т. ... л.д. ...) и Г. (т. ... л.д. ...), видно, что они, каждый в отдельности, подтвердили данные ими показания и воспроизвели взаимное расположение Б. и ФИО4, а также последовательность действий каждого, в ходе конфликта около 22 часов 12 августа 2016 года.

Свидетель Е. показал, что 12 августа 2016 года вместе с другими военнослужащими, проходящими военную службу в войсковых частях 00002 и 00001, отмечал праздник на лесной поляне возле территории воинской части и употреблял алкогольные напитки. Также Е. показал, что вечером того же дня он, вместе с Б., Д. и З. на автомобиле последнего под управлением Г. поехали в город, где забрали из дома ФИО4, однако по пути между Б. и ФИО4 произошёл словесный конфликт. Кроме того, свидетель показал, что помнит, что конфликт между Б. и ФИО4 продолжился на улице у автозаправочной станции, при этом Е. помнит, что Б. и ФИО4 боролись, однако чтобы они наносили друг другу удары, не помнит, поскольку находился в сильном алкогольном опьянении.

Свидетель С. показал, что 12 августа 2016 года на лесной поляне возле территории воинской части военнослужащие отмечали профессиональный праздник и употребляли алкоголь, при этом никаких конфликтов не было.

Потерпевшая А. в судебном заседании показала, что 11 августа 2016 года её муж – Б. ездил на рыбалку, никаких травм не получал, однако вечером пожаловался на боль в сердце. Утром 12 августа 2016 года супруг уехал в воинскую часть, поскольку заступал на суточное дежурство. Около 18 часов 12 августа она созванивалась с Б. по телефону, при этом он никаких жалоб на состояние здоровья не высказывал. Около 12 часов 13 августа 2016 года к ней домой приехали сослуживцы, которые сказали, что её муж ночью умер.

Также А. показала, что единственным источником дохода семьи являлось денежное довольствие мужа, поскольку до июня 2016 года она находилась в отпуске по уходу за ребёнком, и будучи беременной, взяла отпуск без содержания. Смертью супруга ей причинены нравственные страдания и переживания, вызвавшие необходимость принимать успокоительные медицинские препараты, которые могли отразиться на здоровье ещё не родившегося ребёнка. После смерти мужа была вынуждена уволиться с работы, поскольку одна воспитывает троих несовершеннолетних детей.

Из оглашённых в порядке статьи 281 УПК РФ показаний потерпевшей Р. (т. ... л.д. ...) следует, что она является матерью Б., который 13 августа 2016 года был обнаружен мёртвым по месту службы. Также Р. показала, что смертью сына ей причинён моральный вред.

Для установления причин смерти органами предварительного расследования были назначены первичная и дополнительная судебно-медицинские экспертизы.

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертов от 22 октября 2016 года № (т. ... л.д. ...) и от 23 декабря 2016 года № (т. ... л.д. ...), Б. причинена закрытая тупая травма головы в виде ..., относящаяся к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека, повлекшая смерть Б.

По причине наличия противоречий между заключениями экспертов в части выводов о давности возникновения повреждений и возможности их образования при падении с высоты собственного роста, по уголовному делу проведена повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 03 марта 2017 года № (т. ... л.д. ...), Б. была причинена закрытая тупая травма головы в виде ..., которая по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинение тяжкого вреда здоровью, и явилась причиной смерти Б.

Закрытая тупая травма головы была причинена Б. в результате травмирующего воздействия тупого твёрдого предмета, имеющего ограниченную травмирующую поверхность. Местом приложения травмирующего воздействия была левая височная область. Преимущественным направлением травмирующего воздействия было слева направо. Видом травмирующего воздействия был удар. Закрытая травма головы у Б. могла образоваться как от одного, так и от нескольких травмирующих воздействий (ударов). Травма головы была причинена Б. в период от 6 до 12 часов до наступления смерти и не могла образоваться в результате падения с высоты собственного роста. Установленный механизм образования повреждений, не исключает возможности образования закрытой тупой травмы головы у Б. в результате как одного, так и более (двух) ударов кулаком (или иным твёрдым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью) в левую височную область головы.

Давая оценку заключениям судебно-медицинских экспертов, суд исходит из следующего.

Допрошенная в судебном заседании эксперт И., проводившая экспертизу от 22 октября 2016 года, показала, что выводы о давности возникновения повреждений у Б. сделаны ею только на основании акта гистологического исследования, без учёта цвета кровоподтёка и состояния опьянения потерпевшего. Также эксперт пояснила, что её вывод о том, что образование травмы головы Б., не исключено в результате падения с высоты собственного роста, основан на морфологии обнаруженных телесных повреждений, при этом повреждений в месте противоудара при исследовании трупа ею обнаружено не было.

Эксперт К., проводивший экспертизу от 23 декабря 2016 года суду показал, что морфология повреждений головы у Б. позволяет исключить падение с высоты собственного роста, в том числе, с последующим соударением головами. Также эксперт показал, что для определения давности возникновения повреждений у Б. было проведено дополнительное гистологическое исследование.

При этом, суд критически оценивает показания специалиста Л., которые не могут являться доказательствами по уголовному делу, в связи с чем суд не находит оснований усомнится в обоснованности выводов экспертов.

Оценивая заключения экспертов в совокупности с показаниями свидетелей, суд в основу приговора кладёт заключение эксперта от 03 марта 2017 года по результатам проведения повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, которое находит научно-обоснованным, достоверным, относимым и допустимым.

Вместе с тем, выводы, эксперта в заключении от 22 октября 2016 года № о том, что давность возникновения повреждений составляет 1-2 суток при условно принятой «нормальной» реактивности организма, и образование телесных повреждений у Б. не исключено при падении с высоты собственного роста, судом отвергаются, как сделанные без учёта всех имевшихся в распоряжении эксперта сведений.

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта от 26 сентября 2016 года № (т. ... л.д. ...), ФИО4 каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает. В период совершения вменяемого деяния и в настоящее время может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается.

Давая оценку указанному заключению эксперта в совокупности с другими исследованными доказательствами и поведением подсудимого в судебном заседании, суд находит его обоснованным, а ФИО4 признаёт вменяемым.

Оценивая доказательства в совокупности путём их сопоставления, военный суд находит их относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными, а виновность подсудимого в содеянном признаёт доказанной.

Версия подсудимого и его защитников о том, что ФИО4 нанёс Б. только один удар кулаком левой руки в подбородок, опровергается последовательными и согласованными показаниями свидетелей Г. и Д., у которых не имеется оснований для оговора ФИО4, с чем последний согласился. При этом показания очевидца событий – свидетеля З. о том, что он видел один удар ФИО5, не опровергает показаний свидетелей Г. и Д., поскольку З. пояснил, что не исключает, что ФИО4 наносил второй удар Б., однако этого не помнит, так как находился в состоянии алкогольного опьянения.

То обстоятельство, что свидетели при первоначальных допросах, до момента проведения дополнительной экспертизы не конкретизировали анатомическую область левой части головы Б., куда нанёс удары ФИО4, правдивость показаний свидетелей под сомнение не ставит.

Показания свидетелей Д., Г. и З. суд находит в целом последовательными и согласующимися с показаниями, данными ими в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе следственных экспериментов и проверок показаний на месте, а также заключением эксперта от 03 марта 2017 года. Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется.

Доводы защитников о том, что применённое ФИО4 насилие по отношению к Б. не является причиной тяжкого вреда здоровью Б., суд отклоняет, поскольку они опровергаются показаниями свидетелей и заключением эксперта.

Версию ФИО4 о том, что Б. ударился левой областью головы о его лоб при падении в процессе борьбы и довод защитника – адвоката Чемерзова о том, что нашедший подтверждение факт удара Б. головой об асфальт в результате падения после удара ФИО4 и отсутствие повреждений в затылочной области головы не исключает версии о том, что Б. ударился височной областью, в результате чего ему причинена закрытая черепно-мозговая травма, суд отклоняет, поскольку согласно заключению эксперта указанная травма головы у Б. не могла образоваться в результате падения с высоты собственного роста.

Доводы адвоката Чемерзова о недопустимости заключений экспертов от 23 декабря 2016 года и от 03 марта 2017 года судом отклоняются, поскольку данные заключения соответствуют требованиям статей 200 и 204 УПК РФ, при этом оснований сомневаться в компетентности экспертов, научной обоснованности выводов экспертов у суда не имеется.

Давая юридическую оценку содеянному ФИО4, суд исходит из того, что в судебном заседании получил подтверждение факт умышленного нанесения им около 22 часов 12 августа 2016 года у автозаправочной станции «Газпромнефть» по улице Красноармейская, 1Б в городе Томск, с целью наказать Б. за оскорбление и применённое к нему насилие, удара ... Б., пришедшегося в височную область, в результате которого здоровью последнего причинён тяжкий вред, опасный для жизни человека и повлекший смерть.

С учётом установленных в суде фактических обстоятельств и условий, при которых ФИО4 был нанесён стоявшему перед ним и находившемуся в состоянии опьянения Б. удар в жизненно важный орган - голову, суд не усматривает в действиях подсудимого признаков необходимой обороны или неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью, и считает установленным, что ФИО4 хотя и не желал причинить Б. тяжкий вред здоровью, но сознательно допускал возможность его причинения либо относился к этому безразлично.

Вместе с тем, ФИО4 не предвидел возможность наступления смерти Б., но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление таких последствий в результате применённого им насилия.

При этом суд считает, что умышленные насильственные действия именно ФИО4 находятся в прямой причинной связи с наступлением по неосторожности смерти Б.

Таким образом, деяние ФИО4 суд квалифицирует, как преступление, предусмотренное частью 4 статьи 111 УК РФ, то есть умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Отягчающих наказание ФИО4 обстоятельств по делу не установлено.

В соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 УК РФ, суд признаёт в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого, наличие у него ... (т. ... л.д. ...).

На основании пункта «з» части 1 статьи 61 УК РФ, суд признаёт в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО4 противоправность поведения потерпевшего в виде оскорбления и удара, которые явились поводом для преступления.

С учётом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд полагает возможным в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ изменить на менее тяжкую категорию преступления, совершенного ФИО4, то есть с особо тяжкого преступления на тяжкое преступление.

Давая оценку личности ФИО4, суд учитывает его молодой возраст, что к уголовной ответственности он привлекается впервые, по военной службе характеризуется положительно.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, в том числе умышленную форму вины и категорию преступления.

Кроме того, при назначении наказания, суд учитывает его влияние на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Судом не установлено обстоятельств, дающих основания для применения положений статьи 64 УК РФ и назначении более мягкого вида наказания, чем предусмотрен санкцией части 4 статьи 111 УК РФ.

Суд, с учётом норм статьи 43 УК РФ, приходит к убеждению, что исправление ФИО4 и достижение целей наказания не может быть обеспечено без реального отбывания им наказания, в связи с чем не находит возможным применить положения статьи 73 УК РФ.

До вступления приговора в законную силу, избранная в период предварительного следствия, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит изменению на заключение под стражу, с целью обеспечения исполнения приговора.

Время задержания ФИО4 в порядке статей 91 и 92 УПК РФ с 16 по 18 августа 2016 года включительно, подлежит зачёту в срок отбывания наказания в виде лишения свободы.

В ходе предварительного расследования А. и Р. к ФИО4 заявлены гражданские иски о взыскании морального вреда в размере 1000000 и 2000000 рублей, соответственно.

А. исковые требования в суде поддержала в полном объёме.

Р. просила рассмотреть исковые требования без своего участия.

Требования, изложенные в исковых заявлениях, ФИО4 не признал в полном объёме, просил в их удовлетворении отказать, указав, что не является виновным в причинении тяжких телесных повреждений, повлекших смерть Б.

В силу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

Принимая решение по искам, суд считает установленным, что причинением Б. действиями ФИО4 тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, матери и супруге Б. причинены нравственные страдания.

При таких обстоятельствах, учитывая фактические обстоятельства дела, характер и объём причинённых потерпевшим нравственных страданий и их индивидуальные особенности (возраст матери, беременность супруги на момент смерти Б., а также наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей), а также требования разумности и справедливости, суд находит исковые заявления А. и Р. подлежащими удовлетворению частично и считает необходимым взыскать с ФИО4 в счёт компенсации морального вреда в пользу А. 900000 рублей, в пользу Р. 600000 рублей.

Поскольку ФИО4 был заявлен отказ от защитника, назначенного ему судом, при этом, обеспечено участие защитника по соглашению, процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения защитнику, назначенного судом, подлежат возмещению за счёт средств федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 303, 307 - 309 УПК РФ, военный суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет, с применением части 6 статьи 15 УК РФ изменить категорию преступления с особо тяжкого преступления на тяжкое преступление, с отбыванием наказания, в соответствии с частью 1 статьи 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО4 исчислять с 27 ноября 2017 года.

Зачесть ФИО4 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время его задержания с 16 по 18 августа 2016 года включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать в Следственном изоляторе №1 УФСИН России по Томской области.

Гражданский иск А. удовлетворить частично, взыскать с ФИО3 в пользу истца 900000 (девятьсот тысяч) рублей в счёт возмещения морального вреда.

Гражданский иск Р. удовлетворить частично, взыскать с ФИО3 в пользу истца 600000 (шестьсот тысяч) рублей в счёт возмещения морального вреда.

В удовлетворении остальной части исковых требований А. и Р., отказать.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения адвокату Цапкову О.Н. за защиту осуждённого в суде в сумме 2548 (две тысячи пятьсот сорок восемь) рублей возместить за счёт средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд, через Томский гарнизонный военный суд, в течение десяти суток со дня его постановления, а осуждённым – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок в апелляционной жалобе, а также в возражениях на принесенные по делу апелляционные жалобы (представления) другими участниками процесса, в течение десяти суток со дня вручения их копий.

Судья М.А. Стариков Приговор изменен апелляционным определением ЗСОВС от 18.04.2018.